Текст книги "Симбионт 2 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 26 страниц)

Глава 4

Передышка

– Мишка! – радостно завопила Иринка, увидев меня выходящим из микроавтобуса. Она распахнула окно своей комнаты, находившейся на втором этаже, и едва не вывалилась наружу через подоконник от избытка эмоций. – Я сейчас!

Вокруг нас началась суета. Слуги подхватили дорожные сумки и потащили их в дом. Чехол с клинками я никому не отдал, а перекинул через плечо. Личное оружие чужих рук не любит, всё время повторял Варяг, и я следовал этому совету. Луиза с некоторой растерянностью наблюдала за происходящим, не зная, что делать дальше. Арсен и Фил обнимались со своими друзьями, охрана почтительно здоровалась со мной.

– С приездом, Михаил Александрович! – откуда-то вынырнул Ильхан. – Как здоровье?

– Спасибо, вашими молитвами, – я пожал сухую крепкую ладонь воеводы. – Отец-то где?

– У него с самого утра какие-то совещания бесконечным потоком идут, – пояснил Ильхан, с любопытством поглядывая на молчащую рыжеволосую девушку, незнакомую ему. – Обещал к ужину вернуться. А Евгения Викторовна дома. Никак, Луиза? Гляжу – и глазам своим не верю.

– Привет, Ильхан, – улыбнулась мой «ангел». – Давненько не виделись.

Я себя почувствовал идиотом. Как так-то? Почему Арсен и Ильхан хорошо знакомы с Луизой, а я о ней раньше ни слухом, ни духом? Точно знаю, что никогда с рыжей не пересекался, и о её существовании даже не подозревал.

– Девушка пострадала за меня, вот я и решил компенсировать её ранение приглашением в Оренбург, – предупреждаю боевика. – Поживёт здесь недельку.

– Как скажете, – Ильхан ещё раз окинул взглядом рыжую, слегка напрягся, заметив, видимо, сверкнувшие импланты в её глазах. – Мы гостям всегда рады.

Иринка вылетела из дома, как камень из пращи, в наскоро накинутой на плечи куртке – день всё-таки был прохладный – и, едва не теряя тапочки, сбежала с крыльца. Тут же кинулась мне на шею, крепко прижалась, жарко дыша в ухо. И вдруг расплакалась.

– Ты чего, сестрёнка? – я улыбнулся, отодвинул от себя Ирину и провёл ладонью по её мокрым щекам. – Чего болото разводишь?

– Тебя могли убить! – шмыгнула носом сестра и смешно сморщила его.

– Ну… для вечной жизни у меня есть клон, – неловко пошутил я.

– Дурак! – она в сердцах стукнула меня кулачком в грудь. – Я же не совсем это имела в виду! В последнее время тебя словно сговорились сжить со свету! Почему не бережёшься?

– Да как, Ириша? – удивился я. – Окружить себя десятком телохранителей и даже в туалет ходить под надзором?

– Говорю же – дурак, – нелогично ответила Иринка и перевела взгляд на улыбающуюся Луизу.

– А, кстати! Познакомься, это Луиза-Кристина Ирмер, мы с ней на одном факультете учимся, – я простёр руку в сторону своей личной охранницы. – Тоже была ранена в той стычке. Нам дали неделю на реабилитацию, вот я и решил её пригласить в гости.

И напрягся. Если уж и сестрёнка с ней знакома…!

– И правильно сделал, – дружелюбно откликнулась сестра и протянула руку рыжей. – Мама рассказывала про какую-то девушку, которая тебя спасла. Добро пожаловать, Луиза-Кристина! Как интересно, почему двойное имя?

– Ну… Луизой меня при рождении назвали, – усмехнулась однокурсница. – А самой мне имя Кристина нравится. Вот твой брат и норовит при случае пошутить.

– Тогда если ты не против, я тоже буду тебя Кристиной звать.

– Можно Крис, – милостиво разрешила рыжая бестия.

– Пошли в дом, я тебе комнату покажу, – сестра довольно бесцеремонно схватила гостью за руку и потащила в дом. Я усмехнулся и пошёл следом.

Мама ждала меня посреди гостиной в домашнем платье, стянув на груди кончики пухового платка. На её красивом лице промелькнуло облегчение, когда увидела, что её сын передвигается на своих ногах, а не приехал в носилках. Ну, это я уже шучу. Нервное напряжение последних дней вдруг спало, как будто неведомая сила выдернула из позвоночника штырь, и я мгновенно обмяк.

– Привет, мам! – я шагнул навстречу и попал в объятия. Пусть мы виделись совсем недавно, но всё равно ощутить мягкие и нежные руки родного человека равно терапевтическому воздействию. Сразу захотелось стать маленьким, отгородиться от всего произошедшего за последние два месяца, перевести дух.

– Сынок, как ты? – с тревогой спросила она. – Я слышала, на тебя кто-то пытался напасть в больнице? Это правда?

– Всё нормально. Охрана хорошо сработала, на входе перехватила, – соврал я. – Видишь, живой и здоровый стою перед тобой. Познакомься с Луизой Ирмер. Ты не против, если она погостит у нас?

– Это та самая девушка, которая спасла тебя? – мама с одобрением посмотрела на молчащую Ирмер, рядом с которой застыла Ирина. – Очень приятно познакомиться, Луиза. Позвольте выразить свою благодарность за Мишу. У меня до сих пор в голове не укладывается, как такое могло произойти прямо в университете! Вас, Луиза, ангел послал!

Ирмер улыбнулась, но в глазах промелькнула тревога. Впрочем, мама никак не могла знать о проекте, который замыслил отец со своими высокопоставленными друзьями. Я сделал знак, чтобы рыжая расслабилась. Всего лишь случайно оброненное слово, без всякого подтекста.

– Я всегда ношу в сумочке оружие, – призналась рыжая. – У меня есть разрешение даже на его применение. Папа постарался после одного случая, произошедшего со мной. Видите, пригодилось. Хотя и не мне.

– Ирина, а что ты стоишь? Покажи нашей гостье самую лучшую комнату! – встрепенулась мама. – Луизе надо отдохнуть с дороги. Скоро должен вернуться отец, и будем ужинать!

Девушки поднялись наверх, а я расспросил маму о последних городских новостях. По её словам, после моего отъезда в Уральск как-то сразу стало тихо. Это и понятно. Все кровавые события оказались связаны со мной.

– А кто у Луизы родители? – спросила она.

– Фермеры с Поволжья, – честно ответил я. – Вполне обеспеченные люди.

– Надеюсь, у тебя не появилась привязанность к этой девушке? – осторожно поинтересовалась мама. – Психологи утверждают, что благодарность за спасение жизни перетекает в бурные отношения.

– Поменьше читай этих болтунов! – я не выдержал и рассмеялся. – Нет, не переживай. Ничего такого у нас нет. Луиза вообще старается держаться особняком, да и друзей у неё мало.

– Миша, я не против, если у вас возникнет лёгкий роман, – вдруг расщедрилась мама. – Я вижу, как она на тебя смотрит. Но будь аккуратен. Даже если родители девушки очень богатые фермеры – это не наш уровень. Нужно дружить так, чтобы при расставании не было слёз и укоров.

– Хорошо, мам! – вздохнул я, не собираясь втягиваться в ненужную сейчас полемику о взаимоотношениях. Она же явно напоминала о Лизе Алеевой. Меня больше всего заинтересовало, как именно родительница разглядела в глазах Луизы, что я ей нравлюсь. Рыжая девушка сразу сказала, что никакого романа между нами быть не может. И чётко придерживалась этого правила.

В это время в гостиную ввалились Варяг и Лёшка – мой младший брат. Он держал в руке чехол со своими саблями. Судя по взмыленному лицу и тёмным пятнам на спортивном костюме братца, Мастер клинков беспощадно гонял его в парке и в тренажёрном зале.

– О! Мишка приехал! – кинулся ко мне младшенький. – Может, теперь Варяг отстанет от меня и займётся тобой?

– Обломись! – рассмеялся я, прижимая к себе Алексея и похлопывая по спине. – У меня реабилитация после ранения. Я даже клинки ещё не держал в руках.

– Разминочные занятия не помешают, – подал голос Мастер, и братец весело заржал, радуясь перспективе увильнуть от тренировок. – С завтрашнего дня и начнём. Алексей, ты особо не радуйся. Никто не отменял ежедневную практику.

Лёшка сразу же заскучал. А я крепко обнялся с Варягом, ощущая какую-то удивительную радость от встречи с домашними, даже если они только служили роду Дружининых.

Поднявшись в свою комнату, я с облегчением сбросил на застеленную кровать чехол с саблями. Сумка с вещами уже была на месте. Один из слуг поставил её на стул так, чтобы она сразу же бросилась в глаза. Ладно, потом разберу. А сейчас хочу в душ. Потом – часика полтора подремать. К тому времени к ужину позовут.

Постояв под тугими струями воды, я вылез из душевой кабинки, тщательно растёр спину, а вот грудь – с осторожностью. Посмотрелся в зеркало. Входное отверстие на груди и в плече уже покрылось розовой кожицей благодаря манипуляциям Целителя.

– Попортили шкурку, – проговорил Субботин, тоже разглядывая пулевые раны. – Скажу банальность, но шрамы украшают мужчину. Девушки таких мачо особенно любят.

– По себе судишь? – усмехнулся я, причёсывая влажные волосы.

– Я с Надей когда познакомился, уже дважды был ранен, – охотно пояснил майор. – Что странно, тоже в плечо и грудь, как и ты. Когда она впервые увидела эти заросшие кожицей «звёздочки», у нас случился страстный секс.

– Ну, это от темперамента женщины зависит, а не от дырок в мужской шкуре, – я улыбнулся.

– Не скажи, тёзка! Визуальный эффект от ран очень сильный. Женщине сразу хочется окружить заботой и лаской своего партнёра, показать, как она ценит его мужество, – разглагольствовал Субботин, тщательно скрывая за словами свою боль от того, что никогда не сможет прикоснуться к своей женщине, да даже просто увидеть её. – Маринка оценит.

– Далась тебе Маринка! – я накинул на себя халат. – Она же не девка из мещанской семьи, а дочь серьёзного человека. За ней Род, а не один отец. Не хочу, чтобы потом меня под венец потянули только из-за того, что я разок переспал с Турчаниновой.

– Так рассуждать – вообще ни одной аристократки не попробуешь до брака!

Майор, конечно, шутил, и я спокойно воспринимал его слова. Лиза ещё очень сильно держала меня. Слишком глубокие корни она пустила в моём сердце. Нужно время, чтобы они отмерли и отвалились. Поэтому заводить новые отношения я сейчас совершенно не хотел. Нельзя также забывать, что за мной идёт охота, и любой человек, находящийся рядом, автоматически подвергнется опасности.

– Поживём – увидим, – философски рассудил я и вышел из ванной комнаты. Времени до ужина было полно, поэтому мысль подремать возникла как нельзя кстати. Надев шорты и футболку, я убрал чехол с саблями в шкаф и завалился на кровать. Ничего удивительного, что только закрыл глаза, тут же погрузился в сон. Организм ещё был слаб после ранения, поэтому сам решил, когда мне отдыхать.

Я ещё не разомкнул веки, но уже понял, что кто-то находится в моей комнате. Судя по запаху парфюма с густыми нотками грейпфрута и мандарина, это был отец. Любимый его запах, знакомый мне с детства.

– Хорош притворяться спящим, – пророкотал папаша, сидя на стуле в нескольких шагах от кровати. – Глазные яблоки бегают, не обманешь.

– Давно тут за мной наблюдаешь? – я отчаянно зевнул и спустил ноги на пол. Растёр лицо, сгоняя дремоту.

– Минут десять. Узнал, что ты вернулся, вот и решил узнать, как у тебя дела. Не хочу за ужином поднимать эту тему, – отец закинул ногу на ногу, пальцами рук обхватил колено. – Ты зачем приехал?

– А что, нельзя навестить родных? – удивился я такому вопросу. Даже неприятно стало.

– Тебе сейчас нужно держаться от нас подальше. Я хочу знать, кто так страстно желает твоей смерти, – отец помрачнел. – Извини, Мишка, но ситуация гораздо хуже, чем я представлял. Какая-то неприятная возня идёт за нашими спинами. Возможно, между твоей и моей проблемой есть связь. Безопасники пытаются выяснить, что замышляет старая аристократия в столице, но пока никакой путной информации. Вот почему тебе надо было остаться в Уральске.

– Меня всё равно от занятий освободили, – я немного расслабился. Не в бате дело, значит. – Предложили отдохнуть недельку. Вот я и подумал, что надо смотаться домой. Хочу, чтобы меня Карл Николаевич подлатал. Ещё чувствую слабость. Чтобы быть наготове, нужно прийти в форму. Заодно с Варягом позанимаюсь.

– Ладно, отдыхай, – отец вздохнул. – Без охраны из дома не выходи. Ты уже человек взрослый, должен понимать, что это не моя прихоть. Сейчас вся семья с сопровождением передвигается.

– Что за проект «Ангел»? – спросил я его в лоб.

– Откуда тебе известно о нём? – как пружина, резко выпрямился отец. Глаза его мгновенно почернели и стали злыми. – Ах, чёрт… Забыл. Ирмер!

– Ну да, Ирмер, – кивнул я. – Сам же предложил мне поговорить с ней откровенно. Луиза мне рассказала, кто она такая на самом деле. О проекте упомянула вскользь, так что расслабься. Я ничего не знаю, кроме названия. Но вся возня со «спящими» боевиками – это же не твоя задумка? Что происходит, пап? Поделись тайной. Я-то свою раскрыл.

– Хорошо, – старший Дружинин поднялся со стула и сел рядом со мной на краю кровати. – Только учти, что после услышанного ты станешь носителем тайны, раскрытие которой повлечёт за собой очень много смертей. Я иду на такой шаг только потому, что очень надеюсь на твоего майора. Он боец, и не позволит тебе бездарно погибнуть или попасть в лапы неприятных людей.

«Надо же, признали мои достоинства, – усмехнулся Субботин. – Спасибо».

– Майор тебя благодарит, – едва заметно улыбнулся я.

– Да? Хм… До сих пор не могу понять, как ты с ним сосуществуешь. Ладно, слушай, сын… Вся эта непонятная возня тянется уже лет двадцать, не меньше. Мой отец только-только начинал вводить меня в правление своей торгово-промышленной компании, где я учился вести бизнес в качестве обычного сотрудника. Когда батя отошёл от дел, он передал все дела в мои руки, а сам вместе с твоей бабушкой уехал в Казань. Дескать, хочет отдохнуть от всего, потому что уверен: я справлюсь. Но дело не в моих способностях. В те же времена начали происходить странные дела. По всей стране прокатились необъяснимые трагедии с дворянскими родами, владеющими Оком Ра. Кто-то старательно и методично уничтожал хозяев этого артефакта вместе с семьями и близкими родственниками. За два года из Бархатной книги дворянства исчезло восемь выморочных Родов! Восемь, Мишка! Потом внезапно всё прекратилось. Расследование ни к чему не привело. Следы удивительным образом терялись, следствие не могло дать чёткого ответа, кто же виноват в таком количестве смертей.

Отец перевёл дух, задумчиво поглядел себе под ноги. Глухо продолжил:

– Но через пару лет затишья по России вновь прокатилась волна похожих смертей. Все, кто имеет Алтарь Ока, заволновались. В любой момент участь погибших могла коснуться и их. Мы стали объединяться, создавать некую структуру безопасности. Агентура, боевики, силовая поддержка, закупка оружия, наём опытных инструкторов – всё это происходило втайне от тех, кто был близок к императору.

– Вы подозревали, что инициатива чисток идёт от Романовых? – кое-какие паззлы стали складываться в моей голове.

– Да! Нам казалось, старая аристократия любыми путями хочет вернуть себе влияние на общество. А то что получается, купеческое сословие, стремительно богатея, начало подминать под себя всю промышленность, банковскую сферу, торговлю. Допустить появление конкурирующего сословия, уже во весь рост встающего рядом с князьями, природные аристократы не могли. Так мы рассуждали, поэтому и стали готовиться к неизбежному столкновению.

– К гражданской войне…

– Ну… да. К самой настоящей гражданской войне, – подтвердил отец. – У нас не было исчерпывающей информации о происходящем, но ведь кто-то разрушал Алтари и подчинял себе родовое Око очередной погибшей семьи! Понадобилось ещё некоторое время, чтобы из Москвы и Петербурга стали поступать скупые крохи новостей. Кто-то из правительства затеял опасную игру. Дело в том, что промышленно-торговые кланы полностью поддерживают Романовых. Законы, принятые Думой, направлены на развитие экономики страны, на улучшение жизни её граждан. Если у мещанина или крестьянина в кармане появляется лишний рубль, чтобы купить себе приглянувшуюся вещь, разве оно того не стоит? В конце концов этот рубль окажется у купца в кармане. С него он заплатит налог в казну государства. Мы двигаем Россию вперёд, а кому-то захотелось вернуться во времена разграбления ресурсов и перераспределения его между пятью-семью кланами старой аристократии. Так вот, появилось подозрение, что кто-то начал играть против Романовых. Причём, очень искусно. Не буду погружаться в мелочи, тебе же не это важно… В общем, я и ещё несколько крупных промышленников решили создать боевое подразделение из людей, напичканных с ног до головы имплантами.

– Универсальные солдаты? – до меня стал доходить масштаб происходящего за кулисами большой политики.

– Что? Хм, а ведь какое точное определение! – отец с интересом поглядел на меня. – Майор подсказал?

– Мы с ним частенько беседуем, – кивнул я. – Иногда его идеями пользуюсь… Значит, вы решили создать универсальных солдат? И каким образом?

– Для этой цели нам нужны «свежие» покойники, извини за такую подробность; женщины и мужчины, не важно, – отец не выдержал, встал и начал расхаживать по комнате, засунув руки в карманы брюк. – Подходили не все. Чтобы человек был тебе предан и благодарен за вторую жизнь, мы искали только тех, для кого создание клона под предстоящую рекуперацию было финансово невыполнимо.

– В таком случае вам нужно было заранее найти такого кандидата, взять у него генетический материал, создать клон и ждать, когда человек умрёт! – воскликнул я.

– Так и есть, – спокойно подтвердил отец, замерев у окна. – Кандидатов отбирали тщательно. Не все соглашались на особые условия, которые мы требовали от них. Тем не менее, картотека будущих бойцов пополнялась. Мы начали отбор генетического материала пять лет назад. Проект назвали «Ангел». Заказы на выращивание клонов распределяли равномерно по всем трём корпорациям. «Альтаир», «Спутник» и «Пульсар» – частные организации, им плевать, кто заказывает клона для рекуперации. Другой вопрос, кто именно «ставит начинку», как бы грубо это не звучало. Выращенные клоны забирались и перевозились в лаборатории, которые уже были подготовлены для пациентов. Там клоны хранились до того момента, когда человеку понадобится рекуперация. Импланты закупались через сторонние компании, чтобы никто не мог отследить, куда уходят весьма дорогие и многофункциональные кибердеки. Некоторые из них имеют статус биотехнологического оружия. За ними ведётся жесточайший контроль.

– Лихо, – покачал я головой, поражённый разворачивающейся передо мной картиной какого-то невероятного и ужасающего грядущего. – Вот только с Луизой Ирмер какая-то нестыковочка выходит.

– И в чём ты её видишь? – усмехнулся отец.

– Слишком быстро вы провели рекуперацию после её смерти, как будто уже был готов клон. Если матрицу души подселять в «пустой» клон, не имеющий генетический материал умершего, могут возникнуть очень огромные риски, вплоть до окончательной смерти реципиента, – пояснил я. – Или я что-то упустил?

– С Борей Ирмером я познакомился, когда только-только развивал логистическую сеть и расширял свою будущую торговую империю. Фермерские хозяйства поставляли продукцию в Оренбург, вот я на этой почве с Борей и сошёлся. Закупал у него гречиху, сахарную свёклу, подсолнечное масло и реализовывал по губернии. Луиза росла неприметной девочкой, лет так до четырнадцати, а потом словно с цепи сорвалась, – отец засмеялся. – Увлеклась стрельбой, рукопашным боем, совершенно не желала заниматься семейным бизнесом. Я стал к ней приглядываться, беседовать, а потом ради шутки предложил поработать на меня.

– И она согласилась? – недоверчиво гляжу на отца.

– Когда раскрыл некоторые детали, Луиза просто загорелась идеей. Сдала генетический материал «на вырост», так сказать. Мне же нужна была не девочка-убийца, а вполне созревшая молодая девушка с чётким пониманием своей задачи. Когда она приехала в Оренбург учиться, мы встретились, обсудили все деликатные вопросы. Я убедился, насколько барышня целеустремлённо идёт к своей цели. Она, кстати, первой предложила вариант с усыпляющим уколом. Дескать, чего тянуть и ждать? Очень уж хотелось ей заполучить импланты. Но я не торопился. Признаюсь, подобные уколы применялись к людям, уже безнадёжно больным. Насколько помню, всего пять или шесть случаев добровольного ухода из жизни. Теперь они составляют костяк «Ангелов».

– Получается, на момент смерти у Луизы уже был клон? – любовная история рыжей бестии стала приобретать иные очертания. Мои подозрения насчёт готовой реплики для девушки подтвердились.

– Был, – подтвердил отец.

– И девушка, зная об этом, сознательно пошла на знакомство с одним из гончарских ублюдков?

– Это мне не понравилось, действительно. Я понимал, что Луиза играет с огнём, и рано или поздно такая эффектная девушка станет объектом насилия. Пришлось приставить к ней человека, чтобы тот следил о её перемещениях по городу. Всё же она была дочерью моего компаньона, и я нёс за Луизу ответственность.

– Как так вышло, что вы проворонили момент, когда её насиловали, а потом зверски убили? Только не говори, что ты сам дал приказ не вмешиваться…

Отец долго молчал, опустив голову вниз, как будто изучая блеск начищенных туфель.

– Ясно, – глухо обронил я. – Лучше бы действительно сделали усыпляющий укол. Так было бы честнее.

– Она сама хотела поднять уровень своих физических возможностей, – кажется, отец пытался оправдаться. – И шла к этому целенаправленно. Как только Луиза стала встречаться с этим парнем из Гончарских рядов, я заподозрил неладное. Любая нормальная девушка будет держаться подальше от подобных знакомств. Ты же помнишь, несколько лет назад по Оренбургу прокатилась целая серия убийств девочек из медицинского техникума?

Я кивнул. Было такое. Сначала думали, что в городе появился маньяк-ритуалист, так как места убийств очень уж походили на подготовленные капища. Но потом оказалось, что за этим стояли гончарские. Точнее, парочка сбежавших с каторги варнаков. Комар и Лют. Они раньше жили в Гончарских рядах, поэтому и прятались именно там, имея поддержку от своих корешей. Вот оба каторжника и слетели с нарезки, каждый день видя столько красивых молоденьких девушек, гуляющих по городу. В итоге, в один прекрасный день оренбуржцы обнаружили на набережной посаженных на кол двух насильников с описанием их зверств. Никто так и не узнал, кто совершил праведную месть. Полиция несколько дней рыла носом землю с большой неохотой, позже дело совсем заглохло. Правда, и гончарские на какое-то время притихли, стараясь не появляться в центре города. Понимали, что зверства их корешей могут и на них отразиться самым негативным образом.

– Миша, я предупреждал Ирмер, – тихо проговорил отец. – Она осознавала степень опасности, и, тем не менее, влезла в это дело с головой. Девушка проявила недюжинные способности к агентурной деятельности. Уже в то время она умела уходить от наблюдения, хорошо стреляла, великолепно водила машину. Не говоря об аналитических способностях. Действительно, какая из неё домохозяйка? Но у человека есть предел физических возможностей. А Луиза… по её фигуре не скажешь, что она смогла развить свои способности, равные мужским. Ей нужно было расти дальше.

– То есть вы дали ей зайти в ловушку, – скрипнул я зубами.

– Да не могли мы даже подумать, что компания, с которой она связалась, пойдёт на такую жестокость! – воскликнул отец. – Зато потом, когда Луиза прошла рекуперацию и решила отомстить обидчикам, никто не стал ей мешать. И справилась она блестяще.

– Не знаю, что и сказать, – пробормотал я. В чем обвинять отца? В том, что он готовится к схватке со старой аристократией любыми возможными методами? Магические способности нового дворянства далеки от совершенства, только Око Ра даёт шанс выстоять в возможной грядущей войне. Но в остальном промышленно-торговым корпорациям придётся надеяться на бойцов, оснащённых имплантами. И чем больше их будет, тем меньше шансов, что нас не перережут полностью. Луиза сделала свой выбор, не до конца понимая, что путь к совершенству лежит через боль и страдание.

– А ничего и не говори, – старший Дружинин расправил плечи, словно почувствовал, что я не собираюсь его осуждать. – Если бы мать не оживила тебя с помощью ритуала, то я напичкал бы тебя имплантами по самую маковку.

– Кибер-боец на защите семьи? – догадавшись, хмыкнул я. – А что, неплохой вариант. Поэтому ты и ждёшь момент, когда меня грохнут, и проведёшь рекуперацию, чтобы поставить кибердеки?

– Ну, ты перебарщиваешь, – отец на мгновение прикрыл глаза, пряча это самое желание.

Как будто я не знаю его! Жёсткий, со своими принципами человек, даже родного сына не побоится разменять на благополучие семьи. Спасибо хотя бы за то, что даёт мне шанс использовать симбионта по своему усмотрению.

«Тяжко тебе придётся, Мишка», – прошелестел сочувственный голос майора.

– Кто ещё из дворян участвует в проекте? Мне нужно знать, чтобы не нарваться на предателя.

Отец назвал несколько фамилий, одна из которых была очень знакомой. И почему я не удивлён? Ну, хотя бы из-за того, что Турчаниновы имеют свой Алтарь Ока и тоже рискуют попасть в число тех, кого следует ликвидировать. Получается, на мои плечи падает забота о Маринке. Но девушка не должна об этом знать. Будет лучше, если она вообще перестанет обращать на меня внимание, увлечённая другими кавалерами.

В дверь постучали. Один из слуг пришёл звать нас на ужин. Я переглянулся с отцом, и мы оба синхронно кивнули. Наш разговор должен остаться в тайне от всех членов семьи. Отныне я становлюсь носителем очень важных секретов, завязанных на благополучие близких и любимых мне людей.

Понемногу раскрываем карты

Я вновь лежу на своей кровати, вытянувшись в струнку. Руки прижаты к телу, голова не на подушке. Глаза закрыты. Тёплые ладони Карла Николаевича едва касаются моей груди и живота. Что-то невидимое покалывает в области сердца. Именно туда попала одна из пуль. Последствия опасного ранения Зибер сейчас и исправлял. Он впускал в моё тело горячие сгустки магической маны, и, подобно скульптору, заново «лепил» нарушенные воздействием чужеродного тела энергетические каналы. Медленно, зашивая разорванные нити, которые видны только Целителям, но никак не обычным докторам. Меня, конечно, подлатали штатные лекари-маги, но Зибер был недоволен.

– Сикось-накось, – бурчал он где-то рядом со мной. – Бездари! Сшивка каналов безобразная, два из них вообще болтаются на соплях. Поэтому организм недополучает свою порцию маны из ядра.

– Не ругайте их, Карл Николаевич, – медленно, словно в трансе, отвечаю я. – Они же старались спасти меня, а не мои каналы.

– Удивительно, каким образом пуля изменила направление, – пробормотал Зибер, словно не слыша меня. – Ей же ничего не мешало. Всё-таки аурное поле помогло…

Я промолчал. Субботин утверждает, что это его работа. Склонен верить ему, а не семейному эскулапу. Зибер не знает всей картины ранения, поэтому строит догадки, исходя из собственного видения ситуации. Но работает он уверенно, выправляя повреждённые каналы и напитывая их энергией, причём, щедро делясь своей.

Ощущение лёгкости стало невероятно острым. Я бы сейчас вскочил с кровати и выпрыгнул из окна с уверенностью, что не поломаю себе ничего, приземлившись на поверхность земли. Каждая клеточка организма источала живительную энергию и отдавала его ядру. А оно, в свою очередь, перерабатывая её, укрепляла маной аурный контур.

– На сегодня хватит, – крепкая рука Зибера легла на мою грудь, словно предотвращая попытку взлететь вверх. – Полежи десять минут, а потом можешь вставать.

– Карл Николаевич, а вот вы сейчас ничего интересного не заметили? – спросил я. – Я же знаю, что вы ведёте картотеку на каждого члена нашей семьи с самого детства.

– Заметил, конечно, – фыркнул Зибер. – Если вы, Мишенька, о той сущности, с которой вам приходится делить одно тело, то скажу так: она очень умело маскируется. Чужой аурный след не просматривается. Рисунок всё тот же, как и в момент рождения.

– Вы их все помните?

– Естественно! Это моя работа. Даже с закрытыми глазами, отключив магическое зрение, я смогу с помощью ладоней определить, кто передо мной.

– А если так? – улыбаюсь лукаво и отдаю управление Субботину, с которым договорился заранее. – Посмотрите…

В комнате несколько минут стояла гробовая тишина.

– Передо мной совершенно другой человек, – дрожащим голосом проговорил Зибер. – Совсем не Миша Дружинин. Это поразительно! Какая интересная аура! По-видимому, ваш симбионт ещё при жизни получил осколочно-взрывное ранение. Много факторов, указывающих на это. Аура в какой-то момент была разорвана в клочья, но сейчас я вижу островки возрождения. Удивительно, удивительно!

– Карл Николаевич, вы хотите сказать, что есть шанс восстановить ему ауру? – напрягшись, спросил я.

– Небыстрый, но есть.

– А чем мне грозят повреждения симбионта?

– По этому вопросу ничего не знаю, – Зибер пожал плечами. – Я могу только выдвинуть версию, основанную на научных трудах великих Целителей прошлого. Две ауры в одном теле существовать не могут. Рано или поздно произойдёт замещение той, которая окажется слабее. Внешне человек будет выглядеть так же, но его психология, темперамент, привычки, реакции кардинально изменятся. Как будет в вашем случае – не угадаешь.

– В моём случае понятно. Симбионт сильнее. У него есть жизненный опыт и сильный характер. Он очень целеустремлённый… человек.

– Это ещё ни о чём не говорит, – пробормотал Зибер, сам не веря в свои слова. Но ему надо было поддержать меня, что он и делал.

– Карл Николаевич, а если найти для симбионта «чистый» клон? – решился я на откровение. – Провести ритуал перемещения, разделить нас, как сиамских близнецов – и каждый пойдёт своей дорогой!

– Идея хорошая, но есть сомнения, – Зибер потёр гладко выбритый подбородок. – Во-первых, клон – чья-то копия с соответствующим ДНК, темпераментом, характером, набором болезней…

– Болезни можно убрать из генетического кода, – быстро сказал я.

– Очень дорогостоящая процедура! – Целитель вскочил и возбуждённо заходил по комнате, как недавно мой отец. Семейный доктор мгновенно включился в умственную работу, оценивая шансы и риски. Значит, не всё так плохо.

«Скажи ему, что я не против, если получу тело хоть с хроническим герпесом, хоть с гусарской болезнью, – пошутил Субботин. – Ради второй жизни готов перетерпеть!»

Я добросовестно передал Зиберу слова майора, и Целитель, не выдержав, рассмеялся.

– А ваш приятель шутник!

– Так мы возьмёмся за это дело? – я пытливо посмотрел на семейного эскулапа, который задумчиво потирал ладони.

– Почему нет? – он пожал плечами. – Но сначала мы должны поговорить с Александром Егоровичем, чтобы он сам дал добро на эксперимент. И без Кузнича не обойтись, сам понимаешь. Как-никак, ритуалист – ключевая фигура. Ну и найти клон нужно, более-менее подходящий для твоего соседа. Каким он был при жизни? Высоким или коротышкой? Лысым или кудрявым? Может, есть предпочтения? Сразу предупреждаю, что дело это небыстрое. Возможно, пройдёт год или два. Не помешает, кстати, взять у вас, Михаил, кровь на анализ, когда вы отдаёте управление симбионту. Какая у него группа, интересно?