Текст книги "Дневник (СИ)"

Автор книги: Рита Лурье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 24 (всего у книги 24 страниц)

Джуди не знала об этом, но появление Мелиссы в больнице всё равно не давало ей покоя.

«Я всё пытаюсь понять, – в конце концов не выдержала она, – что там делала эта сраная Макбрайд? И куда она потом делась?»

У меня было время, чтобы во всех подробностях продумать ответ, относительно близкий к истине.

«Я полагаю, что она тоже за нами следила, – сказал я, – и просто не смогла остаться в стороне, когда вампиры закатили вечеринку. Южные ведьмы, знаешь ли, обожают с ними зависать. Не волнуйся, я её прогнал. В особняк онаточноне сунется».

Так я себя утешал, ведь Мэл по-прежнему торчит в Салеме вместе с парой своих компаньонок. Позвонив мне на днях, она напомнила о нашем соглашении, но я посоветовал ей набраться терпения. У неё есть интернет, могла бы и сама прочитать, что должно пройти около двенадцати недель до анализов, которые подтвердят, что процедура прошла успешно, и можно приступать к «следующему этапу».

Не сдержавшись, я добавил, что пока Мэл может купить шприц и потренироваться в самооплодотворении, и бросил трубку. Догадываюсь, что она не пришла в восторг от такого совета.

«Я её прогнал», – повторила Джуди, насупившись, – будто Мелисса – какая-то бродячая собака, от которой так просто избавиться».

«Дрессировать её точно бессмысленно», – хохотнул я, но насторожился. Меня напрягло, с каким выражением Джуд это сказала.

Дурное предчувствие меня не обмануло.

Ночью я заставил её принять легкое снотворное, чтобы наконец-то нормально выспаться, а сам остался присматривать за Эрвином. Присматривать за тем, кто не пытается улизнуть или вытворить какую-то хрень, по правде, занятие крайне скучное. Я немного ему почитал, и Эрвин довольно быстро заснул. Вскоре сморило и меня, но проснулся я раньше него. Я решил проведать Джуди, но нигде её не нашёл.

Её телефон был отключён.

Я обегал дом, заглядывая в каждый его уголок, пока не услышал плач Эрвина. Возясь с ним, я был предельно близок к тому, чтобы и сам по-детски разрыдаться. В голову лезли самые тревожные предположения:

Джуд вышла прогуляться, и её сцапала Камила; или, быть может, ей всё это надоело, и она сиганула в зеркало, оставив мне сына в качестве прощального подарка. Или Мэл что-то втемяшилось в голову, и она выместила злость на Джуди. Или Луиза уже оклемалась и… Я опомнился, что за окном стоит серый декабрьский день. Хотя бы версию с Луизой можно было отбросить.

И на том спасибо!

Джуди вернулась где-то через час, и не одна, а в компании Мелиссы – чёрт бы её побрал! – Макбрайд. Джуд выглядела как заключённая, неудачно сбежавшая из тюрьмы, которую конвоируют обратно в камеру. Однако по ним обеим было заметно, что они в кои-то веки нашли нечто общее – недовольство моей скромной персоной.

В хмуром молчании Джуди забрала Эрвина из моих рук и ушла наверх.

«Не благодари, – едко сказала Мэл, – пришлось за ней побегать. Поймали её, блин, только на кладбище. Она очень прыткая для девицы, которая ещё недавно валялась в больничке».

«Это она позволила тебе войти? – спросил я и только после опомнился, – на кладбище?»

«Ага, – подтвердила она, – она сказала, что крайне невежливо с твоей стороны ограничивать сюда доступ, раз уж я слежу за ней для тебя».

Мелисса упрямо не называла Джуди по имени, но, к счастью, обошлась без всяких оскорбительных словечек. Я и так готов был её придушить.

«Что она делала на кладбище?» – я не мог выбросить это из головы.

«Кто её знает, – пожала плечами Мелисса и осмотрела гостиную, – ого, а тут стало уютнее, чем было при Лорне. Неплохо вы тут обжились! Этоонапостаралась? Я хотела бы взглянуть на детскую. Может, позаимствую потом пару идей».

«Ты сказала Кэрол!?»

«Нет, – ответила белобрысая гадина, – но обязательно скажу, если ты снова попытаешься вышвырнуть меня с помощью магии. Кстати говоря, мне страшно надоело ютиться в отеле, а у вас тут целая куча пустых комнат. Та, где я раньше жила, ещё…»

«Об этом не может быть и речи!»

«Почему бы и нет? – с наигранным удивлением спросила Мэл, – боишься, что я помешаю твоим тёмным делишкам?»

Не знаю, что она имела в виду и знать не хочу. В любом случае, это катастрофа. Или Мелисса догадалась, что я вознамерился её обмануть и сбежать, или решила отомстить мне за всё хорошее. Ещё только её тут не хватало! У нас с Джуд не самые лёгкие времена.

Джуди!

Я плюнул на Мэл, оставив её шариться по дому, будто это какой-то чёртов музей, и помчался наверх. Подтащив кресло-качалку к окну, Джуд задумчиво взирала на зимний пейзаж и баюкала Эрвина.

«Оставь меня одну, пожалуйста», – попросила она. Я не собирался выполнять эту просьбу, а присел перед Джуди на корточки. Она упрямо отказывалась даже смотреть на меня и отодвинулась, когда я притронулся к её коленке.

«Зачем ты ездила на кладбище?»

«Я хотела найти могилу Габриэллы, – честно ответила она, – это та девушка, медсестра, которую убил вампир. Она была добра ко мне, пока я была в больнице, и мне хотелось почтить её память...»

Голос Джуд дрогнул. Она шмыгнула носом, и, видимо, чтобы сдержать слёзы, склонилась над Эрвином и принялась деловито поправлять его одеяло.

«На самом деле это не вся правда, – продолжала она, – мы были знакомы с ней в моём мире. Габриэлла была моей подругой. Я обрадовалась, встретив её здесь. Мне не хватает некоторых людей оттуда».

Закончив, Джуди пристально посмотрела мне в глаза. Я гадал, что означает этот взгляд:

Она намекает, что хочет поскорее туда попасть? Или она имеет в виду, что там ей жилось лучше, чем здесь, и она не намерена брать меня с собой, чтобы я всё не испортил?

«Спасибо, что поделилась», – выдавил я.

«Ты бы всё равно разнюхал, – резко сказала Джуд, – ты же контролируешь каждый мой шаг».

«Это не так, – возразил я, – я беспокоюсь о тебе. Ты знаешь, что за нами охотится Камила, да и Луиза может вернуться в любой момент…»

«Поэтому ты сговорился с ведьмами?! – перебила она, – что ты посулил Мелиссе, чтобы она за мной шпионила?! Она же не делает ничего просто так!»

Наверное, мне стоило сказать ей правду и посвятить в свой план, но я, конечно же, этого не сделал. Джуд слишком импульсивна, и неизвестно, как она отреагирует. Я обязательно выложу перед ней все карты, но когда мы будем в безопасности. И я точно не мог сказать всего, пока Мэл где-то поблизости и, как она выразилась, «держит ушки на макушке».

Я был в таком раздрае, что ложь получилась

нелепой

элегантной, как никогда.

«Я пообещал ей, что, когда Эрвин вырастет, он женится на её дочери».

Джуди изумлённо открыла рот. На сей раз значение её взгляда было кристально-ясным:«Ты совсем из ума выжил?!»

«Но у неё нет дочери!» – напомнила она.

«Ну, когда-нибудь же появится, – с нервным смешком сказал я, – Джудс, не волнуйся, до этого ещё целая куча времени. Зато теперь Мэл не даст нас в обиду. Она сама в этом заинтересована».

«Да… – проговорила Джуд, – это именно то, что я хотела услышать».

Что-то подсказывало мне, что она не поверила.

Увы, Джуди, озлобившаяся на меня, оказалась меньшей из моих проблем: к вечеру в особняк явились работяги, нанятые Мэл. Они собрали все зеркала и сгрудили в одной из пустующих комнат, дверь которой Мелисса заперла на ключ. Она повесила его на шнурок и заправила за ворот своего платья.

«Какого чёрта?!» – только и мог сказать я. Я застал уже завершающий этап этого действа, а Джуд даже не спустилась на грохот.

«Я не хочу повторения того, что я видела в мотеле, – объяснила Мэл, – если я обеспечиваю вашу безопасность, то обязана защищать вас и от себя самих».

«Конечно-конечно», – мрачно подумал я.

Хрена-с-два она позволит нам сбежать.

17 декабря 2012.

Надо отдать Мелиссе должное – она не мозолила глаза, а окопалась в библиотеке и целыми днями изучала книги, собранные моими предками. Ещё одна ведьма – тощая, как жердь, бледная, молчаливая девица лет семнадцати – приносила еду своей госпоже прямо туда. Ведьма всё порывалась сделать что-нибудь и для нас, но Джуд категорично высказалась против: она не притронется к её стряпне. А мне Джуди сказала решать самому, ведь я всё равно всегда поступаю по-своему.

Будто я горел желанием!

Присутствие Мэл с её «подружкой» и холодная война с Джуд, прерывающаяся лишь на заботы о ребёнке, порядочно действовали мне на нервы. Тут в пору было опять схватиться за бутылку, раз зеркала у меня отобрали. Я варился в этом, пытаясь найти выход, но никаких дельных мыслей в голову не приходило.

Впрочем, была небольшая надежда на поездку к врачу: тогда мы смогли бы улизнуть из-под навязчивой опеки Мелиссы и сигануть в какое-нибудь зеркало. Но перед этим мне нужно было восполнить силы. Без погружений магия была почти на нуле, и я сомневался, что смогу совершить переход, что всё основательно осложняло.

В итоге я психанул и уехал из дома один, чтобы заниматься «тёмными делишками» в мотеле. Мэл за мной не увязалась, а Джуд даже не обратила внимания, что я куда-то собрался. Будто ей было глубоко наплевать!

Наверное, ещё никогда мы не были так далеки друг от друга, как сейчас.

Я думал о ней со смесью обиды и нежности, погружаясь всё глубже. Мне хотелось остаться в том мире насовсем, лишь бы освободиться от мучительного месива чувств. Осознав, что я слишком увлёкся, я попытался вынырнуть, но тьма вбирала меня в себя и не желала отпускать. Словно сквозь толщу воды я слышал далёкую трель будильника.

Нет, пожалуйста. Не так. Не сейчас!

Я должен вернуться к ней. Я не могу бросить Джуд одну в чужом измерении.

Рывок на поверхность дался мне нелегко.

Боль была невыносимой. Будильник умолк, заглушённый гулом в ушах, таким громким, будто где-то рядом приземляется грузовой самолёт. Кажется, меня «выдернул» собственный крик, быстро сменившийся хриплым кашлем. Кровь была везде – и во рту, и под носом, и возле глаз. Тонкой струйкой она лилась из уха на ковролин.

Конечно, всё довольно быстро прошло, и я снова почувствовал в себе магию того мира, но я твёрдо решил, что это в последний раз.

Следующее погружение меня точно убьёт.

Пока я приходил в себя, на дворе успело стемнеть, но насторожило меня не это, а отсутствие пропущенных вызовов. Ну не мог никто меня не хватиться! Не Джуди, так Мелисса забила бы тревогу. Я почуял, что здесь дело не чисто.

Как в воду глядел!

В особняке меня ждал пренеприятный сюрприз: среди погрома на первом этаже в луже собственной крови валялась Мэл. Она выглядела так, будто поучаствовала в мафиозной разборке, но я без труда догадался, кто именно нашпиговал её свинцом. Ведьме-кухарке досталось меньше: связанная по рукам и ногам, с кляпом во рту, она сидела в кладовке.

Я освободил её, и она разревелась.

«Что здесь произошло?»

«Миссис Уокер ударила меня каминной кочергой по голове, – зачастила она, хлюпая носом, – и связала, пока я была без сознания».

«Где она?» – к этому моменту я уже понял, что ни Джуди, ни Эрвина в доме нет. Так и не дождавшись от колдуньи внятного совета, я распорядился, чтобы она позаботилась о Мелиссе, и ринулся по поиски своей, чёрт возьми, сбежавшей жены.

К счастью, ключ от комнаты с зеркалами всё еще болтался на груди сильно раненной, но ещё живой Мэл. Значит, Джуд пока в этом мире.

Я отмёл идею проверить кредитку Джуди и её последние операции, ведь это заняло бы слишком много времени, а на счету была каждая минута. Пока эта полоумная бегает по городу с ребёнком, её запросто могут сцапать Камила или Луиза Ришар.

В облике ворона я осмотрел округу, надеясь, что Джуди просто сидит где-то на лавочке и отдыхает от домочадцев, набивших ей оскомину. Увы, её нигде не было – ни в ближайшем парке, ни на острове.

Возвращаясь, я заметил тусклый свет в окне заброшенного коттеджа Сэнди Дэвис.

Ну, конечно!

Куда ещё было пойти Джуд, как в свой – не свой дом?

Она устроилась в какой-то спальне у зеркала на дверце шкафа и, сложив руки на коленях, смотрела на своё отражение. Она казалась подозрительно спокойной для человека, который недавно нокаутировал двух опасных противников, чуть не прикончив одного из них. Вокруг горели свечи. Эрвина Джуди устроила на кровати, и он мирно спал, завёрнутый в одеяло.

В первую очередь я бросился к нему и прижал к себе, уберегая от царящей вокруг антисанитарии. Додумалась же притащить его в этот бомжатник! Мамаша года.

Но я был слишком рад найти её целой и невредимой, чтобы сердиться из-за мелочей.

«Джуди, – позвал я, осторожно приближаясь к ней, – пожалуйста, пойдём домой».

Она давно меня заметила, но отреагировала только теперь.

«В тюрьму, ты хотел сказать?!» – вскинулась Джуд.

Я зажмурился, невольно признав её правоту. Особняк не был нашим домом. Он был темницей, с которой нам удалось свыкнуться, но находиться там стало невыносимо. Спасибо, Мэл, что окончательно сгустила краски.

«Хорошо, – вздохнул я, – тогда куда? Там хотя бы безопасно».

«В моём мире безопаснее», – заметила она.

«Ты уверена, что готова?» – забеспокоился я.

«Я больше не могу, – воскликнула Джуди, резко поднимаясь на ноги. Она стояла ко мне спиной, но в отражении я видел её перекошенное от боли лицо. – Я устала от всего этого. Я устала жить в плену. Я устала бояться».

«Ну… Мелисса, как минимум, точно больше не представляет угрозы, – нервно усмехнулся я, – а с остальными мы как-нибудь разберёмся».

Джуд медленно покачала головой.

«Я боюсь тебя, – выпалила она, – думаешь, я не догадалась, где ты был? Ты всегда возвращаешьсяоттудасовсем другим».

«Мне нужно было восстановить силы, чтобы мы могли сбежать!» – попытался оправдаться я. Вышло неубедительно.

«И даже… не в этом дело», – продолжила она, но вдруг осеклась.

«А в чём? Джудс, прошу тебя, – взмолился я, шагнул к ней и протянул доверительно раскрытую ладонь, – ты бесконечно права. Это было в последний раз, клянусь».

«Грош цена твоим клятвам», – отрезала она.

«Давай уйдем, – я кивнул на зеркало, – мы здесь, всё необходимое у нас есть. Это останется в прошлом».

Мне показалось, что сейчас она согласится. Её кисть повисла в воздухе, в дюймах от моей руки. Джуд хмурилась, вероятно, принимая решение, но так и не успела огласить вердикт. Посторонний голос её опередил:

«Не так быстро. Вы никуда не пойдете, хозяин, пока не заплатите по счетам».

Темнота в углу шелохнулась, принимая человеческие очертания, и в круг зыбкого свечного света шагнула Камила. Она оскалилась в улыбке, являя рот, полный иглоподобных зубов. На чистом инстинкте я швырнул в неё огненный шар, но она легко уклонилась.

Одним прыжком тварь отрезала нас от зеркала. Что хуже всего – теперь она была подле Джуди и сжимала её плечо в цепких пальцах. Попробуй я снова напасть, риск поранить и Джуд был слишком велик.

«Я выполнила свою часть сделки, – сказала Камила, – теперь ваша очередь».

Очевидно, она явилась за Эрвином, которого я всё еще прижимал к своей груди.

У меня не было времени на раздумья. Решение нужно было принять здесь и сейчас. Или тень заберет его, или убьёт Джуди. От отчаяния хотелось завыть, но Лорна всегда учила меня выбирать меньшее из зол.

Чужой ребёнок или любимая женщина.

Джуд меня возненавидит, но, надеюсь, однажды сможет простить. Это ради неё. Она останется жива. Это главное.

«Хорошо», – сказал я и, разгибая локти, на вытянутых руках протянул Эрвина монстру. Решение далось мне с огромным трудом. В сердце будто вонзили иглу. Конечно, я успел к нему привязаться. Я же поклялся, что буду любить его, как своего.

Но это ещё под вопросом, когда как любовь к Джуд – неоспоримая истина.

Я не смогу без неё.

Время будто замедлилось. Камила не спешила схватить свою жертву и вонзить в её хрупкое тельце иглоподобные зубы. Торжествующая улыбка медленно сползла с её лица. С тяжким вздохом она склонилась к Джуди и прошептала:

«Я тебя предупреждала».

Джуд сморгнула слёзы и кивнула. Она выглядела полной решимости, бросив через плечо беглый взгляд на зеркало.

«Что?! Что происходит!?» – вырвалось у меня.

«Мне нужна была она, – пояснила Камила и взяла Джуди за руку.

«Нет, чёрт возьми! – крикнул я, – этого не может быть! Ребёнок, ты хотела его! Ты же сказала, что возьмешь то, чего ещё не существует! Ты меня обманула!»

«На тот моментеёне было в этом мире», – спокойно сказала тень.

Она повернулась и тоже посмотрела на зеркало. Оно отражало нас с Джуд, у Камилы же не было отражения, но я точно знал, что она не вампир. Она – что-то другое. Что-то, с чем мне не стоило иметь никаких дел.

Я сам виноват, что всё это случилось.

Без сомнения, Джуди тоже винила меня, потому упрямо игнорировала мое присутствие. Она удостоила меня лишь быстрого взгляда на прощание, прежде чем сотворить портал.

«Пожалуйста, позаботься о нём», – попросила она.

Они шагнули в жидкое серебро и исчезли.

2022

24 декабря 2022.

Особняк всё такой же, какой и был, словно время над ним не властно. Но его внешний облик обманчив: внутри воцарились разруха и запустение. Хрустальные люстры померкли под слоем пыли, на потемневших портретах не разобрать лиц, а мебель облезла и отсырела.

Внутри пусто и холодно. Котёл не работает. Электричество удалось включить не с первой попытки.

Оставленный дом устал дожидался возвращения хозяев и был не очень-то рад нас видеть.

«Предстоит много работы», – мрачно заключил я, оценив масштабы бедствия. Ничего, разберёмся. Где наша не пропадала?

Эрвину тоже не привыкать: это далеко не первая старая рухлядь, в которой ему доводилось бывать, пока мы колесили по всей стране. Просто очередная старая рухлядь, и не важно, чьи предки здесь жили веками, наши или чьи-то ещё.

Эрвин с азартом пустился обследовать территорию и выбирать себе комнату, пока я занялся починкой котла и решением насущных вопросов.

Если к приезду Мелиссы не будет отопления, она меня точно прикончит, и сын останется сиротой. Вероятно, он только порадуется, ведь вместо занудного папаши о нём станут заботиться крестная

фея

ведьма и весёлый дедушка, но скорее всего, с ними парень быстро лишится зубов или заработает сахарный диабет. Шейн и Мэл только и делают, что потакают любой прихоти Эрвина. После общения с ними он всегда делается капризным и абсолютно неуправляемым.

Я уже пожалел, что позвал Мелиссу отметить Рождество, ибо предчувствовал, какие будут последствия у её педагогических методов, разгребать которые потом буду я. Но с другой стороны её приезд отвлечёт Эрвина от грустных мыслей, а ему не позавидуешь. Из-за частых переездов он одинок, вынужденный бросать друзей и срываться с места вместе со мной. Из-за последней подруги он переживает особенно сильно, и, кажется, в неё втюрился. Всю дорогу я слушал про какую-то Мэнди, наверное, оставленную в Орегоне. Имена его бывших друзей перепутались у меня в голове. Стоило бы завести отдельный блокнот, чтобы хоть как-то в них сориентироваться.

Да и Мэл… не молодеет. Она по-прежнему верховодит ведьмами, лишь иногда развлекаясь короткими интрижками, ни одна из которых не дала плодов. Она не собирается замуж, а детей у неё нет. Договор, заключённый между нами когда-то, давно утратил силу. Пусть и нехотя, но Мелисса признала, что не справилась со своей частью соглашения, что освободило от сделки и меня.

Мэл не порывалась заменить Эрвину мать, но из неё вышла недурная крестная. Он души в ней не чает.

Лишь заслышав хруст снега под колесами автомобиля, он помчался её встречать. В чёрной шубе Мелисса напоминала медведя гризли, который вышел из леса на поиски пропитания. Впрочем, она и правда живёт в лесу и питается чёрте-чем.

«Какой же тут дубак! – конечно же, возмутилась она, – на улице и то теплее! Злоебучий склеп».

«Мэл, следи за языком», – осудил я вместо приветствия.

«Зато здесь можно играть в прятки!» – встрял Эрвин с присущим ему непрошибаемым оптимизмом. По характеру мы с ним полные противоположности, но в остальном невероятно похожи. Мелисса, помнящая меня в детстве, не раз задавалась вопросом: не заблуждался ли я, считая, что он – не мой ребёнок. Мне не хотелось опять поднимать эту тему, но из-за всех совпадений я и сам стал сомневаться.

Например, он тоже левша, хотя я, в отличие Лорны, не заставляю его переучиваться, считая это чем-то позорным. И многое, многое.

Как бы там ни было, это всё равно не имеет значения.

Он – мой сын.

«Давай сыграем! – оживилась Мэл, – я хоть согреюсь. Только осторожнее, малыш. Тут водятся привидения».

«Привидений не бывает!» – со знающим видом возразил Эрвин. Ещё бы! Про каждый второй дом, где мы жили, говорили нечто подобное. Как по мне, лучше бы в них жили призраки, чем крысы и тараканы, которых очень утомительно изводить.

«Скажи это неуспокоенному духу своей бабули, – сказала Мэл, – ну, начали!».

Она стала считать.

Набегавшись по дому, они уехали за ёлкой и другими необходимыми праздничными атрибутами, а я пока привёл в чувства котёл и накрыл ужин. Утомлённый дорогой и обилием впечатлений, Эрвин задремал прямо на пыльном диване в гостиной. Я отволок его в самую теплую спальню, и задержался, чтобы пожелать спокойной ночи.

«Пап, не выключай свет», – взмолился он. В его просьбе не было ничего удивительного, ведь многие дети боятся темноты, но Эрвину, опять же, не впервой засыпать в жутком старом доме.

«А то Мэнди испугается, когда придёт».

«Почему Мэнди должна прийти к тебе ночью? – заинтересовался я, – она что, как Санта Клаус?»

«Ага, и даже лучше», – зевнув, сказал Эрвин и уснул.

Я покосился на зеркало в углу, отражение в котором из-за тканевого абажура было населено сонмом теней, но тут же себя осадил: эта Мэнди слишком прочно засела у Эрвина в голове, вот он и грезит о ней, находясь за три тысячи миль. Конечно, ему бы хотелось, чтобы она пришла. В Орегон мы уже не вернёмся. Я предпочитаю нигде не задерживаться.

«Как он?» – спросила Мэл, устроившаяся у камина с бокалом коньяка. Выпивать одной ей не хотелось, но она рассудила, что маленькая порция не убедит меня в её прогрессирующем женском алкоголизме.

На мою компанию рассчитывать не приходилось: я много лет не брал и капли в рот.

«Лежит и фантазирует о какой-то девочке», – отчитался я.

«А не рановато ли ему заниматься рукоблудством?» – изумилась Мелисса.

«Мэл! – рассердился я, – ему десять! Он пока понятия обо всём этом не имеет».

«Ну да, ну да, – фыркнула она, – это ты хочешь так думать. Сам то, поди, куда раньше начал лысого гонять».

Я осуждающе покачал головой, но не стал развязывать спор, в результате которого мы не добьёмся ничего, кроме ссоры. Ещё чего доброго Мэл припомнит мою подростковую влюбленность в Луизу Ришар.

Думать о ней категорически не хотелось. Если бы не она, нам с Эрвином не пришлось бы скитаться по всей стране, а мне спалось бы чуточку крепче.

И, без сомнения, у меня было бы меньше седых волос.

«Итан, – окликнула меня Мэл, – лучше скажи, почему мы здесь? Ты же терпеть не можешь этот дом, и все эти годы упорно делал вид, что он не существует».

«Надо бы его продать», – попытался увильнуть я, но пристальный взгляд Мелиссы пригвоздил меня к месту. Я пригубил безалкогольного пива, и оттого, каким холодным оно было, мигом заныли дёсны. Не самый подходящий напиток для зимы, но в тотальной завязке выбор невелик.

Или всё-таки от её вопроса?

«Прошло десять лет, – сказал я, – подожду немного, и продавать будет нечего. Особняк просто развалится, он и так уже изрядно обветшал».

«Конечно-конечно».

Я пожал плечами, надеясь, что ответ Мэл устроит, и мы поговорим о чём-то другом. Эта тема была под запретом, а мы подошли слишком близко к опасной черте. Наверное, именно выпитый коньяк и подтолкнул Мелиссу к тому, чтобы её пересечь.

Она обличительно ткнула в меня пальцем.

«Врешь и не краснеешь, Ит, – пожурила она, – я прекрасно знаю, почему мы здесь. Потому что прошло десять лет, и ты решил, чтоонавернётся…»

«Нет», – возразил я.

«Да! – твердо сказала Мэл, – сколько ты собираешься ждать!? Она может быть мертва, может спокойненько жить себе в другом мире! Хотела бы – давно вас нашла».

«Ладно, – сдался я, – ты права. Но, знаешь, когда мы только приехали, мне показалось, что здесь кто-то бывал. Кое-где была стерта пыль, валялись какие-то вещи…»

«У меня для тебя плохие новости, – усмехнулась Мелисса, – этот «кто-то» – бездомные бродяги, обосновавшиеся здесь, пока дом пустовал, а не твоя пропавшая жена…»

«Ну, как минимум, она всегда была такой же неряшливой», – грустно сказал я, почувствовав, как от тоски и нежности заныло в груди. Мэл скривилась. Ей категорически не понравилось это услышать, а я ещё умолчал, что уловил остаточные следы магии.

Безусловно, я мог выдавать желаемое за действительное и ошибаться. Все эти годы я старательно держался от «Незримого мира» подальше, а «тотальная завязка» распространялась не только на горячительные напитки, но и на колдовство. Моя чувствительность к таким вещам заметно притупилась.

«Да ну тебя к чёртовой матери, – разочаровано вздохнула Мэл, – я устала. Не понимаю, как ты сам не устал».

Сказав это, она прихватила недопитый коньяк, и, покачивая бутылку в руке, ушла. Я остался в гостиной один, но спать не хотелось.

У меня были другие планы: осматривая особняк, я нашёл и дневник. Он по-прежнему лежал в тайнике под оконной рамой, баюкая мои секреты в тишине опустевшего дома.

Я решил, что стоит сделать ещё одну запись, последнюю. Подвести своеобразный итог, ведь, насколько я помню, повествование оборвалось на полуслове.

Засидевшись с ним до глубокой ночи, я услышал шаги – лёгкие, почти невесомые, как дуновение ветерка.

Неужели…

Человек, стоявший у входа в гостиную, был крошечным, словно эльф, отбившийся от свиты пресловутого Санта-Клауса. Но вместо красного кафтана и колпака на нём, вернее, на ней, была длинная ночная рубашка. Светлые волосы лежали на плечах, сливаясь с тканью и делая девочку похожей на призрака. Зря всё-таки Мэл о них упомянула.

Они здесь и правда есть.

«Папа!» – закричало маленькое привидение и бросилось ко мне.

«Какого дьявола?» – опешил я.

Я слишком растерялся, чтобы этому воспрепятствовать, и загадочная девчонка повисла на мне, как на дереве, обхватив мой торс своими тонкими руками. А следом в дверном проёме нарисовался и заспанный Эрвин.

«Ой, – пробормотал он, потирая глаза кулачками, – Мэнди, ты здесь! Почему ты меня не разбудила?»

«Мэнди», – беспомощно повторил я.

Будучи пойманной на домогательствах к чужому отцу, Мэнди засмущалась и отступила. Задрав голову, она посмотрела на меня большими тёмными глазами.

Такими же, какие были у Джуд.