Текст книги "Дневник (СИ)"

Автор книги: Рита Лурье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 24 страниц)

«Ах, простите, обознался, – сказал я, – он как-то не соизволил представиться и объяснить, что пришёл просто поискать наживу, а не забрать тебя обратно в твою реальность!»

«Забрать меня обратно?» – удивилась Джуди.

Она что-то неразборчиво пробормотала себе под нос, отложила пушку, и, потянув меня за плечи, стащила на диван. Но я не собирался разлеживаться, потому быстро сел. Мы оказались лицом к лицу. Джуд на меня не смотрела – она с силой дёрнула мою рубашку за воротник. Ткань жалобно затрещала, обнажая рану. Вид у неё был поганый.

Джуди раздосадовано прицокнула языком.

«Я схожу за аптечкой», – сказала она.

Мне показалось, что это – только предлог, а на самом деле она намеревается смыться, как это только что сделал её дружок. Пожалуй, любой здравомыслящий человек на месте Джуд так бы и поступил, наплевав на возможные риски для ребёнка. Переход через портал едва ли опаснее, чем сожительство с непредсказуемым психопатом.

«Нет, пожалуйста, останься», – попросил я, вцепившись Джуди в руки. Мои пальцы начертили кровавые следы на её предплечьях, а я даже не заметил, когда успел перемазаться. Крови уже натекло изрядно, хотя боль притупилась и стала какой-то отдалённой. В целом повреждение было не смертельным – пуля лишь содрала кожу, пройдя по касательной.

«Нужно обработать рану», – напомнила Джуд.

Наверное, это был переломный момент. Я должен был объяснить, почему набросился на какого-то ни в чем не повинного мальчишку, стоило Джуди назвать его тем самым именем. Не потому, что я и правда настолько не в себе, а потому что произошло чудовищное недоразумение. Обилие похожих миров порождает невообразимую путаницу, но куда хуже, что их обитатели зачем-то срываются с насиженных мест.

Вот тут то и загвоздка. Если бы я это сказал, то мне пришлось бы признаться, что я всё знаю и подумал, что Рикардо Ривьера явился, чтобы отобрать у меня Джуди и их ребёнка, которых я, вообще-то, рассчитывал присвоить себе.

«Не бросай меня», – вместо этого выдавил я. Вышло крайне жалобно.

Джуди слегка заломила бровь. Она не имела малейшего представления, какая драма в этот момент разыгрывается в моей голове.

«Итан, аптечка лежит в ванной комнате, а она, насколько мне известно, не на другом конце вселенной», – попыталась пошутить она, но заметно напряглась.

«Я не об этом, – сказал я, – не бросай меня, когда ребёнок родится, и ты сможешь уйти. Ты застряла здесь из-за него, но ведь собиралась вернуться, да?»

«Я застряла здесь из-за тебя, – возразила Джуд, – Господи, с чего ты взял, что я собираюсь назад? Я пришла в это измерение, чтобы быть с тобой! Почему ты считаешь иначе?»

Сердце пропустило удар. Мне до смерти хотелось верить, что она говорит искренне, но я, кажется, окончательно разучился кому-то доверять. Даже ей. Особенно ей.

Я так и не нашёлся с ответом.

«Я люблю тебя», – добавила Джуд, проникновенно глядя мне в глаза. Я увидел в ней девочку с острова, что всегда меня спасала, и от нежности стало трудно дышать. Поддавшись порыву, я затащил Джуди к себе на колени и обнял. Она с готовностью оплела руками мою шею.

«И я тебя люблю, – прошептал я ей в волосы, – прости. Я знаю, как со мной сложно».

«О, я заметила, – нервно рассмеялась она, – но ты зря стараешься. Какую бы херню ты ни творил, ты не заставишь меня уйти. И чёрта-с-два я буду растить нашего ребёнка в другом мире одна. Раньше надо было думать, папаша».

Меня так и подмывало возразить, что претензия лишена смысла, но моим аргументом была операция, о которой Джуди не нужно знать. В этот момент я всё решил: я никогда ей не расскажу и унесу эту тайну в могилу. Это первое.

И второе: я её не отпущу.

В моих интересах сделать так, чтобы Джуди и сама не захотела уйти.

20 октября 2012.

С того момента в нашей гавани воцарился штиль.

Пожалуй, мне стоит быть благодарным Лорне за все её жестокие уроки. Без них это не стало бы возможным. Она годами ломала меня, приучая к смирению. Теперь это пригодилось.

Я невозмутимо выслушивал все истерики и капризы Джуди, казалось бы, напротив преисполнившейся в стремлении вывести меня из равновесия. После сотого по счёту припадка, когда она отчаялась добиться от меня эмоциональной реакции, она не сдержалась и выпалила:

«Тебя как будто подменили!».

«Ты меня раскусила, – сказал я, потешаясь с её злобного сопения, – на самом деле я пришелец, и вместо всех, кого ты знаешь, уже давным-давно сплошные похитители тел».

«Очень смешно, – фыркнула она и грохнула чашкой по столу, – я вообще-то только что сказала тебе, что хочу съездить в магазин одна, а тебе хоть бы хны!»

«Ты имеешь на это полное право», – заверил я, и, приблизившись к Джуд, крепко её обнял, чтобы она, не дай бог не решила, что я даю своё благословение потому, что мне на неё наплевать. Это не так. Я намеревался незаметно приглядывать за ней, обратившись в ворона, о чём ей, без сомнения, знать не стоит.

«Просто будь осторожна».

«Просто будь осторожна, – передразнила Джуди, закатив глаза, – а тебе не интересно, почему я хочу поехать одна?»

«Ну, раз ты собралась одна, то логично предположить, что тебе не хотелось бы рассказывать о…»

«Да чёрт возьми! – вспылила она, – я хотела посмотреть костюмы к Хэллоуину, но знала, что ты подымешь меня на смех, ведь это терпеть не можешь!»

«Вовсе нет, – возразил я, – ты всегда очаровательно выглядела в своих дурацких костюмах. В этот раз, конечно, тебе придётся потрудиться, что-то придумывая, но не сомневаюсь, что из тебя выйдет прекрасный переспелый томат».

Джуди зашипела и ударила меня кулаком в плечо, но чуть поутихла, стоило мне погладить её внушительный живот. Ребёнок отреагировал на прикосновение мягким толчком. Он всё чаще напоминает о своём присутствии, но мне удалось к этому привыкнуть. Как минимум, половина в нём от Джуд, так что я уже люблю его хоть на эту часть. С другой половиной разберёмся как-нибудь потом.

«Вот сам и наряжайся томатом, – буркнула Джуди, – что, и с этим не станешь спорить?»

«Как я могу отказать своей беременной жене?» – притворно удивился я.

«Уму непостижимо!» – выдохнула она, отчего-то помрачнев.

Она долго смотрела перед собой, хмуря брови, а потом выдала:

«А если я скажу, что хочу назвать нашего сына в честь своего друга Рика? И не Ричард, «Боже, храни королеву», а Рикардо, «претендент на грин-карту»?»

Я беззаботно пожал плечами.

«Почему бы и нет? Есть шанс, что с таким именем он станет футболистом, а не зловредным колдуном».

Джуди затрясла головой, и, оттолкнув меня, отошла в сторону. Упершись ладонями в поясницу, она задрала лицо к потолку и сделала несколько глубоких вдохов. Она как-то обмолвилась, что этому её научила «мама Сэнди» – дышать на счёт, чтобы вернуть себе самообладание. Помнится, я тоже практиковал нечто подобное с Лорной, когда она была больна, и я старался не злить её лишний раз. Да кого я обманываю? Я и сейчас иногда это делаю, но уже с Джуд. Мне никогда не была присуща ангельская кротость, но если постараться, можно её симулировать.

«Что с тобой не так?! – спросила Джуди, судя по всему, не сильно преуспев в своих упражнениях по саморегуляции, – ты затеваешь какое-то феерическое дерьмо и пытаешься усыпить мою бдительность? Или что?! Куда делся засранец-Итан, которого я так любила?»

«Я всего лишь стараюсь стать лучше для тебя, – выдал я заранее заготовленный ответ, – тебе нельзя волноваться, Джудс. Мы вдоволь поругаемся, но как-нибудь потом, когда ты не будешь…»

«Ладно-ладно, – перебила она, но мои слова явно её тронули, – я поняла. И всё-таки я скучаю по твоей старой прошивке».

Тут мне полагалось оскорбиться, но я лишь развел руками. Джуди поморщилась, будто у неё резко что-то заболело, и, так и не получив желаемого, пошла собираться. Я прислушивался к звукам в доме, дожидаясь, когда заревёт мотор кадиллака, чтобы тоже покинуть особняк.

Джуд ещё раз заглянула в кухню и почему-то выглядела виноватой.

«Я вовсе не собираюсь называть малыша Рикардо, – сообщила она, – я придумала кое-что получше».

«Валяй».

Она мило наморщила курносый нос, из-за чего стала окончательно похожа на маленькую девочку: вязаная шапка, две неаккуратные косы, цветные колготки, пальто, будто снятое с бездомного бродяги. В образ не вписывался только живот.

«Эрвин, – выдала Джуди, – по-моему, это идеально».

«Идеально», – согласился я.

Наше единогласие в этом вопросе нужно было отпраздновать, потому магазину костюмов пришлось подождать. Подхватив Джуд под спину и колени, я утащил её в спальню, которая вновь стала нашей общей. Потом мы долго валялись на скомканных простынях, и, если бы не мое напоминание, что Джуди куда-то там собиралась, то она бы и не вспомнила. Она с заметной неохотой встала и принялась собирать разбросанную одежду.

Мне стало грустно. Наблюдая за ней, я подумал, что Джуд словно что-то забрала у меня, выбрав это имя, ведь я и правда хотел бы так назватьнашегосына. Но я тут же прогнал эти мысли: у нас всё равно больше не будет детей, а я твёрдо вознамерился любить этого ребёнка, как своего.

Нужно довольствоваться тем, что есть.

Слишком легко это потерять.

24 октября 2010.

Написав «слишком легко это потерять» – я будто любезно пригласил беду к нам на порог. На самом деле здесь нет моей вины. Беда уже давно скреблась в дверь, просто мы

, ладно, я,

предпочитали проводить свои дни в блаженном неведении.

Как выяснилось, никакие костюмы Джуд покупать не собиралась, а просто искала повод смыться из дома, чтобы наведаться к врачу. Видите ли, она не хотела меня беспокоить. За неё это сделал доктор, который сам позвонил мне и попросил приехать.

Оказывается, беременность Джуди проходила не так гладко, как она меня заверяла, и ей неоднократно советовали лечь в больницу на сохранение. Она упрямо отказывалась, и, конечно, никто не мог её принудить. Увы, на позднем сроке её попустительское отношение к своему здоровью грозило серьёзными последствиями, вот врачи и забили тревогу.

Я привёз ей необходимые вещи, побеседовал с доктором, который вывалил на меня кучу непонятной медицинской терминологии, и задумался, что делать дальше. Пусть под присмотром врачей Джуд ничего не угрожает, есть и другая проблема, что резко встала ребром. В больнице до неё запросто доберутся все наши недоброжелатели, а доктор сказал, что, вероятно, Джуди лучше остаться здесь вплоть до рождения ребёнка.

Я понимал, что никто не позволит мне круглосуточно караулить у её палаты, и решил поискать какой-то мотель поблизости, чтобы… Чтобы восполнить силы и подготовиться защищать Джуд ото всех тварей, что за нами охотятся.

Каким-то образом я не услышал будильник и провёл в том мире дольше, чем планировал. Последствия были катастрофическими, но много хуже было то, что я увидел перед собой, открыв глаза: Мелиссу, мать её, Макбрайд. Она сидела возле меня на коленях и выглядела так, будто это её, а не меня сейчас вывернет всеми внутренностями.

«Ты жив», – воскликнула она и бросилась мне на шею.

«Что ты здесь делаешь?!» – невнятно пробормотал я ей в волосы, мигом набившиеся мне в рот. А меня и без того изрядно мутило. От неё ещё и сильно разило какими-то травами, и не поймешь, то ли это духи, то ли она только что варила зелье.

Она отстранилась и вытерла дорожки слёз на щеках. Если бы не её состояние, я бы решил, что это Камила, зачем-то принявшая облик Мелиссы, но тень, вроде как, никогда не отличалась такой экспрессивностью. Эмоции на лице Мэл сменялись со скоростью штормового ветра: облегчение, смятение, гнев.

«Какого хрена это было?! – заверещала она, – ты не дышал, у тебя не было грёбаного пульса! Я думала, что ты сдох! А потом начал трястись и пускать слюну, как эпилептик! Я не знала, что делать! Ты ни на что не реагировал! Итан, чёрт возьми, что это за хрень?!»

От её воплей стало только хуже. Я призвал в руку бутылку воды со стола и вылакал одним жадным глотком. Вытирая капли с подбородка, я заметил кровавый след. Ага, привет, кровавый насморк. Я совсем по тебе не скучал.

«Лучше скажи, как ты тут оказалась, – попросил я, – чего тебе на Юге то не сидится?»

«Может, сначала расскажешь, что за стрёмной херней ты тут занимался?» – ощерилась Мелисса.

«О, самая могущественная ведьма всея Нового Света в чём-то не разбирается, – ядовито подметил я, – Почему. Ты. Здесь?!»

«Ладно, – сдалась она, – некоторое время назад я прислала сюда свою ведьму, чтобы она за вами приглядывала, когда вы покидаете особняк. Она сказала, что твоя шлюшка собралась рожать, и я…»

«Следи за языком, Мэл, – потребовал я, – она моя жена».

Глаза Мелиссы недобро сверкнули. Если эта новость её и задела, то она не подала и виду, быстро напустив на себя надменности.

«Понятно, – заключила она, – что же, поздравляю. В общем, я приехала, чтобы вас подстраховать, и обнаружила тебя… даже не знаю, как это назвать, Ит».

Её слова заставили меня напрячься. Ведьмы не летают на метлах, так что, скорее всего, Мэл пришлось использовать самолёт. Это долго. Я шатко поднялся на ноги и оглядел номер, разыскивая свой телефон. Цифры на дисплее подтвердили: прошло пять часов. Я проторчалтампять часов, и всё это время Джуди была без присмотра! Страшно представить, что могло произойти, пока меня не было. Одно утешение: солнце не село, и вампиры ещё сидят в своих норках. Но Камила…

Видимо, ужас был отчётливо написан на моём лице.

«Не волнуйся, – поспешила успокоить меня Мелисса, – сейчас в больнице дежурит моя подопечная. Она сообщит, если кто-то попытается добраться до девчонки. Но монстру, насколько мне известно, нужна не она. Ты должен быть благодарен, что тебя нашла я, а не он».

«Угу, – кивнул я, – очень мило, Мэл. Спасибо за беспокойство! Но я ни за что не поверю в чистоту твоих помыслов. Зачем ты это делаешь? Что тебе нужно?»

Ей надоело сидеть на полу, и, поднявшись, она осмотрела номер, выискивая трон, достойный её царственной особы. Кресло в углу тоже сгодилось. Мелисса разгладила складки на юбке своего траурно-чёрного платья, устроилась поудобнее, и только после этого соизволила ответить.

«Я хочу предложить тебе сделку, – заявила она, – и, прежде чем ты станешь отказываться, скажу, что моя часть заключается в обеспечении вашей безопасности: твоей, твоейженыи ребёнка, чей бы он ни был. Я и мои сёстры прикончим любого, кто будет вам угрожать. Звучит круто, да, Ит? Вы же не сможете вечно прятаться в особняке. То, что ты здесь, это подтверждает. Покровительство Ковена Юга вам точно не повредит, учитывая, как ты умеешь влипать в истории».

От услышанного у меня голова пошла кругом. Я попятился и плюхнулся на кровать. Звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой. Я не сомневался, что взамен Мэл попросит чего-то невообразимо трудного в выполнении. Но с другой стороны, она не стала бы обещать безопасность Джуд и Эрвина, если бы собиралась их прикончить. Ведьмы коварны, но они уважают свои глупые магические соглашения.

На них держится весь «Незримый мир».

И скоро нас тут не будет – напомнил я себе. Мы отправимся в мир Джуди.

К настоящему отцу её ребёнка.

«Звучит неплохо, – согласился я, – и чего же ты хочешь взамен?»

«Хорошо, что ты сидишь», – заметила Мэл и рассмеялась, запрокинув голову. Она долго не могла успокоиться, а я всё недоумевал, что такого смешного сказал. Наконец её чуть опустило. Она прочистила горло.

«Мне нужна дочь, – хищно улыбнувшись, поведала Мелисса, – да-да, я в курсе, что ты сделал операцию. Я навела справки: существует и обратная процедура. Прошёл всего год, так что есть большой шанс на успех…»

«Я не собираюсь с тобой спать!» – вскричал я, не позволив ей продолжать свои разглагольствования.

«Можно подумать я горю желанием, – хмыкнула Мэл, – ты отлично знаешь, что можно обойтись и без этого. Не обольщайся, Ит. У меня нет и никогда не было к тебе никаких чувств. Это чистый расчёт».

«Расчёт», – повторил я.

«Во-первых, наш вид вымирает, – серьёзно начала она, невольно напомнив мне Лорну, – ваш Ковен сгинул, а наш давно утратил своё былое величие. Во-вторых, существует пророчество о самой могущественной ведьме всех времён, в чьих жилах смешаются кровь Севера и Юга. Ты – единственный наследник колдовской земли Салема, нравится тебе это или нет. Я бы подождала лет восемнадцать, пока подрастет ваш отпрыск, но в нём нет крови Уокеров, да и я буду, пожалуй, уже старовата».

Мне стало не по себе от её осведомленности о поле ребёнка. Выходит, ведьма, присланная сюда Мелиссой, времени зря не теряла.

«В-третьих, твои способности весьма занятны, – Мэл указала на зеркало на дверце шкафа, возле которого меня и нашла, – было бы славно, если их унаследует наша дочь. Ах, прости, моядочь. Важное условие: ты будешь держаться от неё подальше».

«Так ты знаешь», – пробормотал я.

«Я кое-что слышала, – подтвердила Мелисса, – Луиза Ришар быстро всё прибрала после тогослучая в Новом Орлеане, но я предпочитаю держать ушки на макушке».

«И что ты слышала?»

«Да так, – уклончиво сказала она, – что якобы есть какие-то маги, которые могут открывать двери между мирами при помощи зеркал. Но на этом всё».

У меня уже начиналась мигрень, а тревога за Джуд, брошенную на произвол судьбы, пока я тут рассиживаюсь с Мэл за «светской беседой», навязчиво скреблась в груди. Наверное, этого Мелисса и добивалась – долго выгадывала нужный момент, когда я буду уязвим, чтобы припереть меня к стенке.

У меня не было времени как следует всё обдумать.

«Одно твоё слово, Итан, – ласково молвила Мэл, – и мы решим все ваши проблемы. Больше никакой твари, что сидит у вас на хвосте, никаких вампиров. Ради этого я готова плюнуть на мирное соглашение с Луизой Ришар и выпотрошить её вместе со всей семейкой клыкастых».

Она улыбалась так, будто я уже согласился.

А я попытался вспомнить, сколько раз за жизнь давал клятвы, которые потом не выполнял. Одной больше – одной меньше. Мелисса не доберется до нас в мире Джуд, чтобы стребовать обещанное по договору.

«По рукам», – сказал я.

28 октября 2012.

Мэл не наврала: в больнице я столкнулся с одной из её ведьм. Даже если бы я не уловил магию, всё равно легко распознал бы сестру Юга по чёрным старомодным шмоткам и специфической внешности. Все они далеко не красавицы, но эта несчастная выглядела так, будто её предки предпочитали инцесту скотоложство: жидкие волосы, серая кожа, узкие губы, едва прикрывающие зубы, огромные, как у крысы, и почти полное отсутствие подбородка. Она кивнула в знак приветствия, вперившись в меня бесцветными бусинками глаз.

Вероятно, женщин семьи Макбрайд испокон веков избирали Верховными не из-за силы, а из-за приятной наружности, выгодно выделяющей их на фоне остальных. Но я точно не собираюсь пополнять галерею их имён своей, чёрт возьми, дочерью. Она не будет жить в стрёмном логове ведьм, лишенная благ цивилизации и озлобленная на весь белый свет. Я сбегу до того, как Мелисса придёт за нужным ей «материалом».

Я уж молчу о том, что мальчика Мэл просто прикончит, как это в их Ковене принято. Сыновья южным ведьмам не нужны, ведь они, как правило, не наследуют колдовские способности.

Но операцию я всё-таки сделал, чтобы Мелисса не заподозрила, что я намереваюсь её перехитрить. К счастью, это не заняло много времени, хоть и было куда неприятнее, чем в прошлый раз. От анестезии до сих пор странный привкус во рту.

Да кого я обманываю?

Услышав, что вазэктомия обратима, я ринулся искать подтверждение в интернете и вынужденно согласился с Мелиссой, что заниматься этим лучше сейчас, когда прошёл всего год. В мире Джуд наше финансовое положение не будет стабильным, и мне вряд ли скоро представится такая возможность. Момент легко упустить. Вдруг потом Джуди захочет ещё одного ребёнка, и вскроется правда? Она поймёт, что Эрвин не мой сын.

И пиши пропало.

«Что-то ты паршиво выглядишь, – заметила Джуд, когда я заглянул к ней в палату, – только не говори, что ты ночуешь на полу в коридоре…»

Она и сама была очень бледна, но я был несказанно рад её видеть. Зато из-за бледности её веснушки стали ярче, прямо как в детстве.

Джуди спрятала лицо в букет гиацинтов, жадно вдохнула их аромат и чихнула.

«Нет, – сказал я, – я снял номер в мотеле, чтобы быть поближе к тебе».

Отложив цветы в сторону, Джуд слабо улыбнулась.

«Ага, – протянула она, – возле мотелей всегда туссуются шлюхи. Поди развлекаешься с ними, пока я тут страдаю?»

«Конечно, – подтвердил я, – всё так, Джудс».

Я присел на край койки и взял её за руку, прогоняя воспоминания о том, как навещал Вирджинию Уайт. Скоро всё это останется в прошлом, а у нас с Джуди и Эрвином будет новая жизнь, вдали от монстров, ведьм и их страшных тайн. От этой мысли в груди разлилось тепло. Я подумал, что сегодня сделал ещё один шаг навстречу этой лучшей жизни. Возможно, в каком-то далеком-далеком будущем я снова буду сидеть подле Джуд, дожидаясь рождения уже нашего общего ребёнка.

«Я скучала», – тихо сказала она.

«Я тоже».

Эти слова не передавали масштаба катастрофы. Без неё я чуть не сошёл с ума. Не понимаю, как вообще раньше жил, не видя её, не притрагиваясь к ней, не слыша голоса. Всего несколько дней разлуки, а я весь извёлся.

«Мне очень страшно», – поделилась Джуди.

«Всё будет хорошо», – заверил я.

«Ага, как же, – фыркнула она, – ненавижу эти слова».

Мы помолчали.

«Итан, – снова заговорила она, – пожалуйста, пообещай, если со мной что-то случится, ты о нём позаботишься».

«Джудс, что за глупости, – возмутился я, – мы не в семнадцатом веке, когда все только и делали, что умирали в родах. Медицина, если ты не заметила, неплохо продвинулась вперёд. Ничего с тобой не будет».

«Просто пообещай», – повторила она.

«Конечно, милая», – ответил я.

Несмотря на этот неприятный момент, я истинно наслаждался временем рядом с ней, пока не пришла медсестра. Она напомнила, что Джуди нужен покой. Голос показался мне отдалённо знакомым, и, обернувшись, я увидел Габриэллу Перес в белом медицинском халате. Она стала порхать над Джуд, и, пока они мило болтали между собой, словно старые подруги, я всё гадал, узнала ли меня Габриэлла.

Она нагнала меня в коридоре.

«Я тебя помню», – подтвердила она.

Её магия почти не ощущалась, плескаясь еле-еле, как вода на дне пересохшего колодца. Габриэлла явно не входила в число «подмоги», присланной сюда Мэл, чтобы обеспечить безопасность Джуди. Выходит, после того инцидента Габи продолжила жить, как простая смертная. И слава Богу!

«Вы обознались», – сказал я и поспешил убраться подальше.

Я боялся, что спустя столько лет Габриэлла потребует объяснений. Она их не получит. Эта правда разрушит её жизнь, выторгованную в обмен за пять других жизней.

Всё-таки есть вещи, о которых лучше не знать.

2 ноября 2012.

Эрвин родился накануне Дня Всех Святых, недоношенным, сильно раньше срока, вероятно, торопившись появиться на свет в Хэллоуин. Эта спешка едва не стоила им с Джуди жизни, но другого выхода не было. У Джуд резко подскочило давление, а сердечный ритм плода ухудшился до критических показателей, и решение пришлось принимать быстро.

Очнувшись от наркоза, Джуди умоляла показать ей сына, но его поместили в специальный бокс, где ему предстояло находиться ещё неопределённый срок, пока состояние не стабилизируется.

Эти обстоятельства заметно омрачили радость от знаменательного события, но всё просто обязано было стать ещё хуже.

Мы сделались лёгкой мишенью, и вампиры нанесли удар.

Я только вышел из больницы, изрядно наругавшись с подопечной Мелиссы, пожилой сварливой ведьмой, настоявшей, что мне не помешает поспать хоть пару часов, пока она присмотрит за Джуд, когда у меня зазвонил телефон. Это была Мэл. Сама она дежурила подле инкубатора, где выхаживали Эрвина.

«Они здесь», – сообщила она и бросила трубку.

Я сразу помчался к Джуд, но с ней, к счастью, всё было в порядке: она спала, а старая карга чутко стерегла дверь её палаты. Значит, они, вампиры, решили начать с ребёнка.

Весь персонал куда-то подевался, и в коридоре было непривычно пусто. От холодного люминесцентного света мне стало ещё тревожнее. За углом, возле отделения интенсивной терапии новорождённых, я напоролся на Мелиссу, сцепившуюся с Виктором и вовсе не в пылу страсти. Она слегка кивнула, давая понять, что справится с кровососом сама, и я ринулся внутрь.

Луиза Ришар стояла возле стекла, отделяющего её от бокса. Заметив моё отражение в поликарбонате, она неспешно обернулась через плечо. Из-за своей детской внешности она легко сошла бы за старшую сестру, пришедшую взглянуть на новорожденного братика, но взгляд её синих глаз был жестоким и холодным.

«Я предупреждала тебя, что всё это плохо закончится», – сказала она.

«Всё это плохо закончится для тебя, – огрызнулся я, – если ты сейчас же не уберешься отсюда со всеми своими выблядками».

«Мне жаль, Итан, – проговорила она, – я вынуждена так поступить. Этот ребёнок несёт в себе страшную угрозу всему нашему измерению. Я чувствую в нём магию того мира. Как и в тебе. Тебе давно стоило остановиться, но теперь уже слишком поздно».

«Я тебе сейчас покажу магию того мира!» – пригрозил я, но впустую сотряс воздух: телекинез ничего не сделал вампирше. Подол её платья качнулся, как от лёгкого ветерка, но она сама осталась непоколебима. Она чуть подняла верхнюю губу и обнажила клыки, предостерегая меня от дальнейших попыток напасть.

«Ничего», – решил я. На всякий случай я прихватил с собой пистолет. Раз Луизе не страшна магиятого мира, ей предстоит испробовать свинца.

Я так это и не осуществил: в палату ввалилась Джуди, сопровождаемая никем иным, как Габриэллой Перес, которой уж точно не должно было здесь быть. Если бы она не стояла подле Джуд, я пристрелил бы Габи только за то, что полезла в разборки магического мира, от которого я когда-то с таким трудом её уберёг.

Кто её только просил?!

«Что здесь происходит?! – возмутилась она, и обратилась к Ришар, – вам нельзя здесь находиться!»

Габи и пискнуть не успела, а возле неё уже материализовался ещё один вампир. Он вонзил клыки в шею несчастной, прежде чем я смог ему помешать. Габриэлла обмякла в его руках, а Джуди, вскрикнув, отскочила в сторону. Тогда я всё-таки швырнул в кровососа огненный шар. Он испарился, выпустив Габи, и она плюхнулась на пол. В тот момент трудно было понять, мертва она или всего лишь потеряла сознание.

«Луиза, пожалуйста! – закричала Джуд, – прекрати это! Оставь в покое нашего сына, он просто ребёнок и…»

«Дитя двух миров, – встряла Луиза, сверкнув глазами, – которого не должно было быть. Вы оба нарушили слишком много правил, и вам придётся за это ответить. Вы не представляете, какие у этого будут последствия, но я знаю. Поэтому я…»

Она сделала шаг к Джуди, и у меня в голове что-то щелкнуло. Я оказался перед Луизой, и, схватив вампиршу за тонкую шейку, вздёрнул её в воздух. Она зашипела и оскалила пасть, но почему-то не могла освободиться и только брыкалась, как дикая кошка. Я почувствовал что-то, по ощущениям близкое к погружениям в тот мир – магию, хлынувшую в меня из её тела. Неведомым образом я поглощал её в себя. Кончики пальцев покалывало, а кожа на горле Луизы, там, где они к ней прикасались, начала чернеть.

«Нет!» – закричала Джуд. И тут же вбежала Мелисса. Растерявшись на минуту, я выпустил Луизу, и она растворилась серебристым дымком.

«Сбежала сучка», – разочарованно выдохнула Мэл.

Видок у неё был изрядно потрёпанный. Джуди повернулась к ней и воинственно сжала кулаки.

«А ты что здесь забыла?!» – выпалила она, но была слишком слаба для гневной тирады. У неё подкосились ноги, и я вовремя подскочил к ней, чтобы поймать. Она отключилась у меня на руках.

Мелисса пронаблюдала за этим, чуть заломив бровь.

«Я грохнула Виктора, – отчиталась она, – и ещё парочку клыкастых, но эти ублюдки убили одну мою ведьму. Три – один. Хорошенько мы им надрали задницы, да? О, а это…»

Она склонилась над Габриэллой и потянулась проверить пульс, но, заметив рваную рану на горле, брезгливо отдёрнула руку. Мэл нахмурилась.

«Откуда она тут взялась? – недовольно прицокнула языком она, – вампиры, вроде как, убрали всех смертных, прежде чем напасть, за что им, конечно, огромное спасибо».

Я полагал, что Габриэлла мертва, иначе бы вмешался. Увы, осознание ошибки пришло уже после того, как Мелисса произнесла заклинание для устранения непосвящённых свидетелей. Габи дернулась, и её грудная клетка опала, выпустив последний выдох из приоткрытого рта.

Теперь ей действительно был конец.

Выходит, ей суждено было погибнуть от столкновения с Незримым миром! Как бы я ни старался, нельзя изменить судьбу. Мрачный фатализм меня не утешил. Я крепче прижал к себе Джуди, испугавшись, что следом Мэл примется и за неё. Но она этого не планировала.

«Итан, хватит считать ворон, – распорядилась она командирским тоном, – нам нужно прибрать беспорядок и подчистить записи на камерах. Неизвестно, как долго ещё продержатся вампирские чары. Соберись!».

«Ты думаешь, она не вернется?» – спросил я, думая о Луизе Ришар, но глядя при этом на мёртвую Габриэллу.

«Чёрт её знает, – Мелисса пожала плечами, – точно не сегодня. Она уползла в свою нору зализывать раны».

Надеюсь, что Луиза соберётся с силами для следующего удара, когда нас уже здесь не будет. Но ведь где-то болтается ещё и Черноглазый! Меня насторожило, что он не подоспел на «огонёк», когда началась заварушка. Момент был идеальным для атаки, странно, что монстр предпочёл остаться в стороне.

Он словно затаился и ждёт.

Но чего?

6 декабря 2012.

Лишь спустя месяц мы смогли вернуться в особняк, но об эмиграции в безопасный мир пока не могло быть и речи. Джуди была ещё слишком слаба, да и Эрвину, проведшему всё это время в отделении интенсивной терапии, вряд ли пошёл бы на пользу переход через портал. Его жизни, вроде как, уже ничего не угрожает, но ему нужно окрепнуть.

Джуд боится за него и практически не выпускает из рук.

Крошечный и слабый, он поразительно тих для младенца и, кажется, сам ужасно устал от навязчивого внимания матери. Наверное, он предпочёл бы мирно посапывать в своей колыбели, но Джуди думает, что, если она хоть на минуту от него отойдёт, его сердце тут же перестанет биться. Ночи напролёт она сидит над ним, прислушиваясь к дыханию. Я, в свою очередь, караулю, чтобы, когда она наконец-то задремлет в кресле-качалке, отнести её в постель.

Джуд стала тенью самой себя, но не только из-за беспокойства за Эрвина. Она винит себя в гибели Габриэллы, ведь не сорвись она из палаты той ночью, медсестра была бы жива. Джуди рассказала, что напоролась на ту в коридоре, и молила отвести к сыну, а сердобольная Габи не смогла ей отказать. Я думаю, что на Габриэллу не подействовали чары вампиров, отводящие внимание простых смертных, потому, что она была наделена магией. Джуд тут не при чём. Разумеется, я умолчал, что Габриэлла полегла не от укуса вампира, а от руки Мэл.