Текст книги "Корабль целительницы (СИ)"

Автор книги: Надежда Райская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 30 страниц)

Глава 14. Эльфы, хвосты и гостевая книга

Я сделала шаг на палубу, и сразу остановилась. Нет, даже не остановилась – вросла в доски. Потому что напротив, ближе к борту, стояли двое.

Высокие. Изящные. Словно сошедшие с какого-то старинного полотна. Женщина – утончённая, с лицом, выточенным из лунного света. Шёлковые волосы спускались ниже талии, оттеняя прозрачную кожу и строгий, но при этом нежный взгляд. Мужчина – не менее впечатляющий. Стройный, как стрела, готовая вылететь из лука, с длинными заострёнными ушками, и такими идеальными чертами лица, что даже Эмрис в сторонке выглядел как сорванец после драки в таверне.

– Ох ты ж… – выдохнула я.

– А вот и эльфы! – раздался за спиной довольный рык Тайтара, и пол палубы заскрипел под его шагом. – Я же говорил!

Я повернула голову. Орк сиял так, будто выиграл в кости у самого дьявола.

– Они? – прошептала я, всё ещё не веря глазам.

Корабль отозвался. Не звуком, не гулом – а ощущением. Мягким, тёплым, словно кто-то положил руку мне на плечо.

«Они. Те самые. Те, к кому ты плыла».

Ну вот. Всё стало на свои места.

Эльфы молчали, но глаза их светились благодарностью и… усталостью. Глубокой, старой, как горы. Даже стоя так красиво, они казались... треснувшими фарфоровыми статуэтками. И я – та, кто должна их склеить.

– Пойдёмте, – кивнула я, пытаясь звучать уверенно. – Каюта уже готова.

Корабль, конечно же, не подвёл: двери в одну из лучших комнат приоткрылись сами. Там пахло чем-то нежным – лесным, чистым, с тонкой ноткой чего-то цветочного. Постель была уже заправлена, вода налита, даже мягкие полотенца лежали ровно, как на выставке.

Эльфийская чета вошла, скользнув, будто тени. Я тихо выдохнула.

Позади, как и положено, по закону подлости, шлёпал Тайтар, таращась по сторонам и озирая корабль, будто впервые оказался в музее.

– Вот это корабль… и каюта какая… – пробасил он, заглядывая внутрь. – А мне тоже такая будет?

– У тебя – своя, – отозвался Эмрис. – С окнами в сторону чаек. Будешь наблюдать за перелётными.

Корабль любезно открыл и ему дверь. Внутри – всё по орочьим меркам: крепкая койка, толстый матрас, большой кувшин с водой и даже какой-то поднос с... вяленым мясом? Ну надо же.

Но нет. В свою каюту он не пошёл. Он пошёл за нами.

– Ты куда? – взвизгнула я, обернувшись. – У тебя там кровать. Еда. Простор!

– Погляжу пока, что да как. – Орк развёл руками. – Интересно ведь.

– М-да… Был у меня один вездесущий хвост, – пробормотала я, косясь на фамильяра. – Теперь появился второй. Зелёный. Любопытный. И такой же назойливый. Вот бы ему нос дверью прищемить… может, остепенился бы.

– Прекрасно слышу, мелкая, – добродушно хмыкнул Тайтар, но в дверь так и не зашёл.

Впрочем, спустя пару кругов по палубе, он всё же осел на скамью. Сел тяжело, со вздохом, и уставился в небо. Птицы летали неспешно, корабль мягко покачивался. И в этом моменте было что-то странно… домашнее.

Я, наконец, вернулась внутрь. Разобрала покупки: еда – в ящик, одежда – в каюту, кое-что из трав – в отсек с ингредиентами. Всё тихо. Даже Эмрис куда-то подевался – то ли следит за Тайтаром, то ли следит, чтоб я за ним не следила.

Я подошла к столу, где лежала гостевая книга. Раскрыла её, обмакнула перо в чернила… и застыла.

«Как мне им помогать? С чего начать? О чём просит эльфийская чета?»

Корабль, как будто уловив мои мысли, тихо вздохнул в стенах. Но ответом не стало ничего конкретного. Только мягкое, невесомое: «спроси».

– Ну конечно, – пробормотала я, закрывая книгу. – Чтобы помочь – надо узнать, в чём беда. А я тут сижу, как будто отгадки сами в банку с зельем прыгнут.

Я встала и направилась к каюте эльфов. Стучать или нет? А вдруг они отдыхают? А вдруг у них там... медитация или хоровое молчание? Вроде бы, по слухам, эльфы таким грешат.

– Велена, – раздался сзади ленивый голос Эмриса, – ты собираешься вылечить их взглядом на дверь? Или уже практикуешь исцеление через древесину?

– А может, и да! – буркнула я, и постучала.

Эиландиль и Леарон встретили меня настороженными взглядами. В них плескалась усталость, но где-то в глубине – надежда. Такая хрупкая, как тонкий лёд весной.

– Пойдёмте на кухню, – предложила я, пытаясь добавить тепла в голос. – Может, чаю? Или… отужинать хотите?

Они переглянулись. Ответ был в синхронном, почти беззвучном кивке.

– Только чай, – мягко добавила эльфийка.

Кухня встретила нас привычной уютной тишиной. Всё здесь было по-прежнему: сковородки на крючках, баночки с травами в углу, чайник пузатится на полке. Только атмосфера теперь стала другой – будто сам воздух стал внимательнее, будто стены вслушивались.

Я усадила эльфов за стол, а сама прошла за кухонный уголок, краем глаза наблюдая за гостями. Их движения были неспешными, точными, словно каждый жест отрабатывался веками. Эиландиль прижимала ладони к коленям, будто ей было неловко занимать место. Леарон время от времени кидал в её сторону короткие взгляды – не тревожные, а… охраняющие.

Пока я наблюдала, руки сами потянулись к травам. Вот веточка мяты. Вот сушёные лепестки пшехты – она немного кислит, но зато снимает внутреннее напряжение. Чуть-чуть зизика – он хорош при рассеянных мыслях. Я сыпала в чайник то одно, то другое, не глядя, почти бессознательно. Даже не поняла, как под руку попала щепотка истолчённой синей ареллы – редкой пряной травы, которая обычно используется в зельях настроя. Ну и ещё – пара кристалликов карамелизованной чабры, на сладость.

Только когда чайник наполнился, я очнулась.

– Ну вот, – прошептала я себе. – Даже не помню, что туда набросала.

Корабль негромко завибрировал, будто подбадривая. «Сбор одобрен», – почувствовалось это где-то в районе грудной клетки.

Я залила всё кипятком, накрыла полотенцем и оставила настаиваться. За столом эльфы что-то шептали друг другу. Голоса – тихие, едва слышные, будто струны.

Пока чай тянул силу из трав, я расставила чашки, достала из корзины яблочные лепёшки, кусочек нежного сыра, пару сладких сухофруктов. Присела напротив гостей.

«Орка с котом-фамильяром, наверное, надо будет завтра отправить за второй партией припасов. Иначе Тайтар нас съест. Сначала – еду, потом – нас».

Отбросив мысли, я улыбнулась, разлила по чашкам настой.

В чашке, что оказалась перед Эиландиль, чай играл светом, будто в нём плавало утро. В её глазах блеснуло… что-то. Тепло? Надежда?

Мы пили молча. Только пар поднимался от чашек, и корабль тихо покачивался, будто не желая мешать. И в какой-то момент, когда я уже решила, что мы просто попьем и разойдёмся…

Эиландиль всхлипнула. Едва-едва. Но звук прорезал тишину. Она вытерла глаза тонкой салфеткой, и, не поднимая взгляда, тихо начала говорить.

– У нас нет детей… хотя мы вместе уже десять лет. Мы пробовали… всё. Обращались к травникам, к магам, даже к старым лесным духам. И всё тщетно.

Я кивнула, не перебивая.

– А потом, – продолжила она, – мы поняли, что это не просто случай. Это… что-то навязанное. Проклятие. Не смертельное, но изнуряющее.

– Сестра, – добавил Леарон, глухо. – Сестра Эиландиль.

Эльфийка кивнула, и её руки сжались на чашке.

– Она… жаждет власти. Когда я вышла замуж, она сказала, что у меня нет больше права на земли рода. Я отказалась… и мы уехали. Сначала просто прочь. Потом – ещё дальше. Она шла за нами, не напрямую – но… все дороги закрывались.

– Города, в которых мы останавливались, начинали нас выталкивать. Мы прятались. Меняли имена. Но… всё было тщетно.

Я слушала, и вдруг… словно перестала быть собой.

В голове как будто развернулась картина: две фигуры, бегущие в тумане. Город за городом. Стая дымных силуэтов. Одна из них – женщина с глазами, как у Эиландиль, только холодными. И от неё – чернота, как вязкая гарь.

Я протянула руку. Не к самим эльфам. А… к этой тени. Кончиками пальцев коснулась чего-то липкого, холодного, обволакивающего. Это было не во плоти – но где-то здесь. Рядом.

И в тот же миг…

Я резко выпрямилась. Сердце билось часто. Воздух казался гуще.

– Вам стоит отдохнуть, – сказала я. Голос прозвучал тише, чем хотелось, но чётко. – Сегодня – покой. А завтра… мы начнём возвращать свет.

Эльфы переглянулись.

– Спасибо, – только и произнесла Эиландиль, глядя на меня так, будто я уже сделала невозможное.

Я кивнула. Потом встала, убрала чашки. А внутри всё ещё пульсировало ощущение – будто в дом кто-то постучал. Кто-то, чьё имя лучше не произносить.

Ваша поддержка – это мой кислород. Пара слов в комментариях или лайк – и следующая глава пишется быстрее💛

Глава 15. Сон, тьма, и предупреждение корабля

Ночь выдалась на редкость тихой. Только ровное дыхание корабля, будто кто-то огромный спал под палубой и ворочался во сне.

Я сидела в своей каюте, подперев щеку рукой, и смотрела на поверхность стола. На нём стоял пузырёк – тот самый, оставленный прапра. Маленький, с круглым донышком, словно капля, застывшая во времени. Внутри лениво перекатывалась светлая жидкость с едва заметным золотистым отливом.

– Вот ведь, прапра… – вздохнула я. – Умудрилась спрятать что-то в каждой щели. Даже после смерти покоя не даёт.

Но, честно говоря, я была ей благодарна. После того, что увидела за столом с эльфами, ясно было одно – собственных знаний мне не хватит. Слишком сильная, вязкая тьма. Это не просто зависть или проклятие. Это что-то большее. И против этого одной интуиции мало.

Я взяла пузырёк, повернула в руках. Свет от настенной лампы отразился от стекла, блеснул, притягивая взгляд.

– Настало твоё время, – выдохнула, откупоривая крышечку. – Надо помочь эльфам. И не только им.

Вкуса у зелья не оказалось, и я ещё раз покрутив его в руке, поставила пузырёк на столик, обещая себе, что завтра обязательно выпью ещё. А затем, зарывшись в одеяло, прикрыла глаза, думая, что ещё долго не смогу уснуть, однако, стоило немного расслабиться, как веки потяжелели, мысли улетучились, и я провалилась в сон.

Во сне было светло. Воздух будто переливался туманом, а в нём – знакомая фигура. Женщина в сером, с непокорными прядями и глазами, в которых прятались целые миры.

– Бабушка Зоряна? – разглядывая её, не верила своим глазам. Но понимала, что это точно она.

Бабуля медленно кивнула.

– Всегда знала, – сказала она, голосом, похожим на шелест страниц. – Что именно ты возьмёшь на себя всё то, что раньше ложилось на мои плечи.

– Но почему именно я?

– Всё просто, и одновременно сложно… – прошелестела она, чинно присаживаясь на сотканную из света скамью. – Потому что больше некому.

– Прекрасно, – осторожно присела рядом, боясь, что она исчезнет. – И что мне со всем этим делать?

– Как что?! – всплеснула руками ба. – Владеть. – Хотела было съязвить, но она остановила меня жестом. – В твоём распоряжении сила. Корабль. И мои знания. С этим всем, ты станешь сильнее меня, потому что не совершишь моих ошибок. Будешь идти протоптанным путём. Но не забывай – везде есть зло.

– Сегодня я видела кое-что…

Я рассказала прапра, об эльфах, и о том, что их преследует. Поделилась ощущениями, которые испытала в тот момент, и даже выразила сомнения в том, что могу чем-то им помочь. Но бабка… цокнув, заставила меня замолчать.

– Не всё будет просто, Велена. Не все чисты, как кажутся. И не все, кто ищет света, приходят за исцелением. Помни: даже звезда даёт свет, обжигая себя дотла.

– А если я не хочу гореть? – спросила я тихо.

– Тогда научись светить по-другому, – ответила прапра, растворяясь как дым.

– Ну вот и поговорили, – пробубнила, пялясь на почти исчезнувшее облачко.

Проснулась я от резкого крика чайки. Та, похоже, решила, что моё окно – лучшее место для утреннего концерта. Солнце уже давно залило комнату, а на стенах блестели солнечные пятна, будто корабль решил устроить световое шоу.

Потянулась, чувствуя, как приятно ломит мышцы после тяжёлого сна, и только собралась встать, как дверь без всякого стука распахнулась.

– Доброе утро, хозяйка, – протянул ленивый голос Эмриса.

Он, как всегда, вальяжно устроился на краю кровати, даже не подумав снять ботинки.

– Вижу, бабкино зелье пошло в ход, – хмыкнул. – Не боишься превратиться в нудную заучку и погрязнуть в книгах, что собрала старая ведьма на корабле?

Я закатила глаза, и свесив ноги с кровати, ответила:

– Эмрис, не переживай. Не заскучаешь.

– Это угроза?

– Это перспектива, – ответила я. – Если уж мне придётся зарыться в талмуды, то ты, как фамильяр, присоединишься к этому увлекательному процессу. Не мне же одной держать всё это в памяти.

– О, нет, – простонал он, театрально падая на подушку. – Только не это! Я лучше на палубу. Там чайки, солнце и отсутствие морального насилия.

– Шагай, философ, – усмехнулась я, глядя ему вслед.

Когда дверь закрылась, я взглянула на пузырёк снова. Тот мерцал, будто в нём отражалось утреннее солнце – или отблеск чего-то большего, ждущего меня впереди.

Я ещё немного посидела, глядя на дверь, за которой благополучно испарился мой фамильяр, а потом, вздохнув, поднялась. Корабль тихо подрагивал под ногами, будто дышал, просыпаясь вместе со мной. В воздухе витал свежий аромат – смесь соли, смолы и чего-то цветочного. Наверное, то самое утреннее настроение, которое вечно обходит меня стороной.

Подошла в ванную, умылась. Несколько пригоршней воды – и сон как рукой сняло. Почистила зубы и, освежившись, посмотрела в зеркало. Отражение не обрадовало: чуть бледная, с тенью под глазами, но в целом живая. Даже волосы лежали на удивление смирно.

– Ну что, спасительница эльфов, – пробормотала своему отражению. – Приводи себя в порядок. Уж больно серьёзное дело предстоит.

Расчесала волосы, заплела косу – аккуратную, чтобы не мешалась. Оделась, и уже с новым настроем, вышла в комнату.

Небольшой стол у стены манил записной книжкой, но я только бросила взгляд на неё и на пузырёк прапра – потом. Сейчас нужно увидеть пациентов.

Выходя в коридор, я ощутила, как корабль будто слегка шевельнулся – не физически, а внутренне. Словно прислушивался.

– Да-да, знаю, – пробормотала я. – Иду.

На палубе уже вовсю светило солнце. Чайки орали на весь причал, один Тайтар стоял, облокотившись на перила, и ел яблоко размером с кулак.

– Доброе утро, мелкая, – рявкнул он с набитым ртом. – Эмрис говорил, у тебя сегодня серьёзные дела.

– Угу, – кивнула я, шагая мимо. – Попробуй не мешать. И если что-то загорится, не туши это пивом.

Он усмехнулся, но я уже спускалась вниз. Воздух здесь был прохладнее, а свет мягче, золотистый, будто корабль нарочно приглушал день, создавая ощущение уюта.

Перед дверью в каюту эльфов я остановилась. На секунду – чтобы вдохнуть. Почувствовать.

Изнутри доносился тихий шепот – возможно, они разговаривали, может, молились, а может, просто делились тишиной.

Я постучала дважды – осторожно, чтобы не напугать.

– Эиландиль? Леарон? Это я, Велена. Можно войти?

Дверь открылась сама. Не от руки – от корабля. Он будто понял, что мне пора.

Внутри царила мягкая полутьма. Эльфы сидели у окна, где солнечный луч, пробиваясь сквозь парусиновую ткань, ложился им на плечи. Эиландиль повернулась – её лицо было спокойным, но в глазах ещё жила усталость. Леарон выглядел чуть лучше, но всё так же настороженно.

– Доброе утро, – поздоровалась, стараясь звучать бодрее, чем чувствовала. – Как спалось?

– Мирно, – ответила она, чуть улыбнувшись. – Ваш корабль... необычайно тих. В нём легко дышится.

– Это он такой только утром, – пробормотала, проходя внутрь. – После полудня начинает ворчать. Как старый кот.

Леарон вскинул бровь, но уголок его рта дрогнул – кажется, попытка шутки удалась.

– Ну что ж, – сказала, опускаясь на край стола, – пора начинать.

Но прежде, чем успела что-то сделать, корабль отозвался тихим, но настойчивым гулом. Не угрожающе – скорее предостерегающе.

Я замерла.

– Чувствуете? – спросила я, но видела, что Эиландиль тоже насторожилась.

– Да, – прошептала она. – Что-то… шевельнулось.

– И не здесь, – добавил Леарон, глядя в пустоту. – Где-то рядом, но не в нас.

Корабль словно подтвердил это гулом в стенах. И мне вдруг стало ясно:

он чувствует присутствие той самой тьмы, которую я видела вчера.

«Ну что ж, прапра… кажется, пора применить всё, чему ты меня не успела научить».

Глава 16. Чистка

Я выдохнула, собираясь с мыслями.

«Ну что, пора начинать…»

Эльфы сидели напротив – тихие, словно сотканные из воздуха. На их лицах – ожидание. Не настойчивое, нет. Скорее – доверчивое. И от этого было почему-то тревожнее, чем от любой болезни.

Я посмотрела на стол, потом на свои руки. «Что делать, ведьма?»

Корабль снова тихо загудел, будто подсказывая. Тонко, в самой глубине. Не предупреждение, а… напоминание.

И вдруг мысль сама всплыла, будто её вложили мне прямо в голову:

«На этом корабле даже еда может быть целебной».

Я вспомнила о книге прапра, стоящей на полке, о её записях и пометках – «питай тело, чтобы вылечить душу». Да и трав я знала немало, а на кухне корабля их – десятки. Целые связки, аккуратно развешанные под потолком. Корабль словно сам собирал их, пока я спала.

«Ну что ж, – подумала я, – совместим приятное с полезным. Завтрак и лечение в одном флаконе».

– Пойдёмте, – сказала, поднимаясь. – На кухне просторнее. И, кстати, лучше варить чай там, где запахи знают, как лечить.

Эльфы с сомнением, но всё же поднялись. Эмрис, как обычно, прицепился следом.

– Хозяйка, – протянул он с лёгкой насмешкой, – ты уверена, что собираешься исцелять пациентов… завтраком?

– Конечно, – ответила я. – Лучше сытно и с душой, чем с кислой миной и пустыми руками.

Корабль негромко завибрировал – будто одобрил.

И вот уже на кухне – свет, тепло, аромат трав. Мои руки сами нашли муку, яблоки, немного орехов, сушёные ягоды. Руки вспоминали движение, как будто помнили всё сами.

– От усталости, от тревоги, от бессонных дум… – приговаривала, замешивая тесто.

А дальше – пироги, вареники, чай. И началось настоящее лечение.

– Это что, лечебные пироги? – недоверчиво уточнил Эмрис, крутясь рядом.

– Ага, – кивнула я. – От усталости. А вареники – от тяжёлых мыслей. И чай… от тоски и сомнений.

– Ну, тогда сделай и для себя пару кастрюль, – тихо хмыкнул фамильяр.

Я усмехнулась. Мука лёгкой пылью покрыла стол. Корабль подал лёгкий ток воздуха – как будто обдувал, помогая, чтобы тесто не прилипало. А в воздухе, я почти уверена, витала тихая мелодия – древняя, ритмичная, в которой слышались шаги тех, кто лечил словом и запахом задолго до меня.

Пока пироги румянились, я занялась настоем. На этот раз осознанно: листья ясмолика, немного корня саиры, капля меда. Чай получился золотистый, с тонким ароматом цветов и хлеба.

Когда всё было готово, я накрыла небольшой стол.

– Угощайтесь, – сказала я, чувствуя себя скорее хозяйкой трактира, чем целительницей. – Всё свежее.

Эльфы переглянулись, но послушно взяли по кусочку.

И тут случилось странное. Едва они попробовали пирог, вокруг словно сгустился мягкий свет. Не яркий, не ослепительный – просто тепло. Корабль тихо отозвался, и я почувствовала, как что-то уходит.

Эиландиль зажмурилась, прижав ладонь к груди, а Леарон потянулся к её руке – глаза его вдруг заблестели живым блеском.

– Что это… – прошептал он. – Тяжесть ушла.

– Значит, пироги работают, – усмехнулась я. – Пометка: добавить в рецепт – щепотку надежды.

– И грамм два сарказма, – подал голос Эмрис, но и он с интересом наблюдал.

Эльфы ели молча, но по мере того как на столе исчезали угощения, их лица становились светлее. Даже воздух на кухне будто очистился, стал чище, легче.

Я, пока они допивали чай, осторожно подошла ближе, и снова, не касаясь, протянула руку.

Тьма, липкая и холодная, теперь была тоньше. Почти прозрачная. Она ещё держалась, но уже отступала. И где-то глубоко внутри мелькнул образ – всё та же завистливая тень женщины, но теперь с трещиной по глазам, как по стеклу.

– Так… – выдохнула я, опуская руку. – Вот и начало.

Эиландиль взглянула на меня и вдруг впервые по-настоящему улыбнулась. Улыбка её была мягкой, как весенний луч.

– Спасибо, – сказала она тихо. – Это… впервые за много лет, когда я не чувствую холода внутри.

– Тогда пейте чай, – ответила я. – Холоду у нас не рады.

Когда чай был выпит, а пироги чудесным образом вернули всем присутствующим цвет лица и хоть тень улыбки, я настояла, чтобы Эиландиль с Леароном немного прошлись по палубе.

– Свежий воздух завершает любое лечение, – объяснила я, усмехаясь. – И потом, корабль любит, когда по нему гуляют. Он становится добрее.

Эльфы обменялись коротким взглядом – тем самым, что говорит «мы не понимаем, но спорить не будем» – и вышли.

Стоило за ними закрыться двери, как что-то внутри меня шевельнулось. Не мысль, не зов, а скорее ощущение. Словно невидимая рука мягко подтолкнула в спину.

«Иди. Сейчас».

Я даже не удивилась – только глубоко вдохнула и направилась к их каюте.

Дверь приоткрылась сама. Внутри было тихо, слишком тихо. Воздух стоял, как будто ждал. В нём чувствовалось… что-то. Остаток тьмы, след, который не улетучивается просто так.

Я вошла, и слова сами пришли. Не мои – чужие, древние, но до боли знакомые.

Губы шептали, будто вспоминая давно забытый напев:

Очищаю светом, зову дыхание моря,

Пусть уйдёт чужое, останется своё.

Где был холод – будет жизнь,

где тьма – проснётся заря…

Шепот переплетался с дыханием корабля. Где-то под ногами тихо вибрировали доски, словно подхватывая ритм. В углах зашевелился воздух – лёгкий, золотистый, будто струйки света текли вдоль стен.

Я шла от угла к углу, почти не касаясь пола, и чувствовала, как тьма отступает. Неохотно, но уходит. Оставляя после себя странную свежесть – запах дождя и смолы.

Когда последние слова сошли с губ, я тяжело выдохнула. В голове звенело, будто колокол отдался прямо под черепом. Руки дрожали.

– Ну и выматывает же, – прошептала я, прислоняясь к стене.

Корабль тихо отозвался – мягким, одобрительным гулом.«Хорошо. Так и нужно».

Я усмехнулась, закрыла глаза, пытаясь перевести дыхание.

– Ещё немного – и придётся самой себе зелье варить, – пробормотала, отлипая от стены. – От переутомления. И желательно с добавлением шоколада.

Выпрямившись, я ещё раз оглядела каюту. Теперь здесь было по-другому. Светлее. Тише. Даже воздух будто задышал свободнее.

«Ну что ж,– подумала я, выходя в коридор, – первый шажок сделан».

Когда я поднялась на палубу, солнце уже стояло высоко. Воздух был тёплым, насыщенным солью, а корабль тихо покачивался, словно отдыхал после тяжёлой ночи. Я, честно говоря, чувствовала себя так же – будто меня выжали, вывернули наизнанку и поставили сушиться.

Но стоило подняться по последней ступеньке, как в уши ударил привычный шум.

– Да я тебе говорю, не долетит он! – грохотал Тайтар, стоя у перил.

– А я тебе говорю, долетит, – лениво отвечал Эмрис, рассевшись на бочке у перил. – Корабль же не просто железка. У него характер.

– Характер? – переспросил орк, приподняв бровь. – Да я с такими характерами всю жизнь пил из одной кружки! И знаешь, что скажу? Все ломаются!

– Ну, этот не сломается, – парировал фамильяр, потягиваясь. – Он с женщиной живёт. А это, друг мой, другая категория прочности.

Я застыла у выхода, наблюдая за ними. Эмрис, развалившийся, как барин на отдыхе, и Тайтар, махающий руками, будто собирается свалить его за борт.

– Господи… – выдохнула я, прижимая ладонь к лицу. – Ну хоть бы раз день прошёл без цирка.

– А, хозяйка! – Эмрис тут же вскочил, будто ничего и не было. – Мы тут выясняем, выдержит ли корабль, если великан сядет на перила.

– Я ему уже сказал, что не выдержит, – буркнул орк. – Но твой мужик не верит.

– Он не мой, – устало ответила я, подходя ближе. – Он – фамильяр. Это, как больная привычка: избавиться невозможно, а привыкнуть страшно.

Эмрис обиженно фыркнул, но промолчал.

Я облокотилась на перила. Море сверкало, солнце било в глаза, и всё вокруг казалось… правильным. Спокойным. Даже корабль тихо вибрировал где-то внутри, словно дышал ровнее.

– Как эльфы? – спросил Тайтар, почесав подбородок.

– Спокойнее, – ответила я. – Каюта теперь чистая, без… лишнего.

Он кивнул, не задавая лишних вопросов. И это было приятно.

Эмрис, конечно, не удержался:

– Так ты их вычистила или напугала?

– Если не заткнёшься, проверю на тебе, – пригрозила я, но без злости.

Он улыбнулся – тем самым самодовольным, кошачьим образом, от которого хотелось одновременно зашипеть и засмеяться.

Тайтар хохотнул, хлопнув меня по плечу так, что я едва не впечаталась в перила.

– Вот это я понимаю, мелкая! Дух есть! – сказал он. – Может, и мне как-нибудь каюту почистишь, а то сплю – и всё время снится, будто кто-то храпит под койкой.

– Это не духи, это ты сам, – невозмутимо отозвался Эмрис.

– Ну всё, – выдохнула, закатывая глаза. – Хватит с меня вас двоих. Ещё немного, и я сварю вам обоим чай от многословия и самоуверенности. С добавлением мяты и паутины.

– Паутины? – насторожился Тайтар.

– Ага, – усмехнулась я. – Для вязкости эффекта.

Корабль тихо загудел, словно посмеялся вместе со мной. И впервые за последние дни мне показалось, что всё действительно идёт как надо.