![](/files/books/160/oblozhka-knigi-posledniy-dolg-lp-374701.jpg)
Текст книги "Последний долг (ЛП)"
Автор книги: Пэппер Винтерс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 25 страниц)
Чтобы открыть шкаф требовался не ключ, а пин-код.
И я знал пин-код.
День рождения моей матери.
Махнув Ниле, чтобы она следовала за мной, я бросился по грязи и быстро нажал кнопки.
Пожалуйста, пусть ничего не изменилось.
Это была бы просто моя гребаная удача.
Прошло три долгих секунды, прежде чем замок открылся.
Слава Богу.
Мои руки дрожали, когда я схватил комплект, помеченный номерным знаком ближайшего джипа.
Так близко.
Пожалуйста, дай нам уйти отсюда.
Мои мысли превратились в молитвы, прокладывающие путь к полной надежд свободе.
Махнув Ниле, призывая её покинуть своё укрытие, я подтолкнул ее к машине.
– Давай.
Она не колебалась.
Вместе мы обежали вокруг машины, и я отпер двери. Бросившись на водительское сиденье, я подавил стон от боли в боку. Нила запрыгнула на пассажирское сиденье, и я вставил ключ в замок зажигания.
Но ничего не произошло.
Я нажал на газ и повернул ключ зажигания.
И снова ничего.
– Какого хрена? – Мои глаза метались между тёмной приборной панелью и быстро поднимающимся солнцем.
У нас мало времени.
Я попробовал еще раз, вдавливая педаль в пол.
Заводись. Пожалуйста, бл*ть, заводись.
Двигатель внезапно ожил, закашлявшись.
А потом – самый ужасный звук, какой только можно вообразить.
Громкий треск рикошетом разнесся по тихому утру, разрывая тишину, возвещая миру, где мы находимся.
– Бл*ть! – Я стукнул кулаком по приборной панели. Мое сердце перестало биться.
Нила съежилась в кресле, её глаза блестели от паники.
– Что же нам делать?
Мне хотелось сказать ей, что это еще не конец. Что у нас еще есть шанс. Но у меня не хватило дыхания.
Я перевел взгляд на входные ворота.
Дерьмо.
Появился охранник с затуманенными глазами. Он подбежал к своему посту и поднял оружие, ища угрозу.
Я не стал дожидаться пули или приглашения уйти.
Это был наш единственный шанс.
– Держись! – Повернув рычаг переключения передач, я включил передачу и заставил старенький джип рвануть вперед.
Нила взвизгнула, когда мы помчались вперёд и галька зазвенела под нами. Шины жевали грязь, рыча все сильнее и сильнее.
Охранник прицелился.
– Давай! – закричала Нила, вцепившись в грязную обивку сиденья. – Давай! Давай! Вперед!
Я погнал машину быстрее. Она рванулась вперед, взвизгнув в облаке пыли.
Охранник опустил руку, ныряя в сторону, когда мы пролетели половину пути, объезжая припаркованные машины.
Ближе.
Ближе.
Давай. Давай.
Он сжал в кулаке рацию на своем жилете, его лицо колебалось между шоком и удивлением.
Дернув руль, мы понеслись прямо на него. Я не позволю ему собрать силы. Не сейчас. Не тогда, когда мы были так близки.
Ворота и окончательная свобода возникли перед нами, обещая счастье в тот момент, когда мы прорвемся через них.
– Мы справимся. Мы справимся, – пропела Нила, вцепившись в приборную панель побелевшими пальцами.
Я сильнее надавил на газ, готовясь протаранить вход.
– Мы сделаем это. Почти готово.
Мое сердце дрогнуло, и надежда радостно затрепетала при мысли о том, что я наконец-то спасу Нилу и выполню свои обещания.
Только…
В конце концов, судьба была не на нашей стороне.
Ворота широко распахнулись, и с обеих сторон появился барьер из людей с оружием в руках.
– Нет! – Крикнула Нила, и ее голос смешался с ревом мотора.
Какого черта?
А затем мужчина в белой рубашке, с козлиной бородкой и блестящими бесцветными волосами занял почетное место в очереди. Он стоял, расставив ноги, посреди своих приспешников и ткнул пальцем прямо мне в душу.
Ублюдок.
Я был прав. Кат не стал ждать.
Наверное, он перестал ждать, когда мы ушли с Дэниэлем.
Пока мы кормили львов завтраком, Кат организовал контратаку.
– Бл*ть, бл*ть, бл*ть!
– Нет! – закричала Нила, когда я сильнее нажал на газ. – Не останавливайся. Пожалуйста, Кайт. Не. Останавливайся. Мне все равно. Мне все равно, даже если они будут стрелять. Просто...не останавливайся!
Дикая ярость взорвалась в моих венах.
– Я не остановлюсь!
Они стояли у меня на пути. У меня была машина.
– Надень свой ремень. Сейчас же! – Я переключился на пониженную передачу, давая больше мощности разъяренному двигателю. Наше движение превратилось в стремительный полёт.
Я убью всех до единого охранников, преграждающих мне путь. И я сделаю это с радостью.
Глаза Нилы округлились, но она сделала, как ей было сказано. Дрожащими руками она вцепилась в ремень безопасности, крепко пристёгиваясь. Я сделал то же самое, жонглируя между пристегиванием ремней безопасности и управлением старым джипом.
Я стиснул зубы от наплыва эмоций, исходящих от мужчин передо мной. Их тела могли образовывать стену, но их эмоции тоже. Страх, обязательства, нежелание пострадать, независимо от того, какие угрозы исходили от Ката.
Мое сердце екнуло, когда самый молодой из мужчин – совсем еще мальчик – вышел из строя и поднял ружье.
Он прицелился.
Я поехал быстрее.
Он выстрелил.
Взрыв больно ударил мне в уши, когда парень отпрянул, его рука взмыла вверх от отдачи. Нила вскрикнула, когда пуля отскочила от капота.
– Пригнись! – Схватив ее за шею, я заставил ее упасть на колени.
– А как же ты?! – Она посмотрела в сторону, в ее глазах был безумный ужас.
– Не беспокойся обо мне.
Беспокойся о них.
Я свернул, сделав свою сторону машины более заметной, чем ее. Если кого-то и подстрелят, так это меня. Я уже пережил одну пулю. Я смогу сделать это снова.
– Джетро! – Нила ослушалась моего приказа и подняла голову. – Берегись!
Мы уставились на стволы ружей. Пулеметов. Дробовиков. Все виды оружия. Вооруженные, взведенные и готовые к бою…
Они выстрелили.
У нас не было ни единого шанса.
Колеса лопнули, металлический каркас превратился в оспины и искореженные обломки.
Машина продолжала лететь, но не по земле. Передняя часть хрустнула, когда ось прогнулась, отправляя нас кувырком в небо.
Как в замедленной съёмке.
Громкий шум.
Настоящая бойня.
Последнее, что я помнил, это как меня занесло, как я врезался в валун и перевернулся.
Затем…
Ничего.
***
Я пережила это.
Борьбу Джетро.
Дождь выстрелов.
Рывок и пинок джипа, когда его нос врезался в землю и подпрыгнул в воздух. Я видела, как голова Джетро резко повернулась в сторону, его висок ударился о ветровое стекло, а затем воздух превратился в землю и джип превратился из машины в сплющенный сэндвич.
Головокружение преследовало меня всю жизнь. Но этот...кошмар с перелетами, рикошетами и поворотами был в десять раз хуже. Рывок, крен, петля за петлей заставили наши тела покинуть кости и превратиться в колеса из плоти.
Низ был верхом. Верх был низом. И судьба по-настоящему бросила нас, когда мы, стуча зубами, остановились вниз головой.
Мне было больно.
Я задрожала.
Двигатель не переставал скулить. Осколки стекла посыпались дождем, как расколотые кристаллы. Кровь жгла мне глаза, но я отказывалась оторвать взгляд от Джетро.
Джетро…
Слезы закупорили каждую артерию. Паника поселилась в каждой жилке.
Мы были так близки…
Он висел неестественно неподвижно. Кровь капала с его виска, разбрызгиваясь по крыше автомобиля. Его бок кровоточил ярко-алой кровью, а рана на лбу сочилась почти черно-красной. Его руки болтались, запястья были согнуты и безжизненны.
Нет-нет. Пожалуйста, нет…
Он не мог умереть.
Он не мог.
Жизнь не может быть такой жестокой.
Она не станет заманивать нас надеждой, а затем выдергивать ее из наших рук, когда мы потянемся за ней.
Это не может быть так жестоко!
Джетро…
Мне хотелось протянуть руку и дотронуться до него. Мне хотелось поговорить с ним и заверить его. Я хотел освободить его и утащить далеко-далеко.
Но мой мозг был не в силах передать сообщение ушибленным конечностям.
И я повисла там – сломанная марионетка, которую держат на веревочках.
Мои легкие внезапно потребовали вдоха. Я задыхалась и отплевывалась. Ремень безопасности обхватил меня слишком сильно, перерезав грудную клетку и удерживая вверх ногами. Мои волосы свисали вокруг меня, капли моей крови стекали по моему лбу, как неправильно текущие красные слезы, присоединяющиеся к слезам Джетро на крыше внизу.
– К…Кайт... – простонала я, когда это слово разорвало меня надвое. Я умоляла свою руку подвинуться к нему, чтобы посмотреть, жив ли он.
Но я не могла пошевелиться.
Джетро не двинулся с места.
Ничто не двигалось, кроме вращающихся шин и оседающей пыли, окутавшей нас облаком желтого пепла.
Сморгнув кровь, я сделала еще один вдох, желая, чтобы кислород оживил меня.
Давай.
Мы не были в безопасности. Я не могла вспомнить почему. Но мы не были в безопасности.
Львы?
Гиены?
Я услышала приближающиеся шаги. Щелчок разоружаемого оружия эхом отдавались в моем черепе. Инструкции давались на непонятном мне языке.
Я вдруг вспомнила.
Хоук.
Кто-то попытался открыть мою дверь, но она не поддавалась. Я даже не взглянула на них. Не сводя глаз с Джетро, я без слов рассказала ему все, что он заслуживал услышать.
Я люблю тебя.
Я тебе доверяю.
Спасибо, что пришёл за мной.
Я пойду за тобой.
Я буду следовать за тобой.
Это еще не конец.
Ужас от того, что он мог уйти навсегда, поглотил меня. Я видела, как он умирал дважды. Дважды.
Я знала, каково это – жить без него. Если бы он умер, я бы тоже хотела уйти.
Слезы текли из моих глаз, смешиваясь с кровью, капающей со лба.
Снова раздались шаги.
Снова хруст и разговоры.
– Джетро... – я боролась с болью и сумела заставить свою руку двигаться. Дюйм за дюймом я тянулась к нему.
Когда кончик моего пальца коснулся его локтя, я разрыдалась.
– Пожалуйста...очнись.
Он даже не дернулся.
Я ткнула его в бок.
Он даже не вздрогнул.
Я ущипнула его.
Он просто висел там, как разделанный труп.
Лобовое стекло вдруг разлетелось вдребезги. Я закричала.
Страница 12
Моя рука сама собой дернулась назад, инстинктивно прикрывая голову. Приклад пистолета оказался слишком близко к моему лицу.
Затем вместо оружия появился человек. Темнокожий мужчина. Его взгляд встретился с моим.
– Жива, босс.
Я зажмурилась. Вид снаружи будто насмехался надо мной. Нам удалось вырваться из лагеря, прежде чем мы пали под огнем пуль. Мы были свободны. Мы миновали ограждение.
Но теперь...меня утащат назад, и Джетро...я сомневалась, что воскрешение произойдет во второй раз.
Я то теряла сознание, то приходила в себя: образы африканских рабочих, медленно осматривающих аварию, сменяли друг друга. Кто-то сунул руку внутрь и расстегнул мой ремень безопасности.
Гравитация мгновенно заключила меня в свои объятия и сложила пополам на крыше.
Стон сорвался с моих губ от ноющей боли.
В тот момент, когда меня отстегнули, кто-то схватил меня за лодыжки и потащил через рваную дыру, где раньше было ветровое стекло, на яркое утреннее солнце. Острые осколки металла резали меня, когда они вытаскивали меня на свободу. Песок обжигал мою кровоточащую кожу, когда они тащили меня по грязи.
– Нет! – Мои пальцы вцепились в изрешеченную пулями машину. – Только не без него. Нет!
Меня никто не слушал.
Вместо этого чьи-то руки легко подхватили меня и понесли прочь от джипа. Они опустили меня на землю и уложили на спину. Мой позвоночник скрипел и растягивался, мой мозг остро реагировал на боль, агонию и мучительный дискомфорт.
Мое тело так много пережило за такое короткое время.
Мне было больно, но это уже не имело значения.
Боль была лишь временной, поскольку я сосредоточилась на более важных вещах.
Пока часть моего мозга анализировала мои повреждения, я смотрела на разрушенный джип. Все болело, но я могла двигаться небольшими шагами. Я не думала, что что-то сломано.
Человек, который оттащил меня от Джетро, оставил меня в покое. Однако его загорелый силуэт сменился человеком, которого я ненавидела больше всего.
Его ботинки хрустели, когда он стоял надо мной, как дьявольский мститель.
– Вы собирались уехать еще до самого главного, Мисс Уивер. – Кат раздвинул ноги, уперев руки в бока. – Я не могу позволить моему гостю уйти до окончания праздника.
Мне больше нечего было дать. Больше не с кем воевать.
Игнорируя его, я повернула голову, чтобы посмотреть на 4WD. Мое сердце подпрыгнуло, когда Джетро вытащили из-под обломков.
Я не отвела взгляда, когда человек, который нес меня, положил неподвижное тело Джетро рядом с моим на землю. Голова его склонилась набок. Грязь покрывала его красивое лицо, смешиваясь с кровью на коже.
Кат подтолкнул меня носком ботинка.
– Значит...ты говорила правду, когда говорила, что любишь, а не любила моего сына. – Присев на корточки, он ткнул Джетро в раненый бок: в ту сторону, куда он выстрелил.
Я взмахнула рукой.
– Не ... не трогай его.
Кат улыбнулся, положив руку на горло сына. Он наморщил лоб, пытаясь нащупать пульс.
Я прикусила губу, умоляя его найти его, и в то же время надеясь, что он этого не сделает, чтобы Джетро был свободен от новых пыток.
Губы Ката медленно растянулись в улыбке.
– Ну, хорошо. Он все еще жив.
Слава Богу.
Спасибо, спасибо, спасибо.
Слезы радости покатились по моему лицу, несмотря на то, что я знала, что будущее будет совсем не счастливым.
Пальцы ката коснулись моей щеки. Я подавила гнев, безуспешно отталкиваясь от земли, чтобы уйти.
– Я так рад, что ты цела и невредима. – Его пальцы сердито сжали мой подбородок. – Однако тебе придется многое объяснить, прежде чем я позволю тебе оставаться такой. Давай начнем с нескольких простых вопросов, хорошо? – Другой рукой он размазал кровь по лбу Джетро. – Как он здесь оказался? Почему он еще жив? Где, черт возьми, Дэниэль?
Стиснув зубы, я использовала всю свою энергию и оттолкнула руку Ката от своего любовника.
Ты можешь прикоснуться ко мне, ублюдок. Но только не к нему. Только не к нему.
– Я расскажу тебе все, если ты его отпустишь.
– Отпустить его? – Кат усмехнулся. – С какой стати мне это делать? Не каждый день призрак возвращается из могилы.
Я попыталась подползти поближе к Джетро, чтобы встать между ним и его отцом. Он был жив, но без сознания. Кат мог убить его так легко, и он никогда не узнает об этом, пока его душа не освободится и не станет бездомной на африканских равнинах.
– Прекрати. Оставь его в покое.
Кат опустил руку, его улыбка стала еще шире.
– Ты говоришь мне, что делать, Уивер?
– Да.
Его глаза загорелись.
– А что я получу взамен?
Мое сердце звякнуло, и ад разверзся подо мной.
Выходи за меня.
Да.
Муж.
Жена.
Теперь все это не сбудется.
Но у меня была сила, чтобы сохранить жизнь Джетро. Я сделаю все, что потребуется.
– Меня, ты получишь меня. Просто...отпусти его.
Кат встал на ноги.
– Нет. У меня есть идея получше. – Щелкнув пальцами, он приказал охраннику приблизиться. – Свяжите ему руки.
Охранник кивнул. Опустившись на колено, он грубо перевернул Джетро на живот, не обращая внимания на то, что его окровавленное лицо прижалось к земле. Охранник ловко обернул вокруг запястий ту же грубую веревку, что связывала меня в шахте.
Было физически больно смотреть, как они терзают его, в то время как он не мог защитить себя. С другой стороны, так было лучше. Таким образом, он не смог бы противостоять своему отцу или каким-то образом умудриться получить пулю во второй раз.
Пожалуйста, очнись.
Пожалуйста, не оставляй меня.
Это эгоизм. Будет лучше, если он уйдет с миром. Если он тихо ускользнет. Но я не могла смириться с его потерей.
Независимо от того, что планировал Кат, мы оба пожалеем, что не умерли. Вера в то, что мы выберемся отсюда целыми и невредимыми, осталась в искорёженном джипе, вдавливая наши мечты в африканскую почву.
Кат вытер руки о джинсы, свирепо глядя на рабочих.
– Кто-нибудь видел Дэниэля?
Мужчины шаркали сапогами, вертели в руках ружья. Никто из них не смотрел ему в глаза.
Наконец-то кто-то ответил.
– Нет, босс. Ни разу со вчерашней церемонии.
Кат нахмурился и провел рукой по лицу.
– Ну так найдите его. Он не мог убежать слишком далеко. – Его взгляд остановился на мне. – Если только ты не хочешь чем-то поделиться со мной, Нила?
Я молча уставилась на него в ответ.
– Хорошо.
Расхаживая взад и вперед, Кат прорычал:
– Обыщите лагерь, направляйся к шахте, чтобы проверить, достаточно ли он глуп, чтобы пойти туда, и проверьте равнины вокруг лагеря. Я хочу, чтобы он был частью моих дневных планов, и он не сможет сбежать только потому, что у него чертово похмелье.
Мои губы дрогнули. В какой-то мере я обыграла Ката.
Дэниэль страдал от худшего похмелья в своей жизни.
По кусочкам.
Рабочие кивнули, расходясь в разных направлениях, чтобы выполнить приказы Ката.
Когда осталось всего несколько человек, Кат тихо сказал:
– Этот чертов сын должен кое-чему научиться.
Указывая на человека, который спас меня, он приказал:
– Отведите их в пещеру 333.
– Да, босс. – Мужчина пригнулся, чтобы поднять меня.
Кат ухмыльнулся и шагнул ближе, заслоняя солнце.
– Я думаю, тебе пора узнать несколько секретов, Нила, а моему старшему сыну – узнать, что бы он ни делал, это не остановит меня.
Мне хотелось кричать. Я хотела убивать. Но я прикусила язык и сдержала свои эмоции. У меня был шанс уйти. Мы оба постарались сделать это. Мы сделали все, что могли, но этого было недостаточно.
Теперь мы заплатим еще одну цену.
Еще один долг.
Вновь.
Все мое тело заныло, когда рабочий поднял меня на ноги. Головокружение отбросило меня в сторону, превратив мир в разбитую головоломку. Я застонала, бросив попытки найти опору, и поддалась головокружению.
– Неси ее, черт возьми, – прорычал Кат. – Сама она не сможет.
– Да, босс. – Руки рабочего подхватили меня, крепко удерживая. Я извивалась, глядя через его плечо, когда он уносил меня прочь.
Пока, Джетро…
Я не расслаблялась.
Я не плакала.
Но я действительно словно умерла внутри, когда другой рабочий поднял Джетро на руки, и нас вместе бросили в джип и повезли в вечный ад.
Липкая кровь Дэниэля запятнала мои руки, в то время как его отец расхаживал передо мной. К счастью, она смешалась с кровью с моей рассеченной щеки и натертых ног после автомобильной аварии, скрывая мои грехи.
Мы были уже не над землей, а под ней.
Пещера 333.
Глубже, чем пещеры, которые показывал мне Кат. Больше, чем сортировочные или складские пещеры на поверхности.
Мое израненное тело жаждало солнечного света. Я умоляла солнечный свет даровать мне свою целительную силу, чтобы я могла бежать.
Но здесь...в сырости, зловонии и темноте – я была уже мертва и похоронена.
Эксгумации при дневном свете не будет. Некому было нас забрать, когда Кат закончит свои мрачные дела.
Кат провел руками по волосам, не переставая расхаживать по комнате. Его белая рубашка была в пятнах, а джинсы в пыли.
– Ответы, мисс Уивер. Я их жду. В эту самую бл*ть секунду.
Я прикусила язык, глядя на земляные стены, окутывающие нас холодным влажным гостеприимством, поглощающие нас целиком, как жадный великан.
Это была не пещера. Это был желудок великана. Его внутренности.
– У тебя есть ровно три секунды, чтобы сказать мне то, что я хочу знать. Иначе я перестану обращаться с тобой как с гостем и вместо этого сделаю тебе больно, как своей пленнице.
Я фыркнула.
– Последние полгода вы обращались со мной как с гостьей? Вчера вечером с подбрасыванием монеты? Сегодня утром, после перестрелки? Это типичное поведение для ваших гостей?
Пламя тлело в моем животе, подавляя мои раны и позволяя мне сосредоточиться на том, чтобы остаться в живых.
Кат развернулся ко мне лицом, быстро шагнул вперед и хлопнул ладонями по подлокотникам деревянного стула, к которому привязал меня.
– Шесть месяцев в моем доме, и разве я не кормил тебя, не давал тебе свободу действий? Разве вчера вечером я не дал тебе кое-что, чтобы сделать третий долг более терпимым? Я позволяю тебе танцевать, улыбаться. Тебе было весело, Нила. Ты не можешь этого отрицать. – Его голос понизился до шипения. – Тебе было чертовски весело, и ты не можешь сказать, что было иначе.
Я задрожала.
– Ты хочешь и дальше считать себя джентльменом? Индивидуалист, приносящий жертвы ради благого дела? Давай дальше. Осуществи эту фантазию, отпустив нас с Джетро. Тогда я отвечу на любой вопрос. Дай мне слово, что мы свободны, и я все тебе расскажу.
Не все.
Потому что в тот момент, когда он узнает о Дэниэле, не будет ни гильотины, ни последнего долга. Он свернёт мне шею в считанные секунды. Он отомстит за своего младшего сына, потому что не он был тем, кто решил, что все должно быть кончено.
Оттолкнувшись от подлокотников, он снова принялся расхаживать по комнате.
– Давайте начнем со слона в комнате, хорошо? – Он указал на Джетро. – Какого чёрта он жив и здесь?
Мое сердце дрогнуло, когда я посмотрела на Джетро. Он без сознания ссутулился в точно таком же кресле. Однако веревки, удерживающие его на месте, были втрое больше моих. Они словно змеи обвились вокруг его бедер и туловища, привязав его к стулу. Его запястья безжизненно висели, зажатые за спиной, а лодыжки были привязаны к ножкам стула еще одной веревкой.
Спасения не будет. Даже если бы он был волшебником со всеми заклинаниями в мире.
В голове у меня проносились мысли о том, как освободиться, но пока...у меня ничего не было. Пусто. Ноль. Пшик.
– Я застрелил его. Он умер на ковре у моих ног. Он должен был умереть. – Лицо Ката покраснело.
Я вздрогнула, но выдержала его взгляд.
– Просто отпусти нас. Никто больше не должен пострадать.
Его глаза сузились.
– Никто больше? Ты говоришь так, будто кто-то только что пострадал, Нила. Это был Дэниэль? – Он рванул вперед, его пальцы впились мне в щеки. – Где он?
Это был вопрос выживания. Я никогда не была хорошим лжецом.
– Без понятия. – Держа подбородок высоко, я старалась говорить правдоподобно. – Откуда мне знать, где твой презренный сын?
– Похоже, ты знала, где мой старший сын, даже когда жила под моей крышей. – Его лицо исказилось от ярости. – Ты ела мою еду, спала в моих комнатах и врала мне в лицо.
– Нет, не знала.
Кат холодно рассмеялся.
– Не будь сукой. Ты знала. Все это время ты знала.
– Я не знала! – Я подавила свой крик. – Я думала, он умер. Так же, как и ты.
Сказав ему каплю правды, я добавила:
– Я…я узнала об этом всего за несколько часов до того, как вы посадили меня в самолет.
Кат сверкнул глазами.
– Как? Как ты узнала об этом?
Как это может навредить? Джетро был здесь. Какие бы планы он ни строил, они не осуществятся.
– Он сам мне сказал. Он пришел за мной.
Рот ката приоткрылся, удивленный кашель вырвался наружу.
– Ты хочешь сказать, что он добровольно вернулся в Хоуксридж, а потом снова бросил тебя? – Его глаза горели. – Подожди, вот где ты была, когда Дэниэль нашел тебя возле твоей комнаты.
Я ничего не ответила. Он уже догадался.
– Что за чертов идиот. – Он покачал головой. Еще больше теней омрачили его душу.
Отбросив полученную информацию, он сказал:
– Кстати, о Дэниэле. Давай вернемся к тому, что важно. Джетро жив. Мне понадобится дополнительная информация об этом. Но сейчас Дэниэль важнее. – Его брови сошлись на переносице. – Ты была с ним последней. Что ты сделала?
– Я? – Усмехнулся я. – Как я могу победить Дэниэля? У меня не было ни единого шанса.
– Он тебя изнасиловал?
Кровь течет по моей игле.
Кислород покидает труп.
Львы жуют мясо.
– Да.
Пытался.
– Ты лжешь.
– Нет.
Он расхаживал вокруг меня, остановившись за моим стулом, чтобы я не могла рассмотреть его лицо.
– Мне очень трудно в это поверить.
Я выпрямилась в своем тюремном кресле.
– Но почему?
Голос Ката скользнул по моему затылку, поглаживая покрытые пылью волосы.
– Ты вся в синяках и крови, но я не знаю, от автокатастрофы это или от моего сына. Тебе больно, но ты не сломлена. Не слишком обнадеживающе, если Дэниэль был сыт тобой по горло.
Он усмехнулся:
– Я думаю, что ты лжешь, потому что ты все еще жива. – Его пальцы скользнули вниз по моему горлу к груди. – Ты можешь ходить. Разговаривать. Отвечать. Я знаю своего сына, мисс Уивер, и, если бы он взял тебя так, как планировал, ты бы не сидела здесь с возмущением в глазах. – Его руки сжали мои волосы, болезненно дергая. – Ты бы была разорвана на куски, мать твою.
Дерьмо.
Слезы защипали глаза, когда он снова встал передо мной. Уперев руки в бока, он возвышался, как судья, присяжный и палач.
– Ты лжешь мне.
– Нет. – Я боролась с дрожью. – Я не лгу.
Кат наклонился, приблизив свое лицо к моему.
– Скажи мне правду. Сейчас.
– Я говорю вам правду.
Его глаза потемнели.
– В последний раз. Еще один шанс, иначе ты получишь мучительную награду за каждую ложь.
Мое сердце билось о ребра.
– Я говорю правду. Дэниэль взял то, что хотел.
– Это невозможно. – Его рука сжалась. – Нет никаких доказательств, и мой сын внезапно пропал.
Ври лучше.
Дерись умнее.
– Я не говорила, что он взял то, что изначально хотел.
Кат замер.
– Что ты имеешь в виду?
Пожалуйста, пусть он поверит моей лжи.
– После твоего ухода он ... он передумал.
Кат поднял кулак.
– Я тебе не верю…
– Подожди! – Я вздернула подбородок, напрягаясь от его удара. – Наркотический ликер, который вы мне дали. У него он тоже был. Он сказал, что думал, что хочет, чтобы я боролась с ним, но потом решил, что лучше, чтобы подчинилась ему.
Кат помолчал, не опуская кулак.
– Продолжай.
Слова сыпались в спешке, путаясь с ерундой и сказками.
– Я поцеловала его и сказала, что охотно подчинюсь. Что я хотела его из-за того, что ты дал мне. Что я нахожу его таким сексуальным и хочу его так…так сильно.
Грязь.
Мусор.
– Ему не нужно было причинять мне боль. Я подчинилась. Я с радостью доставляла ему удовольствие, потому что получала удовольствие в ответ.
Мыло.
Мне отчаянно хотелось вымыть рот мылом.
Наступила тишина, прилипшая к стенам пещеры. Я надеялась, что моя ложь не была настолько надуманной, чтобы поверить в неё. Последние несколько месяцев в Хоуксбридже не дали ни малейшего намека на то, кем был Дэниэль на самом деле. Он был ужасен, но я понимала, каково это, когда тебя отвергают с самого рождения, говорят, что ты никому не нужен, лишают человеческих связей. Любовь. У него никогда не было безусловной любви.
Неужели так трудно представить себе, что он может захотеть добровольной близости, а не изнасилования? Джетро и Кес были добросердечны и любвеобильны -под всей этой ерундой, которую на них наслаивал Кат. Но, по крайней мере, у них было хоть какое-то подобие семьи. Их мать заботилась о них. Они были воспитаны в браке, а не в режиме.
Дэниэлю повезло меньше. Может быть, поэтому он так и не превратился в избалованного мальчишку? Неужели ему не хватало всего, что делало его человеком, потому что ему никогда не давали нежности и материнской заботы? Может быть, я зашла слишком далеко, намекнув, что в своих объятиях, он для разнообразия обрел рассудок?
– Я дала ему больше, чем он просил. Я подарила ему любовь. – Мои глаза сузились от гнева. – Я дала ему то, что ты никогда не смог бы дать.
Кат замер. Все его тело сжалось, как будто я сняла с него панцирь и открыла гротескную правду внутри него.
О, боже мой.
Это была и проблема Ката?
Нехватка любви от собственной матери?
Бонни...как сильно она искалечила своего сына?
Его губы раздвинулись, обнажив блестящие зубы.
– И где же он тогда? Если ты устроила ему ночь гребаных чудес, почему он не был в твоей постели? Почему ты бежала с Джетом? Почему каждое слово, вылетающее из твоего гребаного рта, воняет лошадиным дерьмом?
Я напряглась, свернувшись калачиком в поисках защиты.
– Я всегда говорила, что убегу, если представится такая возможность. Джетро дал мне этот шанс. Что же касается Дэниэля, то он ушел, как только закончил. Я предположила, что он пошел за тобой.
Мой разум ухватился за новую мысль.
– Возможно, он нашел другую женщину, чтобы провести с ней остаток ночи. Может быть, он слишком напился и отсыпается в тени. – Я старалась говорить спокойно, хотя голос мой дрожал от неуверенности и умолял Ката не причинять мне боли. – Я не знаю, где твой сын. И сколько бы раз ты меня ни спрашивал, мой ответ не изменится.
Страница 13
Кат устало провел рукой по лицу. Крошечная часть меня хотела закричать так громко, чтобы мое признание эхом отдалось в каждой пещере шахты.
Это был я.
Я.
Я убила твоего отпрыска.
Я – та, кто забрал его жизнь прежде, чем он смог забрать мою.
И я заберу твою, прежде чем всё закончится.
Но я сдержала свой гнев.
– Ты лжешь, – прорычал Кат. – Перестань, бл*ть, врать и скажи мне правду.
– Я не лгу.
Он со всей силы схватил меня за волосы.
– Ты имеешь какое-то отношение к его исчезновению. Я это знаю. Я расскажу тебе, что, по-моему, произошло.
Кивнув подбородком в сторону Джетро, он прорычал:
– Кайт прилетел, и вы вместе убили его. Ты все это спланировала и…
– Нет!
Он дернул мою голову назад. Бриллианты на моей шее поранили гортань.
– Тогда скажи мне правду. Где. Мой. Сын?
Я ахнула.
– Я ничего не сделала.
– Лгунья!
– Нет! – Мои глаза метнулись к Джетро. – Кроме того, сейчас это не имеет значения. Твой первенец воскрес из мертвых. Он твой первый наследник. Он может стать им снова. – Все мои раны вспыхнули в такт бешеному сердцебиению. Борясь с его хваткой, я изо всех сил старалась уговорить его. – В глубине души ты знаешь, что Дэниэль не годился для управления твоей империей. Но есть Джетро. Ты ухаживал за ним. Он…
– Заткнись! – Ладонь ката ударила меня по щеке.
Звезды.
Я застонала от боли: моя голова тяжело повисла, когда он отпустил меня.
Кат тяжело вздохнул и зашагал прочь.
Пытаясь поднять подбородок и моргнуть сквозь серое и черное, я пыталась заставила Джетро проснуться. Я больше не хотела оставаться одна. Я не хотела встречаться лицом к лицу с тем, что может случиться.
Я эгоистка.
Проснись. Пожалуйста…
Джетро не шевелился, обмякнув в своем кресле, едва дыша.
Кат продолжал расхаживать взад и вперед, поднимая сапогами алмазную пыль и землю.
– Меня не волнует, что Джетро вернулся из мертвых. Ты забываешь, что я хотел причинить ему боль. Он предал меня – вместе с тобой, ни больше ни меньше. Я выстрелил в него нарочно.
– Нет. – Я покачала головой. – Это неправда.
Кат сделал паузу, его брови взлетели вверх.
– Ты стрелял в Жасмин, но Джетро защитил ее. – Мое сердце бешено колотилось, изо всех сил стараясь прикоснуться хоть к какой-то капли человечности, пока не стало слишком поздно. – Я не думаю, что ты хотел застрелить Джетро. Ты никогда не понимал его состояния, но ты гордился тем, насколько он силен и предан вашей семье. Как много он вытерпел, чтобы быть всем, о чем ты его когда-либо просил…
– Заткнись бл*ть! – Кат попятился назад, вытирая руки о штанину. – Ты все неправильно поняла.
– Тогда просвети меня. Расскажи мне свои секреты. Ты же сказал, что сделаешь это. Ты сказал, что я имею право знать все. – Я не могла нормально дышать от страха. – Я хочу знать. У меня есть вопросы. Так много, так много вопросов. Расскажи мне правду о том, что случилось, когда ты забрал мою мать. Ты любил ее? Ты когда-нибудь испытывал к ней какие-нибудь чувства, которые могли бы остановить её убийство?