Текст книги "Буря тайн и печали (ЛП)"
Автор книги: Мелисса Рёрих
сообщить о нарушении
Текущая страница: 34 (всего у книги 42 страниц)
Именно Кэт открыла заднюю дверь машины, припаркованной перед домом, вжившись в роль покорной фейри так же естественно, как дышала. И внезапно Акселю стало глубоко плевать на то, что они должны были изображать перед миром. Если это последние мгновения с ней, они не пройдут вот так.
Опустив руку ей на поясницу, он наклонился и прошептал:
– Садись.
Она напряглась, но подчинилась, забираясь на заднее сиденье. Он последовал за ней, захлопнув дверь. Павил сел за руль, Метиас на пассажирское место рядом. На их счастье, они ничего не сказали, и поездка в загородное поместье прошла в тишине.
Аксель никогда по-настоящему не думал, что дойдет до этого. Он всегда верил, что Теон что-нибудь придумает. Да, он бесконечно подкалывал брата из-за его нелепых теорий и одержимости книгами, но он также знал, что именно это давало им преимущество перед отцом.
Или, по крайней мере, он всегда на это надеялся.
Теон всегда находил выход, но не в этот раз. И, возможно, это его собственная вина, что он так сильно привык на него полагался.
Поездка, казалось, закончилась в мгновение ока, и Аксель уже тянулся к ручке двери машины. Павил и Метиас уже вышли, и прежде, чем открыть дверь, он повернулся к ней.
Яркие янтарные глаза.
Черные кудри, обрамляющие потрясающее лицо.
Жасмин, цитрус и пряности.
Целая и невредимая.
– Прости, Катя. За все, что сейчас произойдет. Насколько это вообще имеет значение. Прости, – произнес он, слыша в собственном голосе нотки поражения.
Он заметил, как в ее глазах заблестели слезы, но не стал ждать. Не мог. Толкнув дверь, он вышел наружу, подождал, пока она последует за ним, а затем они двинулись следом за Павилом и Метиасом вверх по ступеням и внутрь поместья.
Они прошли прямо через вестибюль и по коридору к кабинету его отца. Поместье было обставлено почти так же, как и Дом Ариуса. Акселю казалось, будто он снова в горах Озул: темные стены и вечная нехватка освещения, несмотря на яркий зимний день за окном. Эвиана наблюдала за ними со своего кресла возле стола отца.
Все формальности с поклонами и коленопреклонением были соблюдены, и вот он уже сидит перед отцом. Павил и Метиас стояли по обе стороны от него. Кэт было приказано встать рядом с Эвианой.
– Я удивился, что ты не захотел перенести встречу, – произнес Аксель, не в силах выносить тишину.
– С чего бы мне это делать? – спросил его отец, откладывая перо и откидываясь на спинку кресла.
Аксель пожал плечами, закидывая ногу на ногу:
– Разве у тебя не назначено через пару часов совещание по поводу недавних нападений?
– Да, но только через два часа, – ответил Вальтер. – Эта встреча проходит из-за завтрашнего слушания.
Брови Акселя приподнялись, когда он выдержал взгляд отца:
– А какое отношение я имею к слушанию Трибунала?
– Это гребанное слушание вообще не должно было состояться, – сказал его отец, и тени проступили в его зрачках. – Сейчас это лишь лицедейство и попытка отсрочить неизбежное.
– Соблюдение надлежащих процедур не кажется мне таковым.
– Я не ожидал, что ты это поймешь. Тебя не готовили к тому, чтобы занимать подобное положение, не так ли?
В наступившей многозначительной тишине Аксель понял, что отец ждет ответа.
– Нет, это не моя роль, – сдержанно произнес он.
– Именно. Однако это роль твоего брата. Он должен был найти решение, и не справился. – жестом указав в сторону Кэт, отец продолжил: – К этому моменту он уже должен был быть связан с новым Источником. Это гребанное слушание вообще не должно было состояться.
– Он сделал все, что мог. Мы все сделали. Мы часами искали…
– Мне не нужны оправдания его провалов, Аксель, – перебил отец. – Как и оправдания твоих.
– Моих? – повторил Аксель. – И чем же я разочаровал тебя на этот раз?
Он вздрогнул от вспышки силы, прокатившейся по нему. Его тени зашевелились под кожей. Конечно, до дня выдачи рациона крови оставалось еще два дня. Он не сомневался: отец специально подстроил эту встречу именно к этому моменту.
Затем он вздрогнул совсем по другой причине, когда карие глаза отца метнулись к Кэт. Это был единственный ответ, который отец собирался дать на его вопрос. И единственный, который ему был нужен.
Аксель поставил ногу на пол и выпрямился, когда отец снова заговорил:
– Как я уже сказал, это слушание вообще не должно было состояться. Но поскольку другие правители все еще настаивают на этом нелепом шоу, я начинаю думать, что они пытаются изменить прежние договоренности. Я им не доверяю.
– Вы все не доверяете друг другу, – произнес Аксель, пытаясь понять, как это коснется его и Кэт.
– Справедливое замечание, – согласился отец. – Но представители элиты в нашем королевстве доверяют им еще меньше. Они все обеспокоены неспособностью Теона контролировать слухи, которые ходят вокруг нее.
Аксель нахмурился:
– Ты имеешь в виду Тессу?
Вальтер кивнул, барабаня пальцами по столу:
– Твое заявление прав на фейри огня определенно помогло нашему делу. И двое других, которых мы забрали по рекомендации Теона, тоже перспективны.
– Но? – настаивал Аксель, чувствуя, как ладони потеют там, где он сжимал подлокотники кресла.
– Но мы все согласны, что жест доброй воли сейчас был бы очень кстати, – сказал отец.
– Кто это мы?
– Элита и мои советники.
Аксель заметил мимолетный взгляд отца вправо, где сидел Метиас, и не смог сдержать следующих слов:
– Эти уебки?
Губы Вальтера сжались, он закатил глаза:
– Вечно ты со своими гребанными театральными выходками.
– Когда эти двое стали твоими советниками? – потребовал Аксель, игнорируя оскорбление. – И зачем, кстати?
– Не то, чтобы ты имел право задавать вопросы о моих действиях, но Метиас и Павил не мои советники, Аксель, – тон отца выдавал, насколько тот близок к тому, чтобы окончательно сорваться. – Они здесь от имени Юлиуса и Манселя.
Кровь отхлынула от лица Акселя. Он хорошо знал этих элитных представителей королевства. Они были главными советниками его отца, чьи нравы и вкусы были столь же омерзительны, как и у самого Вальтера. То, чему он был вынужден быть свидетелем… в чем вынужден был участвовать из-за них…
Отец встал, застегивая пиджак:
– Они хотели бы провести некоторое время с фейри огня. Мои советники считают, что, увидев ее силу лично, смогут унять растущие опасения. И я с ними согласен.
– Каким, нахрен, образом это чему-то поможет? – вскочив на ноги, спросил Аксель.
Отец бросил на него взгляд, ясно говоривший о том, насколько глупым он считает своего второго сына:
– Наблюдение за тем, насколько могущественным будет новый Источник Теона, определенно их успокоит.
Вальтер обошел стол. Эвиана встала, когда он приблизился, но он прошел мимо своего Источника и остановился перед Кэт. Ее подбородок был опущен, глаза смотрели вниз, руки сложены перед собой. Акселю потребовались все остатки самообладания, чтобы остаться на месте, когда отец протянул руку и кончиком пальца поднял ее подбородок.
– Ты довольно мила, не так ли? – оглянувшись через плечо на Акселя, он добавил: – Должен признать, я вижу, в чем твой интерес, сын.
Аксель прикусил щеку изнутри так сильно, что почувствовал вкус крови.
Вальтер снова повернулся к Кэт, накручивая локон на палец:
– Но я полагаю, что, как только наши союзники увидят, насколько она… послушнее по сравнению с нынешним выбором Теона, любые сомнения отпадут сами собой. Ты согласен?
Отчаянно пытаясь придумать, как это остановить, Аксель произнес:
– Думаю, Теон будет крайне разгневан, если узнает, что его будущий Источник предоставили Юлиусу и Манселю в качестве развлечения.
– Тогда, возможно, он вспомнит цену неудачи, – ответил отец.
– Ты и так был недоволен тем, что она подпорчена шрамом, – продолжил спорить Аксель. – Ты же знаешь, что она вернется в гораздо худшем состоянии.
– Им были даны четкие указания, что допустимо, а что нет, – пренебрежительно ответил отец.
– Ты не можешь говорить это всерьез, – голос Акселя зазвучал громче, и это заставило отца полностью повернуться к нему.
Тьма обрушилась на Акселя, вынуждая его опуститься на колени, а затем – пасть еще ниже. Боль от того, как сила отца проникла в его вены и душила его собственные тени, заставила его свернуться. Когда тьма рассеялась, отец уже присел перед ним, лицо искажала ярость. С кинжала, который он крутил в руке, капала кровь, и только тогда Аксель почувствовал жгучую боль в плече.
Голос отца звучал низко и холодно:
– Ты заверял меня, что из-за нее не будет твоих чертовых истерик, и все же мы здесь. Если бы не твоя мать, которая настояла, чтобы мы все присутствовали на этих гребаных празднествах зимнего солнцестояния на этой неделе, ты бы отправился вместе с ней. Чтобы лично увидеть, к чему привели твои неверные решения.
Отец выпрямился, его сила по-прежнему придавливать Акселя к полу, словно невидимый сапог, упершийся ему в грудь.
– Я знаю, ты ждал, что брат все уладит за тебя. По правде говоря, часть меня надеялась, что ты попытаешься изменить исход самостоятельно. Но вместо этого ты в очередной раз подтвердил, почему ты лишь запасной наследник, которого я надеюсь, никогда не придется использовать. Какое разочарование.
Повернувшись к Павилу и Метиасу, он скомандовал:
– Портал одобрен. Отведите ее прямо туда, – кивнув в сторону Акселя, добавил: – Заберите и его с собой. Он сам найдет дорогу домой.
– Конечно, мой Лорд, – уже поднимаясь, сказал Метиас.
– Пойдем, Эвиана, – бросил Вальтер, направляясь к двери. – Мы не должны опаздывать на встречу.
Он оставил дверь открытой, и Аксель наконец позволил себе взглянуть на Кэт. Она стояла неподвижно, широко раскрыв глаза и глядя на него, распростертого на полу. Он почти физически ощущал ее внутреннюю борьбу: подойти к нему или остаться на месте.
Покачав головой, он перевернулся на четвереньки, выругавшись, когда рана в плече вспыхнула агонией. Он как раз успел подняться, когда увидел, что Метиас направляется к Кэт. Рыкнув, хлыст теней вырвался вперед и обвился вокруг горла мужчины, отдергивая его назад.
– Не смей, блядь, трогать ее, – прорычал Аксель.
– У нас приказ. Что ты хочешь, чтобы мы сделали? – потребовал Павил, но в его голосе звучала нервозность.
И правильно.
Аксель знал, что произойдет, если кто-то из них дотронется до нее. Эти ублюдки обладали даром внушать страх и панику (Прим.: Наследие крови Грасиль). Они усилят ее самые страшные и сокровенные кошмары. Аксель внезапно осознал, что даже не знает, чего она боится больше всего, но выяснять это таким способом он не собирался.
– Если вы хоть пальцем ее тронете, то, что Теон устроил в Доме Ариуса, покажется детской забавой по сравнению с тем, что сделаю я, – предупредил Аксель, выпрямляясь насколько мог и направляясь к Кэт.
– Мы должны сопроводить ее… – начал Метиас.
– Ты думаешь, я глухой? – резко спросил Аксель, беря Кэт за руку и переплетая свои пальцы с ее.
– Что? – растерялся Метиас.
– Я спросил, считаешь ли ты меня глухим? Разве я не присутствовал при всем этом разговоре?
– Да, но…
– Значит, либо ты думаешь, что я глухой и не слышал ни слова, либо ты возомнил, что твой статус в этой комнате выше моего? – произнес Аксель низким, угрожающим голосом.
Блядь, он был ранен, и это только подстегивало его гнев.
– Я так не считаю, но при всем уважении, Аксель…
– Наследник Сент-Оркас, – перебил он.
Метиас натянуто улыбнулся:
– Наследник Сент-Оркас. Я обязан следовать приказам Лорда Ариуса, а не твоим.
– Тронь ее, Метиас. Давай, рискни. А потом скажи мне, чьи приказы ты сочтешь более разумным выполнять в этот момент, – произнес Аксель с мрачной интонацией, от которой Кэт сильнее прижалась к его боку.
Павил зашевелился рядом, сжимая в руке телефон:
– Прошу прощения, Наследник Сент-Оркас, но нам велено сообщить Лорду, если вы будете создавать нам проблемы.
– Единственный приказ, который я отдал – не трогать ее. Разве я говорил что-то о препятствии отвести ее к порталу?
– Нет, но…
Все еще сжимая ее руку, он потянул Кэт за собой, выходя из поместья и направляясь обратно к машине. Он шел быстро, зная, что ей приходится бежать, чтобы не отставать. Но ему нужны были эти несколько секунд, чтобы поговорить наедине.
Открыв для нее дверцу машины, он тихо произнес:
– Когда наступит подходящий момент, позвони Тристину. Расскажи, что происходит, и попроси его о помощи.
– Тристину? – повторила она, искренне озадаченная.
– Его номер есть в моих контактах. Ты знаешь, как разблокировать телефон, – сказал он, садясь в машину следом за ней. – Спрячь его, – добавил он, кивнув на телефон.
Она быстро сунула его под бедро как раз в тот момент, когда Павил и Метиас сели в автомобиль.
Аксель сохранил номер Тристина Блэкхарта в телефоне после того, как тот дал им свою визитку при случайной встрече. Иметь прямой номер главы Lilura Inquest никогда не бывает лишним, и сейчас он благодарил всех богов за то, что он у него есть. Он также молился богам, чтобы Тристин оказался готов помочь «в любое время», как и предлагал, особенно если звонить будет Кэт.
Поездка до станции порталов прошла в напряженном молчании, и Аксель использовал это время, чтобы смириться с болью в плече. Теон и Лука помогут ему, когда он вернется. Если он вообще доберется туда.
Он стянул пиджак, зашипев от боли в плече. Кэт обеспокоенно посмотрела на него, но не решалась прикоснуться. Собравшись с силами, он закатал рукава, снял галстук и расстегнул верхние пуговицы рубашки.
Адреналин бурлил в венах, когда Павил сворачивал к заднему входу терминала. Конечно, портал Ариуса располагался в самом дальнем углу здания. Отец всегда ворчал по этому поводу, потому что это еще одно проявление неуважения к королевству Ариуса. Раньше Акселю было все равно. Отец редко позволял им путешествовать через портал, но сейчас он был благодарен за такое расположение.
Меньше свидетелей.
Павил и Метиас нервно оглянулись на него.
– Мы на месте, – произнес Метиас.
– Ты, должно быть, решил, что я еще и слепой, – протянул Аксель.
– Нет, – быстро отозвался Павил. – Ты… хочешь пойти с нами или…?
– Выметайтесь нахрен из машины, – жестко бросил Аксель, хватаясь за ручку двери.
Дождавшись, пока они выйдут, он повернулся к Кэт и прошептал:
– Звони ему. Попроси встретить нас в каком-нибудь укромном месте.
Прежде чем она успела ответить, он уже вышел из машины, и тени клубились вокруг него.
– Ну же, Наследник Сент-Оркас, – язвительно произнес Метиас, подняв телефон, палец замер над кнопкой вызова. – Достаточно одного нажатия.
Аксель улыбнулся, шагая к нему.
– Аксель! – резко бросил Метиас.
– Мы выполняем приказ, – вставил Павил.
Боги, он что, знает только одну эту фразу?
Он заметил, как палец Метиаса дернулся, но было уже поздно. Рядом с ним вспыхнул вихрь теней, и Аксель оказался рядом, доставая из глубин тьмы кинжал из ночного камня. Одним движением и лезвие чисто отсекло кисть Метиаса. Рука, сжимавшая телефон, упала на асфальт с глухим стуком.
Мужчина начал кричать, но тени Акселя уже обвили его горло. Раздавив телефон подошвой, он вонзил кинжал из ночного камня в грудь Метиаса, резко провернул его, а затем выдернул и полоснул по горлу от уха до уха.
Видите? Кроваво-красный галстук подошел бы идеально, если бы я его не снял.
Именно это он и подумал, поворачиваясь к Павилу.
А затем внезапно застыл, увидев, что тот держит Кэт, зажав ей рот ладонью.
– Я еще ничего не сделал, но сделаю, – предупредил Наследник.
– А я-то думал, ты просто жалкий прихвостень, – произнес Аксель, взглядом отмечая каждую часть тела Павила, касавшуюся ее. – Но я же предупреждал не трогать ее.
Глаза мужчины расширились, когда тени Акселя нанесли удар. С жестокой силой они оторвали его от Кэт, и она отскочила в сторону.
У Акселя не было способности дробить кости своими тенями, как это умел Теон. Он не мог отправить тени внутрь, чтобы извлечь органы, как это делала тьма Теона. Но это лишь означало, что ему придется действовать более вручную. И сегодня он был совсем не против.
Тени удерживали Павила. Канаты из темного тумана пригвоздили его к земле и заглушили вопли, пока Аксель методично отсекал пальцы и срезал куски плоти. Каждая часть тела, коснувшаяся Кэт, падала в кучу рядом с истекающим кровью, изувеченным телом.
Ему приходилось действовать быстро, что раздражало. Он предпочел бы растянуть удовольствие. Это был один из тех моментов, о которых он говорил Кэт, когда убийство доставляло ему наслаждение.
Только убедившись, что каждая часть тела, касавшаяся ее, была отсечена, он вонзил кинжал в сердце Павила, прекратив его жалкое существование.
Поднявшись, он провел рукой по потному лбу, а опустив ее, увидел, что она перепачкана в крови. Боль в плече обрушилась на него с новой силой. Он отправил кинжал прочь с помощью магии и повернулся к Кэт.
Боги, ему нужна кровь.
– Ты позвонила ему? – спросил он.
Широко раскрытые золотые глаза метнулись от него к мертвому Наследнику.
Сделав несколько широких шагов, он оказался перед ней. Взяв ее за подбородок, он заставил посмотреть на него:
– Ты позвонила Блэкхарту, Кэт?
Она молча кивнула, подняв дрожащую руку. Он взглянул на телефон в ее ладони: экран показывал активный вызов. Забрав трубку, он произнес:
– Сожги тут все, котенок, – а затем поднес телефон к уху. – Блэкхарт?
– Аксель, – отозвался Тристин. – Что тебе нужно?
И в голосе не было сарказма, лишь искренняя тревога.
– Мне нужно место, чтобы спрятать ее. Не знаю, на какой срок. Она должна быть в безопасности, и…
– Привози ее в Lilura Inquest. К северному входу здания. Я встречу тебя там.
– Спасибо, – Аксель едва не задохнулся от этих слов.
Он завершил звонок и обернулся. В зимнем ветре кружились остатки пепла.
– Придется довольствоваться этим, Кэт, – сказал он. – Садись в машину. Нам нужно ехать.
– Но улики…
– Нет времени. В машину, – повторил он.
Отец скоро все поймет.
– Куда мы едем? – спросила она, когда Аксель рванул с парковки в деловой район Акрополя.
– У Тристина есть место, где тебя спрятать.
– Аксель, я не могу… не могу бежать из своего королевства. Это смертный приговор, – в ее голосе звучал отчаянный страх.
Он надеялся, что тот ублюдок не соврал, но его сила явно задела ее, усилив ее самые страшные страхи.
– Я позабочусь, чтобы тебя не нашли, – ответил он, ненавидя тот факт, что у него нет времени нормально ее утешить.
– А что будет с тобой?
– Со мной все будет в порядке, – ответил он, проезжая на красный свет.
– Не вижу, как это возможно, – возразила она.
– Пока ты в безопасности, неважно, что случится со мной, – произнес он.
Счастливая, в безопасности и невредимая.
Именно такой он хотел ее видеть.
Возможно, она не будет счастлива такому раскладу, но будет в безопасности и цела. С этим он смирится.
– Для меня это важно, – сказала она, голос зазвучал выше, она снова начала паниковать.
– Но ты важнее.
– В этом мало смысла, – произнесла она, когда он резко затормозил у северной стороны здания, где их уже ждал Тристин. – Ты Наследник Ариуса. Я всего лишь фейри. Ты гораздо важнее. Говорить, что я важнее, нелогично.
Он повернулся на водительском сиденье, перегнулся через консоль и обхватил ее лицо ладонями:
– Ничего не имело смысла с того момента, как я впервые увидел тебя, Кэт. Заявить права на тебя – нелогично. Позволить тебе занять мою комнату – нелогично. Спорить с тобой, спать рядом, целовать тебя – все это нелогично. Во всем этом нет логики. И блядь, нелогично, что ты поглощаешь меня целиком, просто фактом своего чертова существования, но это так, Кэт. Я не могу объяснить почему. Я перестал пытаться. Я разочаровал многих людей во многих отношениях, но, пожалуйста, Кэт. Пожалуйста, позволь мне это сделать. Позволь мне защитить тебя, потому что это единственное милосердие, которое я могу предложить тебе в этом проклятом богами мире.
По ее лицу текли слезы. Он стер их большими пальцами, оставив на щеках слабые красные разводы от крови на руках.
– Пообещай, что вернешься за мной, – прошептала она.
– Я не могу, котенок, – сказал он. – Могу лишь пообещать только, что ты будешь в безопасности.
Стук в окно заставил его обернуться. Тристин открыл дверцу машины.
– Простите, что прерываю, но, если мы это делаем, нужно идти. Сейчас же, – произнес мужчина.
Аксель кивнул. Выйдя с Кэт из машины и обойдя автомобиль, он крепко притянул ее к себе.
– Я постараюсь, – прошептал он. – Обещаю, я постараюсь вернуться за тобой, но только если ты пообещаешь мне попытаться быть счастливой.
Она не дала обещания. Лишь прижалась к нему еще крепче.
Подняв взгляд поверх ее головы на Тристина, Аксель произнес:
– Поклянись, что она будет в безопасности.
– Клянусь, Аксель.
– И ты никому не скажешь, где она? Даже мне?
Нечитаемое выражение промелькнуло на лице мужчины:
– Я знаю, что значит жертвовать ради любви. Даю слово, эта жертва не будет напрасной.
Приподняв ее лицо, он в последний раз коснулся губами ее губ:
– Помни, что жизнь – это не только логика и знания, но и чувства, котенок, – пробормотал он у ее губ.
– Помни, что ты хороший человек, Аксель Сент-Оркас, – прошептала она в ответ.
В ее глазах вновь появилась та огненная решимость: действие силы Павила начинало ослабевать.
Затем Тристин увлек ее через замаскированную чарами дверь здание, а Аксель остался стоять в переулке один, вдыхая запах жасмина, цитруса и пряностей в зимнем воздухе.
