Текст книги "Ловушка под водой"
Автор книги: Нил Свайди
Жанр:
Публицистика
сообщить о нарушении
Текущая страница: 19 (всего у книги 25 страниц)
Сколько бы Макколи ни гордилась своими детективными навыками, она знала, что у нее отсутствует умение сохранять невозмутимое выражение лица. Теперь она была бессильна скрыть бушевавшую в ней ярость. Конечно, никто в OSHA не вынашивал тот безумный план, который привел к гибели водолазов. И ей казалось очевидным, что сама Финизио не была соучастницей – она была хорошим следователем, чье подключение к делу началось лишь после рокового несчастного случая. Тем не менее, в отличие от Макколи, Финизио услышала об этом раннем участии OSHA вовсе не впервые.
Макколи полагалась на технические знания OSHA и делилась всеми материалами с места преступления. Теперь она задавалась вопросом: кому вообще можно доверять? Она понимала, что чем дольше затягивается расследование, тем сильнее обрастают адвокатами ключевые фигуры. Она также знала, что любые отговорки станут куда более убедительными, если эти люди смогут доказать, что заранее представили свои планы наброски правительственным стражам.
Позже тем же днем Макколи отправила гнезвное письмо285285 (Глава 14, примечание 6)
Макколи отправила гневное письмо: Мэри Макколи – Бренде Гордон, 12 августа 1999 г.
[Закрыть] Бренде Гордон, региональному директору OSHA, требуя объяснений. Оправдания Гордон286286 (Глава 14, примечание 7)
Защита Гордон: Бренда Гордон – Мэри Маккоули, 15 сентября 1999 г.
[Закрыть] – мол, у OSHA не было предусмотренных законом полномочий утверждать планы – показались Макколи совершенно неубедительными. Детектив решила держать некоторую дистанцию между собой и федеральным ведомством по безопасности.
В декабре токсикологические отчеты судмедэксперта и результаты окончательного вскрытия Билли и Тима легли на стол Макколи. В телах обоих водолазов не было обнаружено никаких наркотиков, и судмедэксперт смогла подтвердить летний предварительный отчет. Билли и Тим погибли в результате асфиксии287287 (Глава 14, примечание 8)
Билли и Тим умерли в результате асфиксии: главный судебно-медицинский эксперт штата Массачусетс, отчет о вскрытии Нордина.
[Закрыть], когда в их лицевые маски хлынул воздух, богатый азотом и истощенный по кислороду. Они были убиты быстро, прямо во время выполнения задачи. Видимо, именно поэтому Тима обнаружили с развернутыми к заднему сиденью плечами, а Билли – лежащим на спине на полу тоннеля.
Макколи была полна решимости провести исчерпывающее расследование. Будучи бывшим прокурором, она понимала, что для окружной прокуратуры округа Саффолк планка доказательства преступного поведения вне всяких разумных сомнений будет очень высока. Она также знала, что ей предстоит проделать еще немало полицейской работы. Но даже основываясь исключительно на том, что они с напарником уже выяснили, она не сомневалась в их способности доказать наличие веских оснований, которые потребовались бы окружной прокуратуре для предъявления уголовных обвинений. Что же касается того, кого именно следует привлечь к ответственности, то Харальд Гроб оставался первым в ее списке. Тем не менее она продолжала считать, что этот список должен состоять не из одного лишь имени.
Макколи не разговаривала с проектным менеджером Norwesco со времён его допроса через два дня после трагедии, да и он вскоре после этого вернулся в Канаду. Однако за прошедшие пять месяцев Макколи раскопала горы новых материалов, а также несколько шокирующих фактов, заставивших ее поставить под сомнение ключевые аспекты показаний Харальда.
И всё же Макколи беспокоилось о том, как потенциальное судебное преследование Харальда может развернуться в суде. В конце концов, во время допроса он подчеркивал, что все главные участники – MWRA, Kiewit, Kaiser и PB – не просто одобрили его план, но и внесли свои предложения по его доработке. Учитывая участие всех этих крупных игроков, было бы трудно представить Харальда каким-то одиночкой-авантюристом. При такой разделенной ответственности и солидарной повинности вся эта водолазная операция напоминала то, как часто ухаживают за пациентами в тех высокочтимых, но запутанных учебных больницах, которые сделали Бостон меккой медицины. Пациенты видят столько интернов, ординаторов, стажеров, лечащих врачей, заведующих отделениями и специалистов, которые толпами заходят в их палату и выходят из нее, что становится невозможно понять, кто же именно отвечает за их лечение. За всё отвечает каждый, а значит – никто.
Вдобавок ко всему Макколи тревожила перспектива того, что Харальд возьмет слово в суде и укажет пальцем на OSHA за то, что ведомство не высказало никаких возражений против его плана, хотя получило его заблаговременно. Она задавала себе вопрос: сработает ли это перед присяжными? Она знала ответ. Ни в коем случае.
Спустя две недели после наступления нового тысячелетия Макколи завершила свой двадцатичетырехстраничный отчет о внезапной гибели Билли и Тима. Почти шестимесячное расследование, проведенное ею при поддержке коллег по штатной полиции288288 (Глава 14, примечание 9)
при помощи коллег по государственной полиции: Макколи подчеркнула ключевую роль, которую сыграли ее напарник, патрульный Джон О’Лири; их начальник, сержант Рэнди Чиполетта; а также патрульный Уэс Ванагал из отдела криминалистической службы государственной полиции.
[Закрыть], порой казалось ей чередой интенсивных семинаров в аспирантуре. Выжившие водолазы оказались одними из ее важнейших наставников, поражая ее своей памятью и откровенностью, даже когда дело касалось мучительных деталей – например, того, что случилось со стопой Тима. Другими наставниками детектива стали поставщики оборудования, руководители проектов и, в особенности, экспертный анализ доктора Кнафелк из ВМС. При написании отчета Макколи в значительной степени опиралась на этот флотский анализ, пытаясь разрешить все главные вопросы, которые ставили ее в тупик в самом начале.
Насколько катастрофа была обусловлена этой слепленной на скорую руку дыхательной системой на сжиженном газе? Кнафелк ответила на этот вопрос напрямую в своем отчете. «Конструкция дыхательного аппарата289289 (Глава 14, примечание 10)
«Конструкция дыхательного аппарата»: Dr. Marie E. Knafelc, “Investigation of Deaths Within the Boston Harbor Outflow Tunnel,” Navy Experimental Diving Unit, September 3, 1999, 6.
[Закрыть] была неадекватной для обеспечения работы водолазов, – гласил ее анализ. – Отсутствие надлежащего оборудования для мониторинга способствовало гибели двух человек».
В отчете ВМС Харальду вменялось в вину то, что он выдал водолазам портативные газоанализаторы Multiwarn вместо того, чтобы установить гораздо более надежный стационарный анализатор, как предлагал Риггс. За небольшие деньги290290 (Глава 14, примечание 11)
За бесценок: Там же, 5.
[Закрыть] этот встроенный в систему анализатор обеспечил бы железобетонный, непрерывный контроль подачи воздуха и заблаговременно предупредил бы Билли и Тима о надвигающейся гибели. Кнафелк отметила тот факт, что Харальд не учл291291 (Глава 14, примечание 12)
Кнафелц отмечал неудачу Харальда: Ibid., 3–4. Соединительный шлейф длиной в две тысячи футов, связывавший распределитель в «Хамви» с распределителем в лодке, состоял из четырех соединенных вместе трехсотфутовых шлангов. Далее у каждого водолаза из состава погружавшейся группы был собственный трехсотфутовый шлейф, тянувшийся от него к распределителю в лодке.
[Закрыть] предсказуемого падения давления воздуха, происходящего в каждой точке соединения пяти различных трехсотфутовых шлангокабелей. И флотский врач выразила недовольство тем, что Харальд не удосужился должным образом протестировать дыхательную систему в условиях полной нагрузки – опять же, то, о чем говорил Риггс, – прежде чем отправлять водолазов в тоннель. Те легкие тренировочные проходы, которые Харальд велел водолазам совершить во дворе компании Tap, были никудышной заменой, особенно учитывая отсутствие ключевого компонента системы – MAP Mix 9000.
Чем объяснялся «эффект снежного кома» – иней, окутавший резервуар с жидким кислородом и редуктор? По мере того как водолазы работали всё интенсивнее в конце тоннеля, это создавало повышенную нагрузку на систему смешанных газов в «Хамви». Эта возросшая нагрузка, в свою очередь, требовала от жидких резервуаров производить больше газа – испарять больший объем продукта. Сжиженный газ чрезвычайно холоден – разумеется, достаточно холоден, чтобы сводить бородавки с кожи, – поскольку холод позволяет замедлить молекулы, чтобы упаковать их в резервуар как можно плотнее. Но в процессе испарения292292 (Глава 14, примечание 13)
Но в процессе испарения: интервью автора с д-ром Мари Э. Кнафельк, май 2012 г.; Канадский центр охраны труда и техники безопасности (Canadian Centre for Occupational Health and Safety), «Криогенные жидкости – Опасности», www.ccohs.ca/oshanswers/chemicals/cryogenic/cryogen1.html; а также компания Air Products, «Контейнеры для криогенных жидкостей» (Cryogenic Liquid Containers), Safetygram-27, www.airproducts.com/~/media/Files/PDF/company/safetygram-27.pdf.
[Закрыть] в газ эти молекулы стремительно расширяются. Для этого они забирают тепло из окружающей среды в качестве источника энергии. Каким бы холодным ни был тоннель, он был намного теплее, чем внутренности тех цилиндров со сжиженным газом.
Поскольку баллон с жидким кислородом изо всех сил пытался поспеть за возросшими потребностями водолазов, эти молекулы бросились расширяться еще быстрее. Поскольку им требовалось больше энергии для этого, они продолжали вытягивать любое доступное тепло из внешней среды, начиная с редуктора, установленного на вершине баллона. Из-за этого редуктор становился всё холоднее и холоднее. А поскольку атмосфера в тоннеле была очень сырой, по мере остывания редуктора влага на нем начала превращаться в иней. Чтобы продолжать расширение, молекулы газа внутри баллона усиливали потребность в тепле извне. В конце концов это превратило иней, покрывающий редуктор, в лед. Процесс продолжался, наращивая на редуктор всё новые и новые слои льда, пока тот не приобрел вид «ледяной скульптуры», как выразился Риггс. К тому моменту на поверхности баллона было почти так же холодно, как и внутри него. Редуктор замерз, как уличный кран в метель, будучи не в состоянии пропустить хоть что-нибудь. Он просто отключился. Когда кислород перестал поступать, дыхательная смесь водолазов превратилась, по сути, в чистую порцию азота.
Судя по внушительному резюме Харальда, флотский врач была потрясена тем, что он мог не знать о дополнительных рисках, связанных с подобной системой. «Использование сжиженных газов требует293293 (Глава 14, примечание 14)
«Использование сжиженных газов требует»: Knafelc, “Investigation of Deaths,” 5.
[Закрыть] более пристального внимания к деталям из-за возможности замерзания редуктора, – отмечалось в анализе ВМС. – Опыт проектировщика в дайвинге, включая найтрокс и газовые смеси, а также образование профессионального инженера должны были предоставить ему необходимые инструменты для проектирования и создания безопасной и эффективной системы дыхательного газа».
Флотский врач также раскритиковала Харальда за то, что он не включил в проект два довольно простых, но незаменимых компонента, которые могли бы в значительной степени защитить систему от «эффекта снежного кома». Первым недостающим устройством был объемный резервуар – по сути, промежуточная станция, где дыхательный газ мог бы накапливаться после смешивания паров жидкого азота и жидкого кислорода. Этот объемный резервуар позволил бы тестировать смешанный газ еще до того, как он достигнет масок водолазов. Он также защитил бы баллоны со сжиженным газом от колебаний потребностей водолазов, снижая вероятность замерзания редуктора. Дышать напрямую от смесителя294294 (Глава 14, примечание 15)
Дышать прямо в микшер: Там же, с. 4–6.
[Закрыть] «при лишь эпизодическом отборе проб газа недопустимо», подчеркивалось в отчете ВМС.
Вторым недостающим устройством295295 (Глава 14, примечание 16)
Второе недостающее устройство: Там же, 6.
[Закрыть] был теплообменник. Этот компонент помог бы системе безопасно подавать дыхательный воздух с повышенной скоростью потока по мере роста потребностей водолазов. Было совершенно непонятно, почему в системе водолазов не оказалось теплообменника, хотя на «Хамви» он был. Это высокое металлическое устройство, напоминающее радиатор в модном кондоминиуме, обеспечивало превращение бака с жидким кислородом на задней панели «Хамви» в газ той температуры, которая была необходима для стабильной работы машины. Водолазы заслуживали не меньшего.
Почему Билли и Тим не смогли почувствовать грозящую им опасность? Макколи знала, что отсутствие стационарного анализатора – это лишь часть ответа. Риггс рассказал ей, как он спросил Харальда, что делать с электрическим шнуром питания MAP Mix 9000, и как Харальд велел ему оставить его свернутым с заводской стяжкою. К тому моменту Макколи уже понимала, что хотя для работы смесителя не требовалось электричество или батареи, его встроенная сигнализация давления нуждалась во внешнем источнике питания. Именно для этого и служил шнур питания переменного тока. Макколи выяснила, что эта встроенная сигнализация не измеряла содержание кислорода в дыхательной смеси, но она обеспечила бы критически важное предупреждение для водолазов о том, что давление, поступающее от жидкого кислорода или жидкого азота, упало ниже безопасного уровня. Несмотря на отсутствие электричества в тоннеле, сигнализация могла бы работать от аккумулятора. Макколи никак не могла смириться с тем, что чертову сигнализацию просто оставили неподключенной.
Не имея ни стационарного анализатора, ни работающей сигнализации давления, водолазы были вынуждены полагаться на заведомо нелепый протокол: использовать ручной монитор для проверки смешанного дыхательного воздуха и надеяться, что примесь окружающего воздуха не слишком сильно исказит показатели. Ответ Харальда на просьбу Риггса об установке стационарного анализатора – а именно выдать водолазам еще одно, но столь же ненадежное портативное устройство – вовсе не был решением проблемы. Эта халтурная система измерений затушевывала нарастающие проблемы до тех пор, пока первым предупредительным знаком для водолазов не стало падение Ди Джея и Риггса в обморок в конце тоннеля. Теперь Макколи поняла, почему те двое водолазов пострадали раньше остальных. Они выполняли самую тяжелую физическую работу, тяжело дыша и отдуваясь при перетаскивании оборудования и проползании в узкие трубы. Макколи обратилась к таблице о влиянии сниженного уровня кислорода, которую флотский врач включила в свой отчет.
Учитывая их тяжелый труд, Ди Джей и Риггс походили на теннисистов в конце долгого, изнурительного матча, которые дышат интенсивнее, чтобы захватить тот дополнительный кислород, в котором так нуждались их тела. Билли и Тим тем временем просто сидели внутри машины в ожидании. Хотя они уже начали страдать от дефицита кислорода, в условиях их малоподвижного сидения в темноте это, по крайней мере поначалу, должно было проявляться лишь в виде едва уловимого помутнения рассудка.
10–12 процентов: дальнейшее увеличение частоты и глубины дыхания, ухудшение координации и способности рассуждать.
Уровень физической нагрузки Хосса находился где-то посередине между двумя другими парами водолазов. И когда он обратился к Тимоти с настоятельной просьбой проверить показания кислорода, этот призыв, судя по всему, на миг вывел Тима и Билли из оцепенения: «Черт, тут 8,9!»
И снова таблица:
8–10 процентов: отказ умственных способностей, обморок, потеря сознания, тошнота
В отчете ВМС отмечалось, что уровень кислорода в 8,9 процента, переданный Тимом Хоссу, должно быть, продолжал падать вплоть до гибели Тима и Билли. Там же содержался ответ на другую загадку, ту самую, которая озадачивала Макколи с самого начала: Если все пятеро водолазов дышали от одного источника смешанного жидкого газа, почему погибли только Билли и Тим? Очевидно, что Хосс спас жизни экскурсионной группы, переключив их подачу воздуха на баллон высокого давления на лодке. Но, как выяснилось, у них было больше запаса.
Всё сводилось к географии. Когда слабеющий кислородный редуктор окончательно замерз, превратив дыхательный воздух в нечто, состоящее преимущественно, если не полностью, из азота, близость стала врагом Билли и Тима. Этому токсичному мощному выбросу азота пришлось бы преодолеть до полутора тысяч футов, чтобы добраться до коллектора на лодке экскурсионной группы, а затем выйти к маскам Хосса, Ди Джея и Риггса. Однако, чтобы добраться до Билли и Тима, ему нужно было пройти всего десять футов.
Если каждый из этих выводов отвечал на важный вопрос, тяготивший разум детектива, то пара связанных между собой откровений просто повергла ее в шок. Первое исходило от Тима Ридинга, менеджера по безопасности компании Airgas Northeast, чье предприятие в Нью-Гэмпшире поставило Харальду газ, использовавшийся на объекте. Он настаивал в разговоре с Макколи297297 (Глава 14, примечание 18)
Он настаивал в разговоре с Макколи: Письмо Тимоти Ридинга Мэри Макколи от 30 июля 1999 года.
[Закрыть], что ни Харальд, ни кто-либо из его поставщиков оборудования A-L в Спокане никогда не информировали Airgas о том, что баллоны с жидким кислородом и жидким азотом будут использоваться в качестве дыхательного воздуха для людей. Ридинг заявил, что корпоративная политика и отраслевая практика запрещают как смешивание газов для потребления человеком, так и продажу сжиженных газов для этих целей. Риски были просто слишком высоки.
Еще более шокирующее открытие было связано с самим MAP Mix 9000. Пытаясь понять, почему смеситель не справился со своей задачей, Макколи не ограничилась беседой с Тони Дрибански, продавцом-президентом местного дистрибьютора этого смесителя. Она также убедила производителя смесителя, датскую компанию PBI Dansensor, прислать одного из своих ведущих инженеров для встречи с ней на Дир-Айленде. Сразу же после осмотра MAP Mix 9000 на месте этот инженер, Стин Хансен, дал понять, насколько он потрясен.
Сквозь свой густой датский акцент он объяснил, что крышка смесителя была снята, а его заводские настройки давления изменены. Хотя Харальд сделал это по согласованию с Дрибански, датский инженер теперь заявил, что к устройству вообще нельзя было прикасаться. Именно поэтому на первой же странице руководства пользователя смесителя жирным шрифтом было напечатано предупреждение: «Важно: MAP Mix 9000 должен вскрываться только298298 (Глава 14, примечание 19)
«Только дляуполномоченного персонала»: Руководство пользователя MAP Mix 9000, с. 2.
[Закрыть] уполномоченным персоналом».
Это привело к тому, что Хансен сделал ошеломляющее заявление299299 (Глава 14, примечание 20)
Это побудило Хансена сделать сенсационное заявление: Trooper Mary McCauley, “Interview of PBI-Dansensor Representatives in Reference to Tunnel Death Investigation at Deer Island,” Massachusetts State Police Suffolk County Detective Unit, October 9, 1999, 10.
[Закрыть] об этом устройстве. MAP Mix 9000 никоим образом не должен был использоваться для водолазов – или каких-либо других людей. В руководстве пользователя указывалось, что он предназначен для «промышленных целей», и датский инженер привел Макколи примеры того, что это значит: упаковка мяса, сыра и буррито для создания своего рода вакуумной упаковки, которая обеспечивала бы более длительный срок хранения. Смеситель не предназначался для смешивания дыхательного воздуха.
Хансен сказал, что он и его коллеги300300 (Глава 14, примечание 21)
Хансен рассказал, что он и его коллеги: Интервью автора со Стеном Хансеном, июнь 2011 года. Хансен подтвердил то, о чем ранее рассказывал Мэри Макколи: для них было немыслимо, чтобы кто-то когда-либо использовал устройство для дыхания человека. Во время экскурсии по заводу PBI Dansensor в Рингстеде (Дания) он показал мне предупреждающие наклейки, которые были добавлены на приборы в результате смертельных случаев в тоннеле.
[Закрыть] никогда бы не подумали, что кто-то окажется настолько глуп, чтобы использовать смеситель для столь рискованного трюка. (Лишь после трагедии его компания добавила на смесители новую предупреждающую наклейку: «!!Опасно!! ЗАПРЕЩАЕТСЯ использовать это оборудование для подачи воздуха людям».) Погрешность прибора составляла плюс-минус 2 процентных пункта, что, возможно, было нормально при упаковке буррито в пластиковые контейнеры, но явно не подходило для попыток сохранить жизнь команде из пяти водолазов в лунном пейзаже под океаном. По словам датского инженера, когда MAP Mix 9000 использовался в пищевой промышленности, его встроенная сигнализация давления обычно подключалась напрямую к упаковочной машине. Таким образом, если в одном из газов во время смешивания падало давление, упаковочная машина автоматически отключалась. Хансен отметил, что хотя смеситель никогда не должен был использоваться для снабжения водолазов воздухом, Билли и Тим, скорее всего, оставались бы живы, если бы Харальд сделал простой шаг – подключил сигнализацию давления. Вместо этого он велел Риггсу завязать электрический шнур устройства и забыть о нем. Хотя в тоннеле не было работающих электрических розеток, Стин пояснил, что было бы легко подключить двадцатичетырехвольтовую батарею для питания сигнализации, а затем настроить резервную подачу воздуха высокого давления на автоматическое включение в случае падения давления.
Всё это объясняло, почему Харальд и Дрибански отправились за границу в поисках смесителей, в результате чего датские установки застряли на таможне и прибыли на Дир-Айленд с опозданием. Харальд не смог найти одобренный смеситель в Соединенных Штатах, поскольку ни один отечественный производитель не выпускал смесители для подобного применения. Обход этой проблемы путем поездки за границу свидетельствовал для Макколи о том, что Харальд не просто не справился с задачей. По ее мнению, он проявил301301 (Глава 14, примечание 22)
По ее мнению, он: В рассуждениях Макколи сыграло свою роль письмо менеджера по безопасности компании Airgas Northeast Тима Ридинга, который предоставил отчет о контактах Харальда с его компанией и Джерри Андерскоу из компании-поставщика A-L Compressed Gases. Ридинг подчеркнул, что компанию Airgas никогда не информировали о том, что ее жидкие газы будут использоваться для получения пригодного для дыхания воздуха. В своем отчете Макколи написала, что Ридинг «указал, что индустрия поставок газа в Соединенных Штатах не продает жидкий газ для производства пригодного для дыхания воздуха в полевых условиях. Именно поэтому смеситель, приобретенный компанией Norwesco, не продавался в Соединенных Штатах» (Макколи, «Внезапная смерть / Дир-Айленд», 14). Кроме того, Андерскоу в своей служебной записке Харальду от 16 мая 1999 года написал, что после консультаций с крупнейшим в стране производителем криогенных систем хранения: «Мы не смогли найти смеситель/блендер, допущенный для дыхательного воздуха». Позже Харальд рассказал адвокатам истцов, что именно тогда он зашел в интернет и нашел зарубежное устройство.
[Закрыть] умышленное пренебрежение жизнями водолазов. Как еще можно объяснить решение отправить их в темноту, не предупредив, что их жизнь будет зависеть от устройства, созданного для упаковки супермаркетных буррито и сыра?
Будучи уверенной в том, что она доказала наличие веских оснований, Макколи направила свой отчет в окружную прокуратуру.
Примерно в то же время факс Norwesco в офисе Роджера Руло в Спокане начал шуметь. Завершив собственное расследование, OSHA теперь выписывало шквал предписаний и рекомендовало штрафы на общую сумму 410 900 долларов. Norwesco получила самый крупный штраф302302 (Глава 14, примечание 23)
Norwesco получила самый крупный штраф: Бостонское южное территориальное отделение OSHA в адрес Norwesco Marine, Inc., «Постановление о нарушениях и уведомление о штрафе», место проверки: CP-282 Дир-Айленд, дата выдачи – 14 января 2000 года.
[Закрыть] – чуть более 200 000 долларов. Kiewit и Kaiser получили303303 (Глава 14, примечание 24)
«Кивит» и «Кайзер» получили следующие документы: Бостонское южное территориальное управление OSHA – компании «Кивит-Ат킨сон-Кенни, совместное предприятие», предписание и уведомление о штрафе, объект инспекции: CP-282, Дир-Айленд, дата выдачи: 18 января 2000 г.; Бостонское южное территориальное управление OSHA – компании «Блэк Дог Даверс, Инк.», предписание и уведомление о штрафе, объект инспекции: CP-282, Дир-Айленд, дата выдачи: 14 января 2000 г.
[Закрыть] по 91 000 долларов штрафа каждая, а Black Dog Divers – 25 400 долларов. OSHA вменило всем четырем компаниям целый ряд нарушений, ранжировав их по шкале ведомства от «серьезных» до «умышленных», причем последнее было самым тяжелым. В OSHA заявили, что выданная водолазам дыхательная система была «плачевно несовершенной», и ведомство оштрафовало Norwesco по одиннадцати «серьезным» и двум «умышленным» пунктам нарушений – последние касались проектирования и создания дефектной дыхательной аппаратуры, а также невывода рабочих при неоднократных проблемах с ней. Среди нарушений, отмеченных OSHA, фигурировали некачественные шланги и смесители, ненадлежащим образом замотанные скотчем фитинги, отключенные сигнализации и отсутствие стационарного анализатора. Между тем компании Kiewit и Kaiser получили по одному «умышленному» нарушению за отказ обеспечить механическую вентиляцию во всех рабочих зонах тоннеля и по три «серьезных» нарушения за непредоставление надлежащего освещения и связи. Компания Black Dog получила тринадцать «серьезных» нарушений за различные упущения, связанные с надзором за водолазами.
Глядя на штрафы, Роджер пришел в ярость. Разумеется, владелец Norwesco ожидал от OSHA какой-то пощёчины. Но фальшивым в его глазах выглядел именно тон изумления ведомства. Выписанные штрафы никоим образом не отражали того факта, что Роджер и представители Kiewit за год до начала миссии приезжали в офис OSHA, чтобы ознакомить чиновников со своим планом. И тем не менее никто из ведомства не поднял никаких тревожных флагов. Пробегая глазами текст штрафов, взгляд Роджера остановился на подписи внизу. Она принадлежала Бренде Гордон, региональному директору OSHA.
Имя показалось знакомым. Затем до него дошло: Я же встречался с этой девицей в 1998 году. В какой-то момент во время встречи Роджера с сотрудниками OSHA перед началом миссии в комнату вошла женщина, чтобы убавить кондиционер в офисе, который управлялся термостатом в конференц-зале. Заместитель директора OSHA, проводивший встречу, тогда представил ее Роджеру и представителям Kiewit, пояснив своему боссу, что эта команда пришла поделиться своим планом извлечения заглушек для тоннеля на Дир-Айленде. Она немного поболтала с ними, прежде чем выйти из комнаты. Роджер подумал: И теперь она демонстрирует шокированное возмущение?
Штрафы от OSHA представляли собой не столько итог, сколько первый залп. Всем четырем оштрафованным компаниям разрешалось оспорить штрафы, и все четыре быстро дали публично понять304304 (Глава 14, примечание 25)
все четверо быстро подали публичные сигналы: Tom Walsh, “4 Companies Appeal Worker Deaths Fines,” Patriot Ledger (Quincy, Mass.), February 11, 2000.
[Закрыть], что намерены это сделать. Для Дэна Куса, профсоюзного бизнес-агента, такая реакция была лишь очередным доказательством того, до какого позора дошло дело. «У вас двое погибших, – заявил он местной газете, – и все причастные к этому, похоже, считают, что никакой ответственности они не несут». Больше надежд он возлагал на уголовное расследование штатной полиции.
Что касается Тэпа Тейлора, то штрафы в отношении Black Dog были абсолютно несправедливыми. Во время проекта Тэп чувствовал себя ущемленным со стороны Харальда и проигнорированным Роджером, а теперь он видел, как эта работа унесла жизнь его лучшего друга и поставила под угрозу существование бизнеса, который они построили вместе. Хотя сравнительно более низкие штрафы, наложенные OSHA на Black Dog, признавали меньшую роль его компании, он твердо стоял на том, что не делал ничего иного, кроме как предоставлял рабочую силу для выполнения задачи. Он чувствовал себя жертвой, а не виновником.
Тем временем Роджер, последовавший совету Kiewit нанять одного из лучших адвокатов по защите белых воротничков в Бостоне, теперь привлек в качестве консультанта уважаемого специалиста по дайвингу. Он завязал бурную переписку по электронной почте с этим консультантом, а также с Харальдом, пытаясь выстроить агрессивную защиту.
В марте, спустя восемь месяцев после гибели Билли и Тима, окружная прокуратура округа Саффолк объявила о своем решении: она не будет предъявлять уголовные обвинения Харальду Гробу или кому-либо еще в связи с этим делом. Макколи не могла скрыть своего разочарования и досады. Чем глубже она копала, тем больше убеждалась в том, что гибель Билли и Тима не была случайностью. «Результаты были абсолютно предсказуемыми, – утверждала она. – Предполагать, что это была какая-то случайность, – абсурдно». Учитывая черно-белую призму, сквозь которую она смотрела на мир, этот вывод закономерно привел ее к другому: «Если это была не случайность, и люди погибли, кто-то должен понести ответственность».
Прокуроры окружной прокуратуры привели несколько причин отказа от предъявления обвинений Харальду. Они считали, что поскольку он не дорос до задачи по сборке системы, он не осознавал, в какой степени его действия подвергают опасности жизни водолазов. Кроме того, они полагали, что поскольку водолазы выжили, несмотря на все проблемы в понедельник и вторник, Харальд имел все основания ожидать того же результата, когда отправил их обратно в среду. Наконец, поскольку столь многие другие участники разделяли ответственность за гибель людей, преследование одного лишь Харальда было рискованным предприятием.
Макколи испытывала огромное уважение к прокурорам по этому делу и понимала, насколько трудная задача стояла бы перед ними при попытке добиться от присяжных обвинительного приговора вне всяких разумных сомнений. И всё же ей казалось, что они слишком много мудрствуют. «Тут всё не так сложно, – объясняла она позже. – Этот парень знал, что если в тоннеле произойдет что-то плохое, эти парни погибнут. И тем не менее он пошел на это. Он же не сам отправлялся в тоннель?»
Из всех причин, названных прокурорами для отказа от предъявления обвинений, она больше всего была согласна с их нежеланием вешать всех собак на Харальда. Ее лично потрясло то, что столько внешне умных людей, работавших на столько крупных корпораций и ведомств, позволили ситуации дойти до точки, когда им потребовалось привлечь Харальда, а затем подписались под очевидно полусырым планом. Она пришла к выводу, что менеджеры должны были заставить землекопов извлечь заглушки, пока рукавная линия вентиляции все еще оставалась на месте, а затем ввести правило эвакуации рабочих всякий раз, когда прогнозировался сильный шторм, когда риск зацепить морское дно блуждающим якорем был бы выше. Если этот здравый компромисс стал очевиден для такого копа, как она, то почему он ускользнул от администраторов и инженеров, которые всем руководили? И всё же Макколи считала, что наличие ответственности у других не должно умалять куда большую долю вины Харальда. Хотя она понимала, как эта разделенная вина может привести к судебному преследованию большего числа сторон – как физических лиц, так и корпоративных структур, – она не хотела, чтобы это использовалось как оправдание для того, чтобы вообще никого не привлекать к ответственности.
Несмотря на удар от решения окружной прокуратуры, для Макколи забрезжил один многообещающий лучик надежды. Во многом благодаря давлению профсоюза Local 56 дело передавали генеральному прокурору штата. Быть может, это ведомство найдет более успешный путь к обвинению.
· · ·
Макколи вошла, неся под каждой мышкой по пухлой коробке. В картонках хранились служебные записки и отчеты, фотографии и блокноты, видеокассеты и аудиокассеты. Детектив прибыла в этот бостонский офис весной 2000 года, чтобы представиться женщине, которой предстояло принять дело. Джоан Паркер была директором по безопасности в отделе честного труда и коммерческой практики генеральной прокуратуры Массачусетса. Руководитель Макколи просил ее лишь проинструктировать Паркер и передать копии материалов расследования. Однако с самого начала Макколи дала понять, что она слишком вовлечена в дело, чтобы просто сбросить материалы и убежать.
Учитывая тяжелую борьбу, предстоявшую делу, Макколи надеялась передать его бесстрашному полевому командиру, который не отступит. Окинув Паркер оценивающим взглядом, она заволновалась. Эта женщина показалась ей этакой хипповой битницей – из тех умных левачек, которые носят органические продукты в многоразовом мешковином мешке или водят потрепанный «Вольво» с наклейкой на бампере JUNG AT HEART (В душе Юнг); иными словами, из тех людей, что долго не продержатся в таком суровом районе, где выросла Макколи.
Эти две женщины казались полными противоположностями. С ее безошибочным акцентом, пулеметной манерой речи и позой «даже не пытайтесь мне лапшу на уши вешать» Макколи была бостонкой до мозга костей. На ее бедре висел пистолет, а грязно-русые волосы были стянуты в тугой хвост. Паркер же, напротив, была гражданкой мира. Родившись в Перу, она выросла в череде экзотических мест – в Марокко, Панаме, на Виргинских островах и в Пуэрто-Рико. Высокая, с длинными волнистыми рыжевато-каштановыми волосами, она обладала тихим голосом и артистичным флером. В свои пятьдесят два года она была почти на два десятилетия старше Макколи.
Неважно, думала Макколи. В бой идут с той армией, какая есть. «Это возмутительно!» – заявила она Паркер, с ходу переходя к обзору того, как влиятельные стороны переложили огромный риск операции по извлечению заглушек на Харальда и Norwesco, а тот, в свою очередь, переложил его на самих водолазов.
После речи Макколи Паркер принялась засыпать ее проницательными вопросами, которые ясно дали понять, как глубоко та уже изучила дело. Несмотря на первоначальные опасения Макколи по поводу этой женщины и их очевидные стилистические различия, она вдруг увидела в Паркер родственную душу. Первые впечатления могут быть обманчивыми. Хотя было правдой, что Паркер отличалась некоторой богемностью, в ней чувствовалась поистине железная хватка. Она разъезжала на пикапе Ford с механической коробкой передач, без кондиционера и с большой лохматой дворнягой, которая высовывала голову из пассажирского окна. Единственная наклейка на бампере грузовичка гласила: МОЯ СОБАКА МОЖЕТ ОТДЕЛАТЬ КОГО УГОДНО.
Когда босс впервые попросил ее заняться гибелью водолазов, Джоан Паркер была осторожна. Она знала, сколь трудно доказывать подобные дела. Она также понимала, что у генерального прокурора штата не будет никаких особых предусмотренных законом полномочий правоприменения. Единственными применимыми статутами оставались прецедентное право общего права – те самые, которые окружная прокуратура сочла недостаточными для предъявления обвинений Харальду или кому-либо еще. Прокурорам пришлось бы доказывать преступную безрассудность в обоснование обвинения в убийстве или непредумышленном убийстве, поскольку в Массачусетсе, в отличие от многих других штатов, не было более мягкого статута о преступной халатности в уголовном кодексе. И все же она понимала, почему дело попало к ней на стол. Офис генерального прокурора, располагавший директором по безопасности и командой инспекторов, обладал куда большим опытом в делах о безопасности на рабочем месте, чем прокуратура. Хотя Паркер сосредоточивалась главным образом на инспекциях и надзоре, а не на судебном преследовании, она могла задействовать свой богатый опыт, чтобы гарантировать, что ни одно направление не будет упущено в ходе этой проверки второго круга. И по мере того как она изучала материалы дела, она чувствовала, как в ней просыпается страсть.
