Текст книги "Корабль целительницы (СИ)"

Автор книги: Надежда Райская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 30 страниц)

Глава 8. Пристань

Утро встретило меня не привычным солнечным лучом, а гулким шумом. И сначала я даже решила, что это снова корабль что-то ворчит, но прислушавшись, поняла, что это были голоса. Множество голосов, которые сливались в единый живой гул.

Я вскочила с постели, метнувшись сразу к своему небольшому окошку, и одёрнув шторку, ахнула.

Внизу тянулась прибрежная линия, а чуть дальше виднелся небольшой городок. Дома – в два-три этажа, с резными ставнями и цветными крышами, а вдоль берега – деревянная пристань, где сновали люди.

Торговцы выкрикивали что-то, дети смеялись, псы гонялись за птицами. Всё это казалось таким живым, что на миг я почувствовала, будто снова вернулась в обычный мир, где магия – лишь шепот, а не дыхание воздуха.

Корабль плавно накренился и опустился ниже.

Я невольно вцепилась в косяк окна.

– Эй, дружище, аккуратнее! – возмутилась я. – Вижу, что ты спешишь, но не хотелось бы мне, перед тем как сойти на берег, обзавестись шишкой на лбу, ну или фингалом на пол-лица.

В ответ дерево под пальцами мягко задрожало – словно корабль засмеялся. Ну-ну… весело ему.

Через несколько минут палуба ощутимо просела – мы опустились на воду, коснувшись бортом пристани. Лёгкий толчок, и всё стихло.

– Ну что, хозяйка, – донёсся за спиной знакомый голос, – готова выйти в свет?

Я обернулась. Эмрис стоял в дверях каюты, привычно облокотившись плечом о косяк. Сегодня он вновь выбрал человеческий облик – волосы растрёпаны, взгляд чуть насмешливый. И, конечно, никакого приличного наряда. Только всё та же светлая рубашка, да чёрные штаны, явно сшитые не на него.

– А ты? – прищурилась я. – Не боишься, что кто-нибудь задаст слишком много вопросов на счёт твоей… экзотической внешности? – ну, правда, его высокий рост, гибкое, жилистое тело, и слишком смазливое лицо, с большими зелёными глазами, вызвало бы массу вопросов и на наших землях. А тут… что нас ожидает в этих местах?

– Я? – он хмыкнул. – Ты недооцениваешь человеческую слепоту. Для большинства я буду просто очередным смазливым бездельником. А для остальных… отвод глаз ещё никто не отменял. Впрочем, если ты не заметила, корабль у тебя тоже не простой, но местные не пялятся. Это почему? – задал он вопрос, и я вновь посмотрев в окно, понимая, что он прав. – Потому что наследство у тебе не простое.

Спорить, или ввязываться в очередной язвительный разговор я не стала. В конце концов, вопрос был другой: как мы собирались пополнить запасы, если у нас в карманах гуляет сквозняк?

Ответ пришел сам собой – мы продадим несколько зелий. Простых, конечно же, потому что более ценные я решила оставить. А вот те, что лечат обычные болезни, их, было в избытке, впрочем, как и тех, что наводили красоту. Так что, можно попробовать сбыть их торговцам, или местным знахаркам, заработав при этом деньжат.

– Значит, план таков, – проговорила я, надевая дорожный плащ. – Мы идём на площадь, ищем лавки, и я пробую обменять пару зелий на деньги, или что тут у них…

– И если тебя спросят, откуда у молодой барышни такие редкости? – протянул Эмрис, следовавший за мной в кладовую, и после на палубу.

– Скажу, что от бабки, – пожала плечами. – Враньём это не будет.

Он усмехнулся, но больше не спорил.

Мы сошли с трапа. Доски пристани мягко пружинили под ногами, пахло солью, соломой и рыбой. Слева рыбаки развешивали сети, справа на бочках сидели матросы и азартно кидали кости. Где-то впереди лаяла собака, а птицы кричали так, будто спорили за каждый кусочек еды.

Я втянула воздух полной грудью. После долгого пути над облаками этот шум и запахи казались оглушительными, но по-своему уютными.

– Ну что, вперёд? – спросил Эмрис, легко коснувшись моей спины, будто подталкивая к городу.

Оглянувшись на корабль, ощутила лёгкую грусть, и что-то вроде ожидания. Он ждал. Следил. И даже – слегка волновался.

– Вперёд, – кивнула я. – Нам нужно найти еду, а то у меня ощущение, что скоро я начну варить суп из воздуха.

Мы двинулись по деревянной пристани, и шаг за шагом я всё больше ощущала, что этот день запомнится мне надолго.

Площадь встретила нас бурлящим котлом. Стоило лишь свернуть с пристани и пройти пару улочек, как мы оказались в самом сердце этого маленького городка – и сердце это билось громко.

Торговцы перекрикивали друг друга: один нахваливал ткань, расшитую золотыми нитями, другой размахивал связкой колбас, третий подбрасывал в воздух яблоки, словно показывал фокус. В воздухе витали десятки запахов – пряности, жареная рыба, свежеиспечённый хлеб и даже что-то сладкое, будто карамель. И всё это смешивалось в густой, тяжелый, но по-своему уютный аромат.

Люди сновали между лавок, спорили о цене, смеялись, тянули детей за руки, а я всё никак не могла избавиться от ощущения, что нахожусь в театре, где сцена живёт своей жизнью, а зрители – мы с Эмрисом – вдруг оказались в гуще спектакля.

– Ну и шум, – фыркнула я, придерживая сумку с зельями. – В следующий раз давай сварим суп из воздуха. Тише будет.

Эмрис хмыкнул:

– Да брось. Ты же любишь людей. Ну, или, по крайней мере, смотреть, как они носятся, словно куры с отрубленной головой.

Я собралась что-то ответить, но взгляд сам собой зацепился за фигуры, которые явно не были похожи на местных жителей.

Высокие. Нереально высокие. Мужчина и женщина. Оба стройные, с лёгкой, почти невесомой походкой, словно шли по воздуху, а не по грязной мостовой. Волосы – серебристые, и у обоих такие длинные, заостренные уши, что даже самый рассеянный торговец не перепутал бы их с людьми.

– Эмрис, – шепнула я, дёрнув его за рукав. – Это… эльфы?

Он, скосив взгляд, лениво улыбнулся:

– Поздравляю. Ты только что заметила самое очевидное в мире. Конечно эльфы! Видишь, как люди таращатся? Для большинства из них это событие недели.

И правда – исподтишка оборачивались, кто-то даже присел, будто желая взглянуть на них снизу вверх. Эльфы же не обращали ни малейшего внимания – они шли с таким видом, словно весь этот рынок был создан только для их прогулки.

Я же открыла рот, чтобы спросить ещё что-то, но тут толпа внезапно зашевелилась, словно вода перед лодкой. Люди начали расступаться, торопливо отодвигаться к лавкам и сворачивать в переулки.

Я обернулась – и сердце у меня ухнуло в пятки. Огромная фигура двигалась прямо по центру улицы. Зелёная кожа, широкие плечи, клыки, блеснувшие из-под нижней губы. Он был выше эльфов – настоящий исполин, от которого веяло силой и опасностью.

– Это… – я сглотнула.

– Орк, – спокойно закончил за меня Эмрис. – И судя по выражению его лица, он либо спешит за покупками, либо ищет, кого впечатлить своим топором.

– У него есть топор?! – я дёрнулась.

– Пока не вижу. Но он у них как часть гардероба. Как у тебя фартук… на кухне, – невозмутимо ответил фамильяр.

Я изо всех сил старалась выглядеть так, будто не таращусь на зеленокожего, хотя ноги сами хотели унести меня подальше.

– Отлично, – пробормотала под нос. – Значит, в этом городе встречаются не только эльфы, но и орки. Замечательно. А я думала, что жизнь и так достаточно интересна.

Корабль где-то позади уже казался почти родным, тихим, спокойным. Но отступать было нельзя – мне нужны были припасы, а для этого нужно было найти покупателя для моих зелий.

Я глубоко вдохнула и выпрямила плечи.

– Ладно, пошли искать лавку.

Эмрис кивнул, и шутливо склонившись, уступил дорогу, намекая на то, что я тут главная. Ну что ж, пусть будет так.

Дорогие мои Если история вам нравится, буду очень рада вашей ⭐ А чтобы не потерять книгу и не пропустить новые главы, добавляйте её в библиотеку 📚 И подписывайтесь на автора, чтобы не пропустить новые истории и новости ✨

Спасибо, что читаете!

Глава 9. Столкновение с орком

Мы пробирались сквозь толпу, пока шум не стал стихать, и наконец я заметила небольшую лавку с кривоватой вывеской, где было написано «Травы и настои госпожи Лирсы». Выглядела она скромно: прилавок, заставленный пучками сушеной мяты, зверобоя и ещё каких-то трав, которые я, скорее всего и не знала вовсе. За прилавком сидела сухонькая женщина с цепким взглядом и руками, явно привыкшими перебирать корни и баночки.

– Может, найдём что-нибудь… менее подозрительное? – прошептала я, поворачиваясь к фамильяру.

– Подозрительное? – Эмрис вскинул бровь. – Велена, мы и сами выглядим так, что не каждый решиться иметь с нами дело. Так что, давай… делай первый шаг. Иначе, всё будет впустую.

Ладно. Собравшись, глубоко вдохнула и, сделав несколько шагов, подошла к лавке, сразу же ставя сумку на прилавок.

– Добрый день, госпожа, – пришлось буквально выдавить из себя это обращение. – Я… занимаюсь травами. И кое-что умею готовить, – договорила я, выуживая из сумки несколько простых зелий: от головной боли, чесотки и расстройства.

Женщина за прилавком – госпожа Лирса, как значилось на вывеске – смерила меня взглядом. Таким, будто просвечивала меня до костей. Потом молча взяла первую выставленную баночку, сняла крышку, понюхала и едва заметно кивнула.

– Чисто, – сказала она. – Сильнее, чем у здешних травниц выходит. Сколько хочешь?

Я замерла. Вот тут-то и началась моя беда: торговаться я умела так же, как летать без корабля. Да и цен местных не узнала. Вот же…

– Эм… ну… немного, – пробормотала, озвучивая, как мне тогда казалось, нормальную цену.

Эмрис так выразительно закатил глаза, что мне захотелось наступить ему на ногу. Но госпожа Лирса не спорила. Наоборот, аккуратно проверив каждый пузырёк, убрала их с прилавка, тут же отсчитывая монеты.

– Приноси ещё. Особенно простые. Они всегда нужны.

– Спасибо, – выдохнула я, забирая сумку и монеты.

Мы отошли от лавки, и я не выдержав, повернулась к Эмрису:

– Что? Что ты так смотришь?

– Хозяйка, – он даже не пытался скрыть сарказм, – ты только что продала три хороших зелья по цене одного.

– Ну… я же не знала! – выдохнула я.

– Вот именно! Не знала. И не спросила. Ты – ходячая радость для любого торговца.

– А ты мог бы предупредить заранее. Но предпочёл просто улыбаться!

Я бы с удовольствием запустила в него сумкой, но тут наш путь пересекла лавка с продуктами. Я взяла немного хлеба, сыр, сушеные ягоды и кусочек вяленого мяса. Когда торговец объявил цену, я побледнела.

– Да чтоб тебя… – прошептала я, отдавая чуть ли не половину только что заработанных монет. – Я же думала, этого хватит на неделю!

Эмрис, конечно же, фыркнул.

– Учись, хозяйка. Торг – это искусство.

Я уже открыла рот, чтобы съязвить, но взгляд зацепился за белоснежное здание через улицу. На вывеске витиеватыми буквами красовалось: «Салон красоты и вечной молодости “Лик”».

– О, – выдохнула я. – Вот где мои зелья красоты могут пригодиться.

– Ха! – усмехнулся Эмрис. – Смотри-ка, хозяйка уже учится.

К салону сразу идти я не решилась. Опыт с лавкой показал, что цены здесь пляшут так же бодро, как местные мальчишки в уличных играх, и лучше сперва всё разведать.

Мы двинулись вдоль торговых рядов, где воздух звенел от выкриков продавцов, пахло горячим хлебом, дымом и мокрой шерстью. Я прикидывала цены на продукты и вещи, останавливалась у лавок, щупала ткань, слушала чужие разговоры. Всё это было нужно, чтобы понимать – чем и как тут живут, и чего стоит наше наследство в пузырьках.

Ну и, конечно, нельзя было не учитывать тот факт, что мой фамильяр ходил в одних только штанах и рубашке, которые нашёл на корабле. На фоне местных жителей он выглядел… скажем так, чересчур. Слишком высокий, слишком смазливый, слишком уверенный в себе. В общем, воплощённая приманка для лишних взглядов. Так что одеть Эмриса тоже входило в мои ближайшие планы, иначе ещё подумают, что я веду за руку сбежавшего актёра из передвижного балагана.

Примерно прикинув, сколько нам понадобится денег хотя бы на базовые покупки, я наконец решилась свернуть в сторону белоснежного здания с витиеватой вывеской: «Салон красоты и вечной молодости “Лик”».

Но стоило сделать несколько шагов, как меня отвлёк шум.

По площади пронёсся русоволосый мальчишка, прижимая к груди наливное яблоко, явно добытое не слишком честным путём. Следом за ним с руганью и багровым лицом нёсся торговец, размахивая руками и грозно крича. Толпа тут же оживилась: кто-то хохотнул, кто-то подбодрил мальчишку, а кто-то – наоборот, прокричал проклятья в сторону ловкого воришки.

Я, дурочка, замерла на миг, чтобы посмотреть, как ловко мальчишка лавирует между людьми. И именно в этот момент врезалась во что-то твёрдое и неподвижное, как стена. Только эта стена оказалась живой.

Сильные руки перехватили меня за талию и удержали от падения. Моё лицо уткнулось в тёплую грудь, а пальцы – да, мои собственные пальцы! – легли прямо на кожу. На голую кожу!

«Орк! – забилось в голове, как тревожный колокол. – Тот самый с топором или другой?»

Запрокинув голову вверх, я встретилась взглядом с чем-то, что больше напоминало гору в доспехах. Передо мной действительно возвышался орк: массивный, с широкими плечами, клыки поблёскивали при каждом движении губ.

– Аккуратнее, мелкая, – басисто прогремел он. Его грудь завибрировала от смеха, и, к моему ужасу, я почувствовала эту вибрацию ладонями, всё ещё лежащими на его коже.

– Простите, – пробормотала я, чувствуя, как уши стремительно заливаются краской. – Я отвлеклась и не заметила…

Договорить мне не дали – орк расхохотался так, что прохожие невольно обернулись. И, честно говоря, я не удивилась: в кого ещё, кроме меня, могла бы врезаться целая гора?

Он отпустил меня, убедившись, что я стою твёрдо на ногах. Его огромные ручища разжались, и взгляд скользнул по мне снисходительно, с искоркой насмешки.

– Гляди в следующий раз, мелкая, – хмыкнул он. – А то с великаном столкнёшься – мокрого места от тебя не оставит.

Смущённо улыбнувшись, поправила сумку, замечая, как сбоку откровенно ржёт Эмрис. Он даже не попытался скрыть своё веселье. – Надеюсь, этого не случится, – пробормотала, стараясь сохранить остатки достоинства.

Орк ещё раз огляделся по сторонам, будто проверял, не слушает ли кто наш разговор, а потом вновь вернул ко мне свой внимательный взгляд.

– И что такая мелкая тут делает?

Ну я бы не сказала, что я «мелкая». При своих ста семидесяти я обычно смотрела на людей сверху вниз, но рядом с ним и впрямь чувствовала себя девчонкой. Вот только говорить об этом не стала, помня, что у него есть топор. А с топором я спорить не привыкла.

– Пытаюсь продать зелья, – призналась неожиданно даже для самой себя. – Только не знаю, где. Да так, чтобы цену не занизили.

Орк нахмурился, почесал затылок. И я уже решила, что он промолчит или пошлёт куда подальше, но он всё же хмыкнул и заговорил:

– Вон там, – махнул рукой в сторону улочки, уходящей с площади. – В доме с зелёными листьями на двери живёт местный знахарь. Он по достоинству оценит сбор трав и зелья. За настоящую работу даст цену хорошую.

– Спасибо, – кивнула я, собираясь идти дальше. Но орк прищурился и добавил:

– Только смотри, мелкая. Он лжи не любит. Чует её за версту. Попробуешь юлить – не по добру будет. Беду нашлёт. Не смерть конечно, но пакость такую, что забудешь, как дышать спокойно, – подмигнув, махнул рукой, отправляясь по своим делам.

Я осталась стоять на месте, чувствуя, как рядом Эмрис откровенно трясётся от смеха.

– Прекрасно, – вздохнула я, глядя на белоснежный «Лик». – Один пугает, второй смеётся… С такой поддержкой я, конечно, далеко уйду.

– Ты ещё скажи спасибо, – выдохнул Эмрис, утирая слезу. – Хоть один орк оказался твоим поклонником.

– Хватит! – рыкнула я, шагая вперёд. – Пойдём уже, пока ещё кто-то не решил рассказать мне, что судьба у меня тяжкая и ложь – наказуема.

Глава 10. Удачные продажи

Белоснежное здание выделялось среди прочих лавок, словно кусок облака, случайно упавший на землю. Высокие окна были затянуты кружевными занавесками, из-за которых пробивался мягкий свет. Дверь открылась почти бесшумно, впустив нас в прохладное, пахнущее цветочными маслами помещение.

Я застыла на пороге, потому что всё внутри выглядело так, будто мы шагнули не в лавку, а в какой-то дворец красоты: хрустальные вазы с лепестками роз, изящные столики, кресла, обтянутые нежно-золотой тканью, и зеркала – много зеркал, в которых мы отражались с разных углов. И, честное слово, мне сразу захотелось пригладить волосы и проверить, не размазалась ли где-то пыль после столкновения с орком.

Хозяйка «Лика» оказалась ухоженной до кончиков ногтей, женщиной, лет сорока с лишним. Слишком ровная осанка, слишком правильная улыбка и глаза, в которых сверкала холодная внимательность. Она встретила нас взглядом, в котором явно смешались интерес и недоверие.

– Что привело вас в «Лик»? – спросила она голосом, в котором слышалось чуть больше льда, чем приветствия.

Я уже открыла рот, чтобы произнести что-то вроде «у меня есть пара баночек», но Эмрис мягко шагнул вперёд.

Он двигался так, словно каждая линия его тела была отточена: высокий, жилистый, с лёгкой небрежностью в каждом движении. Его чёрные волосы свободно рассыпались по плечам, тёмные пряди чуть колыхались при каждом шаге. Аристократически правильные черты лица – слишком смазливые, чтобы быть безопасными – и глаза… зелёные, глубокие, будто в них прятались истории, о которых он никогда не расскажет.

– Мы пришли, – произнёс он низким, чуть ленивым голосом, – предложить кое-что, что может заинтересовать даму столь изысканного вкуса.

И протянув руку, он аккуратно коснулся кончиками длинных пальцев ближайшей баночки, которую я поспешно выставила на стол. Его пальцы слегка погладили стекло, и зелье будто отозвалось мягким светом.

Я только успела вздохнуть и отойти в сторону. Да что там – я едва не поперхнулась, понимая, что фамильяр решил пустить в ход харизму и обаяние.

Хозяйка «Лика» чуть приподняла бровь.

– Это ваши зелья?

– Наши, – мягко подтвердил он, не сводя с неё взгляда. – Хозяйка знает в травах больше, чем многие местные знахари. Но позволила мне честь показать вам то, что, безусловно, украсит любую женщину.

Я уже собралась возмутиться, но, поймав отражение в зеркале, заметила, как женщина, до этого холодная, невольно выпрямилась, слушая его голос.

Эмрис взял другую баночку – «для густоты и силы волос». Поднёс её к свету, и ярко-зелёный отлив внутри стекла заиграл, словно в сосуде заключили кусочек леса.

– Волосы, сияние кожи, лёгкая свежесть молодости… – он говорил медленно, как будто пробовал каждое слово на вкус. – Всё это в ваших руках, госпожа.

И тут он, случайно, провёл пальцами по руке хозяйки «Лика», когда возвращал баночку на место. Лёгкое, почти невинное касание. Но я заметила, как её губы дрогнули, а взгляд стал мягче.

Я стояла в стороне, прижав сумку к боку, и сжимала зубы так, что челюсть слегка заныла. Да… фамильяр, конечно, умеет производить впечатление. Хитрый, самоуверенный, пользующийся своими глазами и улыбкой так же, как я пользуюсь травами. Только вот мне всё больше хотелось найти тяжелую сковородку и проверить, выдержит ли его «аристократическое лицо» удар железа.

Хозяйка тем временем уже не сверкала холодом. Наоборот, в её глазах появилось любопытство, и даже тень улыбки.

– Интересные образцы, – сказала она. – Я могла бы взять их для пробы. А если результат оправдает ожидания – закажу вам ещё.

– Уверен, результат вас удивит.

А я, стоя сбоку, только закатила глаза.

«Прекрасно, – подумала я. – У меня фамильяр не только дерзкий и наглый, но ещё и умеет очаровать женщин, как будто всю жизнь торговал зельями красоты. Ну конечно! Теперь, наверное, он сочтёт себя ещё и моим менеджером по продажам».

Хозяйка «Лика» ещё какое-то время задумчиво перебирала баночки, словно выбирала драгоценности, а не зелья. Каждую подносила к свету, рассматривала на просвет, нюхала, даже капнула каплю их одной на кончик пальца, чтобы проверить текстуру.

– Хм… любопытно. Не похоже на здешнюю работу, – протянула она. – Я всё же возьму три. Для пробы. Остальные принесёте в следующий раз, и тогда… мы обсудим настоящую цену.

«В следующий раз?» – чуть не вырвалось у меня. Но тут же прикусив язык, улыбнулась:

– Конечно, госпожа.

Эмрис, мурлыкнув, склонился к хозяйке:

– Мы будем рады вернуться. Для такой изысканной дамы всегда найдётся то, что подчеркнёт её природную красоту.

Женщина растаяла окончательно. Её взгляд стал мягким, почти довольным, как у кошки, которой дали миску сливок. Она аккуратно отсчитала монеты и протянула их мне.

Спрятав деньги в сумку, старалась не слишком явно улыбаться. В голове только и вертелось: « О да, вернёмся. Обязательно. В другой жизни, может быть. Если корабль внезапно решит снова пришвартоваться именно здесь. Что, разумеется, маловероятно».

Эмрис конечно, выглядел так, будто только что выиграл состязание на лучшего торговца континента. Его волосы упали на лицо, когда он забирал оставшиеся две баночки назад, а зелёные глаза сияли торжеством.

Мы попрощались, и только когда дверь за нами мягко захлопнулась, я позволила себе выдохнуть.

– Ну и спектакль, – пробормотала, оглядываясь на белоснежное здание. – Честно, я не знаю, кто из нас ведьма: я с зельями или ты со своими глазами.

Эмрис довольно усмехнулся:

– Главное, что мы получили деньги.

– Угу, – кивнула, поправляя сумку.

Далее мы решили всё же навестить знахаря, и показать ему оставшиеся зелья. Возможно, на этот раз у нас заберут всё, и мы сможем купить не только продукты, но и одежду для моего обаятельного фамильяра. А то как-то не солидно ему щеголять в одном и том же. Да и вообще, у меня то есть одежда, благо чемоданы забрала с родового домика, а вот у него…

Улочка вывела нас к скромному дому на окраине. Дверь его украшали нарисованные зелёные листья – простенько, но так, что сомнений не оставалось: именно сюда направлял нас орк.

– Вот и местный знахарь, – пробормотала я, разглядывая всё вокруг. – Представляю себе сухонького старика с бородой до пояса и голосом, похожим на скрип старых дверей.

– Ага, – усмехнулся Эмрис. – И наверняка с ворчанием в комплекте.

Но реальность оказалась совсем иной.

Во дворе, под навесом, стояла широкая деревянная беседка, оплетённая вьющимися растениями. Именно там, за простым столом, нас встретил не седой старик, а высокий мужчина. Широкоплечий, с цепким взглядом и странной аурой, которая сразу же заполнила пространство. Нет, она не давила и не настораживала – напротив, от неё веяло спокойствием и умиротворением, словно он умел утихомиривать чужие мысли одним своим присутствием.

– Если пришли с миром, – сказал он негромко, – проходите.

– С миром, – повторила я, не забыв при этом о приветствии.

Мы сели напротив. И я, больше не говоря ни слова, достала оставшиеся пузырьки, расставляя их на столе. Мужчина же, внимательно проследив за моими действиями, протянул руку, и сильные, но удивительно аккуратные пальцы подхватили одно из зелий.

И тут я заметила то, от чего чуть не ахнула: каждый раз, как он открывал колбу, на кончиках его пальцев вспыхивали крошечные искры. Они проскальзывали вниз, касались жидкости, и возвращались обратно. Создавалось впечатление, что эти искры проверяли суть содержимого.

В эти мгновения мужчина замирал. Глаза его чуть прищуривались, а лицо становилось неподвижным, как у человека, который слушает нечто далёкое и важное. Казалось, что он считывает всё содержимое, до последней травинки.

Эмрис, конечно, подался вперёд, чтобы рассмотреть поближе, но я едва заметно пнула его ногой под столом.

– Чьи это зелья? – наконец спросил знахарь. – Кто собирал ингедиенты? Кто варил?

Я замялась, но помня слова орка, решила сказать правду:

– Моя прапрабабка.

Он бросил на меня долгий, внимательный взгляд, будто изучал не слова, а саму меня. Несколько секунд он сидел так, а затем кивнул и, не сказав больше ни слова, поднялся и удалился в дом.

Мы с Эмрисом остались за столом, переглянувшись.

– Это что было? – прошептал он. – Испугался? Или вспомнил, что у него каша на плите?

– Не знаю, – честно призналась глядя на закрывшуюся за ним дверь.

Над беседкой повисла тишина, и уже начало казаться, что он вовсе не вернётся. Но спустя несколько минут мужчина всё же появился вновь. В руках он держал небольшой бархатный мешочек, который положил на стол передо мной.

– Надеяться на дальнейшую встречу не стану, – сказал он спокойно. – Но рад, что имел возможность обменяться с вами. Этого достаточно. Теперь я смогу сам изготовить такие же.

Подхватив мешочек, благодарно улыбнулась и встала.

– Спасибо, господин, – в ответ, он чуть наклонил голову, а после посмотрел в сторону выхода, без слов намекая на то, что нам пора.

Мы вышли со двора. И уже на улице, оглянувшись, я ещё раз посмотрела на дом. Мужчина стоял всё там же, вдалеке, словно тень между листвой, и следил за нами.

– Знаешь, – тихо сказала я, – у меня такое чувство, что в будущем нам придётся встретить ещё не одного такого чудака.

– Ну хоть будет с кем сравнивать. А то я уже заскучал.

Я лишь закатила глаза, крепче прижимая сумку с нашими богатствами. Теперь нам точно хватит на всё, что я задумала.