Текст книги "На семи ветрах (СИ)"
Автор книги: Наталья Машкова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)
Глава 3
Он даже не услышал, как открылся портал. Почувствовал. Спаситель явился! Уже доложили, получается… Разлепил непослушные веки. Брат сидел перед ним на корточках и пытливо вглядывался в лицо… Нашёл там то, что искал. Коснулся его руки. Заговорил как в детстве, во времена его «срывов», мягко и ласково:
– Ничего, Дири. Ничего… Вот всё и закончилось… Теперь можно жить дальше…
Смешок, вырвавшийся у короля, был похож на рыдание. Какое, жить дальше? После всего? После всей этой ненависти и боли? После всей его вины?.. Он сказал бы это брату, если бы язык ворочался. Похоже, тот понял и так. Похлопал по руке, ободряюще:
– Ты встанешь и найдёшь силы жить. Как всегда. Мало я встречал таких сильных и упрямых, как ты. Разве что, среди сидхе и встречал…
Эльдар так возмутился сравнением, что немного пришёл в себя. На то, видно, и был расчёт. Мар увидел, что он, наконец, адекватен и предупредил:
– Заберу малыша. Там все мои девочки в полном составе пришли… Хотят познакомиться. И рвутся быт ему обустраивать. Кормилиц подбирать…
Брат с извиняющейся улыбкой пожал плечами. Будто говорил: какими глупостями страдают женщины! А Эльдар едва не захлебнулся от благодарности. У него просто нет сил на всё это. Альтее можно доверять. Она никого сомнительного не подпустит к племяннику. И сестёр привела… Скархи горло вырвут любому за потомство. Он может быть спокоен, пока они тут.
Кивнул брату. Тот одним слитным движением разогнулся и оказался около колыбели. Бережно и умело достал из неё ребёнка, ловко придерживая голову. Конечно, он умеет обращаться с младенцами! Его же вырастил! С таких вот пелёнок…
Малыш открыл глазки и серьёзно уставился на него. А Мар… Заговорил с ним, спокойно и уважительно. Будто тот мог понять его:
– Ну, здравствуй, долгожданный! Я твой дядя Мар. Думаю, мы часто будем с встречаться. Ведь там с нетерпением ждут тебя целых три твоих тётушки. И, доложу я тебе, Арви, что тебе крупно повезло с ними. Ты никогда не будешь одинок. Даже если захочешь иногда. Не позволят!
Мар коротко хохотнул, построил портал и ушёл с ребёнком. Лавиль старательно притворялся, что всё ещё спит. Эльдар был благодарен. Ему казалось, что вот сейчас он не выдержит и разрыдается. Столько всего переполняло его. Благодарность брату и его семье, что сняли с него заботы, связанные с ребёнком. Признательность за то, что не оставили его наедине со всем этим… А главное, наверное, за то, что Арвис обзавёлся детским, ласковым именем. Сам бы он не додумался…
Его сын никогда не будет одинок. Мар и "его девочки" не позволят. А значит, всё население Гарнара примет его ребёнка, как своего. И даже ненависть к отцу не помешает. Разве это не подарок богов мальчику, которому не повезло настолько, что он получил в родители двух существ, совершенно неспособных на привязанность? Может быть, благодаря этому сын вырастет нормальным?
Совсем он разболтался. Теперь хотелось и плакать, и смеяться одновременно. А это уже совсем беда для менталиста его уровня. Потеряет контроль над магией и устроит населению столицы массовое умопомешательство!
Нет, не устроит… Смешно стало оттого, что он будто бы увидел будущее. То, как эльфийские тётушки будут вбивать "нормальность" в его сына. А дядюшка станет помогать. Что там у него было любимым? Бегом вокруг тренировочной площадки, пока не упадёшь?.. Так он воспитывал его, когда он, бывало, срывался и подчинял себе кого-нибудь из слуг.
Любимая, на самом деле, забава детей-менталистов. Всюду в книгах писали о том, что это всего лишь нормально, что маленькие маги пробуют предел своих возможностей. Мар так не считал. Он сначала читал брату занудную лекцию о том, что свобода воли любого существа священна. И ментальное насилие ничуть не лучше, а, может быть, и хуже физического. Уже хотя бы потому, что где ещё каждый человек может быть свободным, как не у себя в голове?
А потом было вот это вот: бег и тренировка до изнеможения. Чтобы, так сказать, сил на глупости не оставалось. И не солжёшь, не притворишься. Мар чутко чувствовал его предел. И гонял безбожно. Пока не упадёт. Сам тренировался где-нибудь рядом. Благодаря тому, что Дири частенько срывался, оба брата были в более чем прекрасной физической форме. А занятия воинскими искусствами и магией довершали остальное…
Им удалось выжить. Обоим, что само по себе чудо. Чутьё много раз спасало их. Мар тоже был сильным менталистом, но он никогда, насколько Эльдар знал, не подчинял себе кого-нибудь из прихоти или из любопытства. Он был адекватным, более чем. Может быть, дело в том, что он родился у пары, любящей друг друга? Никто не выкручивал руки мирозданию, пытаясь заполучить сильного ребёнка. Потому брат и был настолько нормальным, несмотря на все свои силы?
Просто очень сильный маг. Невероятно сильный. И при этом вменяемый, способный на привязанности и нормальные человеческие отношения. Мог бы стать благословением для мира… Если бы он, король Дормера, не сделал из брата Чёрного Палача… Ещё одна вина, что камнем лежит на сердце.
Сколько их, этих преступлений? И не сосчитать. Он легко собирает их, как бездомный пёс блох. Не мелочится, не бережётся. Будто ждёт, что однажды мера терпения богов переполнится в отношении него, и весь этот бессмысленный кошмар закончится. Бежать в надрыв, чтобы выжить… Сколько можно?
И сегодня прибавил ещё одну вину в копилку своих преступлений. Эуфимия проклинала его до последнего своего вздоха. А что там говорят о проклятиях "тёмной ведьмы"? Сбудутся ровно настолько, сколько ненависти в них вложено? Его, значит, исполнятся в полноте… Не было никого, кого Эуфимия ненавидела бы больше. Ведь он сначала раскрыл её тайну, а потом и жизнь её забрал…
***
Снова открылся портал. Мар вернулся. И снова присел, теперь уже между креслами его и Лавиля. Обратился к ним обоим:
– Ну что, ребята? Здесь останемся или ко мне? Только учтите, что вам поспать нужно будет.
Эльдар вздрогнул. В спальню, где умерла Эуфимия, он войдёт только тогда, когда там обдерут стены до каменной кладки и заменят всё. Не раньше. Да и то, кошмары замучают. Нужно приспособить под спальню какое-нибудь прилегающее помещение, а эту вычистить и закрыть навсегда. Пусть тени прошлого остаются запертыми в ней.
Мар правильно понял его. Кивнул:
– Тогда идём в моё крыло. И к Арви с девочками поближе будем.
Повернулся к Дамиану, тронул за руку. Тот тоже с явным усилием открыл глаза и пытался сфокусировать взгляд на лице друга. Это завершило, так сказать, картину произошедшего для Адельмара. Он буркнул с сердцем:
– Ну и зачем было так доводить себя? Что меня не могли позвать, герои? И Алата подбили молчать!
Лавиль, заплетаясь языком, ответил за обоих:
– А что бы ты сделал? Ничем тут было не помочь! Сам же видел…
Конечно, Мар видел, что главная проблема была не в недостатке магии у брата или друга, а в ненависти и злобе королевы. Она ненавидела в последние месяцы весь мир так люто и неистово, что даже просто находиться рядом с ней, было невероятно тяжело. А уж подпитывать, вступая в контакт со всей этой чернотой, как приходилось брату, так и вовсе, наверное, невыносимо.
Роды вымотали его окончательно. И Дамиана заодно. Ему пришлось, судя по всему, поддержать короля, чтобы ребёнок родился здоровым. Будет ли он нормальным, большой вопрос. Ответ на который они получат только со временем…
Ладно. Потом всё это. Пока нужно позаботиться о насущном. Мар снова обратился к обоим, оба ведь лекари:
– Что там нужно, чтобы привести вас в чувство поскорее?
Брат ответил, не открывая глаз:
– Быстрее не выйдет. Со стимуляторами и так перебор у обоих…
– А успокоительные?
Несмотря на кажущуюся заторможенность брата и друга, Мар видел, что они на пределе. Ответил Лавиль:
– Тоже не поможет. Особенно ему.
И высказался предельно откровенно. Как не позволил бы себе никогда, если бы между ним и Эльдаром не было этих вот адских месяцев:
– Его нужно вырубить и срочно. Как тебя Мар, тогда в Лиметте. Иначе дел наделает. Ты же видишь… Он вот-вот сбрендит окончательно из-за вины и того, что она ему кричала. Как выдержал почти год, немыслимо… Такая стерва!.. Вот уж, воистину, пусть хранят нас боги от ведьм!
Конечно, он знал теперь тайну королевы и принёс положенные клятвы. Раньше, его и других, кто был посвящён в тайну, уже убили бы. Ради блага королевства, так сказать. Информация о том, что на трон Дормера однажды может сесть сын тёмной ведьмы, вызовет бунт а, не исключено, что и падение династии.
Сейчас времена другие. Жёстких клятв достаточно, для того, чтобы им, всем вовлечённым, позволили жить. Конечно, Тайная Канцелярия будет присматривать, но и они все знали, на что шли. Лавиль тоже. Ради новой жизни и королевства он пошёл на это. Хотя и предположить не мог, когда соглашался, на что подписывается…
Теперь что? Он под колпаком до конца жизни. Терять ему нечего уже хотя бы потому, что никогда он не будет прежним, пройдя этот ад. А потому он и отбросил реверансы окончательно. Обрисовал реалии не научно, но предельно откровенно и красочно.
Король, что характерно, не обиделся. Усмехнулся только язвительно. Ему что, нравится, когда с ним переходят черту? Похоже, да. Или произошло удивительное, и Величество включил его в свой "ближний круг"? Честь, как ни посмотри. Тем более, что входили туда раньше только Мар и Марвин. Теперь вот, ещё Альтея и он.
– Ясно. Значит, будем вырубать вас обоих, – Адельмар кивнул и принялся действовать.
Вытащил из колыбели покрывало, разостлал на столе и начал укладывать туда бутылки из бара. Без разбора. Когда посчитал, что достаточно, то связал покрывало узлом. Приказал королю и Лавилю:
– Ну что? Поднимайтесь! Идём обезболиваться и вырубаться!
Те, пусть и с трудом, но поднялись. Мар построил портал, подхватил узел с выпивкой со стола и постарался придерживать обоих бедолаг… Так они и ввалились в просторную гостиную в крыле брата короля. Тут всё было готово: принесён стол с горячей едой, два кресла, диваны.
– Ну, что же, друзья мои! Устраивайтесь, набирайтесь сил. И вперёд, к новым свершениям!
Эльдар явственно передёрнулся:
– Нет уж! Никаких свершений больше! Думаю, что я теперь совершенно безопасен для кого бы то ни было. Останусь евнухом на всю оставшуюся жизнь, как и обещала мне моя жёнушка. Я и не против, знаете?.. Мне кажется, что я больше никогда не то, что подойти к женщине не смогу, но и посмотреть на неё без отвращения!
Дамиан хохотнул, устраиваясь в кресле:
– Не надейся! Все так говорят, после родов. Даже те, у кого жёны выжили. Кто и не видел сам процесс. Травмирует мужиков то, что женщины страдают по их вине. А потом ничего… Ещё как смотрят. И ты будешь, Величество! Ты же Прекрасный Король, тебе по чину положено иметь фавориток!
Король прищурился:
– А ты как же выдерживаешь?
Дамиан ухмыльнулся дурашливо:
– А я тоже себе обещаю, что никогда больше! Каждый раз! И тоже нарушаю, в конце концов. Женщины прекрасны. Ради чего ещё жить, как не ради них?.. Только о противозачаточных не забываю никогда и вам, друзья не советую… Детей у меня не будет. Давно решил… Где мне найти магичку, чтобы выжила? А если и найду, то как же без чувств? Не хочу так… И ты, Величество, озаботься. Наследник-то у тебя уже есть!.. Тебе Мар, прости, и зелье не поможет. С другой стороны, Альтея твоя родит хоть десяток и выживет. Истинная пара! Да и характер у неё мерзкий в этом смысле, уж прости за откровенность! Переупрямит даже смерть!..
Парни расхохотались без капли весёлости, согласно покивали и отсалютовали друг другу бокалами. Мар покачал головой. И правда, перебрали со стимуляторами. Только их передоз вызывает такую спутанность сознания и эйфорию. Откровенность. Такая себе "сыворотка правды" получается. Вот и выложили оба всё, как на духу. Свои страхи, переживания, вину. И зависть на его счёт. Да и не зависть это. Они любят его. И Альтею начинают любить по-настоящему… Как иначе, узнав её лучше? Радуются их счастью и любви. Но и себе хотели бы того же. Да, где взять-то?
Нужно споить их окончательно, пока они не пошли делиться своими переживаниями с придворными. Сам он поспит тут. Покараулит.
Глава 4
Очнулся король только на следующий день. Брат, сидевший в кресле неподалёку, увидел, что он открыл глаза. Отчитался:
– Дамиан ушёл уже. Приказал, чтобы я из постели тебя не выпускал. Он придёт завтра, посмотрит тебя и малыша. Арви перед уходом осмотрел. Всё в порядке.
Эльдар подумал, что сегодня он и сам из постели не выберется. Ни за что!.. Мар дал ему напиться воды. Пока он ставил стакан на тумбочку рядом с кроватью, Эльдар снова спал.
Проснулся на следующий день, к обеду. В одиночестве. Наверное, Лавиль осмотрел его и разрешил оставлять "пациента" одного. Значит, опасность миновала и он не сорвётся. В этот раз обошлось. Хотя, положа руку на сердце, ему хотелось бы, чтобы эта самая "опасность" была. Притвориться, что ли? Да уж! И оставить Мара, с семьёй, разбираться с его проблемами?
Зверски хотелось туда, в затерянный в горах домик на самом краю севера. Сейчас, зимой, там снег по пояс и свинцовое небо над горными пиками. Как раз под его настроение… А может быть, наоборот, небо пронзительно ясное и синее. Ярко сияет небесным светом, как надежда, что теплится в сердце каждого живущего, что бы ни было. Когда она гаснет, то и жизни не остаётся…
В нём надежды почти не осталось. Во что верить? Во всё хорошее?.. Он никогда не был настолько наивен, чтобы верить в подобное, даже ребёнком. Нет для королей ни надежд, ни счастья. Только долг, что высасывает душу.
Мару повезло, что он встретил свою Королеву скархов. Иначе остался бы один. А может быть, дело действительно в вере, и в том, как живёшь? Может быть, и правы мудрецы? Ведь вероятность для выродка встретить истинную пару стремилась к нулю. И тем не менее… Они встретились и вместе.
Эльдар рывком поднял себя с постели и поволокся в ванную. Включил обжигающе горячую воду. Хотелось смыть с себя последние месяцы, содрать, даже если с кожей. Какие надежды для него после подобного? Он, целитель, принудил женщину родить, против её воли. Держал под постоянным надзором и наблюдал, как из неё день за днём уходит жизнь.
Пусть она заслужила смерть! Но это была бы казнь, которая просто прекратила бы её жизнь. А то, что он устроил ей, было чёртовой пыткой, длиной в девять месяцев. И пусть она сама творила подобные вещи, его это не оправдывает. Он целитель…
Но и король, одновременно. В этом, вероятно, причина всех его бед. Он не должен был править. Если бы не дед, так и было бы. Он прожил бы нормальную жизнь и был бы другим. Наверное… Кто знает, каким он стал бы, если бы ему не пришлось творить всю ту чернь?
Эльдар погрузился в горячую воду и лежал так, пока хватало сил. Выбрался. Напился воды и улёгся в постель. Решил, что хотя бы на пару дней уйдёт туда, в горы. Брат не откажется присмотреть за Дормером ещё несколько дней…
***
К следующему утру он был практически здоров. "Голоса" в голове молчали, значит ментальность его приходит в норму. Прав был Мар: пережили и можно жить дальше. Теперь он готов проститься с Эуфимией так, как полагается. Без ненависти. В одиночестве. Незачем кому-то присутствовать. Душа её далеко, да и не любила она никого из них, чтобы прощаться.
Встал, умылся. Оделся. Мар просто переместил сюда часть одежды из гардеробной. Сам подбирать костюм для брата не решился. Эльдар улыбнулся. Для хозяина Ламеталя одежда различалась только по цвету. Фасон и прочее не имело значения. Обязательным условием, правда, было полное отсутствие "финтифлюшек" и кружева.
Вышел из покоев и отправился в личную столовую Мара. Не прогадал. Семья была там, завтракала. Его приветствовали радостно, но без чрезмерного внимания. Будто и не валялся он три дня пластом, бросив на них заботы о королевстве и собственном сыне. Это радовало. И утешало. Он стал для них своим, хоть в какой-то мере.
Он уже собирался сесть, как в комнату быстрым шагом вошла средняя Гарнарская с ребёнком на руках. Практически голым ребёнком. Невразумительную рубашечку и крошечные штанишки сложно было назвать одеждой.
Но не на это он обратил внимание в первую очередь. Эни впорхнула в комнату, быстро, но плавно, с весёлым возгласом:
– Ну вот, Арви позавтракал и готов присоединиться к нам!
Увидела его в комнате, остановилась, как вкопанная. В пол оборота. Так, будто собой прикрывала малыша от удара. Она что думает, что он может причинить ему вред?!
Эльдар был так потрясён, что брякнул то, чего не собирался:
– А почему он голый? Не заболеет?
Эни Гарнарская скривилась так, словно ничего тупее в жизни не слышала. Эль рассмеялась. Альтея снизошла до пояснений:
– Не волнуйся. С Арви всё отлично. Здоров и доволен, как ты видишь. В комнате тепло. И да, у нас не принято пеленать детей. Разве можно вырасти свободным, если тебя с младенчества связывают по рукам и ногам? Так что, привыкай!
Эльдар едва не уточнил, с какой это стати дормерскому ребёнку придётся привыкать к тому, как воспитывают детей в Гарнаре, но мудро промолчал. Они оказали ему услугу, побудет вежливым.
Завтрак прошёл отлично уже хотя бы потому, что сын молчал. Король с ужасом думал, что делал бы он с вопящим ребёнком. С другой стороны, его, вроде бы, никто и не собирался пока привлекать.
Хотя нет… Собрались и привлекли. После завтрака явился Лавиль. Осмотрел малыша. Вышел из временной детской с ребёнком на руках и направился прямиком к Эльдару. Был серьёзен. Говорил сухо и напряжённо:
– Я понимаю, что это тяжело. Особенно сейчас, когда прошло ещё так мало времени… Но ты должен "признать" его. Ты же знаешь, что бывает, если менталист растёт без эмоционального "якоря"!
Конечно, он знал. Ещё бы! Сам был более чем ярким примером. При том, что у него был Мар, который доказывал ему свою любовь не словами даже, а поступками. Каждый день.
Эльдар порадовался, что в комнате с ними только брат. Страшно. Но, когда это он бежал от долга?.. Никогда. А потому он просто кивнул Лавилю. Тот подошёл и аккуратно вложил ребёнка ему в руки. Вышел. Мар тоже поднялся. Положил руку ему на плечо, сжал, ободряя. И тоже ушёл. Прикрыл за собой дверь.
Они остались вдвоём. Отец и сын. Эльдар напряжённо всматривался в красное личико, пытаясь рассмотреть там черты свои или Эуфимии. И не видел ничего. Просто малыш. Ещё смешной и сморщенный. Через несколько месяцев станет красавцем. Все дети красивы…
Сколько времени пройдёт, когда станет понятно, всё ли с ним в порядке? С такой матерью… Да, что там! С обоими родителями!.. И что придётся сделать ему, если станет ясно, что наследник ненормален?
Клятва королей Дормера, принесённая им однажды, диктовала своё: любая опасность, угрожающая жизням дормерцев, должна быть устранена. Руками короля. Он знает, что бывали такие случаи, когда предки устраняли "бракованных" наследников. Бумаги из Архива тайн свидетельствовали об этом.
Сможет ли он решиться на подобное? Убить эту хрупкую жизнь, чтобы сберечь жизни многих?.. Стало страшно и стыдно перед сыном. Вот тебе и "эмоциональная привязка"! Сидит тут и рассуждает о том, как будет убивать своего мальчика!
Во рту стало горько. Он хотел было позвать кого-нибудь и отдать ребёнка, когда сын проявил себя. Схватил его за палец. Цепко, сильно. И, широко раскрыв глазки, посмотрел на него.
– Красивые глаза, – как-то отстранённо подумал король. – Так и не поймёшь чьи: мои или материнские?
Они с Эуфимией оба были темноглазыми. Эльдар замер, боясь спугнуть волшебный момент. Сын смотрел на него так, словно что-то понимал. И он открылся ему, как менталист менталисту. Попросил мысленно. Да что там! Он умолял ребёнка, чтобы тот рос нормальным и ему не пришлось бы…
Смешно? Абсурдно? Пусть! Его всё равно никто не слышит. А малыш не понимает. Значит, некого стыдиться. Не перед кем, прятать свою слабость. Он не любит собственного сына. Это правда. Но и убивать не желает. Он хочет для него всего самого доброго, что только может дать жизнь. И сделает для этого всё. Если этого мало, что ж… На большее он не способен…
Когда король очнулся от своих таких нелёгких дум и опустил глаза, то увидел, что наследник его сладко спит. И всё? А что с привязкой? Как вообще что-то можно понять с такими маленькими? Когда они даже образами ещё не мыслят? Загляни туда: сплошное марево, где всё колеблется и меняется. И ничего не понять.
Так и сидел король Дормера под зимним солнышком, что лилось на него из окна. Сын спал у него на руках. И страшное напряжение, что длилось много месяцев, отпускало. Вот она воля богов. Он не смог покарать королеву, когда вскрылось даже не покушение на него и брата, а гораздо более худшее. Она всё равно умерла…
Был ли он неправ? Время покажет… Но как же хочется, чтобы это дитя жило и выросло счастливым! Чтобы у него было то, о чём мечтали они с Маром! Они мечтали о счастье и о семье. Семьи он дать сыну не сможет, а вот счастье и отца постарается…
***
Когда Альтея явилась и забрала у него ребёнка, Эльдар испытал иррациональное чувство потери. Стряхнул его с себя и отправился играть роль Прекрасного Короля.
Вместе с братом они посетили бал, очередной в веренице празднеств. Мар, как обычно, уселся в углу, предоставив ему возможность блистать. И он блистал, куда деваться-то? Правда, одет был скромно и не танцевал. Это была его дань уважения королеве. Тем более, что как раз перед балом он поприсутствовал на водворении тела Эуфимии в родовую усыпальницу дормерских королей.
Как оказалось, он, и правда, смотреть не мог на женщин. Все ужимки, кокетство, будили в нём воспоминания настолько живо, что пот прошибал от ужаса. Только с сёстрами Гарнар ему было легко. Они не кокетничали, и он не интересовал ни одну из них.
Кстати о сёстрах. О них спрашивали. Преимущественно у короля. К Мару попробуй сунься. После всего, что стало известно о старшей сестре, младшие стали самыми завидными невестами континента. Эль мала пока, а, значит, под ударом средняя Гарнарская. Она так успешно играет роль пустоголовой дуры, что практически каждый аристократ королевства уверен, что сумеет обольстить её.
Нужно поговорить с девчонкой серьёзно. И сделать это должны старшая сестра и Мар. Если он сам явится к ней с подобным разговором, на выходе получит ровно то, от чего он её предостерегает. Она пойдёт и сделает ему назло! Почему, понятно. То, что она пережила по его милости в детстве нельзя ни забыть, ни простить…
Уже к середине бала король почувствовал себя настолько вымотанным, что поговорил-таки с братом и получил "отпуск" на пару дней. Это позволило ему безукоризненно держать лицо остаток вечера и завершить его блистательной, но короткой речью.
Он торопился. Добравшись до собственных покоев, он только то и сделал, что залез в ледяной душ. Смыл с себя липкие взгляды, лишние мысли. Оделся как какой-нибудь лесоруб и открыл портал…
Домик встретил его леденящим душу холодом и темнотой. Это поправимо. Он зажёг несколько светляков, которые не только осветили помещение, но и начали прогревать его. Сегодня на этом можно было и остановиться, но нет. Хотелось действовать. Сбросить то дурное напряжение, что гудело в нём.
Чтобы выйти из дома, пришлось выбираться через окно. С лопатой и топором. Можно было бы очистить снег магией, но он не стал. Намахался лопатой и отправился рубить дрова. Разогрелся так, что разделся до пояса. Дров нарубил гораздо больше, чем требовалось. Как раз по принципу брата: заниматься до изнеможения, чтобы на "дурное" сил не осталось.
Собственно их и не осталось. В конце концов Эльдар просто с наслаждением упал в сугроб глядя на невозможно звёздное небо. Когда замёрз, отправился домой и вырубился на жёсткой постели.
Так он провёл два дня. Приводил дом в порядок. Неизвестно в каком состоянии он явится сюда в следующий раз. Кому-то дом этот показался бы хибарой, но король любил его. Тут они с братом провели, наверное, самые счастливые дни детства. Мар научил его всему: рубить дрова и забивать гвозди, ловить рыбу и готовить.
Счастливые дни. Жаль, что случались они так редко… Эльдар любил само это место. Суровые горы поросшие лесом особенно. Садился, укрывшись меховым плащом, и слушал мир. Всех живых существ, что бегали, летали и сновали вокруг. Они жили, выживали, рождались и умирали. Это было естественно и нормально. Никому из них не приходилось выгрызать себе право просто дышать. Или убивать себе подобных без причины. Такое встречается только у людей.
