Текст книги "Нелюбовный роман (СИ)"

Автор книги: Вера Ковальчук

сообщить о нарушении

Текущая страница: 19 (всего у книги 23 страниц)

X

Бал был такой же, как всегда, и как всегда Рудена встречала огромное внимание окружающих к тому, во что она одета и как держится. Было скучно. Наряд для неё пошили и составили пятеро мастеров этого дела, и именно их мастерство судил высший свет, обсуждая, насколько герцогиня в этот раз дала волю своему великолепному или отвратительному вкусу. А ещё интересовало, разумеется, насколько она любезна своему супругу, его величеству. По складкам одеяния и подобранным украшениям, разумеется, можно было об этом судить! Слушая отзвуки этих суждений, Рудена даже не усмехалась. Надоело. Раньше она веселилась, а сейчас думала о том, какой же это пир во время чумы, в самом деле, и просто ждала, когда можно будет улизнуть.

За стенами дворца становилось всё беспокойнее, но аристократам словно бы не было до этого никакого дела. Тучи сгущались, и заметно, известия о беспорядках приходили из разных областей страны. Мало кто из сеньоров занимался этим серьёзно и сам, большинство либо в панике просило помощи государства, либо вообще делало вид, что это всё не их забота. Проблемой уже начал заниматься сам император, а значит, в ближайшие дни следовало ждать обострения.

А значит, Рудене пора было раскручивать собственный план, пока всем вокруг, и в первую очередь мужу, не до неё. Для начала следовало пообщаться со своим горе-родственником, причём так построить общение, чтоб он не сообразил, кто создал условия для беседы. А главное – что ей от него кое-что требуется. Потом бросить многозначительный взгляд на госсекретаря. Вон он какой нервный. Ему хватит маленького намёка, чтоб он забегал, как укушенная за хвост собака.

А ближе к концу бала можно надеяться, что одна из любовниц его величества наконец-то завладеет общим вниманием. Вероятно, это будет Сурийна, упивающаяся своей победой. Тогда герцогиня сразу станет не интересна, и её уход пропустят. И всё уже будет неважно.

Горе-родственник на контакт не торопился. Он фонтанировал восторгом из-за присутствия здесь привлекательных, популярных в свете женщин и влиятельных мужчин. Рудена краем глаза наблюдала, как он пытался завести беседу с министром внутренних дел, потом – со вторым заместителем премьера, потом ещё с кем-то. Все эти чиновные господа реагировали на потуги молодого аристократа с рассеянным недоумением – у них было слишком много дел, и на балы они ходили ради того, чтоб в подходящей обстановке вроде бы неформально пообщаться с нужными людьми. Претензии юного оболтуса на какие-то полезные знакомства никого тут не интересовали.

Рудена рассчитала правильно – в конце концов он, осознав, что ничего не получается, подвинулся поближе к родственнице-герцогине.

– Немрад спустится с нижний зал?

Женщина иронично покосилась на него.

– Как понимаю, ты ко мне пытаешься обращаться? Почему же тогда без должных приветствий? Хотя бы из вежливости.

– Ах да, как же я забыл, что ты всегда будешь ждать от меня знаков почтения! Вздохнуть без этого не можешь. Но, знаешь ли, ещё немного, и я уже не буду зависеть от твоих капризов.

– Ну да. Понимаю. Затем тебе и понадобился Немрад. Правда, я могу отозвать свою рекомендацию, и тогда не видать тебе поста в Совете как своих ушей, но это же мелочи, верно?

Слегка ошарашенный кузен уставился герцогине в декольте.

– Ты этого не сделаешь! Тебе нужно, чтоб я поднялся.

– Если ты не будешь от меня зависеть, то зачем тогда? Или одно, или другое.

– Я догадываюсь, на что ты намекаешь. Это поразительное чванство, которое ты упрямо демонстрируешь – чисто ведь женское свойство! Женщины только и могут, что требовать себе почёта, внимания, а работу выполнять должен кто-то другой.

– Так выполняй, – равнодушно ответила она. – Зачем тебе нужна я?

– С тех пор, как ты забрала себе все связи?! Как я могу это сделать?

– Значит, хотя бы что-то у меня есть. Хочешь справиться без меня, попробуй сам построить связи. Не получилось? Значит, договаривайся со мной.

– Тебе больше некого будет предложить Совету, если я откажусь!

– Ты сильно ошибаешься, – прошептала она, но кузен услышал.

Он начал многословно и косноязычно доказывать, что необходим ей, а потом уговаривать. Она делала вид, что сомневается, и в результате услышала от него то, что хотела – с кем именно из окружения главы Совета он уже почти сговорился, и кто приглашает его к себе, хоть и с намёком, что от её кузена будут ждать и обещание поддержки от герцогини. И кузена это бесило до того, что он терял голову и хамил властной кузине напропалую.

Она как бы нехотя подтвердила, что подпишет рекомендацию, после чего отделалась от кузена и рассеянно улыбнулась Немраду, который наконец-то покинул вельможные выси на балконе и спустился в танцевальный зал. Секретарь разумно не подошёл сам, а отправил одного из своих людей. Рудена негромко назвала ему всех тех, на кого её кузен так яро рассчитывает и кто в свою очередь рассчитывает на саму герцогиню. Это были люди, с помощью имён которых можно было раздуть из крохотного костерка мощный пожар.

Сам факт того, что чародеям стала вдруг нужна поддержка азиттийской правительницы, которая в игры магов никогда не лезла, мог намекать на какую-то очень сложную и далеко идущую интригу. И герцогиня постаралась подать его как надо. В принципе, Немрад мог попытаться её раскусить, но пока ему, похоже, ничего дурного в голову не приходило. В его взгляде читалось напряжение. Наверное, он думал о том, что даже если чародеи из Академии придерживали помощь супруги императора на всякий случай, такое всё равно затевают только тогда, когда держат в голове этот самый «всякий случай». Что Рудене и требовалось. Ей нужно было, чтоб Совет чародеев окружило кольцо подозрительности в самых высоких сферах.

Рудена уже начинала чувствовать, что у неё всё получится – она знала, что страх и жажда победы делает с людьми поистине чудовищные вещи. И то и другое ослепляет не хуже страсти, они становятся уязвимы. Немрад такой же, как все. Он сейчас погонится за дичью и, возможно, откроет перед Руденой новые возможности.

Конечно, расслабляться она не будет. Начата игра насмерть, любой неосторожный шаг может привести её к личной катастрофе. Но на мужчин, раскручивающих перед нею свои хитрые интриги, она смотрела с расслабленным любопытством. Ей казалось, что её собственная интрига парит над всеми ними, как сокол над цаплями.

Это было упоительно.

Бал продолжался, и великолепие музыки, которому в тон звучало совершенство танцующих пар, радовало глаз и успокаивало душу. Рудена не смотрела больше на детали женских туалетов и грациозность мужчин, которые вели их в танце, а наслаждалась моментом. Для неё он, хоть и напряжённый, под прицелом множества глаз, оказался передышкой и даже радостью. Рудена наслаждалась им и одновременно с удовольствием ждала, когда алчные до внимания дамы наконец перетянут его на себя. Благодушно, пожалуй, снисходительно – впервые за всё время.

Когда ей удалось незаметно покинуть залу, она на несколько мгновений задержалась в коридоре, не торопясь нажать на кнопку коммуникатора. Очередная затея может оказаться последней шестерёнкой, которая встанет на место и запустит механизм. Рудена прикрыла глаза и улыбалась. Себя нужно было успокоить, чтоб вступить в решающую фазу игры в совершенном душевном равновесии. От её умения и способности держать себя в руках, может быть, зависел исход всего дела, а самое меньшее – собственное благополучие.

Пока же можно было подбросить в огонь дровишек. Она подняла коммуникатор и отправила сообщение одной из своих приятельниц, супруге младшего Высокого магистра. Все сообщения она заготовила заранее: первое было нейтральным, эдакое дамское щебетание, мол, увидимся, посидим, а может быть, даже вместе съездим в Азиттию, ведь по слухам твоего мужа Высший магистр с должности снимает. Надеюсь, там ничего страшного, просто перерыв в карьере. Наверняка же кстати – маститый чародей наконец сможет заняться наукой. Он ведь, кажется, к этому стремился?

Ответное недоумение было ожидаемо, Рудена отсчитала пятнадцать секунд, чтоб ответ не показался очевидно подготовленным и отправила удивлённую фразу, мол, об этом говорят во дворце и вот, даже в газете отписали. Немного поломавшись в переписке, всё-таки скинула обеспокоенной и возмущённой приятельнице письмо, одно из тех, которые для неё раздобыл кузен. Очевидно, что ещё до вечера оно окажется в руках младшего магистра – и вот тогда дело завертится с новой силой. Ох какая начнётся склока! Рудена была уверена, что события не затормозят ни на минуту, потому что всё уже и так началось, а это – порция горючего в пламя.

Дальше от её усилий уже мало что зависело, события ближайшие пару дней можно будет слегка подправлять, а потом уже и корректировать будет невозможно.

Герцогиня свернула в комнатушку отдыха, где дамы могли при помощи горничной подправить туалет или причёску, и уже там, устроившись на пуфике перед трельяжем, начала набирать сообщение той даме-максимистке, которая обещала ей подобрать чародеек-специалисток… Кстати, вот она, и записана у неё как Лукина! Отлично, Лукина. Ответ от дамы пришёл почти моментально – да, специалистки есть. Следом пришёл список имён с подробной справкой к каждому – образование, опыт, места работы, даже проекты, которыми занималась. Просто прекрасно! Сразу было видно, что дама отнеслась к поручению очень серьёзно и подготовила справку заранее. Довольная, Рудена внимательно просмотрела список. Ого, даже одна женщина с инженерным образованием! И занималась монтажом магических структур! Неужели такое бывает…

Вот с чем будет удобно работать…

Лалла тихонько постучала в косяк проёма, завешанного плотной шторой.

– Ваша светлость, магистр-три прибыл во дворец.

– Иду. Успею его перехватить?

– Конечно. Идёмте, я проведу. – Лалла указала рукой в сторону узкого прохода.

Потом они прошли через скромную галерею, которую Рудена прежде никогда не видела, несколько пустых, неприметных комнат и коридор, после чего вышли на парадную лестницу, а герцогиня даже не заметила как. Лестница была пуста, залита приятным мягким светом, поэтому поднимающегося ей навстречу магистра-три она заметила раньше, чем он её. Это был довольно немолодой чародей, выходец из разночинного сословия. Он уже нахлебался за свою жизнь, попробовал, что такое борьба за положение, даже такое скромное (на великосветский взгляд), которое теперь он занимал в совете Университета. То, что его допускали ко двору, он очень ценил, и со всеми, в том числе с герцогиней, изо всех сил старался поддерживать хорошие отношения.

Именно этим Рудена и намеревалась теперь воспользоваться.

– Мальдра! – радостно окликнула она, умело придав лицу простодушное выражение. – А я решила, что мы с вами разминёмся.

Магистр-три Мальдра Ален поднял голову и поспешил растерянно улыбнуться.

– Ваша светлость? Вы уже уезжаете?

– Да, к сожалению. Очень устала. Но я хотела просить вас о содействии.

– О… Помогу всем чем смогу, ваша светлость…

– Вернее, конечно, не мне. – Герцогиня коротко и светозарно рассмеялась. – Одной моей протеже. Очень знающая и опытная дама, занималась инженерными магическими системами, монтировала… Сейчас. Да, вот. – Рудена отлистала сообщение и прочла всё важное с экрана. – Я так поняла, у неё готово и резюме, и все подтверждающие документы она пришлёт немедленно.

– Дама? – недоумевающе переспросил Мальдра.

– Да, в том-то и дело! Она действительно очень знающая, с хорошим опытом, даже с рекомендациями, но, как понимаете, найти работу сложно. Кстати, она незамужняя. Это ведь даже хорошо, не будет отвлекаться. Знаете, я раньше считала, что горничных лучше выдавать замуж, будут ответственнее, спокойнее. А теперь убедилась – нет, ни в коем случае. Лучше, если женщина занята делом полностью, никакой возни с кучей детей и капризным мужем. Кстати, у этой специалистки не только рекомендации и опыт, но и наработанная команда.

– Команда чародеев?

– Опытных специалисток, многие из которых тоже владеют основами магии. Вы только посмотрите их резюме – у них, похоже, отличные навыки. А работать будут в три раза усерднее, чем любой маг-мужчина, и платить можно поменьше. Как думаете, заинтересует работодателей, с которыми вы знакомы?

– Пожалуй.

– Я буду вам очень благодарна, если вы поможете чем сможете. Девочки хорошие, так хочется помочь.

На этом моменте её собеседник наконец-то пришёл в себя. В его глазах зажёгся огонёк искреннего интереса, и Рудена успокоилась.

– Разумеется, ваша светлость! Всем чем смогу!

– Так я перешлю вам её данные? – Герцогиня управилась с коммуникатором и одарила Мальдру чарующей улыбкой. – Сообщите мне, пожалуйста, если вам удастся. Благодарю.

Она ушла, уверенная, что сперва магистр-три заинтересуется пересланным ему резюме, потом прочей информацией, а потом уже примется прикидывать, сколько всего он сможет выгадать на этом деле. И он мигом сообразит, что вариант получить в своё распоряжение столько опытных и при этом покладистых получародеек сулит ему огромные возможности. Тот, кто может своевременно снабдить крупные фирмы или государственные компании нужными специалистами высокого уровня, сразу обретает огромное влияние. За крупинки влияния этот человек привык сражаться не на жизнь, а на смерть, свой случай он не упустит. Главное теперь не выпустить его из своих рук. Он должен понимать, что зависит от азиттийской правительницы.

Рудена удовлетворённо улыбнулась и остановилась у зеркала – радужного, блёклого, слишком старого, чтоб отражать как следует, прошлась пальцами по волосам надо лбом. Теперь нужно было нейтрализовать его величество. Уже завтра ему доложат о том, как активно она общалась с секретарём, что она затевала какие-то игры там, сям, и отговориться уже не получится. Либо она сейчас займёт его каким-то очень важным делом, связанным с собой, либо же через неделю самое большее окажется в Камне, через стенку от свекрови. Не самое приятное соседство…

У кабинета его величества было пусто, поэтому герцогиня поднялась к личным покоям. Вот теперь без ошибки, государь явно был у себя – кроме охраны здесь находился и его личный слуга. Он взглянул на посетительницу хоть и с пониманием, но отстранённо, подождал мгновение – словно она должна была дать ему подсказку. В его глазах ни у одной из жён не было приоритета перед другими. Намёка не дождался, слегка кивнул и пошёл спрашивать. Он был человеком опытным, давно жил при дворе, отлично ладил со всеми женщинами императора и, конечно, с герцогиней тоже. Он готов был идти ей навстречу, но только не там, где это противоречило желаниям его господина. Само собой… Рудена терпеливо ждала, недвижная, словно тень изваяния.

И ответ пришёл довольно быстро.

– Скажи ей, чтоб убиралась! – прозвучало из открывшейся двери. – Живо!

Он делал так, если действительно хотел остаться один, и с теми жёнами или приближёнными, которые всё понимали правильно. Раньше Рудена никогда не спорила в такие моменты и сразу уходила. Она знала, что те, кто намёков (да какие намёки, всё сказано прямо!) не понимал, очень быстро пропадал со двора.

Но сейчас вопрос стоял ребром.

– Я знаю, как решить самую важную проблему династии! – выкрикнула она в дверь и усталое лицо слуги, который всем собой и лицом тоже показывал, что сожалеет, но таковы обстоятельства.

Молчание воцарилось на несколько мгновений. Слуга не спешил закрыть дверь, хотя в его подвижных глазах появилась тревога.

Потом скрипнуло кресло. Император подошёл к двери и прошёлся по Рудене холодным взглядом.

– Какую именно?

– Самую важную, – отважно сказала она, глядя ему прямо в глаза. Это легко, когда нечего терять.

Он помедлил и посторонился.

– Проходи….

Это была не самая просторная зала, какую можно себе вообразить, хоть и не тесная. Здесь была широкая тахта, застеленная багряным постельным бельём, но государь редко приглашал своих женщин сюда. Чаще отдыхал один. Здесь был стол и удобное кресло, много бумаг на столе, стеллаж с книгами и секретер, тоже забитый всякими документами. Порядок тут поддерживал личный слуга правителя, но в меру, потому что его величеству должно быть удобно. Многие бумаги он брал не глядя. Это было его личное пространство, его личный мир. Он редко кого-то сюда впускал.

Император показал на креслице у стола, между двумя огромными кадками с цветущими кустами.

– Садись сюда. Говори.

– Я знаю, что в стране сейчас идёт гражданская война и провоцируемые знатью беспорядки. Но всё это легко решится, если у тебя появится наследник.

Его величество сощурился.

– На что ты намекаешь? Прибегла к каким-то бабкиным средствам и теперь надеешься понести сына? Думаешь, я в это поверю?

– Я вообще не себя имею в виду.

– Что тогда?

– Есть одна мысль. Ребёнок – это самое меньшее десять месяцев, пока он будет зачат и родится. Я знаю, что нужно сделать, чтоб в рождение твоего сына поверили ещё до того, как младенец нужного пола появится на свет.

Вот теперь государь заинтересовался – это было видно. Взгляд его стал острым, как укол, всё внимание теперь принадлежало Рудене – именно то, что и было нужно. Она без особой спешки вынула и развернула вырезку из газеты.

– Вот. Вот то, что я хотела показать. У графа Эрмия год назад родился сын от его младшей жены – женщины очень примечательной. Это её четвёртый сын, а дочерей у неё никогда не было. Мальчика назвали Держен, предыдущие сыновья – Ованес, Радовит и Славента.

– Не от графа, – уточнил император.

– Именно так. Не от графа. Первый сын – вообще байстрюк.

– И? Ты же что-то хотела сказать, а не сплетней поделиться.

– Это не сплетня. Это факт. У женщины было три сына, и все вокруг поверили, что у неё могут рождаться только сыновья. Именно потому граф Эрмий взял её к себе и в результате получил наследника.

– Ты намекаешь, что если я…

– Если ты возьмёшь её к себе, и она забеременеет, все, абсолютно все поверят, что она носит мальчика. – Рудена помедлила. – У тебя будет самое меньшее год. Это целая вечность.

Император в задумчивости протянул руку за газетной вырезкой и повертел её перед глазами. Фотография там была довольно невнятная, размытая.

– Сколько лет этой женщине?

– Меньше сорока. Что-то около тридцати пяти. Но не больше сорока, точно.

– Она, возможно, и забеременеть-то уже не сможет.

– Она ведь не так стара. Стоит попробовать.

– Попробовать? – Государь повысил голос. – Она жена графа!

– Сомневаюсь, что его светлости нужно от неё хоть что-то ещё, кроме наследника. Наследник есть. Хочешь, я уговорю его отказаться от младшей жены в твою пользу? Заодно перетяну его на твою сторону, и уверена, это обойдётся дешевле некуда. У Эрмия были серьёзные беспорядки во владениях, ему наверняка и сейчас нужна помощь, и за эту помощь он дочь свою заложит, не то что простолюдинку-жену.

Император слегка прищурился.

– Ты уже заключила с ним какой-то договор?

– Нет, конечно. Я даже не обращалась к нему.

– Тогда откуда такая уверенность?

– О!.. Сведений много. Даже из этой заметки можно понять. Младшая жена графа рожала его долгожданного наследника в деревенской телеге на пути в загородную резиденцию, потому что была вынуждена, переодевшись, бежать из столицы от бунта вообще без свиты и удобств, пешком. Граф не смог обеспечить ей даже минимальную безопасность. Он спасался один, бросил семью, его мать погибла. И сейчас с обстановкой в графстве пока всё непонятно. Разве это не говорит о сложном положении?

– Нет, не говорит. – Он взял вырезку и пробежал текст глазами чуть внимательнее. – Ну, допустим… Мальчик жив?

– Конечно.

– И отец его признал.

– Как он мог его не признать? Ребёнок родился под присмотром, от законной супруги. Все положенные церемонии представления в графстве уже проведены. Граф готовит представление своего наследника ко двору.

– И на каком, по твоему мнению, основании он может отказаться от его матери?

– Причин может быть множество. Например, чтоб спасти династию.

– Звучит безумно.

– Почему?

– О, господи! Я понять не могу – зачем всё-таки тебе это нужно?

Она криво улыбалась – удержаться было невозможно.

– Как же ты допёк меня этим вопросом! Скажи на милость, какого ответа ты добиваешься? Я уже тысячи раз тебе отвечала.

– Твой ответ всегда звучит слишком сладко.

– И что я должна сделать, если он правдив? Ну прости, что меня так волнует судьба династии и моё собственное положение, завязанное на тебе! Ну прости! Я ничего другого придумать не могу!

Он вдруг потянулся к ней, приобнял, провёл ладонью по волосам, стягивая вколотые в причёску цветы.

– Ну успокойся, успокойся уже. И присядь наконец. Нет, не в кресло – сюда. Объясни – как ты думаешь договариваться с графом?

Рудена, остывая, опустилась на край постели. Машинально поправила одеяло.

– Я бы для начала побеседовала с ним. Предложила выбрать твою сторону. Он до сих пор не примкнул ни к одному из твоих противников, а значит, скорее всего, выбирает твою сторону, но не решается открыто заявить об этом, потому что окружён оппозицией. Мне думается, ему можно предложить помощь в подавлении бунтов, позвать ко двору, может быть, даже попросить о помощи.

– Я не планировал просить его о помощи, учитывая, что он и себе-то помочь не может.

– Да, понимаю. Если хочешь, я сама с ним свяжусь. Любые любезности с моей стороны будут выглядеть не более, чем вежливость. Обещания одной из своих жён ты в любом случае не обязан принимать в расчёт. А если тебе не нравится идея вести дела через женщину, то можно отправить к графу твоего младшего секретаря. Мне кажется, он отлично сможет донести до него любую нужную мысль.

– У тебя есть резервы, чтоб поддержать графа?

– Ум-м… Что-нибудь найду. – Рудена сделала вид, что озадачилась. – Я на днях общалась со своим воен-премьером, он заверил, что наличные силы в боевой готовности, техника на… на позициях. Полагаю, это значит, что… – И она вопросительно взглянула на мужа.

– Да. Это значит, что армия в порядке, – усмехнулся он. – Ладно. Но вот ещё что. Если у этой волшебной женщины, которая рождает только сыновей, родится от меня девочка, не разрушит ли это мою репутацию окончательно? Мол, даже такой даме я не смог сотворить сына.

– Не думаю. Она же всё-таки простолюдинка. Её скорее начнут винить, чем тебя. Её «волшебность» значит всё-таки меньше, чем власть государя, так я считаю. В любом случае это означает фору в целый год. Это много.

– Да. Согласен. Поинтересуйся у графа, не уступит ли он мне свою жену. Но учти – я поручаю тебе только это. Никаких других действий, никаких союзов ни с кем, хоть в мою пользу, хоть с какими бы то ни было другими целями. Ты поняла?

– Я давно поняла, – вздохнула Рудена. – Я уверена, как только эта женщина окажется при дворе, и твоя пресс-служба развернёт работу, народ очень быстро успокоится. Женщина уже очень известна, о ней много писали и много говорят.

– Но при этом ей удалось, просто переодевшись, сбежать из города? Ты уверена, что не переоцениваешь её влияние?

– Уверена. Её, по крайней мере, можно будет легко, быстро и правильно раскрутить.

– Вот! Правильно раскрутить. Об этом и речь… И ещё хорошо бы точно выяснить, может ли она ещё рожать. Четверо детей и бог знает сколько беременностей. Я не верю, что у неё не было дочерей. О них просто умалчивают.

– Дочерей нет.

– Поспорим?

– Охотно. На что?

– Ах ты, бестия! – Он, довольный, погладил её по щеке. – Мне нравится огонь в твоих глазах! Ладно. Попробуем твой план. Позаботься об этой женщине. Ты же понимаешь, ей понадобится охрана.

– Как никто понимаю.

Рудена расслабилась только у себя в покоях. Пренебрегая сохранностью причёски, платья, макияжа, сама отодвинула полог, улеглась лицом вниз на постель и с облегчением затихла. Она таинственно улыбалась в покрывало и слушала тишину, пока слуги не появились в спальне и не принялись приводить в порядок то, что по их мнению следовало. У постели остановилась Лала, она вела себя очень тихо, и это удивило герцогиню. Она слегка приподнялась, повернула голову.

– Ну что?

– Моя госпожа… Там такое случилось!

– Ну что, давай уже.

– Прямо в большом зале подрались Высший магистр и младший Высокий магистр. И ещё магистру-три, который попытался их разнять, досталось.

Герцогиня не выдержала и заржала прямо в подушку. Совершенно неаристократично.

– Надеюсь, он как следует обозлился.

– Что, госпожа?

– Надеюсь, никто не пострадал! – проговорила она, приподняв голову, уже внятно.

– Нет, конечно… То есть, почти. Магистру-три разбили бровь. А потом вмешалась гвардия.

– Ну и зачем он лез? Охрана на то и нужна, чтоб вмешиваться в таких ситуациях.

– Госпожа… – Лалла смотрела недоверчиво. – Это же драка прямо на балу!

– Ох, Лалла! Во дворце бывает и не такое. Мой отец, говорят, как-то прямо на официальном приёме оприходовал новенькую любовницу Агер-Аванда, а заметили это только после, когда она уже начала приводить в порядок туалет с таким видом, что всё стало ясно.

– Так поэтому у Азиттии плохие отношения с графством? – зачарованно проговорила Лалла. Она обожала такие сплетни.

– Ну уж не знаю, – развеселилась Рудена. – Может, и поэтому… Помоги мне снять всё это.

Она присела у трельяжа и подставила горничной лицо – позволить ей убрать последние следы макияжа, распустить причёску, снять драгоценности. Серьги уже ощутимо оттягивали уши, и Рудена встряхнула головой с облегчением, когда и драгоценности оказались в шкатулке, и последняя шпилька упала на столик. Потом у двери зазвучали голоса, началась возня, и наконец Немрад даже голос повысил:

– Прошу, ваша светлость, накиньте халат и прикажите меня впустить. Что же это такое… Время – золото!

– О господи… – Герцогиня закуталась в широченный шёлковый пеньюар и повернулась к двери. – Ну входите уже! Что такое?

– Мне нужно ваше разрешение использовать войска охранения Азиттии.

– И вы за ним пришли сами? – Она внимательно прочла документ и поставила внизу размашистую подпись. – А что, помощники закончились?

– У меня уже всё закончилось, включая терпение. Объясните, зачем до такого-то доводить?

– До какого «такого»? Ах… У меня алиби, к моменту драки я уже покинула бальный зал. Возможно, вы не заметили, – Рудена провокационно рассмеялась.

Немрад явно с трудом удержался от того, чтоб не сплюнуть.

– При чём тут драка. Совет магов сыпется.

– А я вас предупреждала, это оружие обоюдоострое.

– Но не это же было моей целью! Если империя останется без магической поддержки, я…

– Что? – Она грациозно поднялась, ликуя в душе. – Что вы сделаете? И с кем, кстати? Со мной? Собираетесь укусить меня за пятку?

– Да мне не до смеха, чёрт побери!

– Ну, и я всерьёз. Вы мне что, угрожаете?

– Нет, конечно. – Он не успокоился, но явно взял себя в руки, помрачнел и сосредоточился. – Но вы должны знать, что магическая поддержка войск – это очень важный компонент обороны и тем более наступления. Особенно сейчас. Да, нам на руку, что Высший магистр отказал Агер-Аванду в магической поддержке полностью. Но у нас и самих возникают проблемы с этой поддержкой. Если специалисты по обслуживанию транспортных и энергетических систем займутся своими интригами вместо того, чтоб трудиться, армия просто никуда не двинется, остановится снабжение.

– От меня-то вы чего хотите?

– Побеседуйте с Высшим магистром. Мне нужно убедиться, что он понимает всю тяжесть стоящей перед ним задачи. Займитесь этим.

Герцогиня выпрямилась и прищурилась. Паузу она взяла очень длинную. Настолько длинную, насколько это вообще было возможно.

– Ты ведь сейчас шутишь, да?

– Ещё раз говорю – мне не до шуток. Послушай, ты вообще понимаешь, насколько всё серьёзно?! Речь об интересах государства, которыми ты так живо обеспокоена, а я, считай, говорю от имени правительства…

– Ты, прости, за кого меня вообще принимаешь? Я волшебной палочкой должна махнуть?

– У тебя есть рычаги влияния на магистра, ты это уже доказала!

– Да пошёл ты к чёртовой матери! Я тебе золотая рыбка, что ли?! – заорала Рудена, уже не сдерживаясь. Это было поистине упоительно – хоть раз в жизни отпустить вожжи (хоть в действительности она отпустила их совсем чуть-чуть и лишь потому, что это было уместно в рамках ситуации).

– Не надо кричать. – Немрад был беспримерно спокоен. – Я ценю твою помощь. Возможно, не всегда умею это показать, но поверь – ценю.

– Ну и всё. Нет больше никакой помощи. Император мне запретил, так что забудь.

Она ждала в ответ чего-нибудь вроде «Я смотрю, когда тебе удобно, то император запретил, а когда нужно, так ты об этом забываешь». Но нет. Госсекретарь наклонил голову набок, словно птица.

– Я сказал его величеству, что Агер-Аванда мы раздавили только с твоей помощью.

– В смысле? – Рудена внутренне собралась. – Всё уже завершено?

– Мы ввели войска в столицу графства. А поскольку Высший магистр отозвал из Агер-Аванда всех своих магов, а остальным запретил действовать, войска графа просто не могут выйти из мест дислокации. Тех, кто способен добраться до места, имперская армия раздавит не глядя. Так что война уже выиграна. С территории графства мы держим под контролем и соседние области. Будем держать под контролем, когда маги вернутся к своим обязанностям. Но в любом случае мы сделали хороший шаг вперёд. И твою роль в этом деле я подчеркнул. Император выслушал одобряюще.

– Что он сказал?

– Он ничего не сказал. Но по нему было видно, что карать он тебя не собирается, скорее уж благодарить.

– Ты не можешь этого знать наверняка.

– Я давно с ним работаю. Я вижу.

Герцогиня смотрела на него и думала: «Ты хочешь взять меня под контроль. Какая блестящая игра! Мне нравится. Если вместо этого я смогу взять тебя на поводок, значит, я могу всё». Эта мысль бодрила выплеском адреналина, так что женщина с трудом удержалась от улыбки.

– Допустим. Но пока он сам не подтвердит и не обозначит новые рамки, я и шагу не сделаю. Сидеть в Камне в случае чего мне, а не тебе.

– Да. Я тебя понимаю. А ещё хотел бы, чтоб ты тоже поняла меня. Такого подтверждения придётся подождать, а у нас нет времени. Сама подумай – если сейчас из Агер-Аванда мы не сможем оперативно вынуть армию, то не сможем не то что нанести удар по соратникам графа, но и просто защититься от врага. Ты вообще понимаешь, что я говорю?

– Конечно, понимаю. Но всё это не моя забота.

– Ты заблуждаешься. Что если нужно будет срочно перебрасывать азиттийские войска? Что ты тогда будешь делать?

Рудена пожала плечами.

– Я отдам соответствующие распоряжения людям, которые у меня существуют для решения таких задач.

– Не дури! Что если они просто не смогут выполнить приказ?

– Пусть смогут. Я создала им все условия и предоставила все возможности. Если говорить о транспортных системах, то тут у меня всё более или менее предсказуемо. Если знаешь, у меня на плато Лиэш сейчас заканчивают строить два завода, оборудование уже смонтировано, заканчивают тестировать подводящие системы. Специалистов нужно было много, а на плато сложные условия, требовались хорошие зарплаты и бонусы, и даже с ними желающих не хватало. А у меня и со средствами сейчас трудно. Так что я воспользовалась одним интересным советом и распорядилась набрать на работу женщин с подходящими навыками.