Текст книги "История Украины. Становление современной нации"

Автор книги: Сергей Екельчик

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

88. Памятник на могиле Владимира Щербицкого (Байковое кладбище в Киеве)

Осенью 1989 года процесс политических преобразований пошел быстрее, хотя по сравнению с бурными событиями, которые потрясали Восточную Европу, ситуация в Украине оставалась относительно спокойной. Наконец, вскоре после сентябрьского учредительного съезда Руха больной и разочарованный Щербицкий ушел на пенсию. (Он умер в феврале 1990 года.) Первым секретарем стал Владимир Ивашко (1989–1990), который поддерживал горбачевские реформы, а также подхватил некоторые идеи украинского суверенитета, до сих пор звучавшие исключительно из лагеря оппозиции. Однако Ивашко не был харизматичным лидером и не имел собственной независимой точки зрения, поэтому ему не удалось вдохнуть новую жизнь в КПУ. Партийные руководители, как и многие рядовые украинские коммунисты, чувствовали себя потерянными из-за быстрых темпов реформ и все более непредсказуемых шагов Горбачева. Вместе с тем обычные граждане, особенно в западных областях, считали крах коммунизма в соседних Польше, Венгрии и Чехословакии предвестником конца КПУ.

К следующим выборам партия также оказалась не готова. В марте 1990 года во всех советских республиках прошли выборы народных депутатов в республиканские и местные советы. В Прибалтике первые более или менее свободные выборы принесли победу оппозиционным Народным фронтам. Но этого не случилось в Украине: национал-коммунисты здесь еще не договорились с оппозицией, а голосами сельских избирателей, особенно на востоке, можно было по-прежнему манипулировать. Распространенным явлением была и подтасовка результатов голосования. Тем не менее Рух, «Зеленый мир», Общество украинского языка и другие оппозиционные организации объединились в Демократический блок, который получил около сотни из 450 мест в Верховной Раде. Впрочем, политическая самоидентификация депутатов оставалась крайне размытой: многие члены Демократического блока до сих пор входили в Компартию, и наоборот, некоторые коммунисты симпатизировали оппозиции.

В этот период беспрецедентной политической активности начался массовый выход из партии. В 1989 году из КПУ вышли лишь 6200 человек, а в 1990-м таковых было уже 250 951[352]352
  Там же. – С. 223.


[Закрыть]. Большая часть из оставшихся в партии 3 миллионов давно в ней разочаровалась и носила партбилеты только по инерции. Среди тех, кто покинул КПУ, были и сторонники «Демократической платформы в КПУ» – украинской фракции всесоюзного реформистского движения за демократизацию внутри партии. Дем-платформа приобрела популярность в начале 1990 года, но распалась летом, после того как партийное руководство отклонило ее предложения. Некоторые депутаты перешли из Демократической платформы в оппозиционный Демократический блок.

В середине 1990 года 125 депутатов Верховной Рады принадлежали к Демократическому блоку, 239 составляли значительно уменьшившееся коммунистическое большинство, остальные же были формально независимыми[353]353
  Бойко, Олександр. Україна у 1985–1991 рр.: Основні тенденції суспільно-політичного розвитку. – К.: Інститут політології і етнонаціональних досліджень НАНУ, 2002. – С. 147.


[Закрыть]. Разительное отличие от советских времен заключалось в том, что Верховная Рада стала центром политической жизни республики. Ожесточенные дебаты транслировались по телевидению и часто сопровождались митингами протеста у стен парламента. Республиканское руководство не знало, как найти общий язык с депутатами. Первоначально местные чиновники ориентировались на Москву, где Горбачев был одновременно генеральным секретарем партии и главой парламента. В Украине эти должности совмещал Ивашко. Однако вскоре выяснилось, что крайне напряженная работа спикера Верховной Рады не оставляет времени для руководства партией. Ситуация стала еще запутаннее, когда в июле 1990 года Ивашко неожиданно подал в отставку и, получив должность заместителя генерального секретаря КПСС, переехал в Москву. (Ивашко все еще мыслил как советский карьерист, предпочитавший повышение по партийной линии должности в местном правительстве или парламенте. Останься он в Киеве, у него были бы шансы стать президентом Украины, а так после распада СССР он оказался в Москве ни с чем и вскоре после этого умер.)

89. Первый президент Украины Леонид Кравчук

Выбирая нового первого секретаря, руководство КПУ решило разделить должности председателя партии и главы парламента. Партию возглавил мрачный консерватор Станислав Гуренко, а руководство парламентом перешло ко второму секретарю ЦК КПУ Леониду Кравчуку. Кравчук роился на Волыни, когда она была частью Польши, прекрасно говорил по-украински и сделал карьеру в отделе пропаганды ЦК как специалист по национальному вопросу. Благодаря этому он прекрасно понимал логику своих бывших оппонентов националистов. В 1980-е годы партийное руководство поручало ему работу с украинской интеллигенцией; среди прочего он пытался препятствовать политизации Руха. Красноречивый и интеллигентный Кравчук в середине 1990 года казался лучшей кандидатурой на должность главы парламента, хотя некоторые сторонники жесткой линии уже критиковали его за слишком тесные контакты с оппозицией.

90. Митинг на площади Богдана Хмельницкого (ныне – Софийской) в Киеве, 21 января 1990

После выдвижения Кравчука Верховная Рада в июле 1990 года избрала его своим председателем. Демократический блок, который к тому времени стал называться Народной радой, его не поддержал, в итоге победу Кравчуку принесли голоса 239 коммунистов. 16 июля 1990 года, как раз перед избранием Кравчука, Верховная Рада приняла Декларацию о государственном суверенитете. Этот символический акт утверждал принцип суверенитета республики, но не означал провозглашения независимости. Это было скорее ни к чему не обязывающее заявление о верховенстве законодательства УССР, подобное декларациям о суверенитете, которые ранее приняли Российская Федерация и другие республики. Однако сам факт принятия этого документа свидетельствовал о постепенном сближении между коммунистическим большинством и демократической оппозицией, так как декларация прошла именно благодаря голосам коммунистов. Новые «нацио-нал-коммунисты», типичным представителем которых был Кравчук, быстро усвоили риторику суверенитета. Они поняли, что в эпоху массовой политики образ демократа и патриота сулит для сохранения власти больше, чем членство в Политбюро. Коммунисты внимательно следили за тем, как власть постепенно переходит от партии к государственным органам и от Москвы к республикам. Некоторые из них почувствовали, что в Украине вскоре будут делаться большие деньги и большая политика, а переизбрание в парламент будет зависеть от избирателей, а не от верности Коммунистической партии. Как позднее вспоминал Кравчук, в 1989–1990 годах некоторые депутаты-коммунисты размышляли вслух: «А может и действительно лучше отделиться?»[354]354
  См.: Кравчук, Леонід. Маємо те, що маємо: Спогади і роздуми. – К.: Століття, 2002. – С. 56.


[Закрыть].

91. Студенческая голодовка на площади Октябрьской Революции (ныне – майдан Независимости) в Киеве, октябрь 1990

Однако армия, милиция и государственный аппарат пока по-прежнему находились под контролем партии. Недовольный национал-коммунистическим курсом Кравчука Гуренко на закрытом партийном заседании в октябре 1990 года заявил, что председатель Верховной Рады лишь номинально остается членом партии[355]355
  См.: Wilson, Andrew. Ukrainian Nationalism in the 1990s: A Minority Faith. – Cambridge: Cambridge UP, 1997. – P. 107.


[Закрыть]. (Кравчук только что покинул пост второго секретаря ЦК КПУ.) Осенью 1990 года признаки консервативной реакции появились во всем Советском Союзе, особенно в прибалтийских республиках. Партийные консерваторы в Украине добились запрещения митингов у стен Верховной Рады, на какое-то время приостановили трансляцию ее заседаний и лишили националиста Степана Хмару депутатской неприкосновенности (он был задержан после провокации, устроенной милицией)[356]356
  Cm.: Kuzio Taras, Wilson Andrew. Ukraine: Perestroika to Independence. – Edmonton: CIUS Press, 1994. – P. 152–156.


[Закрыть]. Однако благодаря массовым протестам и умелому маневрированию Кравчука до столкновений митингующих с войсками, как это было в Прибалтике, дело не дошлю.

Первыми против ограничения демократических свобод выступили украинские студенты. В октябре 1990 года группа студентов объявила голодовку и разбила палатки на главной площади Киева, которая тогда еще называлась в честь Октябрьской Революции. Вскоре акции протеста охватили другие города, а в столице в массовых демонстрациях в поддержку студентов приняли участие десятки тысяч человек[357]357
  Бойко, Олександр. Україна у 1985–1991 рр.: Основні тенденції суспільно-політичного розвитку. – К.: Інститут політології і етнонаціональних досліджень НАНУ, 2002. – С. 217.


[Закрыть]. Студенты требовали проведения новых парламентских выборов, права проходить срочную военную службу на территории республики, национализации собственности КПУ, временного прекращения подготовки нового союзного договора и отставки правительства республики. Партийное руководство пребывало в смятении, а парламент не сумел выработать единую точку зрения относительно забастовки, – в этих условиях милиция не решилась применить силу. Кравчук пригласил студенческих лидеров выступить в Верховной Раде, а правительство пообещало удовлетворить все их требования. На практике было выполнено только одно требование: в отставку отправили председателя Совета Министров Виталия Масола. Кроме того, вскоре после выступления студентов Верховная Рада проголосовала за отмену пресловутой 6-й статьи Конституции УССР, провозглашавшей Коммунистическую партию «руководящей и направляющей силой» общества.

К тому времени многопартийная политическая система стала реальностью. До мартовских выборов 1990 года власть препятствовала формированию полноценных политических партий, но после голосования возникло множество партий всевозможных направлений. Тем не менее в большинстве своем это были небольшие группы активистов, которым не хватало народной поддержки и финансовой базы. Одной из первых приобрела известность националистическая Украинская республиканская партия – прямая наследница Украинского хельсинкского союза, во главе которой встали бывшие политзаключенные. Патриотическая интеллигенция, придерживающаяся более умеренных взглядов, создала Демократическую партию Украины. Ассоциация «Зеленый мир» трансформировалась в Партию зеленых. Левый фланг политического спектра по-прежнему занимала КПУ, однако возникали и новые левые партии. На основе бывшей Демократической платформы была образована Партия демократического возрождения Украины, как минимум две социал-демократические партии отстаивали социалистические идеалы и одновременно с этим выступали за национальные права.

Одним из последствий введения многопартийной системы стало изменение характера Руха. Изначально это было широкое народное движение, к которому примыкали все новые и новые люди; в октябре 1990 года во время проведения второго съезда в организации насчитывалось 633 000 членов. Однако многие бывшие лидеры Руха теперь занимались своими собственными партийными проектами, в частности Украинской республиканской партией, Демократической партией и Партией демократического возрождения. Соглашение об ассоциированном членстве этих партий в Рухе не было проведено в жизнь. Все это было обусловлено изменениями внутри самого Руха, который из массового народного фронта, ставившего своей целью борьбу против коммунистического режима, превращался в коалицию с более конкретными политическими задачами. На втором съезде Руха было решено убрать из названия организации слово «перестройка» и открыто требовать независимости Украины. Лидеры Руха тщательно выбирали выражения. В программных документах, как правило, говорилось о необходимости существования государства для «народа Украины», а не для «украинского народа» или «украинцев», так как подобные формулировки могли означать предпочтение титульной нации. Однако национальные меньшинства, в особенности русские и евреи, были обеспокоены разрывом с Россией. По сравнению с первым съездом Руха процент украинцев среди делегатов второго съезда повысился с 89 до 95 %, в то время как общая доля украинцев среди населения республики составляла 73 %. Уменьшилась и численность делегатов от Восточной Украины, а доля представителей от Галиции и Киева увеличилась с 47 до 57 %[358]358
  Wilson, Andrew. Ukrainian Nationalism in the 1990s: A Minority Faith. – Cambridge: Cambridge UP, 1997. – P. 67.


[Закрыть].

В январе 1991 года, пользуясь обеспокоенностью русского населения Крыма, партийные консерваторы провели на полуострове референдум, на котором 93 % голосов было отдано за восстановление Крымской автономии в составе Украинской ССР. 67 % населения Крыма по-прежнему составляли русские, хотя с началом перестройки сюда стали возвращаться крымские татары. Цель референдума состояла в том, чтобы предотвратить восстановление крымско-татарской автономии и дать понять Киеву, что за выходом Украины из состава СССР может последовать отделение полуострова. В 1991 году несколько политических групп в Крыму действительно начали агитацию за отмену постановления 1954 года о передаче полуострова Украине. Но крымское общественное мнение было пока не на стороне сепаратистов, и Автономная Республика Крым оставалась под контролем партийных чиновников.

Украина и распад Советского Союза

Осуществить успешный переход к рыночной экономике Горбачеву так и не удалось. Несколько попыток внедрения новой системы провалились из-за сопротивления директоров предприятий и слишком высоких социальных издержек приватизации и либерализации цен. В 1990 году дотации убыточным предприятиям в Украине составили около 45 % государственных расходов в республике. Тем не менее экономика приходила в упадок: в 1990–1991 годах ВВП республики понизился на 27 %[359]359
  Плющ, Микола. Зміни в матеріальних основах суспільства // Україна: друга половина XX ст.: Нариси історії / Петро Панченко, Микола Плющ та ін. – К.: Либідь, 1997. – С. 286.


[Закрыть]. Чтобы покрыть дефицит бюджета, в Москве стали печатать все больше денег, поэтому в августе 1990 года Верховная Рада приняла закон об экономическом суверенитете республики. Однако ни Декларация независимости, ни специальные купоны, введенные в ноябре с целью отсечь от украинских прилавков покупателей из других регионов, особой пользы не принесли. Украинцы сполна ощутили на себе последствия всесоюзного повышения цен в апреле 1991 года и их дальнейшей либерализации. В течение 1991 года цены в магазинах выросли в восемь раз, но денежные вклады граждан в Сбербанке проиндексированы не были[360]360
  Історія України // Владислав Верстюк, Олексій Гарань, Олександр Гуржій та ін.; за ред. Валерія Смолія. – 3-тє вид. – К.: Альтернативи, 2002. – С. 393.


[Закрыть]. Разочарование и недовольство охватили население, которое уже не знало, кого винить в своих бедах – Москву или Киев.

Волшебного рецепта по исцелению экономики у Кравчука не было, однако зимой 1990–1991 годов он проявил себя искусным политиком. Он временно ушел в тень, когда показалось, что берут московские консерваторы одерживают верх, но после того, как окружение Горбачева было скомпрометировано кровавыми событиями в Прибалтике, Кравчук вновь выступил как активный поборник украинского суверенитета. Поскольку института президентства не существовало, председатель парламента фактически исполнял обязанности главы государства, – должность спикера перестала носить чисто формальный характер. В ноябре 1990 года Кравчук принял в Киеве делегацию Российской Федерации во главе с Борисом Ельциным. Действуя как главы независимых государств, как будто Советского Союза не существует, они заключили соглашение между двумя республиками. В начале 1990 года пути ортодоксальных и национальных коммунистов в Украине разошлись окончательно: Кравчук и Гуренко заняли противоположные позиции по всем основным политическим вопросам. Кравчук и его парламентский заместитель, колоритный экс-председатель колхоза Иван Плющ, осудили применение центром насилия в Литве и выразили несогласие с горбачевским планом нового союзного договора.

В марте 1991 года, пытаясь спасти федеративное государство, Горбачев провел всесоюзный референдум о сохранении СССР. Маневры Кравчука привели к расколу в рядах депутатов-коммунистов, что позволило включить в украинские бюллетени дополнительный вопрос. В результате 70,5 % проголосовавших высказались за предложенное Москвой «сохранение Союза Советских Социалистических Республик как обновленной федерации равноправных суверенных республик», но в то же время 80,2 % ответили «да» на вопрос Киева «Согласны ли Вы с тем, что Украина должна входить в состав Союза Советских суверенных государств на основе Декларации о государственном суверенитете Украины?». Помимо этого местные власти в трех западных областях добавили в бюллетени и третий вопрос – о полной независимости Украины, которую там поддержали 88 % проголосовавших[361]361
  Wilson, Andrew. Ukrainian Nationalism in the 1990s: A Minority Faith. – Cambridge: Cambridge UP, 1997. – P. 125–126.


[Закрыть]. Гуренко объявил о победе сторонников Союза, но на самом деле результаты референдума означали, что большинство населения все еще плохо понимает, что означает понятие «суверенитет». Политические или экономические катаклизмы могли легко склонить общественное мнение как в сторону сохранения Советского Союза, так и в сторону отделения.

Тем временем Горбачев продолжал настаивать на подписании нового союзного договора. К этому моменту шесть советских республик прямо высказались за независимость и не принимали участия в переговорах, однако остальные девять, в том числе Украина, продолжали вести консультации с центром. Горбачев был готов передать большую часть полномочий республикам-членам будущего «Содружества Суверенных Государств», тем не менее торг растянулся на все лето 1991 года. 1 августа в рамках визита в Советский Союз Киев посетил президент США Джордж Буш-старший. Украинские патриоты надеялись, что этот визит станет подтверждением нового международного статуса Украины, но осторожная речь Буша в Верховной Раде, которую в западной прессе остроумно назвали «Chicken Kiev»^{2}, их разочаровала. Вместо украинской независимости президент США поддержал план Горбачева по обновлению Союза и посоветовал украинцам не идти «безнадежным курсом изоляции». Буш объявил, что американцы не станут помогать «тем, кто проповедует самоубийственный национализм на основе этнической ненависти»[362]362
  Nahailo, Bohdan. The Ukrainian Resurgence. – Toronto: U of Toronto P, 1999. – P. 369.


[Закрыть].

Каково реальное положение дел в Украине и во всем Советском Союзе, не понимали не только американские спичрайтеры. Начиная с осени 1990 года в окружении Горбачева становилось все больше людей, которые выступали за принятие более жестких мер и считали, что «парад суверенитетов» можно отыграть назад. Горбачев предпринимал все усилия, чтобы добиться подписания нового союзного договора, в то время как сторонники старого курса боялись, что его успех может похоронить Советский Союз. В тот самый день, когда Буш вылил ушат холодной воды на головы украинского руководства, Горбачев объявил по телевидению, что процесс подписания нового договора начнется 20 августа – первыми в нем примут участие Россия, Казахстан и Узбекистан. Ожидалось, что другие республики присоединятся к договору позднее, и переговоры Украины с центром продолжались. Однако заявление Горбачева подтолкнуло консерваторов к действию.

Проснувшись утром 19 августа 1991 года, граждане Советского Союза узнали, что Горбачев неспособен исполнять обязанности президента по состоянию здоровья, а для вывода страны из тяжелейшего кризиса создан Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП) в составе восьми человек. Горбачев проводил отпуск в Крыму и пребывал в добром здравии, но он отказался встать на сторону заговорщиков и поэтому был заключен под домашний арест и отрезан от каналов связи. Путч продолжался всего три дня, главным образом благодаря тому, что в Москве против заговорщиков решительно выступил президент Российской Федерации Борис Ельцин. Никаких существенных инцидентов в республиках не произошло, но угроза возврата старых порядков продемонстрировала хрупкий характер их суверенитетов. Помимо Ельцина попытку путча сразу же осудили только лидеры прибалтийских республик и Молдовы. Остальные же, включая Кравчука, заняли выжидательную позицию.

Центральный аппарат КПУ велел секретарям обкомов поддержать ГКЧП, аналогичные приказы из Москвы получили украинские военные. Между тем Кравчук, который 19 августа встречался с представителем ГКЧП генералом Валентином Варенниковым, от каких-либо обязывающих комментариев уклонился. В тот же день он дважды выступил по телевидению, призывая к спокойствию и обдуманным действиям, но при этом он так и не встал на чью-либо сторону. В отличие от Кравчука, Рух и другие оппозиционные силы осудили путч и призвали к всеобщей забастовке. На следующий день на Крещатике начались массовые акции протеста, но Кравчук по-прежнему отказывался собирать Верховную Раду на внеочередную сессию. О созыве парламента он объявил только 22 августа, когда путч закончился, а Горбачев вернулся в Москву.

За день до открытия заседания, назначенного на 24 августа, Кравчук съездил в Москву, где Горбачев все еще пытался убедить республиканских лидеров подписать новый союзный договор. Однако президент СССР потерял всякую реальную власть, поскольку во время путча центральный аппарат Союза фактически перестал существовать. Ельцин пренебрежительно отзывался о Горбачеве прямо перед телекамерами и запретил Коммунистическую партию в Российской Федерации. Вернувшись в Киев, Кравчук объявил в парламенте, что с самого начала был против путча и лично предотвратил введение чрезвычайного положения в Галиции и Киеве.

Депутаты не стали подробно останавливаться на поведении Кравчука в дни путча. Они увидели, что центральная власть окончательно исчезла, и республики, в том числе Россия, объявляют о создании независимых государств. Кроме того, коммунисты в парламенте хотели дистанцироваться от партийного руководства в Москве, которое было дискредитировано путчем. Вечером 24 августа, после короткого перерыва на отдельные консультации с коммунистическим большинством и демократической оппозицией, Верховная Рада подавляющим большинством голосов (346 – за, 1 – против и 3 воздержавшихся) приняла Акт провозглашения независимости Украины. Этот документ оправдывал спешку с помощью несколько сомнительного аргумента: «исходя из смертельной опасности, нависшей над Украиной в связи с государственным переворотом в СССР 19 августа 1991 года…»; помимо этого авторы декларации ссылались на тысячелетнюю традицию государственности в Украине, на право наций на самоопределение, а также на принятую ранее Декларацию о государственном суверенитете[363]363
  Там же. – С. 391.


[Закрыть]. 30 августа, вслед за парламентами других республик, Верховная Рада запретила КПУ и национализировала ее собственность – банковские счета, недвижимость, печатные издания и архивы.

Осенью 1991 года вялые переговоры о судьбе СССР продолжались, однако украинская пресса больше внимания уделяла сентябрьским успешным визитам Кравчука в Канаду, США и Францию. Тем временем украинские политические силы готовились к предстоящим президентским выборам и референдуму. В соответствии с постановлением Верховной Рады Акт провозглашения независимости следовало одобрить на референдуме 1 декабря 1991 года. Еще до путча, в июле 1991 года, Верховная Рада учредила пост президента, отчасти потому, что это уже сделали Россия и другие республики. Выборы были назначены в один день с референдумом.

92. Поднятие национального флага над зданием Верховной Рады Украины 24 августа 1991

После провала путча надежды людей на лучшую жизнь были особенно сильны. Кроме того, все украинские СМИ пропагандировали идею независимости, заставляя людей поверить в то, что отделение от Москвы, якобы эксплуатирующей украинские ресурсы, резко улучшит экономическую ситуацию в республике. За независимость агитировали и все основные политические силы. Призыв проголосовать против звучал только из Москвы и исходил от непопулярного Горбачева. 1 декабря 1991 года на референдум пришло 84,2 % украинских избирателей, из них 90,3 % высказались за независимость. Украинский суверенитет поддержало большинство избирателей во всех областях республики, в том числе в Крыму, где преобладало русское население (54,1 %). В тот же день Кравчук, у которого не было оппонентов слева, получил 61,5 % голосов в первом туре президентских выборов, с легкостью обойдя кандидата от Руха, бывшего диссидента и политзаключенного Вячеслава Черновола, а также еще четырех претендентов. Оба основных кандидата твердо поддерживали независимость, но по сравнению с соперником Кравчук выглядел рассудительным центристом и опытным государственным деятелем.

Сразу же после объявления результатов референдума независимость Украины признала соседняя Польша. Среди стран «большой семерки» первой на это пошла Канада. Результат украинского референдума практически похоронил план Горбачева по спасению Союза. Через несколько дней после голосования лидеры трех славянских республик – Ельцин от России, Кравчук от Украины и Шушкевич от Белоруссии – устроили негласную встречу в старом брежневском охотничьем угодье в белорусских лесах. Первый вечер прошел за праздничным столом с выпивкой, а на следующий день, 8 декабря 1991 года, было объявлено о прекращении существования Советского Союза и о создании Содружества Независимых Государств (СНГ). Большинство бывших советских республик вступили в СНГ, но эта организация с рекомендательными функциями, вопреки ожиданиям, не стала конфедеративным государством. К концу года Горбачев официально прекратил исполнять обязанности президента СССР. История Советского Союза закончилась, а Украина стала независимым государством.

* * *

С течением времени такие значимые события, как обретение независимости, неизбежно обрастают мифами. Процесс возникновения государственности приукрашивается во многих странах, поэтому немудрено, что и в современных украинских СМИ и учебниках подчеркивается давняя традиция диссидентского движения, акцентируется внимание на митингах протеста в последние годы Союза. Возникновение независимой Украины становится таким образом результатом борьбы украинского народа за свое государство. Массовые протесты, без сомнения, повлияли на превращение Украины из советской республики в независимое государство, и все же решающую роль сыграло ослабление центральной власти, ставшее следствием политики коммунистов-реформаторов. Без Горбачева, без примера прибалтийских республик, а главное, без молчаливого согласия между национал-коммунистами и демократической оппозицией возникновение независимой Украины в 1991 году было бы невозможно. Последнее условие в этом ряду многое определило и в даль-нейшейукраинскойистории. Советский Союз и коммунизм отошли в прошлое, но у руля украинской политики и экономики остались прежние элиты.