Текст книги "Жена с условиями, или Спасённое свадебное платье (СИ)"

Автор книги: Ольга Обская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 23 страниц)

ГЛАВА 32. Циники и романтики

Натали с трудом подавила порыв вцепиться в Поля мёртвой хваткой и не отпускать, пока он не выложит, всё, что узнал о Жозефине.

– Где она? – прошептала с волнением и нетерпением. – Где её искать?

– В Эль-Хассе.

– В Эль-Хассе? – растерянно переспросила Натали. – Там, откуда нам прислали семена Тени-Сердца?

– Да, именно там, – подтвердил Поль.

Натали не знала, чего в ней было больше – удивления, надежды или страха, что всё это окажется лишь очередным предположением.

– Пока я просматривал записи Августина, – начал объяснять Поль, – меня не покидало странное ощущение… Будто кто-то уже читал их до меня. Я вспомнил, как мы с тобой говорили, что доктор Анри мог тоже найти путь в тайную лабораторию. Помнишь?

– Конечно, – кивнула Натали. – Он проводил много времени в оранжерее. Поэтому мы и предположили, что он мог найти этот ход.

– Похоже, именно так и произошло, – кивнул Поль. – А если Анри действительно добрался до записей Августина, то они должны были его сильно заинтересовать. Для доктора, который не боялся смелых экспериментов и искал нетрадиционные методы лечения, труды Августина выглядели как сокровище. Ведь в них столько упоминаний о лечебных свойствах некоторых вариаций Тени-Сердца.

Натали кивнула, чувствуя, как эти слова сцепляются в голове, как звенья цепи. Да, всё сходится. Если Анри видел записи, он непременно захотел бы поэкспериментировать. Но...

– Но ведь тогда Тени-Сердца уже не было в оранжерее, – вслух подумала Натали. – Огюстен уверен, что никакого растения, листья которого напоминали бы сердечки, тут не росло.

– Именно, – подтвердил Поль. – А где в таком случае Анри мог раздобыть семена, как не на родине Тени-Сердца, где это растение хоть и редко, но всё ещё встречается в дикой природе?

– Вы думаете, он отправился в Эль-Хассу?

– Уверен. Если он мечтал создать новые сильнодействующие снадобья, то ему была туда прямая дорога. И полагаю, что Жозефина уехала с ним. Мне кажется, Анри удалось её уговорить.

– Но это ведь так далеко… Что Жозефина знала об Эль-Хассе? Это южное королевство, должно быть, казалось ей совсем чужим.

– Да, она отправилась в неизвестность, – не стал спорить Поль, при этом сохраняя оптимизм: – Как знать, возможно вдали от тех, кто не принял их любовь, кто осуждал и проклинал, они смогли начать с чистого листа и стать счастливыми.

Натали всегда считала, что Анри сыграл в судьбе Жозефины роковую роль – по сути предал, сбежав в Вальмонт и оставив во власти её жестокого жениха Валентена. Однако Поль нарисовал совсем другую картину. Романтическую, со счастливым концом. Всё это было похоже на прекрасную легенду, на один из тех лирических романов, которые любит читать Виола. И этого мужчину вся столица считает циником с подборкой саркастических реплик вместо сердца? В эту минуту Натали себя и то видела более циничной, чем Поля.

– Послушать вас, так Анри просто спас Жозефину от светской жестокости и показал дорогу в рай, – не сдержалась она от порции скепсиса.

– Вы не верите, что мужчины могут быть благородными и способными на искренние чувства? – улыбка Поля вышла чуть ироничной, и чуть провоцирующей.

И Натали только сейчас заметила, как близко друг к другу они стоят. И что же ей было делать: начинать опасную дискуссию на тему искренних чувств?

– То что вы рассказали… звучит трогательно, – уклончиво ответила она, стараясь вернутся к теме о Жозефине. – Только вот… действительно ли случилось всё так, как вы мне рассказали? Мы ведь даже не знаем наверняка, читал ли Анри записи Августина.

– Вот в этом-то как раз мы можем совершенно не сомневаться, – заверил Поль и достал из кармана сложенный листок. – Я нашёл это между страниц. Стихи. Мне показалось, они посвящены Анри.

– Стихи? – Натали потянулась к листку.

Он был похож на тот, что однажды сквозняк занёс откуда-то в комнату – будто вырванный из записной книжки.

– Как только я прочитал – сразу понял, чьи они. Ты ведь рассказывала, что Жозефина имела поэтический талант – вела дневник в стихах?

Натали с трепетом начала разворачивать листок. Бумага чуть дрожала между пальцами.

– Но как это могло оказаться среди записей Августина? – спросила она.

– Думаю, стихи были очень дороги Анри. Он держал их под рукой, перечитывал. А когда изучал бумаги Августина – случайно положил туда. Или, наоборот, хранил там специально, рядом с тем, что считал самым важным для себя.

Натали смотрела на чуть выцветшие строчки. Знакомый почерк. Её почерк…

Ты звал туда, где всё – иное, Где мир незрим и не знаком. Туда, где в небе – звёзд прибои, А страхи тают за окном.

Ты звал туда, где сны просты, где свет без свеч, где смысл без слова, Где стать хозяйкою судьбы Смогу я, сняв долгов оковы.

Страшусь ли я шагнуть во тьму, На брег реки, чьё имя “Вечность”? Начать сначала всё смогу? От прежнего всего отречься?

Нет, не боюсь я темноты. Во тьме – твой след. Мне он – отрада. Свет для меня лишь там, где ты. Покой тогда, когда ты рядом…

ГЛАВА 33. Соль, ртуть и таинственный посыльный

Натали перечитывала стихи снова и снова. И с каждым разом в ней всё больше крепла уверенность, что Поль прав – Анри удалось уговорить Жозефину ехать с ним. Они отправились в Эль-Хассу. Она и до сих пор, возможно, там.

Сердце у Натали то ли ёкнуло, то ли поёжилось. С одной стороны – вот же он, след! Настоящий, живой! А с другой… Эль-Хасса. Островное королевство где-то на краю света. Дорога туда долгая и опасная. Да и потребовалось бы немало средств на такое путешествие. Для Натали цель почти недостижима. У неё для подобных приключений пока только один-единственный комбинезон есть. И главное – где именно искать в Эль-Хассе Жозефину?

Видимо, все эти мысли отразились у Натали на лице, потому что Поль внимательно на неё посмотрел и сказал:

– Мы можем написать письмо этому учтивому и великодушному господину Амиру Сараджу, который прислал нам семена Тени-Сердца. Спросить его, не знает ли он Жозефину Дюваль или доктора Анри Луазье. Всё же если они искали семена этого редчайшего растения, а в саду Амира оно как раз-таки растёт, то их пути могли пересекаться.

– Чудесная мысль! – обрадовалась Натали.

– Мы могли бы описать, как выглядела Жозефина, чтобы Амиру было легче вспомнить её, – продолжил развивать идею Поль. – Или ещё лучше – приложить к письму её портрет. Сохранились ли в семейном архиве её изображения?

– К сожалению, нет, – покачала головой Натали. – Семья была на грани банкротства. Никто не думал тратить последние деньги на портреты. Но описать Жозефину я могу очень подробно. Все, кто её видел, говорят, что я на неё очень похожа.

– И, по-видимому, не только внешне, – усмехнулся Поль. – А вообще это большая удача. Мы можем отправить Амиру твою фотографию. Как раз и “печных дел мастер” пригодится. Сделаем ему заказ.

Сегодня идеи у Поля были одна лучше другой. Натали совершенно отчётливо чувствовала, что он по-настоящему неравнодушен к судьбе Жозефины и искренне хочет помочь её найти. Наверное, его тронули её стихи. Как когда-то и саму Натали. Живые, проникнутые горячими трепещущими эмоциями строчки выворачивают душу наизнанку. Но разве мужчины умеют это чувствовать? Неужели Поль способен ощутить то же, что и Натали?

– Предлагаю заняться этим после завтрака, – он вырвал её из раздумий. – А пока можем закончить то, ради чего мы тут оказались – посадить семена Тени-Сердца.

Натали и самой не терпелось заняться семенами, только теперь посадка казалась гораздо более загадочным процессом, чем сначала.

– Их же предварительно нужно замочить, – напомнила она.

– Замочим, – подтвердил Поль.

– В чём? Что нужно, чтобы получилось растение с самыми удивительными свойствами?

– Нужно сложное алхимическое зелье, – с лёгкой гордостью ответил Поль. – Но с ним всё не так просто. Чтобы приготовить его, потребуются редкие компоненты. Например, ртуть.

– Ртуть? – переспросила Натали с благоговением.

Она, конечно, слышала про этот странный опасный жидкий металл, который использовали алхимики.

– Я отправлю сегодня посыльного в столичную лабораторию за всеми необходимыми компонентами. А пока мы могли бы замочить несколько семян в обычном растворе соли.

– Просто в соли? И что же получится?

– Маленькие, невзрачные растения, абсолютно бесполезные, – весело сообщил Поль. – Ни ядовитых свойств, ни целебных свойств – ничего! Но! Кое-что примечательное в них всё же есть – они очень быстро растут. За несколько дней достигают максимальной высоты – с ладонь.

– Какие крохи.

– Да, великанами их не назовёшь, но, по крайней мере, мы увидим форму листа и сможем убедиться, что у нас действительно семена Тени-Сердца. Приступим? – в глазах Поля горел огонь исследователя.

– Приступим, – кивнула Натали.

Он развернулся к столу и жестом пригласил её подойти. Всё уже было приготовлено: сосуд с семенами, другой – с прозрачным раствором соли, пинцет, перчатки.

Натали с замиранием сердца наблюдала, как Поль натянул перчатки и ловко, с ювелирной точностью извлёк два маленьких угольно-чёрных семени и медленно опустил их в раствор.

Ничего особенного не произошло. Да, наверное, и не должно было.

Для верности Поль и Натали решили оставить семена в растворе до вечера. И раз уж больше пока делать было нечего, они закрыли свою маленькую лабораторию на ключ и отправились переодеться к завтраку.

Однако не успела Натали дойти до своей комнаты, как один из слуг донёс до неё интересную новость. Оказывается, в гостиной её дожидался некий посыльный, чтобы вручить пакет.

Натали показалось весьма таинственным, кто что и зачем хочет ей передать. Ситуация стала ещё более загадочной после слов самого посыльного. Когда Натали появилась в гостиной, тот отдал ей свёрток, доверительно прошептав:

– Просили передать лично в руки.

– От кого?

– Там всё написано.

Лысоватый мужчина средних лет был настолько ничем не приметный, что Натали его даже толком не запомнила. Хотя, наверное, стоило бы.

Оказавшись в своей комнате, она с интересом распечатала свёрток и к своему удивлению обнаружила в нём…

Ну надо же!

…ту самую пресловутую фуражку с кружевным козырьком и “омолаживающим эффектом”, в которой точность стрельбы увеличивается в три раза.

К фуражке прилагалась записка. Стоит ли говорить, с каким крайним любопытством Натали приступила к чтению.

Глава 34. Две интриги, а будет ещё и третья

Первым делом Натали, естественно взглянула от кого послание. К её удивлению подписано оно было именем владельца “Лавки охотника”. Содержимое записки тоже оказалось весьма примечательным.

Достопочтенная мадам Натали!

Прошу простить столь вольное вторжение в ваше утро, но я не мог не воспользоваться возможностью передать вам одну вещицу, которая, как мне кажется, будет весьма кстати. Когда вы вместе с месье ван-Эльстом удостоили своим визитом мою скромную “Лавку охотника”, я не мог не заметить, с каким живым интересом ваш супруг рассматривал одну весьма необычную фуражку с полупрозрачным козырьком – шедевр охотничьей экипировки.

Позвольте мне преподнести этот предмет вам – не как товар, но как знак искренней признательности. Редко встретишь посетителей столь утончённых, проницательных и – не побоюсь этого слова – обаятельных.

Позвольте мне добавить: у меня есть ещё нечто… особенное. Нечто, что, смею надеяться, произведёт на талантливого начинающего охотника (а в этом я почему-то не сомневаюсь!) по-настоящему неизгладимое впечатление. Такой сюрприз месье ван-Эльст запомнит на всю жизнь – и, ручаюсь, не раз поблагодарит свою супругу за столь хитроумный замысел.

Чтобы обсудить детали, осмелюсь предложить вам краткую конфиденциальную встречу. Сегодня, ровно в шесть часов после полудня, я намерен тайно прибыть в Вальмонт и буду ожидать вас в дальней парковой беседке. Конечно, всё это – строжайшая тайна, и, ради успеха задуманного, ни в коем случае не сообщайте о нашей встрече никому, особенно самому месье ван-Эльсту!

С наилучшими пожеланиями,

Ваш покорный слуга

Лоран Гийом,

владелец “Лавки охотника” в славном городе Хельбруке

Солнце только-только коснулось макушек деревьев, когда Лизельда ступила в оранжерею. Её туфли бесшумно скользили по плитке. Здесь, в этом царстве листвы и света, она чувствовала себя как дома – вольно, легко, вдохновлённо. Никто не заставлял её приходить так рано. Её просто безудержно тянуло сюда. Но, конечно, были причины куда более конкретные, а не только вдохновение.

Во-первых, работа. Хозяева Вальмонта поручили ей отобрать лучшие экземпляры для выставки цветов. Вальмонт должен был произвести впечатление, и если всё пройдёт удачно – львиная доля славы достанется именно ей, садовнице. Возможно, слухи о триумфе Лизельды дойдут и до того, кто не сумел оценить её по достоинству.

Во-вторых... Сегодня снова должен был прийти Эмиль Бельфуа, фотограф. Лизельда вспоминала, как он вчера бродил по оранжерее с задумчивым видом, прищурившись на свет сквозь линзу своего диковинного аппарата, или прыгал по кустам, пытаясь найти общий язык с Арчибальдом, но всё время восклицал, что чего-то не хватает и придётся пробовать снова и снова. Это ли не чудесно?! Наблюдать за ним было приятно, и Лизельда даже представила, что, измучившись отлавливать кота в объектив, он решит обратить внимание на садовницу, которая совсем не против ему позировать.

Лизельда свернула в малый павильон и остановилась, нахмурившись. На двери подсобного помещения, где она обычно занималась рассадой, висел замок.

Замок? Кто посмел?

Она сделала шаг ближе – и замерла. За дверью кто-то был.

Она прислушалась. Мужской голос... Потом женский.

Вот это неожиданность! Хозяева Вальмонта. Что они тут делают в такую рань? И почему заперлись?

Лизельду охватило предвкушение. Наверняка сейчас она узнает нечто пикантное о хозяевах и их личной жизни – нечто такое, что можно будет представить мадам Боше и Сигизмунду, как результат своей шпионской миссии. Пока ей не удавалось раздобыть каких-нибудь интересных подробностей, чтобы оправдать ожидания двух доморощенных интриганов. Не дыша, она склонилась к двери и приложила ухо. Слушала внимательно несколько минут и не верила своей удаче. Она узнала нечто гораздо более важное, чем рассчитывала. Хозяева Вальмонта говорили о... семенах Тени-Сердца!

Ей с трудом удавалось оставаться неподвижной и не выдавать своего присутствия – из груди рвались возгласы восторга. Вот оно! То, к чему так долго шла.

Когда Лизельда устраивалась в Вальмонт, надеясь узнать что-то об этом особенном растении, она и представить не могла, что всё окажется так быстро и просто. Всего лишь один подслушанный разговор – и она вплотную приблизилась к мечте. Пусть ей не удалось расслышать каждое слово, но одно она поняла точно – у супругов ван-Эльстов есть семена Тени-Сердца. И не одна жалкая крупица, а целый сосуд. Они собрались их замочить, а потом посадить… но не все сразу. А значит…

Если взять несколько – они и не заметят.

Зато для Лизельды даже несколько штук станут настоящим сокровищем! Ей снова пришлось сделать над собой усилие, чтобы злорадно не рассмеяться. Она уже видела лицо своего бывшего профессора – надменного Ильсана Мондьера с вечно приподнятой бровью. Видела, как он морщится, узнав, что у неё есть то, чего он не смог добыть за всю жизнь.

О, как он пожалеет, что отверг её. Как будет кусать локти, вспоминая свои слова, полные безразличия. Он смотрел на неё как на глупую импульсивную девчонку, которая не стоит его внимания, но каким станет его взгляд, когда она покажет ему семена или лучше первые всходы Тени-Сердца. В её воображении он рвал на голове волосы от досады, восклицая: “Каким же я был глупцом и слепцом! Почему не разглядел в вас этот талант, эту страсть, эту красоту!”

Громкий щелчок вернул её в реальность. В двери начал прокручиваться ключ. Лизельда едва успела метнуться в сторону и спрятаться в густых зарослях алоказии. Сердце колотилось, она затаила дыхание.

Поль вышел первым, за ним – Натали. Они разговаривали, но слов Лизельда уже не различала. Они заперли дверь и, не оглядываясь, направились к выходу из оранжереи. Когда звуки шагов стихли, Лизельда выдохнула с облегчением – обошлось, её не заметили.

Она выждала ещё немного, а потом вышла из укрытия. Подошла к двери и внимательно осмотрела замок. Надёжный.

Она хмыкнула.

Ничего. Гризельда знает одного мастера, который может сделать отмычку для любого замка. Сестрица рассказывала, что однажды по просьбе некоего герцога он вскрыл сейф с драгоценностями другого герцога – его брата. Семейные разборки. Пора и родственникам Лизельды поделиться с ней своими сокровищами.

Она погладила ладонью холодный металл и улыбнулась. В голове уже созрел план действий.

ГЛАВА 35. Страсти по фуражке

Натали уже переоделась к завтраку – стояла у зеркала, поправляя воротничок, когда в комнату явилась Виола. Вся свежая, румяная и таинственная.

– Что я тебе расскажу! – заинтриговала она. – Что расскажу! Но сначала ты. Я со вчерашнего вечера в нетерпении. Что там с тайником, на который указал Морти?

Она устроилась в кресле, демонстрируя, что готова слушать.

Натали со всеми подробностями поведала о статуях грифонов, о трёх ключах и трёх тайных дверях, которые они отпирали. А вот что было за дверьми, рассказать, к сожалению не могла. Подземная лаборатория Августина – это не её тайна.

– Там не сокровища, а скорее старинный архив с важными знаниями, – закончила она. – Надеюсь, позже Поль сам расскажет остальные подробности.

Виола слушала, затаив дыхание.

– Мне даже сразу в голову не приходит, в каком романе было бы хоть что-то подобное. Чтобы в одном поместье сразу столько тайн! Разве что в книге “Последняя сто одиннадцатая загадка старого графа”. Там граф устроил конкурс невест для своего сына, и только одна единственная мадмуазель смогла пройти все сто одиннадцать испытаний.

– Сто одиннадцать? Сколько ей к тому времени стукнуло лет? – рассмеялась Натали. И раз уж у них невольно сменилась тема, напомнила: – Ты тоже что-то хотела мне рассказать.

– Хотела! О нашем с Антуаном дежурстве на водонапорной башне. Сначала всё шло спокойно. Мы беседовали, угощались пирогами… но я всё равно сохраняла бдительность, – с нотками гордости уточнила Виола, – и вдруг заметила какой-то силуэт, который неспешно двигался по аллее возле оранжереи.

– Возле оранжереи? – заинтересовалась Натали.

– Да. Мы с Антуаном решили проверить, кто это. Быстро спустились с башни, добежали до оранжереи, а силуэта и след простыл.

– Как? Совсем?

– Совсем, – потусторонним шёпотом подтвердила Виола. – Он будто сквозь землю провалился.

– Кто это мог быть? Вы его рассмотрели?

– Он был в плаще с капюшоном. Лица не видно. Но походка как у пожилого человека. Мы с Антуаном подумали: может, Огюстен? Но я сегодня уже говорила с ним. Он заверил, что ночью на прогулку не выходил.

Рассказ Виолы показался Натали очень загадочным. Они ведь с Полем сегодняшней ночью тоже столкнулись с чем-то подобным. Они слышали звуки шагов перед тем, как зайти в лабораторию Августина. Зашли – а там никого и нет. Что если эти шаги и этот силуэт как-то связаны?

– Я думаю, это оно, – таинственным шёпотом произнесла Виола.

– Оно?

– Из легенды Огюстена… Эфемерная сущность Вальмонта. Лёгкая дымка во мраке. Возможно, дух. А может – страж…

Улыбка Натали вышла скептической. Она уже выдвигала такую версию Полю, но тот ответил, что было бы слишком просто списать все таинственные события на дух из легенды.

– Как бы то ни было, – Виоле вернулся её обычный живой тембр голоса, – сегодняшней ночью мы с Антуаном снова отправляемся на дежурство.

– Вторую ночь подряд? – удивилась Натали.

– Должны же мы разгадать загадку появляющегося и исчезающего силуэта, – резонно объяснила Виола.

Теперь улыбка Натали вышла ироничной. Дело, конечно же, не только в таинственном силуэте.

Полю нравилось, какая атмосфера царила в обеденном зале – лёгкая и весёлая. А могло бы быть ещё “веселее”, если бы на завтрак явился Себастьян и начал ухаживания за Изабель. Милая кузина показала бы ему свой “ангельский” нрав. Но Себастьян после долгой дороги и двух бессонных ночей отдыхал. Ему ещё сегодня вечером поражать Вальмонт игрой на фортепиано.

Поль откинулся на спинку кресла и посмотрел на Натали. В который раз. Обычно его долгие настойчивые взгляды её смущали, но не сегодня. Сегодня её глаза блестели особым заговорщическим блеском, ложка в йогурт вонзалась с нехарактерной для неё прытью. Что-то явно назревало. Казалось, она хочет сообщить ему нечто архиважное. Поль был настолько заинтригован, что никак не мог дождаться окончания завтрака.

И вот, наконец, чай был допит, и насытившиеся обитатели Вальмонта встали из-за стола. Никогда ещё такого не бывало, но Натали настойчиво, если не сказать требовательно, пригласила Поля к себе. Сгорая от любопытства, он проследовал за ней в комнату.

– Приготовьтесь удивиться, – предупредила она.

Это были в точности те слова, которыми обычно Поль интриговал свою любопытную супругу, но сегодня она вернула ему их.

– Уже, – признался он.

С торжествующей улыбкой Натали произнесла:

– Сегодня утром я получила вот это.

И протянула Полю...

Фуражку.

С кружевным козырьком и омолаживающим эффектом.

Которая увеличивает точность стрельбы в три раза

Интрига удалась. Он опешил, потом рассмеялся.

– Кажется, фуражка вступает в игру. Как и предупреждал Себастьян.

– А к ней ещё и записка прилагалась, – Натали протянула Полю листок.

Он пробежал глазами послание. Стиль пышный, витиеватый. Автор – владелец той самой пресловутой “Лавки охотника”. Торговец сообщал, что посылает фуражку в подарок, а также предлагал устроить для Поля сюрприз – нечто незабываемое и захватывающее. А для подготовки сюрприза назначал встречу. Сегодня. В шесть часов вечера. В дальней беседке парка. Просил держать всё в тайне. Особенно от Поля.

Закончив чтение, он посмотрел на Натали поверх листа.

– Стоит ли нам верить, что это действительно написал торговец?

– Разумеется, нет, – она усмехнулась. – Даже если бы Себастьян нас не предупредил, всё равно невозможно поверить, что фуражку прислал хозяин лавки. Он собирался выторговать за неё сто эстронов, хотя она и пяти не стоит. А тут вдруг отдал даром?

– Мою наблюдательную супругу не проведёшь, – довольно улыбнулся Поль. – Скорее всего, торговец действительно ни при чём. Тут не обошлось без Боше и Сигизмунда.

Хотя надо отдать должное интригам. В целом задумка с фуражкой была неплоха, ведь Поль и Натали действительно разглядывали её в “Лавке охотника”. А откуда об этом знать Боше и Сигизмунду? Они будто бы тоже там были.

– Что же они задумали? – задалась вопросом Натали.

Поль усмехнулся и отложил записку.

– Полагаю, неспроста встреча назначена в уединённой беседке, вечером, когда полумрак и шелест листвы... Со стороны это может быть похоже на свидание. В таком случае будет ещё и второй акт пьесы. Интриганы попытаются подстроить, чтобы я в нужное время направился в беседку…

– …и застал там свою супругу с тайным поклонником, – Натали догадалась, о чём речь. – Они хотят спровоцировать сцену ревности?

– Или наоборот, проверить: а будет ли ревность? Они ведь считают наш брак фиктивным.

Поль узнавал почерк своего дядюшки-интригана. Афера продумана с умом. Если не будет сцены ревности – это докажет, что брак фиктивный. Но если фиктивный брак начал понемногу превращаться в настоящий, то сцена с тайным поклонником разрушит зарождающиеся чувства и брак останется фиктивным. Интриганы полагают, что они в любом случае в выигрыше.

– Мы их легко переиграем, – Натали хитро прищурилась. – Я просто не приду.

Поль покачал головой.

– Слишком просто. Если выйти из игры, мы не узнаем, кто их зазывалы и подыгрывающие, кто их помощники, кто шпионы. Надо сыграть хитрее.

– Как? – она скрестила руки и посмотрела на Поля с подозрением. Очень симпатичным подозрением.

Он пожал плечами с самым невинным видом.

– Можно, например, подыграть им. Разыграть сцену ревности, чтобы они убедились, что брак настоящий. Представь: я прихожу, мечу громы и молнии, выкидываю твоего незадачливого кавалера из беседки, а тебя заставляю искупить вину... поцелуями. Длинными и повторными.

На лице Натали, не подозревающей, что Поль просто подзадоривает её, за три секунды пронеслась целая буря эмоций: смущение, смятение, возмущение, негодование и даже “а может, действительно стоит попробовать”.

Он беззвучно рассмеялся. Наблюдать за ней – особое удовольствие.

– Возможно, идея слегка радикальна, – Поль усмехнулся с самоиронией. – Нужно придумать что-то другое. Подыгрывать интригам не стоит. Пусть думают, что управляют сценарием, а мы тем временем перепишем его заново.

Натали прищурилась. Глаза у неё блеснули, губы медленно расплылись в улыбке.

– Кажется, у меня появилась идея...

Поль с интересом посмотрел на неё. И почувствовал то особенное предвкушение, которое бывает только перед хорошей авантюрой.