Текст книги "На семи ветрах (СИ)"

Автор книги: Наталья Машкова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 22 страниц)

Глава 17

Он ведь знал, что так и бывает. С женой, любовницами. Даже самая глупая из них всегда приходила к моменту, когда понимала, что король Дормера ублюдок и психопат. Кто-то из них мужественно притворялся, чтобы интересы семьи и их собственные не пострадали. Кого-то била истерика при виде него. И такое бывало. А он, когда прозрение приходило, подчинял и тех, и других. Так было проще, чем уговаривать или быть участником драмы, где дама «жертвует» собой во имя семьи.

Эуфимия раскусила его сразу. И притворялась так искусно, что он понял это только через несколько лет. А всё потому, что она не ломала комедию и не пыталась убедить его в своих чувствах. Предложила то, что он понимал и уважал: следование долгу и сотрудничество. И он купился, как мальчишка. Что ж, новая ловушка, неизвестная… Потом он, конечно, отомстил за ложь и убийства. А боги довершили остальное.

Почему тогда так больно видеть страх эльфийки? Больно! Он бы порадовался, что ещё не совсем отстранился от действительности и способен воспринимать что-то остро. Если бы мог соображать, то порадовался бы. А пока силы уходили на то, чтобы достоверно изображать спокойствие.

Он подумает об этом. А ещё о том, как отдалить Анастас от сына. И завести любовницу. От воздержания у него резкость восприятия нарушается. Наверное на это и намекал Алат ночью…

План был готов. Нужно только пережить этот день и садиться анализировать свою жизнь. Принимать решения. Тем более, что скоро день рождения наследника. Родственники пожалуют. Он должен быть в хорошей форме к тому времени.

Эльдар приободрился и снова включился в происходящее. Представление заканчивалось. Анастас Гарнарская старательно не смотрела туда, где стояли они с братом.

Остальные непритворно веселились. Так, шумной толпой, и вывалились на лужайку. Тут было настоящее детское царство. Феечки, хорошо заметные в своих броских нарядах, сновали тут и там, задавая тон празднику. Взрослые помогали им.

Удивило то, что некоторые дети, без видимого страха, подходили к брату, задавали вопросы или просили помощи. А мелкая девчонка, с пушистыми, как одуванчик, светлыми кудряшками, и вовсе забралась к нему на руки. "Ангелочек" учинил Мару форменный допрос на тему "Где же Лариди?".

Брат тушевался и косился на девочку со значением. Не стоило упоминать имя начальника Тайной Канцелярии Гарнара при короле Дормера, учитывая всё, что между ними было. Девчонка была мала и "значительные" взгляды не замечала или игнорировала.

Спасла брата Альтея. Она вытащила малышку из рук мужа, поставила на землю. Тоже глянула на неё со значением. И девочка поняла. Что значит, когда твои интересы совпадают с интересами другого! Хитрость малолетней интриганки была так понятна и близка, что Эльдар усмехнулся, против воли. А девчонка завопила:

– Да! Да!

Княгиня тоже иронично усмехнулась, картинно щёлкнула пальцами и на малышке очутилась детская версия "платья феи". Девочка запищала от восторга. Альтея легко подтолкнула её в спинку:

– Беги, Йли. Каждая кто прикоснётся к тебе, получит подобное платье. Цвет и украшения придумаете сами.

– Спасибо, Тай! – крикнула девчонка, убегая.

А Эльдар не удержался. Уточнил нейтральным тоном:

– Так где же Лариди?

Княгиня Гарнара со сложно читаемым выражением лица ответила:

– Его присутствие привело бы к неким осложнениям…

Она тонко улыбнулась, а супруг глянул на неё укоризненно. Что там с эльфом, интересно, кроме очевидного? Он, конечно, не сможет не попытаться убить его после всего. А лишние осложнения княжеству не нужны. Вот и держат начальника Тайной Канцелярии где-то, подальше от короля Дормера, не исключено, что и под стражей.

Альтея отправилась веселить толпу ребятни. Эльдар проследил за ней глазами и наткнулся на "умильную" картину. Девочки сидели вокруг его и кормилицы сыновей и развлекали их. Кормилица стояла тут же. Внимала той чепухе, что нёс красавчик-эльф. Он, видно, пожелал приударить за мышкой. "Фея в горошек" была тут же. Сидела на травке, а девочки, сразу несколько, плели ей косы.

Король, в раздражении, рванул туда. Леди Гарнар увидела его. Вскочила, подхватив Арвиса. Нянька, называется! Он подошёл к ней и сказал только два слова. С нажимом и осуждением:

– Ребёнка, пожалуйста!

Она даже движения не сделала, чтобы отдать Арвиса. Тогда он сам забрал его, мягко, чтобы не испугать. И отправился к брату.

Там его ждало ещё одно разочарование. Арвис не пожелал находиться у него на руках и потребовал дядю. Мар смущался, а он почти что с облегчением передал ребёнка. Не складывается у них ничего. Чужие. Оба. Он ведь не испытывает к сыну любви. Разве не справедливо, что он платит тем же?..

Затем случилась весёлая сцена с наказанием юных ловеласов. Эльфийская месть была остроумна. Но, когда все вокруг хохотали до упаду, король думал о том, что вряд-ли кто-то из этих мальчиков ждал, пока задерётся платье у княжны Гарнара с таким же нетерпением, как он сам. Это снова толкнуло мысли в невесёлую сторону и король решил не откладывать их на потом. Он всё равно никому не нужен здесь. Никто с ним не заговорит, не побеспокоит.

Брат унёс сына развлекаться. Эльдар уселся на скамейку в стороне и, казалось, наблюдал за праздником. На самом деле, он мало что видел. Факты, картинки перед внутренним взором были для него сейчас важнее и реальнее, чем эльфийское празднество…

Так и сидел он до ранней зимней темноты. К однозначному решению не пришёл, а потому был недоволен собой. К тому же пришлось отвлечься. Мар собирался нести Арвиса в замок. Он встал и забрал сына. Леди Анастас шла чуть впереди, показывая дорогу.

Так и дошли до покоев княжны. В гостиной он остановился, ожидая дальнейших инструкций, а она заупрямилась. Несла какую-то чушь про личное пространство. Стало смешно. Какое пространство? Он, если пожелает, получит её в любовницы. Ни брат, ни его жёнушка не помешают. Всего-то и нужно будет, поставить её перед выбором: спокойствие родных и княжества и угождение королю, или проблемы для всех.

Она, хоть и глупышка, но сердце доброе. Сломается мигом. Даже не попытается сыграть. Наивная простота!.. Только вот нужны ли ему проблемы с братом и его бешеной женой, если они не поверят во внезапно вспыхнувшую страсть Анастас?

Нет, конечно! Странно было бы думать иначе! Тем не менее, он думал, смотрел и изо всех сил держал подходящую мину пресыщенного наглеца. Незачем девчонке знать, как её близость волнует его.

Ни растрёпанные волосы не имеют значения. Ни грязное платье. Ни дикие крылья за спиной. Иллюзия – единственное, что сохранило свежесть в облике княжны. Его не волновало это! Хотелось внести ещё больший хаос. Запустить в волосы руки, поцеловать, содрать с неё это жуткое платье. Крылья можно оставить. Король должен попробовать в жизни всё. В том числе и "фею в горошек"!..

Она схватила Арвиса у него из рук и, ни слова не сказав, ушла. А он остался разгорячённый, ошалевший, оглохший какой-то от того, какой силы возбуждение испытал только что. Пулей вылетел из покоев княжны.

В тех комнатах, что определили для него, прямиком отправился в ванную, разделся и встал под ледяной душ. И он не брал. В ушах звенело, в глазах плыли радужные круги. Он изо всех сил старался не думать. Позор будет, если сорвётся в гостях у эльфов!

Почти что двухлетнее воздержание! Ошалеешь тут! Эльдар попытался отвлечься и перебрать кандидаток на роль любовницы. Не выходило ничего! Перед глазами стояла хмурая девчонка в кислотно-розовом платье.

***

Вечером короля Дормера, как особо "важного" гостя посадили за отдельный стол, с княгиней и её супругом. На деле оказалось, что Альтея бродила где-то, приветствуя знакомых. А Мар мучился с ним. Натурально мучился. Тоскливо смотрел на весёлые компании. Нет! Брат, конечно держал себя в руках. Но ему ли не знать! Примерно так же он выглядел, когда они раньше ходили "в гости" в академию магии. Только тогда Мар провожал глазами девушек, которые с удовольствием флиртовали с Лавилем, а при его приближении костенели и сбегали.

Так и хотелось отправить братца, с его благородством вместе… веселиться. С другой стороны, что он тогда будет делать? Ему-то, конечно, не привыкать позориться и держать при этом лицо, но это ударит по брату, и по княгине. Родственник! Значит, его должны принимать, терпеть. Они и другие. Законы Гарнара непреложны. А уж к какой неловкости они приводят, эти законы, дело десятое!

В конце концов, он сам явился. Значит, будет терпеть. И Эльдар с заинтересованным лицом слушал байки, что рассказывал ему брат. Альтея периодически подбегала к ним, а потому всё выглядело пристойно… Через пару часов уже никому и дела не было, кто там сидит за княжеским столом.

Праздник разошёлся. Эльфы веселились, смеялись, пересаживались иногда, чтобы пообщаться с большим количеством друзей. Сёстры княгини и не подумали усесться за "главный" стол. Они расположились вместе с молодёжью. Похоже, с гарнарскими гвардейцами.

Даже кормлицу с собой потащили. Скромница, похоже, умирала от смущения, но выглядела, надо признать, превосходно. Красавчик тот глаз с неё не сводил. А она заливалась румянцем, волна за волной.

Сёстры Гарнарские не смущались, но и не заигрывали. Король с лёгкостью читал язык тела. Бедным парням ничего не светило. Каждый из них, наверное, навсегда застрянет в звании "друг детства". А пока этого не случилось, они потащили сестёр танцевать. И, в танце, передавали их друг другу.

В какой-то момент эльф в маске выхватил среднюю княжну из круга танцующих, подхватил на руки и был таков. Парни только посмеялись вслед. Вот нравы! Женщину, которая нравится, уводят из-под носа, а они смеются!

***

– Устала, птичка? – заботливо спросил Лариди, когда они отошли поглубже в сад и гомон праздника остался позади.

– Да. Завтра Лиметта. И так неделю… Как с Арви быть, ума не приложу… Этот, завтра явно запретит "таскать его с собой"!

Лариди улыбнулся:

– Так пошли его!

– Да уж! Я его пошлю, а он лишит меня сына!

Эльф покачал головой:

– Неправильная постановка вопроса. Ты нужна ему гораздо сильнее. И можешь диктовать условия. Ребёнок привязан к тебе намертво. Ему достаточно будет увидеть это снова, чтобы стать шёлковым.

Теперь Эни покачала головой:

– Мне ничего не нужно от него. Только чтобы не трогал и не мешал.

Лариди легко прикоснулся к лицу девушки и повернул его к себе:

– Он смотрит на тебя практически неотрывно, дорогая. Нужно уходить оттуда, пока ещё можешь. Он не выпускает из рук того, что ему нужно, будь то люди или ещё что-то!

Эни ласково посмотрела в глаза друга. Шепнула:

– У Тай получилось. И у тебя.

Лариди спросил только:

– Не боишься разбиться?

Эни ответила предельно откровенно. С кем она ещё могла бы так поговорить, как не с тем, кто сам пережил ад? Выжил. И помог ей, как никто:

– Я и так разбита, мой друг. Как и ты. Наши мальчики смотрят на меня, питают надежды, чувства даже… А я пуста и выжжена, как Лиметта в своё время. Ты знаешь по себе: кто пережил подобное, того уже не сломать. Поздно, когда вместо графита алмаз… Дормерский упырь пожалеет, если тронет меня по-настоящему. Я не те девочки, которых он брал в любовницы, и даже не Тай. Они были скованы страхом. Сестра благоразумием. У меня нет ни того, ни другого.

Она подняла глаза к головокружительно звёздному небу. Странно, но негромкий голос её прозвучал мечтательно и нежно:

– Что делали королевы прошлого, когда мстили, друг мой?.. Они не торопились. Выжигали душу и сердце понемногу. Так больнее.

Лариди вздрогнул от её тона и своих воспоминаний. Так и вправду больнее. Ему ли не знать?

***

Эль устала от праздника и спряталась от всех на том самом балкончике, что находился в старых покоях Тай. Эни нашла её там. Присела на пол, рядом с ней. Прижалась. Прошептала нерешительно, с запинкой:

– Хочу спросить…

Эль так же тихо ответила, не отводя глаз от веселья внизу:

– Про короля Дормера?

– Откуда ты?..

Эль чуть повернула голову, блеснула зелёным кошачьим глазом:

– Это очевидно.

– Ладно! Если всё так очевидно тебе, сестра моя, расскажи-ка мне подробнее о нашей с ним любви!

Эль иронично усмехнулась:

– Подначиваешь?

Помолчала, но ответила. Сестричка же, любимая. Пусть и не доверяет. От неё не обидно. Качнула головой:

– Какая любовь, Эни? Ты боишься и ненавидишь его. Если бы могла, убила бы без жалости.

– А он?

Эни и не отпиралась. Всё правда. А Эль смотрела на гармоничное кружение танцующих пар. Так и времена, и сроки наступают в наших жизнях. Когда складываются все обстоятельства. Как сейчас у сестры. Захотелось заплакать, но нельзя. Жизнь её, битва тоже. И выбор делать только ей. Всё, что может она, только глаза открыть ей. А потому она спросила прямо:

– Что ты хочешь знать о нём?

Эни сказала, как выдохнула:

– У него прошли все эти… искры вокруг меня?

Огни или ещё что-то отражалось в глазах Эль:

– Нет, дорогая. Не прошли. Только там не искры уже. Узоры и огонь. Ты в кольце огня, Эни!

Глава 18

Празднование дня рождения наследника шло своим чередом. Король показал мальчика подданным, с того самого балкона, который его брат называл «витриной», и позволил людям поздравить его. Рёв толпы оставил ребёнка равнодушным. Он на руках своей Эни, пусть она и под иллюзией, а значит, ничего плохого с ним не приключится.

Наследника унесли. Верхушка аристократии взялась праздновать во дворце, пока народ пил за здоровье наследника на улицах. Обед был великолепен. За ним наступило время бала. Король Дормера открыл его в паре с княгиней Гарнара, как с самой титулованной из гостий.

Альтея подыгрывала ему. Улыбалась. А после сразу убралась под крыло к муженьку. Гарнарские сегодня держались вместе. Все женщины явились в эльфийских платьях. Пусть волосы в причёсках и платья не "светятся", но они недвусмысленно подчеркнули себя.

Почему? Потому, что семья короля Лабрии была тут. Давнишние недруги. Родственники покойной королевы Эуфимии. Держались, те и другие, чинно. Король Хуго, высокий, не потерявший ещё сил, даже пригласил княгиню Гарнара на танец. Она, конечно, согласилась. И вела, во время перемены фигур, беседу с тем, кто на протяжении всей своей жизни пытался захватить Гарнар, так или иначе, и бесконечно отравлял жизнь её отцу.

Альтея улыбалась холодной, как блеск клинка, улыбкой, и короля не могла обмануть эта вежливость. Враги. Они всегда были ими. Уже хотя бы потому, что горы Лабрии, граничащие с Гарнаром не обладали, почему-то залежами магических кристаллов. А значит, власть и деньги проходили мимо лабрийцев и оседали у мерзких эльфов.

Король улыбался, был вежлив. Но под взглядом его, что шнырял по залу, ёжились все, кроме самых опытных и искушённых. Или глупых и молодых. Девицы Гарнар, кажется, искренне наслаждались обществом наследника Лабрии. Хьюберт был высок, как отец, и при этом хорош собой. Улыбчив, мил и предупредителен.

Он ужом вился вокруг сестёр. И они принимали его ухаживания. Старшая сестра Эуфимии, с ироничной улыбкой наблюдала. У короля Дормера был, в своё время, выбор между двумя сёстрами. Он выбрал Эуфимию. Она, хотя бы, казалась нормальной.

Эрмия даже не казалась. Типичная тёмная ведьма. Чёрная, высохшая, несмотря на молодой ещё возраст. С пронзительными чёрными глазами, которые, казалось, тянули жизнь из любого, на кого обращались. В Дормере, такую как она, сожгли бы. Но вот, принимают и терпят. А всего-то нужно быть дочерью короля!

Улыбка лабрийки, будто бы она знает некую хорошую шутку, неизвестную ещё остальным, и наслаждается своей осведомлённостью, насторожила короля Дормера. Дурные предчувствия тянули сердце. Не может быть, чтобы эти пиявки явились просто так! Что-то они принесли с собой!

Что за планы и приказы принёс король Лабрии, выяснилось тем же вечером, когда тесть пригласил Эльдара отметить день рождения внука вдвоём. От таких "приглашений" не отказываются, и король Дормера, конечно, согласился. Собирался на эту встречу, как на битву. И не только морально. Умельцы Алата каких только штучек на него не навешали! Магия тёмных ведьм, питающаяся кровью и жизнями, была совершенно лишена какой-либо этики и запретов. А значит, сильна.

***

В Малом Кабинете висела тишина. Каждый пил принесённое с собой. Друг к другу не прикоснулись даже для приветствия. Были опытными игроками. Лучше нарваться на ироничную улыбку оппонента, чем подписать что-нибудь удивительное в изменённом состоянии сознания, или сдохнуть от какого-нибудь хитровыкрученного яда, противоядия от которого нет.

Через пол часа где-то, король Хуго решил, что "прогрел" короля Дормера ожиданием в достаточной степени, и заговорил. Так покровительственно, что Эльдару пришлось зубы стиснуть, чтобы лишнего на лице не проступило.

– Ты, мой мальчик, вижу, ещё скорбишь по моей милой девочке. Похвально!.. А собираешься ли ты, в принципе, подарить моему внуку мать?

Эльдар уклончиво ответил:

– Только боги знают, что будет дальше!

Король Лабрии покивал головой. И вкрадчиво, как змей, продолжил:

– Моя вторая дочь стала бы ему хорошей матерью.

Эльдар помолчал, будто бы собираясь с мыслями. И несколько "смущённо" ответил:

– Боюсь, я не смогу обеспечить принцессе Эрмии безопасность в Дормере. Наши законы строги и их не отменить… А увлечения принцессы… несколько экзотичны.

Ах, как политкорректно назвать так то, что ведьма регулярно вскрывает глотки разумным и проводит мерзкие ритуалы, которые позволяют Лабрии держаться на плаву. С ними просто боятся связываться соседи. Терпят и сносят то, что никогда не стали бы иначе. Как он сам.

Король покаянно склонил голову:

– Ах, дети! Чего они только не делают! И мы прощаем им уже хотя бы потому, что они у нас есть. Разве это не счастье?

Вот и до угроз добрались. Нужно усилить охрану сына и Гарнарской. Не известно, насколько упырь осведомлён о природе их связи…

Как оказалось, вполне осведомлён. Король Хуго, несмотря на некоторую хитроумность, напоминал носорога. Он, если заводился, долбил в одно место, пока там не прогнётся. Не мог остановиться.

Сначала он хотел контролировать Дормер благодаря дочери. Потом предложил королю другую дочь, которая настолько опасна, что уморила бы его, так или иначе, и стала бы править сама. Что? Мальчик упирается? Хочет жить? Ладно!

И король Хуго решил взять под контроль женщину, от которой зависим наследник. Конструкция несколько сложная, но что есть! Тем более, что спасая жизнь духовной матери своего ребёнка, а значит, и его самого, король Дормера будет послушен в достаточной степени!

Хуго не тянул, не играл больше. Тем более, что и железный аргумент у него имелся. Которым, правда, без особой нужды не помашешь. Потому как, можно разрушить хрупкое равновесие на континенте и потерять вообще всё. Глупо! А раз прямой путь сопряжён с рисками и издержками, то подойдёт окольный.

Король Лабрии покряхтел по-стариковски, разулыбался:

– Мой сын вырос. И желает жениться. Княжна Гарнара Анастас ему глянулась. А я и не против. Разве моё дело, мешать молодым?

Сердце захолонуло у Эльдара от этой улыбки, тона старика и его слов. Он держался, конечно. Как без этого? Покажи ему, что ты в ужасе, и уже проиграл! Лабриец не нашёл у него в лице того, что искал. Был недоволен. А потому закончил уже без улыбки. Сухо, как приказал:

– Добейся её согласия. Недели, думаю, тебе хватит. Хьюберт приедет и сделает предложение, которое должно быть принято. Доброй ночи!

Король Хуго встал и ушёл, громко хлопнув дверью. А Эльдар трясущимися руками достал бутылку фрилла. Откупорил. Выпил прямо из горлышка. Фрилл почти не горчил. Эк, его пробрало!..

Ситуация была просто катастрофической. И только неделя на всё! Успеет ли он защитить всех: сына, девочку, Дормер?.. Эльдар достал вторую бутылку, лист бумаги и сел писать. Сердце болело. Во рту было так горько, что казалось, вырвет вот-вот. Фрилл, как ни странно, гасил эту горечь. Словно утешал его: ещё не всё потеряно и есть надежда!

Какая тут надежда?!.

***

Эни сильно удивилась. Её позвали в кабинет короля ранним утром. Когда она вошла туда, то была просто шокирована. Так, наверное, и выглядят мужские попойки! Король был один. Малый Кабинет разорён, будто кто-то дрался тут. На столе четыре пустых бутылки из-под фрилла и один бокал. Один! Он что, сам всё это?..

Выглядел Величество просто чудовищно. Нет, всё так же красив. На взгляд Эни, даже лучше, чем раньше. Более человечный что-ли? Живой. А распахнутая рубаха и всклокоченные волосы только подчёркивают это. Мужчина. Мощный, красивый, в расцвете сил!

Эни моргнула. Что за бред лезет ей в голову? И в отношении кого?.. Дала себе подзатыльник и включила голову. Осмотрелась. Да. Пил один. Швырял что-то в стены и книжные шкафы. Может быть, бутылки? Значит что, фрилла было больше?.. Сбитые костяшки пальцев. Да, что тут вообще было?..

Эни включилась во всех смыслах. Вспомнила, что она менталист, а не только юная барышня. Повела себя профессионально. Присела за стол напротив короля и спокойно, участливо спросила:

– Что-то случилось?

Он не ответил. Вместо этого поднял на неё налитые кровью глаза. Порассматривал какое-то время. Криво улыбнулся. Неприятно:

– Вы же понимаете, леди, что зависите от меня?

Весь "профессионализм" слетел с Эни. Она тоже оскалилась в подобии улыбки:

– С чего бы это?

Снова внимательный взгляд:

– А с того, что мой сын нужен вам. Ради него вы готовы пойти на многое…

Эни глумливо улыбается, провоцирует:

– На что это я должна пойти?

Он не стал играть. Тряхнул головой и ответил:

– Ты должна выйти замуж через три дня.

Что?! Эни брякнула, сердцах:

– Я не выйду замуж. Такой был уговор!

Он снова тряхнул головой, словно там что-то никак не могло встать на место:

– Уговор был, что ты выйдешь туда по своему выбору. Вот!

Пододвинул к ней залитый фриллом лист бумаги. Эни даже не заглянула:

– Никуда я не выйду!

От её вопля голова у короля, видно заболела намного сильнее, чем раньше. Он страдальчески сморщился. И стал её уговаривать. Натурально уговаривать! Эни снова потрясённо моргнула. Что с ним? А он всё расписывал перспективы, ближе придвинув к ней листок:

– Смотри. Ну? Самые лучшие! Цвет аристократии! И все влюблены в тебя. Только одно требование у меня и было: лояльность мне. Извини. Но безопасность Арви… А так выбирай любого… Муж будет следы твои целовать всю жизнь. А ты упражняться в остроумии на его счёт!..

Эни заглянула в лист. И правда, более чем щедрое предложение. К чему бы это? Прощупала почву:

– А если я не дам согласия и не выберу?

Король расслабленно пожал плечами:

– Два дня. Думай. Не выберешь, я закрою глаза и ткну пальцем. Тот и будет. Тебя в храм, если понадобится, на руках отнесут. Ночью, чтобы никто эту неловкость не увидел. Приказ короля, что поделаешь? И согласия не спросят. Супруг твой только благодарен будет. А ты привыкнешь.

Король хохотнул, вообразив, видно, себе эту картину.

Ясно. Отступить ей не позволят. И Эни пошла дальше. Спросила максимально нейтрально:

– Почему?

Снова пожатие плеч и ироничный взгляд:

– Потому, что я чокнутый ублюдок? Как думаешь?

Он снова запустил руки в волосы, взлохматил их. Взгляд Эни шёл за этими руками к тёмным кудрям, а потом вниз, когда он постарался запахнуть полы рубашки. Пуговицы отсутствовали, словно кто-то рванул так, что выдрал их с мясом. Моргнула. Что она делает? Куда смотрит? Что думает?

Ей бы подумать над своими перспективами, а она рассматривает Дормерского Упыря. Ну, красавчик! Так сколько их вокруг! Она ещё в детстве перестала обращать внимание на подобные глупости. А тут залипла на полуобнажённую мужскую грудь. Смех да и только!..

Король Дормера выдернул Эни из размышлений. Закончил разговор:

– Иди. Уходите с Арви в Гарнар немедленно. Два дня! На третий жду вас тут. Список не забудь! – добавил насмешливо, когда она рванула к двери.

Эни забрала бумажку и быстро покинула кабинет. Думала:

– Тоже мне список! Запомнила я все эти имена. И подумать только! Он назвал сына Арви!

***

Дома она никому, ничего не сказала. Зачем? Это её личная битва. Целый день была тиха, задумчива. Ида почувствовала что-то и взяла заботу о мальчиках на себя. Тем более, что помощников море.

А Эни просидела весь день вперившись в окно. Ида могла бы поклясться, что она и не видит ничего. Так и было. Лица, факты вставали перед княжной, объединялись в группы, рассыпались. Всплывало то, что она знала о каждом, кто был на том самом балу. Подноготная, сплетни, слухи, её собственные наблюдения…

Вечером, когда дети и Ида заснули, она пришла в башню Гарды. Та работала, готовила что-то. Эни вдохнула поглубже и поняла, что. Взглянула на женщину, заменившую ей мать. Решилась:

– Мне нужно зелье.

Гарда флегматично кивнула. Расценить это можно было так: пользуйся! Да, Эни умела, много знала. Целительница каждую из них учила, тем более, что эльфы близки к ведающим по тому, как те и другие воспринимают мир.

Качнула головой:

– Я хочу, чтобы сделала ты.

Гарда насторожилась:

– Что тебе нужно?

– Два зелья. Афродизиак для мужчины. Сильный. Чтобы не остановился… И "искры страсти" для женщины. В максимальной концентрации. И желательно с обезболивающим и противозачаточным эффектом.

Гарда спокойно взглянула на Анастас:

– Ты решила пойти до конца?.. Кто он?

Эни качнула головой:

– Мужчина не имеет значения. Но да, я пойду до конца.

– Почему?

Такой простой вопрос. А ответ? Эни постаралась ответить и попросить заодно:

– Хочу быть хозяйкой своей жизни, а это единственный путь. И не говори, пожалуйста, нашим. Они попытаются "защитить" меня. Выйдет только хуже.

Гарда смиренно склонила голову. Кто она такая, чтобы мешать кому-то идти своим путём? Даже если сердце рвётся от боли, как тогда с Тай. Глухо спросила:

– Сколько у меня времени?

– Послезавтра утром я уйду.

Ведающая кивнула:

– Я успею.

Встала, тяжело дошла до полки. Положила перед Эни несколько флаконов. С десяток, наверное.

– Пей по одному на ночь, чтобы спать. Иду предупреди, чтобы за Арви присматривала.

Эни попыталась отказаться:

– Зачем?

Гарда молча собрала флаконы в небольшой полотняный мешочек. Подняла Эни на ноги. Всучила ей в руки. Обняла:

– А затем! Тяжёлые времена для тебя наступают. Нужно спать, чтобы силы были.