Текст книги "Индийская философия (Том 2)"

Автор книги: Сарвепалли Радхакришнан

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 61 страниц)

Атомы представляют собой неизменные факторы в течении событий. В природе имеется непреходящее. В нашем жизненном опыте имеется несколько постоянных величин, которые мы соотносим с субстанциями. Субстанции, как мы уже видели, это наименования для способа, каким ведут себя вещи. Несмотря на изменяющийся характер, наш жизненный опыт имеет несколько постоянных характеристик. Вывод, который, можно считать, навязан нам опытом, состоит в том, что начало природы есть нечто вечно изменяющееся, но в то же время и вечно остающееся постоянным. Единственным полезным для философии предположением, которое мы берем из атомистической теории, является то, что действительность есть то, что существует в себе и для себя. В конкретном идеализме только одно целое имеет такую действительность, потому что индивидуальность частей означала бы разрушение индивидуальности целого. Но отношение целого и частей не свободно от затруднений, так что действительность может отождествляться только с сознанием.

Когда вайшешика отстаивает универсальный и реальный характер пространства и времени, это значит, что вселенная, как она нам кажется, представляет собой бесконечное расширение, безмерное распространение, бездну, в которой нет границ, нет дна, нет конца. Каждое событие имеет пространственное и временное свойства. Если пространственная позиция вещи остается той же самой, между тем как временное положение изменяется, мы говорим, что тело находится в состоянии покоя; если она изменяется соразмерно с изменением времени, мы говорим о движении. Поскольку наш жизненный опыт имеет пространственно-временной характер, вайшешика делает заключение, что пространство и время находятся вне нас, как пустые вместилища, ожидающие заполнения вещами и событиями. Кажется, истина состоит в том, что пространственные и временные отношения создаются из пространственных и временных восприятий. Если пространственный и временной характер нашего опыта требует допущения универсальных субстанций пространства и времени, нет оснований считать, почему мы не должны иметь безграничный разум в безграничных небесах, один безграничный свет и одну безграничную тьму, громадный космический резервуар всех свойств добра, зла и безразличия, которые характеризуют наши действительные переживания. Пространство и время нельзя рассматривать как производные от опыта, который ими предполагается. Пространство и время являются универсальными, всепроникающими субстанциями, что выражается в афоризме: что ни существует, существует в пространстве, что ни случается, случается во времени Вещи мира находятся в движении, то есть занимают пространство и изменяют свое поведение во времени. Пространство, свободное от тел, и время, свободное от событий, называются субстанциями. Для объяснения опытов, имеющих черты пространственности и временности, вайшешика допускает необъятность, или безграничное пространство, не признающее предела, и продолжительность, не признающую конца. Но такое бесконечное пространство и время являются метафизическими гипотезами, а не описаниями фактов.

Хотя пространство без изменений во времени не кажется абсурдом, время без изменений или без событий представляет собой ничто, так же как отношение без соотносимых членов есть ничто. Время интерпретируется реальным веществом. Время не включает в себя множественность вещей. Оно может протекать в одиночной субстанции. Личность может изменять свой характер, цветок может изменять свою окраску. Пространство, имеющее дело, как это и есть, со свойствами положения, расстоянием и т.п., требует наличия реальных вещей. Само по себе одно время не подразумевает такого разнообразия сосуществования. Оно включает сосуществование не более, чем одна реальная вещь включает в себя другие.

Аргумент, которым доказывается существование атомов, неприменим к пространству и времени. Вайшешика не говорит, что продолжительность времени возникает из отдельных неделимых моментов времени или что протяженность пространства состоит из отдельных делений или пространственных единиц. Если затруднение раздробления материи в ничто должно разрешиться только признанием существования невидимых атомов, то протяженность пространства и времени можно объяснить только аналогичной теорией делений и моментов. Если в этой последней возможно признание универсального пространства или времени, то будет совершенно законна гипотеза, признающая универсальность материи даже для объяснения физической вселенной. Мы имеем вещи, находящиеся в определенных отношениях одна к другой, отношения, которые мы называем пространственными, и события, находящиеся в определенных отношениях, которые мы называем временными. По отношению к нашему опыту время и пространство представляются как отношения объектов. Эти пространственные и временные отношения являются фактами непосредственного опыта, а теория, говорящая о том, что события совершаются в данном пространстве и в данное время, включая изменения в данном постоянном веществе атома, представляет собой результат метафизического измышления. Универсальное пространство, универсальное время и постоянные атомы – все это является гипотетическими истолкованиями, а не данными фактами[250]250
  Ср. Уайтхед: «Мы не должны воспринимать события как находящиеся в данном времени, в данном пространстве и состоящими из изменений в данном постоянном материале. Время, пространство и материя являются помощниками событий. По старой теории относительности, время и пространство представляют собой отношения между материями; по нашей теории, они являются отношениями между событиями» (Enquiry, p. 26).


[Закрыть]. Неполное определение субстанции как субстрата качества заставляет вайшешику считать пространство, время и т.д. субстанциями. Материя есть вещество, которое заполняет пространство и время, и если мы хотим быть точными, мы должны сказать, что фундаментальным понятием, при помощи которого можно объяснить вселенную, является пространственно-временное материальное вещество, – вот вывод, о котором некоторые вайшешики имеют смутное представление. Шивадитья говорит, что акаша, пространство и время в действительности составляют одно целое, хотя воспринимаются в трех видах благодаря различным следствиям[251]251
  Akasaditrayam tu vastuta ekam eva upadhibhedan nanabutam (Saptapadarthi, 17), S.P.B., 1. 61.


[Закрыть], – точка зрения, подтвержденная Чандракантой Таркаланкарой, который считает, что, по взглядам Канады, пространство, время и акаша суть одна субстанция, хотя именуется различно: либо временем, либо пространством, либо акашей, в зависимости от производимого ею эффекта и разнообразия сопутствующих ей внешних условий[252]252
  См. Арр. В., IV, to V.S., в серии Sacred Books of the Hindus. cm. также S.P.S., II. 12.


[Закрыть]. Пространство и время являются абстрагированием от природы. Поздние вайшешики считают пространство и время формами проявления бога[253]253
  Athalye, Tarkasamgraha, 15.


[Закрыть].

Сознание представляет собой деятельность, свойство вещи, поставленной в отношения протяженности и последовательности другой вещью, неосознанным миром. Отношение между душой и ее качествами является одним из отношений самавайи. Шанкара поднимает вопрос об отношениях атмана к качествам познания и т.д. и утверждает, что вайшешика не может признать равнозначность их обоих, поскольку я является постоянным, а качества – переменным. Если она признает их равнозначными, то не может быть условия Атмана, когда он свободен от качества. Короче говоря, Атман должен быть переменным, как и качества[254]254
  См. S.В. на Gaudapada, Karika" III. 6.


[Закрыть]. Узость умственной жизни объясняется допущением атомического манаса, но трудно удовлетворительно постигнуть отношение между душой и манасом. Когда вайшешика различает духовную субстанцию от качества создания, она становится на механистическую точку зрения. Концепция жизненного опыта как результирующего взаимодействия с ним чего-то, стоящего вне нашего разума, как мы уже видели, делает весь опыт непостижимым. Мы не знаем, что собой представляет сокровеннейшая сущность души. Ее различные качества удовольствия, страдания, познания и т.д. возникают через взаимодействие непостижимых я с непостижимыми атомами. Когда душа освобождается, качества исчезают, и освобожденная душа, лишенная всех качеств, является единицей, лишенной всякого внутреннего разнообразия, и, значит, становится вовсе нереальной. Объект поглощает субъект. Человек – это творческий центр, сотрудничающий в создании мира, который он познает. Опыт, эта проблема философии, не является ни природой, тесно связанной с духом, ни духом, изолированным от природы. Психическая и физическая реальность всюду находятся в теснейшем союзе. Основой всего является создание, а не внешние обстоятельства. Физики со своими атомами и силами и психологи со своими душами и способностями снова и снова соблазняются гипостазированной абстракцией. Есть многое, что можно сказать по поводу теории, принятой адвайтаведантой и санкхьей, – теории о том, что, за исключением трансцедентального я, все возникает в ходе космической эволюции.

Если мы примем доктрину множественности душ, для которой мы не находим никакого метафизического оправдания в исследованиях философии ньяйи, то тогда мы будем иметь на одной стороне души, а на другой стороне пространство время – материю. Характерной чертой последней является движение или переселение, а это в философии санкхьи называется пракрити. Санкхья с доктриной пуруш, или душ, и пракрити, или природы, отмечает дальнейшее развитие концепции ньяя-вайшешики.

Внимательный анализ открывает нам, что отношения, атрибуты и качества являются подчиненными существующему, которое бывает в двух видах: материи и нематериального, или души, пракрити и пуруши, – и мы можем воспользоваться предположением ригведы, которое имеется также в первой главе Книги бытия, что назревший дух порядка извлекает из первоначального хаоса все разновидности живых существ и мир природы. Субстанцией можно назвать лишь то, что имеет существование как целое. Нигде в мире мы не можем встретить целое, ограниченное от сих и до сих пор. Мы не можем провести границу, отделяющую одну вещь от другой. Мы имеем, конечно, степени единичности или индивидуальности. Высочайшим видом индивидуальности, которую мы встречает, является индивидуальность изолированного индивида, но даже она не представляется замкнутой в себе. Истинной субстанцией является та, которая включает в себя отдельные умы и мир природы. Основной реальностью мира будет абсолютный дух, выраженный в туманной картине вселенной, формирующейся и трансформирующейся по мере его прохождения. Опыт есть одно продолжающееся "переселение", или взаимосвязанность. Пространство можно разбить на отрезки, время – на моменты, материю – на атомы, но мы уже видели, что вселенную нельзя рассматривать как пространство, время и материю порознь, но лишь как пространство – время материю вместе, следовательно, на пракрити, или на то, что изменяется, что образует основное вещество вселенной, и на ее дробные элементы следует смотреть не столько как на вещи, сколько как на события.

Категории вайшешики являются несовершенными, какой бы точки зрения мы ни придерживались. Если мы берем их как различия, которые имеют значение в плане обычной жизни, то мы можем указать на некоторые различия в обычном употреблении, которых мы не находим в перечне категорий, например восприятие ценностей и целей. Если мы берем их как философскую интерпретацию опыта, тогда все разнообразие и изменяемость мира можно свести к одной концепции. Определенные души и мир природы являются приспособленными друг к другу аспектами продолжающегося движения вперед. Точка зрения вайшешики, что душа является оборотной стороной действительности, между которой и материей имеется большое различие, является основательной.

Если всю природу объекта-опыта можно приписать пракрити, которая является вечным нарастанием событий, то где же в этой схеме место душе? Это составляет проблему теории познания, и мы уже видели, что принятая вайшешикой теория ньяйи о том, что индивидуальная душа имеет пассивный разум, в который, как в пустое вместилище, внешний мир вносит идеи своей природы, является неподходящей. Учение о неодушевленных объектах определяет все философское поведение вайшешики. Тень материализма омрачает фон, и души рассматриваются как субстанции той же природы, что и атомы, не имеющие в себе разума

Атомы и души, пространство и время являются простыми звуками и символами, не имеющими значения отдельно от опыта. Вайшешика использует их как манекены, на которые она могла бы развешивать свои теории. Как мы уже видели в нашей критике ньяйи, и психологические, и физические порядки вещей коренятся в универсальном сознании, которое нельзя смешивать с психологическим сознанием. Этим подчеркивается разница между субъектом и объектом. До тех пор пока вайшешика не примет эту точку зрения, она не получит объяснения генетического порядка, объективной действительности и постоянно меняющегося характера космической эволюции с ее частями: растениями, животными, людьми. Ссылка на адришту сомнительна, а бог не может занять место адришты, пока он не превратится в абсолютное сознание. Если единичность субстанции совместима с разнообразием ее состояний, тогда не предвидится особой трудности на пути нашего рассмотрения вопроса о богатстве разнообразного существования в мире, рассматриваемого как качественные аспекты фундаментального бытия. Недостаток вайшешики состоит в том, что она свои результаты не сводит в единое целое, в одну последовательную, ясную структуру. Она не является философией в том смысле, которое выражается известным изречением "Republic", что истинным диалектиком и философом является тот, кто вещи видит взятыми вместе. Каталог вопросов не составляет систематической философии. Вайшешика игнорирует многосторонний контекст человеческой жизни, а ее физическая философия, моральные и религиозные ценности не становятся общей системой истолкования. Атомистический плюрализм не является окончательным ответом на интеллектуальные запросы рационального восприятия вселенной. Но мы сходимся с вайшешикой в том, что утонченный анализ обычных логиков дает не больше, чем наука о возможном, чем абстрактный формализм, отделенный от реального мира. Философия может критиковать, но не может отрешаться от здравого смысла. Здравый смысл не может заменить все, но он, конечно, является первым условием плодотворности всякой философии. Только метод философии отличается от метода здравого смысла. Он стремится продвинуться вперед за те факты, которые представляются сознанием как возможные. Творческая логика, являющаяся инструментом философского гения, стремится обосновать мир, исходя из высшего принципа. Те же самые факты, которые замечены мыслителями вайшешики, могли бы получить более удовлетворительную интерпретацию, и, как мы уже увидим далее, санкхья и веданта подходят к более совершенной философской конструкции, оправдывающей веру в принцип: "один бог, один закон".

Литература

Chatterjee, Hindu Realism.

Соwell and Gоugh, Sarvadarsanasamgraha, X.

Ganganath Jha, Prasastrapada's Padarthadharmasamgraha with Sridhara's Nyayakandali.

Faddegon, The Vaisesika System.

Keith, Indian Logic and Atomism.

Nandalal Sinha, The Vaisesika Sutras of Kanada.

Rоer, Bhasapariccheda and Siddhantamuktavali of Visvanatha.

Ui. The Vaisesika Philosophy.

Глава Четвертая
СИСТЕМА САНКХЬЯ

Введение. – Предшественники. – Литература. Причинность. – Пракрити. – Гуны. – Космическая эволюция. Пуруша. – Отношение между пурушей и пракрити. – Проблема познания. – Джива. – Этика. – Освобождение. – Бог. Является ли санкхья атеистической? – Общая оценка.

I. ВВЕДЕНИЕ

Система санкхья представляет в истории мысли заметное отклонение от того, что можно назвать формалистическим направлением ума. Подчеркивая принцип непрерывности, она намечает в некоторой степени отказ от тенденции смотреть на вселенную как на нечто, увязанное в аккуратные свертки. Ее отказ от строгих категорий ньяя-вайшешики как средств, не подходящих для описания сложной и текучей вселенной, является реальным шагом вперед в теории атомистического плюрализма. Она подрывает основы сверхъестественной религии, заменяя сотворение эволюцией. Мир не является результатом акта бога-творца, который одним повелением своей воли вызвал к жизни мир, полностью отличающийся от него; мир является продуктом взаимодействия между бесконечным количеством духов и вечнодействующей пракрити, или возможностью природы – тем, что Платон называет «вместилищем и кормилицей всех поколений»[1]1
  См. также «Emeads», III, 6. 13; Е. Т. by MkKenna. II, p. 86.


[Закрыть].

Философия санкхьи принимает реальность пуруш и пракрити, поскольку считается с фактом, что в природе существует различие между объектом и субъектом. Невозможно никакое объяснение опыта, если мы не признаем реальности познающего я и познаваемого объекта. Санкхья пытается дать ясное представление о всем опыте, о том, почему мы имеем его и как мы его получаем. Ричард Гарбе, который производил специальное исследование этой школы, говорит:

"В доктрине Капилы впервые в истории мира были проявлены полная самостоятельность и свобода человеческого разума, его полная уверенность в своих собственных силах"[2]2
  «Philosophy of Ancient India», p. 30. См. также Davies S.К., р. V.


[Закрыть].

Это "самая замечательная система философии, которую создала Индия"[3]3
  S.Р.В., р. XIV.


[Закрыть]. Даже те, кто считает такую оценку преувеличенной, признают, что санкхья является выдающейся попыткой в области чистой философии.

Эта система называется санкхьей потому, что она приходит к своим выводам посредством теоретических исследований. Слово "санкхья" некоторые выводят из samkhya, что означает "число"[4]4
  Gаrbe, Philosophy of Ancient India, p. 44. Т. В. ассоциирует санкхью с parisamkhyana, или изнутрительным перечислением. См. XII. 11393; XII. 11409. 11410. Уинтерниц говорит: «Мне кажется доказанным, что Пифагор находился под влиянием индийской санкхьи» («Calcutta Review», 1924, р. 21).


[Закрыть], и объясняют такое название системы тем, что она дает аналитическое перечисление принципов космоса. Но такая тенденция к перечислению является обычной для всех индийских систем мышления. В старых текстах термин «санкхья» употребляется в смысле философского размышления, а не числовых подсчетов[5]5
  См. I.P.. Р. 527. Ср. Т.В., XII. 11934. Dosanam ca gunanam ca pramanam pravibhagatah. Kamcid artham abhipretya sa samkhyety upadharyatam. Как говорится в одном толковании, под словом «санкхья» следует понимать строгое взвешивание недостатков и достоинств. Санкхья не всегда имеет значение перечисления. В своем комментарии на «Nisnusahasranama» Шанкара приводит цитату, в которой санкхья означает познание природы чистого духа: «Suddhatmatattvavijnanam samkhyam ity abhidhiyate». См. Hall, Samkhyasara, p. 5.


[Закрыть]. Это довольно распространенная система, излагающая после детального размышления природу пуруши, духа[6]6
  Ср. Samyagvivekenatmakathanam.


[Закрыть] и других существ, потому и приобрела свое многозначительное название[7]7
  Предполагается также, что свое название эта система получила от своего первого основателя Санкха, хотя для такой догадки мало доказательств. См. Hall, Samkhyasara, p. 3.


[Закрыть].

II. ПРЕДШЕСТВЕННИКИ

В истории мышления нет ничего совершенно нового. Ни одна система мышления не родилась в голове какого-либо одного человека. Должны были существовать философские идеи и доктрины, дающие необходимый материал для основателя. В нашем описании космологии ригведы[8]8
  I.P., pp. 100-105.


[Закрыть] мы указываем на некоторых отдаленных предшественников теории санкхьи, рассматривающей пурушу и пракрити. Переходя к упанишадам, мы находим в их различных учениях руководящие положения философии санкхьи[9]9
  См. I.P., pp. 259-260.


[Закрыть]. Авторы упанишад не все думали одинаково. Некоторые из них высказывали предположения, которые могли быть переработаны в систему санкхья, хотя сами авторы упанишад этого не сделали. Когда санкхья заявляет, что она основывается на упанишадах, для этого есть некоторые основания, несмотря на то, что основная тенденция упанишад коренным образом противоположна дуализму. В концепции санкхьи о вселенной упор делается на реалистической тенденции упанишад. В «Шветашватара упанишаде»[10]10
  VI. 13.


[Закрыть] встречается первое упоминание о санкхье, хотя отдельные элементы, объединенные в систему, могли встретиться и в более ранних упанишадах. Не только упоминание о перевоплощении и неудовлетворительности мира, но даже такие центральные принципы, как то, что познание является средством к освобождению, а пуруша представляет собой чистый субъект, заимствованы на упанишад[11]11
  Bih. Up., II. 4. 14, III 4. 2, IV 3. 15 См. также «Munddaka», III, 1. 1.


[Закрыть]. В «Катха упанишаде»[12]12
  III. 10-11 См. также VI. 7-11 Cp. Chan., VI. 8. 6.


[Закрыть] на вершине эволюционной лестницы материи стоит необнаруживающееся (авьякта), из которого последовательно возникают большое Я (махам-атма), интеллект, ум, объекты и чувства. Чувство собственного я (аханкара) не упоминается, и признается верховный дух. Все же это является самым ранним описанием космической эволюции, которое, вероятно, и было использовано мыслителями санкхьи.

Первый продукт пракрити называется махатом, великим единством; а естественным источником этой идеи является концепция упанишад, заключающаяся в том, что верховный дух вновь появляется как первенец творения, после того как произведена первоначальная материя[13]13
  R.V., X 12 1 Cp. М.В., XII. 311-313.


[Закрыть]. Классификация психических функций могла быть навеяна «Прашна упанишадой», рассматривающей состояние сна, дремоты и т.д.[14]14
  IV. Cp. тонкое тело санкхьи с существом шестнадцати элементов этой упанишады.


[Закрыть] «Шветашватара упанишада»[15]15
  I. Р., 510-515. См. Svte. Up, I 4; IV 5.


[Закрыть] содержит более подробное описание принципов санкхьи о космосе, трех гунах, хотя эти элементы санкхьи подчинены ее основной доктрине теизма. Она отождествляет прадхану и майю, а также Брахмана и пурушу[16]16
  I. 10; IV 10; III 12 и IV. 1.


[Закрыть]. «Майтраяни упанишада», которая, кажется, является упанишадой послебуддистского периода[17]17
  См. I.P., р. 142; Keith, Samkhya, p. 14 15. The «Nrsimhatapaniya», «Garbha», «Culika» находятся под сильным влиянием доктрин санкхья.


[Закрыть], хорошо знакома с усовершенствованной санкхьей и делает ссылки на танматры[18]18
  III. 2. См. также Chan Up., VI. 3.


[Закрыть], три гуны[19]19
  II. 5; V. 2. Некоторые связывают концепцию трех гун с тремя цветами, упоминаемыми в «Chandogya Upanisad» и повторенными в «Svetasvatara Upanisad».


[Закрыть] и различие между духом и природой[20]20
  VI. 10. Cp. Keith: «Собственно говоря, в санкхье найдется не много такого, чего нельзя было бы найти в том или ином месте в упанишадах» («Samkhya», p. 60).


[Закрыть]. Упанишады в общем и неопределенном смысле употребляют эти термины, которым позднейшие системы придали специфическое значение.

Попытку Якоби считать санкхью дальнейшим развитием старой материалистической школы мало кто поддерживает. Настаивая на абсолютной реальности и независимости духа, санкхья противопоставила себя всем материалистическим взглядам рационалистического направления. Мы не встречаемся ни с одной стадией развития санкхьи, на которой ее можно было бы отождествить с материализмом.

Отношение санкхьи к раннему буддизму вызвало много толков по поводу их взаимного заимствования[21]21
  См. I.P., pp. 472-473.


[Закрыть]. Хотя дошедшие до нас работы санкхьи более позднего происхождения, чем буддизм, и могли бы отразить влияние буддистских теорий, сами идеи санкхьи предшествовали Будде[22]22
  Как в индийских, так и в буддистских работах имеется много свидетельств бесспорной древности и аутентичности систем санкхья и йога. имевших распространение еще до появления Будды (Rajendra Lal Мitra, Y.S., р. XVI). Буддистские легенды называют Капилу одним из предшественников Будды. См. Garbe's S. P. S Vitti, р. 3. Cp «Brahmajala Sutra»: «Есть, братие, отшельники и брамины, этерналисты, которые, исходя их четырех оснований, объявляют, что существуют как душа, так и мир. Они посвящают себя логике и словопрениям и дают такое же выражение своим собственным выводам, подтверждаемым такими же своими аргументами и основанным на их же софистике. Душа вечна, а мир, не рождающий ничего нового, стоит, как горный пик, как столб, прочно укрепленный; и эти живые существа, хотя и проходят путь от рождения к рождению, хотя и выпадают из одного состояния существования и вступают в другое, все же существуют всегда и во веки веков».


[Закрыть], и буддизм невозможно рассматривать в качестве источника санкхьи. Настойчивое утверждение страдания, подчиненность ведийским жертвоприношениям и отрицание аскетических сумасбродств, равнодушие к теизму и вера в постоянное становление мира (паринаминитьятва) являются общими буддизму и санкхье. Этих случайных совпадений недостаточно для оправдания теории взаимных заимствований, особенно имея в виду отмеченные расхождения между ними. Буддизм не принимает ни одного из центральных принципов санкхьи: неактивную пурушу, первичную пракрити и теорию гун. Если буддистская цепь причинности в некотором отношении напоминает теорию санкхьи об эволюции, то это потому, что обе они вытекают из общего источника – упанишад. Была ли санкхья во времена Будды атеистической по своему характеру, мы сказать не можем.

В "Махабхарате" мы со всей очевидностью находим тот же способ рассуждения, что и у санкхьи[23]23
  I.P., pp. 501-504.


[Закрыть]. «Анугита» объясняет различие пуруши и пракрити[24]24
  XIV 50. 8 ff.


[Закрыть]. Пуруша это субъект познания, двадцать пятый принцип, противопоставленный двадцати четырем другим принципам природы, которые являются объектами познания[25]25
  М.В., XII. 306 39-40.


[Закрыть]. Конечное освобождение осуществляется познанием фундаментального различия между духом и природой[26]26
  XII. 307. 20.


[Закрыть]. Множественность душ лишь эмпирическая. Душ много, пока они находятся в соединении с природой, но, как только они постигают свое отличие от нее, они возвращаются к двадцать шестому принципу бога[27]27
  XII. 350. 25-26; XII 351. 2-4.


[Закрыть]. Эпическая философия по своему характеру является решительно теистической, и какие бы элементы санкхьи в ней не присутствовали, они используются в духе теизма. Считают, что я выделяет из себя гуны, как паук выпускает свою паутину[28]28
  XII. 285. 40.


[Закрыть]. Пракрити работает по контролем пуруши[29]29
  XII. 314. 12; XII. 315. 6.


[Закрыть]. Говорят, что она является продуктом пуруши, в которую она время от времени превращается[30]30
  XII. 303. 31.


[Закрыть]. Махат, аханкара и манас суть космические функции верховного духа. Капила, по преданию являющийся основателем этой системы, считается великим мудрецом, достойным всякого уважения. Ясно, что санкхья не принимала своей отличительной формы даже в эпосе, о котором не упоминается в танматрах. Поэтому мы можем встретиться с различными взглядами на порядок и развитие принципов санкхьи. Наибольшее приближение такой точки зрения к классической санкхье содержится в «Анугите»[31]31
  XIV. 40-42.


[Закрыть]. Упоминаются взгляды Панчашикхи[32]32
  XII. 219; XII. 321. 96-112.


[Закрыть] и Асита Девала[33]33
  XII. 274.


[Закрыть]. Говорят, что Панкашикха учился санкхье у Асури, и «Санкхья карика» повторяет это предположение эпоса. Как Асури, так и Панкашикха придерживались взглядов теистической санкхьи и верили в верховность Брахмана. Независимость индивидуальной души является относительной. Между взглядами санкхьи и взглядами Панчашикхи имеются большие расхождения в деталях[34]34
  Соответствует уму, который он рассматривает как шестой орган восприятия. Панчашикха смотрит на силу как на шестой орган действия. Описание в XII. 219 отличается от описания в XII. 318. 96. 112, где Панчашикха, как считают, устанавливает тридцать принципов. Иногда говорят, что это позднейшая точка зрения является ранней формой культа Панчашикхи. Трудно решить, является ли Панчашикха традиционной школы тем же самым, что Панчашикха, описываемый в эпосе, так как между взглядами, приписываемыми ему в М.В., и взглядами, собранными в работах санкхьи и йоги, имеются расхождения. Профессор Дас Гупта приводит длинный список более или менее сходных взглядов из медицинского трактата Чараки «History of Indian Philosophy», p. 213, но там нет упоминания о танматрах, а пуруша и пракрити обе рассматриваются как авьякта, и пуруша не рассматривается как пассивная и бесстрастная. Говорится, что освобождение должно быть достижением состояния Брахмана. Это описание находится под влиянием веданты, ньяя-вайшешики и буддизма, так же как и санкхьи.


[Закрыть].

Хотя Ману[35]35
  I.Р., р. 516-517.


[Закрыть] не упоминает санкхью, однако описание творения, приведенное в первой главе, признание трех источников познания[36]36
  XII. 105.


[Закрыть], подробное описание трех гун[37]37
  XII. 24-25.


[Закрыть] говорят о сильном влиянии санкхьи. Пураны[38]38
  См. «Bhagavata», III. 5: «Matsya», III; «Agni», XVII; «Markandeya», XIV.


[Закрыть] и позднейшие списки веданты используют теории санкхьи, хотя они не оставляют места атеистической метафизике и мало полезны для решения вопроса о древности этой системы.

Взгляды санкхьи в том виде, как они встречаются нам в упанишадах, "Махабхарате", включая "Бхагавадгиту" и "Ману", склоняются к теизму[39]39
  «Изучение эпоса и других ранних материалов убедило меня, что нет ни одного места, в котором санкхье приписывалось бы неверие в Брахмана или бога» (Franklin Edgerton, «American Journal of Philology», XIV. I, p. 8). «М.В.», XII. 11039 обычно рассматривается как подчеркивающая важное различие между санкхьей, отрицающей бога, и йогой, признающей его. Эдгертон возражает против такого мнения, однако трудно найти оправдание тем выдержкам из М.В., которые отличают санкхью двадцати шести принципов от санкхьи двадцати пяти принципов Последний тип является индифферентным к абсолюту, или богу (XI! 300) Однако верно и то, что М.В. не поддерживает этот последний взгляд.


[Закрыть]. Пуруша и пракрити являлись не независимыми реальностями, а только формами проявления бога. В «Буддачарите» Ашвагхоши мы встречаем описание встречи Будды с его бывшим учителем Арадой, который придерживается взглядов санкхьи, хотя и в теистической оправе. Представляется весьма вероятным, что наиболее ранняя форма санкхьи была одним из видов реалистического теизма, приближающимся к взглядам вишишта-адвайти упанишад. В то время как этот тип санкхьи можно считать закономерным развитием упанишад, едва ли можно говорить, что дуалистическая санкхья, которая настаивает на множественности пуруш и независимости пракрити и опускает все описания абсолюта, совпадает с учением упанишад. Возникает вопрос, как могло случиться, что санкхья отвергла идею об абсолюте, которая одна только и могла сделать эту систему удовлетворительной? Санкхья не превращалась в хорошо координированную систему до тех пор, пока не появился буддизм. Когда буддизм бросил вывоз реализму, санкхья приняла этот вызов и на строго рациональных основах построила доводы за реальность я и объектов. Когда санкхья развилась на чисто рационалистической почве, она была обязана признать, что не существует доказательств бытия бога.