Текст книги "100 великих имен России"

Автор книги: Полина Ребенина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 34 страниц)

Князь Дмитрий Донской

Московский князь Дмитрий Иванович (1350–1389) был сыном Ивана Красного и внуком Ивана Калиты. Он был современником Сергия Радонежского, которого называли хранителем земли Русской. Радонежский был великий миротворец, который «тихими и кроткими словами» мог действовать на самые загрубелые и ожесточенные сердца. Он часто примирял враждующих между собой князей, уговаривая их подчиняться великому князю московскому. Благодаря этому ко времени Куликовской битвы почти все русские князья перестали враждовать и признали главенство московского князя Дмитрия Иоанновича.

Многолетняя смута привела к развалу Золотой Орды. В ее восточной части в 1380 году власть захватил Чингисид хан Тохтамыш. В западной части делами заправлял с 1361 года темник Мамай. Поскольку Мамай не был Чингисидом и прав на титул хана не имел, он просто менял на престоле ханов-марионеток по своей воле. С 1359 по 1380 год сменилось 25 ханов!

Дмитрий Донской на памятнике «Тысячелетие России» в Великом Новгороде

Для ведения войн и противостояния Тохтамышу Мамаю надо было собрать большое число людей, поэтому он привлек воинов-наемников Востока и Запада. У самого Мамая денег не хватало, но он рассчитывал получить финансовую помощь от своих союзников – генуэзцев. Однако те потребовали взамен концессии для добычи мехов и торговли на севере Руси, в районе ростовского Великого Устюга.

Мамай пообещал князю Дмитрию Московскому и некоторым его боярам устроить их личные дела, в том числе молодому князю Дмитрию выдать ярлык на великое княжение в обмен на предоставление этих концессий. Если бы Дмитрий согласился на эту сделку, то Московское княжество превратилось бы в торговую колонию генуэзцев. И хотя многим боярам предложение показалось выгодным, преподобный Сергий Радонежский решительно заявил, что «на Святую Русскую землю допускать иноземных купцов нельзя, ибо это грех». Авторитет Сергия был настолько высок, что с ним нельзя было не считаться, к тому же его поддержал митрополит Алексий. В результате Москва отвергла предложение Мамая и генуэзцев и тем самым перешла от союза с Мамаем к вражде с ним.

После смерти хана Джанибека в 1359 году в Орде началась борьба за власть, которую летописцы назвали «Великая замятня». Она ослабила Орду, в то время как Москва становилась все сильнее, объединяя под своими знаменами все больше русских земель. В 1374 году московский князь Дмитрий Иванович, внук Ивана Калиты, отказался выплачивать дань фактическому правителю Орды – Мамаю.

В 1377 году татары напали на Нижний Новгород и разгромили русских в битве при реке Пьяне. В следующем году темник послал разорить Москву пятидесятитысячное войско по главе с мурзой Бегичем. Однако московская дружина под водительством великого князя Дмитрия Ивановича встретила татар у реки Вожи на Рязанской земле и 11 августа 1378 году обратила их в бегство. Это была первая за многие годы победа русских над татарами.

Мамай был взбешен! Год готовился он к великому походу на Москву, нанял генуэзцев, черкесов, аланов и ясов, поддержали его литовцы и рязанский князь Олег. Великий князь Дмитрий тоже готовился к битве. Он созвал дружины со всех подвластных ему княжеств.

Как рассказал Епифаний Премудрый, решающей битве с Мамаем предшествовала встреча князя Димитрия с преподобным Сергием: «Известно стало, что Божиим попущением за грехи наши ордынский князь Мамай собрал силу великую, всю орду безбожных татар, и идет на Русскую землю; и были все люди страхом великим охвачены». Великий князь Димитрий «пришел к святому Сергию, потому что великую веру имел в старца, и спросил его, прикажет ли святой ему против безбожных выступить: ведь он знал, что Сергий – муж добродетельный».

Сергий Радонежский имел дар предвидения. Он благословил князя Дмитрия на битву с татарским ханом Мамаем на Куликовом поле и сказал: «Если враги хотят от нас чести и славы – дадим им; если хотят злата и серебра – дадим и это; но за имя Христово, за веру православную надо душу свою положить и кровь пролить». И добавил: «Следует тебе, господин, заботиться о порученном тебе Богом славном христианском стаде. Иди против безбожных, и если Бог поможет тебе, ты победишь и невредимым в свое отечество с великой честью вернешься».

Несмотря на запрет инокам участвовать в боях, Сергий благословил выйти против воинов из Орды Мамая с оружием в руках двух схимонахов боярского рода – опытных в военном деле Пересвета и Ослябю.

Получив от Сергия благословение, великий князь «ушел из монастыря и быстро отправился в путь». 20-го Димитрий был уже в Коломне. 26–27-го русские перешли Оку, рязанскою землею наступали к Дону. 6 сентября его достигли. И заколебались. Ждать ли татар, переправляться ли?

Старшие, опытные воеводы предлагали: здесь повременить. Мамай силен, с ним и Литва, и князь Олег Рязанский. Димитрий, вопреки советам, перешел через Дон. Назад путь был отрезан, значит, все вперед, победа или смерть.

Сергий в эти дни был в подъеме высочайшем. Он, согласно Епифанию, при встрече своим ответом не предрек великому князю безусловную победу и спасение от смерти, поскольку этот ответ содержал слова «если Бог поможет тебе» и по этой причине не был пророчеством. Лишь позже, когда русские воины, выступившие в поход, увидели войско «татарское весьма многочисленное» и «остановились в сомнении», «размышляя, что же делать», неожиданно «появился гонец с посланием от святого», в котором говорилось: «Без всякого сомнения, господин, смело выступай против свирепости их, нисколько не устрашаясь, – обязательно поможет тебе Бог».

И вот 8 сентября 1380 года на Куликовом поле, в месте, где река Непрядва впадает в Дон, произошло одно из переломных сражений мировой истории. Началось оно с поединка витязя-инока Пересвета и татарского богатыря Челубея. Пересвет поразил Челубея, но и сам пал.

После чего началась общая битва, на гигантском по тем временам фронте в десять верст. Сергий сказал: «Многим плетутся венки мученические». Сам преподобный же в эти часы молился с братией у себя в церкви. Он говорил о ходе боя. Называл павших и читал заупокойные молитвы. А в конце сказал: «Мы победили».

Решил его исход русский засадный полк, который тайно выжидал в стороне и вступил в сечу, когда силы сражавшихся уже были на исходе. Мамай бежал. Опоздавшие литовцы, узнав о разгроме татар, тоже предпочли удалиться. Рязанские историки утверждают, будто Олег Рязанский вступил в сговор с литовцами против Москвы по поручению Дмитрия Донского и обманом помешал им вовремя прибыть на Куликово поле.

Русское войско понесло тяжелые потери. Но совершенно точно известно одно: воины Дмитрия Ивановича нанесли ордынцам сокрушительное поражение и обратили армию Мамая в бегство. В XVI веке по повелению царя Ивана Грозного Куликовская битва безоговорочно была признана великой победой русского народа. Видимо, царь же пожелал, чтобы князя-победителя называли Дмитрием Донским.

В том же 1380 году после Куликовской битвы Мамай был разгромлен на реке Калке воинством Тохтамыша, после чего последний объявил себя ханом Золотой Орды. Преследуемый татарской погоней, Мамай бежал в Крым, где был настигнут и убит.

Куликовское сражение не стало финалом противостояния Руси и Орды. Через два года новый правитель Орды, хан Тохтамыш, разорил Москву и снова заставил русских выплачивать дань. Однако влияние Куликовского сражения на ход истории трудно переоценить.

Во-первых, победа сплотила Русь: князья убедились, что вместе Орду можно победить. Во-вторых, набеги сократились, князьям больше не нужно было получать ханский ярлык, и дань теперь выплачивали нерегулярно. Золотоордынское иго после Куликовской битвы существенно изменило свой характер в сторону большей самостоятельности великих московских князей.

Великий князь Иван III

Иван Васильевич (1440–1505) был вторым сыном великого князя Василия II. В 1452 году 12-летний наследник престола женился на еще более юной дочери князя Бориса Тверского Марии. Их единственный сын родился в феврале 1458 года и был назван также Иваном.

В первые годы правления действия Ивана III сводились к ревизии дворянского и боярского землевладения. Если кто-либо не мог привести доказательств своих прав на ту или иную деревню, то землю передавали великому князю. Это привело к увеличению количество служилых людей, что усилило мощь княжеского войска.

В апреле 1467 года Иван Васильевич овдовел. Супругу его, по всей видимости, отравили – тело ее после смерти страшно распухло. Теперь великому князю предстояло найти новую жену. В 1469 году из Италии прибыли послы с брачным предложением. Жениться Ивану III предлагали на племяннице последнего императора Византии Константина XI Зое Палеолог. Идея породниться со столь знаменитым родом представилась Ивану Васильевичу заманчивой, и он дал согласие. В ноябре 1472 года невеста прибыла в Москву и была обвенчана с великим князем. На Руси ее прозвали Софьей Фоминишной, впоследствии она родила великому князю шесть дочерей и пятерых сыновей.

Этот брак имел для Руси благоприятные последствия. Десятилетия упадка в результате монголо-татарского ига привели к тому, что на Руси были практически утрачены традиции каменного зодчества. Иван III, используя связи Зои Палеолог, обратился за помощью к итальянским мастерам. Уже в августе 1479 года собор Успения Богородицы в Московском Кремле был достроен. На Русь стали приезжать не только итальянские строители, но и пушечники, врачи, мастера серебряных, золотых и горных дел.

По воспоминаниям, именно в эту пору Иван III стал внушать страх одним своим видом. Женщины падали в обморок от его гневного взгляда. Придворные, со страхом за свою жизнь, должны были в часы досуга забавлять его, а когда он, сидя в креслах, засыпал, они стояли вокруг, не смея сделать неосторожное движение, боясь разбудить его.

В 1470-х годах основной заботой Ивана III стало подчинение Новгорода. Испокон веков новгородцы контролировали весь север нынешней европейской России до Уральского хребта включительно, ведя обширную торговлю с западными странами, в первую очередь с Ганзейским союзом. Они имели немалую автономию, в частности осуществляли самостоятельную внешнюю политику. Оппозиционное боярство сконцентрировалось вокруг богатейшей землевладелицы Марфы-посадницы. Настроения, зревшие долгое время, выплеснулись в конце 1470 года, когда к королю Польши были отправлены послы с прошением взять Новгород под свое покровительство, а на княжение поставить литовского князя Михаила Олельковича.

Иван Васильевич пытался погасить конфликт средствами мирными, однако это ни к чему не привело. Тогда летом 1471 года московское войско вышло в поход. На войну также двинулись и псковичи. Поход принял характер общерусского ополчения против изменников православия и «отступников к латинству». 13 июля 1471 года произошло сражение на реке Шелони, в ходе которого небольшой московский отряд легко разбил новгородскую рать, превосходившую его в восемь раз. После этого сражения Иван III двинулся с главным войском на Новгород. В городе царили шатания и разброд, жители города биться с Москвой не хотели. Народ отправил архиепископа просить у князя пощады. В итоге Новгород отрекся от связи с литовским государем, уступил великому князю часть Двинской земли и обязался уплатить контрибуцию. Иван расправился со многими представителями местной знати, отобрав у них земли и выслав их в центральные районы страны.

Иоанн III и татарские послы. Рисунок К.Е. Маковского. 1870 г.

Однако до полного подчинения новгородских земель было еще далеко. Весной 1477 года часть новгородского боярства отправились с посольством в Москву, чтобы подтвердить свою верность великому князю и преподнести ему дары. Но по возвращении домой их ждали разгневанные новгородцы, и несколько бояр были убиты. Народное вече выбрало правительство из числа бояр, нацеленных на союз с Литвой, и вероломные новгородцы снова обратились за поддержкой к королю Казимиру.

Когда эти вести дошли до Москвы, Иван III стал снаряжать войско для нового похода на Новгород. К ноябрю 1477 года великокняжеская армия подошла к стенам Великого Новгорода. Иван объявил новгородцам следующее: «Вече и колоколу не быть, посаднику не быть, государство Новгородское держать великому князю». После некоторого раздумья новгородские бояре решили пожертвовать свободой и объявили, что соглашаются на все условия. Но осада продолжалась. Когда в городе начался голод, Иван потребовал, чтобы ему отдали половину монастырских волостей и все новоторжские волости. Новгород на все согласился. Однако на этот раз Иван III оказался не так милостив. После проведения розыска было казнено свыше сотни «крамольников», конфискована вся новгородская казна и арестован архиепископ Феофил. 15 января 1478 года все горожане были приведены к присяге. Вечевой колокол был снят и отправлен в Москву.

А в 1472 года Иван Васильевич перестал платить татарам дань. Это татарам, естественно, не понравилось, и летом 1480 года глава Орды хан Ахмат заключил с королем Казимиром союз с целью захватить и разорить Москву. Русские рати Ивана Васильевича закрепились на северном берегу реки Оки, ожидая неприятеля. Ахмат между тем мешкал, ожидая Казимира. Лишь в сентябре, так и не дождавшись союзника, Ахмат пошел в сторону литовских владений на запад и остановился близ Воротынска. Иван Васильевич, узнав об этом, дал сыну приказ занять оборону на Угре, а сам вернулся в Москву.

Отправив казну и семью на Белоозеро, он начал готовить Москву к осаде. В начале октября татары вышли к реке, однако после четырехдневных боев переправиться через Угру так и не смогли. Хан Ахмат переходить Угру так и не отважился. Послав Ивану III грозное письмо с требованием выплатить дань, татары отступили, к тому времени они, полностью разорив верховья Оки, оказались «босы и нагы». Таким образом, последняя крупная попытка Орды восстановить над Русью свою власть провалилась. Когда Иван III получил очередное письмо от татар с требованием выплаты дани, он демонстративно разорвал послание и приказал казнить послов.

А в 1480 году Ивану III удалось заключить важный союз с крымским ханом Менгли-Гиреем. Крым сковывал силы как Польско-Литовской державы, так и Большой Орды. Набеги крымцев, нередко скоординированные с Москвой, обеспечивали спокойствие южных и части западных границ Русской державы.

В феврале 1481 года Иван III отправил на помощь псковичам, долгие годы своими силами воевавшим с Ливонией, двадцатитысячную рать. А в сентябре Иван Васильевич от имени псковичей и новгородцев смог заключить с Ливонией десятилетний мир, добившись в Прибалтике некоторого спокойствия.

В 1483 году Иван III фактически прибавил к своим владениям город Рязань. А осенью 1485 года покорил Тверь. Кроме объединения русских земель великий князь вел и энергичную внешнюю политику. Его крупнейшим достижением стало налаживание прочных связей с германскими императорами Фридрихом II и сыном его Максимилианом. Во время его правления был принят известный всем россиянам государственный герб с изображением двуглавого орла.

В конце жизни Иван Васильевич получил возможность наглядно видеть плоды своих трудов. За 40 лет его правления Русь из раздробленной державы превратилась в могучее государство, вселявшее страх у соседей. Великому князю удалось уничтожить практически все уделы на землях бывшего Великого Владимирского княжества, достичь полного подчинения Твери, Рязани, Новгорода, значительно расширить границы Российского государства – именно так оно отныне именовалось!

Преподобный Иосиф Волоцкий

Преподобный Иосиф Волоцкий (1439–1515) жил во времена правления великого московского князя Ивана III, а затем Василия II. Он прославился борьбой с ересью, захлестнувшей в те годы Русь, и сражением за чистоту православия.

Иван Санин родился и вырос в дворянской семье. В семилетнем возрасте поступил в учение к старцу Волоколамской обители Арсению Леженке. Талантливый отрок всего за один год изучил Псалтирь. В двадцатилетнем возрасте юноша принял монашеский постриг с именем Иосиф. Восемнадцать лет он прожил в Боровском монастыре под руководством старца Пафнутия. Пятнадцать лет вместе с Иосифом в келье жил его тяжелобольной отец, за которым он ухаживал до самой кончины. Иосиф с такой любовью ухаживал за отцом, что все больные, находящиеся на попечении монастыря, просили именно Иосифа ухаживать за ними. После смерти старца Пафнутия игуменом монастыря стал Иосиф. Он имел твердое намерение установить в обители строгий общежительный устав, такой как в Киево-Печерском монастыре, но монахи не выдержали строгости, воспротивились, и Иосиф оставил игуменство.

Два года он странствовал вместе со старцем Герасимом Черным, посещая различные монастыри. В Кирилло-Белозерской обители познакомился с Нилом Сорским, с которым впоследствии много и яростно дискутировал. При поддержке князя Бориса Волоцкого основал монастырь Успения Богородицы, который назвали позднее Иосифо-Волоцким монастырем.

Обитель жила по строгому уставу. За образец жительства Иосиф принял общежительный устав Кирилло-Белозерского монастыря. Женщин в обитель не допускали совсем. Ели все один раз в день, независимо от тяжести послушания, а в келье им не дозволялось держать даже «пития». Зимой носили ту же рясу, что и летом. Многие монахи не выдерживали такой суровой жизни и уходили. Уходя и признаваясь тем самым в своей немощи, они не обижались на своего игумена. Таким образом, происходил естественный духовный отбор: многие ушли, зато остались настоящие, истинные последователи Иосифа.

Даже будучи настоятелем, Иосиф всегда принимал участие в монастырских трудах, даже самых тяжелых. А по ночам занимался перепиской богослужебных книг. Все монахи обители также были каллиграфами и переписчиками книг. В монастыре была собрана уникальная библиотека – более 1000 рукописей. Иосиф считал, что личная бедность монаха должна сочетаться с коллективным богатством монастыря, которое должно расходоваться на благотворительность: на помощь бедным, на школьную и книжную деятельность, устроение больниц и богаделен, скрипториев и иконописных мастерских.

Иосиф Волоцкий пишет труд против ереси жидовствующих.

Лицевой летописный свод. XVI в.

В 1470 году в Новгород прибыл иудейский проповедник Захария. Он и его единомышленники склоняли малодушных к отрицанию основных догматов православия, к отказу от почитания святых и отрицанию таинств церкви. Эти усилия приносили свои плоды. Правители Новгорода Великого стали отворачиваться от православия и готовить союз с прокатолической Литвой. Именно это сподвигло Ивана III в 1471 году выступить против Великого Новгорода. Зная это, жители Московского княжества в гневе восклицали: «Разве новгородцы теперь нам братья? Любой инородец, признающий власть нашего государя, нам ближе, чем они!»

Новгородская секта привлекла в свои ряды и часть московского чиновничества. Их стали интересовать оккультизм и ложная мистика, астрология и учение Каббалы. В итоге в секте, которую называли «жидовствующими», сосредоточилась публика, настроенная оппозиционно по отношению к православной церкви, к ее иерархии и церковной традиции в целом.

Многие приближенные князя Ивана III впали в ересь. Даже митрополит Московский Зосима присоединился к еретикам. Невестка Иоанна III Елена Волошанка стала покровительницей «жидовствующих». Федор Курицын, должность которого можно соотнести с должностью министра иностранных дел, поддержал еретиков.

Иосиф Волоцкий прославился своей борьбой за чистоту православия. Перо стало его оружием борьбы, он оставил после себя обширное литературное наследие, в том числе знаменитую книгу «Просветитель», написанную для обличения еретиков-«жидовствующих».

Вот как он обрисовал свой метод богопознания в «Просветителе»: «Кто хочет узнать волю Божию и смысл Священного Писания… должен прежде очистить себя от страстей – сохранением Божественных заповедей, вниманием и многим старанием по Богу, безмолвием, слезами, смиренномудрием и страхом Божиим…»; «Поработи тело, а душу освободи»; «Если научишься молиться со вниманием, тебе не нужны будут поучения рабов Божиих: сам Бог, без посредников, будет озарять при этом мысль».

Иосиф создавал «Просветитель» в то время, когда еретикам покровительствовал сам великий князь московский, они были в силе, их боялись. Они стремились ослабить церковь, отобрать земли, уничтожить их самостоятельность, упростить и подчинить своему контролю. Высокопоставленные еретики занимали важные посты в духовной и светской иерархии, пользовались большой властью. Противники «жидовствующих» претерпели немало бед. Защищая свою церковь от этого недуга, преподобный Иосиф многим рисковал. Шла борьба, обе стороны дрались отчаянно.

Убедившись в том, что еретики лжесвидетельствуют и приносят притворное покаяние, после которого снова принимаются за прежнее, Иосиф призвал к расправе над ними. Но не нужно забывать, что обстоятельства были таковы, что до гибели Руси оставался один шаг: во главе церкви стоял митрополит-еретик Зосима, наследником Ивана III был объявлен его внук Димитрий, за спиной которого стояла его мать-еретичка и другие адепты секты. Что бы случилось, если бы они взяли верх, трудно представить. К призывам Иосифа присоединился и смиренный нестяжатель Максим Грек.

В 1494 году еретик Зосима наконец покинул кафедру. А в 1503 году с согласия Ивана III был созван Церковный собор в Москве. Он принял важный документ «Соборный ответ о неприкосновенности церковного достояния», который был ответом на еретические учения. Этот документ был принят под влиянием учения Иосифа Волоцкого и его трудов. Таким образом, ересь была соборно осуждена.

Талант полемиста, коим в полной мере обладал Иосиф Волоцкий, сыграл очень важную роль в победе над ересью. Он требовал самых жестких мер, включая смертную казнь. Здесь преподобный Иосиф следовал древней византийской традиции. В 1504 году русская столица озарилась кострами, на которых пылали девять основных вождей «жидовствующих». Подавляющее большинство избегло костра: их отправили в отдаленные монастыри на покаяние. Стоит ли напоминать, что прими обстоятельства иной оборот и преподобный Иосиф сам мог оказаться и на костре, и в дальней ссылке. Жестокое наказание обрушилось на еретиков лишь тогда, когда Русская православная церковь оказалась на краю гибели.

В 1515 году окрестные волости поразил страшный голод. Жители сел и деревень толпами шли к монастырю, который всегда кормил множество нищих и странников. Монастырь обладал большими, но все же ограниченными запасами хлеба. Игумен приказал брать взаймы деньги и покупать хлеб для голодных людей в других областях. Монастырская братия роптала: «Нас переморит, а их не перекормит». Иосиф, изнуренный болезнями, сам почти вовсе отказался от еды, отдавая свой хлеб тем, кто «от глада вопияху». В сентябре он умер, тихо угаснув в состоянии крайнего истощения.

Иосиф Волоцкий был канонизирован в 1579 году. Мощи и вериги святого покоятся в Успенском соборе Иосифо-Волоцкого монастыря.