Текст книги "Битва драконов. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Валерий Гуминский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 27 страниц)

Олег целыми днями колесил по городу на старенькой «ладоге», следя за Подшиваловым: от дома до семейной конторы, оттуда до ресторана, где Семен плотно обедал, а потом уезжал на квартиру к какой-то красотке. Полозов выяснил, кто она такая: обычная актриса из местного драматического театра. Слегка экзальтированная, чересчур капризная и настойчивая в своем желании выйти замуж за Подшивалова. Что происходило в квартире актрисы Олег представлял, но не собирался проникать внутрь для видеофиксации любовных встреч. Насте достаточно фотографий, где муженек вместе с девушкой засветились на улице.

А еще Семен Подшивалов был страстным игроком в карты. Каждую пятницу он после рабочего дня, вернее, после обеда, ехал в отель «Амурские волны», где собирались преферансисты, профессионалы покера и любители марьяжа, винта, тысячи, а то и экзотических игр, вроде брэга, дрейфуса, криббеджа. Казино в Благовещенске не было, и предприимчивый владелец отеля организовал что-то вроде подобного заведения. Азартные игры не запрещались в России, но не слишком приветствовались, если шла активная их популяризация. А вот в соседней Маньчжурии запросто лишали руки, попадись игрок на подобных вещах. Организатор же приговаривался к смертной казни. Без вариантов помилования. Поэтому холл «Амурских волн» по пятницам заполнялся не только местной богемой, купечеством и дворянами, но и гостями из-за Реки. Обычно перед выходными днями на таможенном посту Благовещенска начиналось столпотворение. Приграничный городок Хэйхэ был наводнен не только любителями карточных игр, но и обычными гражданами, прельщенными низкими ценами на разнообразные товары у белолицых соседей.

Олег заинтересовался, как идут дела у Подшивалова, и для этого ему пришлось стать завсегдатаем «покерного клуба», как называли его в шутку завсегдатаи. Играл потайник по маленькой, обычно в «тысячу», и завел знакомство с несколькими достопочтенными гражданами. Семен был очень азартным игроком, частенько влезал в большие долги, которые выплачивал тяжело и с затягиванием сроков. Из-за этого у него происходили конфликты с людьми, дававшими ему в долг. Отец и дядья Семена были недовольны постоянными скандалами, в которые вовлекался молодой дворянин. Но, с другой стороны, Семен, если брался за ум, умел работать. Увы, такое рвение просыпалось довольно редко.

Настю Полозов видел всего несколько раз с тех пор, как предложил свою помощь. Девушка старалась не компрометировать себя и все время, если покидала семейный особняк, брала с собой кого-то из домашней прислуги женского пола. Олег не следил за ней, а просто сидел в машине, задумчиво провожая взглядом стройную фигурку хорошенькой шатенки, уткнувшую носик в пушистый ворс песцового воротника, и улыбался. На душе становилось необычайно светло. Потайник часто сравнивал Настю с Марией Бланкой и пытался найти причины, по которым американка, спасшая его, должна была уступить место другой девушке. Честнее было бы выяснить для начала судьбу «Глории». Будучи во Владивостоке, Олег пытался через князя Макарова узнать, где на тот момент находилась яхта. Отец Кристины сделал все, что мог, подняв все свои зарубежные связи. Среди погибших или пропавших без вести «Глория» не числилась, но и в ближайших портах ее тоже не видели. Как будто судно растворилось на просторах Тихого океана.

Хотелось верить, что зеленоглазая американская ведьмочка осталась жива и пережидает гнев отца где-нибудь на Гавайях. Олег почему-то был уверен, что еще встретится с Марией.

Не пора ли предъявить Подшивалову компромат и намекнуть о печальных долговых последствиях? Две недели назад Семен взял очень крупную сумму у губернского купца Платонова. Намечалась серьезная игра в «Амурских волнах», потому как в Благовещенск заглянул известный покерный игрок – некий господин Флоринэ, по мнению Олега – тот еще проходимец. То ли румын, то ли цыган. Впрочем, один черт. Семен решил испытать судьбу и проигрался вдрызг. Пытаясь исправить положение, поставил на кон свои акции семейного предприятия. И, конечно же, проиграл.

Глава рода еще не знал о фиаско сына, и поэтому стоило торопиться, прежде чем отец грохнет своими руками нерадивого отпрыска. А такой вариант мог быть вполне реализуем. Папаша – человек суровых нравов, ручищами своими подковы разгибает. Впрочем, для Насти смерть муженька подходила как нельзя лучше. Пожив вдовой годик, молодая женщина станет свободной.

Полозов, конечно, шутил сам с собой, разыгрывая в уме подобную сценку. Никто не будет убивать разгильдяя. На каторгу старший Подшивалов не собирался. Просто выгонит наследника без гроша в кармане. А вот тогда жизнь Насти станет совершенно невыносимой с осатаневшим в нищете мужем.

Была еще одна причина, почему Олег последние дни подъезжал к особняку Подшиваловых. Прежде чем уехать в Вологду, он хотел поглядеть на Настю, и чем черт не шутит, встретиться с нею хотя бы на пару минут, поглядеть в ее кошачьи притягательные глаза. Но – нельзя. Билет на послезавтра уже куплен. Сначала нужно поговорить с Никитой, обсудить проблему и решить ее с наименьшими репутационными потерями для Насти.

В снимаемую на Зейской улице квартиру он вернулся поздно вечером, и пока закипал чайник, приготовил нехитрый ужин из разогретых котлет и салата. Все это еще вчера Олег заказал в ближайшем кафе, чтобы не заморачиваться готовкой. Под стопку водки подчистил все, что было в судках. Немудрено ведь, целый день мотался по городу, завершал дела. Несколько чашек кофе и бутерброды – вот и весь завтрак, и обед.

Сумка с вещами и компрометирующим досье уже собрана, пора и честь знать. Он все равно сюда вернется и заберет Настю с собой. Иначе и быть не может.

Полозов лег спать в гостиной на диване, почему-то с самого начала игнорируя необычайно маленькую спальню. Там ему было некомфортно как раз из-за размеров комнаты. Не любил он, когда стены сжимаются вокруг и не дают ощущения свободы. Если зажмут в углу – не вырвешься. А в зале есть выход на балкон. Ну и что – четвертый этаж? Можно при должной сноровке и с такой высоты спуститься вниз.

Олег, в первую очередь, был потайником, и всегда был готов к форс-мажорным обстоятельствам, даже к таким, как «визит вежливости» крепких парней с чугунными лбами из службы безопасности семьи Подшиваловых. Так себе служба, скорее для престижа. Семен редко брал с собой телохранителей, а в казино и вовсе заявлялся один.

Очнулся Полозов от бесцеремонного похлопывания по щекам. Открыв глаза в недоумении, Олег обвел взглядом комнату, залитую светом люстры. В дальнем углу, закинув ногу на ногу, в кресле сидел Семен в расстегнутом пальто. Возле него торчал один из бугаев службы безопасности. Еще один контролировал Олега, наставив на него пистолет. Третий крепыш в кожаной зимней куртке, сделав свое дело, рывком приподнял ничего не понимающего потайника и влепил хороший удар под дых, отчего Полозов закашлялся и согнулся от боли.

– Прекрасно, – хмыкнул Подшивалов, рассматривая Полозова с нескрываемым интересом. – А я не верил людям, что обо мне интересуется крайне мутный тип. Оказывается, напрасно. Для кого собирал компромат, скотина? Кореневу? Самсонову? Этому уроду Феликсу?

– Вы о чем, сударь? – Олег понял, что речь идет о заемщиках, давших денег Подшивалову. Он увидел свою сумку безжалостно выпотрошенной, а на колене ночного визитера лежит пухлая папка с фотографиями и диктофоном, где записаны откровения людей о финансовых причудах мужа Насти. Он не понимал одного: как пропустил проникновение чужаков в квартиру? Ответ мог быть один: магия.

Никита рассказывал ему, что «сонные заклятия» могут быть интегрированы в разнообразные амулеты. Они по качеству уступают природным плетениям, сотворенным волхвами, но для одного человека с лихвой хватит, чтобы тот не проснулся в нужный момент. Чего стоит эпизод с похищением Тамары с дачи Краусе, когда Никита еще не был женат на племяннице императора. Именно с помощью амулетов погрузили тогда в сон большую часть людей.

– Шкипер, дай ему для вразумления, – приказал Подшивалов.

Охранник, который поднимал Полозова, оскалился и нанес удар по ребрам. Словно кувалдой бил.

– Уф! – Олег едва смог выдохнуть из себя воздух. – Где такого коновала взяли?

– Будешь языком лишнее болтать – все кости переломают, – хвастливо заявил Семен. – Шкипер, правда?

– Истинно, брате, – прогудел охранник, колотивший Олега. – Еще врезать?

– Почему у него ноги и руки не связаны? – возмутился дворянский сын. – Лешак, твоя недоработка?

– Извини, босс, – по новомодному назвал Подшивалова второй мужик, стоявший рядом на подстраховке с пистолетом. – Но я держу его на прицеле, чтобы не дергался. Пусть Шкипер спеленает. Шнуры у меня в кармане.

Надо полагать, Семен свою кодлу позывными обозначил. Шкипер ни слова не говоря, достал из кармана куртки два пластиковых шнура для обвязки проводов и ловко затянул их на запястьях и щиколотках Олега. Потом посадил его на край кровати, чтобы глядел в лицо хозяина.

– Ну-с, сударь, расскажи, какого дьявола ты за мной следишь? – лениво спросил Семен.

– Услуга за услугу, – прокашлялся Полозов, прикидывая свои шансы. Со связанными конечностями ловить нечего, значит, надо постараться сделать так, чтобы ночные визитеры освободили его сами. – Как проникли в дом, и почему я ничего не услышал?

– Амулет, – Семен достал из кармана потрескавшийся невзрачный камешек. – Причем, направленного действия. Отличная штука. Вырубает напрочь. А дверь… Этот доходный дом держит мой приятель – купец Шилкин. Он любезно разрешил сломать замок, чтобы проникнуть в квартиру. Я бы использовал дубликат ключа, но ты с внутренней стороны воткнул свой, пришлось испохабить дверь. Ты уже крепко спал, поэтому мои ребятки не боялись поднять шум. Я удовлетворил твое любопытство? Теперь ты откровенничай. Кто ты такой, зачем за мной следил… ну и остальное.

«Настю сюда ни в коем случае привязывать не надо, пусть думает о тех, кто давал ему деньги, – щелкали мысли в голове Полозова. – Надо увести подозрение от девушки, придумать историю».

– Я сотрудник частной сыскной компании, – пошевелился Олег. – Не местной, а из Хабаровска. Получил задание проследить за вами, сударь.

– Кто наниматель? – насторожился Семен.

Потайник помялся, показывая своим видом, что не может открыть имя нанимателя, и Шкипер с удовольствием врезал ему по шее ребром ладони. Так, для профилактики.

– Зачем же сразу бить? – укоризненно произнес Полозов, вертя головой, чтобы ноющая боль побыстрее ушла. – Я не имею права распространять служебную информацию.

– На улице стоит машина, – проникновенно сказал Подшивалов. – Мои орлы закинут тебя в багажник, отвезут в лес и закопают в снег. Весной оттаешь, но уже будет поздно. Замерз бедолага, с кем не бывает. Загулял, вышел из кабака, потерял ориентиры, ушел в тайгу.

– В трусах? – иронично спросил Олег.

– За идиотов нас не считай, – оборвал его муж Насти. – Кто заказчик?

– Ваш отец, – выдохнул потайник. – Он каким-то образом прознал, что вы расплачиваетесь акциями торгового дома Подшиваловых, и очень серьезно обеспокоился перспективой перехода части предприятия в руки конкурентов или проходимцев. Например, как этот Флоринэ.

– Что он еще знает? – Семен простучал пальцами по картонной обложке папки.

– Наверное, многое из того, что вы не пробуете скрывать, – осторожно ответил Олег. – Про любовниц, например. Про то, как с китайцами якшаетесь…

– Откуда бате про узкоглазых известно? – едва не вскочил Подшивалов.

– Мне об этом не докладывали, – продолжал врать Олег. Он расчетливо наносил удары, зная по характеру дворянчика, что тот не побежит сразу к отцу, чтобы предъявить обвинения. Вина, как раз, была на Семене. Получив на руки компромат на себя, парень начнет выяснять, насколько далеко зашло расследование. А это время, драгоценное время, за которое Полозов сможет улизнуть из Благовещенска и вернуться сюда с людьми Никиты, а то и с ним самим. Не сможет Назаров остаться в стороне, когда узнает, в какую беду попала его «сестра». Ведь несколько лет прожили вместе в Албазине! Чуть ли не родными стали!

За собранную информацию Олег не переживал. В папке находились дубликаты: все, начиная от фотографий и пленки, отснятой на компактном «репортер-универсале» до злополучного диктофона. Пусть пользуются. А маленький накопитель «Нимфа» лежал в вещевой ячейке аэропорта. Вот он ни в коем случае не должен попасть в руки дворянчика.

– Пронырливый старикан, – проворчал Подшивалов и открыл папку. Стал перебирать фотографии скорее для того, чтобы привести мысли в порядок и решить, что делать с «агентом». – Все-то он знает, за всеми бдит. Ты же понимаешь, братец, в какую историю влип? Я могу теперь сделать с тобой все, что пожелаю.

– Помилуйте, сударь, – с легкой дрожью проговорил Олег. – Я же обычная сошка, исполняю приказы своего начальника. Вы можете забрать эту папку и уничтожить ее.

– Но почему Хабаровск? – задумался Подшивалов.

– Ваш батюшка не хотел, чтобы в Благовещенске знали о ваших… похождениях. Он берег репутацию семьи, впрочем, как и вашу. Если подозрения подтвердятся… сами понимаете, чего ожидать.

– Уничтожить…, – медленно, по слогам произнес Семен, и закрыл папку. – Уничтожить информацию никогда не поздно. Ведь ее можно с умом использовать. Как думаешь, Лешак?

– Ты босс, тебе решать, – откликнулся мужик, вооруженный пистолетом. Но теперь он, хотя бы, не целился в Олега, опустив руку.

Полозов понял, что вся охрана Подшивалова преданна лично ему, и вряд ли даже крупица произошедшего дойдет до ушей Главы рода. Значит, можно с этими идиотами поступать так, как повернется ситуация.

– А отпускать тебя нельзя, – погрозил пальцем Семен, глядя на побледневшего Полозова. – Наговоришь лишнего, папаша все узнает раньше времени. Нет, нельзя.

– Не берите грех на душу, – клацнул зубами Олег, разыгрывая испуг. Даже Станиславский поверил бы, будь он здесь. – Я буду молчать, клянусь всеми богами.

– Да ты еще и язычник, – хохотнул Подшивалов. И прихлопнул папку ладонью. – Ладно, я решил. Лешак, Злоба! Отвезете этого пса на летнюю дачу, знаете куда. Заприте его в подвале, пусть посидит, покуда я разберусь с делами…

– На чьей машине повезем, босс? – поинтересовался Лешак.

– Не на моей же! – воскликнул Семен, вставая. – У него есть своя развалюха. Торопитесь уже! Развяжите его, пусть одевается.

Они вышли из подъезда всей «дружной» компанией. Тусклый свет над дверью освещал небольшой пятачок, на котором стоял черный массивный внедорожник, куда сели Семен со Шкипером. Сопровождавшие Олега Лешак и Злоба – третий бугай-охранник – потопали на автомобильную стоянку. «Ладога» жалобно скрипнула под тяжестью Злобы, севшего за руль.

– Садись на переднее сиденье, – приказал Лешак.

Покряхтывая от неудобства – ему снова стянули руки шнуром – Полозов пристроился в кресле. Охранник захлопнул дверцу, а сам сел сзади, контролируя возможные поползновения «агента». К затылку Олега прикоснулось холодное железо.

– Даже не дергайся, – предупредил Лешак. – Сиди смирно, как послушный мальчик. Иначе получишь дыру в башке. Ясно изложил?

– Да, – коротко ответил Олег, расслабившись. Он не видел никакой необходимости драться с сильным противником со связанными руками. Следовало ловить шанс на месте. Где эти летние дачи находятся, потайник знал. Предстояло проехать весь город по дороге на север. В пяти километрах от города в урочище расположился небольшой поселок, куда на лето уезжали отдыхать богатые семьи Благовещенска, как дворяне, так и купцы. И никого не напрягало такое соседство, потому как давно срослись связи и капиталы обоих сословий.

Полозов покосился на фосфоресцирующий циферблат бортовых часов. Четыре утра. Волчье время. До рассвета еще далеко, и это хорошо. Машина уже проехала центр города и повернула в сторону старого кладбища. Уличные фонари стали редкими, темные проулки все чаще мелькали по обе стороны дороги, и вот «ладога» выскочила в пригород. Здесь вообще было темно, и только свет фар выхватывал узкий участок заснеженной дороги.

Олег зорко вглядывался в лесополосу, появившуюся вдоль трассы. Пока еще рано. Нужно дождаться, когда они отъедут подальше от города. Через пару километров начинается настоящая тайга, раскинувшая свои темнохвойные крылья вокруг Благовещенска, где терялись маленькие деревушки и охотничьи заимки.

– Чего вертишься? – недовольно спросил Лешак, заметив оживление «агента». – Предупреждал же…

– Отлить надо, – сквозь зубы пробормотал Полозов. – Ты разве не знаешь, что после отката «сонного» заклятия тянет в сортир? Жуть как ссать хочу, и в животе бурлит.

И в самом деле, недовольный тем, что организму пришлось встать очень рано, заворчал желудок. Очень вовремя.

– Потерпишь, – хохотнул водитель. – Недолго осталось.

– Как хотите, – пожал плечами Полозов. – Пять минут еще продержусь, а потом мочевой пузырь расслабится сам. Хотите почувствовать амбре?

Олег, даже не глядя на свою опасную свиту, почувствовал, как поморщились сопровождающие. И усмехнулся про себя.

– Парни, я уже не могу! – сцеживая слова сквозь сжатые зубы, повторил потайник и заерзал на кресле.

– Чтоб тебя! – рыкнул Лешак. – Злоба, тормозни. Пусть отольет.

– На всякий случай газетку возьму, – предупредил Олег и зацепил крышку «бардачка», где лежала ежедневная местная газета, купленная по случаю. Там не хранился «последний аргумент» в виде миниатюрного пистолета или узкого клинка, хорошо прячущегося в рукаве одежды. Нет, это был показательный жест, что пленник не врет и обеспокоен собственным состоянием.

Водитель остановил «ладогу», и Полозов торопливо зашарил в поисках ручки, чтобы распахнуть дверь. Вполголоса ругаясь, Лешак выскочил из машины и помог пленнику вылезти наружу. Далеко отходить от дороги Олег не собирался. Здесь намело столько снега, что можно было легко утонуть в сугробах.

– Разрежь шнур, – попросил потайник, вытягивая руки.

– Так отольешь, – Лешак медленно накалялся.

– Извини, брат, но ширинку я не расстегну, она тугая, – без малейшей насмешки ответил Олег. Нельзя было переиграть. – Чего ты боишься? Я же не собираюсь прыгать голыми руками на ствол.

– Кто тебя знает? В частных агентах немало бывших вояк.

– Я работал на интеллектуальных должностях, – успокоил его Полозов. – В «поле» не выходил. Это уже в отставке пришлось осваивать новые грани… Да разрежь уже! Сил нет терпеть!

Держа правой рукой пистолет, Лешак достал из кармана куртки небольшой нож, щелкнул выкидным лезвием и рассек пластиковый шнур. Олег вздохнул с облегчением и мгновенным неуловимым движением отвел руку с оружием в сторону и нанес удар в сонную артерию. Охранник с подогнувшимися ногами стал оседать, попав в объятия потайника. Оружие оказалось у Олега. Ствол тут же направляется в выскочившего наружу Злобу, который почувствовал что-то неладное в странной возне двух человек.

Сухо щелкают выстрелы в угрюмой таежной тишине. Один, второй. Злоба валится в снег. Олег, недолго думая, выпустил в голову Лешака одну пулю. Потом завершил таким же контрольным в водителя всю эту неприятную возню.

Несколько минут он потратил на заметание следов, «утопив» трупы в глубоком снегу неподалеку от дороги, не забыв вложить в руку Лешака пистолет с протертой от своих отпечатков рукоятью. Для большей запутанности будущего расследования. Вряд ли здесь зимой оживленное движение. Да если и обнаружат, то не сразу сообразят, что вообще произошло. Олег в это время уже будет на пути в Вологду. Даже аурные следы к тому времени бесследно растворятся, не дав зацепок для волхвов-следователей.

Развернув машину, потайник без всякой спешки поехал обратно в город. Но, доехав до развилки, свернул на западное шоссе, и через двадцать минут уже наблюдал яркие огни здания аэропорта. Полозов оставил «ладогу» на неохраняемой стоянке, не особо переживая за ее сохранность. Угонят – туда и дорога.

Он собирался вернуться сюда не за машиной, а за Настей.

Глава 3

Ассамблея, декабрь 2015 года

– Что скажешь? – легким движением руки Тамара провела по животу, ощущая мягкость темно-голубого шелка, обтягивающего стройную и налитую зрелостью фигуру. Повернувшись боком к зеркалу, придирчиво посмотрела на себя снова, уперло левую руку в бок.

– Ты прекрасна, – не кривя душой, ответил Никита, прерывая свою борьбу с запонками на сорочке.

– Я не об этом говорю, а о деликатном положении, виновником которого являешься, кстати, ты, – обвиняющим голосом сказала Тамара.

– Не накручивай себя. Ничего еще не видно. Сама знаешь, что это еще не срок. Ты все время требуешь от меня правды и искренности, и в то же время упорно отрицаешь истину.

Никита справился с одной запонкой и приступил к долгой борьбе со второй.

– И кстати, сама не хотела делиться радостью, пока я не вывел тебя на чистую воду.

Тамара подошла к нему и помогла застегнуть невероятно упрямую запонку. Потом вернулась к трюмо, на котором стояла шкатулка с драгоценностями. Открыв ее, она в задумчивости стала перебирать их

– Я не была уверена, – почему-то покраснела супруга. – И не предполагала, что у тебя проснется дух Целителя, исследующего женское лоно. К твоему сведению, изначально я планировала обратиться к Оле…

– Извини. Если тебе так важно сохранять личное пространство, – приобнял Никита жену за обнаженные плечи, – я больше никогда не стану своевольничать.

– А знаешь, было чуточку интересно, – усмехнулась Тамара, извлекая из шкатулки двухрядный чокер из крупного жемчуга, в котором центральное место занимал великолепно ограненный сапфир под цвет платья. – Помоги надеть, милый.

Никита выполнил просьбу и с удовольствием поглядел на расцветшую жену. Пусть она и скрывала эмоции, ее желание блистать на Ассамблее никуда не делось. Еще один пропущенный праздник Коловорота могла и не простить муженьку, наградившему ее дитем столь «вовремя»! Волхв перевел дыхание. Как говорится, пронесло грозу стороной. Применение иллюзии для скрытия изменений в фигуре могло не понравиться Тамаре, да и стало бы жутким моветоном. Одаренных, умевших пробивать полог иллюзии, в Петербурге хватало. Понятно, никто бы в лицо не смеялся (с таким-то мужем!), и за спиной не шептался, но анекдоты обязательно поползут по столице.

– Отличное ожерелье, тебе идет, – Никита поцеловал плечи жени.

– Особенно вот этот сапфир, – Тамара повернулась к нему и шутливо взъерошила короткую стрижку супруга. Потом еще раз покрутилась перед зеркалом, наблюдая за переливами золотых нитей в платье. «Назаровские мануфактуры» с новыми эксклюзивными тканями в последнее время удачно теснили турецкие и английские на европейском рынке. Вклад всего предприятия в успешное продвижение на агрессивном рынке был очевиден, но многие признавали, что без эксклюзивных наработок Никиты ничего не получилось. Как он сам признался, все это от скуки и усталости, накатывающей во время работы над свитками. Вот и привнес элементы новизны в ином направлении. – Ну вот, я и готова. Можно ехать. А, подожди!

Неуловимым движением она выдернула массивную заколку из забавной «башни» на затылке, и густой водопад волнистых волос рассыпался по плечам.

– Теперь я в образе! – пошутила Тамара.

Они вышли из своей комнаты и спустились в гостиную, где за большим столом вовсю шло чаепитие. Гостеприимные Ольга и Анора в радостных хлопотах, что в доме такое больше количество народа, угощали телохранителей. Особенно старалась Анора, то и дело крутясь возле смущенного и розовеющего от внимания Слона. Она подкладывала ему в розетку варенье из разных баночек и просила попробовать то кизиловое, то айвовое, а то и вовсе экзотическое – из шелковицы. Каримовы не забывали о своей молодой родственнице, ушедшей в Род Назаровых, и при случае привозили огромную сумку с разнообразными сладостями.

Вот и сейчас на столе помимо варений и джемов сверкали белоснежно-розовые горки зефира и рахат-лукума, пастилы и конфет в меду и орешках, еще что-то вкусное.

Слон стоически выдерживал «сладкую» экзекуцию, но при виде появившегося Никиты с мольбой посмотрел на него, ожидая услышать какую-нибудь команду, ради которой нужно будет срочно покинуть стол. Хозяин коварно усмехнулся, но сказал совершенно иное:

– Дарья Александровна, как всегда, опаздывает.

– Она волнуется, – пожала плечами Тамара. – Как-никак, первый выход в великосветское общество. Пожалуй, я подбодрю ее. Что-то не хочется видеть дрожащую от страха и комплексов красотку.

– Только сильно не бей, – попросил Никита и со смехом увернулся от ловкого и незаметного для чужих глаз тычка локотком.

Пока старшая жена поторапливала младшую, он разыскал Семена Фадеева и дал ему последние указания:

– Сопровождать не надо. Оставайтесь на месте, приглядывайте за особняком. И будь начеку. Праздники – лучшая пора для всевозможных акций.

– От кого ждать пакости? – посерьезнел начальник охраны.

– Вероятно, от китайцев или людей Бельских, – призадумался Никита. – Китайцы в меньшей степени захотят рисковать, а вот Бельским я что-то перестал доверять. Исключительно за их мелкую подлость.

– Думаете, четырех телохранителей хватит? – кивнул на личников Фадеев.

– Справятся, я их натаскал на такие ситуации, – уверенно ответил Никита.

Лязгун, Слон, Нагаец и примкнувший к ним Москит уже стояли на выходе, проверяя экипировку и оружие. В таких важных мероприятиях, где участвовал сам глава Рода и его жены – фактически центральное ядро клана – упущенные мелочи могли привести к печальным последствиям. Поэтому Москит, отвечавший еще и за техническое оснащение сопровождения, выскочил на улицу, чтобы проконтролировать подготовку машины к выезду.

Никиту перехватила Ольга. Она цапнула его за руку и потащила на кухню, где сейчас никого не было. Закрыла дверь и сердито спросила:

– Ты в своем уме, Никита? Как ты мог рисковать своим ребенком, когда полез с Тамарой в Источник?

– А откуда тебе известно про него? – зловеще навис над девушкой Никита, и та от неожиданности ойкнула, отшатнулась. – Да ты чего? Я же пошутил!

– Ничего себе, шуточки! – выдохнула Ольга. – Ты бы себя увидел сейчас!

И жалобно добавила:

– Не пугай так, пожалуйста!

Она ткнулась ему в грудь и засопела от удовольствия, почувствовав жаркие волны спокойствия и умиротворения, напитывающие ее ауру. Никита щедро поделился своей силой с названной сестрой, а потом поцеловал в макушку и спросил:

– Тебе Тамара рассказала?

– Я уже знаю, что у вас будет ребенок, – пробурчала Оля. – Тамара меня сама позвала в «Гнездо», когда ты в Устюге злодействовал. Мы поговорили, и твоя жена рассказала про поход в Источник. Она волнуется за последствия.

– Успокойся, Оленька, – как можно мягче произнес Никита. – Все в порядке. Источник признал Тамару, а значит – и ребенка. Никаких негативных последствий не будет. Если бы существовала малейшая опасность, Перун предупредил бы меня.

– Каким образом? – удивилась Оля.

– Шарахнул бы по голове разрядом молнии, – с серьезным лицом ответил Никита.

– Зимой-то? – фыркнула от смеха девушка. Полюбопытствовала: – А что там произошло?

– Да ничего такого, чтобы панику разводить, – улыбнулся в ответ волхв. – Это как считывание кода для опознавания своих и чужих.

– Кажется, я догадалась, зачем, – вспыхнули глаза Оли. – Ты решил проверить, какую Стихию получит ребенок. Еще до рождения, да?

– Молчи, – тут же построжел Никита, пресекая дальнейшие вопросы. – Молчи, как никогда в жизни. Если кто-то из чужаков узнает, что ты носитель ценнейшей информации – будут очень большие проблемы. Оля… Погляди на меня. Это очень серьезно.

– Я все поняла, братик, – отлипла от груди Никиты девушка. – Буду нема как рыба. Но Тамару ты мне разреши обследовать… ну, для спокойствия. Понимаю, есть специалисты куда лучше, чем я. Но вдруг какие-то странности с ребенком заинтересуют их, не задумывался?

– Ладно, мы этот вопрос еще продумаем, – признал правоту Ольги Никита. – Как первой клановой целительнице даю тебе право вести наблюдение за Тамарой.

– Ой, спасибо! – засмеялась Оля и повисла на шее волхва. – Всю жизнь ждала этого события! Даже гордость обуяла! Может, напишу когда-нибудь диссертацию…

– Напишешь, но только в качестве обучения своих учеников. Для служебного пользования. Понятно?

Ольга захлопала глазами, не веря в то, что сейчас сказал Никита.

– Обучение?

– Конечно, – пожал плечами волхв. – Когда-нибудь профессор Кошкин уступит свое место талантливой ученице, а под твоим руководством останется медицинский центр с уникальной аппаратурой. Так что загодя закладывай фундамент своего величия.

– Смеешься? – недоверчиво спросила девушка. – Или Полина по секрету шепнула?

– Полина не может еще видеть столь далеко, – возразил Никита. – Я, конечно, жду инициации с нетерпением, но не хочу торопить годы.

Ольга погладила по плечам «брата» и смахнула с костюма невидимые соринки.

– Никита…, – ее голос слегка дрогнул. – Помнишь, мы разговаривали о Насте? Ты не изменил своего решения?

– Сказал же – дело под контролем, – нахмурился Никита, коря себя за забывчивость. Он так и не отправил людей в Благовещенск из-за событий, связанных с Васильевыми. Выходит, поболтал языком, успокоил девушку – и все?

– Она звонила мне недавно, – кивнула Оля, даже не сомневаясь в правдивости слов волхва. – Так неожиданно… Просила тебя поблагодарить за помощь. Очень ждет, когда ты заберешь ее в Петербург. Она может пока пожить здесь, а потом найдем ей жилье…

– Подожди, – Никита задумался, правильно ли он понял сейчас слова сестры. – О какой помощи Настя говорила?

– С ней встретился один человек, назвал твое имя и пообещал помочь. Он собирает компромат на муженька Насти, чтобы потом с ним приехать в Вологду. А потом вы решите, как с ним поступить.

– Тааак… Интересно, – Никита был озадачен и с трудом скрыл мимолетную растерянность в глазах. – А что он еще сказал?

– Этот человек работает на тебя, зовут Олегом.

Новость была столь оглушающей и невероятной, что волхв с трудом сохранил серьезную мину на лице. В огромной империи людей по имени Олег было несчетное количество, но столь удачное совпадение по времени и пространству нельзя отнести к случайностям. Коварная Мокошь плела нити судьбы изящно, и еще никто не упрекнул ее, что она работает спустя рукава, понадеявшись на свой талант, дескать, и так сойдет.

– А фамилию свою он не называл?

– Полозов. Что-то знакомое, но никак не могу вспомнить, где ее слышала, – Оля закусила губу и вдруг пискнула от неожиданности, когда Никита подхватил ее за талию и стал кружить по кухне.

В этот момент дверь распахнулась, и в проеме показались две очаровательные дамы в шубках. Переглянулись с удивлением и каким-то странным блеском в глазах.