Текст книги "Корабль целительницы (СИ)"

Автор книги: Надежда Райская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 30 страниц)

Глава 33. Постоялый двор

До постоялого двора добрались без происшествий, и это само по себе казалось подозрительным. Город жил своей обычной жизнью – слишком обычной для того, что уже успело проскользнуть сквозь нас.

Улицы были широкими, вымощенными неровным камнем, отполированным тысячами шагов. Где-то под ногами тихо скрипел песок, где-то плескалась вода из бочек, выставленных у лавок. Люди сновали туда-сюда: кто-то торопился, прижимая к груди свёртки, кто-то неспешно шёл вдоль рядов, разглядывая товар, а кто-то просто стоял у дверей, переговариваясь с соседями, будто никуда и не спешил.

Над головами лениво перекликались птицы, устроившись на ветвях редких деревьев, протянувшихся вдоль улицы, и их щебет неожиданно успокаивал, будто в этом городе всё было… правильно.

И всё же ощущение тревоги не отпускало. Словно под этим спокойствием что-то пряталось.

Эмрис, который ещё недавно был непривычно серьёзен, постепенно вернулся к себе привычному. Он шёл рядом с Тайтаром, то и дело вставляя какие-то истории с преувеличениями, конечно – о том, как они добывали провизию, как торговались, как чуть не остались без ужина из-за «ужасно вредного торговца».

Я слушала вполуха, но ловила себя на том, что его голос всё-таки разряжает обстановку. Правда, о зельях он предусмотрительно молчал. Видимо, решил не испытывать судьбу второй раз.

Тайтар же двигался впереди, как и положено кому-то большому, тяжёлому и крайне убедительному. Люди невольно уступали ему дорогу, даже не задумываясь. Он не толкал, не рычал – просто шёл, и этого хватало.

Время от времени орк оглядывался, оценивая улицу, лица, движение. В нём не осталось той расслабленной грубоватости – сейчас он был собран, внимателен, и в этом его состоянии чувствовалось что-то надёжное.

Пожалуй, я была права утром. В команде он не просто так.

Леарон шёл рядом с Вархом, почти незаметно поддерживая его под локоть. Делал это так, будто случайно, будто просто идёт рядом – но я видела, как он следит за каждым его шагом, впрочем, как и Кайра. Если бы не знала, как он выглядел в нашу первую встречу, решила бы, что передо мной совсем другой эльф. Не холодный и отстранённый, а… живой. Настороженный, но не чужой.

Эиландиль держалась рядом, иногда бросая быстрые взгляды по сторонам, и в её движениях сквозило напряжение. Она будто чувствовала город иначе – глубже, острее.

Я же шла позади.

Не потому что отставала. Просто… так было удобнее думать.

Мысли снова и снова возвращались к одному и тому же. К этой дряни, что цеплялась к людям, как грязь к подолу. К тому, как она незаметно расползается. Словно кто-то проходит по миру, оставляя следы, а остальные просто наступают в них, не зная, во что вляпались.

Как собрать их всех?

Как вытащить это разом, не разрывая каждого по отдельности?

Ответа пока не было. Только ощущение, что действовать придётся быстро.

Перед глазами всплыла девчонка с мячом. Лира. Тогда всё казалось лёгким – слабый след, почти незаметный. Но сейчас… сейчас я уже не была в этом так уверена. Возможно, это и было началом. Тонкой трещиной, через которую потом пролезает всё остальное.

Если мои травы и зелье сработали – ей повезло.

А вот её близким…

Я перевела взгляд на проходящих мимо людей. На женщину с корзиной, на старика у лавки, на мальчишку, тащащего ведро воды.

Сколько из них уже задело?

И кто следующий?

Свернув за угол, мы вышли к постоялому двору.

Кайра рядом едва заметно замедлилась. Тяжёлый, сдержанный вздох выдал её с головой. Она смотрела на дом так, будто видела его впервые… и одновременно слишком хорошо помнила всё, что скрывалось за этими стенами. Беспомощность. Долгие часы у постели мужа. Ту липкую, давящую тишину, в которой даже дыхание казалось чужим.

Я невольно задержала на ней взгляд.

Мы были там один раз. А она… жила в этом. День за днём.

И от этого даже мне стало не по себе.

– Идёмте, – сказала негромко, но так, чтобы услышали все.

Несколько шагов вперёд – и я уже обгоняла нашу разношёрстную компанию. Почему-то не хотелось тянуть. Чем быстрее войдём – тем быстрее станет понятно, с чем ещё придётся иметь дело.

– Раньше начнём – раньше закончим.

На мгновение остановилась у крыльца, обернулась.

– Кайра…

Она подняла на меня взгляд.

– Постарайтесь вспомнить всех, кто заходил к вам в дом. Во время болезни, естественно.

Женщина кивнула сразу. Слишком быстро. Будто уже прокручивала это в голове не раз.

Я коротко кивнула в ответ и развернулась к двери.

Ладонь легла на ручку.

В груди что-то неприятно сжалось – не страх, нет… скорее ожидание. Как перед шагом в тёмную комнату, где ты уже знаешь, что свет сам не включится.

Пора было возвращаться.

И закончить то, что мы начали.

В длинном, аккуратно прибранном зале, где вдоль стен стояли тяжёлые столы, а у окон сидело несколько посетителей, нас встретила всё та же женщина с усталым лицом.

Она сначала улыбнулась Кайре – привычно, по-домашнему тепло, – а потом её взгляд скользнул дальше… и замер на Вархе.

Живом.

Осунувшемся, всё ещё слабом, но стоящем на ногах.

В её глазах на мгновение вспыхнуло что-то такое, что не спутаешь ни с чем – удивление, облегчение и вера, которая вдруг получила подтверждение.

– Не иначе боги смилостивились… – выдохнула она, всплеснув руками и поспешно выходя из-за стойки. – Я ведь молилась за вас…

Варх ответил ей усталой, но настоящей улыбкой. Что-то сказал – тихо, хрипло. Она закивала, засыпая его словами, словно боялась, что если замолчит, он снова исчезнет.

Но до их разговора мне не было дела.

Шум зала отступил на второй план.

Я прислушивалась.

Не к голосам. К пространству.

Пытаясь нащупать… след.

Ту самую чёрную, липкую нить, что уже знала на ощупь. Искала её в углах, в стенах, в самом воздухе. Присматривалась не глазами – глубже, туда, где обычно не смотришь.

Чисто.

Слишком чисто.

Это настораживало сильнее, чем если бы я что-то нашла.

Сделала шаг вперёд, почти не замечая, как оказываюсь рядом с женщиной. Той самой, которую Кайра назвала Леоной.

Рука сама потянулась – осторожно, почти невесомо коснулась её запястья.

Она вздрогнула.

Резко, словно от неожиданного холода.

Я почувствовала это – её растерянность, короткий всплеск страха… и ничего больше.

Ни следа.

– Всё в порядке, – донёсся голос Кайры. – Велена не навредит.

Покачав головой, отступила на шаг.

– Здесь чисто, – тихо произнесла, больше для себя, чем для остальных.

И это «чисто» почему-то совсем не радовало, потому что я знала, что нас ожидает дальше.

Пока я решала, с чего начать, Эмрис уже действовал.

Он без лишних объяснений обратился к Леоне, попросив помочь Кайре составить список всех, кто бывал в доме во время болезни хозяина. Та, немного растерянная, но всё же собранная, кивнула и сразу взялась за дело, уверяя, что помнит каждого.

По её лицу было видно – она до конца не понимает, что происходит. Кто мы такие, зачем пришли, и почему всё это вдруг стало таким важным.

Но это уже не наша забота.

Ответы она рано или поздно получит от хозяев. Если ей их вообще решат дать.

Наша задача была другой.

И то, что на нас смотрят с любопытством, недоверием, а местами и с опаской – не должно было нас останавливать.

Ещё раз медленно окинув взглядом зал, встретилась глазами с Эмрисом.

Он понял без слов.

– Надо идти дальше, – сказала, уже разворачиваясь в сторону знакомого коридора.

Шаги за спиной подсказали, что меня услышали.

– И позаботься о том, чтобы все из списка были доставлены, – добавила, не оборачиваясь.

– Сюда? – голос Эмриса был спокойным, но в нём всё же скользнула тень сомнения.

– Да, – кивнула. – Здесь достаточно места. Столовая подойдёт. Разместим всех, кто может быть заражён.

На мгновение остановилась, чуть повернув голову.

– Остальных лучше выпроводить. Без лишнего шума.

Кайра тем временем уже подошла ближе. В её взгляде появилась решимость – та самая, что приходит, когда страх уступает место действию.

– Покажите мне комнаты постояльцев, – обратилась я к женщине.

Та замерла на секунду, явно не ожидая такого поворота, но всё же, кивнула, оставляя вопросы не высказанными.

Вернувшись к стойке, она быстро перекинулась парой слов с Леоной и Вархом, после чего сняла со стены тяжёлую связку ключей.

Металл тихо звякнул.

– Идёмте, – сказала она уже увереннее и направилась вперёд.

Я последовала за ней.

Теперь начиналась настоящая работа.

Глава 34. Очищение

Комнаты мы проверили быстро.

Не без недовольных взглядов, не без приглушённого ворчания за спиной, но быстро. Дверь за дверью, ключ за ключом – и в каждой одно и то же.

Чисто.

Ни следа. Ни тени. Ни того липкого, холодного ощущения, которое уже успело стать узнаваемым.

Это… сбивало с толку.

Пока шли по коридору, мысли крутились сами собой, цепляясь одна за другую.

Странно.

Если эта дрянь цепляется за человека, если она способна прорастать, укореняться… почему она не пошла дальше? Почему не перекинулась на постояльцев? Не выползла наружу, на улицы, в людей, в шумный город?

Почему осталась там?

Запертая.

Словно… привязанная.

Я замедлила шаг.

Неужели она не может существовать без носителя? Или без того, кто её запустил?

Если так… Это многое упрощает. И одновременно пугает. Потому что тогда источник становится куда важнее, чем всё остальное.

Мы остановились у двери в жилую часть.

Кайра рядом едва заметно побледнела. Руки её дрогнули, когда она поднесла ключ к замку. Металл звякнул о скважину, не попав с первого раза.

Положила ладонь ей на плечо, напомнила, что она не одна.

Если удалось вытащить её мужа… значит, и с этим справимся.

Щелчок.

Дверь медленно поддалась.

Навстречу сразу пахнуло.

Тяжёлым, застоявшимся воздухом, в котором застрял тот самый кисловатый запах. Уже не такой плотный, как в прошлый раз… но всё ещё неприятный.

Цепляющий.

– Откройте окна. И шторы, – сказала спокойно, не оборачиваясь. – Пусть всё выветривается.

Дальше пошла прислушиваясь и всматриваясь в каждый угол и стены. Пыталась почувствовать хоть что-то. Но… Пусто.

Будто то, что жило тут – отступило. Спряталось. Или… уже ушло.

Лишь у самой двери, за которой лежал Варх, это ощущение вернулось.

Слабое. Едва заметное. Как тень от тени.

Что-то ещё цеплялось. Упорно, почти упрямо. Держалось… непонятно за что.

Я остановилась.

– Сюда не входить, – резко сказала, вскинув руку, когда Кайра шагнула следом.

Она замерла.

– Закройте дверь. И ждите там.

Дождавшись, когда Кайра исчезнет, вновь повернулась к ложу, вспоминая тот первый визит, и беспомощность Варха, который сегодня смог пройти весь путь домой своими ногами.

– Мы справимся, – прошептала, ставя сумку на стол.

Достала нужные пузырьки, пучок трав, ступку.

Движения стали чёткими. Выверенными.

Травы под пальцами крошились легко, почти послушно. Я растирала их, превращая в мелкую, сухую пыль, и ссыпала в металлическую пиалу.

Капля настоя. Ещё одна.

Запах изменился сразу – стал резче, глубже.

Поднесла огонь.

Пламя лениво лизнуло смесь… и вскоре по комнате начал расползаться густой, тягучий дым.

Выпрямившись, на мгновение закрыла глаза, ощущая те самые остатки теней, едва заметно цепляющиеся за углы.

– Тебе здесь не место… – открыв глаза, провела над пиалой рукой, направляя дым в сторону угла. – Здесь не за что держаться…

Взмах в другую сторону, и густая дымка с ароматом трав, поплыла в другую сторону.

– Здесь нет для тебя ни силы… ни пути…

В воздухе что-то слабо, почти незаметно дрогнуло.

Но я это почувствовала.

– Уходи, – выдохнула тише, но жёстче.

Рука описала полукруг, направляя дым в тень у стены.

– Это конец.

Дым заползал в углы, скользил по стенам, поднимался вверх, цепляясь за то, что ещё пыталось удержаться.

И с каждым словом становилось легче дышать. Легче стоять. Легче… чувствовать.

Я не спешила.

Пока в комнате не осталось ничего, кроме… дыма.

Накрыв пиалу, ещё раз медленно оглядела комнату – уже иначе. Не настороженно, не в ожидании подвоха, а с той осторожной уверенностью, которая приходит после правильно сделанного шага.

Потом развернулась к окну.

Тяжёлая ткань штор поддалась с лёгким шорохом, створка открылась почти сразу – и в комнату ворвался воздух. Живой. Свежий. С лёгкой сыростью реки и запахом нагретого камня.

Наконец-то можно было вдохнуть по-настоящему.

Опершись ладонями об узкий деревянный подоконник, на мгновение закрыла глаза.

– Я это сделала… – выдохнула тихо, больше для себя, чем вслух.

Когда открыла глаза, взгляд сам собой ушёл наружу.

Город жил. Шумел, двигался, переливался голосами. Люди спешили по своим делам, переговаривались, кто-то спорил, кто-то смеялся… обычная, спокойная жизнь.

И ни один из них не знал, что происходит здесь, за этими стенами.

Да и не стал бы задумываться.

Пока не коснётся – не поверишь.

Пока не накроет – не почувствуешь.

Уголок губ невольно дёрнулся, когда взгляд зацепился за маленькую фигуру внизу.

Гном.

Невысокий, крепко сбитый, с деловым видом и каким-то удивительным упрямством в походке. Он шёл, уткнувшись в записи, что-то бубнил себе под нос, старательно выводя строки прямо на ходу.

И, конечно же, не смотрел под ноги.

Я чуть подалась вперёд, уже заранее догадываясь, чем это закончится.

Так и вышло.

Он споткнулся.

Резко взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие, но вместо этого только добавил хаоса – листы вспорхнули вверх и разлетелись по мостовой.

Ветер, словно только этого и ждал, подхватил их, закрутил, потащил в разные стороны.

Гном замер на секунду, а потом разразился такой тирадой, что, даже не понимая ни слова, можно было безошибочно определить – ругательства.

Причём от души.

Улыбка сама собой растянулась шире.

Жизнь.

Обычная, немного нелепая, местами смешная.

И такая далёкая от того, что только что происходило в этой комнате.

Оттолкнувшись от подоконника, выпрямилась.

– Ладно… – пробормотала тихо. – С этим разобрались.

Аккуратно собрала всё обратно в сумку: пузырьки, ступку, остатки трав. Проверила ещё раз углы, стены – уже привычным, почти автоматическим движением.

Теперь действительно чисто.

Подойдя к двери, открыла её.

Кайра стояла тут же, словно всё это время не отходила ни на шаг. В её взгляде смешались тревога и надежда, такая сильная, что от неё становилось почти неловко.

– Всё в порядке, – сказала мягче, чем собиралась. – Здесь больше ничего нет.

Женщина выдохнула так, словно своими словами, я сняла с её плеч невыносимый груз.

– Весь дом чист, – добавила, перехватывая сумку удобнее. – Осталось проверить тех, кто бывал у вас в это время.

Теперь начиналось самое сложное.

И, возможно, самое важное.

– Хозяйка…

Голос Эмриса прозвучал так близко, что я едва не вздрогнула. Он выскочил из-за угла так резко, что чуть не врезался в меня, заставив отступить на шаг.

– Ты уже закончила?

Кивнула, и только тогда толком его разглядела.

Вид у него был… мягко говоря, сомнительный.

Лицо перепачкано сажей, словно он только что лично с огнём договаривался. Рукава рубахи подпалены, местами ткань потемнела, а штаны… лучше вообще не спрашивать, где он там успел побывать.

– Что случилось? – перехватила его за руки, уже привычно проверяя, нет ли ожогов. – У нас пожар?

Пальцы скользнули по коже – целой, тёплой, без следов повреждений. Это немного успокоило, но легче не стало.

Подняла на него взгляд.

– Ну?

– Нет, – быстро отмахнулся он, пытаясь стряхнуть с себя сажу, но только размазывая её ещё больше. – Здесь всё спокойно. Это у травницы…

Он поморщился, будто сам до конца не верил в то, что сейчас скажет, и, не давая мне задать следующий вопрос, схватил за руку, потянув за собой в сторону зала.

– У травницы был пожар. Но мы успели. Потушили.

– Пожар?.. – переспросила, уже идя за ним.

– Склад загорелся, – бросил через плечо. – Там, где она травы держала.

Вот теперь внутри неприятно кольнуло.

Склад. Травы.

Случайность?

Или нет.

Но вслух я спросила другое:

– С ней что?

Эмрис кивком указал вперёд.

– Да вон она.

Взгляд нашёл её сразу.

Женщина сидела за одним из столов, сгорбившись, словно стала меньше ростом. Волосы растрёпаны, в них застряли тёмные следы копоти, руки сжаты на коленях. Глаза – растерянные, всё ещё не до конца вернувшиеся в реальность.

Живая.

Но на грани.

– Обошлось, – тихо добавил Эмрис, уже спокойнее. – Только испуг. Ну… и часть трав сгорела. Да и дом пострадал. Но могла вообще всё потерять.

Переведя взгляд на пожилую травницу, на мгновение задержалась, просто наблюдая.

Растрёпанные волосы, в которых запуталась копоть. Потускневший платок, съехавший на плечи. Руки – сжатые, напряжённые, словно она до сих пор держит что-то, чего уже нет. В глазах – растерянность, усталость… и тот самый след пережитого страха, который не проходит сразу, а ещё долго живёт где-то внутри.

Сократив расстояние, подошла ближе, уже не просто глядя – всматриваясь.

Дрожащие руки… кожа на них местами покрасневшая, с неровными следами ожогов – не тяжёлых, но болезненных. Дыхание – сбивчивое, слишком частое, будто она всё ещё задыхалась в дыму. И взгляд… рассеянный, настороженный, словно мир вокруг вдруг стал небезопасным местом.

Внутри неприятно сжалось.

Очень не хотелось снова увидеть то, что уже видела.

Очень.

Рука сама потянулась вперёд, осторожно касаясь её плеча.

В глубине души теплилась упрямая надежда: что здесь ничего нет. Что это просто пожар. Случайность. Невнимательность. Зажженная свеча, забытый очаг, неосторожное движение – да что угодно, лишь бы не оно. Лишь бы не та чернь.

Женщина резко дёрнулась, пытаясь отстраниться.

Но не успела.

Эмрис оказался рядом мгновенно.

Его ладонь легла на её второе плечо, уверенно, без лишней силы, но так, что сопротивляться уже не хотелось.

– Сиди спокойно, – его голос вдруг стал жёстким, без привычной усмешки. – Это для твоей же безопасности.

Женщина замерла.

А я… прислушалась.

И… почти ничего.

Ни той плотной тяжести, ни липкого холода, что оплетал Варха, ни ощущения чужого присутствия под кожей. Только слабый отклик – едва уловимый, будто на грани восприятия.

Сначала даже показалось, что это просто след. Отголосок. Что-то похожее на то, что было у той девочки… Лиры.

Но нет.

Я задержала дыхание, вслушиваясь глубже.

Это было не совсем следом. Скорее… зачатком. Маленьким, почти невидимым зерном, спрятанным где-то внутри. Тихим, пока безвредным, но живым. И от этого становилось не по себе сильнее, чем от явной угрозы.

Потому что такие вещи не остаются прежними. Они растут.

Медленно, незаметно, пока не становится слишком поздно.

И тогда будет уже не лёгкое недомогание.

Тогда будет Варх.

Медленно выдохнула, убирая руку.

Ну что ж… значит, нужно вырвать это сейчас.

Глава 35. Пациенты постоялого двора

Решив заодно проверить всех собравшихся, отступила от травницы, позволяя себе короткий вдох. Сил на неё ушло не много, а значит, пока ещё держусь. Да и людей здесь оказалось меньше, чем ожидалось.

Эмрис по пути успел сообщить, что за время очистки дома удалось найти почти всех, кто навещал Варха во время болезни. Сейчас все они сидели в общей столовой постоялого двора, настороженные, напряжённые, явно не понимающие, зачем их вообще сюда позвали.

Восемь человек.

Всего восемь.

Но даже этого хватало, чтобы воздух в помещении казался тяжёлым.

Кто-то шептался. Кто-то бросал быстрые взгляды в сторону Варха. Кто-то откровенно косился на меня, словно пытаясь понять, стоит ли бояться.

Взгляд сам собой зацепился за травницу. Та сидела ссутулившись, нервно теребя край платка. Чуть дальше – худой мужчина с тонкой бородкой, похожий скорее на писаря, чем на человека, способного навредить хоть кому-то. Старуха с двумя длинными косами, уложенными на колени, не моргая следила за каждым моим движением. А рядом с ней развалился дедок, увешанный костяшками, бусинами и какими-то пёстрыми тряпками так, словно нацепил на себя половину рынка.

Шаман.

Ну конечно.

Это читалось сразу.

Так же, в поле зрения попали две женщины, перешептывающиеся между собой, и мужчина. Совершенно обычной внешности.

– Вас собрали здесь, чтобы проверить на наличие проклятия, – спокойно пояснила, отходя чуть дальше, чтобы видеть сразу всех.

По столовой тут же прокатился тихий гул.

Кто-то недоверчиво хмыкнул. Кто-то наоборот побледнел.

– Каждый из вас контактировал с Вархом во время его болезни, – продолжила, – но никто не смог ему помочь, потому что это была не обычная хворь.

– Я не видел никакого проклятия! – тут же вскинулся шаман, резко поднимаясь со своего места.

Костяшки и бусины звякнули так громко, что захотелось поморщиться.

– Духи сказали, что Варх несёт наказание за неверное решение! Это расплата за…

– Да за что меня наказывать?! – не выдержал сам Варх, резко подавшись вперёд. – Всю жизнь работал, никому зла не делал, а загибался так, будто меня заживо в землю закопали!

Кайра тут же схватила мужа за руку, пытаясь успокоить, но тот уже завёлся.

Пришлось поднять ладонь, останавливая их обоих прежде, чем спор разгорится сильнее.

– Твои духи ошиблись, шаман, – ровно сказала, переводя взгляд на старика. – Это действительно проклятие. И оно имеет свойство цепляться за окружающих.

Старик аж раздулся от возмущения.

– Я шаман! – громыхнул он так, будто собирался перекричать всех в помещении. – Меня не коснётся никакая дрянь! Я под защитой духов!

Закатив глаза, мысленно выругалась.

Вот ведь началось.

Сейчас ещё выяснится, что половина города находится под защитой духов, богов, предков и святого котла с кашей.

– Возможно, – миролюбиво согласилась, решив не раздувать конфликт ещё сильнее. – Вот только проверить всё равно придётся.

Старик шумно засопел.

Потом резко развернулся, явно намереваясь уйти.

Вот только стоило ему сделать пару шагов к выходу, как путь преградил Леарон.

Эльф заслонив собой дверь, сложил руки за спиной, и смотрел на шамана так спокойно, что даже мне стало не по себе.

– Выйдешь только в том случае, если на тебе ничего нет, – произнёс он ровным холодным голосом.

И этого оказалось достаточно.

Шаман замер.

Даже бусины перестали звенеть.

Несколько мгновений он ещё сверлил эльфа взглядом, явно решая, стоит ли продолжать возмущаться, но всё же недовольно засопел, отступая назад.

– Присядьте, – указала на его место.

Дождавшись, пока старик устроится, подошла ближе и, не желая выслушивать новую порцию возмущений, просто прикрыла глаза, касаясь его плеча.

И почти сразу наткнулась на вязкую, липкую чернь. Она уже проросла внутри него зерном и теперь медленно тянулась дальше, словно тонкие корни под влажной землёй.

Ещё немного. Всего несколько дней. И эта дрянь захватила бы его полностью.

Отдёрнув руку, резко открыла глаза. Моргнула пару раз, прогоняя появившихся чёрных мушек. И уже нормальным взглядом выцепила Эмриса, который как обычно находился рядом.

Кивнув, дала ему понять, что этот дедок тоже заражен.

Фамильяр всё понял без слов.

– Присядьте пока рядом с травницей, – без всякой вежливости произнёс он, настойчиво указывая старику нужное место.

Тот попытался было что-то возразить, но под взглядом Эмриса всё же заткнулся и нехотя поплёлся к столу.

Больше задерживаться на нём не стала.

Следующие проверки прошли легче.

Ни зерна. Ни проросшей черни.

Лишь слабые следы.

Лёгкие отпечатки, будто кого-то лишь краем задело этой дрянью. Как Лиру тогда.

Неприятно, но поправимо.

Отступив чуть в сторону, задумчиво оглядела помещение.

Напряжение всё ещё висело в воздухе, но паники уже не было. Люди постепенно начинали понимать, что никто не собирается их убивать или жечь на костре.

Взгляд остановился на Эйландиль.

– Идём, поможешь, – тихо позвала её, направляясь в сторону кухни.

У самой двери обнаружилась Леона.

Женщина тут же встрепенулась.

– Для того чтобы приготовить отвар, нам нужна кухня, – пояснила ей.

Та быстро закивала и сразу открыла дверь, пропуская нас внутрь.

На кухне вновь стало чуть спокойнее.

Сумка опустилась на стол.

Следом на деревянную поверхность легли пучки трав, пузырьки с настоями, маленькая ступка и связки сушёных цветов.

– Нужна большая ёмкость, – попросила Леону, параллельно перебирая травы. – И чистая вода.

Женщина тут же засуетилась.

Эйландиль тем временем уже принялась измельчать травы, даже не задавая лишних вопросов. Тонкие пальцы эльфийки двигались быстро и уверенно, а я неожиданно поймала себя на мысли, что рядом с ней работать удивительно спокойно.

Леона поставила на плиту большой котелок.

Вода постепенно начинала шуметь.

А я, доставая из сумки пузырьки с настоями, мысленно прикидывала пропорции.

Сколько добавить. Чего именно. Как сделать так, чтобы хватило всем.

С одного раза должно помочь.

Обязано.

А после ещё можно разлить остатки по фляжкам и выдать каждому с собой. На всякий случай.

Потому что оставались ещё те, кого не нашли.

Как раз в тот момент, когда отвар был почти готов, и тёмная ароматная жидкость в котелке лениво выпустила последние пузырьки воздуха, затихая на медленном огне, дверь кухни резко распахнулась.

Эмрис появился стремительно, будто за ним гналась половина города.

С глухим стуком он водрузил на стол рюкзак Тайтара и тут же вывалил из него собранные фляжки.

Стекло звякнуло.

Леона вздрогнула.

А я удивлённо подняла взгляд.

– Так быстро?

– Всё для тебя, хозяйка, – подмигнул фамильяр с таким видом, будто совершил величайший подвиг последних лет.

Впрочем, долго серьёзным он оставаться не смог.

Окинув взглядом кухню постоялого двора, Эмрис трагично вздохнул.

Очень показательно.

Даже руку к груди приложил.

– Нет, это измена, Велена, – с укором протянул он. – Променять кухню волшебного корабля на вот это...

Широкий жест рукой охватил всё сразу.

Старую печь, которую только что погасили. Немного закопчённую стену. Кастрюлю с подозрительно подгоревшим боком. Потрёпанный стол.

– Не порядок, – заключил он и неодобрительно поцокал языком.

Фыркнув, откупорила первую фляжку.

Запах трав тут же стал ещё насыщеннее.

– Ты бы лучше за гостями следил, – заметила, осторожно разливая горячий отвар. – А то ещё разбегутся. Особенно один очень шумный шаман.

Эйландиль тихо хмыкнула, отложив в сторону доску, на которой не так давно нарезала пучок трав.

– Кстати, – как ни в чём не бывало продолжила я, – шамана и травницу придётся забирать на корабль.

Эмрис мгновенно перестал кривляться. Но потом снова ожил.

Подойдя к полкам, он указал Леоне на стоящие рядами кружки. И улыбнулся.

Вот зря. Очень зря.

Потому что женщина охнула так, словно прямо сейчас увидела спустившееся с небес божество.

Я медленно перевела взгляд на фамильяра. Потом на металлический, тяжелый половник в своей руке. Вполне подходящий для воспитательных мер.

Судя по тому, как дёрнулся уголок рта Эмриса, мои мысли он прочитал сразу.

– Всё-всё, понял, – поспешно поднял руки этот хвостатый паразит. – Уже ухожу. Меня там шаман заждался. Он, оказывается, очень деятельный человек. Настолько деятельный, что Леарону приходится стоять у двери ледяной статуей и не выпускать его наружу.

Налив отвар ещё в одну фляжку, покачала головой.

– Не издевайся.

– Да я восхищаюсь, – невинно заявил Эмрис. – Ты вообще видела Леарона в гневе? Я, признаться, даже проникся.

На этих словах половник в моей руке опасно дёрнулся.

Фамильяр тут же отскочил на шаг.

– Вот теперь точно ухожу, – фыркнув напоследок, моментально исчез за дверью.

Несколько секунд на кухне стояла тишина. А потом со стороны Эиландиль послышался тихий смешок.

– Удивительное существо твой фамильяр, – заметила она, качнув головой.

– К сожалению, – вздохнула, вновь берясь за фляжки, – ещё и бессмертное. Иначе Тайтар давно бы его прибил. Да и я иногда очень близка к этому.

Взгляд сам собой метнулся в сторону Леоны.

Женщина всё ещё стояла у нависающих деревянных полок, прижимая ладони к груди, и смотрела туда, где только что исчез Эмрис, с таким блаженным выражением лица, что в этот момент раздражала куда сильнее самого фамильяра.

Пальцы сильнее сжались на ручке половника. И если бы не тихий смешок Эйландиль за спиной, кто знает, чем бы всё закончилось.

– Заметно, – протянула эльфийка с неожиданной лёгкостью в голосе.

Удивлённо покосилась на неё, не сразу понимая, о чём именно речь.

Эйландиль тем временем спокойно забрала у меня наполненную фляжку и ловко закупорила её.

– Мы с Леароном тоже не сразу нашли общий язык, – продолжила она так буднично, словно речь шла о погоде.

Брови сами собой поползли вверх.

К чему вообще сейчас этот разговор?

Но эльфийка, кажется, прекрасно понимала моё недоумение, потому что уголки её губ дрогнули в мягкой улыбке.

– Первые недели знакомства мы только и делали, что пытались задеть друг друга, – призналась она. – Подколоть. Вывести на эмоции. Хоть на какие-нибудь.

Её пальцы скользнули по стеклу фляжки.

А голос неожиданно потеплел.

– Наш народ с детства учат скрывать чувства. Не показывать лишнего. Держать лицо, даже когда внутри всё рушится. И, наверное, именно поэтому рядом с тем, кто действительно цепляет... становится особенно трудно.

На мгновение кухня будто притихла.

Слышалось только тихое потрескивание остывающей печи да едва уловимый звон стекла.

– А знаешь, что самое забавное? – Эйландиль подняла взгляд. – Сейчас именно начало наших отношений мы вспоминаем чаще всего.

Невольно улыбнулась, представляя то самое начало. Но опомнившись, вернулась к делу.

Заполнив последнюю фляжку, протянула её эльфийке.

– Надеюсь, с каждым прожитым годом у вас будет только больше счастливых воспоминаний.

Эйландиль бросив на меня лукавый взгляд, аккуратно отставила фляжки в сторону, а я тем временем разлила остатки отвара по кружкам, выставляя их на поднос.

Леона тут же встрепенулась, словно только и ждала возможности чем-то помочь, быстро подхватила его и поспешила в зал, расставлять приготовленный напиток гостям.

Мы с Эйландиль задержались всего на несколько мгновений.

Собрали со стола травы, пузырьки и оставшиеся фляжки. А затем молча направились следом.

На постоялом дворе мы провели куда больше времени, чем рассчитывали изначально.

К вечеру усталость уже ощущалась слишком отчётливо. Она не наваливалась резко, не сбивала с ног, но постепенно оседала в теле тяжестью, от которой хотелось просто сесть и несколько минут ни о чём не думать.

Да и остальные выглядели не лучше.

Варх заметно осунулся после разговоров и проверок, Кайра держалась только благодаря облегчению от того, что муж наконец стоит на ногах, Леона всё ещё поглядывала на нас так, будто не решила окончательно – бояться или благодарить.

Так что дальше тянуть смысла не было.

Каждому из тех, кого проверили, выдали по фляжке с отваром для закрепления эффекта, и после повторной проверки внутри наконец появилась уверенность, что с ними всё будет хорошо.

След почти исчез. Остатки черни растворялись медленно, но верно. А вот с шаманом и травницей всё оказалось сложнее. Их мы решили забрать на корабль.