Текст книги "Дневник (СИ)"

Автор книги: Рита Лурье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 24 страниц)

«Она вела бы себя иначе, – выдавил я, – ей бы всё это не понравилось…»

«Почему вы так в этом уверены, хозяин?» – полюбопытствовала тень.

Мне захотелось её убить. Просто-таки уничтожить, свернуть ей шею.

«Да потому!» – вспылил я, но на этом аргументы иссякли.

Потому что я и сам плохо справился со своей ролью. Это я облажался, а не Камила – паршивый из меня получился насильник. Что за телячьи нежности и тупые расспросы о согласии вместо того, чтобы просто взять от Джуд-не-Джуд то, что мне нужно?

Выходит, мне нужно другое и всё не сводится к сексу.

Чтобы не продолжать эту мысль я вмазал кулаком по полу. Жалость, с которой смотрела Камила, помогла мне взрастить в себе гнев.

Я отволок её к кровати и толкнул на неё вниз лицом, избавляя себя от её унизительного взгляда. Можно было представить, что я трахаю Джуд, но я помнил, что передо мной подделка. Ни внешнему сходству, ни скомканным в моём кулаке каштановым волосам не удалось меня обмануть.

Едва натянув брюки обратно, я вылакал добрую половину бутылки джина.

Тень молча стерпела это омерзительное действо, а после села на постели и стала расправлять подол платья. К счастью, она сразу вернула себе прежнюю внешность. Кажется, ей и самой не нравится разгуливать в облике Джуд.

«Теперь вы довольны?» – спросила Камила.

«Да, – выпалил я, – сгинь! Видеть тебя не желаю».

«Я вас тоже» – сообщила она и исчезла. О, надо же!

Видать, конец действительно не за горами. Скоро она прикончит меня за «всё хорошее», а я, признаться, буду ей только благодарен. Дальше падать некуда. Копилка поводов для ненависти к себе давно переполнилась.

Сто и одна причина, по которой я сгорю в аду.

2 августа 2011.

Попытка, как это называется, «закрыть гештальт» возымела противоположный эффект. Я не перестал думать о Джуди, а принялся делать это с маниакальным упорством.

В итоге я пришел к заключению, что мне нужно обезопасить настоящую Джуд от себя.

У меня нет доступа её в мир, и единственное место, где я могу до неё добраться, – это остров. Значит, нужно сделать так, чтобы Джуди перестала туда приходить. Пришлось пораскинуть своими пропитыми мозгами, придумывая, как это осуществить.

Я сразу отмел вариант вывалить на неё всю правду:

Понимаешь, мелкая, тут такое дело… Нам больше не стоит общаться. Почему? Потому что я хочу тебя. Не делай такое лицо, ты всё поняла. В самом низменном и гадком смысле. Хочу выебать тебя прямо под этой ивой, отыметь, отодрать, натянуть... Называй это как хочешь, суть не изменится. Не вздумай заверять меня, что подобного рода интерес с моей стороны

–

не помеха для дружбы. Помеха. Огромная, мать её, помеха. Прости, что так получилось, я и сам не понимаю, как это вышло. Клянусь, прежде меня не влекло к несовершеннолетним, разве что, пока я сам таким был, но это не в счёт. Не о старых же бабках мне тогда надо было фантазировать? Подожди-ка… а к какой категории относится Луиза Ришар? Она выглядит, как малолетка, но, наверное, застала ещё раскол Римской Империи. Причём тут Луиза?! Ну, ты вспомнил! Стоп.

Никуда не годится!

Выходит, нужно сотворить что-то ужасное. Джуди упрямая. Если её сильно обидеть, желание таскаться на остров пропадет у неё само собой. Я просто проедусь по всем её слабым местам:

Не зря твой одноклассник смеялся над твоими веснушками – они похожи на сыпь.

Но мне они нравятся.

Ты вообще когда-нибудь слышала о существовании расчески? Твои патлы кошмарны.

Но они меня возбуждают.

Ты отвратительно одеваешься, подскажи, на какой помойке ты находишь все свои вещи? Ты слишком тощая. У тебя раздражающий смех. И голос тоже. Ты неуклюжая, просто катастрофически неуклюжая.

Ты как-то раз утонула в реке из-за своей «непревзойденной» грации.

Тебя никто никогда не захочет, настолько ты нелепая и угловатая.

Кроме меня.

Разве что какой-нибудь жалостливый идиот трахнет тебя из чистого сострадания. Тебе не изжить из себя приютскую сиротку. Ты никому не нужна.

Только…

От тебя отказались даже твои родители! Миссис Дэвис просто такая же ущербная неудачница, вот и удочерила тебя, чтобы не прозябать в одиночестве. Я общался с тобой лишь потому, что мне было тебя жаль. Я думал: у этой мелкой тупицы, наверное, совсем нет друзей. Кто вообще захочет с ней знаться? Но ты мне надоела. Просто-таки набила оскомину. Не приходи сюда больше! Я забираю свои слова обратно. Видеть тебя не желаю.

Отлично.

Проблема заключалась в том, что я не представлял, как сказать всё это, глядя Джуди в глаза. Вероятно, придется заучить перечень гадостей наизусть, выпалить всё и сбежать. А потом ненавидеть себя всю оставшуюся, надеюсь, недолгую, жизнь, ведь причинить Джуд такую боль – последнее, чего я хочу.

Я долго морально готовился. На деле – трусливо откладывал «казнь», находя себе оправдание за оправданием. То погода плохая, то Лорна торчит в саду, то я опять слишком бухой, чтобы куда-то идти. Постоянно, чёрт возьми, бухой.

В итоге мне помешала именно мама, когда я уже был готов наконец сжечь все мосты.

«Итан!»

«Не сейчас, мам…»

Лорна не привыкла слышать отказ. Сразу нашла повод докопаться – я был пьян, впрочем, чуть меньше, чем обычно.

«Ты опять пьёшь?»

«Нет, что ты!» – воскликнул я и напустил на себя вид оскорбленной невинности. Как она посмела такое предположить и заподозрить меня в чём-то подобном? Я ангел во плоти! А на ногах я едва держусь совсем по другой причине: наш корабль попал в шторм и его палуба сильно крениться на смертоносных волнах.

Разве ты не заметила?

Я, наверное, сильно приукрасил правду, написав «пьян меньше, чем обычно», но я хотя бы мог удерживать себя в вертикальном положении, пусть и при помощи стены, в которую я вцепился, как в спасательный круг. Я осторожно пробирался дальше по коридору к лестнице.

Лорна преградила мне дорогу.

«Куда ты?» – строго спросила она.

«Всё тебе расскажи!»

«Итан! – рявкнула мама, – прекрати это. Думаешь, я не вижу, в каком ты состоянии? А ну марш в постель!»

Ну приехали! Командирский тон, будто мне десять лет. Но я охотно сдался – слава Богу, ссору с Джуди можно отложить на неопределенный срок.

Лорна спровадила меня обратно в комнату и проконтролировала, чтобы я улёгся в кровать, а не отправился на поиски приключений. Когда она засобиралась уйти, я схватил её за руку.

«Подожди».

«Да, дорогой».

«Пожалуйста, побудь со мной. Ничего не говори. Просто… посиди молча».

Она кивнула и погладила меня по голове. В кои то веки её скупая ласка пришлась к месту. От её присутствия мне стало чуточку легче. Отец прав: одиночество – поганая вещь.

«Я буду тут» – пообещала Лорна.

10 августа 2011.

Тогда она, наверное, и отыскала дневник. Ничего сложного – я безалаберно бросил его прямо на рабочем столе. Сам виноват. Вот и последствия:

Я собирался пойти на остров и осуществить задуманное, но Лорна мне вновь помешала – попросила съездить в аэропорт и забрать Шейна.

«А на такси он не сможет доехать?»

«Ему будет приятно, если ты его встретишь, – возразила мама и добавила, презрительно покривив губы, – он звонил мне перед вылетом и, судя по голосу, пьян в стельку. Вляпается ещё в какие-нибудь неприятности».

Я страдальчески вздохнул и поехал «спасать» непутевого папашу. С Лорной не поспоришь – старый алкаш отлично умеет находить приключения.

Недавно и правда прибыл рейс из Л.А., но в аэропорту Шейна не оказалось. Я ему не дозвонился, проболтался там какое-то время, проверил все питейные заведения и поехал обратно страшно злой.

Мама сидела в столовой одна, только чашек на столе почему-то было две.

«И куда проебался этот старый кусок дерьма?» – набросился я на неё.

Лорна пропустила грубую фразу мимо ушей. Как ни странно, обошлось без нотаций на тему моего сквернословия. Мама вообще казалась благожелательно настроенной и отчего-то очень довольной.

«Ох, милый, – сказала она, – он с кем-то подрался в самолёте и его ссадили с рейса. Представляешь? Как неловко вышло».

«Мда, неловко» – буркнул я.

Вторая чашка была пустой. Она намертво завладела моим вниманием, одиноко примостившись на противоположном конце длинного стола. Не похоже, чтобы Лорна собиралась предложить мне разделить с ней чаепитие. Я ненавижу чай и всегда пью только кофе. А ещё джин, виски, водку и всё, что горит.

«Мы кого-то ещё ждем? – спросил я, – только не говори, что опять нагрянет эта луизианская дрянь! Уж извини, но я выставлю её вон. Не хочу её видеть».

«Вовсе нет, – покачала головой Лорна, – но, пока тебя не было, я коротала время в компании одной очаровательной юной леди».

Я почему-то подумал про Луизу Ришар, но отмёл эту мысль: на улице вовсю шпарило солнце. Да и определение «очаровательная юная леди» едва ли применимо к древней вампирше. Луиза хоть и выглядит, как девчонка-подросток, но я скорее назвал бы её кровососущей старой перечницей.

«И где она? Уже ушла?»

«Нет, – сказала Лорна, – захотела вздремнуть. Она сейчас наверху».

От её, вроде как невинных, слов у меня по спине побежали мурашки. Меня насторожило то, как они сказаны. Я ринулся на второй этаж, а мама поспешила за мной.

«Подожди, – попросила она, и стук её каблуков прозвучал зловещим набатом, – тебе нужно хорошенько подумать, что ты ей скажешь».

«О чём ты?»

«Чтобы оназахотела остаться с нами».

Я понял всё ещё до того, как дёрнул дверь гостевой спальни. Все мои страхи воплотились. Нет, не так: подобного я себе и представить не мог. На фоне этой картины померкли любые ночные кошмары.

В комнате царил полумрак, и лишь узкая полоска света из окна резала помещение на две половины. Как театральный прожектор солнечный луч выдирал из тьмы детали – узкое запястье, прядь волос, приоткрытые губы и кусочек веснушчатой щеки.

На постели лежала Джуд. В первое мгновение мне показалось, что она мертва. Её рука была холодной как у покойницы, но, к счастью, в запястье прощупывался пульс. Ресницы Джуди слегка подрагивали, а грудная клетка вздымалась в такт вдохам.

Я кое-как совладал с потрясением и накинулся на Лорну:

«Какого дьявола?! Что ты с ней сотворила?!»

«Успокойся, дорогой, – невозмутимо сказала мама, – она просто спит. Я боялась, что она уйдет, не дождавшись твоего возвращения, и предложила ей выпить чаю. Мы мило побеседовали. Очень приятная, умная девочка. И такая хорошенькая, я…»

«Что, блядь, было в твоём сраном чае?!» – перебил я её безумные разглагольствования.

Лорна поморщилась.

«Тише, – шикнула она, – ты её разбудишь. Своей возмутительной руганью ты точно не произведешь на неё хорошего впечатления!»

Ах, ругань! Вот в чём проблема. Вовсе не в том, что у Лорны, похоже, окончательно и бесповоротно поехала крыша. Говорить такие вещи и творить такую невероятную хрень может только истинная сумасшедшая. У меня не осталось и малейших сомнений на её счёт. Она больна. Больна и опасна.

«Что было в твоём чае?» – повторил я.

«Просто немного снотворного» – отмахнулась мама.

Она склонилась над кроватью, чтобы убрать с щеки жертвы прядь волос, но я перехватил её руку. Волосы Джуди были распущены и выглядели непривычно опрятно. Лорна, наверное, не только накачала бедняжку какой-то дрянью, но и поиграла в неё, как в чёртову куклу, причесывая и наводя «красоту».

Я судорожно соображал, что мне делать. Надо ли разбудить Джуд? Если да, то как я ей всё объясню?

Извини, мелкая, тут такое дело… моя мамаша-психопатка завела привычку подсыпать гостям снотворное в чай. Вот оно – её хвалёное гостеприимство. Скажи спасибо, что она не привязала тебя к кровати. А могла бы…

Ладно, давай без обиняков. Моя мать решила, что ты подойдёшь для селекции. Теперь твоё место здесь – в этой постели. Будешь послушно раздвигать ноги, а потом выталкивать из чрева наследников одного за другим. Столько, сколько понадобиться для сохранения популяции вырожденческих уродов, что зовут себя магами.

Мне нужно вытащить Джуди отсюда – понял я. Чего бы мне это ни стоило, даже если придется убить Лорну, даже если она убьет меня первой. Джуд должна уцелеть.

Я аккуратно взял её на руки. Джуди оказалась лёгкой и тёплой, но я не позволил себе и минуту наслаждаться ощущением близости её тела, а сразу пошёл к выходу. Лорна увязалась за мной.

«Что ты собираешься делать?»

«Исправить то, что ты натворила» – сказал я.

«Но как же так, Итан!? – в искреннем недоумении воскликнула Лорна, – я не понимаю! Ты же этого хотел, хотел эту девочку. Вот она…»

«Закрой свою пасть!»

Мама нагнала меня внизу и преградила выход на улицу. В её ладони танцевал сгусток огня. Это был «предупреждающий выстрел». Если бы она хотела нанести реальный урон, сделала бы это взглядом.

«Окей, давай, грохни меня! – зашипел я, – только оставь её в покое».

«Итан, прекрати, – потребовала Лорна, – давай поговорим как нормальные люди. Что ты задумал? Ты собираешься отнести её обратно к реке? А если вас кто-то увидит? Подумай, как это будет выглядеть со стороны! Я тебе запрещаю, ясно? Я же сделала это ради тебя!»

Она перегнула палку, и я не сдержался. Прежде мне и в голову бы не пришло использовать магию против мамы, но она не оставила мне выбора. Я отшвырнул её с дороги с помощью телекинеза.

«Не мешай мне, – бросил я, – иначе я убью тебя».

Лорна отстала.

Джуди проспала весь путь до острова. Когда я укладывал её на траве, её пальчики сжались на моих предплечьях, словно сквозь сон она пыталась уцепиться за ускользающее тепло. Я накрыл руку Джуд своей, и она расслабилась. Распластавшись на земле, окружённая разметавшимися волосами, она выглядела безмятежной и прекрасной. Словно она просто пришла сюда порисовать и задремала, уморённая полуденным зноем летнего дня.

Невозможно было устоять перед искушением и не прикоснуться губами к губам Джуди, пусть и всего на мгновение.

Увы, в этой сказке принцессу не разбудить украденным поцелуем, а любовь не превратит чудовище в человека. Но можно забрать с собой во тьму хоть что-то хорошее.

Я долго сидел подле Джуди, наблюдая, как она спит. Постепенно я успокоился, и меня перестало трясти, а в голове воцарилась пустота. Я твердо решил, что убью Лорну по возвращению в особняк. Не исключено, что у меня не получится, ведь мама всегда считалась самой сильной ведьмой на севере. Возможно, сдохнем мы оба, но так будет даже лучше.

Наконец Джуди зашевелилась и причмокнула губами. Её расфокусированный взгляд упёрся в меня. Она улыбнулась.

«Итан» – пробормотала она.

«Так это ты, Джудс? – с наигранным смешком откликнулся я, – я думал, что ты – волосатый муравейник».

«Ой, фу» – поморщилась она, села и принялась стряхивать с себя вездесущих насекомых, пустившихся изучать новый объект, оказавшийся в зоне их досягаемости. Джуд отвоевала у них одежду и занялась изгнанием поселенцев из своих волос. Обнаружив, что они распущены, она недоуменно подняла брови и торопливо смотала гриву в пучок.

«Ну, ты, конечно, придумала, – осудил я, – хоть бы что постелила, а не валялась на голой земле».

«Я не помню, как уснула» – сконфуженно призналась Джуди. У меня отлегло от сердца. Это именно то, что я рассчитывал услышать.

«Божечки, – она почесала затылок, – мне такой странный сон снился!»

Я насторожился.

«Да?»

«Мне приснилась миссис Уокер, – сказала Джуди, чуть нахмурившись, – она пришла сюда и позвала меня в гости! Мы пили с ней чай».

«А Шляпник и мышь Соня там тоже присутствовали?»

«Хорош! – обиженно перебила Джуд, – опять твоя дурацкая «Алиса».

Она потянулась, разминая затекшие конечности, и огляделась в поисках своих вещей. Её сумка валялась у дерева, где, скорее всего, и была позабыта, когда её хозяйку похитила маньячка из другого измерения. Зевнув, Джуди стала собирать разбросанные принадлежности для рисования.

«Тебя давно не было», – между делом заметила она.

«Ага, я уезжал, – соврал я, ничуть не краснея, – и скоро снова уеду».

«А куда?»

«Любопытство сгубило кошку, знаешь?»

Она надулась, но никак не прокомментировала грубый намёк не лезть в чужие дела. Джуди давно смирилась, что я не люблю рассказывать о себе. Не любил. В прошедшем времени. Это – наша последняя встреча. В следующий раз Джуд здесь никого не найдёт. После того, как я прикончу свою спятившую мамашу, мне останется только наложить на себя руки.

Пока, Джудс.

«У тебя всё в порядке?» – спросила она. Я задумался и не заметил, как Джуди подошла совсем близко, чтобы заглянуть мне в глаза.

Господи, какая же она красивая! Так и хочется её обнять, хотя бы раз, на прощание. Не выебать. Просто обнять.

«Ага, – невнятно выдал я, – извини, мне надо идти».

Её голос настиг меня у переправы.

«Ты ещё вернешься?» – спросила она будто с надеждой.

Нет.

«Да» – зачем-то сказал я. Это вышло неосознанно. Врать на каждом шагу уже стало привычкой.

«Я буду рада».

Прости– подумал я.

Мама бродила по саду походкой хищницы, запертой в клетку. От неё волнами исходила угроза. Её цепкий взгляд пригвоздил меня к месту.

«Зачем ты её отпустил?» – по слогам произнесла она.

«Не вижу смысла пытаться тебе это объяснить» – в тон ей откликнулся я. Со стороны мы, пожалуй, напоминали парочку клишированных ковбоев из вестернов, что обмениваются задиристыми репликами, прежде чем выхватить пушки и спустить друг в друга полные обоймы. Воздух просто-таки искрил от напряжения.

«А ты попробуй».

Я недоумевал, к чему промедление. Пора разобраться с этим раз и навсегда.

«Окей, – сказал я, и плотину прорвало, – так было правильно. Ты не вправе распоряжаться её судьбой, ясно? Она не игрушка, не домашний питомец. У неё есть мать, друзья, школа, свой мир. Ей, чёрт возьми, шестнадцать лет, у неё вся жизнь впереди. В чём заключался твой план? Что ты собиралась дальше с ней делать? Пичкать наркотиками и держать на цепи в подвале? Ладно, положим. Но чего ты ждала от меня? Ты и правда думала, что я обрадуюсь такому подарку, буду насиловать её, пока она захлебывается слезами и умоляет отпустить её на свободу? За кого ты меня принимаешь?»

«Прекрати, – потребовала Лорна, – всё совершенно не так, как ты говоришь. Не понимаю, зачем ты всё извращаешь и переиначиваешь! Девочка от тебя без ума, она и сама была бы рада остаться с нами. Что у неё там за жизнь? Она заслуживает лучшего. Мы богаты. Она жила бы здесь, как принцесса, не знала бы нужды, ей никогда не пришлось бы работать. При желании я устроила бы её в хороший колледж. Представь, какие перед ней открылись бы перспективы. У неё было бы всё…»

«Шлюха, мам, – перебил я, – давай называть вещи своими именами. Ведь за все твои «блага» ей пришлось бы расплачиваться своим телом. Впрочем, для вас, ведьм, это в порядке вещей…»

«Закрой рот!»

Лорна стиснула кулаки. Я гадал, ударит она меня или нет. С тех пор, как я вырос и стал выше неё, она оставила эту привычку, но вряд ли сейчас её хоть что-нибудь остановит. Она закипала на глазах.

«Она тоже ведьма, – сказала мама, чтобы меня добить, – хоть и не знает об этом. Её дар по-настоящему уникален. Магический мир лежал бы у ваших ног, вы вернули бы Салему былое величие. Вы и ваши дети…»

«Ну, началось, – взвился я, – вот мы и подошли к истинной цели, ради которой ты всё это затеяла! Плевать ты на меня хотела! Ты просто никак не расстанешься с идефиксом возродить нашу вымирающую популяцию. Представляю, как ты обрадовалась, когда узнала о Джуди. Она – просто находка! Ты решила, что подложишь её мне, а я в благодарность заделаю ей ребёнка, и ты наконец-то получишь желаемое? Скажи, я, по-твоему, животное? И, кстати говоря, я не собираюсь заводить детей. Мы – выродки. Мне жаль, что нас всех не истребили ещё три века назад. Маги должны умереть».

Я выпалил это на одном дыхании. В глазах потемнело, а голова пошла кругом, пришлось сделать паузу, чтобы восполнить недостаток кислорода.

Лорна выглядела слишком невозмутимой, внимая моей экспрессивной тираде. Она спокойно сказала:

«Ты ошибаешься, Итан. Я просто хотела, чтобы ты был счастлив».

Лучше бы она меня убила, чем говорила такое.

«Одна похищенная девочка не сделает меня счастливым» – мрачно сказал я, но тут же пожалел, что подбросил маме идею повысить ставки. Не дай Бог начнёт торговаться.

Если не одна, то две похищенных девочки. Три? Четыре? Бери выше! Целый подвал похищенных школьниц. У нас большой дом, их сюда много уместится. Устроим тут настоящий гарем, сраный бордель. Настругаем легион магических отпрысков, чтобы возродить из пепла наш Ковен.

«Но ведь ты любишь её» – после долгой паузы заявила Лорна.

«Нет, не люблю, – возразил я, – с чего ты вообще это взяла?»

Мама рассмеялась. Она склонила голову к плечу, одарив меня взглядом, знакомым с детства. Он означал, что она нащупала слабину и сейчас вцепится в неё бульдожьей хваткой.

«Кого ты пытаешься обмануть – меня или себя? – полюбопытствовала она, – ох, милый, ты совершенно не умеешь врать. Тебе стоило бы лучше стараться. Я не слепая. Я видела, как ты на неё смотришь, всегда смотрел. Ты почти десять лет ходил на этот остров, и, признаться, я не замечала, чтобы хоть что-то ещё вызывало у тебя такое воодушевление. Поначалу это казалось мне странным, но потом я всё поняла, да и девочка повзрослела. Твои записи утвердили меня в моих подозрениях».

Вот так легко она признала, что добралась до дневника.

«Как давно ты знаешь?» – только и мог сказать я.

«Всегда знала. Ты думал, что я поверила тебе, когда ты сказал, что девчонка исчезла? Нет, но мне стало интересно понаблюдать и самой во всём разобраться, – поведала Лорна, – не волнуйся, милый. Я не причиню ей вреда. Я понимаю, как она важна для тебя. Ваша встреча была предопределена, раз вас не смогла разлучить даже смерть. Вы могли бы быть очень счастливы вместе. Подумай над моим предложением. Я сделаю всё…»

«Нет! – перебил я, угрожающе наступая на неё, – знаешь, что ты сделаешь!? Ты никогда больше не приблизишься к Джуди. Ясно тебе?!»

Лорна вскинула голову. В тот момент мне показалось, что я смогу оказать миру услугу и прикончить её. Она – чудовище. Она в сто крат хуже, чем Аманда Макбрайд и моя тень вместе взятые. Мамин извращенный ум способен на такие жуткие вещи, что им и не снились. Она считает свои злодеяния благом и ловко придумывает себе оправдания.

«Ну, давай, – подначила она, – убьёшь меня, родную мать? Я уверена, что ты не такой, Итан. Ты на это не способен».

«Ты права, мам, как и всегда. Я не смогу. Но я убьюсебя, если ты её хоть пальцем тронешь».

Лорна растерялась – этого она не ждала.

«С меня хватит, – заявил я, – не хочу тебя больше видеть. Помни о том, что я сказал. Выкинешь какую-то херню,я покончу с собой. Мне всё равно опостылела моя жизнь. Ты сделала всё, чтобы превратить её в грёбаный ад».

Ей нечего было ответить.

Я взял с собой только дневник и бумажник, большее и не понадобится, ведь мне придется вернуться. Мы это уже проходили. Выхода нет – это замкнутый круг, а петля на шее затягивается всё туже и туже.

Но мне нужен хоть один глоток свежего воздуханапоследок.

17 августа 2011.

Я снял номер в мотеле и первое время только и делал, что беспробудно пил. Алкоголь притупил чувства, но воспоминания о пережитом кошмаре ещё были слишком свежи.

Перед глазами так и оживала жуткая сцена: почти бездыханная Джуд, лежащая на постели в тёмной комнате.

Фантазия дорисовала больше деталей: и венок на её волосах, и подвенечный наряд, и саван, и свечи повсюду, и воскуренный ладан. В моём воображении «невеста» всё-таки была мертва.

Я слишком много думал о смерти, поэтому, стоило мне протрезветь достаточно, чтобы сесть за руль, я поехал на кладбище. Я взял гиацинты, рассчитывая погрустить у могилки местной Джуди, но мне помешали.

Обернувшись на звук шагов, я столкнулся лицом к лицу с миссис Дэвис. Она смотрела насторожено и слегка воинственно. Прекрасно её понимаю – с чего вдруг какому-то левому мужику понадобилось прохлаждаться у захоронения маленькой девочки. Тут волей-неволей закрадываются нехорошие подозрения. Да-да, я тоже читал эту книгу.

Миссис Дэвис ждала от меня объяснений, а мне в голову лезли одни только глупости. Хотелось броситься к ней и по-детски разреветься на удачно подвернувшейся груди «мамы Сэнди», которая, по словам Джуд, очень чуткая и отзывчивая женщина. Не такая, как моя мать. Долго, сбивчиво говорить, как мне не хватает Джуди – нет, не семилетней девчушки, утонувшей в реке, а её альтернативной версии из другого измерения.

Вы себе даже не представляете, миссис Дэвис, какой чудесной выросла ваша дочь! Я так скучаю по ней. Я люблю её больше всего на свете. Вызовите, пожалуйста, санитаров, пусть меня уже запакуют в сумасшедший дом, ведь всё это звучит совершенно безумно.

Уж сколько бы доброй и понимающей ни была «мама Сэнди», она не поймёт.

Я, слава Богу, молчал.

«Подожди-ка, – сказала миссис Дэвис, нахмурившись, – я тебя помню. Ты сын миссис Уокер, верно? Иен?»

«Итан» – на автомате поправил я. Я ждал другого вопроса: какого чёрта я тут делаю, почему продолжаю таскать цветы к могиле девчонки, умершей почти десять лет назад. Какое мне до неё дело? Мы даже не были с ней знакомы.

Сэнди Дэвис заметила, что у меня глаза на мокром месте.

«Ты в порядке?» – мягко спросила она, и я узнал знакомую интонацию. Джуди, скорее всего, переняла манеру говорить у неё.

Остановись – сказал я себе. Зачем ты ищешь черты Джуд в женщине, которая имеет к ней лишь косвенное отношение? С тем же успехом я мог бы отправиться в другое измерение, чтобы наладить отношения с какой-нибудь ещё Лорной, раз с этой ну никак не выходит. Впрочем, все они, должно быть, ужасны.

«Ладно, – вздохнула миссис Дэвис, заключив, что не дождется от меня внятного ответа, – я вижу, чтоу тебя какие-то проблемы, но кладбище – не самое подходящее место, чтобы их обсуждать, – она невесело усмехнулась, – мой муж – отличный психолог. Это нормально – обращаться за помощью. Ну… вдруг надумаешь, позвони».

Она протянула мне визитку, а я шарахнулся, как от гремучей змеи, но всё же спрятал бумажку в карман. Невероятно! Миссис Дэвис не вызвала полицию, не испугалась моего откровенно невменяемого вида, а предложила помощь!

Джуди действительно повезло с её приемной матерью.

Это так меня обескуражило, что я просто сбежал. Визитку я спрятал между страниц дневника. Понятное дело, что звонить я не буду. Мне уже не помочь. Но мне хочется сохранить напоминание о том, что в мире всё-таки есть добро.

2 сентября 2011.

После затяжного запоя очень странно себя ощущаю, будучи трезвым. Будто после того, как отрастил жабры, вынырнул с глубины и совсем разучился дышать по-человечески. Ничего, сейчас мы это исправим. Пора погрузиться обратно на дно. Мне есть что отметить.

Я не пил неделю не из желания «взяться за голову», а потому что алкоголь не совместим с анестезией и могли возникнуть осложнения. Пока мне ещё рано умирать. Я должен вернуться в особняк, чтобы приглядывать за Лорной. Не только лечить её, но и держать монстра под контролем, насколько это в моих силах. Она опасна для окружающих.

Собственно, принятая мной мера – часть подготовки к триумфальному возвращению в грёбаный ад.

И, конечно, месть. Представляю лицо Лорны, когда я сообщу ей сию замечательную новость.

Как дела, мам? Кого ещё ты успела запереть в доме, пока меня не было рядом, чтобы помешать тебе творить свои злодеяния? Увы, тебе придётся выпустить из своей паутины всех мушек. Никакого возрождения популяции магов не будет. Я сделал вазэктомию.

Не сомневаюсь, что Лорна поднимет крик. Вероятно, она даже попытается меня убить, ведь теперь я не представляю никакой ценности.

По-хорошему, давно нужно было осмелиться на операцию, учитывая мой образ жизни, злоупотребление алкоголем и беспорядочные половые связи. Но раньше у меня была хоть какая-то надежда. Сейчас её нет. В прошлом году я подписал себе смертный приговор, заключив соглашение с Тенью, да и та, с кем я в теории хотел бы что-то построить, умерла много лет назад.

Забудь про другую её версию, хренов теоретик. Оставь Джуди в покое.

Надеюсь, что в каком-то измерении всё сложилось иначе, но представлять это слишком больно.

20 сентября 2011.

Мне позвонил Шейн. Не было особого желания с ним разговаривать, но старик проявил настойчивость. Обычно он быстро забивает, а тут звонил и звонил.

«Ну что ещё?»

«Привет, Итан», – сказал он, и голос его звучал как-то напряженно. Обращение по имени меня насторожило, ибо, как правило, Шейн предпочитает употреблять кучу дурацких словечек вроде «малец», «сынок» и тому подобных, будто мы отлично ладим и встречаемся каждые выходные, чтобы съездить на рыбалку или посмотреть спортивный матч.

«Где ты сейчас? – прямо спросил он, – у той девушки?»

Ах, да, точно! Несуществующая девушка. В принципе, у мотеля крутится много шлюх, любая из которых за разумную плату отыграла бы мою подружку в лучших традициях идиотских романтических комедий. Но мне резко расхотелось потешаться над этим. Я почуял, что дело нечисто.

«Ты давно был у матери?»

«Хм…»

Я пролистнул страницы дневника, выискивая дату, когда всё случилось. Оказывается, прошло уже больше месяца. Затянул я, однако, с возвращением.

«Давно» – признался я.

Увы, я не мог поведать Шейну правду.

Понимаешь, старик… мама слетела с катушек, похитила несовершеннолетнюю девочку из другого измерения, а я так разозлился, что взял паузу в наших отношениях. И с Лорной, и с несовершеннолетней, хотя с последней у нас отродясь никаких отношений не было.

Господи, ну и бред.

«А ты случайно домой не собираешься? – поинтересовался Шейн, – не могу дозвониться Лорне. Я бы приехал, но пока очень занят».

«Да, не волнуйся. Я съезжу» – пообещал я.

Я набрал маме, но её телефон оказался вне зоны действия сети. Не исключено, что и она куда-то уехала, например, к той же Луизе Ришар или своей эдинбургской приятельнице, вот и недоступна. Но с тем же успехом Лорна могла потащиться на остров, чтобы расписывать Джуди прелести обитания в подвале нашего особняка. Мама крайне непредсказуема.

Есть только один способ узнать наверняка.

22 сентября 2011.

Если бы не Шейн, я сошел бы с ума или покончил с собой. Мне некому было позвонить, кроме него, и он бросил все дела и примчался сразу же, как только узнал.

Я впервые видел отца трезвым, как стёклышко, и не сказать, что это приятное зрелище. Трезвый Шейн мрачнее грозовой тучи (ещё бы, учитывая обстоятельства!) и разговаривает со всеми командирским тоном (похуже мамы).

Он вмазал мне по лицу. Теперь я имею полное право оправдывать своё нравственное падение тем, что меня били оба родителя. Но Шейн, видимо, не придумал более действенного способа оперативно привести меня в чувства.

«Возьми себя в руки!» – потребовал он.

Я не плакал, а просто сидел, уставившись в одну точку, и повторял, что виноват в её смерти, комкая в пальцах мамину прощальную записку.

В ней было всего три слова:

«Так будет лучше».

Я не могу поверить, что её больше нет. Принятие не пришло ни после поездки в морг, ни после получения свидетельства о смерти, ни после похорон. Мне всё ещё кажется, что она где-то здесь. Мне мерещится её голос. Она – часть этого дома и не может его покинуть. В гробу был кто-то другой.