Текст книги "КГБ в 1991 году"

Автор книги: Василий Сойма

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 29 страниц)

– Какое соглашение? – спрашиваю его.

– Да вот такое.

– А почему именно вы звоните?

– Звоню как депозитарий.

– Подождите, вы все уже решили? Уже два дня назад?

– Да, и мы тут говорили с Бушем, он поддерживает.

Попросил пригласить к телефону Ельцина. Разговор был нервным.

– Вы разговариваете с президентом Соединенных Штатов Америки, а президента своей страны в известность не ставите… Это позор! Стыдобища!

Я настаивал на встрече президента СССР и руководителей четырех республик (Ельцин, Кравчук, Шушкевич, Назарбаев).

Но “пущисты” уже сговорились, уполномочив на встречу Ельцина…»

В это трудно поверить, но в тот самый день, 10 декабря, когда Михаил Сергеевич в телефонном разговоре с «пущистом»

Шушкевичем назвал «позором» и «стыдобищей» то, что произошло в Беловежской Пуще, в печати было опубликовано его заявление, в котором было сказано, что решение о роспуске СССР «имеет позитивные моменты».

Конечно, Горбачев нашел в документе о создании СНГ немало изъянов, но лишь зафиксировал их. То, что судьба многонационального государства не может быть определена волей руководителей трех республик. Что этот вопрос должен решаться только конституционным путем с участием всех суверенных государств и учетом воли их народов. Что неправомерно и опасно заявление о прекращении действия общесоюзных правовых норм – это может лишь усилить хаос и анархию в обществе. Тем более, это произошло в тот момент, когда в парламентах республик обсуждается проект Договора о Союзе Суверенных Государств, разработанный Государственным советом СССР.

И что предложил? Высказал пожелание, чтобы все Верховные Советы республик и Верховный Совет СССР обсудили соглашение, заключенное в Минске, наравне с проектом Договора о создании ССГ. Михаил Сергеевич не исключил и проведение всенародного референдума. Это были даже не меры, их и полумерами не назовешь.

Не понимал, что произошло? Но в его книге «Декабрь-91», буквально через несколько страниц, есть такие строки: «Когда, вернувшись из Минска, Б.Н. Ельцин пришел ко мне, я сказал ему: вы встретились в лесу и “закрыли” Советский Союз. В обществе даже возникло суждение, что речь идет о своего рода политическом перевороте, совершенном за спиной Верховных Советов республик. Президент США узнает обо всем раньше, чем президент СССР».

13 декабря во время очередного телефонного разговора с Дж. Бушем сказал ему: Минское соглашение – «это лишь эскиз, экспромт». 14 декабря позвонил Миттеран, затем Коль, Мейджор, Андреотти, Малруни. Они выражали обеспокоенность – распадалась ядерная держава!

А что делал в самый разгар драматических событий ее лидер? Готовил обращение к Международной конференции «Анатомия ненависти», организованной гуманитарным фондом, борющимся за права человека, и… журналом «Огонек». Абстрактные слова, планетарные масштабы…

В. Иваненко: «Это не “оранжевая революция”, подготовленная ЦРУ…»

Бывший председатель КГБ РСФСР В. Иваненко в канун 25-летия развала СССР в интервью журналу «Огонек» (26.09.2016) рассказывал, как вскоре после Беловежского соглашения к нему в гости пришел посол США в России Роберт Страусс вместе с резидентом ЦРУ в Москве.

– Попили чаю, и я его спросил, ждал ли он того, что произошло с СССР? И получил ответ: «Честно? Не ждал!»

– Значит, развал Союза – не происки закулисы? – уточнила интервьюер.

– Думаю, что нет. А сколько было инсинуаций, что это чуть ли не первая «оранжевая революция», подготовленная ЦРУ… Согласен: США измотали СССР в гонке вооружений, уронили цены на нефть, но дальнейшее развитие событий было неожиданностью для них самих. Они даже испугались и зачастили на Лубянку с вопросами, как обстоят дела с контролем ядерного потенциала. Это потом у них началась эйфория…

По словам Иваненко, тогда многие свято верили в величие СССР, но он в начале 1990-х уже был государством, не способным накормить людей.

– Вспомните пустые прилавки магазинов! Муки в Санкт-Петербурге тогда оставалось на два дня. Я помню, как проходили заседания правительства начала 1990-х и как Гайдар делил:

кому – муку, кому – спички, кому – масло…

Четверть века спустя

С. Шахрай: «Готовых проектов Соглашения не было…»

25 ноября 2016 года. Газета «Московский комсомолец». Бывший советник президента Ельцина Сергей Шахрай ответил на вопрос журналиста Михаила Зубова, как готовилось Беловежское соглашение, было ли оно импровизацией и правда ли, что о его сути заранее знал только Ельцин.

– Готовых проектов Соглашения не было, – утверждал Шахрай. – Может быть, кто-то зашил их в пиджаке, но я этого не видел. В Минске проходила заранее запланированная двусторонняя встреча, визит делегации РСФСР в Белоруссию, который начался 7 декабря. Планировалось обсудить программу сотрудничества республик. По ходу встречи у Шушкевича или у Ельцина возникла идея позвонить Кравчуку и пригласить его. Причем и Ельцин, и Шушкевич потом рассказывали, что в телефонном разговоре они предлагали ему обсудить вопрос Союзного договора с учетом состоявшегося на Украине 1 декабря референдума о независимости. Но в ходе референдума на Украине 96 % граждан республики высказались за независимость, поэтому Кравчук сказал примерно следующее: «Ничего не буду подписывать и даже обсуждать. От Союза остались две республики: РСФСР и Казахстан. Все остальные ушли, говорить не о чем».

На вопрос, почему же Кравчук, которому не о чем было говорить с Ельциным и Шушкевичем, все-таки приехали в Вискули, Шахрай дал такое объяснение:

– Наверное, определенную роль в том, чтобы он все-таки приехал, сыграло приглашение на охоту. «Я ничего подписывать не буду, но приехать поохотиться готов», – сказал Кравчук.

А приехав, он согласился обсуждать сложившуюся на руинах СССР ситуацию, чтобы не повторить югославский сценарий.

С. Шахрай: «Я готовил преамбулу и одну из статей – пятую…»

Как возникло название «Содружество Независимых Государств»? Шахрай в том же интервью рассказал, что название появлялось и прежде на разных дискуссионных площадках, да и в рамках Новоогаревского процесса. Но только в Вискулях возникла идея использовать слово «Содружество» как замену слову «Союз».

Кто работал над текстом Соглашения?

– Президенты поручили своим экспертам и делегациям поработать над текстом Соглашения, – сказал Шахрай. – С российской стороны текст писал Егор Гайдар, а я готовил преамбулу и одну из статей – пятую.

Г. Бурбулис: «Да, формулировку предложил я…»

«Пущисты» в один голос подтверждали: роковую фразу о том, что СССР прекращает существовать как геополитическая реальность, предложил Бурбулис. В день 25-летия образования СНГ, 8 декабря 2016 года, в интервью «Комсомольской правде» он в очередной раз гордо подтвердил свое авторство.

– Она всех устроила. Более того, она оказалась такой правильной, точной и сочной, потому что открывала новый взгляд на событие и нашу ответственность за него, – подчеркнул он.

С. Шахрай: «От кого – тайный сговор?»

Об атмосфере, антураже во время подписания документа. На прямой вопрос журналиста: «Был ли флер тайного сговора?» – последовал такой ответ:

– От кого – тайный сговор? Горбачев сложил полномочия лидера КПСС. Союзного правительства уже не было. Только три республики остались, остальные ушли.

Шахрай убеждал: он не лукавил, когда говорил, что заранее ничего не готовилось:

– Ну судите сами: на следующий день, 8 декабря, оказалось, что нет даже ксероксов, чтобы скопировать бумаги. И варианты Соглашения размножались через факсимильный аппарат. Президенты сидели в отдельном зале, нас, советников, туда не допускали, оттуда только возвращали исправленные, зачеркнутые, переписанные варианты. Когда мы все исправили и появился готовый проект, президенты вышли и сказали, что готовы к подписанию.

М. Горбачев: «Он извивался как уж на сковородке…»

«Проходит день, никаких новостей из Минска до меня не доходит, никому ничего не известно, – обиженно вспоминал Горбачев. – Подумалось: решили “расслабиться” – так оно и было. Но потом я начал интересоваться, что же там происходит. Оказалось, через мою голову ведут разговоры с министрами, в том числе с Шапошниковым, а он, как и Баранников, не счел нужным меня информировать. Я позвонил министру обороны и спросил, что происходит? Он извивался как уж на сковородке, но все же сказал, что ему звонили, спрашивали, как он смотрит на характер объединенных вооруженных сил в будущем государственном образовании. Ничего, мол, больше не знаю. Откровенно врал».

С. Шахрай: «Также все “послали” Михаила Сергеевича…»

О звонках Бушу и Горбачеву:

– Горбачев долго не отвечал на звонки, хотя знал примерно, о чем с ним хотели поговорить (объект в Вискулях находился под охраной КГБ), американский президент соединился быстрее. Потом выяснилось, что Михаил Сергеевич в это время звонил Шапошникову и командующими округами, призывая армию к чему-то. Все ему отказали.

В этом месте своего интервью Шахрай вспомнил ситуацию с отречением Николая II и назвал происходившее с Горбачевым каким-то российским роком. Когда к последнему русскому императору приехала делегация Госдумы и предложила отречение, он тоже стал звонить командующим, включая Великого князя Николая Николаевича, и все ему сказали: отрекайся, уже поздно что-то исправлять. Также все «послали» Михаила Сергеевича…

Горбачеву звонил Шушкевич, у них был длинный разговор. Бушу – Ельцин.

– Ельцин сказал Бушу о самом главном, что интересовало США: в беловежском документе четко прописан вопрос о руководстве ядерными силами. Оно остается полностью в руках России. Остальное для американского президента было неважно, хотя его удивило происходящее…

С. Шушкевич: «Мы отпили, наверное, граммов 200. Шесть здоровых мужиков…»

8 декабря 2016 года. 25-я годовщина соглашения о роспуске СССР. Газета «Комсомольская правда». На всю полосу беседа журналистки Галины Сапожниковой с С.С. Шушкевичем.

– Ну что – скажете, что совсем не пили? – с комсомольским задором спрашивает смелая журналистка.

– Настолько мало, что можно это вообще не учитывать, – столь же смело отвечает бывший «пущист». – Сам я человек пьющий, причем с удовольствием. Но не злоупотребляющий. В Вискулях я вообще не пил. У нас стояла бутылка коньяка, и от этой бутылки мы отпили, наверное, граммов 200. Шесть здоровых мужиков! За все время обсуждения. Хотя возможность для питья Кебич организовывал. На каждом повороте стояли шкафчики и столики с набором бутылок, по тем временам очень качественных. Виски не было, но армянский коньяк можно было найти. Но никто не пил. А журналисты, которые были в 300 метрах отсюда, в гостинице, – те алкоголем заливались.

А нужен ли был Союзный договор?

С. Шахрай: «Нужды в Союзном договоре не было»

В канун 25-й годовщины С. Шахрай выступил с сенсационным утверждением.

«Союзный договор был подписан в 1922 году, но в 1936-м, когда была принята Конституция СССР, он исчез, перестал действовать. В Конституции 1977 года Союзного договора тоже не было.

Как, почему, из каких кустов возникли Новоогаревский процесс и новый Союзный договор в условиях, когда старого уже не было полвека?

Ответ: «18 ноября 1988 года эстонская делегация привезла в Москву идею Союзного договора и “подарила” ее Михаилу Сергеевичу. Чем руководствовались эстонцы, а затем латыши и литовцы – понятно. У них логика была такая: “Спасибо России за то, что на руинах империи возникли независимые прибалтийские государства, но мы не согласны с тем, как были присоединены к СССР в 40-м году, а затем с пактом Молотова – Риббентропа.

Поэтому, утверждали эстонцы, нужно подписать новый Союзный договор, иначе их пребывание в составе страны нелегитимно, нет для этого юридической базы».

По словам Шахрая, Горбачев всегда жертвовал всем, лишь бы сохранить власть. «Чтобы не потерять власть, он созвал съезд и сделал его высшим органом власти, потом избрал себя президентом. На ноябрьском пленуме ЦК КПСС в 1990 году украинская делегация поставила вопрос о том, что нужно менять Генерального секретаря. На следующем пленуме – в апреле 1991 года – этот вопрос в кулуарах был решен, и на 3 сентября готовили внеочередной съезд партии с заменой Горбачева на посту генсека, а на 4 сентября – внеочередной Съезд народных депутатов СССР с отставкой президента Горбачева».

Могли ли там их арестовать?

2 декабря Ельцин принял Бакатина по его просьбе. Разговор был деловой, касавшийся деятельности новой службы – МСБ. О поездке в Белоруссию Ельцин не обмолвился ни одним словом.

И вдруг через пару дней Бакатину звонок из КГБ Белоруссии. Сообщают: на субботу и воскресенье в Минске ждут Ельцина и Кравчука.

«В воскресенье, – вспоминает Бакатин, – 8 декабря, вечером он (Горбачев. – В.С.) был взволнован, брошен всеми и, как мне показалось, растерян…

Он позвонил мне домой где-то около 20 часов:

– Они ищут Назарбаева. Из Минска, – сказал Михаил Сергеевич.

– Нет, – заметил я, – Назарбаев не полетит, не тот он человек…

– Да, конечно…

Что еще можно было сказать, а тем более – сделать?» Когда утром 9-го они собрались у Горбачева, он сказал, что в отставку не уйдет, будет наблюдать за развитием событий и пытаться влиять на них. «Коллективно помогли Горбачеву, – продолжает свой рассказ Бакатин, – подготовить “Заявление президента СССР”, отговорили его в тот день от выступления по телевидению. Е. Яковлев организовал прощальную видеозапись, и мы пошли по знакомым, полуосвещенным, пустынным и длинным кремлевским коридорам. Вся наша суета оказалась ненужной. Завтра сюда придут другие люди. Хорошо бы, чтобы что-то стоящее – для людей, для страны – получилось у них…» Известный публицист и телеведущий Леонид Млечин в своей книге «Председатели КГБ. Рассекреченные судьбы» рассказывает, как он брал интервью у доктора исторических наук Вячеслава Никонова, который в 1991 году работал помощником председателя КГБ Бакатина. Млечин спросил у Никонова:

– Бакатин знал, что готовится встреча в Беловежской Пуще? – Он знал о подготовке Беловежского соглашения, – ответил Никонов. – У Ельцина и его команды были большие опасения, что КГБ постарается в последний момент каким-то образом сорвать встречу. К Бакатину приходили эмиссары, чтобы удостовериться, что он не арестует Ельцина, Кравчука и Шушкевича в Беловежской Пуще.

Млечин поинтересовался:

– А такая мысль возникала на Лубянке?

– В тот период было очевидно, что реальная власть уже принадлежит не союзным структурам, а республикам. Попытка арестовать Ельцина, Кравчука и Шушкевича могла бы закончиться самым чудовищным образом…

Млечин констатирует: союзные законы и указы Горбачева уже не имели практического значения, их никто не исполнял.

Власть фактически была в руках Ельцина и российских структур. После августовских дней 1991 года на авансцену уверенно выходил КГБ РСФСР, созданный 6 мая 1991 года. С ним связывали свою дальнейшую службу многие сотрудники союзного КГБ, которые сидели и ждали, останутся они или их уволят. Млечин приводит слова первого председателя российского КГБ В. Иваненко, почему Ельцин настаивал на создании КГБ РСФСР, а в Кремле без сопротивления согласились: «Ельцину нужен был “троянский конь” на Лубянке, чтобы парализовывать работу КГБ против российского руководства. А Крючков хотел затеять игру с Ельциным и получать какую-то информацию из его окружения…»

Оставшиеся сотрудники союзного КГБ особой активности не проявляли, поскольку ясности никакой не было. Аппарат был деморализован, генералы арестованы или уволены. Еще в начале сентября Бакатин издал приказ о подчинении всех областных и краевых управлений КГБ по России российскому же КГБ, а сам стал заниматься комитетами КГБ союзных республик. Но и те уже не хотели послушно брать под козырек перед начальниками с Лубянки.

С. Шушкевич: «Мы готовились к тому, что Горбачев нас арестует…»

В интервью «Комсомольской правде» (8.12.2016) на вопрос, не думали ли «пущисты», что Горбачев мог дать приказ, и их всех бы арестовали, ответил:

– Мы к этому готовились. Я знал, что, поскольку приглашаю законно избранного президента России, надо обеспечить безопасность. В течение двух последних недель шеф КГБ Беларуси Эдуард Ширковский мне постоянно докладывал, что делается по безопасности встречи в Беловежской Пуще. Когда у меня был визит в США, Альберт Гор тоже спрашивал: не боялись, что Горбачев вас арестует? Ширковский, который стоял рядом со мной, с уверенностью отвечал: «Мы обеспечили безопасность». Он уже чувствовал, что он – шеф КГБ независимого государства. Потом, когда вышел на пенсию, уехал в Москву, потому что там пенсия была больше, и говорил: очень жалею, что я их не арестовал…

Шушкевич считал, что арестовать их было бы не так просто:

– Военно-воздушная база, куда прилетали все самолеты, была под нашим контролем: чтобы ее захватить, там нужно было учинять разбой. Но я об этом даже и не думал, зная трусливость Горбачева. Он же всегда был непричастен ни к каким делам. Ни к Тбилиси, ни к Риге, ни к Вильнюсу. Иногда стыдно было смотреть ему в глаза, когда он врал.

Шушкевич – физик, ученый. Как же он попал в политику? Спустя четверть века после тех событий признает, что его учителями были политики Литвы, Латвии и Эстонии. По его словам, пришел на Съезд народных депутатов СССР «неотесанный как бревно». И они стали приглашать к себе. Ему понравилось.

Не понравилось, что в течение 10 лет пенсию ему назначили в 30 центов. Понравилось другое – получать гонорары за лекции. Был поражен тому, сколько за них платили. В интервью рассказал: в Японии – по 4,5 тысячи долларов за каждую лекцию. Купил жене японский автомобиль и себе.

Ю. Иванов: «Переговорщики боялись ареста»

– Во время перекура на крыльцо вышел Вячеслав Кебич и спросил меня: «Летят?» – рассказывал он спустя 25 лет. – Я уточнил, кто летит. Он не ответил, просто махнул рукой. Участники встречи, оказывается, опасались, что прибудет группа захвата. Торопились, нервничали. Но Михаил Горбачев ничего не предпринял. Процесс пошел.

В. Варенников: «Почему он никаких мер не предпринял?»

В 1998 году В. Варенников писал: «Ситуация сложилась таким образом, что Горбачев был ненавистен не только всему народу, но и каждому руководителю из республик. Они его презирали. Вспомните выступление Назарбаева на IV Съезде народных депутатов с открытыми выпадами против Горбачева, выступление Ельцина в Доме кино летом 1991 года. Ведь Борис Николаевич целых сорок минут посвятил исключительно Горбачеву, проклинал его за развал страны и предательство народа, что ему не место у руля и его надо убирать! И естественно, если бы Горбачев остался и не было ГКЧП, развал был бы неминуем, и от нас мало что зависело.

Но вот мы были арестованы, а Горбачев остался. Что ж он не предпринял никаких шагов, почему он никаких мер не предпринял, когда в Беловежской Пуще собралась эта тройка? Да потому, что он все время был неспособен и взялся за дело, которое ему было не по плечу. У него не было никакого предвидения, отсутствовали данные истинного государственника.

А подписавшие Беловежские соглашения сделали это, чтобы откреститься от Горбачева и его окружения, а вовсе не с целью развала Союза. Но они не заглянули дальше и не предвидели, что могло произойти. То есть был ГКЧП или его не было бы вовсе, мало что изменилось бы.

Да и о каком перевороте идет речь? Ведь и тогда никакого переворота, в сущности, и не было. Это фантазии Горбачева! Переворот был после того, как не стало нас! Вот говорят, что это был путч с целью захвата власти. Но ведь вся власть уже была в руках у членов ГКЧП! Мало того, вся сила была у нас в руках, и она нам подчинялась, могла сделать все, что им было бы приказано».

Как обвал в горах

26 ноября Ельцин подписал указ о преобразовании КГБ РСФСР в Агентство федеральной безопасности РСФСР во главе с В. Иваненко. А в январе 1992 года последовал новый указ.

Агентство федеральной безопасности РСФСР и союзная Межреспубликанская служба безопасности упразднялись. Вместо них появилось Министерство безопасности Российской Федерации во главе с министром В.П. Баранниковым, который до этого возглавлял союзное МВД.

Из интервью В. Иваненко журналу «Огонек» в канун 25-летия развала СССР. На вопрос, как такая всемогущая организация, как КГБ СССР, допустила развал Союза, первый и последний председатель КГБ РСФСР ответил:

– Я до сего дня выслушиваю упреки, что не арестовал участников Беловежских соглашений. И не устаю повторять: СССР к тому времени был уже мертв, спасать было нечего – Союз был обречен, как только из Конституции убрали 6-ю статью о руководящей и направляющей роли партии. Без КПСС «нерушимый» стал рыхлым комом. При этом надо понимать, что костяк руководства КГБ составляли выдвиженцы из партийных органов, так называемый «партийный набор». Как только 6-ю статью убрали, уже внутри самих спецслужб стали обсуждать, надо ли продолжать слепо следовать партийным установкам? До поры до времени такие разговоры жестко пресекали руководство и этот самый «набор», но так как шепот шел отовсюду, пресекать стало невозможно. К тому же КГБ того времени уже не был столь эффективной структурой, как раньше: все искали к кому бы прислониться, и нашли источник силы в Ельцине 24 декабря 1991 года Ельцин отправил Бакатина в отставку.

Ему было 55 лет. В августе 1992 года обратился к Борису Николаевичу с просьбой подыскать ему работу. Предложений не последовало.

Что в таких случаях говорят? Правильно: «Мавр сделал свое дело, мавр может уходить». Наивные начальники: они никак не могут поверить, что их назначают всего лишь под функцию.

1 декабря – президентские выборы на Украине, в Казахстане, Приднестровье и Гагаузии. Кравчук, избранный президентом Украины, заявил:

– С выходом из империи для Украины никакой катастрофы не будет, потому что она потенциально богатое государство.

И категорическое утверждение:

– Союзный договор Украина не подпишет.

3 декабря Ельцин поддержал Кравчука:

– Российское руководство заявляет о признании независимости Украины в соответствии с демократическим волеизъявлением ее народа.

5 декабря президент Украины Л. Кравчук объявил: Украина выходит из Союзного договора 1922 года, которым был образован СССР. Денонсировав тот договор, Украина юридически уже не имела отношения к Новоогаревскому процессу.

8 декабря Ельцин, Кравчук и Шушкевич приняли следующее заявление.

Мы, руководители Республики Беларусь, РСФСР, Украины, – отмечая, что переговоры о подготовке нового Союзного договора зашли в тупик, объективный процесс выхода республик из состава СССР и образования независимых государств стал реальным фактом;

– констатируя, что недальновидная политика центра привела к глубокому экономическому и политическому кризису, к развалу производства, катастрофическому понижению жизненного уровня практически всех слоев общества;

– принимая во внимание возрастание социальной напряженности во многих регионах бывшего Союза ССР, что привело к многонациональным конфликтам с многочисленными человеческими жертвами;

– осознавая ответственность перед своими народами и мировым сообществом и назревшую потребность в практическом осуществлении политических и экономических реформ, заявляем об образовании Содружества Независимых Государств, о чем сторонами 8 декабря 1991 г. подписано Соглашение.

Содружество Независимых Государств в составе Республики Беларусь, РСФСР, Украины является открытым для присоединения всех государств – членов Союза ССР, а также для иных государств, разделяющих цели и принципы настоящего Соглашения.

8 декабря 1991 года, г. Минск.

Они объявили: «Союз ССР как субъект международного права и геополитическая реальность прекращает свое существование».

Соглашение подписали: от России – Б.Н. Ельцин и Г.Э. Бурбулис, от Украины – Л.М. Кравчук и В.П. Фокин, от Белоруссии – С.С. Шушкевич и В.Ф. Кебич.

В тот же день Горбачеву сообщили о решениях, принятых в Беловежской Пуще.

Ельцин признавал, что беловежская встреча проходила в обстановке секретности, резиденцию даже охраняло особое спецподразделение. «Из-за этой сверхсекретности порой возникали неожиданные ситуации, – вспоминал он. – Например, вдруг выяснилось, что в резиденции нет ксерокса. Для того чтобы получить копию документа, его каждый раз приходилось пропускать через два телекса, стоявшие рядом – слава Богу, хоть они были».

10 декабря Беловежское соглашение ратифицировали парламенты Украины и Белоруссии.

Через два дня, 12 декабря, Верховный Совет России под аплодисменты тоже ратифицировал это Соглашение. За проголосовали 188 депутатов, против – 6, воздержались – 7.

Здесь кстати сделать одно маленькое отступление. В августе 1998 года думская комиссия по импичменту президенту Ельцину рассматривала беловежский сюжет. В качестве свидетелей выступили депутат Госдумы Сергей Бабурин (в 1991 году он был народным депутатом РСФСР) и начальник правового управления Госдумы (в 1991 году – председатель Комитета Верховного Совета РСФСР по законодательству) Владимир Исаков.

Исаков назвал Беловежские соглашения «заговором с целью захвата власти». Идея денонсирования договора 1922 года о создании СССР возникла у Ельцина, чтобы удалить Горбачева с политической сцены. Исаков считал, что именно крайне критическим отношением к Горбачеву объяснялся тот факт, что Верховный Совет России ратифицировал эти соглашения, хотя не имел на то права: закон наделял такими полномочиями Съезд народных депутатов.

В тот же день была попытка собрать Верховный Совет СССР, но она закончилась неудачей. Депутатам от России и Белоруссии не было рекомендовано участвовать в его работе.

Депутаты от Украины тоже не пришли.

11 декабря Киргизия и Армения присоединились к СНГ.

Спустя два дня, 13 декабря, в Ашхабаде состоялась встреча глав государств Средней Азии и Казахстана. Они выразили желание присоединиться к СНГ, но поставили условие: уравнять их с теми, кто первыми подписал договор.

Необходимые гарантии были даны Ельциным, который 14 декабря на встрече с координаторами парламентской фракции «Смена – новая политика» заявил:

– Мы в этом отношении очень аккуратно соблюдаем вопросы в отношении равенства. То есть нет старших братьев, младших братьев, чтобы ни в коем случае Россия не претендовала на какое-то лидерство, мы все равны.

Ельцин сообщил, что 21 декабря в Алма-Ате состоится подписание 10 государствами Соглашения о присоединении к СНГ.

Так и произошло. В подписании Декларации приняли участие главы 11 государств. Они констатировали: «С образованием Содружества Независимых Государств Союз Советских Социалистических Республик прекращает свое существование».

19 декабря Горбачев обратился к участникам алма-атинской встречи с письмом, в котором призвал не допустить разрыва в правопреемстве, провести заключительное заседание Верховного Совета СССР, провозгласить открытость границ и гражданства в рамках СНГ.

Письмо Горбачева участники алма-атинской встречи проигнорировали. А его самого даже не пригласили. И не прокомментировали его предложение дать новое название содружеству – СЕАГ (Содружество Европейских и Азиатских Государств).

Все 11 республик, главы которых прибыли в Алма-Ату, были объявлены соучредителями СНГ. Никакого центра не предусматривалось – такое условие выдвинула Украина.

24 декабря состоялась последняя встреча Ельцина с Горба чевым. «Список претензий Горбачева – его “отступная”, – вспоминал позднее Ельцин, – изложенных на нескольких страницах, был огромен. И практически весь состоял из материальных требований.

Пенсия в размере президентского оклада с последующей индексацией, президентская квартира, дача, машина для жены и для себя, но главное – Фонд. Большое здание в центре Москвы, бывшая Академия общественных наук, транспорт, оборудование. Охрана…

После ухода Горбачева с поста президента я побывал в его служебной квартире на улице Косыгина – музей, а не квартира, все какое-то казенное. Въезжать туда я отказался».

25 декабря Горбачев официально сложил с себя полномо чия президента СССР, о чем и заявил в выступлении по телевидению. В тот же день в 19 часов 38 минут над Кремлем был спущен государственный флаг СССР и поднят трехцветный флаг России.

М. Горбачев: «Союзу нанесли два удара…»

В декабре 2016 года, в канун 25-й годовщины распада СССР, Горбачев в интервью ТАСС и «Интерфаксу» разъяснил, почему развалился Союз и может ли он когда-нибудь возродиться.

– Союзу нанесли два удара – сначала путчисты ГКЧП, затем радикалы вместе с сепаратистами. Сыграло роль и то, что многие люди не понимали, то разваливается страна. Им казалось, что СНГ – это «Союз без Горбачева». А тогдашнее российское руководство рассчитывало, что будет доминировать на постсоветском пространстве.

По словам Горбачева, оно также рассчитывало, что Россия будет иметь в мире не меньший вес, чем Союз.

– Но это было объективно невозможно… Из мирового порядка был выдернут стержень. Западный мир, особенно США, охватила эйфория «победы в холодной войне». А триумфатор-ство – плохой советчик.

На вопрос, допускает ли он возможность появления нового Союзного государства ответил:

– Советского Союза – нет, а Союза – да. Я считаю, что Сою новый может быть. В прежних границах и с тем же составом, добровольно…

19 декабря Ельцин подписал указ, согласно которому было образовано Министерство безопасности и внутренних дел РСФСР. Оно создавалось на базе упраздняемых министерств внутренних дел СССР и РСФСР, Межреспубликанской службы безопасности и Агентства федеральной безопасности РСФСР. Просуществовало недолго, и вскоре было снова разделено.

Наступали времена, о которых точно и емко высказался председатель КГБ СССР в 1961–1967 годах В.Е. Семичастный:

«Все последующие десять лет переустройства, начиная с Бакатина, шла безответственная ломка органов по живому. А вместе с ней и убийственная ломка судеб наших самых лучших сотрудников… Самые высококлассные специалисты госбезопасности стали уходит из органов… Да и оплата труда сотрудников самых опасных профессий стала выглядеть как насмешка над интеллектуальным потенциалом спецслужб… Между прочим, академик Сахаров не случайно как-то сказал, что в целом он высочайшего мнения об органах КГБ. За то, что они не поддались коррупции, взяткам, никакой шантаж на них не действовал».

Этими проникновенными словами мне и хочется закончить книгу о последнем годе истории КГБ СССР.