Текст книги "КГБ в 1991 году"

Автор книги: Василий Сойма

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 29 страниц)

Бывший заместитель начальника 9-го управления КГБ, занимавший эту должность в 1975–1989 годах, Герой Советского Союза, лауреат Государственной премии СССР, генерал-майор М.С. Докучаев, хорошо знавший Плеханова, назвал несправедливыми слова Горбачева по поводу «стяжательства» Плеханова.

«Жил он с супругой очень скромно, – отмечал Докучаев в своих мемуарах “Москва. Кремль. Охрана”, – в чем убедились те, кто арестовывал его. Кроме холодильника, телевизора и подаренного ему кем-то маленького кинжала, в его квартире нечего было арестовывать. У него изъяли две сберегательные книжки: одну – на четыреста рублей, другую – на пять рублей.

И этого труженика, честнейшего человека, отдавшего многие годы добросовестного служения делу обеспечения безопасности высоких советских и зарубежных руководителей, Горбачев, не разобравшись в сути дела, охарактеризовал как стяжателя, выгнал с позором и разжаловал».

В декабре 1992 года Плеханова освободили из-под стражи под подписку о невыезде. 23 февраля 1994 года постановлением Госдумы РФ амнистирован со всеми участниками по делу ГКЧП. В общественной и коммерческой деятельности не участвовал.

Умер в июле 2002 года. В день смерти указом президента РФ В.В. Путина восстановлен в воинском звании и наградах.

Павлов

Свою вину не признавал, заявлял, что никакого заговора не было. На допросах удивлялся: ну как можно инкриминировать ему захват власти? Ее что, мало у него было? Подчеркивал, что Верховный Совет СССР утвердил его в должности премьер-министра с первого голосования, а не повторного, как некоторых.

В январе 1993 года ему была изменена мера пресечения с содержания под стражей на подписку о невыезде. В феврале 1994 года был амнистирован Госдумой.

В 2007 году в интервью газете «Труд» категорически не соглашался с тем, что ГКЧП стремился повернуть историю вспять, от демократии к крепкой руке: «Мой отец, шофер, был незаконно репрессирован в 1937 году, а мать, медсестра, находилась после войны под следствием по “делу врачей”. Как я мог ратовать за возвращение к сталинизму?»

Работал в финансовой и экономической сферах: президент «Часпромбанка», советник «Промстройбанка», заместитель председателя Вольного экономического общества.

В последние годы некоторые исследователи августовских событий 1991 года обращают внимание на строки генерала армии В.И. Варенникова: «В ночь с 18 на 19 августа руководство страны, учитывая отказ Горбачева участвовать в действиях, вынуждено было создать “Государственный комитет по чрезвычайному положению”. Такого типа государственные структуры в то время имели право создавать два лица: Президент СССР или председатель Кабинета министров СССР. Руководитель Кабинета министров Валентин Павлов взял ответственность на себя, создал комитет и сам вошел в его состав».

В 2002 году перенес инфаркт, затем – инсульт. Умер в 2003 году. Ему было 65 лет.

Тизяков

Полтора года в СИЗО не сломили его волю. Остался убежденным в своей правоте.

Из свидетельских показаний главного конструктора КБ «Новатор» В. Смирнова: «В начале февраля 1991 года я вместе с Тизяковым летел в одном самолете в командировку в Москву. Тизяков сидел в кресле, расположенном впереди меня. Он что-то сосредоточенно писал. В просвет между креслами я увидел раскрытую страницу блокнота. На ней по пунктам излагался план заговора с целью реорганизации структуры управления страной. Как я понял, вся власть в СССР должна была перейти к ВКУ (Временный комитет управления СССР – первоначальное название ГКЧП), президент должен был только исполнять волю этого органа.

Когда Тизяков перелистнул страницу блокнота, мое внимание под пунктом 19 привлекла запись: “Нападки на армию, КПСС, КГБ, МВД. Выяснить, кто. Составить списки”.

После того как полет закончился, я поделился увиденным с главным инженером КБ “Новатор” Вячеславом Горбаренко».

В январе 1992 года Тизяков обратился с письмом на имя Генерального прокурора РФ В.Г. Степанкова. Послание было довольно длинное. Анализируя последствия этого «странного заговора», пришел к выводу: «Каждый в стране понял, что так, как ведет политику Центр во главе с Горбачевым М.С., – “ни да, ни нет” – никого больше не устраивает».

Квинтэссенция – в последнем абзаце пятого пункта: «Порой кажется, что этот “странный заговор” и произошел специально для решения этих тупиковых проблем».

В шестом пункте сказано: «Следствие закончено, и сейчас ясно, что два руководителя крупнейших общественных организаций в СССР АГПО СССР и Крестьянского союза СССР – я и Стародубцев В.А. – в этом деле пятое колесо в телеге, правда, это было ясно еще с 19.08.91 г., и есть все основания закрыть дело, начиная с нас первых. Это будет по достоинству оценено в кругах промышленности и сельского хозяйства».

В январе 1993 года освобожден из-под стражи. В феврале 1993 года был избран делегатом Свердловской областной восстановительной партийной конференции. Его появление в зале вызвало бурные овации. В сентябре 1993 года Военная коллегия Верховного суда приостановила производство по делу Тизякова из-за его серьезного заболевания. Амнистирован Госдумой РФ в феврале 1994 года.

Член КПРФ. Был соучредителем и учредителем нескольких компаний, президентом российско-киргизского предприятия «Технология». Избирался депутатом Свердловского областного Совета.

Стародубцев

В ноябре 1992 года мера пресечения была изменена на подписку о невыезде. Приступил к работе как председатель агропромышленного комплекса «Новомосковское» и колхоза им. Ленина Тульской области.

Вернулся в большую политику – был губернатором Тульской области, членом Совета Федерации, возглавлял Аграрный союз России. В 1995 году на вопрос, могли ГКЧП победить, ответил: «Если бы я не был уверен в том, что ГКЧП сможет победить, я бы никогда не стал его членом».

Никогда не менял свою точку зрения. «Если бы тогда можно было остановить развал великой державы, задуманный и спланированный на Западе с использованием наших предателей, то страну можно было бы спасти. Был бы ГКЧП или бы его не было, если бы 20 августа 1991 года состоялось подписание всем известных соглашений, то был бы подписан смертный приговор великой державе. Так что от нас уже мало что зависело».

Шенин

Не сломался, не пал духом, отстаивал свою позицию до конца. В первую годовщину августовских событий 1991 года «Правда» поместила материал «Так кто же совершил настоящий путч?..», где он ответил письменно на вопросы газеты, которые ему передали в тюремную камеру.

Утверждал, что проект Союзного договора, подготовленный для подписания 20 августа 1991 года, на самом деле означал фактический раскол СССР и шел вразрез с мнением народа, высказанным на референдуме 17 марта.

Что касается изоляции Горбачева в Форосе, то в действительности никакой блокады не было. Имело место банальное самоустранение от выполнения своих конституционных обязанностей.

В октябре 1992 года в следственном изоляторе «Матросская Тишина» объявил бессрочную политическую голодовку. Его предупредили, что существует инструкция МВД, по которой будут кормить насильно. Но это его не остановило.

В конце того же месяца мера пресечения по состоянию здоровья была заменена на подписку о невыезде. Место передвижения ограничили Москвой. В тюрьме перенес три операции.

В феврале 1994 года давал показания в судебном заседании. Категорически отрицал свою вину в предъявленном ему обвинении в измене Родине. «Я действительно, – сказал он, – несу ответственность, но отнюдь не по тому обвинению, которое предъявила прокуратура. Я, как гражданин СССР, как член КПСС, несу политическую и моральную ответственность перед народом и партией: не все сделал для того, чтобы предотвратить разрушение великой державы – Союза Советских Социалистических Республик».

Дал свою оценку событиям 1991 года: «Ликвидация на основе Новоогаревского договора единого государства, раздробление его на части не только без согласия народа, но и вопреки его воле, выраженной на референдуме, разрушение основ Конституции и были, без всякого сомнения, государственным переворотом, за что организовавшие его лица подлежали уголовной ответственности по статье 64 Уголовного кодекса РСФСР в точном ее смысле – “за измену Родине”».

Подчеркнул, что Горбачев был осведомлен относительно предстоящего развала Союза. «Знал ли Горбачев о том, что Ельцин готовился к заключительной стадии антиконституционного переворота – ликвидации союзных структур власти и управления? И что Ельцин в такой ситуации не подпишет 20 августа 1991 года Союзный договор, а наоборот, будет стремиться сорвать его подписание и ликвидировать центр? Знал. 29 июля 1991 года он мне лично сказал, что если обстановка и дальше будет ухудшаться, то он пойдет и на крайние меры».

О законности или незаконности ГКЧП: «Создание ГКЧП я не считаю противозаконным действием, поскольку такой комитет как не был предусмотрен Конституцией СССР, так и не был ею запрещен. Его создание – и этого нельзя не видеть – связано с целым рядом нарушений Конституции СССР и союзных республик высшими должностными лицами, создавшими реальную угрозу конституционному строю и целостности страны. К тому же само образование подобного органа не влечет уголовной ответственности. Ведь создавал президент Российской Федерации Ельцин неконституционные органы, однако за это не понес никакой ответственности».

Не терял самообладания и даже чувства юмора под шквалом вопросов со стороны обвинения. Когда они стали допытываться, заезжал ли он в ЦК КПСС 18 июня 1991 года после возвращения из Фороса перед тем как идти в Кремль, и он ответил: нет, не заезжал, они снова начали выяснять этот вопрос, Шенин ответил:

– В следующий раз, перед тем как идти в Кремль, обязательно заеду в ЦК КПСС.

После амнистии вернулся в политику. В 1993–2001 годах возглавлял Совет леворадикального «Союза коммунистических партий – КПСС», куда входили 22 компартии бывших советских республик, был членом ЦИК КПРФ и ЦК КПРФ. В 2000 году возглавил новосозданную Коммунистическую партию Союза России и Белоруссии, за что был исключен из ЦК КПРФ. В 2007 году пытался выдвинуть свою кандидатуру на пост президента РФ.

В августе 1995 года на вопрос, мог ли ГКЧП победить, ответил: «Да, победа ГКЧП была вполне возможна». И добавил: «Если бы ГКЧП состоялся хотя бы в декабре 1990 года».

Непоколебимо стоял на своей позиции: «ГКЧП просто не могло не быть. С 1985 года страна покатилась черт знает куда.

Хотя у нас всегда хватало полоумных руководителей, начиная с Хрущева, со всеми его глупыми выходками, но во времена “перестройки” число таковых превзошло невозможное. ГКЧП было запоздалой попыткой вытащить страну из пропасти. В августе 1991 года мы могли лишь заявить о своей позиции…»

Умер в 2009 году. Похоронен на Троекуровском кладбище в Москве, рядом с могилой генерала армии В.И. Варенникова.

Генералов

Больше года провел в следственном изоляторе «Матросская Тишина» по делу ГКЧП. Серьезно болел, но, по словам Крючкова, ни на минуту не терял мужества и самообладания. Во многом благодаря ему на следствии и в суде удалось убедительно показать самозатворничество Горбачева в крымской резиденции.

Находясь в Форосе с 18 по 21 августа, «вел себя достойно, видел лицемерие Горбачева, не поддался искушению пойти на сделку с совестью, несмотря на то, что отдавал себе отчет в том, какие лишения ожидают его».

В декабре 1992 года ему была изменена мера пресечения на подписку о невыезде.

Впоследствии работал в АО «Регион», входившем в АФК «Система».

Глава 12
ПЕРЕМЕНЫ В КРЕМЛЕ И НА ЛУБЯНКЕ. ОКТЯБРЬ-НОЯБРЬ

Октябрьские самоубийства

В воскресное утро 6 октября предшественника Н.Е. Кручины на посту управделами ЦК КПСС ПС. Павлова обнаружили мертвым на газоне под окнами его квартиры. Ему было 80 лет. Когда в домашний кабинет, где он работал, вошла жена, мужа она не увидела. Окно было распахнуто, а под ним стояли тапочки. На столе лежала записка, в ней два слова: «Только кремация!»

Жена рассказывала: 26 августа, узнав о том, что его преемник Н.Е. Кручина покончил с собой, сказал:

– Вот мужественный человек. Я бы так не смог.

По факту гибели ПС. Павлова прокуратура Ленинского района Москвы возбудила уголовное дело. В ходе следствия было установлено, что происшествие случилось примерно в 10 часов 40 минут утра.

Перед этим семья Павлова вместе позавтракала. Павлов ушел в свой домашний кабинет и запер дверь якобы для того, чтобы ему не мешали отдыхать. Обеспокоенные его долгим отсутствием, родные вскрыли дверь и обнаружили, что кабинет пуст, а окно распахнуто. Нашли Павлова внизу, на траве. Недалеко от стены свежо чернела земля, обозначая след от удара. Погибший был высоким, грузным человеком, весил около ста килограммов.

После проведения необходимых следственных действий прокуратура пришла к заключению: это было самоубийство.

Мог ли он знать нечто такое, что беспокоило кого-то? Тогда сразу же поползли слухи о «золоте партии». Самоубийство двух управделами ЦК КПСС, притом одним способом, вызывало подозрение.

После смерти Брежнева, при Андропове, Павлов ушел на пенсию и исчез из виду. Последнее время часто болел и практически не появлялся на людях. Признаков насильственной смерти у него как будто не обнаружили, время падения из окна и наступления смерти совпадало.

Цепь этих странных самоубийств замкнул бывший заместитель заведующего международным отделом ЦК КПСС Д.А. Лисоволик. Ему было 54 года. 17 октября он выбросился с балкона своей квартиры на 12-м этаже. Его жена стояла с дочкой на балконе, и вдруг они увидели, что он перегнулся через перила и стал падать. Предсмертной записки не было.

Длительное время он работал за рубежом, избирался секретарем парткома советского посольства в США. Возвратившись из загранкомандировки, был назначен заведующим сектором США, а вскоре заместителем заведующего Международного отдела ЦК КПСС. С конца августа 1991 года он, как и все его коллеги, стал безработным. Лисоволик впал в хандру, запрет КПСС воспринял очень тяжело. Говорил, что жизнь прошла впустую. Пытался устроиться на работу, но ярлык «цековца» служил препятствием.

Горбачев негодует, Ельцин торжествует

В начале октября разразился грандиозный скандал. Тексты допросов Крючкова, Язова и Павлова опубликовал немецкий еженедельник «Шпигель». Горбачев поручил прокуратурам СССР и РСФСР провести служебное расследование обстоятельств утечки информации о работе следственных органов по делу ГКЧП.

А потом грянул еще один скандал: вышла книга «Кремлевский заговор. Версия следствия» за подписями Генпрокурора России В. Степанкова и его заместителя Е. Лисова.

23 октября Госсовет СССР принял решение о переименовании КГБ СССР в Межреспубликанскую службу безопасности (МСБ). Председателем МСБ назначен В.В. Бакатин.

С 1 ноября Россия прекратила финансирование союзных министерств, которые не упомянуты в Договоре об экономическом сообществе.

6 ноября Ельцин объявил о своем «подарке» к 74-й годов щине Великого Октября – подписал указ о прекращении деятельности КПСС и Компартии РСФСР на территории России. Их организационные структуры распускались, имущество национализировалось.

Он возложил на себя обязанности премьер-министра РСФСР. Госсекретаря Г. Бурбулиса назначил первым вице-премьером правительства. Судя по всему, ему отводилась главная роль. Е. Гайдар и А. Шохин – вице-премьеры, соответственно министры экономики и финансов; труда и социальной защиты. М. Полторанин – министр печати. Это стало началом формирования «правительства реформ». В тот же день из состава КГБ СССР были выведены Пограничные войска. Создан Комитет по охране государственной границы.

14 ноября в подмосковном Ново-Огареве состоялось заседание Госсовета. Прибыли главы семи республик. А должны были двенадцать. Прибалтику, как известно, отпустил Горбачев. Прибалтика – это три республики. А остальные?

Президент Узбекистана Ислам Каримов находился в пути, а представители Украины не высказали желания участвовать в заседании. Председатель Верховного Совета Украины Леонид Кравчук в телефонном разговоре с Горбачевым сказал, что Верховный Совет не рекомендовал ему участвовать в обсуждении Союзного договора до 1 декабря. На этот день в республике назначены президентские выборы и референдум. Президент Армении находился в США.

Обсуждали новый Союзный договор. Договорились, что это будет конфедеративное государство, выполняющее функции, делегированные государствами – участниками Договора. Название: ССГ (Союз Суверенных Государств). Конституцию ССГ заменит Договор ССГ. Предполагалось, что у ССГ будут президент и двухпалатный парламент, центральное правительство возглавит премьер-министр. Власть переходила Совету глав государств, куда должны были войти президент ССГ и главы союзных республик.

Разъезжались, кажется, довольные друг другом. Вот их тогдашние мнения.

Борис Ельцин (Россия): «Трудно сказать, какое число государств войдет в союз, но у меня твердое убеждение, что Союз будет».

Нурсултан Назарбаев (Казахстан): «Республика всегда стояла за сохранение Союза, безусловно, не того, который был, а за союз, который реально сегодня существует. Это союз суверенных государств, самостоятельных и равноправных. Я на этой позиции стою, выражая мнение большинства населения Казахстана. Каким будет этот союз в конечном счете – конфедеративным или каким-то другим, покажет будущее».

Станислав Шушкевич (Беларусь): «По моему убеждению, вероятность образования нового союза существенно возросла.

Я думаю, союз будет».

Аскар Акаев (Кыргызстан): «Присоединяюсь к коллегам. Я полон уверенности – союз будет».

Сахат Мурадов (председатель Верховного Совета Туркменистана): «На состоявшемся на днях заседании Верховного Совета все депутаты высказались за то, чтобы наша республика была в составе Союза Суверенных Государств».

Акбаршо Искандаров (заместитель председателя Верховного Совета Таджикистана): «Наша республика с самого начала была за союз. После сегодняшнего заседания появилась уверенность, что он будет».

Проект Договора должны были рассмотреть парламенты республик. Вот там-то и началось. Сначала отказались три прибалтийские республики, вслед за ними Грузия, Армения, Молдова, Азербайджан. Они объявляли о своей государственной независимости, избирали своих президентов, заявляли о своем желании стать членами ООН.

На 25 ноября в Ново-Огареве было назначено заседание глав республик для парафирования Договора. Не приехали украинский лидер Кравчук и из-за сложной обстановки в республике глава Азербайджана Муталибов. Остальные потребовали внести существенные изменения в проект документа, которые касались смещения оставшихся полномочий от центра к республикам.

Обстановку взорвал Ельцин. Он потребовал заменить формулировку «Союзное государство» на «Союз государств» и заявил об отказе парафировать текст до рассмотрения его Верховным Советом. Другие, глядя на него, заколебались.

Горбачев предпринимал отчаянные попытки уговорить собравшихся, но не смог. Раздосадованный непослушанием, он вскочил из-за стола и в ярости выбежал из зала заседаний. Вернуть убежавшего президента делегировали Ельцина и белоруса Шушкевича. Они пришли к нему в кабинет и сказали: давайте продолжать работу, надо же искать выход.

Горбачев вернулся в зал, все снова приступили к обсуждению. Главы республик нехотя пошли на компромисс, но затем атмосфера снова стала накаляться. В итоге проект Договора остался неподписанным. Было объявлено, что его отправят на обсуждение парламентов республик, после чего он будет подписан 20 декабря.

Когда Горбачев в одиночестве вышел к журналистам и назвал дату предполагаемого подписания, многие обратили внимание на дату – 20 декабря. Назавтра в комментариях отмечалось, что это число несчастливое – в августе был создан ГКЧП.

Первый звонок, предвещавший неуспех новоогаревского Договора, прозвенел 1 декабря. В тот день на Украине прошел референдум, на котором граждане проголосовали за независимость. Это дало Кравчуку повод заявить, что Украина не будет участвовать в Новоогаревском процессе.

26 ноября указом Ельцина КГБ РСФСР был преобразован в Агентство федеральной безопасности РСФСР. Генеральный директор – в ранге министра РСФСР. Им стал В.В. Иваненко, прежний председатель КГБ РСФСР.

Начался раздел центрального аппарата госбезопасности. 28 ноября 1991 года вышел указ Горбачева «Об утверждении Временного положения о Межреспубликанской службе безопасности». Возглавлять ее был назначен Бакатин.

Эта должность была специфическая, совсем не такая, как председателя КГБ, обладавшего огромными полномочиями на всей территории СССР. Главе МСБ отводилась роль координатора деятельности руководителей госбезопасности союзных республик, входивших в коллегию МСБ. С каждой из республик заключался отдельный договор о сотрудничестве.

Новая структура напоминала что-то вроде своеобразного агентства. Знатоки спецслужб утверждали, что МСБ строилась по тому же принципу, что и ФБР США.

3 декабря Верховный Совет СССР принял закон «О реорганизации органов государственной безопасности». В тот же день его подписал Горбачев.

Согласно закону, КГБ СССР упразднялся. На его базе создавались Межреспубликанская служба безопасности и Центральная служба разведки СССР (в США – ФБР и ЦРУ).

Но жить МСБ и ЦСР оставалось совсем недолго – 8 декабря в Беловежской Пуще главы России, Украины и Белоруссии Ельцин, Кравчук и Шушкевич подписали соглашение о создании Содружества Независимых Государств (СНГ). Необходимость в МСБ отпала – каждая республика создавала свою собственную спецслужбу.