Текст книги "История Украины. Становление современной нации"

Автор книги: Сергей Екельчик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 25 страниц)

Как и его предшественник, большую часть времени и сил в первый срок своего президентства (1994–1999) Кучма потратил на борьбу с Верховной Радой. На единство в парламенте не было и намека, попытки реформ вязли в сопротивлении многочисленной левой оппозиции и аморфного центра. Поэтому Кучма, как и Кравчук, вскоре попытался расширить президентские полномочия. Его проект нового «Закона о власти» (1995) положил начало длительному политическому кризису. Угрожая проведением референдума о праве президента распускать парламент, Кучма в конце концов смог провести через Верховную Раду новую конституцию – она была принята 28 июня 1996 года на заседании, которое затянулось до самого утра. (Из всех бывших республик СССР новую постсоветскую конституцию Украина приняла последней.) Эта конституция наделяла президента огромными полномочиями, но формально Украина оставалась президентско-парламентской республикой. Кроме того, Кучма еще больше расширил бюрократический аппарат Администрации президента, причем во многом она дублировала функции Кабинета Министров, к которому президент относился как конкуренту за власть.

Любые неудачи в экономике Кучма списывал на конфликты с левым парламентом. Это было крайне удобное объяснение, которое предназначалось для иностранных экспертов и одновременно служило оправданием перед собственным населением, но настоящие корни кризиса лежали глубже. В октябре 1994 года Кучма объявил о начале крупных экономических реформ, предусматривающих приватизацию государственных предприятий, наведение жесткой финансовой дисциплины и создание стабильной валюты[384]384
  См.: Kuzio, Taras. Ukraine under Kuchma: Political Reform, Economic Transformation and Security Policy in Independent Ukraine. – NY: St. Martin’s, 1997. – P. 138–142.


[Закрыть]. Реформы встретили упорное сопротивление со стороны двух лагерей: коммунистов, не приемлющих рыночную экономику по идеологическим причинам, и директоров заводов, которые боялись лишиться дотаций. Президент публично осуждал левых, но редко упоминал о второй, не менее влиятельной группе оппонентов. На самом деле своей победе на выборах Кучма был обязан финансовой поддержке восточноукраинского бизнеса, особенно в его родном Днепропетровске. Прежде чем стать президентом, Кучма возглавлял Украинский союз промышленников и предпринимателей, объединивший «красных директоров» и новых бизнесменов. Эти сформированные советской системой «предприниматели», которые неплохо себя чувствовали благодаря субсидиям государственным предприятиям, решительно выступали против приватизации. В 1995–1997 годах были приватизированы лишь небольшие предприятия, производящие потребительские товары, большая часть остальных реформ пробуксовывала. Новая элита, которая привела Кучму к власти, настолько привыкла красть у государства, что пока не осознала всех преимуществ частной собственности.

96. Спикер парламента (1994–1998, 2006–2007) социалист Александр Мороз

В первый президентский срок Кучма успел поработать с четырьмя премьер-министрами, но дух «кланового капитализма», который складывался в Украине, лучше всех олицетворял третий премьер Павел Лазаренко (май 1996 – июль 1997). Во времена СССР Лазаренко (род. 1953) был председателем колхоза и мелким партийным функционером, а после обретения независимости сделал политическую карьеру в родной Днепропетровской области. Затем он сколотил значительное состояние посредством сомнительных бизнес-операций. Будучи премьер-министром, Лазаренко занялся крупным бизнесом в области энергетики и коммуникаций (естественно, все его компании были зарегистрированы на других людей); его также обвиняли в вымогательстве и заказных убийствах конкурентов. За короткий период работы премьер-министром Лазаренко перевел в американские, швейцарские и антигуанские банки сотни миллионов долларов. Тем не менее, Лазаренко увяз в джунглях большого бизнеса и потерял пост премьера, а в 1998 году он был арестован при въезде в Швейцарию по панамскому паспорту. Когда в 1999 году Верховная Рада лишила Лазаренко депутатской неприкосновенности, он бежал в Соединенные Штаты, где приобрел калифорнийское поместье, ранее принадлежавшее голливудскому актеру Эдди Мерфи. Пока украинская и швейцарская фемида ожидала встречи с ним, американский суд приговорил Лазаренко к тюремному заключению за отмывание денег[385]385
  Lazarenko, Pavlo // Kohut Zenon, Nebesio Bohdan, YurkevichMyroslav. Historical Dictionary of Ukraine. – Lanham, Md.: Scarecrow Press, 2005. – P. 305–307; Wilson, Andrew. Ukraine’s Orange Revolution. – New Haven, Conn.: Yale UP, 2005. – P. 39–40.


[Закрыть].

История Лазаренко во всех ее пикантных подробностях стала достоянием общественности исключительно благодаря тому, что он поссорился с ближайшим окружением Кучмы. Сходным образом обогатились сотни высокопоставленных чиновников, однако это не привлекло внимания суда и средств массовой информации. Более того, Лазаренко был не первым премьер-министром, бежавшим из Украины после обвинений в коррупции и незаконном бизнесе: еще осенью 1994 года так же поступил и. о. премьера Ефим Звягильский – три года он провел в Израиле, пока следствие не закрыли за отсутствием доказательств. Однако в глазах украинцев именно Лазаренко стал олицетворением нового класса «олигархов» – бизнесменов, разбогатевших благодаря подозрительным махинациям. Некоторые олигархи своим богатством были обязаны высоким постам или родственным связям, однако большинство самостоятельно добилось успехов в бизнесе в лихие 1990-е, позднее заручившись «правильными» политическими связями.

Этой модели вполне соответствуют лидеры двух самых влиятельных региональных кланов при Кучме. Репутацию самого богатого человека в Украине снискал Ринат Ахметов (род. 1966) – человек непубличный, татарин по происхождению, экономист по образованию, начавший путь наверх в середине 1990-х годов с создания нескольких банков в Донецке, но вскоре распространивший свои деловые интересы на такие области, как металлургия, машиностроение и телекоммуникации. Ахметову также принадлежит футбольный клуб «Шахтер», выигравший в 2009 году последний в истории Кубок УЕФА. По данным журнала «Корреспондент», в 2009 году состояние Ахметова, которого считают главой донецкого бизнес-клана, оценивалось в 9,6 миллиарда долларов. К Ахметову близок Виктор Янукович, который долгое время возглавлял Донецкую областную администрацию, затем был премьер-министром, а на президентских выборах 2004 года выступал как кандидат от власти. Конкурентом, а иногда и бизнес-партнером Ахметова является Виктор Пинчук (род. 1960), инженер-металлург по образованию, который в начале 1990-х годов организовал крупное предприятие по производству труб. Позже он занялся нефтью, газом, металлургией, а также медиабизнесом. У Пинчука сложились тесные отношения с ближайшим окружением президента Кучмы, он помогал финансировать его избирательную кампанию в 1999 году. В 2002-м бизнесмен женился на дочери Кучмы Елене. В 2009 году состояние ценителя искусств и филантропа Пинчука оценивалось в 2,2 миллиарда долларов[386]386
  И все-таки Ахметов – первый богач в СНГ (подготовили Наталья Мелещук, Ольга Бай-видович) // Газета по-киевски. – 2009. – 12 июня. – С. 6.


[Закрыть].

Если принять во внимание взаимовыгодный симбиоз олигархов и правительства, то кажется чудом, что экономические реформы были вообще предприняты. В 1996 году была введена новая стабильная валюта гривна – единственное по-настоящему удачное начинание Кучмы в экономической сфере. Однако траты правительства по-прежнему превышали доходы, а налоги собирались плохо. Между тем зарплаты и пенсии должны были выплачиваться вовремя, в противном случае на следующих выборах к власти могли прийти коммунисты. Долг Украины перед Россией за нефть и газ рос устрашающими темпами. Объявив в 1994 году о начале структурных реформ, Украина обратилась за поддержкой к Международному валютному фонду (МВФ) и вскоре прочно села на иглу западных кредиторов. Для сохранения дальнейшего финансирования МФВ требовал от Украины наладить контроль за инфляцией, банковскими ставками и сбором налогов. По словам одного исследователя, «МВФ часто казался единственной партией реформ в Украине, хотя и навязывал свою неолиберальную программу, не слишком вникая в украинскую специфику»[387]387
  Wilson, Andrew. The Ukrainians: Unexpected Nation. – New Haven and London: Yale UP, 2000. – P. 262 (укр. перевод: Вілсон, Ендрю. Українці: несподівана нація. – К.: К.І.С., 2004).


[Закрыть].

В любом случае, даже когда украинским министрам удавалось достигнуть поставленных Международным валютным фондом краткосрочных целей, еще рано было говорить о существовании рыночной экономики. Что касается сельского хозяйства, то под новым названием «коллективное сельскохозяйственное предприятие» зачастую скрывались неэффективные советские колхозы, фермеров же нового типа было немного, хотя их роль в производстве мяса, молока и плодоовощной продукции продолжала расти. Такая непростая ситуация сложилась отчасти потому, что фермеры могли только арендовать поля. Коммунисты и их союзники категорически выступали против продажи земли. В 2001 году Верховная Рада наконец-то приняла Земельный кодекс, который позволял куплю-продажу земли, но на практике использование соответствующих норм было отложено на неопределенное время.

Мелкий бизнес был задушен налогами, иногда достигавшими 90 %. Неудивительно, что значительная часть экономики ушла в тень. Даже легальные предприятия зачастую выдавали зарплату в конвертах, чтобы скрыть реальный оборот и избежать обязательных отчислений в Пенсионный фонд. Прямые иностранные инвестиции оставались крайне незначительными. В 1996–1998 годах началась масштабная приватизация промышленности, от которой, однако, более всего выиграли олигархи и «красные директора»: они приобретали крупные предприятия почти за бесценок, при этом в ход шли приватизационные ваучеры, выкупленные за гроши у нуждавшихся рабочих. Даже став частными собственниками, новые украинские капиталисты не особенно интересовались увеличением объемов производства, поскольку больше зарабатывали на государственных дотациях и налоговых льготах[388]388
  Kravchuk, Robert. Kuchma as Economic Reformer // Problems of Post-Communism. -2005.-Vol. 52. – № 5. – P. 51.


[Закрыть]. Тем не менее к концу 1990-х годов появились первые признаки промышленного роста, особенно в ориентированной на экспорт металлургической отрасли.

К концу первого президентского срока Кучмы избиратели заметно разочаровались в его политике. На парламентских выборах 1998 года больше всего мест вновь получили коммунисты – 27 % (вместе с союзниками – 38 %), но в целом работа этого парламента оказалась более плодотворной и эффективной. Выборы впервые проходили по смешанной системе: половину из 450 народных депутатов избирали в одномандатных округах по мажоритарной системе, а половину – пропорционально по партийным спискам, причем проходной барьер для партий составлял 4 %. Подобный порядок способствовал укреплению партийной системы – теперь независимые депутаты составляли лишь 26 % депутатского корпуса. Рух набрал всего 10 % голосов, а более всего от новой системы выиграли небольшие центристские партии, суть которых слабо соотносилась с их названиями, так как на деле это были карманные партии региональных кланов или клубы по бизнес-интересам: Партия зеленых, Народно-демократическая партия, Громада, Социал-демократическая партия Украины (объединенная). В итоге депутаты-центристы заняли 23 % мест[389]389
  Birch, Sarah. Elections and Democratization in Ukraine. – NY: St. Martin’s, 2000. – P. 106. О распространении «фальшивых» партий, созданных с единственной целью – провести в Раду олигархов и предоставить им депутатскую неприкосновенность, см.: Wilson, Andrew. Virtual Politics: Faking Democracy in the Post-Soviet World. – New Haven, Conn.: Yale UP, 2005.


[Закрыть]. Как и в предыдущем парламенте, спикером стал представитель левых сил, на этот раз это был глава Крестьянской партии Александр Ткаченко; таким образом левые по-прежнему могли успешно сопротивляться политике Кучмы.

Впрочем, Кучма мало внимания уделял положению дел в парламенте, так как был поглощен подготовкой к новым президентским выборам 1999 года. В преддверии выборов Кучма и его окружение заручились финансовой поддержкой олигархов, усилили контроль за средствами массовой информации и пригласили опытных российских политтехнологов. Они готовились разыграть российский сценарий выборов 1996 года, когда победа досталась крайне непопулярному Ельцину, благодаря тому, что во втором туре его соперником был догматичный, ничем не примечательный лидер коммунистической партии Геннадий Зюганов. В украинском варианте эта роль отводилась Петру Симоненко, который был еще менее поворотлив и харизматичен, чем Зюганов. Все, что нужно было сделать власти, – это помешать выходу во второй тур кандидата-либерала или умеренного социалиста. Кучмовская администрация открыто контролировала средства массовой информации и оказывала давление на бизнес, связанный с потенциальными оппонентами. В надежде расколоть левый фланг власть тайно поддерживала экстремистскую Прогрессивную социалистическую партию, намного более левую, чем коммунисты. В конечном счете опробованная в России стратегия (отчасти подкрепленная фальсификациями) сработала прекрасно. Самый опасный умеренный кандидат, лидер социалистов Александр Мороз, занял в первом туре третье место, а четвертое досталось пламенной популистке Наталье Витренко, лидеру прогрессивных социалистов. Во втором туре все правые и центристские силы поддержали Кучму, который с 56 % голосов легко победил «красную угрозу» в лице Симоненко, получившего всего 38 %.

Второй президентский срок Кучмы (1999–2004) парадоксальным образом сочетал в себе экономический подъем, грязные политтехнологии и повсеместную коррупцию. Некоторые признаки улучшения в экономике стали заметны еще до выборов, хотя платежный баланс по-прежнему имел отрицательное сальдо, а ВВП вплоть до 1999 года постоянно снижался. Благодаря богатым месторождениям железной руды и других полезных ископаемых первой от кризиса оправилась металлургия. В конце 1990-х годов новые украинские капиталисты обнаружили, что наиболее надежным и практически легальным способом обогащения является экспорт стали и железной руды (в отличие от паразитической практики перепродажи российской нефти или присвоения государственных дотаций, чем они занимались раньше). Занятые в других сферах экономики частные предприятия также нашли свою нишу на рынке. Как правило, более высокая зарплата работников частного сектора стимулировала потребление, особенно в больших городах, и способствовала развитию экономики. После болезненного кризиса 1998 года быстро восстанавливалась российская экономика, что также оказывало позитивное воздействие на Украину.

Впрочем, еще до того, как положительные тенденции в разных сферах привели к экономическому росту, Украине было необходимо повысить финансовую дисциплину. В 1999 году внешний долг страны достиг рекордных 12,4 миллиарда долларов, половину этой суммы Украина задолжала МВФ, Всемирному банку и России. Кроме того, правительство потратило множество средств накануне президентских выборов, из-за чего возникла опасность неконтролируемой инфляции. В декабре 1999 года, в ответ на предостережения международных экспертов о возможности дефолта в Украине и на призывы Вашингтона начать экономить, Кучма назначил новым премьер-министром Виктора Ющенко (род. 1954). Ющенко долгое время работал в финансовой сфере, вершиной его банковской карьеры стала должность председателя Национального банка. Он был известен своими прозападными, либеральными и реформаторскими взглядами. В 1998 году Ющенко женился на американке украинского происхождения, уроженке Чикаго Катерине Чумаченко, бывшей сотруднице Госдепартамента США. По всей видимости, Кучма считал Ющенко лучшей кандидатурой для ведения непростых переговоров с западными донорами и надеялся, что, как и другие премьер-министры, он продержится год-другой и, сколотив себе состояние, уйдет в отставку.

Но, к удивлению президента, Ющенко оказался твердым реформатором и честным государственным чиновником. Как и ожидалось, он реструктуризировал долговые обязательства. В то же время, вместе с вице-премьером по топливно-энергетическому комплексу предприимчивой Юлией Тимошенко (род. 1960) он начал препятствовать нелегальной перепродаже дешевых или просто краденых российских нефти и газа в Европу по мировым ценам. Со своей стороны Тимошенко прекрасно знала, как работают подобные схемы, поскольку сама заработала капитал на экспорте газа в тесном сотрудничестве с Лазаренко. Теперь же она пресекала налаженные механизмы по откачке российского газа из украинской газотранспортной системы и выводу прибыли за рубеж. Кроме того, Ющенко и Тимошенко отменили налоговые льготы, незаконно предоставленные олигархам, в частности экспортерам нефти и энергетическим компаниям. Невероятно выгодные условия, на которых была приватизирована энергосистема страны, были пересмотрены, к большому недовольству главного собственника, приближенного к Кучме киевского олигарха Григория Суркиса, владельца киевского «Динамо».

97. Юлия Тимошенко в зале суда слушает приговор (2001). В должности премьер-министра (2009)

Борьба с худшими проявлениями «кланового капитализма» уже принесла в государственную казну миллиарды долларов, помимо этого Ющенко понизил налоги для украинского среднего класса, который только начал формироваться. Многие малые предприятия вышли из тени, поскольку теперь могли позволить себе платить налоги. В казну и Пенсионный фонд начали поступать отчисления с заработной платы, которую ранее по взаимному согласию работников и работодателей платили «черным налом». По оценкам специалистов, в 2000 году благодаря реформам Ющенко казна дополнительно получила около 4 миллиардов долларов, что составляло 13 % ВВП[390]390
  Aslund, Anders. Ukraine’s Return to Economic Growth // Post-Soviet Geography and Economics. – 2001. – Vol. 42. – № 5. – P. 320.


[Закрыть]. В итоге его правительство смогло погасить задолженности по зарплатам и пенсиям и сбалансировать бюджет. Вследствие наведения порядка в налоговой сфере, подъема промышленного производства и роста уровня потребления 2000-й год стал первым годом экономического роста с момента получения независимости. После резкого падения в начале 1990-х годов, постепенного снижения в конце 1990-х, в 2000 году ВВП вырос на целых 6 %. И это несмотря на то, что из-за злоупотреблений на президентских выборах 1999 года МВФ временно приостановил свою помощь, однако теперь Украина уже и не нуждалась в ней так остро, как раньше. Весной 2001 года состоялся новый этап приватизации, на этот раз более прозрачной, что принесло государству еще больше средств.

В результате относительно успешных реформ значительно возросла популярность Ющенко и Тимошенко. В них видели «честных политиков», которые прижимают паразитирующих на экономике олигархов и направляют средства пенсионерам и рабочим, тем самым восстанавливая социальную справедливость. От снижения налогов выиграл и средний класс. Но приближенным к Кучме олигархам и самому президенту реформаторы очень не нравились, и тому было две причины: во-первых, в результате их действий олигархи теряли прибыль, во-вторых – Ющенко быстро превращался в главную надежду либеральных демократов на следующих президентских выборах. Президент подумывал о его отставке еще весной 2000 года, но избавиться от популярного премьер-министра оказалось делом неожиданно долгим. Возможная причина задержки заключается в том, что в 2000 и 2001 годах Кучма столкнулся с другими политическими проблемами.

Закат эпохи Кучмы и становление «оранжевой» оппозиции

Хотя 2000 год стал для Кучмы как для политика откровенно неудачным, начался он с событий, которые обычно расценивают как его большую победу. В январе властям удалось правдами и неправдами уговорить большинство правых и центристов примкнуть к проправительственному большинству в Верховной Раде. Ирония заключалась в том, что поначалу эту группу возглавлял экс-президент Леонид Кравчук, который вернулся в политику в качестве депутата и возглавил избирательный список объединенных социал-демократов (в то время это была марионеточная партия, представлявшая интересы киевского олигарха Суркиса). Теперь Кравчук находился на стороне Кучмы, которому проиграл в 1994 году. Новое парламентское большинство сместило прокоммунистического спикера Ткаченко – сначала юридически, проголосовав за его отставку, а через две недели и физически, когда забаррикадировавшегося в своем кабинете спикера буквально вынесли из парламента. В этот момент казалось, что борьба за власть между президентом и парламентом, которая была отличительной чертой украинской политики с 1991 года, вскоре уйдет в прошлое.

Но единство, достигнутое путем подкупа и шантажа, долго не продержалось. Когда Кучма назначил референдум о сокращении численности и полномочий Рады, запланированный еще до парламентского сговора, проправительственная коалиция быстро распалась. Апрельский референдум 2000 года поразил Запад масштабом фальсификаций, в результате которых Кучма одержал неправдоподобную победу: все четыре предложения президента были одобрены – за них проголосовали 82–90 % избирателей при явке в 81 %. Впрочем, парламентская реформа так и не была реализована, поскольку шансов привлечь на свою сторону конституционное большинство (две трети) в Верховной Раде у президента не было. В конечном счете, подорвав позиции левого фланга и переиграв самого себя в случае с центристами, Кучма создал предпосылки для того, чтобы власть стала постепенно уходить из его рук. Он расчистил политическое пространство для формирования нового, некоммунистического оппозиционного блока, который собрал бы протестные голоса.

Осенью 2000 года начал разгораться крупный скандал, после которого режим Кучмы окончательно потерял свою легитимность. В сентябре оппозиция забила тревогу из-за неожиданного исчезновения Георгия Гонгадзе, интернет-журналиста, писавшего о злоупотреблениях власти и преступных схемах олигархов. В начале ноября обезглавленное тело Гонгадзе было найдено в лесу под Киевом. Однако в полную силу скандал вспыхнул 28 ноября, когда Александр Мороз обвинил Кучму в том, что тот дал распоряжение расправиться с журналистом. Лидер социалистов объявил о существовании аудиозаписей разговоров Кучмы общей продолжительностью в 300 часов, которые в его кабинете тайно произвел майор Николай Мельниченко, офицер охраны, проверявший кабинет на предмет прослушки. Так называемые «пленки Мельниченко» трижды зафиксировали, как Кучма говорит о журналисте и просит министра внутренних дел и главу службы безопасности «заняться» Гонгадзе. Президент даже намекнул на способ убрать Гонгадзе – предполагалось выслать его в Грузию, откуда его затем должны были «выкрасть чеченцы»[391]391
  Wilson, Andrew. Ukraine’s Orange Revolution. – New Haven, Conn.: Yale UP, 2005. -P.53.


[Закрыть].

Мельниченко, получивший впоследствии политическое убежище в США, заявлял, что он действовал в одиночку, а записи были сделаны на обычный цифровой диктофон, спрятанный под диваном в кабинете президента. Техническая сторона дела вызвала сомнения у экспертов, подозревавших, что за Мельниченко стоял влиятельный политик или даже иностранные спецслужбы, оснащенные куда более серьезной техникой. Как бы то ни было, подлинность записей была неоднократно подтверждена. Некоторые люди, чьи голоса звучат на пленках, подтвердили, что записанные разговоры действительно имели место. Другие же, особенно те, кто представал на пленках в неприглядном виде, факт разговоров отрицали. До начала 2001 года Кучма тоже все отрицал, а когда он наконец признал, что это его голос, то стал утверждать, что фрагменты, содержащие наиболее опасные для него высказывания, были смонтированы. Впрочем, почти все, что «Кучма» говорил на пленках, представляло его в негативном свете. После того как пленки попали в интернет, миллионы украинцев смогли сами убедиться, что их президент – циничный манипулятор и сквернослов. Записи подтвердили причастность высшего руководства к фальсификациям на выборах, судебным злоупотреблениям, жульнической приватизации, отмыванию денег и даже нелегальной торговле оружием.

Общество было шокировано всеми этими открытиями, но поскольку сильная оппозиция отсутствовала, на развитие протестного движения потребовалось какое-то время. В Киеве прошло несколько демонстраций, разогнанных милицией, после чего наступили холода. Митинги протеста возобновились в феврале 2001 года, когда сформировалось движение «Украина без Кучмы». Но политический прорыв произошел только тогда, когда в оппозицию ушли известные политики. В январе олигархи, недовольные действиями Тимошенко, добились ее отставки. Но как только Тимошенко присоединилась к оппозиционерам, ее арестовали по обвинениям в мошенничестве и хищениях (якобы совершенных еще в середине 1990-х годов), которые вскоре были опровергнуты в суде. Окунувшись в стихию уличной политики, Тимошенко зарекомендовала себя энергичным и харизматичным лидером популистского толка. Она организовала Форум национального спасения, а к концу года появился Блок Юлии Тимошенко, представлявший собой коалицию небольших партий и движений.

Тем временем Ющенко продолжал занимать пост премьер-министра, пока в апреле 2001 года олигархические партии Верховной Рады совместно с коммунистами не отправили его в отставку. Коммунисты объясняли свою позицию тем, что они не приемлют проводимых Ющенко капиталистических реформ, на самом деле они завидовали популярности премьера, а кроме того, их голоса было куплены. Однако разыгравшим эту комбинацию советникам Кучмы следовало понимать, что выталкивать Ющенко в оппозицию было куда опаснее, чем держать его в правительстве, – будучи премьером, он даже подписал письмо, осуждающее уличные протесты.

На момент отставки умеренный либерал Ющенко пользовался огромной популярностью, и вокруг него сразу же объединилась оппозиция. Во время подготовки к парламентским выборам марта 2002 года он организовал широкий правоцентристский блок «Наша Украина». Несмотря на то, что к блоку присоединились партии-преемники Руха и даже крайние правые националисты, Ющенко не акцентировал внимания на вызывавшей разногласия проблеме языковой украинизации. В ходе предвыборной кампании он говорил прежде всего о необходимости экономических реформ и о том, что власть должна быть порядочной. Ющенко проявил себя и как прагматик: он заручился поддержкой ряда опальных олигархов, располагавших собственными политическими силами и медиа-ресурсами (в частности, Петра Порошенко и Евгения Червоненко). Таким образом он обеспечил финансовую поддержку оппозиции.

Лихорадочные попытки сформировать коалицию начались и в лагере Кучмы, где с помощью подкупа и угроз был создан блок «За единую Украину» (ироническое сокращение – «За едУ»), хотя объединенные социал-демократы формально в него не вошли. Команда Кучмы была не в состоянии создать популярную пропрезидентскую партию, поэтому полагалась на поддержку мелких партий, финансируемых олигархами. Такая политическая конфигурация уже сама по себе была нестабильна, поскольку олигархи постоянно конкурировали друг с другом, а степень их лояльности к политикам зависела от ситуации[392]392
  Way, Lucan. Kuchma’s Failed Authoritarianism //Journal of Democracy. – 2005 (April). -№ 16. – P. 137.


[Закрыть]. Не обладающей единой партийной структурой президентской команде было удобнее выдвигать своих кандидатов в одномандатных мажоритарных округах, где можно было активно привлекать административный ресурс.

На мартовских выборах 2002 года результаты голосования по партийным спискам и в одномандатных округах существенно различались. Из 225 мест в парламенте, избираемых по пропорциональной системе, больше всего получила «Наша Украина» (70 мест), за ней шли коммунисты (59) и «За единую Украину» (36). БЮТ, социалисты и объединенные социал-демократы заняли в новой Раде приблизительно по 20 кресел. Однако, согласно результатам голосования в одномандатных округах, где было проще использовать административный ресурс и подкуп избирателей, «За единую Украину» провела 66 депутатов[393]393
  Harasymiw, Bohdan. Elections in Post-Communist Ukraine, 1994–2004: An Overview // Canadian Slavonic Papers. – 2005 (September-December). – Vol. 47. – P. 202, 230–231.


[Закрыть]. Кроме того, проправительственный блок вскоре склонил к сотрудничеству 18 независимых депутатов. В итоге самая крупная фракция в парламенте оказалась именно у этого объединения (119 депутатов), за ним шли «Наша Украина» (113) и коммунисты (66). Оппозиция заявила, что выборы у народа были «украдены», Запад осудил манипуляции и фальсификации, тем не менее вскоре протесты утихли. Спикер и вицеспикеры представляли партию власти, однако глубокий раскол в Верховной Раде практически не позволял ей функционировать. Политический клинч продолжался вплоть до президентских выборов 2004 года.

Тем временем кучмовский режим произвел переориентацию на международной арене. В то время как Запад решительно осудил фальсификации в ходе выборов и давление на прессу, путинская Россия, напротив, стремилась восстановить свое влияние в Украине. Администрацию президента Буша-младшего встревожили пленки Мельниченко, из которых явствовало, что Кучма согласился тайно продать Ираку оружия на сумму около 100 миллионов долларов. Весной 2003 года всплыл еще один факт: оказалось, что Украина продала или согласилась продать Саддаму Хусейну высокотехнологичные радарные системы «Кольчуга», способные обнаруживать американские бомбардировщики-невидимки, что вызвало неприкрытый гнев в Вашингтоне. Конечно, Запад начал сторониться Кучмы еще до этого, особенно после скандала с Гонгадзе. Когда в 2002 году одиозный украинский президент без приглашения приехал на саммит НАТО в Праге, организаторы спешно изменили порядок мест за столом, рассадив участников по французскому, а не по английскому алфавиту, чтобы Кучма не сидел рядом с Бушем и премьер-министром Великобритании Тони Блэром. Репутацию Кучмы уже не могло спасти то, что в 2002 году Украина официально объявила о своем желании вступить в НАТО, а в 2003 году в Ирак был послан украинский контингент, который в течение некоторого времени оставался четвертым по численности.

Оказавшись практически в изоляции от Запада, Украина при Кучме вновь попала в сферу влияния России. С момента прихода к власти авторитарного и прагматичного Владимира Путина в 2000 году Россия все чаще использовала против Украины экономические рычаги. Поскольку за все годы поставок в Украину дешевой нефти и газа Россия не получила от этого особой политической выгоды, российский «Газпром» начал требовать оплаты активами, главным образом в виде доли в нефтеперерабатывающих заводах и других интересующих его сферах бизнеса. В дело включились и российские олигархи, которые оказывали давление на сдающую позиции администрацию Кучмы, подталкивая ее к продаже других активов. Некоторые правые националисты осуждали экспансию российского капитала, но во многом именно благодаря ей продолжался быстрый экономический рост Украины. В 2000 году украинский ВВП увеличился на 6 %, а затем, вплоть до 2005 года, продолжал расти в среднем на 9 % в год[394]394
  Aslund, Anders. The Economic Policy of Ukraine after the Orange Revolution // Eurasian Geography and Economics. 2005. – Vol. 46. – № 5. – P. 328.


[Закрыть].

Экономические связи с Россией, впрочем, включали и обязательную политическую составляющую. В 2003 году Кучма «протолкнул» в парламенте инициированное российской стороной предложение о создании «Общего экономического пространства» с Россией, Республикой Беларусь и Казахстаном. Вместо прежних официальных заявлений о евроатлантическом курсе Украины стали звучать слова о так называемой многовекторной внешней политике, при которой в качестве стратегических партнеров рассматриваются и Запад, и Россия. Администрация Кучмы вела переговоры с Россией о более тесном экономическом сотрудничестве, в том числе в военно-промышленной сфере. Но до того, как страна с головой ушла в президентскую избирательную кампанию 2004 года, было реализовано лишь несколько проектов.

Второй президентский срок Кучмы заканчивался в 2004 году, поэтому в 2002–2003 годах его окружение начало искать способы остаться у власти. Конституция не позволяла одному человеку занимать пост президента более двух сроков подряд, однако она была принята только в середине первого срока Кучмы. В декабре 2003 года Конституционный Суд, в котором заседали назначенные президентом судьи, постановил, что подходящий к концу президентский срок Кучмы может рассматриваться как первый с момента принятия конституции, и, следовательно, Кучма вправе выдвинуть свою кандидатуру на выборах 2004 года. Однако к тому времени рейтинг Кучмы был настолько низким – он даже не дотягивал до двузначного числа, – что победу могла принести лишь откровенная фальсификация результатов, а это окончательно скомпрометировало бы его в глазах Запада и украинского общества. Последующие шаги администрации выдавали отчаянное желание сохранить власть. Среди них было несколько неудачных попыток весной 2004 года протолкнуть конституционную реформу, в случае реализации которой президента следовало избирать в парламенте или же передать парламенту большинство президентских полномочий. Сторонники Кучмы находились в замешательстве. Понимая, что победа Ющенко неизбежна, его окружение попыталось хотя бы лишить будущего президента части полномочий. Однако провести такую реформу через парламент было невозможно, так как за нее должно было проголосовать конституционное большинство в две трети голосов.