Текст книги "Дневник (СИ)"

Автор книги: Рита Лурье

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 24 страниц)

Хуже и не придумаешь!

Меня словно током ударило – прострелило от макушки до пяток все нервные окончания. Такого я точно не ожидал. Я пресекал и малейшую мысль о взаимности своих чувств. Чувства? О чём это я? Вообще-то я предпочитал считать свою одержимость Джуди чем-то грязным и низменным, но как это ни называй, ничего не изменится. Что мне делать с признанием Джуд? Мне нечего ей дать. Меня скоро не станет. И, на минуточку, мы по-прежнему обитаем в разных мирах.

Лучшее, что я могу для неё сделать – это оттолкнуть. Джуди пострадает и постепенно забудет. У неё вся жизнь впереди.

«Прекрати, – оборвал я, – не хочу всё это слушать. Иди домой, мелкая. Отогрейся, выспись и больше не твори херни…»

«Это не херня, – перебила Джуд, – зачем так грубо?! Ты мог бы просто сказать, что я тебе не нравлюсь, что нам лучше остаться друзьями. Так делают нормальные люди…»

«Затем, что нам не стоит оставаться друзьями. Мне не нужно, чтобы ты продолжала всякое себе выдумывать. Раз созрела, заведи отношения со сверстником, а ко мне не лезь, ясно? Я вообще-то сильно старше тебя. У меня своя жизнь, и тебе в ней не место. Ты уже достаточно большая девочка, пора бы это понять. Не приходи сюда больше. Я забираю свои слова обратно».

Сказал, молодец. И это того стоило. Джуд вспыхнула:

«Да больно надо! К чёрту тебя и твой остров! Никогда больше не хочу тебя видеть!»

«Спасибо» – произнес я одними губами ей в след. Она, к счастью, уже не могла этого услышать – бежала к берегу.

Я проводил Джуди взглядом и отвернулся к реке. Слёзы градом катились по лицу, холодя кожу. Я был предельно близок к тому, чтобы и правда броситься в воду, потому что вместо удовлетворения от исполненного долга испытывал только горечь утраты.

Это конец. Джуди не вернётся. Если Лорна меня не обманет, то «закрепит» достигнутый результат, убедив Джуд, что суициднулся. Мол, у меня была депрессия и в целом колоссальные беды с головой, из-за которых я и повёл себя с бедной девочкой, как последний мудак. Ну и нахер меня. Нахер этого Итана, Джудс. Живи себе дальше.

Пока, мелкая.

Я больше никогда тебя не увижу.

Одно утешение – осталось чуть-чуть. Потерпи, старина. Соберись. Выжди немного и нанеси визит Лорне-2, где-нибудь так через пару недель, которые ты проведёшь в беспробудном пьянстве, страданиях и самобичевании, а после призови Камилу и устрой ей знатную взбучку. Выместишь на ней злость и обиду. Это она во всём виновата (

ты, но иногда жизненно-необходимо переложить ответственность на кого-то другого

).

Я так увлёкся, перебирая в голове пункты плана, что не сразу различил скрип снега от чьих-то шагов.

Неужели…

Я обернулся, и несколько минут мы просто молча пялились друг на друга. «Последняя встреча», ага. «Больше никогда не увижу», конечно. Только что-то тут было не так. До меня запоздало дошло, что:

Джуди вернулась, а это была именно она, но за недолгое время отсутствия она зачем-то сняла парку, шапку и всё свое зимнее обмундирование. Она стояла на берегу полураздетая, словно резко позабыла, что на дворе, на минуточку, конец февраля, и взирала на меня с не меньшим недоумением, чем я на неё.

А это точно Джуд?

Что, если Камила приняла её облик, чтобы отомстить мне? Вполне похоже на правду, учитывая странную перемену во внешности Джуди, мгновением назад убежавшую с разбитым сердцем, но в тёплой одежде. После произошедшего она точно не стала бы устраивать стриптиз.

Я пребывал в таком потрясении, что умудрился легко сотворить огненный шар, хотя раньше это колдовство давалось мне с большим трудом. Тепло, исходившее от ignis pila, чуть согрело мои окоченевшие пальцы.

«О, нет! – воскликнула Джуд-не-Джуд, – только не эта хрень!»

И что тут скажешь? Я застыл с открытым ртом, придумывая ответ, а она окончательно меня добила, ловким движением выудив из рюкзака (он то откуда взялся?) пистолет. Сильно она, выходит, разозлилась на мои выкрутасы, раз схватилась за пушку. Она – Джуди? Камила, насколько мне известно, обходилась без огнестрельного оружия, но и Джуд как-то не приносила ничего такого на остров.

«Итан, пожалуйста, – взмолилась Джуди, – давай поговорим, но убери это…»

«Это – огненный шар», – догадался я, и погасил его в ладони. Она удовлетворённо кивнула и тоже спрятала пистолет. Только теперь до меня дошло, что я нарушил главное правило «Незримого мира», открыто явив магию непосвящённой ведьме, читай, простой смертной. Мне то терять уже нечего, но Джуд… Джуд, которая, кажется, не сильно удивилась, будто уже сталкивалась с чем-то подобным.

«Так то лучше, – сказала она и добавила с нервным смешком, – я иначе представляла себе нашу встречу».

«О чём ты?» – насторожился я.

«Ну, что мы не будем пытаться друг друга убить», – пояснила Джуди. Она закинула рюкзак обратно на спину и потёрла плечи руками, разгоняя мурашки. Ещё бы ей не было холодно – тонкая майка и шорты оставляли огромные площади её загорелой кожи на растерзание морозному воздуху. Мой мозг собрал все детали вместе и забил тревогу: она была слишком на себя не похожа. Вот я и задал самый идиотский вопрос из всех возможных:

«Ты – Джуди?»

«А кто ещё, – поинтересовалась она, но, поймав мой взгляд, осмотрела свою летнюю одежду, – боже, ты об этом. Я всё объясню. Сейчас…»

Она шагнула на бревно, перекинутое через воду. Подошва её кроссовка проехалась по обледенелой древесине, и, неуклюже взмахнув руками, Джуд полетела вниз. Лёд хрустнул, столкнувшись с её телом. Мне пришлось броситься ей на выручку. К счастью, за минувшие годы я всё-таки научился плавать, правда, прежде не упражнялся в этом в стылой февральской воде.

Что же… История повторяется.

22 февраля 2012. Часть 2.

Выдался подходящий момент, чтобы продолжить с того, на чём я остановился:

Джуди свалилась в реку, я кое-как её вытащил, и не придумал ничего лучше, чем забрать с собой в особняк. А что было делать? Бросить её там, промокшую и замерзшую после купания в ледяной воде? Собственно, она до сих пор здесь. И это причина, по которой я пока могу делать записи только урывками. Постороннее присутствие не сильно способствует ведению дневника, но я не жалуюсь. Честно говоря, и не хочется что-то писать, но надо, иначе забуду.

Итак, я притащил Джуди сюда, отконвоировал в ванную и попытался найти ей какие-то сменные вещи, что оказалось непросто. От Лорны ничего не осталось – не знаю, что Шейн сделал с её одеждой, но вся она куда-то пропала, моя, ожидаемо, оказалась Джуд велика, но, кажется, пришлась ей по вкусу. Она, завёрнутая в одно полотенце, – Господи, за что? – принимала её с ну очень хитрой и довольной физиономией.

После того, как мы оба отогрелись под горячим душем, разумеется, по отдельности, мы устроились в гостиной у камина. Джуди выглядела преступно-очаровательно с мокрыми волосами и в моей рубашке, словно… словно мы живём тут вдвоём и это просто обычный вечер, который мы проводим таким образом. Пришлось приказать себе не выдумывать лишнего.

Да, эта Джуди и девочка, убежавшая с острова в слезах – один человек, но я уже догадался, что всё не так просто. Она изменилась. Как минимум, её волосы, остриженные осенью, сильно отрасли и теперь кончики достают ей почти до поясницы. Выходит, для Джуд с нашего «прощания» прошло куда больше времени, чем для меня.

С этого она и начала:

«Я пришла из будущего, – деловито сообщила она, – мне двадцать семь, если что».

«Если что?» – переспросил я.

«Это я к тому, что я уже не ребёнок, – уточнила Джуди, – а то ты будто боишься на меня даже смотреть! Всё в порядке, полиция нравов тебя не арестует».

«Это именно то, что я хотел услышать», – пробормотал я, сконфузившись от её слов.

Ситуация в целом была странной, но я забеспокоился, что такого она приметила в моём взгляде, раз взялась это прокомментировать. Я и сам знаю – трудно не захлебываться слюной, когда девушка, о которой ты давно мечтал, расхаживает по твоему дому в одном грёбаном полотенце. Уже, к счастью, нет, но эта картина ещё долго будет стоять у меня перед глазами. Рубашка, великоватая ей, словно платье, не сильно спасла ситуацию.

Оставалось понадеяться, что Джуд всего лишь хотела разрядить обстановку.

«Мы же здесь одни, да?» – вдруг спросила она. Озорное выражение исчезло с её лица, сменившись тревогой, с которой она стала вглядываться в темноту в углах гостиной.

«Предки в отпуске, так что дом в полном нашем распоряжении. Можем курить травку и трахаться, сколько душе угодно» – выдал я и тут же разозлился: что за херню я несу?

Но Джуди оценила. Она тепло улыбнулась, а после положила руку мне на предплечье.

«Я знаю, что она умерла, – сочувственно сказала она, – мне очень жаль, Итан. Но… просто хотела убедиться».

«Она – Лорна» – понял я. Но откуда это может быть известно Джуди, которая живёт в другом мире? Или Лорну-2 в конце концов постигла та же участь, что и маму? Через десять лет.

Я понял, что откладывать серьёзный разговор дальше нельзя.

«Она не стала беспокойным привидением, не волнуйся, – заверил я, – но… как вообще всё это вышло? Как ты сюда попала?»

«Да, точно, – вздохнула Джуди, – я всё объясню. Но… может у тебя есть что-нибудь выпить? Для согрева».

Глупый вопрос! Я быстренько сбегал за припрятанным виски и парой бокалов. Ни запивки, ни еды в доме не нашлось, но Джуди не стала жаловаться. Она благодарно взяла бокал и пригубила с видом истинного ценителя, даже не поморщившись. Ещё бы! Она уже не девчонка-подросток, у неё было время научиться употреблять алкоголь. И не только этому...

«В моём мире прошло десять лет, – озвучила Джуд, сделав ещё один щедрый глоток, – с того момента, как ты прогнал меня с острова. Миссис Уокер тогда сказала мне, что ты умер… Всё эти годы я пыталась понять, почему ты так поступил. Это не давало мне покоя. Я хотела узнать, что произошло с тобой на самом деле».

Она посмотрела мне в глаза, и вкупе с её словами это произвело на меня неизгладимое впечатление. Выходит, Лорна-2 выполнила свою часть сделки. Но важно не это, и даже не то, что Джуди не забыла меня за столько лет, хотя ей следовало давно оставить прошлое в прошлом и жить своей жизнью.

«Это не ответ на мой вопрос, – заметил я, – ты прекрасно знаешь, о чём я, Джудс. Как ты сюда попала?»

«Ты просто, блядь, невыносим! – взорвалась она, – я пытаюсь сказать, что любила тебя сраных десять лет, хотя ты, долбанный кусок дерьма, отверг мои чувства и послал меня к чёрту, а ты…»

«Десять лет, – перебил я, не позволив себе растаять от её признания, – ты прыгнула на десять лет назад. Это невозможно! Даже для тех, кто может путешествовать в другие измерения. Ты ведь в курсе, что это – не твой мир? Конечно, в курсе. Ты осведомлена и про путешествия, и про магию. Мне нужно знать, как это получилось. Кто тебе рассказал? Лорна?».

Джуди сердито сверкнула глазами, и, вырвав у меня бутылку, хлебнула прямо из горла. О, что-то в ней осталось неизменным – её вспыльчивый характер. Я был готов к тому, что она подтвердит мои слова наглядной демонстрацией, например, огненного шара, брошенного в сердцах, но этого не произошло.

«Нет, не Лорна, – чуть успокоившись, возразила она, – миссис Уокер убедила меня, что ты мёртв, пригласила постоять у твоей могилы, а потом пропала. Никто не знает, где она сейчас. Я узнала про магию случайно – на годовщину твоей смерти пыталась, смешно сказать, призвать твой дух с помощью ритуала из интернета. Это привлекло ко мне внимание… кое-каких магов, они и рассказали. После я попробовала снова. Я пришла, чтобы всё исправить и не позволить тебе покончить с собой».

Верно! Она же думает, что я совершил суицид. Впрочем, запланированная мной схватка с черноглазым монстром вполне зачтётся за самоубийство. И, судя по всему, я её проиграл. Проиграю, в будущем времени. Этого ещё не случилось. Разумнее было бы отказаться от этой идеи, но, кажется, таким образом я ступлю на куда более скользкую дорожку.

Вдруг моё решение изменит будущее?

Джуди, между прочим, явилась сюда именно за этим – изменить его. Дерзко, самонадеянно и глупо. Ладно ещё путешествия между мирами, но у путешествий во времени точно могут быть какие-то нехорошие последствия.

Как она только до этого додумалась? Спрашивать, пожалуй, бессмысленно. Она и так явно чего-то недоговаривает.

«Маги, которые тебе рассказали, кто они?» – спросил я, чтобы отвлечься. Джуд вопрос, ожидаемо, не понравился. Она снова надулась.

«Да какое это имеет значение? – буркнула она, злобно зыркнув на меня из-за своего бокала, – ладно. Их зовут Рикардо Ривьера, Трэвис Спенсер и Мелисса Макбрайд. Они из Луизианы, я переехала туда после колледжа».

Два имени были мне неизвестны, как и их обладатели, а вот от упоминания Мелиссы я чуть не поперхнулся виски. Мне стало до смерти любопытно, как там, в другом мире, дела у моей подруги детства. Жива ли старшая Макбрайд? Есть ли и у неё жуткий черноглазый фамильяр? Впрочем, спасибо, что до Джуди хотя бы не добрались мои земляки. Не Лорна, так Вирджиния Уайт или другие северные ведьмы.

«Это они поведали тебе, как попасть в это измерение? – надавил я, – и в это время?».

«Нет, – Джуди покачала головой, – они в этом не разбираются, разве что… Рик, но он может путешествовать только в пределах нашего мира. Я сама, у меня… что-то типа дара. Иногда я сама не понимаю, как это выходит».

Честное признание слегка меня успокоило, но я всё равно насторожился из-за этого Рика. Кем бы он ни был, он мне уже не нравится. Во-первых, какого чёрта он крутится возле моей Джуд, и, получается, обучает её колдовству? Во-вторых, я привык быть единственным, правильнее сказать, последним магом-мужчиной в Новом Свете. А в мире Джуди их аж двое! Трэвис тоже, без сомнения, не женское имя. Откуда взялись эти ублюдки? И куда только смотрят Сестры Юга, на чьей земле обосновалась их компашка? А Луиза Ришар? Какой-то Рикшныряет через зеркала туда-сюда прямо у неё под носом!

«И вот так просто у тебя получилось попасть сюда, – задумчиво сказал я, – ты что-то скрываешь, Джудс. Тебя должны были предупредить, как опасно всем этим заниматься…»

«Хватит! – потребовала она, – прекрати это».

«О чём ты?»

«Этот долбанный допрос! – воскликнула Джуди, – я здесь, потому что очень этого хотела. Ты упрямо игнорируешь самое главное: я пришла ради тебя. Все эти годы я не могла выбросить тебя из головы, я любила тебя, и мне не нужен был никто другой. Но ты… что дальше? Дай угадаю: укажешь мне на дверь? Скажешь, что меня не должно здесь быть, так?»

Собственно… это я и планировал сделать, как только разберусь в причинах её появления. Как бы мне не хотелось удержать Джуд в своем мире, ей тут не место, она абсолютно права. Она и сама это понимала. Но, когда она резко вскочила на ноги, я заметил, как влажно блестят от сдерживаемых слёз её глаза, и, поддавшись порыву, ухватил её за руку. Джуди дёрнулась, пытаясь вырваться, но я крепче сжал пальцы на её запястье.

«Ты снова это делаешь, – выпалила она срывающимся голосом, – ты снова меня прогоняешь».

«Поверь, мне не хочется этого, – признался я, – но я должен. Я просто стараюсь поступить правильно».

«Да пошел ты нахер!» – зашипела Джуд.

После этого я потащил её к ближайшему зеркалу, чтобы выдворить вон, чувствуя, что в ином случае весь мой самоконтроль полетит псу под хвост, и ни о каком «поступить правильно» уже не будет и речи. В итоге, конечно, я добился противоположного результата. Джуди брыкалась с пылом бешеной дворовой кошки и весьма ощутимо заехала мне по лицу. Зеркало, отражавшее нашу комическую борьбу, так и не превратилось в портал, что доставит Джуд в её мир, потому что довольно быстро драка закончилась поцелуем. Важно уточнить, что к этому моменту бутылка виски была почти пуста, а мы изрядно пьяны.

Мы как-то добрались до постели, и там, в хмельном угаре, я путанно исповедовался, что любил Джуди много лет, и каких огромных усилий мне стоило оттолкнуть её после признания на острове. И хотя мы не переспали, а просто вырубились от количества выпитого алкоголя, это всё равно полный провал.

Обнаружив на утро Джуди рядом с собой, я не поверил своим глазам и охотнее принял бы любое самое немыслимое объяснение, но вспомнил события минувшего вечера, и, конечно, всё, что успел ей наговорить. Джуд тоже, судя по тому, как она улыбнулась, проснувшись. Она как-то почувствовала мой взгляд, пока я любовался ей – расслабленной, спящей, тёплой и нежной. И мы всё-таки занялись любовью, хотя нам, безусловно, не стоило этого делать. Но, кажется, это было неотвратимо.

После Джуд провалялась в постели целый день, а я улучил минутку, чтобы излить душу дневнику. Сейчас она уже встала. Она заметила тетрадь, но оставила это без комментариев. Её волновало другое:

«Я дьявольски хочу жрать» – сообщила она, зевнув.

«То есть… ты никуда не собираешься» – озвучил я.

«Не-а, – протянула она, – пока не поем, точно нет. Да и мне кажется, что мы отлично проводим время. Или ты так не считаешь?».

Без сомнения, она имела в виду утренний секс-марафон. Одним разом дело не ограничилось, но я не собираюсь вдаваться в подробности. Я заводил этот дневник не для того, чтобы описывать подобные… вещи.

«Это неправильно» – сказал я, не сильно уверенный в этом утверждении.

«О, а когда мы трахались тебя это не беспокоило» – ядовито подметила Джуд. Спор не имел смысла, все козыри были у неё на руках. Она расстегнула пуговицы на рубашке и позволила ткани свободно сползти на пол.

Под рубашкой на ней ничего не было.

2 марта 2012.

Сейчас, когда любовная лихорадка немного прошла, ко мне снова вернулась способность трезво мыслить, а главное, беспокоиться о последствиях. Видит Бог, я предпочел бы и дальше пребывать в блаженном забытье, как на протяжении этих двух прекрасных недель, но, к несчастью, когда-то я на своей шкуре ощутил, чем черева-ты игры с вещами, находящимися за пределами нашего понимания.

Вероятно, дар Джуди по-настоящему особенный, раз она не страдает никакими побочными эффектами от продолжительного нахождения в чужом измерении (и времени тоже), но мне страшно представить, чем это может для неё аукнуться. Сама она отмахивается от любых разговоров на эту тему, но с удовольствием поддерживает любые другие. Один из них, кстати, подарил нам прекрасный повод продлить свои «романтические каникулы» ещё на неопределённый срок.

Дело было в день моих похорон в мире Джуд, которые мы отмечали, валяясь в постели, поедая китайскую еду и распивая неприлично дорогое шампанское. Ненавижу роскошь и показуху, но тут такой повод, что грех было не пошвыряться деньгами, оставшимися мне в наследство.

Джуди вспоминала, как впервые принесла на кладбище белые гиацинты, что было очень трогательно, учитывая, что я возлагал на её могилу те же самые цветы, когда вдруг позвонил Шейн. Я не горел желанием с ним разговаривать и поторопился отчитаться, что пока ещё жив и, ожидаемо, не собираюсь ехать к нему в Калифорнию в обозримую тысячу лет (формулировка была куда мягче).

Джуд, слышавшая мои ответы, заинтересовалась.

«Кто это?» – спросила она.

«Отец», – попытался отмахнуться я.

«Ого, – изумилась Джуди, – у тебя есть отец!»

«Ведьмы предпочли бы найти способ размножаться без мужчин, но пока им этого не удалось, – фыркнул я, – так что да, он у меня есть. Что тут такого?»

«Ну… Миссис Уокер всегда была одна и я ничего не слышала о её муже, – сказала она, – и ты никогда о нём не упоминал…»

«Он не был её мужем» – ответил я, и пришлось поведать Джуди, как я узнал про Шейна в пятнадцать лет, и что до того момента считал своим отцом давно умершего Натаниэля Уокера.

Всё это известно мне благодаря дневнику, поэтому я и продолжаю вести его теперь, когда мне совершенно не хочется отрываться от Джуд, чтобы посидеть над тетрадью, впитавшей столько горя и слёз.

С другой стороны, стоит писать и о ней, чтобы здесь сохранилось что-то хорошее, не только плохое.

От услышанного Джуд пришла в бурный восторг. Она спросила, нельзя ли познакомиться с Шейном и набиться на экскурсию на киностудию, или где он там работает. Она почти всю жизнь проторчала в Салеме, до того, как уехала в Новый Орлеан, и, в отличие от меня, толком больше нигде не была. Ей хотелось бы увидеть Калифорнию. Это звучало так, будто она… вовсе не собирается возвращаться в свой мир. Увы, однажды это всё-таки произойдет. Не может же она остаться здесь на совсем?

Как минимум потому, что за пределами особняка, защищенного магией, меня, скорее всего, поджидает крайне недружелюбно настроенная тварь. Мне страшно представить, что она может сотворить с Джуди, а я пока не нашел подходящего момента, чтобы рассказать ей об этом. Со мной Джуд в безопасности – Камила связана контрактом, а я всё ещё ее хозяин, но это слабая гарантия. Не смотря на это, нам когда-то, и, наверное, скоро всё-таки придется выбраться из

постели

дома

Вот для чего: разговор о Шейне натолкнул меня на дельные мысли.

«А Сэнди ничего не рассказывала о твоих биологических родителях?» – спросил я.

Джуди сразу скисла – тема удочерения всегда была для неё болезненной.

«Нет, – сказала она, – я не спрашивала, и вряд ли она что-то знает. Давай не будем об этом?».

«Видишь ли, магия не возникает из пустоты. Велика вероятность, что ты унаследовала свой дар от кого-то из родителей, – объяснил я, – если мы узнаем, кем они были, а в идеале, найдем их, они могли бы поведать нам много полезного».

«Они меня бросили, – выплюнула Джуд, – я не хочу с ними встречаться…»

«Если ты ещё не поняла, «Незримый мир» – гнусное местечко. Многие из нас поступают так, не потому, что хочется, а потому чтовынуждены, – настоял я, – вдруг им пришлось это сделать, чтобы тебя уберечь?»

Джуди всё равно отказывалась втягиваться в расследование. Ради того, чтобы её переубедить, я даже притащил дневник, нашёл здесь нужное место и озвучил ей – когда-то я уже размышлял, откуда мог взяться талант Джуд к путешествиям, и строил предположения, кем были её родители. К сожалению, она пропустила большую часть информации мимо ушей, выцепив для себя только кое-что, не имеющее отношения к делу. Прозорливо заметила последний абзац, который я читать не стал.

«Вы дружили с Мелиссой?» – ревниво поинтересовалась она. О, не только дружили, но и делили постель. Об этом Джуди знать точно не нужно.

«Да, но очень давно, – принялся увиливать я, – её мать была Верховной ведьмой Юга, моя – Салема, конечно, мы общались, но потом наши пути разошлись… Так исторически сложилось, что мы не очень хорошо ладим с южанками. Они вряд ли помогут нам в поисках».

«Не будет никаких поисков, Итан, – отрезала Джуди, – и точка».

Она ужасно упрямая, и я почти сдался, признав, что тут бессильны любые аргументы, даже такие весомые, как, например, оральный секс или еда. Однако, через день Джуд изменила своё мнение.

Вот, оказывается, почему:

«Ладно, – сказала она, – мы попробуем найти моих долбанных родителей, но спрашивать об этом стоит не твоих магических клоунов, а Сэнди Дэвис. По правде… я хотела бы узнать, как у неё дела в вашем мире».

«Хорошо, милая» – возликовал я, и ласковое слово на радостях вырвалось само собой.

Джуди заломила бровь, но, кажется, ей и самой это понравилось.

7 марта 2012.

Джуд по-настоящему преисполнилась в желании отыскать свою приёмную мать – через пару дней я обнаружил её, восседающей на кровати в моей старой комнате с моим старым ноутбуком. Я туда почти не заходил – мы обосновались в гостевой спальне, где куда удобнее и шире кровать; светлее и всё не пронизано духом упадка и морального разложения. От собственной комнаты даже мне самому не по себе. Стены будто впитали моё отчаяние минувших лет.

«Где ты только откопала эту древность?» – изумился я, ибо не притрагивался к этому ноутбуку со школы. Давно пользовался другим.

«В нижнем ящике стола» – ответила Джуди.

«И зачем?»

«О, ну Сэнди сама себя не найдет, – сказала она, – а ещё думала, может тут обнаружится порнуха или что-то интересное. Ничего!»

«Конечно, там ничего нет, он устарел лет на сто», – заметил я.

«Да, – она кивнула на мой ноутбук, лежащий на столе, – но этот запаролен, и пароль вовсе не моя дата рождения!»

«Пароль – «пароль», – подсказал я, – у меня проблемы с памятью, более сложную комбинацию я бы забыл».

Джуди улыбнулась, ей польстило, что я пустил её на свою территорию, но, по правде говоря, в том ноутбуке тоже нет никакого компромата. Всё здесь, в дневнике, а сюда она, к счастью, пока сунуться не порывалась. Я уверен, что это рано или поздно произойдет, но Джуд и сама, наверное, побаивается нарушить гармонию между нами. Слишком много опасных тем, что лучше не затрагивать, и секретов, которым лучше остаться секретами.

Дальше поисками Сэнди Дэвис мы занялись вместе, но довольно быстро зашли в тупик – в интернете не нашлось не только её адреса или места работы, но вообще никаких упоминаний. Джуд заметно приуныла. Она развалилась на кровати, уставившись в потолок, а я притащил дневник, в надежде, что отыщу здесь подсказку. У меня было стойкое ощущение, что я встречался с миссис Дэвис, и встречался относительно недавно. Жаль, что я этого не помню.

«Ты сказал, что у тебя проблемы с памятью, – вторя моим мыслям, заговорила Джуди, – почему?»

Мне не хотелось рассказывать ей про побочные эффекты, мир, полный магии, кровавый насморк и прочее. Я всеми силами этого избегал. Но желания врать ей тоже не было.

«Не все могут путешествовать по мирам без последствий, – всё-таки сказал я, – как это делаешь ты. В какой-то момент я слишком увлёкся… и это началось».

«И ты ничего не помнишь?»

Я посмотрел на неё и отметил, что, спрашивая это, она выглядела очень мрачной. Одному богу известно, о чём она думала в этот момент, но вряд ли о чём-то хорошем. Возможно, это касалось тех тем, которых избегала уже сама Джуд. Я так и не вытянул из неё подробности о происходившем в её мире, из-за чего она пустилась странствовать по измерениям. Сдается мне, что «провела ритуал из интернета» – лишь верхушка айсберга. Было что-то ещё, что, скорее всего, мне ужасно не понравится.

«Я помню, но очень мало, – уклончиво ответил я, – последние события. Потому и приходится вести дневник».

«А, – хмыкнула Джуд, – а я была уверена, что ты пишешь там про меня гадости».

«С чего это вдруг?»

«Припёрлась из своего мира, раскидывает всюду вещи и устраивает беспорядок, ест, словно дикое животное, а не человек» – с очень серьёзным видом перечислила она. Мне стало стыдно, ведь я правда говорил ей что-то подобное, пусть и в весьма щадящих формулировках. Но, в свое оправдание скажу, что мне не приходилось жить с кем-то под одной крышей, кроме мамы, конечно. С женщиной. Женщиной, второе имя которой – хаос. Миссис Дэвис явно не лупила дочь, если та забывала повесить одежду на плечики или помыть за собой тарелку.

Кстати, о ней!

Я отыскал нужное место, но мое ликование было недолгим. Да, я напоролся на Сэнди на кладбище, незадолго до смерти Лорны, и она дала мне визитку своего мужа-психотерапевта. Визитку, которой между страниц уже не было. Скорее всего, я её выбросил, ибо, смотри пункт выше – Лорна намертво вбила в меня привычку к порядку.

«Я думаю, что она сменила фамилию, – озвучил я, – Сэнди. Она вышла замуж».

«Сэнди? – недоверчиво переспросила Джуди, – не может быть! Она страшная мужененавистница!»

«Ну… выходит, нет, – сказал я, – я ходил к твоей могиле и столкнулся там с ней. Она посоветовала мне обратиться к ее, цитирую: «мужу-психологу».

Джуд расхохоталась – громко и с чувством.

«Кто-то должен был тебе это сказать, – хрюкнув от смеха, заявила она, вытерла слезинки в уголках глаз и села, – ладно. Давай искать психолога. Как думаешь, сколько их в Салеме?»

«Думаю, что дохера», – ответил я, надувшись от её слов.

«Ну, не найдем маму, так хоть толкового специалиста, что починит твою изрядно протекающую крышу» – изрекла Джуди.

«И твою тоже, – огрызнулся я, – заметь, не я потащился в чужой мир ради мёртвого мужика».

Улыбка сползла с её лица.

«Ты жив, – напомнила она, – и я не позволю тебе умереть».

Я бы ещё поспорил.

10 марта 2012.

Понадобилось прилично времени, чтобы прочесать интернет вдоль и поперёк и проверить каждого психолога, ведущего практику в Салеме. На всякий случай мы расширили область поиска и на Бостон. Не зря. Именно там и проживает человек, в чьих социальных сетях мы наткнулись на фотографии с женой Сэнди и двумя их сыновьями. Джуди смертельно побледнела, разглядывая эти снимки, но заверила меня, что всё хорошо. Позднее её всё-таки накрыло, и она долго ревела в моих объятиях, из-за чего поездку к ним мы отложили на следующий день.

«Я рада, что у неё все хорошо, – между рыданиями говорила она, – но… словно без меня ей куда лучше».

«Ты знаешь, что это не так, – возразил я, – просто ей пришлось жить дальше».

Я поймал себя на странном удовлетворении от того, что, в отличие от Сэнди Дэвис, Лорна-2 в мире Джуди, так и не перестала носить траур и оплакивать своего ребёнка. Но у нас разные ситуации – местная Сэнди и побыла матерью Джуд всего ничего, прежде чем та погибла. А Лорна похоронила своего родного сына.

«Но она приходила на кладбище, – продолжил я, – значит, она помнит о тебе».

«Угу» – промычала Джуди.

«И я приходил, – добавил я, – я очень жалел, что не смог тебя спасти. Иногда мне казалось, что из-за этого моя жизнь и пошла под откос…»

Джуди потянулась за поцелуем. Эти слова её тронули, она чуть-чуть успокоилась.

«Как, думаешь, сложилась судьба других нас? – спросила она, – в каком-то мире, где выжили мы оба?»

«Не знаю и знать не хочу, – фыркнул я, – ненавижу этих везучих ублюдков».

«Да, я тоже, – согласилась она, – особенно, если они не вместе».

«По-моему это невозможно, – заверил я, – ни один я не устоял бы перед искушением трахнуть свою хорошенькую маленькую соседку».

И после этого мы, ожидаемо, снова занялись любовью. По правде, с момента появления Джуди в моём мире, мы только и делаем, что трахаемся. Даже хорошо, что мы решили заняться поисками Сэнди – есть шанс, что мы не умрем от голода или обезвоживания на этой огромной постели, в этом чёртовом старом доме.

Романтично, но глупо.

11 марта 2012.

Когда я пошёл в гараж, чтобы выгнать оттуда свою тачку, изрядно заросшую пылью, Джуд, навязавшаяся со мной, увидела бабушкин кадиллак и пришла в неописуемый восторг.

Она сказала, что всегда мечтала прокатиться на винтажной машине, напрочь проигнорировав всё мои доводы против. Как минимум, этот автомобиль выглядит, как катафалк, а в довесок он принадлежал бабуле, которая, судя по всему, была той ещё сукой. Я совсем её не помню, но благодаря дневнику знаю, что она причастна к смерти Леонарда, маминого младшего брата, и принудительному браку Лорны с человеком, которого она не любила. Бабушка, без сомнения, и превратила маму в чудовище.