Текст книги "Две Кореи. Рождение разделенных наций"

Автор книги: Теодор Чжун Ю

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 23 страниц)

От «самоотверженной дочери» до первой избранной женщины-президента: взлет и падение Пак Кын Хе

Когда 25 февраля 2012 года Пак Кын Хе (Park Geun-hye, 1952 г. р.) была избрана первой женщиной-президентом РК в мире политики, где доминируют мужчины, казалось, что Южная Корея наконец-то вышла на новый уровень демократии. Однако, опора Пак на жестких консерваторов, олицетворяющих диктаторское правление ее отца, Пак Чон Хи, ее отказ взять на себя ответственность за трагическое крушение парома «Севоль» (Sewol), в результате которого погибло около трехсот человек (в основном школьники), а также коррупционный скандал, ключевой фигуранткой которого стала Чхве Сун Силь (Choe Sunsil, 1956 г. р.) – все это привело к краху ее карьеры, импичменту и тюремному заключению. Отступление Пак Кын Хе от основ демократии, за которые так долго велась борьба (например, свободы слова), всколыхнуло горькие воспоминания о диктатуре ее отца и стало отрезвляющим напоминанием о том, что, несмотря на стремительный экономический подъем, демократические институты Южной Кореи остаются хрупкими и уязвимыми.

Пак, дочь южнокорейского диктатора, который дольше других оставался у власти, пришла в политику в возрасте двадцати двух лет, взяв на себя роль первой леди после убийства своей матери в 1974 году. В 1998 году она была избрана в Национальное собрание Республики Корея и дважды возглавляла правящую партию, после чего стала президентом страны, за что горячие сторонники прозвали ее «самоотверженной дочерью», а критики – неприступной «ледяной принцессой». Консерваторам, ностальгирующим по авторитарному режиму Пак Чон Хи, она представлялась продолжательницей дела отца, особенно учитывая ее предвыборные обещания заняться экономическим планированием и провести реформы. Сторонники восхищались стойкостью Пак Кын Хе после того, как фанатик полоснул ее ножом по лицу как раз в тот момент, когда она собиралась произнести речь в поддержку кандидата на пост мэра О Се Хуна (O Sehun, 1961 г. р.). Другие считали ее слишком скрытной, неспособной к общению и прозвали «Марией-Антуанеттой» (что по-корейски звучит как – «мал э ан тон ан э»).

Неспособность Пак выразить сочувствие семьям, потерявшим детей на пароме «Севоль», затонувшем 16 апреля 2014 года (она возложила ответственность за трагедию не на свое правительство, а на транспортную систему), спровоцировала волну гневных призывов объявить ей импичмент. На борту парома находилось 475 пассажиров, 339 из них – учащиеся и учителя средней школы Танвон, направлявшиеся на экскурсию на остров Чеджудо. Паром, совершивший «необоснованный внезапный поворот», начал опрокидываться и подал первый сигнал бедствия в 9 часов утра, а к 10:23 утра полностью затонул. В результате чего погибли 304 человека, из них 261 – школьники и учителя. Капитан парома посоветовал пассажирам оставаться в своих каютах, после чего скрылся с места происшествия, а диспетчер береговой охраны, прибывший на место крушения, не предпринял надлежащих мер по эвакуации пассажиров, оставшихся в каютах. Поняв, что помощи ждать неоткуда, дети стали отправлять родителям текстовые сообщения и видео с отчаянными мольбами о помощи и прощаниями. Расследование показало, что береговая охрана больше заботилась о юридической ответственности и соблюдении субординации, чем о судьбах оставшихся на борту людей. Они подобрали лишь покинувший судно экипаж.

Хуже того, правительство объявило, что все пассажиры в безопасности, основываясь на ложной информации. Родители ждали на берегу новостей о своих детях, одна из матерей кричала водолазам, что ее сердце «превращается в пепел». Когда было озвучено окончательное число погибших, семьи, обезумевшие от горя, были не в состоянии в полной мере осознать произошедшее. Они развесили желтые ленточки и фотографии своих детей перед Голубым домом, проводили ночные бдения при свечах и требовали ответов и подотчетности, однако не получили ни того, ни другого. Крушение парома «Севоль» было признано одной из крупнейших трагедий в современной истории страны.

Отношения с Северной Кореей достигли при Пак Кын Хе самой низкой точки, поскольку ее консервативная администрация заняла жесткую позицию после серии ракетных испытаний в 2016 году, когда Ким Чен Ын стремился ускорить свою ядерную программу. В период ее президентства государственные СМИ Северной Кореи часто оскорбляли Пак, используя такие грубые и женоненавистнические выражения, как «коварная проститутка», «хладнокровная тварь» и «женщина для утешения США». В КНДР ее даже приговорили к смертной казни по обвинению в сговоре со спецслужбами Сеула с целью убийства Ким Чен Ына, что еще больше обострило отношения между двумя государствами.

В конце октября 2016 года разразился очередной скандал, предопределивший судьбу Пак Кын Хе. Целую лавину событий спровоцировал протест в частном женском колледже, Университете Ихва, студентки которого выступили против создания Университета Будущей Жизни (англ. Future Life University), в котором можно было бы получить степень в области красоты и гигиены. Когда ректор университета вызвала полицию для подавления протестов, студенты узнали о том, что она имеет тесные связи с Голубым домом. В свете этой информации они обратили внимание на особое отношение к своей сокурснице, Чон Ю Ра (Jeong Yura, 1996 г. р.), дочери Чхве Сун Силь (Choe Sunsil, 1956 г. р.), которая всегда пропускала занятия, но получала высокие оценки. Жалобы на преференциальное отношение к студентам раскрыли правду о тайном мире денег, влияния и власти. СМИ выяснили, что Чхве пользовалась связями в Голубом доме, чтобы получить миллиарды долларов от крупных конгломератов, таких как Samsung и Hyundai, на финансирование двух фондов. Отношения между этими двумя женщинами возникли еще когда отец Чхве, лидер религиозного культа, был наставником Пак после убийства ее матери. По данным СМИ, Чхве, не занимавшая никаких государственных постов, имела возможность оказывать влияние на государственную политику, что свидетельствовало о злоупотреблении властью и коррупции. Ночные бдения и ежедневные акции протеста с требованием отставки Пак Кын Хе продолжались в течение шести недель, поскольку возмущение ее халатным отношением к трагедии парома «Севоль» продолжало нарастать. Коррупционный скандал усилил возмущение общественности по поводу имущественного неравенства и способности отдельных лиц извлекать выгоду для себя и своих семей благодаря связям с правительством и корпорациями.

Фото 14. Протест против отношения Пак Кын Хе к катастрофе парома «Севоль».

9 декабря Национальное собрание Республики Корея единогласно проголосовало за импичмент и временное отстранение от должности, а Конституционный суд Южной Кореи подтвердил это решение 10 марта 2017 года. Пак Кын Хе стала первым действующим президентом, отстраненным от должности. 9 мая 2017 года состоялись новые президентские выборы, двенадцатым президентом Республики Корея стал Мун Чжэ Ин. В конечном итоге ошибки Пак затмили собой ее благородные попытки поддержать Министерство по вопросам гендерного равенства и расширить другие программы для женщин (хотя ей и не удалось добиться назначения большего количества женщин на государственные посты). Перед тем, как она покинула свой пост, ее рейтинг общественного одобрения упал до мизерных 4 %.

Особое отношение к таким привилегированным студентам, как дочь Чхве Сун Силь в Университете Ихва, и сбор средств для организаций, имеющих связи с Голубым домом, вызвали гнев простых корейцев, которые всеми силами пытались добиться успеха в стране «с крайне высоким уровнем конкуренции». И эта амбициозность пагубно сказывалось на психическом здоровье даже самых преуспевающих и состоятельных жителей страны.

Фото 15. Надписи на башне Чучхе (Пхеньян).

Психическое здоровье в стране и за ее пределами

Мир К-pop потрясло известие о том, что Ким Джон Хён (Kim Jonghyun, 1990–2017), солист популярного и влиятельного бойз-бэнда SHINee, состоящего из пяти участников, покончил жизнь самоубийством в гостиничном номере 18 декабря 2017 года. Ему было всего двадцать семь лет. В своем прощальном письме, адресованном близкому другу Чан Хви Ёну (Nine9 из группы Cloud9) Ким признался, что больше не может бороться с депрессией, которая окончательно его поглотила. Специалисты по поиску талантов из SM Entertainment заметили Кима, когда ему было всего пятнадцать лет и он выступал<sup>177177
  Ким Джон Хён сочинял музыку, пел и играл на бас-гитаре.


[Закрыть]</sup> в школьной группе; в 2008 году он создал популярный бойз-бэнд под тем же лейблом. «Принцы K-pop» продали сотни тысяч альбомов и синглов, став одной из самых успешных идол-групп в Южной Корее. Ким был не единственной звездой К-pop, покончившей с собой; девятнадцатилетний американец корейского происхождения Чарльз Парк (известный в Корее как Сео Чи Вон (Seo Jiwon), 1976–1996) был одним из первых поп-идолов, решивших свести счеты с жизнью. Артистки и актрисы, такие как всеобщая любимица Чхве Чин Силь (Choe Jinsil, 1968–2008), известная как «актриса нации», тоже не выдержала жестокости сетевой культуры, постоянного давления и требований быть лучшей в индустрии, что невольно наводит на мысль о «Голодных играх». Громкие суициды, в том числе самоубийство бывшего президента Южной Кореи Но Му Хёна в 2009 году, попали в заголовки национальных газет, подняв вопрос об эпидемии самоубийств как проблеме общественного здравоохранения.

Опасения СМИ были небезосновательны. В 2013 году Южная Корея занимала первое место среди тридцати стран ОЭСР по уровню самоубийств. Средний показатель по стране составляет 43 смерти на 100 000 человек (15 000 смертей в год), что выше, чем в Венгрии и Японии. Республика Корея также лидирует по количеству самоубийств среди женщин – 11,1 смертей на 100 000 человек, что более чем в два раза превышает средний показатель по ОЭСР – 5,4. Навязанные Международным валютным фондом в 1997 году неолиберальные реформы, уничтожившие традиционные системы социальной защиты и поддержки семьи, оказали разрушительное воздействие, особенно на пожилых людей. Из-за отсутствия национальной пенсионной системы (которая появилась лишь в 1988 году) и нехватки социальных услуг почти половина пожилого населения страны оказалась за чертой бедности. В результате некоторые пожилые люди покончили с собой, чтобы не быть финансовым бременем для своих семей. Культура K-youth (букв. «К-молодежь») кажется чуждой старикам, сетующим на упадок традиционных ценностей и потерю связи с новым поколением.

Ожидания общества относительно повышения социальной мобильности – от университета до работы (предпочтительно в крупном чеболе, или конгломерате) – создали интенсивное давление, которое начинало ощущаться еще в подростковом возрасте и могло привести к эмоциональному и психическому расстройству. Сегодня южнокорейские школьники тратят в среднем шестнадцать часов в день на подготовку к экзаменам, результаты которых оцениваются по колоколообразной кривой – и все это в условиях жесточайшей конкуренции за места в одном из трех лучших университетов Южной Кореи (SKY). Принцип «Королевской битвы»<sup>178178
  Королевская битва – многопользовательская онлайн-игра в жанре симулятора выживания.


[Закрыть]</sup> (англ. Battle Royale) «победитель получает все» превращает жизнь в игру на выживание. Конечная цель – получить стабильную работу в ведущей компании, а не следовать своей мечте. Некоторые молодые корейцы относят себя к поколению «сампо» (производное из слов «сам» (три) и «пхо» (отказ), букв. «поколение трех отказов»), которому пришлось отказаться от таких трех важных вещей, как свидания, брак и дети, чтобы преуспеть. Люди, не добившиеся социально-экономического влияния, принадлежат к поколению «опхо» и «чильпхо» <sup>179179
  Поколение «опхо» (букв. пяти отказов) отказалось от свиданий, брака, детей, трудоустройства и домовладения. Поколение «чильпхо» (букв. cеми отказов) – отказалось от всего вышеперечисленного, а также от межличностных отношений и надежды.


[Закрыть]</sup>, представители которого отказались от пяти и семи жизненных ценностей, соответственно. И, наконец, в самом тяжелом положении оказалось поколение «ильпхо»<sup>180180
  «Ильпхо» («иль» – один, «пхо» от слова «пхогихада» – отказываться, отрекаться, оставлять) – отказ только от одного, но это одно – сама жизнь.


[Закрыть]</sup>, которому пришлось пожертвовать всем, что имеет ценность, ради выживания, что практически равносильно отказу от жизни. Молодые люди, называющие себя поколением N-пхo (обобщенный термин для всех представителей «поколения отказа»), делятся на два класса: «грязные ложки» – те, кто родом из непривилегированных слоев населения, и «золотые ложки» – золотая молодежь из богатых семей. Первые уничижительно называют Корею «Ад Чосон», сравнивая нынешние адские условия для молодежи с угнетающей кастовой феодальной системой времен династии Чосон. Столь пессимистическое отношение молодежи к жизни привело к росту уровня депрессии и числа самоубийств.

Даже после окончания университета устроиться на работу непросто. Появление фрилансеров в 1990-х годах повлекло за собой отсутствие гарантий занятости и наличия хорошо оплачиваемой работы. Жизнь выпускников южнокорейских вузов нельзя назвать стабильной, они постоянно опасаются того, что не смогут найти более высокооплачиваемую работу, что приведет к снижению социальной мобильности. Термин «поколение 880 000 вон», введенный профессором экономики У Сок Хуном (U Seokhun), означает чистую зарплату временного сотрудника или месячный оклад работника по контракту. Все большее число высокообразованных корейцев с учеными степенями остаются без работы или работают на должностях, не соответствующих их квалификации. В результате студенты колледжей стали уделять больше времени совершенствованию своего резюме, откладывая окончание учебы, чтобы посещать дополнительные занятия и получить сертификаты, которые помогут устроиться на высокооплачиваемую работу и заключить удачный брак. Однако мечта о занятости на полную ставку остается недостижимой. Большинству корейцев приходится работать сверхурочно на малых и средних предприятиях за низкую зарплату, поскольку компании сейчас предпочитают нанимать сотрудников по контракту или на неполный рабочий день. Что еще более унизительно, к тридцати годам фрилансеры по-прежнему зависят от родительской поддержки. Им дали прозвище «племя кенгуру» за то, что они никак не могут покинуть сумки своих родителей.

Страдающие от психических расстройств люди отказываются обращаться за профессиональной помощью из опасений, что их медицинские данные станут достоянием общественности и поставят под угрозу возможность дальнейшего трудоустройства. Тревога по поводу неприкосновенности частной жизни также затрудняет установление доверительных отношений с психотерапевтами. К тому же откровения о психических проблемах могут снизить привлекательность человека и членов его семьи на брачном рынке. По данным Министерства здравоохранения и социального обеспечения, около 90 % жертв самоубийств страдали от диагностируемых психических заболеваний, при этом лишь 15 % из них получили надлежащее лечение, что свидетельствует о том, что психические расстройства – табуированная тема. Хотя корейцы и склонны игнорировать проблемы, связанные с психическим здоровьем, одно событие в США заставило их насторожиться.

16 апреля 2007 года Чо Сын Хви (Cho Seung-hui, 1984 г. р.) убил тридцать два человека и ранил семнадцать в Вирджинском политехническом институте и государственном университете в Блэксбурге, штат Вирджиния, после чего застрелился. Корейцы были шокированы, узнав, что стрелок, совершивший ужасающее массовое убийство, был этническим корейцем, страдавшим психическими расстройствами. Хотя Чо большую часть жизни провел в Америке, его действия вызвали у корейцев коллективное чувство вины и раскаяния. Посол Кореи в США Ли Тхэ Сик (Yi Taesik, 1945 г. р.) в знак траура по погибшим постился тридцать два дня; он также пытался развеять страхи, защищая права корейцев, которые планировали посетить США или учиться там. Президент Но Му Хён направил послания с выражением соболезнований в Соединенные Штаты и созвал свой кабинет для обсуждения мер по устранению политических последствий массового убийства, вместо того чтобы провести серьезную дискуссию о Чо, его психических проблемах и самоубийстве<sup>181181
  Услышав шум приближающегося отряда спецназа, Чо Сын Хви выстрелил себе в голову. К этому моменту он успел убить 32 человека.


[Закрыть]</sup>.

Корейцы, которым было стыдно за действия Чо Сын Хви, вынуждены были мириться с насилием, творившимся прямо у них под носом, и самоубийствами собственных детей, ставших жертвами жестокой конкурентной борьбы. Менталитет «победитель получает все», основанный на неолиберальной логике, согласно которой человек несет личную ответственность за свои успехи и провалы, привел к распространению жестокого буллинга среди детей школьного возраста. Школьники выбирали неудачника – того, кто отличался от остальных по классовой принадлежности, внешности, способностям и т. д., – и подвергали его безжалостному остракизму и насилию. Как правило, объектом травли становились дети с ограниченными возможностями и смешанного происхождения. По свидетельствам жертв, травля могла принимать различные формы – от социальной изоляции до прижигания окурками и кибербуллинга. По данным исследования, проведенного Chicago Policy Review, самоубийство является наиболее распространенной причиной смерти среди молодежи в возрасте от пятнадцати до двадцати четырех лет. Один ужасающий случай произошел с Им Сын Ми (Im Seungmin), тринадцатилетним подростком, который в 2012 году выпрыгнул из окна своей квартиры на седьмом этаже, потому что не мог больше выносить избиения, прижигания зажигалками и удушения электрическим проводом. Его родители ничего не знали об издевательствах, что неудивительно, поскольку мальчики реже рассказывают о подобных инцидентах. Шокирующее самоубийство Има вызвало жаркие дебаты о том, как предотвратить издевательства в условиях жесткой конкуренции в Южной Корее.

В 2004 году Республика Корея впервые выступила с инициативой по предотвращению самоубийств (на которую государство не выделило специальных средств), а затем создала национальную систему психического здоровья при Центре охраны психического здоровья. Сеульский центр по предотвращению самоубийств, учрежденный годом позже, организовал горячую телефонную линию, которая оказалась эффективной мерой поддержки пожилого населения. Постепенно начал снижаться уровень самоубийств среди женщин и мужчин в возрасте от двадцати до семидесяти лет и старше, что некоторые связывают со второй национальной инициативой по предотвращению самоубийств 2009 года, которой оказывалась более существенная финансовая поддержка. Однако число самоубийств продолжало расти среди мужчин в возрасте от тридцати до сорока девяти лет, что обусловлено стрессом, связанным с трудоустройством и экономическим успехом.

Удар по рождаемости: бомба замедленного действия и старение населения

Высокий уровень самоубийств среди южнокорейцев подлил масла в огонь национальной тревоги по поводу демографического кризиса, характеризующегося крайне низкой рождаемостью и старением населения. В декабре 2016 года Министерство внутренних дел Южной Кореи было вынуждено свернуть проект «розовая карта рождаемости», на которой отображалось количество женщин детородного возраста. На этой карте темно-розовым цветом были отмечены районы с высокой концентрацией потенциальных матерей, а светло-розовым – с низкой. Женщин возмутил тот факт, что правительство относится к их телу как к репродуктивному инструменту для повышения рождаемости. Демографы сходятся во мнении, что в Республике Корея самые низкие показатели рождаемости в мире; в третьем квартале 2018 года коэффициент рождаемости снизился до 0,95, что делает Южную Корею единственной страной в ОЭСР с коэффициентом ниже 1,30. Ошеломляющее снижение по сравнению с показателем 6,16 детей на одну женщину в 1960 году. Тот факт, что рождаемость упала ниже уровня воспроизводства (который составляет, по крайней мере, 2,1 ребенка на одну женщину), побудила группу демографов сделать неутешительный прогноз, что к 2750 году южнокорейцы окончательно вымрут как нация. Ситуацию усугубляет то, что Южная Корея – страна с одним из самых быстро стареющих обществ среди стран ОЭСР, причем численность пожилых людей непропорционально велика по сравнению с молодыми. Один ученый подсчитал, что сегодня на 100 работающих корейцев приходится 37 граждан, получающих социальные пособия, что называется коэффициентом иждивенчества. Без увеличения рождаемости этот показатель продолжит расти и в будущем тяжелым бременем ляжет на молодежь.

Несмотря на государственные инвестиции в размере около восьмидесяти триллионов вон (70 миллиардов долларов), включая субсидии семьям с детьми до пяти лет, направленные на решение проблемы снижения рождаемости за последние десять лет, переломить ситуацию не удалось по нескольким причинам. Во-первых, существенным фактором является снижение количества браков, поскольку люди предпочитают оставаться холостыми. Некоторые откладывают брак на более поздний период жизни или предпочитают вовсе не вступать в него из-за враждебной политики на рабочем месте, например, нежелания трудоустраивать матерей или оплачивать им декретный отпуск, хотя по закону работодатели обязаны это делать. Низкая рождаемость также обусловлена сознательным решением супружеских пар не заводить много детей из-за ненормированного рабочего дня, высокой стоимости детских садов и непосильных расходов на содержание ребенка до совершеннолетия (включая траты на подготовительные занятия). Вместо этого они вкладывают все свои силы в воспитание одного ребенка. Низкая рождаемость имеет далеко идущие последствия: Южная Корея не только столкнется с проблемой финансирования пенсий, но и темпы экономического роста будут неуклонно снижаться. Уже сегодня многие школы закрывают свои двери из-за недобора учеников.

Некоторые полагают, что демографические проблемы Южной Кореи сможет решить Северная. КНДР – одна из немногих оставшихся в мире закрытых стран. Источником скудных официальных данных о численности ее населения являются две переписи, проведенные в 1993 и 2008 годах. Они продемонстрировали, что подавляющее большинство взрослого населения страны состоит в браке. По данным ООН за 2014 год, общий коэффициент фертильности в Северной Корее снизился до 2,0, а коэффициент рождаемости составил 1,9, что ненамного выше, чем в Южной Корее. Всемирная организация здравоохранения также отметила, что КНДР не обошла стороной и проблема самоубийств: в 2012 году в Северной Корее, стране с населением 22,5 миллиона человек, произошло 9 790 самоубийств. По словам северокорейских перебежчиков, в КНДР самоубийство считается государственной изменой, а не следствием психического заболевания. Пациентов с хроническими психическими расстройствами госпитализируют в государственные учреждения под названием «Больницы № 49», расположенные в отдаленных районах. Как правило, северокорейская пресса старается не афишировать столь удручающую статистику, чтобы не дискредитировать социальную систему, при которой самоубийств существовать не должно. Мигранты с Севера страдают от депрессии, тревожных расстройств и психологических травм, вызванных страхом лишиться свободы, чувством вины за оставление на родине членов семьи или пытками от рук северокорейских властей. Что объединяет Север и Юг, так это социальный остракизм, стыд и страх, которые заставляют семьи прятать душевнобольных за закрытыми дверями, а также нежелание обращаться за помощью к психотерапевтам.

Высокий уровень самоубийств, крайне низкая рождаемость и старение населения – таковы компоненты бомбы замедленного действия, ставящей под угрозу само существование корейского народа. Как я уже говорил, демографический кризис позволил корейцам рассмотреть возможность иммиграции и принятия многокультурных семей. Однако путь этот очень тернист, поскольку социальные установки меняются крайне медленно.