Текст книги "Секреты Примроуз-сквер 2 (СИ)"
Автор книги: Татьяна Лаас
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 29 страниц)
Глава 30 Знакомство с дознавателями
Метель улеглась. Райо при этом выглядел чуть бледнее, чем обычно, но держался на ногах и даже оставаться в особняке не собирался. Йен вспомнил, как плохо воздушник выглядел при их первой встрече у Университета, и вдруг осознал – сколько сил и магии вложил в него, спасая от яда паутинника, Райо. Запоздало Йен сказал:
– Благодарю за то, что помогал мне выжить, помогал мне бороться с ядом. Я помню – ты выложился по полной.
– Ты эль фаоль, ты надежда лесного и воздушного народов на возвращение домой. Я не мог иначе. Так… Едем?
– Сперва… Мне нужны подземники. – Он подошел к одному из канализационных люков перед особняком Шейлов и ногой постучался в него. Ответом была тишина.
Райо прищелкнул пальцами, и крышка люка сама взлетела вверх:
– Притащить подземников?
Глава разведки действовал радикально. Понятно почему разногласия между нелюдями и людьми только разрастались вплоть до гибели леса – когда любой, кто не житель Заповедного леса, априори считается ниже происхождением и незаслуживающим вежливого обращения, то уважению не возникнуть.
Йен заставил себя проглотить возмущение действиями Райо, лишь холодно сказал:
– Спасибо, но я думаю, что они придут сами.
– Как скажешь.
Крышка с грохотом упала обратно. Райо сложил руки на груди и приготовился ждать с напускным смирением на лице.
Даринель с плохо скрытой насмешкой в голосе спросила:
– Райо, не боишься, что тебя, как нелегального мага, отправят в резервацию?
– Не боюсь.
– Надеешься, что Йен тебя прикроет?
Райо пожал плечами:
– Нет, просто я уже ничего не боюсь.
– Выдать эль фаоля тоже не боишься? – предложила свой вариант Даринель, заставляя Райо соглашаться:
– Не подумал.
Люк тем временем вновь поднялся вверх, и из-под него донеслось грозное:
– Это кто тут хулиганит?
– Эль фаоль, – Йен присел на корточки и поздоровался: – доброе утро, и простите, что так вас побеспокоили, достопочтенный подземник.
Тот, пожилой с седой шкурой, пофыркал, принюхиваясь, и вылез полностью из люка, отряхивая встопорщенную от возмущения шерсть:
– Мое почтение, эль фаоль. Чего опять нужно-то?
Йен достал из кармана пригоршню желудей и протянул их подземнику:
– Это вам.
Морда подземника сморщилась, уголки по-звериному тонких губ приподнялись, демонстрируя длинные клыки – он то ли злился, то ли радовался. У подземников никогда толком не поймешь эмоции.
– Видать, многого хочешь. – буркнул тот, желуди тем не менее загребая в сумку, висевшую у него на животе.
– Это вы срисовали амулет Хранителя, лежащего в подвале особняка Шейлов?
Подземник не стал врать, он лишь сказал:
– Больше не повторится.
– Почему?
Тот возмущенно фыркнул:
– Одно дело влезть в чужой дом и выполнить безобидную просьбу…
О безобидности рисунка Йен бы мог поспорить, но не стал.
– …и совсем другое дело лезть в дом эль фаоля и Шейла.
– Шейла? Раньше вас это не останавливало, – удивился Йен.
Подземник почесал лапой шерсть на пузе:
– Раньше-то никто из Шейлов к нам не спускался и не защищал наших детей от паутинников. Передай огненному – в его дом никто больше не сунется, мы не позволим. И любому откажем.
Йен нахмурился, быстро соображая:
– Не надо отказывать. Если к вам вновь обратятся с просьбой, соглашайтесь, только меня или Шейла поставьте в известность.
– Зачем это? – не понял подземник, скалясь в странной усмешке. Надо запомнить, что так они проявляют недоумение.
– Мы с ними…
– С ним, – поправил подземник, – это был мужчина. Всегда один и тот же.
– Мне надо с ним встретиться и поговорить.
Подземник дернул остроконечным ухом, словно пытаясь понять, но все же кивнул:
– Я передам. Что-то еще?
– Дом Мактомасов. Там недавно был пожар.
Подземник поджал хвост, что выдало его с головой.
– Это были вы… – констатировал Йен.
– Да. Нехорошо получилось. Тот мужчина говорил, что ничего плохого не случится.
– Заплатил-то хоть хорошо? – холодно спросила, вмешиваясь, Даринель.
Райо презрительно сплюнул в сторону, показывая все, что думает об умственных способностях некоторых. Подземник проигнорировал их обоих. Он лишь старательно смотрел на Йена, уточняя:
– Что-то еще, эль фаоль?
Йен спросил на всякий случай:
– Мужчина был тот же, что и заказывал рисунок?
– Да, эль фаоль. Он пах так же.
– В следующий раз при любых подозрительных просьбах, вы не могли бы быть столь любезны предупреждать меня? – Йен понадеялся, что возмущенные возгласы Райо и Даринель подземник пропустит мимо ушей. – Пожалуйста…
– Мы подумаем. – только и ответил подземник, шустро скрываясь в канализации.
Крышка люка звякнула, закрываясь. Разговор был окончен. Даринель задумчиво уточнила у Йена:
– А почему ты не попросил описать того мужчину?
Йен выпрямился:
– У подземников странное зрение, они видят не так, как мы. Я уже сталкивался. В лучшем случае лишь запах опишут, и все. Что ж… Я готов ехать в Пустошь. Кто со мной?
Ни Дари, ни Райо, отказываться не стали. Правда, Райо что-то пробормотал под нос, что в прежние времена подземники даже дышать боялись без разрешения Лесного короля, а теперь надо же! Они подумают!
Из-за снега на дорогах кэб ехал медленно, и времени вспомнить все, что Йен знал о Кайо и о месте его убийства, было много.
Вересковые пустоши. Бывшие храмовые земли, давным-давно выкупленные городом под свои нужды. Сейчас они были зажаты между двумя ветками метро – Портовой и приличной, для чистой публики Морской, ведущей на набережную. Закоулок, в котором нашли тело Кайо, как раз упирался в Морскую ветку. За ней было огромное старинное кладбище – власти не раз грозились его перенести, но так и не нашли денег. Дальше за кладбищем начинался тихий, еще приличный район, в котором обитали бывшие потомки лар, которым не повезло в жизни родиться вторыми и третьими сыновьями и выбиться в люди. Что в Пустоши забыл Кайо? И куда он летел – за Морскую ветку или оттуда? И что было первым – убийство Кайо или похищение Габи? И было ли похищение. Лэс Мейсон с чего-то же дал в газете некролог. Он был убежден, что Габи больше нет. Или пытался всех в этом убедить.
Йен потер лоб – он пока мало что понимал. Райо тихо пояснял:
– Кайо там прицельно ждали на крыше – там вдоль всей улицы ярдов на пятьсот плоские крыши, по которым легко бегать и перепрыгивать с дома на дом. Я проверял – там, на крыше у закоулка, применяли какую-то незнакомую мне магию – её уровень просто огромен. Кайо, видимо, сбили при помощи неё, заставили увеличиться и поймали сетью. А потом…
– Потом убили.
Райо вздохнул:
– Да, потом убили. Из-за Габи. Или из-за браслета. Или…
– …из-за отказа дальше помогать. Или из-за украденных мимо них амулетов. Или из-за того, что он мог выдать их. Причин много, и узнать главную не представляется возможным.
Райо лишь кивнул, соглашаясь с Йеном. Даринель все это время молчала, лишь внимательно слушая.
На улицах было пусто – снег и холод прогнали с улиц всех, кто мог себе позволить крышу над головой. Те, кто не мог, жались возле горящих бочек, грея руки. Йен, отпуская прочь кэб, замер, осматриваясь. Снег Пустоши пошел на пользу – он укрыл вечную грязь, прогнал с улицы попрошаек. Стало внезапно чисто и свежо. Даже крысы попрятались по подвалам. Вчерашняя девчонка грелась у бочки. Йен наугад достал из кармана брюк желудь, не зная, хватит ли его. Большего он предложить не мог. Он громко свистнул, подзывая её к себе. Та дернулась, оборачиваясь на свист, и неожиданно закричала куда-то дальше по улице:
– Дядька, дядька! Эй, этот опять приперся! Эй, дядька!
«Дядька», собиравшийся заходить в один из домов, обернулся на крик, а потом быстрым шагом направился к Йену.
Дари тихо уточнила:
– Скрутить?
Райо не собирался уточнять – он демонстративно достал меч, прикрывая Йена собой.
– Нет, – резко бросил Йен. – Свои. Райо – не трогать! Меч в ножны!
Мелкий воздушник, один из стаи Даринель, которого Йен не опознал по голосу, фыркнул прямо в ухо и тут же улетел куда-то в зенит:
– Свои что-то подозрительнее чужих!
Йен был склонен согласиться – высокий, широкоплечий Сноу, изуродованный шрамами, даже в мундире выглядел бандитом, а уж в затасканном пальто и старом шерстяном костюме коричневого цвета, без шляпы в такой холод, блестя лысиной, он внушал только одно желание – бежать до ближайшего констебля с криком «Караул!»
Райо уменьшился, прячась где-то за плечом Йена, и приказ «меч в ножны!» он явно не выполнил. Дари, тоже уменьшаясь, шипела и ругалась на него.
– Эй, ты! – короткий, совсем не аристократичный палец Сноу ткнулся в сторону Йена. – Стоять!
– Стою, дознаватель Сноу. Стою. – согласно кивнул Йен.
Мужчина нахмурился, от чего шрамы на его лице стали заметнее. С противоположного тротуара в сторону Йена пошел еще один знакомец по фотографиям:
– Фу, Сноу! Начальство надо знать в лицо! – Высокий худой парень вычурно поклонился, подметая концами полосатого шарфа тротуар. – Дознаватель Ро…
– …берто Круз, к моим услугам, —подхватил Йен.
Сноу подошел ближе:
– Доброе утро, главный дознаватель. – Голос у него был громкий и чуть сиплый. – Это вы, получается, вчера тут ошива…
– Начальство, мой милый друг, – Роберто приобнял Сноу за плечи, – может только инспектировать и посещать. Никак не ошиваться.
Сноу дернул плечом, скидывая руку Круза.
Йен спокойно подтвердил предположение Сноу:
– Да, это я вчера сюда приезжал.
– Зря, – буркнул тот.
Роберто, сияя улыбкой, пояснил:
– Есть теория, что преступников тянет на место преступления.
– И вы полагали… – начал Йен, но за него закончил Сноу:
– Что мы нашли возможного убийцу.
Йен посмотрел то на одного, то на другого своего подчиненного и уточнил:
– Что вы делаете здесь в этот выходной день?
– Службу служим, – отрезал Сноу, а Роберто снова вмешался:
– Выполняем распоряжение советника Маккея – собираем для вас информацию.
– И..?
– Пока глухо, – опять первым начал Сноу, привычно ничего не поясняя.
– И насколько глухо? – вынужден был спрашивать Йен – в этот раз фразу Сноу Роберто не подхватил. Кажется, у них сложился странный тандем: один огрызается, второй поясняет.
Сноу оглянулся на дома, снова осматривая их:
– Тут в каждой конуре по десятку обитателей, пока всех опросишь, пока до них достучишься, пока объяснишь, чего прикопались к трупу воздушника – проще через ментоскоп всех прогнать.
Роберто снова пояснил с вечной своей улыбкой:
– Пока самым перспективным были вы.
Из закоулка вышел очередной дознаватель – элегантный, ухоженный Портер узнал его Йен.
– Только я говорил, что Шейл не будет сюда привозить убийц. Максимум ангелов. Доброе утро, главный дознаватель Вуд. Погода сегодня замечательная.
Портер пока выглядел самым адекватным среди подчиненных Йена и самым собранным.
– Просто наслаждение какое-то, – издевательски согласился Сноу, чуть переступая промокшими ботинками в снежной каше. Йен нахмурился: он помнил, как сам мок в такую погоду, но то он, простой инспектор еще неделю назад, а почему дознаватель Сноу так выглядел? Неужели долги или какие-то запретные страсти, сжирающие все огромное жалование?
Роберто плотнее замотал шею своим шарфом:
– Еще бы так холодно не было, было бы просто замечательно.
Портер покровительственно усмехнулся:
– Роб, это ты еще севернее не был.
– Роберто, попрошу! – возмутился парень. – И севернее не хочу, мне и тут плохо.
– Хорошо, – поправил его угрюмо Сноу. – Надо говорить – хорошо.
Брови Роберто взлетели вверх:
– Мне плохо. Зачем врать?
Лицо у илеронца было весьма подвижным, впрочем, как и руки. Жестикулировать, как все южане, Роберто любил. Сноу лишь морщился и отстранялся, когда тот в очередной раз пытался обнять его за плечи или подхватить за руку.
– Лэсы, пожалуйста, – призвал их к порядку Йен. —Что-то еще, кроме отсутствия свидетелей, есть?
Портер кивнул:
– На крыше применяли ловцы.
Йен нахмурился, ничего не понимая, и ему на помощь внезапно пришел Сноу:
– Разработка для армии – один активированный механит ловит все мелкие летающие предметы и приземляет. Это что-то вроде заграждения от снарядов. Только тут…
Роберто дополнил, привычно подхватывая фразу:
– …поймали воздушника. Изобретательно. И армейские склады на предмет утечки механитов уже проверяет Хьюз.
– Чем занят Блад? – уточнил Йен. Уж фамилии своих дознавателей он помнил.
– Он трясет Гильдию. – ответил Сноу, но добавил в этот раз не Роберто, а Портер:
– Проверяет все выходы на работающих под заказ убийц. Об армейских разработках знает ограниченный круг людей.
– Благодарю за работу! – счел нужным сказать Йен. Ему нужно было хорошенько все обдумать и, желательно, в тишине. В своем кабинете, у доски с пометками… Которые он теперь делать не мог – захотелось внезапно выругаться. Правая рука словно в отместку обожгла его болью.
Над домами пронесся колокольный звон. Портер достал из кармана щегольского пальто золотой брегет и поморщился:
– Спешат. Спешат в храме. На целую минуту.
Сноу мрачно заметил:
– Не в храме. В монастыре Святых сердец.
Портер явно не любил, когда его поправляли. Он поджал губы, осмотрелся, а потом отчитал Сноу:
– Ошибаешься. Монастырь отсюда далеко – вниз по улице до упора, потом за ветку метро…
– По прямой тут – только кладбище пересечь. Монастырь тут по прямой крайне близко.
Йен вздрогнул – мысль об упущенном молнией сверкнула в голове:
– Вы уверены, лэс Сноу?
– Абсолютно. Думаете, это наш лощеный Портер по крышам лазил?
Портер побелел – точно, он из тех, кто никогда не ошибается, а если ошибается, то стоит на своем до конца.
– Я примененную магию с улицы считал – в отличие от тебя не нуждаюсь в подпорках в виде механитов для определения типов магии.
Сноу пояснил, задирая рукав явно для Йена и показывая незнакомое устройство в виде широкого браслета:
– В суде охотней верят приборам, чем показаниям.
Роберто тут же влез между дознавателями, обоих обнимая за плечи – Портер сразу же отошел в сторону с достоинством короля, а Сноу поморщился, скинул руку и выкрутил её Роберто за спину. Только того это не остановило – продолжая улыбаться, он сказал:
– Разный опыт – Сноу у нас боевой маг, немало послужил стране и королю, и прочая, и прочая, но вот вид ему подпортили.
Роберто дернул плечом, и рука Сноу плетью повисла вдоль тела. Ругаться тот не стал, просто, как Портер, отошел в сторону. Роберто улыбнулся и шагнул за ним. Йен не понимал, кто из двух магов главный в этом тандеме, а главное, зачем Сноу терпит Роберто?
Портер усмехнулся:
– В отличие от Сноу, мне в суде верят на слово.
Взгляд Сноу был мрачен и ничего хорошего Портеру не обещал.
Йен устал от перепалки, хотя это и давало пищу для дальнейших размышлений о характерах его сотрудников. Он обвел взглядом всех и остановился на Сноу:
– Ломбард Тотти знаете?
– Кто же не знает, – ответил ему, само собой, Роберто. Сноу лишь мрачно кивнул.
Йен попросил его:
– Можете показать примерное направление?
– Вот там будет, – махнул рукой, не задавая лишних вопросов Сноу.
– Монастырь Святых сердец?
Маг без слов показал другой рукой – прямо в противоположную сторону.
– Дохлые феи, – не удержался Йен. – Я идиот…
Такая самокритика начальства пришлась по вкусу дознавателям. Даже Портер не удержался от усмешки. А Райо рванул вверх, летя за Габи и своим еще нерожденным внуком. Даринель выругалась прямо в ухо Йена – что-то о сбрендивших на старости лет воздушниках, бросающих своего короля без защиты.
Глава 31 Находка
Габи нашлась в госпитальном крыле монастыря Святых сердец. Она лежала на узкой, неудобной койке с закрытыми глазами, еле дыша, и совсем не походила на фотографию из газеты, которую для Йена нашел Нильсон. Бледная, худая, с синими растрескавшимися губами она терялась на фоне белоснежных простыней и тяжелого, словно приковавшего её к койке одеяла. Монахиня, которая дежурила в огромном крыле на пятьдесят коек, – и все они из-за зимы были заняты, – лишь вздохнула, поясняя Йену:
– Отойдет скоро, голубка. Улетит к Разрушителю, чтобы дать новую жизнь… Храни её небеса.
Райо скрипнул зубами, резко увеличиваясь и садясь на край койки:
– Это мы еще посмотрим.
Сноу хищно подался вперед, всматриваясь в Райо и магические потоки, создаваемые им. Портер тем временем копался в своем браслете-механите – в воздухе повисали и тут же исчезали, повинуясь легкому движению пальца, портреты девушек, видимо, из числа поданных в розыск. Йен даже челюсти сжал от возмущения – значит, полицейским даже иллюстратор не положен, сами зарисовывайте места преступлений, а Тайному совету выдают такие сложные механизмы!
Йен, подавляя злость, подошел к столу, на котором стояли хозяйственные мелочи вроде чайников и спиртовок, и занялся желудем – Даринель, тоже увеличившись в размерах, встала так, чтобы спиной закрывать ото всех его действия. От глупых расспросов её защищала рука, державшая меч.
Монахиня, поглядывая на мужчин, занималась другими больными – палата стонала, кряхтела, кашляла, исходила мокротой и гноем. Воняло карболкой и больным телом.
Сноу так и стоял, рассматривая Райо, но пока обвинение, легко читающееся на его лице, не прозвучало. Портер спрятал свой браслет под рукавом пальто – совпадения с пропавшими без вести он не нашел. Роберто Круз, улаживавший дела с аббатисой, влетел в палату и радостно возвестил:
– Дракон-аббатиса усмирена! И даже жалобу подавать не будет… – он бросил взгляд на Райо и не удержался: – велики твои дела, Созидатель! Маг-нелегал!
Он пошел в сторону Райо, но был остановлен Сноу, вытянувшим перед ним руку:
– Пусть сперва закончит.
Портер подтвердил:
– Согласен. Шансов, что поможет, мало, но пусть попробует.
Йен зажег небольшую спиртовку для приготовления чая и принялся готовить кофе из натертого на терке желудя:
– Иль Мей, – он не стал называть настоящее имя Райо, воспользовавшись вовремя вспомненной кличкой, – находится под моей защитой.
Сноу фыркнул:
– Надо же, кто всплыл… Сам господин Озорник, погибший глава разведки Заповедного леса. Награды за его голову нет – официально считается мертвым.
– Интересно, насколько потянет эта тайна? – Роберт, прикрыв один глаз, рассматривал Райо и девушку.
Райо отвлекся от лечения Габи и сухо сказал, оглядывая всех дознавателей сразу:
– На одну дуэль с вашим смертельным исходом. Любым из вас. Снизойду даже до нира, если таковые среди вас есть.
Он побелел, черты его заострились – было видно, что он отдавал все силы до конца, стараясь спасти Габи.
Роберто присвистнул, но промолчал под красноречивым взглядом Портера.
Палец Сноу ткнулся в сторону кровати:
– Габриэль Мейсон, девятнадцать лет, официально мертва! – он все же опознал её.
Роберто повернулся к нему, ничего не понимая:
– Откуда узнал?
Даже Портер морщился, но не мог вспомнить такую лэсу.
– Иногда полезно читать светскую хронику, – буркнул Сноу, переводя взгляд с Габи на Йена. Подойти ближе и откровенно наблюдать за ним он не решился. Странно.
– Питер, – сказал Портер, – ты иногда способен поражать.
Роберто лишь хмыкнул, но неожиданно промолчал.
Сноу дернул плечом.
– Сам не знаю, зачем я её читаю. Полный бред… Роберто… Будь другом, сходи опять до аббатисы, узнай, кто привез в монастырь лэсу Мейсон.
Тот дурашливо отвесил старинный поклон и послушно пошел прочь. Все же Сноу в этом тандеме дознавателей главный, а Роберто на подхвате. Только зачем? Йен помнил досье на Круза – тот сильный маг и мог служить самостоятельно, а не подчиняться Сноу.
Портер, чуть подернув рукав пальто, снова принялся просматривать на своем механите новые портреты, что-то обдумывая.
На спиртовке закипел напиток, чуть не выплескиваясь из чайничка, заставляя Йена ругаться. Портер скривился, а Сноу не сдержал любопытства и все же подался к Йену, натыкаясь на меч Даринель. Сноу молча потер подбородок и отступил, продолжая внимательно наблюдать, как Йен наливает напиток в чашку.
– Это вам лар Шейл дал?
– Что? – Йен заставил себя медленно накладывать в кофе найденный в бумажной коробке сахар. Сейчас нельзя паниковать и выдавать себя, хоть куда уж больше...
– Желудь. – стоически повторил Сноу. Роберто, способного пояснить его мысль, рядом не оказалось, и Питеру пришлось самому продолжать: – Шейл дал? Именно он принес желудь для принцессы. Этот желудь от Шейла?
Портер, продолжая пролистывать портреты в своим механите, чуть приподнял глаза, рассматривая Йена. Тот сухо подтвердил:
– Да, желудь от Шейла. Проблемы?
– Нет, – отошел в сторону Сноу. – Просто поиски эль фаоля еще продолжаются, к вашему сведению.
Он направился к Портеру:
– Поехали – прокатимся до особняка Мейсонов. Пора их хорошенько тряхануть.
Портер задумчиво кивнул:
– Согласен.
Только спешить на выход вслед за Сноу он не стал – стоял и ждал результата от желудя, не меньше. Дохлые феи! Йен старательно спокойно подошел к Райо, протягивая напиток для Габи. Даринель не отставала от Йена ни на шаг. Меч в ножны так и не вернулся.
Сноу в дверях напомнил о себе:
– Портер!
Тот молчал, наблюдая за Райо, по ложечке выпаивающего напиток Габи.
Йен наконец-то собрался с мыслями – никто кричать: «Лови эль фаоля!» – вроде бы не собирался.
– Мейсонов задержать, – распорядился он. – Без меня не допрашивать. Приеду в Совет сразу же, как закончу тут. Мейсонам предъявите… – он замолчал, обдумывая обвинение.
Портер спокойно заметил:
– У нас есть право задерживать без обвинения, хотя и так все ясно. Якобы умершая Габриэль Мейсон. С ней связано убийство воздушника. С воздушником связан Тотти.
Йен тут же резко вмешался:
– Тотти не трогать! Не трясти и не лезть в связи с этим делом!
Сноу скривился, всем своим видом демонстрируя, что он думает об этом, но промолчал.
Портер все так же невозмутимо продолжил:
– Лэс Девид Мейсон, брат Габриэль Мейсон, служит в Университете в отделе артефакторики. В отделе, где произошла резонансная кража. Этого более чем достаточно. Даже без учета воскрешения Иль Мея.
Сноу подтверждающе кивнул:
– Кстати, как звали убитого воздушника?
Райо глухо ответил:
– Проказник.
Сноу глухо хмыкнул:
– Ну да, кто еще может быть у Озорника. Ведь он был ваш внук? Точнее, потомок?
Райо отвлекся от Габриэль:
– Это имеет значение?
– Имеет.
– Внук.
В палату вновь влетел Роберто, сияя улыбкой:
– Есть! Габриэль Мейсон принес сюда Девид Мейсон – привратник опознал по портрету из базы данных. – он хлопнул себя по левой руке. Райо при его словах нахмурился. – Ну, что, за Мейсонами? Кража века, кажется, раскрыта… Осталось понять, как этот воздушник попадал в закрытый отдел.
Сноу сказал, глядя на Райо в упор:
– Говорили, что Иль Мей – бастард Эль Ореля.
Портер с ним согласился:
– Судя по его совсем не соответствующему должности главы разведки поведению, склонен в это верить.
Роберто, от широты души обнимая Сноу за плечи, рассмеялся:
– Да ладно, говорили же, что лесные люди того… Малоразвитые были, словно аборигены Южных колоний. Только и всего. Вот и этот… Не совсем…
Сноу откашлялся и буркнул, сбрасывая руку Роберто с себя:
– Больше верь. Наши маги до сих пор взломать то, что сделали малоразвитые нелюди, не могут.
Дверь за ними закрылась.
Райо, с ложечки выпаивая Габи кофе, пробормотал:
– Как же я их ненавижу… Лю-ю-юди… Одно слово!
Йен предпочел ничего не говорить об этом, он попросил Даринель:
– Пожалуйста, найди в округе публичную будку и телефонируй Валентайну – пусть захватит теплую одежду и приезжает сюда —заберем Габи домой, ей здесь нечего делать.
Даринель молча посмотрела на Райо, тот склонил голову:
– Я пригляжу за ним. Не бойся, не брошу.
Даринель кивнула и пошла прочь. Йену оставалось надеяться, что поиски публичной будки не прервутся воспитанием Роберто или Сноу. Им еще работать вместе. Хотя, если честно, работать ни с тем, ни с другим совсем не тянуло. Исключением был Портер, но Йен помнил – именно он допрашивал Сержа.
Йен потер лоб и оглядел большую палату, полную больных. Подумал и… Пошел обратно к спиртовке – желудей у него с собой было много.
Габи, которой Райо выпоил весь напиток, внезапно приоткрыла глаза и прошептала, пытаясь протянуть руку Райо:
– Кайо… Дэви не обманул… Ты прилетел… – Глаза её вновь закрылись, но судя по изменившемуся дыханию, она заснула, а не впала в бессознательное состояние, как до этого.
Райо вздохнул:
– Проклятье, это все же Дэви…
– Райо? – Йен отвлекся от чистки желудей. – Ты же слышал, что говорил Круз.
– Он мог ошибаться… И не смотри на меня так. Я до последнего надеялся, что это лэс Мейсон, а не Дэви… Хоть я и понимаю Дэви с его местью и обидой. Я так был неправ в воспитании Кайо… До чего же все так запутанно и глупо. Йен… Ты можешь не выдвигать обвинения против Дэви? Кайо все же поступил крайне неблаговидно.
– Райо? Ты ли это? Я не узнаю главу разведки.
– Прав был тот с перебитым носом…
– Сноу?
– Он… Прав он – я сдал, я уже давно не тот Райо из Заповедного леса… Нынешний глава разведки устал хоронить своих детей и внуков, этот глава разведки устал от того, не знает ни одного лица своих внуков. Ни одного, кроме Кайо. Этот глава разведки понял, что иногда справедливость и не нужна. Ребенок Кайо уже никогда не узнает отца, он будет расти, зная, что его отец соблазнил мать и не женился… По независящим от него причинам не женился, но все же соблазнил. На ребенке будет стоять клеймо незаконнорожденного. И это еще не считая клейма ребенка преступника. И ребенок Дэви… Да, Кайо говорил – Дэви и Эстер тоже ждут дитя… И их ребенок тоже будет расти без отца. Расти с клеймом ребенка преступника. Расти, зная, что все только и ждут от него, когда он оступится. Кайо поступил неблаговидно, Кайо уже наказан… Зачем наказывать и ребенка Дэви?
– Ты готов переступить через справедливое наказание убийцы?
– Я готов дать в эту надвигающуюся ночь Ожиданий шанс Дэви – ради его будущего малыша. Малыш Кайо уже наказан, зачем наказывать еще и малыша Дэви? Ну, отправит суд Дэвида на виселицу. Это вернет Кайо? Это исправит судьбу малыша Габи? Нет, Йен.
Тот поморщился – логика в словах Райо была, но она не нравилась Йену:
– Мне кажется, что ты все же немного неправ. Нельзя оставлять убийство безнаказанным.
– Можно отправить его в Аланаду или даже в Южные колонии – пусть будет так наказан. Отдашь дело в суд – Дэви будет ждать только виселица.
– Я… Мне надо подумать. И ты не прав – виноват может быть и лэс Мейсон. Это покажет лишь допрос.
Габи во сне вновь прошептала:
– Кайо…
Йен, разливая напиток в две чашки, спросил:
– Вы были похожи?
Райо кивнул:
– Насмешка судьбы. Мы были похожи. И не смотри так —захочет Габриэль, я сам свяжу с ней жизнь, давая ребенку Кайо защиту именем. Но это решать только Габи. – Он встал и взял одну из чашек с напитком:
– Давай-ка я тебе помогу. И монахиню сейчас попросим. Только… Ты же понимаешь, что играешь с огнем?
– Но нельзя же оставлять нуждающихся без помощи? Тем более, что от меня не убудет.
– Это ты своему Шейлу скажешь – убудет от тебя или нет. Извинениями, если тебя поймают в очередной раз, ты не отделаешься.
Приехавшему хмурому Шейлу пришлось сказать… И «прости», и «иначе не мог», и «за мной присматривала Даринель и Райо». Только Валентайна это не успокоило. Лишь Аликс радовалась, увидя свою подругу живой.
