Текст книги "Жуткие байки (ЛП)"

Автор книги: Ричард Карл Лаймон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 24 страниц)

Она спала в наших. Всегда по очереди.

Кто-то однажды сказал, что ни одно доброе дело не остается безнаказанным. Кто бы это ни сказал, он был дятлом.

Прямой подход

– Я уже собиралась уходить.

– Я займу всего несколько минут вашего времени, миссис Мортон, – сказал мужчина.

– Мисс, – поправила она. – Я мисс Мортон.

– Мисс Мортон.

– Вы прочитали мое имя на почтовом ящике, верно?

– Очень проницательно, мисс Мортон, очень проницательно. Можете уделить мне несколько минут вашего времени?

– Мне действительно пора уходить, – oна стала закрывать дверь, но чёрный кейс мужчины заблокировал ее. – Не могли бы вы, пожалуйста, убрать свой кейс?

– Мисс Мортон, я предлагаю вам возможность, которая выпадает раз в жизни.

– Что вы продаете?

– Могу я всего на минутку заскочить внутрь?

– По правде говоря, не думаю, что мне будет интересно, мистер…

– Снай. Марвин Снай. Я предлагаю отличную сделку.

– Так что же вы продаете?

Он улыбнулся. Его рот был слишком красным, зубы слишком белыми, волосы слишком прилизанными и черными.

– Мисс Мортон, я из сферы бизнеса, занимающегося вопросами смерти.

– Кладбищенские участки?

– Нет-нет. Едва ли. Фирма, которую я представляю, специализируется на скрытых убийствах.

Сердце Пегги Мортон учащенно забилось.

– Убийствах?

– Именно так.

– Вы шутите.

– Я совершенно серьёзен, мисс Мортон.

Закрыв глаза, она потерла виски.

– Я… Я не знаю. Убийства? Ладно, давайте послушаем, что у вас есть сказать, – oна широко открыла дверь. – Проходите.

Марвин Снай вошел в её жилище, он выглядел щуплым в своем сером костюме. Его лицо казалось белым, за исключением щели рта. Он сел на кушетку. Пегги надеялась, что он не откинется назад; она была уверена, что волосы его затылка оставят темное пятно на обивке.

– Возможно, вас интересует, мисс Мортон, точная сущность услуги, которую я хочу предложить.

– Можно и так сказать. – Она нервно улыбнулась и села напротив него.

– Я представляю фирму «Фьючерс Анлимитед». Мы верим, что будущее находится в руках сильных, мисс Мортон, в руках тех людей, у которых хватает смелости творить его самим. Если вы такой человек – а я думаю, что так оно и есть, – то вы можете обнаружить, что наш сервис идеально соответствует вашим специфическим потребностям.

Она прочистила горло.

– Чем конкретно вы занимаетесь?

– Я рад, что вы задали этот вопрос. Это показывает, что вы женщина, которой нравится прямой подход, как и мне. Вы верите в то, что нужно сталкиваться с ситуациями лицом к лицу, не так ли?

– Обычно так.

Он пригладил волосы, затем взглянул на свою руку, словно проверяя, не осталось ли чего.

– Наша фирма считает, – объяснил он, – что время от времени возникают ситуации, которые не могут быть решены обыденными методами. За скромную сумму мы устраняем те препятствия, те раздражители, которые стоят на пути к более удовлетворительной жизни наших клиентов – часто с поразительными результатами. Разрешите?

Он положил чёрный кейс к себе на колени, открыл его и достал брошюрку.

– Позвольте мне зачитать вам комментарии нескольких наших удовлетворенных клиентов, – на обратной стороне брошюрки он прочитал вслух: «Когда меня недавно обошли с повышением, я был по-настоящему подавлен. «Фьючерс Анлимитед» поправили это всё. Сейчас я вицепрезидент крупной производственной компании, и у меня впереди блестящая карьера. Я очень вам благодарен».

– А вот еще. Я уверен, что вы это оцените. «Этот старый козёл упорно не хотел отдавать концы. Я думала, он будет жить вечно, и я была без гроша в кармане. Вы сделали всё, как надо. Вы стоите каждого медного цента». Нужно принимать деньги в любом виде, как считаете, мисс Мортон? – Он улыбнулся и тихо захихикал.

– Еще? «Мой муж был пьяной скотиной. «Фьючерс Анлимитед» сотворил чудеса с моим душевным спокойствием». Я думаю, это говорит само за себя, не так ли? У меня есть много других в таком же духе, но этого должно быть достаточно, чтобы указать на положительные отклики наших клиентов.

– А теперь, мисс Мортон, скажите мне вот что: есть ли в вашей личной или профессиональной жизни кто-то, кого вы считаете препятствием, помехой или угрозой?

– Да, – сказала она. – Да, определенно есть.

– Замечательно. Я уверен, что вы будете полностью удовлетворены разрешением нами этого вопроса.

– Сколько это будет стоить?

– Пять тысяч долларов. Две с половиной тысячи авансом, остальное выплачивается в полном объеме после выполнения задания.

– Это ужасно много, не считаете?

– Мы можем предложить пятипроцентную скидку, если согласитесь оставить свой отзыв в рекламных целях. Дополнительная пятнадцатипроцентная скидка доступна, если вы приобретаете сразу две утилизации. Фактически это означало бы, что вы могли бы приобрести каждую из них всего за 4000 долларов.

– Я бы хотела только одну.

– С отзывом?

– Я думаю, это приемлемо.

– Тогда это составит 4750 долларов.

– Это всё равно непомерно высокая цена.

– Честно говоря, мисс Мортон, я разочарован вашими словами. Он с огорчением покачал головой.

– Мне жаль, – сказала она.

– Если вы присмотритесь к рынку, то обнаружите, что наши расценки вполне разумны. Конечно, вы могли бы осуществить эту работу и за меньшие деньги, но вам неизменно пришлось бы иметь дело с головорезами-дилетантами. Крайне опасно. В таких деликатных вопросах, как этот, было бы неразумно соглашаться на что-то меньшее, чем на самое лучшее. А мы, в «Фьючерс Анлимитед», являемся самыми лучшими. Мы предлагаем вам полную конфиденциальность и оперативное, эффективное обслуживание высочайшего профессионального качества. Естественно, самое лучшее стоит немного дороже.

– Естественно.

– А теперь, почему бы нам не приступить к необходимым формальностям? – Он достал из кармана рубашки позолоченную ручку, а из кармана пиджака – блокнот.

– Ваше имя?

– Маргарет Мортон.

– Адрес, включая почтовый индекс?

Она дала их ему. Он что-то строчил в блокноте, не поднимая глаз.

– Род занятий?

– Офицер полиции.

Ручка остановилась. Его губы сложились в болезненную улыбку.

– Вы, конечно, шутите.

– Конечно.

– Я уверен, что являясь офицером полиции, вы должны понимать, что для обвинения в заговоре с целью совершения убийства требуется явное действие?

– Я не коп.

– Всё, что мы делали до сих пор, это… фантазировали. – Он прочистил горло. – Ну, так род занятий?

– Продавец.

– Работодатель?

– «Вестерн Косметикс».

– Годовой доход?

– Это обязательно?

– Боюсь, что так. Нам нужно…

– Около тридцати тысяч.

– Очень хорошо, мисс Мортон. А теперь мне нужно имя субъекта.

– Стив Хейз. Х-Е-Й-З.

– Адрес?

– Этот же адрес.

– О?

– Он живет здесь.

– Когда его можно будет найти в этом месте?

– Каждый вечер. Он приходит домой с работы в четверть шестого и уходит в десять минут восьмого утра.

– На выходных он свободен?

– Да.

– Очень хорошо. Итак, мисс Мортон, что бы вы хотели, чтобы я обозначил в качестве вашего мотива?

– Что?

– Ваш мотив. Причина, по которой вы хотите, чтобы «Фьючерс Анлимитед» удалила этого человека из вашей жизни.

– Он изменил мне, – пробормотала она.

Марвин Снай покачал головой.

– С позволения сказать, мисс Мортон, трудно поверить, что мужчина мог найти какую-либо женщину красивее и притягательнее вас.

– Спасибо. – Она поежилась под мутным взглядом мужчины.

– Вам нужна его фотография или что-то в этом роде?

– Это было бы очень полезно.

– Минутку. – Пегги направилась к входной двери, где оставила свою сумочку. Вынула бумажник, открыла его и достала цветную фотографию. – Вот, – сказала она. Она подошла к кушетке и вручила ему её.

– Очень хорошо. Я бы даже сказал отлично. Это будет существенным подспорьем. А теперь, не могли бы вы расписаться вот здесь? – Он протянул свою ручку.

Пегги взяла ее.

– Что именно я подписываю?

– Ваше согласие предоставить отзыв после выполнения нашей задачи. Это будет означать для вас экономию в размере 250 долларов.

– Хорошо, – она просмотрела документ. – Держу пари, у вас полно заказов.

– У нас всё благополучно. – Он горделиво улыбнулся. – Меня только что перевели с востока, чтобы я управлялся в этом регионе, и у меня, конечно же, дел невпроворот.

– Думаю, вокруг многие люди хотят чьей-то смерти.

– Почти все. Конечно, многие не могут заплатить ту цену, которую мы запрашиваем, а у других не хватает морального мужества иметь с нами дело. Тем не менее, за последнюю неделю мне удалось зарегистрировать полдюжины потенциальных клиентов. – Он с нежностью похлопал по своему блокноту. – Теперь, не подпишете ли прямо здесь?

Она поставила подпись.

– Нам, разумеется, потребуются наличные в качестве первоначального взноса.

– Разумеется, но я не держу столько в доме, мне придется снять деньги со своего сберегательного счёта.

– Я буду рад получить их в удобное для вас время. Где и когда?

Она посмотрела на него с ухмылкой.

– Мисс Мортон?

– А как насчет никогда?

– Мисс Мортон, я, правда, не в состоянии…

– Я не заплачу тебе ни единого цента. Как тебе это нравится, слизоид?

Его лицо покраснело.

– Я не понимаю…

Он попытался увернуться, когда Пегги приставила ручку к его горлу, он был недостаточно быстр. Та вошла глубоко.

– Головорезы-дилетанты, говоришь?

Она посмотрела на кровь, разливавшуюся по кушетке, и застонала. Ожесточенная конкуренция иногда может быть такой грязной.

Приятные вибрации

Ким расстелила одеяло на песке. Встала на его середину, опустила вниз пляжную сумку, после чего сняла обувь и носки. Кроссовки поставила по двум углам одеяла на случай, если поднимется ветер.

Затем она расстегнула блузку.

Ей стало интересно, наблюдает ли за ней кто-нибудь. Пляж ведь не был пуст. По меньшей мере дюжина парней – кто-то из них играл в волейбол, кто-то бросал фрисби, некоторые загорали в одиночестве или с друзьями, семьями или подругами – они чуть не свернули шеи, провожая её взглядами, когда она пробиралась по пляжу в поисках свободного места, чтобы расстелить свое одеяло. Некоторые и сейчас могли пялиться на неё, желая увидеть, как она будет снимать одежду.

На пляже было полно молодых красоток в откровенных купальниках, но большинство парней в пределах видимости не сводили глаз с Ким. Потому что она была единственной, на ком всё еще были блузка и шорты. И они хотели посмотреть, как она раздевается.

Она достаточно часто была на пляже, чтобы знать, как это бывает.

Прямо сейчас большинство мужиков сверлили взглядами её спину, зная, что она уже расстегнула блузку, и прямо-таки замерли в ожидании, когда она стянет её с плеч. Большинство, как она подозревала, надеялись, что каким-то чудом, в порыве безрассудства или из-за рассеянности она оставила верх своего купальника в другом месте.

«Жаль разочаровывать вас, парни», – подумала она.

Она сняла блузку, бросила её на одеяло, затем быстро стянула шорты и переступила через них. Это должно было положить конец напряжению для её аудитории. Теперь она была просто еще одной девчонкой в бикини со стрингами. В конце концов, она не забыла надеть купальник. И он не был прозрачным. И он не расстегнулся и не свалился с неё, чтобы доставить им удовольствие.

Парни могли с чистой совестью переключить свое внимание на другие дела.

Некоторые, конечно же, будут продолжать наблюдать. Такие типы практически всегда попадаются.

«Это просто часть похода на пляж, – сказала себе Ким. – Ты знаешь, что на тебя будут смотреть, будут оценивать и восхищаться. Ты знаешь, что парни клюют на тебя. Нравится тебе это или нет, но так оно и есть».

Расслабься и получай удовольствие.

Сцепив руки за головой, она потянулась. Закрыла глаза, выгнула спину, поднялась на цыпочки, сжала ягодицы и застонала от приятного ощущения напряженных мышц. Медленно втянула свежий, солёный воздух. Она слышала шум прибоя, крики чаек и детей, смех и возгласы, рок-н-ролл, рэп, кантри, а также маниакальные вопли ди-джеев из близлежащих радиоприёмников. Ким почувствовала тепло солнечных лучей на своем теле. Наслаждалась тем, как мягкий, прохладный ветерок шевелил её волосы и скользил по обнаженной коже.

«Как же хорошо, – восхитилась она. – Вот это жизнь! Лучше, чем сейчас, и не бывает».

«А, нет. Бывает. Без бикини было бы еще лучше», – подумала она.

И тихо рассмеялась.

Тогда парням действительно было бы на что посмотреть.

Ну уж нет. Ни за что.

Ким открыла глаза. Даже сквозь тонированные линзы ее солнцезащитных очков блики от залитых солнцем волн были такими яркими, что она была вынуждена прищуриться. Малышня с шумом плескалась в полосе прибоя. Рядом прошла пара влюбленных, пена ласково скользила по их ногам. Мимо них пробежал мужчина в обтягивающих плавках, его накачанные мускулы перекатывались, бронзовая кожа сверкала.

Он даже не посмотрел в сторону Ким. После того, как он пробежал мимо, она скользнула взглядом по его спине, задержалась на бугрящихся ягодицах под обтягивающими плавками. И всё еще наблюдала за ним, когда заметила молодого человека, растянувшегося на песке в паре ярдов слева от неё.

Он лежал на животе, сложив руки под подбородком. Лицо было повёрнуто в её сторону. На нем были странные очки. Совсем не похожие на очки для плавания. Кожаные, с маленькими круглыми линзами. Зелёные стекла линз были такими темными, что Ким не могла разглядеть его глаз. Но была уверена, что они открыты. Открыты и смотрят на неё.

Вероятно, он был одним из тех, кто шпионил за ней с самого начала.

Она нахмурилась:

– Куда это ты уставился?

Парень не ответил. Даше не пошевелился. Притворился спящим, как опоссумы притворяются мёртвыми.

«Забей. Не трепи нервы попусту, – сказала себе Ким. – У него есть право быть здесь. И нет закона, запрещающего смотреть, куда ему вздумается. Даже на меня».

Или носить странные очки.

Только вот что-то еще в нём казалось неправильным.

Что-то большее, чем очки и то, как он исподтишка пожирал её глазами.

Во-первых, она поняла, что он растянулся на голом песке – под ним не было ни полотенца, ни одеяла. У него не было ни рубашки, ни обуви. Вместо плавок на нём были коротко обрезанные выцветшие синие джинсы.

Во– вторых, парень вовсе не выглядел мокрым – значит он не просто вышел из воды и плюхнулся здесь, чтобы обсохнуть на солнце.

Его джинсы без ремня висели так низко, что была видна верхняя часть ложбинки между ягодицами. Один задний карман был оторван в углу, и Ким видела голую кожу через дыру.

Кожа там казалась такой же загорелой, как и на открытых участках тела.

«Ну и полюбуйтесь, кто теперь пялится», – подумала Ким.

Она знала, что должна отвернуться. Чувак в таких очках практически стопроцентно либо торчок, либо лунатик. И, конечно же, она не хотела, чтобы у такого типа сложилось впечатление, что он может её заинтересовать.

Не хватало только, чтобы такой чудик, решил к тебе подкатить.

Он наверняка натуральный псих.

Но симпатичный псих, судя по тому, что она могла разглядеть. Мускулистый, стройный, с гладкой кожей, загорелой на оттенок темнее песка, и обнаженный до самых бедер, на которых небрежно низко висели коротко обрезанные штаны. А может быть и, намеренно низко. Может быть он хотел, чтобы она обратила внимание на плавный изгиб его спины, переходящий в холмики ягодиц. Хотел, чтобы она думала о том, что он совсем голый под выцветшими, драными джинсами.

Ким перевела взгляд на его лицо. Оно покоилось на его скрещенных руках. А эти очки были чертовски странными. Может, он еще и красавчик, но, когда глаз не видно, то как это поймёшь наверняка? Его волосы были стянуты на затылке кожаным ремешком очков, но, аккуратно подстриженные, блестели, как золото, и слегка развевались на ветру.

Он выглядел на несколько лет моложе Ким. Наверняка малолетка.

Что могло бы объяснить эти его необычные очки. Подростки часто извращенно гордились тем, что они странные. Им нравилось привлекать к себе внимание. Мало того, они постоянно были возбуждены. Он может и очки надел только для того, чтобы тайно шпионить за девчонками.

А может он вовсе и не следит за мной.

Может, на самом деле просто спит.

Его губы внезапно вытянулись, быстро обозначив пару воздушных поцелуев в её сторону.

Ким вздрогнула. Она быстро отвернулась, опустилась на колени и запихнула блузку и шорты в пляжную сумку.

Её сердце бешено колотилось, едва не выпрыгивая из груди.

Он всё это время наблюдал за ней, и видел, как она на него пялилась. Вот же ж подонок!

А еще эти воздушные поцелуйчики! Надо быть настоящим придурком, чтобы выкинуть подобное. Это же что-то типа «поцелуй меня в задницу» или «отсоси у меня».

А может, он и не имел в виду ничего подобного. Может, он просто хотел намекнуть, что был бы не прочь поцеловать её.

Как бы то ни было, ей было чертовски неловко.

Ким подумала, не стоит ли ей собрать свои вещи и перебраться на другой участок пляжа. Но ей не хотелось этого делать. Она первая сюда пришла. Ну, вроде бы. По крайней мере она, определенно, не видела его, когда выбирала это место, иначе попросту не стала бы раскладывать своё одеяло так близко к нему.

Нет, он точно появился позже. Должно быть, подкрался по-тихому и разлёгся рядом, чтобы посмотреть стриптиз-шоу.

Наверное, пока я расстилала одеяло.

«Но, нет. Я остаюсь здесь, – решила она. – Я не позволю ему спугнуть меня».

Что? Спугнуть? Откуда вообще такие мысли?

Разве я напугана? Почему я вообще должна бояться? Может, он и странный, так что с того? Он же не может мне ничего сделать, когда вокруг столько людей.

Всё, что он может делать – только смотреть. Ну и что?

Пусть пялится сколько ему хочется.

Онанист хренов.

Бояться его. Вот еще не хватало.

Ким порылась в пляжной сумке и вытащила пластиковый флакон с маслом для загара. Сумку отодвинула в сторону, чтобы не мешала, и медленно повернулась. Она ощущала легкую нервную дрожь, но была вполне довольна собой – её двигающееся, плавно извивающееся тело, одетое только в крохотное бикини, было прямо перед ним во всей красе.

Это тебя заводит, очкарик?

Она поборола внезапное искушение послать ему ответный воздушный поцелуй.

Чёрт его знает, к чему это могло привести.

Поэтому Ким повернулась лицом к воде, вытянула ноги и откупорила флакон с маслом для загара. Она нанесла тонкую струйку тёплой жидкости на верхнюю часть каждой ноги до щиколоток. Масло поблёскивало на солнце и щекотало кожу, когда начало стекать вниз. Ким отставила флакон в сторону. Раскрытыми ладонями она начала растирать масло по голеням и коленям. Затем по бёдрам. На бёдрах она задержалась, медленно скользя ладонями вверх-вниз и между ними, поглаживая кожу до самых краёв голубой полосочки ткани, которая тянулась вниз от низкого опущенного пояса-шнурка и облегала её, как узкая блестящая мембрана.

Внимательно следишь, четырёхглазый?

Смотри, слюной не захлебнись.

Закончив с ногами, она плеснула масла на ладонь правой руки и стала намазывать живот, кончиками пальцев проводя вдоль шнурка, висевшего высоко на бёдрах. Её ладонь скользнула по шнуру, затем поднялась за новой порцией масла. Ким намазала им бока и грудную клетку под чашечками бюстгальтера.

Затем наступила очередь плеч и рук. Она усмехалась про себя, делая это.

Заставь его трепетать в ожидании грандиозного финала.

Она сняла солнцезащитные очки и, закрыв глаза, осторожно нанесла масло на лицо.

Держу пари, я свожу его с ума.

Да у него, поди, и так не все дома. Был бы нормальный, не носил бы эти идиотские очки.

Ким снова надела солнцезащитные очки, затем наполнила ладонь маслом и начала втирать его в грудь. Она ласкала себя, наслаждаясь ощущением горячей скользкой кожи и смакуя то, как она, вероятно, мучает парнишку. Он должен был наблюдать, должен был мечтать, чтобы это его рука скользила между её грудей и поглаживала их голые бока.

Пальцы каждой руки она по очереди просунула под шнурки, свисавшие с шеи. Растёрла масло по верхней часть каждой груди. Скользнула ладонью под облегающую ткань и провела кончиками пальцев по уже набухшим и торчащим соскам.

Спорим, ты не ожидал такого шоу, придурок.

Правая рука все еще была внутри топа, маслянистые пальцы скользили по соску, когда она повернула голову, чтобы взглянуть на своего зрителя.

Только вот его уже не было.

Место, где он лежал, было пусто. Не осталось ничего, кроме неглубокого отпечатка, который его тело оставило на песке.

Куда, черт возьми, он подевался?

Ким высунула руку из-под бикини и оглядела пляж. Посмотрела из стороны в сторону. Окинула взглядом береговую линию и полоску прибоя. Она даже повернула голову, чтобы осмотреть пространство позади себя.

Вокруг было множество людей, даже несколько парней в шортах вместо плавок. К счастью, никого не было так близко, чтобы насладиться её шоу. Но мальчишки в странных очках, который должен был находиться всего в нескольких футах от неё, который должен был мучиться из-за неё, нигде не было видно.

Этот ублюдок сбежал от меня!

«Вот и хорошо, – сказала она себе. – Я пришла сюда вовсе не для того, чтобы на меня пялился какой-то урод».

Черт побери! Как он мог просто встать и уйти?

А он, наверное, гей. Другого объяснения нет. Натурал остался бы глазеть или вообще подошел бы и стал приставать ко мне.

Если только он не свалил, чтобы позлить меня.

Только вот я не злюсь, ни капельки. Ни капелюшечки.

Я даже рада, что он ушел. Скатертью дорога. Я пришла сюда не для того, чтобы ко мне подкатывал какой-то чокнутый подросток.

Ким закрыла флакон с маслом. Её руки дрожали.

«Успокойся, – сказала она себе. – Всё, он ушел. Можно уже забыть о нем, просто отдыхать и наслаждаться».

Повернувшись, она прислонила флакон к своей пляжной сумке. Затем легла и закрыла глаза. Поёрзала на одеяле, вжимаясь в песок, чтобы придать ему форму изгибов своего тела.

Ким сделала глубокий вдох, от которого её груди плотнее прижались к гладким, облегающим лоскуткам ткани топа. Ей нравилось это ощущение. Нравилось, как греет солнце и как лёгкий ветерок ласкает её кожу, словно кончиками нежных пальцев.

«Как здорово, – подумала она. – Теперь, когда этот гаденыш исчез, всё просто идеально».

Почти идеально. Ей не нравилось, что песчаный бугорок уперся ей в задницу. Она извивалась, пока он не оказался в углублении между её ягодицами.

Наверное, это пивная бутылка, брошенная каким-нибудь чёртовым неряхой.

Она подумала, не избавиться ли от неё. Но для этого потребовалось бы столько усилий: сползти с одеяла, сдвинуть его в сторону, копаться в песке, а потом еще и прикоснуться к этой штуке. Чей-то мусор. Может что-то грязное. Возможно, это даже не бутылка. Может, какая-нибудь старая кость или еще что-нибудь. Фу. Ну уж нет. Можно и потерпеть.

К тому же сейчас ей уже не было дискомфортно. Вообще-то, было даже довольно приятно. Она сжала твердый предмет ягодицами.

«Надо бы перевернуться и получить максимум удовольствия», – подумала она.

Но она уже намазалась маслом спереди. И чувствовала себя слишком ленивой и расслабленной, чтобы двигаться. Ким зевнула. Потянулась. Прижалась поплотнее к песку и бугорку, и вскоре уснула.

В её сне парень в очках стоял на коленях между её ног и гладил ладонями ее бедра.

– Я знала, что ты вернёшься, – довольно улыбнулась она ему.

– А я сразу понял, что ты меня хочешь, – ответил он.

Она рассмеялась и сказала:

– Не льсти себе.

Он ухмыльнулся, сверкнув стёклами очков. Затем пригнулся ниже и лизнул её. По ощущению от его языка на своем теле она поняла, что низ ее бикини исчез. Ким бросила на себя взгляд. Верх купальника тоже отсутствовал. Задыхаясь, она всплеснула руками и прикрыла грудь. Его рот оторвался от неё.

– Да всё нормально, – сказал он, – Никто не смотрит.

– Угу, – саркастически хмыкнула она. – Готова побиться об заклад.

Парень фыркнул, расстегнул пуговицу на джинсах и потянул бегунок молнии вниз.

– Стал бы я такое делать, – спросил он, – если бы у нас были зрители?

Обрезанные штаны упали вниз до самых колен.

– Боже мой, – пробормотала Ким.

– Всё для тебя, – вкрадчиво выдохнул он.

Она развела руки в стороны, опустив их на песок. Наклонившись, он прижался губами сначала к одной, потом к другой груди. Он целовал, облизывал и нежно, но ощутимо посасывал их. Ким застонала извиваясь. Затем прошептала на выдохе:

– Нет, подожди.

Парень поднял голову. Он улыбнулся ей сверху вниз и провел языком по влажным губам.

– Что не так?

– Я тебя даже не знаю, – ответила она.

– Да брось. Всё нормально. Ты хочешь меня. И только это имеет значение.

Ким покачала головой.

– Меня не волнует твоё имя, – сказала она ему. – Но мне нужно увидеть тебя. Ты как будто прячешься от меня за этими дурацкими очками.

Он снова улыбнулся.

– Давай-ка сама.

Подавшись вперед, он опустился на неё, и, когда его горячее тело прижалось к ней, а язык скользнул между ее губ, Ким протянула руку и сдвинула очки ему на лоб.

У него не было глаз.

Пустые глазницы. Тёмные кровавые провалы.

Ким вскрикнула и оттолкнула его, и, вздрогнув, проснулась, резко выпрямившись. Пот струился по её телу. Она сидела, хватая ртом воздух. Сон. Это был всего лишь сон. Господи, как глупо!

Поначалу всё шло так здорово, правда до определенного момента. Пока дело не дошло до его глаз!

Чёрт. Дались мне его глаза?

– Боже, – пробормотала она. – Что со мной не так, если я представляю себе что-то подобное?

Она откинулась назад, крепко обхватила себя руками и покрутила головой, чтобы снять напряжение с шеи.

И увидела его.

Он вернулся.

Лежал себе, растянувшись на песке, в нескольких футах от нее, но уже справа. Зачем-то перебрался на другую сторону. Однако, поза его почти не изменилась – как и прежде, его голова покоилась на скрещенных руках, повернутая к ней. Как и прежде, на нём были странные круглые очки, которые скрывали его глаза за темно-зелеными линзами.

«Если у него вообще есть глаза», – подумала Ким.

Она непроизвольно поморщилась.

– Что-то не так? – спросил он.

– Да. Ты. Что ты здесь делаешь?

– Наслаждаюсь пляжем.

– Это большой пляж. Почему бы тебе не пойти в другое место?

– Мне здесь нравится. Вид – просто загляденье.

– Да? А я подумала, может, ты слепой или что-то типа того.

Он улыбнулся, продемонстрировав ровные белые зубы. Затем перевернулся и сел, повернувшись к ней лицом. Скрестив ноги, он отряхнул плечи и грудь от песка.

– Ты долго спала, – сказал он.

– А ты, надо думать, всё это время пялился на меня.

– У тебя был такой вид, будто тебе приснился кошмар.

– Зачем ты носишь эти дурацкие очки?

– Они не дают песку попасть в глаза.

– В них ты выглядишь как придурок.

– Ох, ну извините-простите. – Парень ухмыльнулся, вздёрнув вверх один уголок рта. Затем поднёс руки к вискам и прикоснулся к очкам.

Сердце Ким, казалось, пропустило один удар, и тут же бешено заколотилось. Её желудок сжался. Перехватило дыхание.

– Нет, – выдохнула она. – Не надо.

Слишком поздно.

Он сдвинул защитные очки на лоб.

На Ким смотрели голубые, как небо, глаза с длинными шелковистыми ресницами. Они казались задорными, понимающими, нежными.

Он был таким классным!

– А теперь? – спросил он.

– Теперь намного лучше, – ответила Ким. Её голос прозвучал хрипло, звук едва пробивался сквозь спазм в горле.

– Меня зовут Сэнди, – представился парень. Улыбаясь, он тряхнул головой. Из его тонких, поблескивающих на солнце волос на плечи и лицо посыпались крупинки песка.

– Ну, понятно почему[32], – сказала Ким.

– Нет. Вообще-то меня назвали в честь Коуфакса[33].

– Ой. А я – Ким.

– Рад знакомству, Ким. И вот что я тебе скажу – если в ближайшее время не перевернёшься, твоя прекрасная кожа может обгореть.

Она снова опустилась на одеяло и перекатилась на бок, повернувшись лицом к нему. Прекрасно осознавая, как ее груди перекатываются под тонкими, податливыми лоскутами бикини.

– Если я перевернусь, – протянула она, – у меня может сгореть спина. Если, конечно, ты не хочешь мне помочь.

– Каким это образом?

– С маслом для загара.

– А-а-а. Ну, думаю, с этим я справлюсь.

– Вот спасибо. – Ким перевернулась на бок и потянулась. Она скрестила руки под подбородком и краем глаза заметила, как Сэнди пристально разглядывает её, пока она ёрзает на одеяле, придавая песку удобную форму. Вспомнился твердый комок, который раньше выпирал снизу и мешался. Сейчас она его совсем не чувствовала.

Наконец Ким перестала двигаться.

Сэнди всё также продолжил сидеть на своем месте.

– Ну так что? – спросила она. – Ты идешь?

Парень опять тряхнул головой. С его волос снова посыпался песок.

– У меня есть идея получше, – сказал он. – Почему бы тебе не подойти сюда?

Что это еще за игры в доминирование?

Или он просто хочет полюбоваться, как я встану и пройдусь, хочет насладиться моим телом в движении.

– У меня тут одеяло, – сказала она.

– Так а я про что? Оно тебе ни к чему. Только мешает. Тебе нужно лежать на песке.

– Ага. Я же вся перепачкаюсь. Он везде налипнет.

– Потом просто примешь душ.

Ким посмотрела в его чудесные глаза. «Он представляет меня обнаженной в душе, – подумала она. – Может быть, видит себя рядом со мной под струями воды. Намыливает меня».

Она приподнялась, подхватила скользкий флакон с маслом для загара и сползла с одеяла. Медленно двинулась в его сторону на четвереньках, подняв голову и наблюдая за ним. Её ладони и колени погружались в горячий песок. Жалко, что он не мог видеть, как покачиваются её груди, но у него, должно быть, был прекрасный вид на её спину, обнаженную, за исключением двух завязанных шнурков, которые удерживали её топ, и третьего, который спускался с бёдер к узенькой облегающей полоске ткани на ее ягодицах.

Она остановилась перед его скрещенными ногами и приподнялась. Стоя на коленях, протянула ему флакон.

Он принял его из её рук.

– Тут пойдет? – спросила она.

– Да. Здесь нормально.

Ким развернулась к нему боком и легла на живот. Песок показался таким горячим, что сперва она испугалась, что может обжечься. Но уже через несколько мгновений привыкла к жару. Она немного поерзала, плавно извиваясь и наслаждаясь тем, как сыпучая поверхность послушно поддается, нежно прижималась к ее телу.

– Разве это не приятнее, чем одеяло?

– Совсем другие ощущения.

– Да. Ты как будто плывешь, – вкрадчиво произнес он. – Плывешь по тёплому морю, которое любит тебя. Чувствуешь, как песок обнимает тебя? Чувствуешь, как он поддерживает каждый твой изгиб, старается заполнить каждую впадинку?

– Мне кажется, чувствую.

«Ну да, – подумала она про себя, – это вроде как мило и приятно, но не настолько, чтобы забыть обо всём остальном. Этот парень, может, и красавчик, но всё равно немного странновастенький».

– Так ты намажешь мне спину маслом?

Улыбаясь, Сэнди кивнул. Когда он встал на колени и подполз к ней, Ким откинула волосы в сторону, открывая шею и развязала шнурок. Она опустила его концы на песок, затем завела руку за спину и распустила бант на спине.

– Не хочу следов от ремешков, – пояснила она.

– Они больше похоже на ниточки, – сказал Сэнди.