Текст книги "Lady and Loneliness"
Автор книги: Светлана Арсеньева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 32 страниц)
Глава 21
Утро. Иногда мне кажется, что я его искренне ненавижу. Особенно когда просыпаюсь так, как сегодня, под глубоко ненавистную трель фона. На этот раз подходить нет ни малейшего желания, не хочу в очередной раз слушать поздравления по поводу открытия Галереи, наслушалась уже.
Со всеми делами я мужественно разобралась на неделе, так что на эти выходные у меня запланированы два важных мероприятия: открытие Галереи и свадьба. Моя собственная, между прочим.
Неделя прошла сумбурно, наверное, я повторяюсь. Мы провели три дня на Земле, пока Лит-ар разбирался со своими делами. Не знаю, что именно он там делал и с кем, но я предпочитала не сидеть с ним в полутемных ресторанах с Очень Важными Персонами, а гулять по местным достопримечательностям. Как оказалось, сколько бы ты раз ни побывал на Земле-1, там все равно останется пара-тройка мест, которых ты не увидел в прошлый раз. Я побывала на острове Надежд, поплавала ночью в Тихом океане (чуть не утонула, правда, но это мелочи по сравнению с полученным удовольствием), сходила в Музей Современного Искусства. Окончательно поняла, что моей Галереи есть к чему стремиться.
Вернулись мы снова телепортом, причем мои вещи решительно не желали помещаться в кабинку: я до отъезда успела пробежаться по магазинам. Лит-ар развлекался по полной программе, пока служащие «подпольного космопорта» заталкивали мои чемоданы в телепорт. А «подпольный космопорт»… Так мой дорогой будущий муж окрестил эту несуразную штуковину, которая нас перенесла на Землю и вернула на родной моему сердцу Атин.
Потом я наконец-то встретилась с тем дядькой, которому должна была кристалл. Он порадовал меня шикарным букетом цветов и занимательным разговором на тему тех самых разноцветных кристаллов, которые я открыть так и не смогла. Оказывается, тетушка свистнула их у пришельцев, правда, у которых именно, дядька уточнять не стал. И открыть их сможет только тетушка, потому как эти особо хитро сделанные кристаллы реагируют только на нее. Одним словом, и здесь полный облом.
А сегодня открытие Галереи. Наконец-то я его дождалась! Признаюсь, я думала, этот день никогда не настанет. За два дня мы с Эрихом, Данте и Данином мы подписывали и отсылали приглашения, как оказалось, этот важный момент я совершенно упустила из виду. Я давно составила список приглашенных, даже заказала пригласительные, только сам список выдать забыла, умотав на Землю. Так что я и веселая троица просидели полдня над этими чертовыми приглашениями…
На открытие было приглашено чуть больше трехсот человек, плюс пресса. Всю неделю репортеры донимали Эриха и его зама, чтобы добыть приглашения. Даже межзвездные каналы… Я не надеялась поднять столько шума вокруг открытия, честное слово! Просто если за дело взялся Данин и Лит-ар… не понимаю, что меня до сих пор так удивляет.
Я медленно поднялась с кровати, вставать совершенно не хотелось. Только надо успеть в Галерею до полудня, иначе Эрих взбесится окончательно. Само открытие запланировано на пять вечера, только мне нужно крутиться в Галерее хотя бы для виду. Организацию Эрих взял на себя. Глупый, мужественный управляющий. Не представляю, как он это сделал.
Я привела себя в порядок, надела подаренное Лит-аром платье. Волосы заплела в несколько косичек, уложила их в довольно сложную прическу. Сделала легкий макияж. С недоумением посмотрела в зеркало… Эта женщина мне определенно не знакома. Чем-то похожа на высокомерного сноба, чем-то на богиню, чем-то на хозяйку Галереи. Но совершенно точно не на меня.
Ладно, не так уж и важно, на кого похожа эта женщина, главное, что я в очередной раз опаздываю. Когда я стану пунктуальной?
– Дрэйя, милая, пойдем! – Кошка пошла со мной. Думаю, ей будет интересно.
В кое-то веки я сама села за управление флая. Да, как оказалось, не зря я терпеть не могу эти бесконечные ряды кнопочек, тумблеров и «светлячков». Потому что пока я разобралась, куда нужно нажать, чтобы попасть в Галерею… Прошло много времени, в общем.
Эрих бегал по залам, как подстреленный в пятую точку. Раздавал всем страждущим ценные указания, лез под руки осветителям, репортерам, сотрудникам и вообще всем, кто встречался у него на пути. Одним словом, мой бесценный управляющий имитировал бурную деятельность.
Я шла по коридору в предынфарктном состоянии. На протяжении ремонта меня внутрь не пускали, ибо Данин запретил. Я для виду рассказала всем желающим, что я – хозяйка Галереи… желающие не впечатлились, поэтому вход в Галерею мне был заказан.
Теперь же… Галерея похожа на меня. На ту, что отражается в зеркале. Теперь все это ни на что не похоже. И сложно сказать, красиво это или нет, потому что слишком уж чуждо всему, что мне доводилось видеть раньше. Так странно…
– Таллин! Ты опоздала на час! Полдень – это когда на часах обе стрелочки вверху, пора запомнить! И на кой черт ты приволокла сюда Дрэйю??!
– Эрих! Дорогой мой, что ж ты так кипятишься? Все хорошо. Тебе валерьянки отсыпать?
– Прекрати издеваться!
– А на кой я тебе вообще здесь, если ты сам мне сказал, что справишься?
– А моральная поддержка? – Хитро улыбнулся этот интриган. Я не нашла, что возразить.
В итоге, бурную деятельность мы имитировали вместе. Довели-таки до истерики Данина, осветителя и Данте, этого уже за компанию. Я не заметила, когда стало смеркаться.
Объявились гости и Лит-ар. Последний официально пригласил наших друзей на нашу свадьбу, которая была намечена на воскресенье. Друзья были, мягко говоря, в шоке. Мы счастливо улыбались по малейшей мелочи. Дрэйя куда-то сбежала.
Пришла пора принимать гостей.
Приглашенные начинали сходиться, занимали свои места в зрительном зале. После открытия намечается небольшой концерт, думаю, никто не будет недоволен.
Я оторвалась от нашей славной компании и скользнула в зал, высматривая знакомые лица. Конечно, меня останавливали, поздравляли, делали комплименты. Я познакомилась с парочкой влиятельных особ, что, думаю, может пригодиться.
– Даниэль! – Я заметила беловолосого мальчишку и через мгновение была рядом с ним. – Ты все-таки пришел!
– Ну не мог же я пропустить такое действо! – Улыбнулся мальчишка, оглядываясь по сторонам.
– Кого-то ждешь? Или сам пришел?
– Жду, – лаконично ответил он. – Я пригласил с собой друга.
– Молодчина! Надеюсь, вам понравится.
К нам пробивался сквозь толпу мой управляющий с каким-то типом. Я успела перекинуться парой слов с Даниэлем, пока они подошли.
– Привет, Индиго! – Улыбнулся Даниэль и пожал руку мужчине, которого приволок Эрих. – Таль, это и есть мой друг, Индиго. А это Таллин, хозяйка Галереи.
Эрих немного недоуменно посмотрел на Даниэля, потом на Индиго. А я смотрела только на мужчину с индиговыми глазами. Это он был там, на набережной. Я едва удержалась, чтобы не зашипеть.
– Таль, это Индиго, тот самый бард, которого я пригласил на открытие… А это Таль. – Эрих кивнул нам и растворился в толпе, так толком ничего и не объяснив.
– Я из-за вас, Индиго, вернее, из-за ваших песен, едва не опоздала на очень важное мероприятие…
– Неужели я настолько хорошо пою? – Усмехнулся этот пройдоха с серебристыми волосами.
– У вас очень интересные глаза, – прошипела я.
– Приятно знать, что все дело только в глазах…
– Да из-за тебя я чуть на собственную помолвку не опоздала! – Взбесилась я, толком не поняв, почему. Ну, подумаешь, помолвка, это еще не свадьба? Но почему-то мужчина с индиговыми глазами вызывал глухое раздражение.
– О-о, леди помолвлена? – Ехидно осклабился он.
– Леди одной ногой замужем! – Отрезала я. Мужчина потихоньку затерялся в толпе. Я зарычала от досады.
– И кто это был? – Спросила я у Даниэля. – И на кой ты его сюда приволок?
– Ну-у, Индиго старый друг нашей семьи, мамин спутник, бывший, правда. Мы тыщу лет знакомы! Отличный парень, не понимаю, чего ты так на него взъелась.
– Потому что из-за него я чуть не опоздала на бал в свою честь. Вернее, опоздала, но мне ничего за это не было, кроме предложения.
– И когда свадьба? – усмехнулся мальчишка.
– Завтра, – я вернула ему улыбку.
– Не рассчитал, – погрустнел мальчишка и сбежал искать своего друга.
– Началась война Земли-1 с Аллерой, – услышала я позади себя тихий, довольный голос Данина.
– Итак, позвольте начать наш вечер! – Прозвучал с трибуны шелковистый голос Эриха.
Я окаменела. Начался новый раунд игры. Этот выиграл Дан-ин.
Картина 2
Отражения
Пролог
Сколько лет ее нет? Сколько раз без нее облетала листва, замерзала вода, расцветали сады, прилетали птицы? Моя маленькая королева с фиолетовыми глазами, где же ты теперь? И сколько мне еще нужно ждать?
Сколько можно искать дорогу домой, даже примерно не представляя, где этот самый дом находится. (Ах, в другом Мире? Да что вы говорите?!) И сколько можно искать свое место в жизни? В чужой, лишенной магии жизни? Шутка, достойная Перекрестка: Владыка Вечных, лишенная памяти, силы и своего клана. Хотя, не она первая, и уж точно не последняя.
Да, признаюсь, я безжалостно мошенничаю. По идее, Владыку перемещают из Мира в Мир без ведома и согласия. С условием, что при переходе не по Перекрестку «жертвы» теряют память. Нет, даже не теряют… просто все их воспоминания трансформируются, подстраиваясь под другую реальность. Никто никогда не догадается, что Владыка не принадлежит их Миру.
Конечно, этот феномен Перекрестка исследовали не раз и даже не два лучшие ученые эльфов, оборотней и даже демонов. Представители всех рас пытались разгадать загадку, почему же Перекресток не пропускает «заклятых». Конечно же, на этот вопрос знают ответ боги, только у меня нет ни одного такого знакомого. Да и если бы был, не думаю, что эта тайна подлежит разглашению.
Сколько ее можно ждать? На сколько лет ожидания у меня хватит сил? Сколько можно сидеть у окна, слушать дождь и смотреть в ночь, выглядывая в потоках воды ее высокую, немного нескладную фигуру? Иногда я мечтаю… Да, я все еще умею мечтать! Я больше жизни хочу, чтобы она пришла. Оказалась у порога моего дома и тихонько постучала в дверь…
Однажды мои мечты почти сбылись. Не знаю, как у нее получилось отколоть подобный номер, честное эльфийское, не знаю. Столько лет я был свято уверен, что знаю все ее способности, ведь отправлять свою душу на прогулки между Мирами не всем архимагам под силу. А наша дорогая Владыка, как оказалось, полна сюрпризов, как новогодняя ночь. Как я мог проворонить эту ее способность? Как я мог не предусмотреть все, до последней детали?
Да, ответ прозрачен, несмотря на то, что вопросы риторические. Таллинэль слишком сильна для столь юной Владыки, а я должен был научить ее худо-бедно справляться с собственной силой. Рассмотреть все ее таланты у меня не хватило времени. Что такое полсотни лет для Вечного? Я знал, что у нас впереди вечность. Поэтому и не спешил. А теперь она слишком далеко…
Воспоминания – это зло. Наверняка многие думают иначе. Но только не я. Я сам отправил ее в Мир, практически лишенный магии. В нем колдовать смогут только те, чья сила чужда как Перекрестку, так и всем Светлым Творениям. Конечно, при переходе в такие Миры, Перекресток заботится о том, чтобы сил оставался необходимый минимум, но… Таль даже не подозревает, на что она способна. И, как оказалось, я этого тоже не знаю. Ирония судьбы…
Интересно, сколько еще ее не будет дома? Я постоянно смотрю на жемчужное ожерелье, то самое, что я не успел ей подарить. Она сама похожа на самую совершенную жемчужину… Я на каждой Ярмарке до сих пор покупаю ей подарки. Не знаю, куда она дела подарок, что предназначался мне, да и сейчас это не так уж важно. Но я ничего не забыл. Ни ее прощально-удивленный взгляд, ни бледно-фиолетовое платье, что было на ней в тот день. Ничего. Иногда мне кажется, что память – это слишком жестокое наказание для Вечных.
Каждый год в день ее перемещения я напиваюсь. Да, до синих гоблинов, зеленых чертей и мракобесов в пятнышко. Да, я знаю, что в мои годы и с моей должностью – это верх глупости и просто ребячество. Но – мне все равно. Я же не устраиваю ни пьяный дебош, ни танцы на столах. Я просто ухожу на несколько дней подальше от всех и вся. И только тогда я даю себе возможность… да, именно забыться. Никак иначе я это назвать не могу. У меня нет других слов. Потому что до сих пор мне больно. Потому что для Вечных десять лет – это слишком мало…
…А на следующий день, ближе к вечеру, когда проходит ужасающе жестокое похмелье, я снова надеваю привычную маску и становлюсь заместителем Владыки Вечных. Жестоким, властным, умеющим говорить только приказами. Но никто никогда не узнает, чего мне это стоит.
Моя королева, tell me why I'm alone?
Глава 1
Пылающие уровни Атина. Мне кажется, что горят даже вечерне-зеленые небеса. Здания охвачены огнем, выпущенным из сотен плазменных орудий боевых атмосферных флаев. Горят крыши, стены домов, огонь вырывается из выбитых взрывами окон. Горит и плавится даже металлопластик уровней, несколько верхних уровней прогорели дотла и обрушились на нижние. Агония планеты, охваченной огнем, была слышна даже мне. Тихий, почти умоляющий стон…
А я… мне нужно бежать. Нужно успеть до того, как Данин и Эрих улетят. Данте вместе с моим сыном давно нет на планете. А где сейчас муж я точно не знаю.
Бежать. Еще квартал, потом – направо. Там осталась относительно целая взлетная площадка. Скорее! Я должна успеть, обязана. Бежать… только вперед.
Передо мной обрушилась горящая стена. Никогда не думала, что стены могут так живописно гореть и не менее живописно падать почти что перед моим носом. Мне кажется, будто даже время приостановилось. Стена медленно-медленно падала, крошилась на мелкие камни, горящие осколки и горячую пыль. Я отпрыгнула на пару метров назад, даже не успев толком испугаться. Во-первых, я и так напугана дальше некуда, во-вторых, я спешу. Нужно словить моих красавцев до того, как они покинут планету.
Площадка показалась впереди. Вот только на ней стоял только Эрих. Данина уже и след простыл, как в прямом, так и в переносном значении этого словосочетания.
– Эрих! – Громко позвала я, стараясь перекричать рев огня вокруг. Куда я спрячусь после этого, мне было не совсем ясно. Мужа рядом нет. Сына нет. Только Эрих сейчас летит в атмосферу вслед за своим отрядом.
Он, кажется, не услышал меня. Взгляд его рубиновых глаз прикован к небу.
Флай уходит от трех атмосферных истребителей. Неужели там Дан? Его даже прикрыть некому. Что будет, если… Эрих, похоже, никуда не спешит…
Мой взгляд прикован к небесному сражению. Правда, на таких скоростях можно мало что разобрать. Мельтешение четырех точек и только. Даже я не смогла разобрать, где Дан, а где его преследователи.
В действие вмешивается пятая точка. Неопознанный флай влетает откуда-то из атмосферы и сходу начинает сбивать «чужие» точки. И тут его подбивают. Флай немедленно загорается и падает куда-то на нижние уровни.
Мое сердце бьется где-то в горле. Два оставшихся флая, предположительно, Дана и чей-то чужой, разлетаются в разные стороны. Один садится рядом с флаем Эриха, второй улетает в атмосферу.
Из флая выпрыгнул не на шутку разозленный Лит-ар. Муж. Я бросилась ему на шею, стала целовать. Я не думала, что ему вообще что-то грозит. Он не из тех, кто в первых рядах наступления.
– Кто был во втором флае? – Тихо спрашиваю я.
– Дан-ин, – так же тихо отвечает муж.
А я не верю. Дан не мог быть там. Он столько всего пережил не для того, чтобы погибнуть… так. Он столько всего не успел увидеть, сделать, переосмыслить. Он не мог быть в том флае, не мог!!!
– Таллин, его больше нет. Это война, пойми, милая. – Ко мне подходит Эрих и пытается хоть как-то успокоить.
А Данина больше не будет. Лит-ар со мной. А я – без Дана…
Горят уровни Атина, горят дома, покрытие дорог, горят, кажется, даже небеса. Горит и мое сердце. В нем всего два слова…
Его нет.
Я проснулась в холодном поту от собственного крика. Воспоминания семилетней давности, но все настолько четко, словно все произошло вчера.
На самом деле, война до Атина докатилась только через три года после объявления войны между Землей-1 и Аллерой. Сначала повздорили они, и только потом вспомнили об Атине.
Чертовы воспоминания… Я накрыла голову подушкой, старалась даже не думать. Только вот не получается все это забыть, как бы сильно я этого не хотела.
Эрих и Дан-ин ничего не сказали Лит-ару. Новость о войне коалиции Земля-1 – Аллера против Атина застала его в одной из командировок. Сначала были взяты под контроль спутники, и только потом всерьез принялись за Атин. Горело все. Не знаю, как и почему мне удалось тогда выжить в аду, в который превратилась наша планета. Сыну тогда было два с половиной года, и он путешествовал с отцом. Я не могла оставить Галерею и своих друзей только потому, что «так надо» и «женщинам на войне не место». Я, как честная женщина, руководила снабжением для этих олухов. «Наследство» тетушки оказалось очень кстати. И склады с оружием, и технологии, и подробнейшие карты всех обитаемых планет… Когда эти трое предупредили меня о наступающем мероприятии, я отослала Данте вместе со всеми работами, которые были в Галерее, на одну из самых отдаленных планет. А сама осталась. Потому что не могла бросить свою неразлучную парочку в беде. Конечно, когда вернулся муж, он мне и без того устроил веселую жизнь…
Только Данина не вернуть. Не знаю, как пережил Лит-ар его потерю. И Данте тоже… Только что-то мне подсказывает, что больше в подобные игры они не станут играть. Не рассчитали немного. Особенно не поверили в теорию невероятности и маловероятности, да. Да кто из нас в здравом уме мог предположить, что Дан полетит вытаскивать шкуру моего дорогого мужа из-под огня? Я, конечно, ничего против не имела, когда муж вернулся с войны. Живой. Целый. Здоровый. Только вот где-то мы то ли недооценили Данина, то ли плохо просчитали. Результат… Его нет.
Сколько лет я просыпаюсь от этого кошмара? Перед глазами стоит пылающий Атин. Мой дом. И мои друзья, идущие на смерть. Когда я их отпускала, я не знала, вернется ли кто-нибудь из них обратно. Невыносимое чувство.
Сейчас уже все не так. Война окончена. Все вернулись домой. Атин восстал из руин как феникс из пепла. Теперь уже ничто не напоминает о событиях семилетней давности. Война с Землей продлилась год. Всего-навсего год. Мы выиграли, как и предполагал Дан. Здесь и сейчас все изменилось. Этот мир уже не похож на мой дом. На ту планету, что я выбрала своим домом. Это место стало для меня временным пристанищем, как шалаш на морском берегу. И только до тех пор, пока я не найду новое место, которое захочу назвать своим домом.
Галерею отстроили заново. По проектам Данина, кто бы сомневался. Мы восстановили все, до последнего гвоздика. Галерея ожила. Она дышала нашими общими воспоминаниями, проведенными вместе часами-днями-неделями, когда мы разрабатывали дизайн.
Сколько раз я пыталась не вспоминать о смерти Данина? Я старалась убедить себя в том, что он просто ушел. Улетел на другую планету и не оставил номер фона. Я никак не могла поверить в то, что он действительно мертв. Он не мог. Он ведь был ученым, воином, игроком! Его так и не раскрыли, не заподозрили моих ребят в этой небольшой интриге. Как он посмел? Я же его ждала…
Прошло… не слишком много времени. Шесть с половиной лет. Столько всего успело измениться. И не все менялось к лучшему. Иногда я пишу ему письма. Конечно, я прекрасно понимаю, что писать письма на тот свет несколько… глупо и неуместно, но ничего не могу с собой поделать. Да, я знаю, что так делают только закомплексованные подростки. И я их сжигаю. Потому что только так он сможет их получить.
Я тихонько всхлипнула и окончательно расплакалась. Эти чертовы воспоминания вечно вторгаются в мои сны, превращая их в кошмары. У меня до сих пор перед глазами стоит падающий флай, разлетающийся на осколки. Данин… его нет.
Сын вместе с Лит-аром улетели куда-то, даже не представляю точно, куда именно. У мужа очередная командировка на край обитаемой Галактики, а сыну интересно буквально все, в том числе, его ненаглядный и глубокообожаемый родитель. Да, мне тоже муж нужен, но иногда нашей семье просто необходимы его командировки. Чтобы я с чистой совестью могла вдоволь нагуляться с друзьями, избежав при этом бурных сцен необоснованной ревности.
Все так странно. Наш сын больше всего похож на Данина. Те же синие искрящиеся глаза и такие же полночно-синие волосы. Не понимаю, почему так получилось. Конечно, я полный профан в генетике, но что-то мне подсказывает, что просто так там ничего не бывает. И намного позже у меня возникли смутные сомнения относительно веселого семейства моего мужа. Что-то мне усердно подсказывает, что без нашего ненаглядного дизайнера, а по совместительству еще и ученого и бравого вояки, там явно не обошлось. Правда, я до сих пор не понимаю, почему Лит-ар это так усердно скрывает. Глядя на нашего сына, и так все становится ясно, особенно нашим друзьям, которые знают версию на счет «неучтенного потомка» и участвовали хоть пару раз в играх Лит-ара.
Валяться в постели больше не было желания. Эти демоновы кошмары вечно портят мне настроение с самого утра. И тогда я очень даже точно понимаю всяких убийц, маньяков и извращенцев. Потому что находиться в здравом уме в таком состоянии просто невозможно. Откуда-то взялось жуткое желание убить кого-то. Немедленно. Почувствовав, как клыки оттопыриваются из-под верхней губы, я немного пришла в себя. Так, самым лучшим выходом из данной ситуации является стакан… хм… пить алкоголь с утра как-то пошло. Поэтому, придется пить сок.
Я накинула халатик и нехотя прошла в кухню. В конце-то концов, пора хоть новую выставку организовать, а то Галереей и так Эрих практически в одиночку занимается, пока я со своей семьей разбираюсь.
Сок должного удовлетворения не принес. Даже на фрукты смотреть не хотелось, не говоря уже о полноценном завтраке. Ну и демоны со всем этим миром!
Проходя мимо фона, автоматом клацнула на прослушивание.
– Доброе утро, моя милая! – Услышала я до неприличия бодрый и счастливый голос мужа. Захотелось его тихонько отравить. – Надеюсь, ты уже проснулась. Думаю, даже успела выглянуть в окошко и убедиться, что сегодня на Атине еще один замечательный день! Я прав? Признайся, прав. За столько лет с тобой… Так вот, к чему я звоню. Я безумно по тебе соскучился и ужасно хочу домой. Угадай, где мы находимся? Думаю, ты будешь права, особенно после того, как заглянешь в свой «волшебный блокнотик». Мы на Марсе. Аст-ар уже успел мне заявить, что хочет домой, не менее десятка раз. И еще он совершенно точно решил, что будет учиться именно здесь и никак иначе. И кого-то он мне этим си-и-ильно напомнил!
– Ма-а-ам! Мам, мы были в зоопарке! Я тебе голограммы сделал! Знаешь, там было столько котов! Ну-у, львов там всяких, тигров, рысей! Я думал, они давно сдох… э-эээ… вымерли! Мы скоро прилетим, ты даже толком соскучиться не успеешь!
– Таллин, милая, мы накупили целую гору сувениров! Так что готовься к нашему возвращению!
– Я люблю тебя, мам! – Послышался напоследок голос сына, экран потемнел.
Я смотрела в окно пустыми глазами и улыбалась. Наверное, мы действительно друг друга слишком хорошо изучили. За неполный десяток лет. Разве так бывает?
Итак, мои мужчины скоро вернутся домой. У Лит-ара заканчивается командировка, а у сына – каникулы, так что веселая жизнь приближается не по дням, а по часам!
Я вернулась к фону и набрала номер Данте. Надеюсь, все остальные заседают где-то в другом месте, иначе я их выдворю вон. Сегодня мне нужен он и только он.
– Данте! Доброе утро, – я робко улыбнулась его изображению. – Надеюсь, я тебя ни от кого не отвлекаю? – На этом месте улыбка стала немного виноватой.
– Нет, Таль, все в порядке. Сегодня у меня ни ребят, ни любовницы. Ты по делу?
– Наверное. Я бы хотела зайти к тебе в гости, если можно.
– Конечно, приходи. Только возьми свои последние работы, посмотрим, что к чему. Буду счастлив тебя видеть примерно через час. – Данте обворожительно улыбнулся и исчез с экрана.
Интересно, кто сильнее изменился – я или он?
За все эти годы мой Данте, художник и хранитель весьма полезных знаний, превратился из тихого, забитого жизнью неудачника в настоящего хозяина жизни. Выставка в Галерее ему помогла, но стала только первым шагом. Не последним. И последствия этого я наблюдаю.
А я превратилась… Даже не знаю во что. Потому что исчезло желание бежать вперед, ночи напролет танцевать в кафе у фонтана, да и просто жить уже не так интересно, как раньше. Замужество избавило от принятия решений. Теперь мое место заняла тихая, домашняя девочка-на-привязи. Домохозяйка. В обязанности которой входит следить за сыном, домработницей, Дрэйей и своей внешностью, чтобы муж на очередном приеме мог похвастаться своей красавицей-женой.
Иногда у меня складывается впечатление, что мы с Данте поменялись ролями, а все это – не жизнь, а спектакль, режиссер которого напился водки.
Я взяла из мастерской все последние работы. Пока в доме нет моих мужчин, у меня появляется хоть минимальная, но возможность действия. Я рисую, гуляю, встречаюсь с друзьями и езжу в Галерею. Все видят счастливую до спазмов в желудке Таллин Сантэй-а'т'Эрри. Да, именно так.
Я упаковала работы и села в личный флай. Естественно, с личным водителем и всеми удобствами. Признаюсь, тогда я чувствовала себя… даже не тепличным цветком, нет. Скорее, дорогой игрушкой, которая сулит годы увлекательной игры, которую по очередной прихоти Хозяина нужно беречь, сдувать с нее пылинки, потакать даже малейшим прихотям. А я – до сих пор жива!!! Я не могу в это поверить. От меня практически ничего не осталось. Только это чертово тело…
Я смотрела в зеркало. В последнее время я искренне ненавижу зеркала. Потому что мне уже больше сотни, да. Для тиари, конечно, это не смертельно, но… через десяток-другой лет у меня начнут появляться морщины. Сначала – совсем маленькие и практически незаметные, в уголках глаз. Потом – мимические морщины углубятся, и улыбка будет уже не той. От крыльев носа к уголкам рта протянутся почти незаметные паутинки. Потом та складка на лбу, когда я хмурюсь, будет видна гораздо четче. А Лит-ар… он может просто уйти. Для него важна обертка, но никак не содержание. Ему нравится играть красивой куклой. И я слишком к этому привыкла…
Лифт поднимался до нужного этажа целую вечность. Даже больше. А Данте уже стоял у порога с букетом цветов. Моих любимых. Белых лилий.
– С каждым разом все интереснее! – Я отобрала у него букет и подставила щеку для поцелуя. Данте пропустил меня в дом, чирикая комплименты на все лады. Что это с ним такое? Неужели от него любовница ушла?
Я заняла стратегически выгодную позицию у окна. Ничего не могу с собой поделать: привыкла выглядывать вражеские флаи…
От подобных мыслей на лице появилась не слишком дружелюбная гримаса, Данте аж перекосило.
– Таллин, слишком много воспоминаний – вредно для здоровья. Ничего не изменишь. И Дана не вернешь… Ничего не вернешь… – Он подошел со спины и нежно обнял меня за плечи. Его голос – тихий и безучастный – был именно таким, каким я хотела его слышать. Да, он тоже тоскует, и все помнит, и никак не хочет и не может простить меня за… предательство. Да, он считает предательством то, что я доверила ему все свои ценности: сына и работы из Галереи. Кто знает, может быть, я тем самым спасла его от больничной палаты, а то и мешка в морге. Он мне никогда этого не простит. Потому что Данина больше нет.
– Данте, то, что они вернулись – было чудом.
– Грамотно подготовленным стратегически обоснованным чудом, – криво усмехнулся он, отходя от меня в другой конец комнаты. – Ты так ничерта и не поняла, милая Таль.
– А что я должна была понимать?! Что война – это не место для женщины?! Или, может быть, я не поняла, для чего это было сделано?! – Так, это уже истерика…
– Слишком мало времени прошло…
– Я знаю.
– К демонам этот бесполезный разговор. Показывай работы.
Мы сидели на полу посреди его гостиной, рассматривали мои работы. Последняя была написана пару недель назад, ничего примечательного. Голубоватое небо, море, песок. Только у того, кто долго вглядывался в картину, появлялось чувство, что все это находится там, за гранью. Это мир для Данина.
– Как ты смотришь на то, чтобы поучаствовать в небольшом аукционе? – Данте смотрел куда-то в сторону, в ту, где мне показались мириады полупрозрачных, почти невидимых синих огоньков.
– Когда? И что нужно выставлять?
– Выбери пару картин. Только Эриху не говори, он с ума сойдет от ревности!
Конечно, мой управляющий крайне трепетно относится к моим же картинам. Стоит только намекнуть, что я собираюсь их продать, да еще и на аукционе, он меня растерзает.
– Данте, дорогой, ты не против, если этот аукцион останется нашей с тобой ма-а-аленькой такой тайной?
– Абсолютно. Итак, мы отбираем вот эту, потустороннюю, и ту, помнишь, с фигурами у фонтана.
– Нет. Не дам. Ни одну, ни вторую. Они слишком мне дороги, даже не проси.
– Хорошо, значит, я возьму ту пару с узорами. Договорились?
– Хорошо, бери узоры. И позаботься о деталях, а то мне лениво. Скажешь, когда будет иметь место само мероприятие, я хочу посмотреть! – Я улыбнулась, еще раз посмотрела в окно и пошла к двери.
– И куда ты направляешься? – Удивился Данте.
– Домой, естественно.
– Может быть, сходим в театр?
– Ага, и нам весьма шустро припишут роман. Благодарю покорно, мне на Лит-ара нарываться не охота. Может быть, в следующий раз?
– Может быть, – с непонятной интонацией повторил Данте.
Может быть…
