Текст книги "Буря тайн и печали (ЛП)"

Автор книги: Мелисса Рёрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 42 страниц)

К тому времени, как они вернулись в его спальню, Тесса уже скрылась в ванной, закрыв за собой дверь. Лука невольно задумался:

Выйдет ли она снова в том халате?

Или, может, вообще без всего, как она порой любила?

Это была бы ужасная идея. Но, признаться, он разрывался между вариантами, какой из них предпочел бы.

– Чему еще Аурион ее учила? – спросил Теон.

– Ровно тому, о чем она сказала. Истинной истории Деврама. Как ты и просил, – со вздохом ответил Лука, опускаясь на диван. Он вытянул ноги, скрестив их в лодыжках.

– И какая-то часть этой истории оказалась для тебя новой?

– Кое-что подавалось под другим углом, пожалуй.

– Под другим углом?! – почти выкрикнул Теон. Лука ничуть не удивился, когда его тьма снова вырвалась наружу. – И ты не счел нужным об этом сказать?

– Это ты нанял ее, не проверив прошлое, Теон. Не я.

– Для этого ты там и находишься.

– Если хочешь знать, чему она ее учит, может, тебе стоит самому присутствовать на этих занятиях? Я не собираюсь сидеть там и конспектировать, блядь. Я уже прошел академическую подготовку. Если бы речь шла о чем-то действительно судьбоносном, я бы тебе сказал, – ответил Лука.

– Например, об этих сообщениях, которые она научилась отправлять с помощью магии? – требовательно спросил Теон.

– Скарлетт нам о них рассказывала. Ничего нового.

Теон выглядел так, будто готов был что-то швырнуть от досады, и из груди Луки вырвалось низкое предупреждающее рычание при мысли, что он может повредить что-то в комнате.

– Поверить не могу, сколько всего ты от меня скрывал, – наконец произнес Теон, с видимым усилием беря себя в руки.

– Ничего из этого ничего не меняет, – ответил Лука.

– Теперь ты говоришь прямо как Тесса, – бросил Теон.

– Она не ошибается. Ты отказываешься признать, что план рассыпался. Отказываешься признать, что, избрав ее – это изменило все. Отказываешься видеть то, что прямо перед тобой. Можешь отрицать очевидное сколько угодно, но тебе не избежать последствий этого отрицания, – сказал Лука.

Звук открывающейся двери ванной заставил их обоих замолчать. Тесса вышла, полностью одетая в свободные брюки и длинную рубашку Теона. Лука подавил разочарование, пока она осматривала их.

Теон подошел к ней, закручивая прядь ее мокрых волос между пальцами:

– Как ты себя чувствуешь?

Она нахмурила брови:

– Нормально?

– У тебя был насыщенный день, Тесса.

Она склонила голову набок:

– Я уже почти привыкла к тому, что меня постоянно пытаются убить.

Лука почувствовал, как Теон вздрогнул через их связь. Или, может, это была его собственная гримаса от ее слов.

Затем она спросила:

– Как давно вы двое знаете о причастности Луки к связи?

Рука Теона опустилась вдоль тела:

– Лука сказал, что начал чувствовать ее в тот момент, когда была завершена вторая метка. Я узнал об этом… осложнении позже.

– Позже – это когда?

– Когда ты была в Фавене.

Тесса кивнула, ее взгляд метался по комнате, избегая смотреть на них. Лука знал, что она блокирует связь. Аурион рассказывала основы ментального щита, но Тесса явно практиковалась. Она быстро освоила это, и хотя Теона это раздражало, Лука позволил ей сохранить этот секрет. Он и сам не до конца понимал почему.

И хотя в такие моменты было бы удобно точно знать, что она чувствует, за последние месяцы он научился ее читать. Он понимал, что она расстроена из-за того, что ее снова оставили в неведении относительно важной информации. И в этом был отчасти его вина. Он мог бы рассказать ей в любой момент, но не стал, оправдывая это тем, что она и так была на пределе.

Имел ли он право принимать такое решение за нее?

Делало ли это его в итоге хоть чем-то отличным от Теона? Вероятно, нет.

Сожалел ли он о своем выборе? Тоже нет.

В конце концов, возможно, он был куда больше похож на Теона, чем думал.

Именно об этом он размышлял позже той ночью, когда все трое теснились на кровати в его комнате. Теон пытался уговорить Тессу поспать наверху этой ночью, но она отказалась. Нехотя Теон забрался на матрас рядом с ней. Остаток вечера он почти не разговаривал с Лукой, но когда дыхание Тессы стало ровным и глубоким, его голос донесся сквозь тишину:

– Мы не можем сейчас быть по разные стороны, Лука.

Тесса пошевелилась, и все его тело пронзило покалыванием. Он стиснул зубы, когда она закинула ногу на него.

– Мы и не по разные стороны, Теон, – ответил он после паузы.

Ему не нужно было ощущать сомнения, просачивающиеся через связь от Теона, чтобы понять, что тот чувствует. Его молчание уже сказало достаточно.

Но в конечном итоге он был таким же, как Теон.

Единственный способ, которым он умел показывать свою заботу о ком-то – это защищать их. Обеспечить безопасность. Именно поэтому он согласился стать Хранителем Теона с самого начала.

Они делали то, что нужно было сделать, чтобы защитить своих, и не испытывали угрызений совести. У них не было такой роскоши, как чувство вины. Но Лука подозревал, что, когда все закончится, их всех ждет именно это: вина и сожаление.

ГЛАВА

3

7

ТЕССА

Впервые с момента возвращения из Фавена она проснулась раньше, чем они оба встали с постели. Судя по отсутствию света за окном, было еще совсем рано, и до рассвета оставалось совсем немного.

Она, как обычно, свернулась калачиком рядом с Теоном. Одной рукой он обнимал ее, а пальцы другой переплелась с ее. Но Лука прижался к ней сзади. Она ощущала тяжесть его руки чуть ниже руки Теона, его теплая ладонь лежала на ее животе. Его бедро было между ее бедрами, а жесткие волоски на его ноге царапали ее гладкую кожу.

Если бы она не знала правды, она бы чувствовала себя в безопасности. Защищенной. Может быть, даже любимой.

Но она знала правду.

Именно поэтому она позволяла себе притворяться.

Всего на несколько минут она позволила себе представить, что может иметь это. Не одного, а сразу двух мужчин, которые выбрали ее превыше всего остального. Двух мужчин, которые хотели ее просто потому, что она существует.

Двух людей, которые понимают, что она – больше, чем просто связь.

Больше, чем пешка.

Больше, чем средство для достижения цели.

Она позволила себе вообразить, что это обычное утро. Что их притягивает друг к другу не сила связи. Что тепло в груди, жар в венах и нарастающее желание – это не просто физические потребности, которые нужно удовлетворить, а нечто желанное и принятое. Она позволила себе притвориться, что не испытывает вины и отвращения к себе за то, что вообще чего-то хочет.

Она представила, что они втроем встанут и пойдут пить кофе. Или может, еще немного полежат, прижавшись друг к другу в постели. Или переберутся на диван. А может, вечером Теон возьмет книгу, а она растянется рядом, закинув ноги ему на колени и прислонившись к Луке, пока они будут смотреть Хаосферу. Теон будет ворчать все это время, а Лука…

Нет.

Хватит притворяться.

У нее не может быть ничего из этого.

Не для этого она создана, и она уже смирилась с этой истиной.

И все же она позволила себе задержаться в тепле и темноте. Слушать их спокойное ровное дыхание. Ощущать мышцы и силу, которые почти казались домом.

Еще несколько минут, прежде чем судьба позовет ее за собой.

ГЛАВА

3

8

АКСЕЛЬ

– Мне нужно тебе кое-что показать, – выпалила Кэт, врываясь в ванную и в очередной раз пугая его до чертиков.

– Котенок, ты должна перестать так делать, – выдохнул Аксель.

Он слышал, как кровь шумит в ушах, пока сердцебиение медленно приходило в норму. Он только что закончил вытираться после душа и обматывал полотенце вокруг талии.

– Скорее! – прощебетала она.

Боги, она буквально подпрыгивала от нетерпения.

– А если бы я был занят чем-то другим? – спросил он.

Она нахмурила брови:

– Я слышала, как выключился душ несколько минут назад.

– Знаешь, в ванной обычно делают и другие вещи, кроме мытья.

– Конечно, я это знаю.

Он помолчал, но она продолжала смотреть на него так, будто это он был странным, раз считал, что в ванную не стоит врываться без стука.

Этим утром она проснулась раньше него, что оказалось довольно досадно. День обещал быть долгим, и он понятия не имел, чего ждать. По всей видимости, план состоял в том, чтобы вести себя как обычно. Через пару часов все должны были присутствовать на службе в честь Солнцестояния, а затем Источники и Наследники уйдут, чтобы нанести третью метку Источника. О сроке, отведенном Теону, не было ни слова, а его отец не общался ни с кем из них после того ужина несколько дней назад.

Одно это держало Акселя на взводе. Обычно, если отец не разговаривал с ним несколько дней, это означало, что грядет нечто дерьмовое. И это нечто обычно заканчивалось тем, что его силы истощались, на него надевали цепи, и он проводил дни в безумии от жажды крови. Возможно, именно этот раз отец заставит его активировать проклятие.

Это был один из его самых больших страхов: что он окажется настолько отчаянным и ослепленным потребностью, что отец подсунет ему фейри, и ему будет плевать.

Осознает ли он вообще, что делает?

Что, если в качестве наказания отец выберет Кэт?

За что именно, он не знал, но отец к этому моменту наверняка догадался, что ее можно использовать против него. В свете всех этих неопределенностей сегодняшнего дня он снова поймал себя на мысли:

Почему он когда-то решил, что это хорошая идея?

Хотя все равно понимал, что не изменил бы своего решения.

– Аксель? – голос Кэт вырвал его из размышлений, и он натянул фальшивую улыбку.

Шагнув вперед, он коснулся губами ее макушки и тихо произнес:

– С праздником Солнцестояния, Катя.

На мгновение она замерла, а затем провела пальцами по его руке:

– Ты в порядке?

– Конечно, – ответил он, потянув ее за локон. Тепло ее прикосновения не проникло в душу так глубоко, как обычно. – Дай мне одеться, и потом ты покажешь, что нашла.

Через несколько минут на нем уже были штаны и рубашка. Правда, расстегнутая и небрежно одетая. Кэт уже сунула ему под нос книгу:

– Посмотри на это, – сказала она, тыкая пальцем в страницу.

– Это метка, – произнес Аксель, пытаясь дотянуться мимо нее до кофейника. – Похожа на последнюю метку Источника.

– Потому что это и есть последняя метка Источника, – ответила Кэт. – Или, по крайней мере, какая-то ее разновидность.

– Что ты имеешь в виду под разновидностью? – спросил он, придерживая страницу пальцем, затем закрыл книгу и взглянул на обложку. – Что это за книга?

– Та, что дала мне Сиенна, – ответила Кэт. – Я просматривала ее много раз, но перевести и понять ее невероятно сложно.

Аксель это знал. Однажды вечером он сидел рядом с ней и наблюдал, как она с трудом одолевала две страницы.

Две страницы.

За пять часов.

В последние недели она откладывала эту книгу, погружаясь в другие, так что причина, по которой она вдруг вытащила ее сегодня утром, была ему непонятна.

– Котенок, мне понадобится твоя помощь, чтобы разобраться. Почему мы так взволнованы из-за этого? – спросил Аксель, потирая грудь.

Ему нужен был кофе или кровь.

А лучше и то, и другое. Что угодно, лишь бы унять нарастающую тревогу из-за предстоящего дня.

– Я думаю, это метка Источника, – сказала Кэт. – Скарлетт настаивала, что существует только одна. Если это она, то она почти идентична финальной метке Источника, которую наносят в день весеннего равноденствия.

– Но не полностью совпадает, – уточнил Аксель.

Катя покачала головой, черные локоны подпрыгнули, когда она потянула его к кофейному столику. Схватив другую книгу, она сказала:

– Вот финальная метка Источника.

Аксель изучил обе метки. Она была права. Они были очень похожи. Вздохнув, он произнес:

– У Теона есть теория, что знак Хранителя каким-то образом была включена в финальную метку Источника.

– Я думала, Хранителями могут быть только потомки Саргона.

– Верно, но Теон считает, что на протяжении веков это пытались воспроизвести. Его теория в том, что развитые миры, вроде Деврама, нашли способ объединять метки.

– Это опасно, – нахмурившись, сказала Кэт. – Если метки нанесены неточно, их предназначение полностью меняется.

– Думаю, в этом и был смысл. Если Теон прав, они хотели, чтобы метка Источника была чем-то большим. Включение метки Хранителя заставляет Источника защищать своего Хозяина и отдавать за него жизнь, – пояснил Аксель.

– Но тогда в чем смысл остальных трех меток?

– Что? – озадаченно переспросил он.

– Если четвертая Метка – это и есть метка Источника, объединенная с элементами метки Хранителя, тогда зачем нужны остальные три? – спросила Кэт.

– Ты же знаешь их назначение: физическое присутствие, эмоциональная связь, способность слышать мысли друг друга, – ответил Аксель, все еще сбитый с толку.

– Но, если цель меток Источника – вытягивать силу, зачем остальные три? Почему не использовать сразу эту одну? Зачем весь этот грандиозный спектакль с четырьмя разными метками, наносимыми в течение месяцев, если нужного результата можно достичь одной? – настаивала Кэт.

– Я… не знаю, – признался он.

– И еще… может ли фейри считаться Источником без финальной метки?

– Кэт, это звучит так, будто… Ты хочешь сказать, что связь Источника не устанавливается до тех пор, пока не нанесена финальная метка? Что, по сути, сейчас у Теона нет связи, которую он мог бы разорвать? – уточнил Аксель.

Янтарные глаза встретились с его взглядом.

– Думаю, да. То есть, у остальных трех меток явно есть какая-то цель, и между ним с Тессой определенно есть связь. Но настоящая связь Источника?

Аксель захлопнул книги:

– Одевайся, котенок. Нам нужно найти Теона.

Держа ее за руку, Аксель старался учитывать длину своих шагов, ведя ее через Пантеон. Лука, Теон и Тесса ушли раньше. Теон оставил ему сообщение о том, что хочет провести последние часы перед новой встречей с Лордами и Леди в архивах Пантеона.

– Аксель, – прошипела Кэт.

– Знаю, прости, – отозвался он.

Он замедлился, но через мгновение снова вернулся к своему обычному темпу.

– Аксель! – снова прошипела она, дергая его за руку. – Я не могу так быстро идти на каблуках.

– Тесса тоже на них жалуется, – сказал он, оборачиваясь к ней. – Снимай их.

– Что?

– Снимай. Я их понесу. Тесса все время ходит босиком, – он кивнул на ее туфли.

– Тесса – это… Она не фейри, – возразила Кэт.

– Просто сними, чтобы мы могли идти быстрее, – повторил Аксель, снова указывая на туфли.

С тихим вздохом она стянула черные каблуки, наклоняясь, чтобы поднять их с пола. Аксель тут же забрал их у нее. У Кэт в руках была книга Сиенны. Она прижала ее локтем, а другой рукой приподняла подол черного платья, чтобы он не волочился по полу.

Они снова двинулись по коридору, направляясь к лестнице, которая вела в архивы. Теон не ответил на его звонок, но внутри Пантеона нельзя было пользоваться технологиями.

Войдя на лестничную площадку, Аксель едва не столкнулся с кем-то, спускавшимся по ступеням. Кэт резко остановилась, уткнувшись ему в спину, и он инстинктивно поддержал ее.

Обернувшись, он ожидал увидеть ученого или, может, даже Теона. Но он никак не ожидал оказаться лицом к лицу с Тристином Блэкхартом.

– Наследник Сент-Оркас, – поприветствовал Тристин.

– Блэкхарт, – ответил Аксель, прикрывая Кэт собой.

– Служба в честь Солнцестояния скоро начнется, – произнес Тристин, засовывая руку в карман брюк.

Он был в костюме и галстуке, как и все мужчины на мероприятии, а длинное черное пальто было перекинуто через руку.

– Да, я как раз шел искать Теона, – сказал Аксель. – Он в архивах Пантеона.

– Его там нет, – ответил Тристин. – Или уже нет. Они были там примерно полчаса назад.

– Блядь, – пробормотал Аксель.

– Не припомню, что имел удовольствие познакомиться с прелестной фейри, из-за которой в королевстве поднялся такой переполох, – произнес Тристин, делая шаг в сторону и заглядывая за спину Акселя.

Аксель на мгновение внимательно его изучил. Тристин всегда был игривым и дерзким с Тессой, но при этом казалось, что ему от нее что-то нужно, как и всем остальным. Аксель никогда не видел, чтобы этот мужчина общался с фейри. Впрочем, неуловимый Тристин Блэкхарт до недавнего времени вообще мало кто видел.

С натянутой улыбкой Аксель наконец отошел в сторону, положив руку на поясницу Кэт:

– Катя, это Тристин Блэкхарт. Тристин, это Катя, заявленная и служащая королевству Ариуса.

Улыбка, игравшая на губах Тристина, казалась почти насмешливой:

– Очень приятно, Катя.

– Взаимно, – четко ответила она, склонив голову и опустив глаза.

– У вас там книга? – спросил Тристин.

Кэт бросила взгляд на Акселя, но Тристин уже протянул руку и выхватил книгу. На мгновение он замер, прежде чем начать листать страницы.

– Откуда у вас такая книга? – спросил он.

– А тебе какое дело? – вмешался Аксель.

– Подобные книги часто используются в моей сфере деятельности.

– Вы работаете с метками в технологической компании? – с сомнением спросил Аксель.

Тристин продолжал листать книгу, отвечая:

– В наши дни я редко работаю с технологиями. Но я знаю, насколько… ценны книги такого рода, поэтому мне любопытно, как фейри смогла заполучить одну из них?

– Это был подарок, – сказал Аксель, протягивая руку.

Тристин поднял взгляд, изогнув бровь.

– От тебя?

– Остановимся на этой версии.

На его лице снова появилась эта насмешливая улыбка, и он отдал книгу Акселю:

– Я весьма сведущ в подобных метках, если вам когда-нибудь понадобится помощь.

– Обязательно сообщу об этом Теону.

Тристин усмехнулся:

– Я могу лишь ограниченно вмешиваться в дела твоего брата. Но, для ясности, я предлагаю помощь Кате. Хотя, полагаю, теперь ты прилагаешься к ней по умолчанию.

Запустив руку в карман пиджака, Тристин достал визитную карточку и вложил ее в книгу, которую все еще держал Аксель:

– Однако я бы советовал следить за тем, кто видит такую книгу, – добавил он. – Советую держать ее подальше от чужих глаз.

Он обошел их и остановился:

– Огонь и тени. Какой идеальный баланс.

Затем он неторопливо вышел из лестничного пролета, насвистывая какую-то мелодию.

– Он… странный, – заметила Кэт, глядя ему вслед.

– Каждый раз после общения с ним я задаюсь вопросом, что это вообще было? – ответил Аксель, поворачиваясь к ней.

Он взглянул на часы и выругался, прежде чем сказать:

– Тебе стоит снова надеть туфли.

Он протянул их ей, а книгу отправил в карманное измерение. Возможно, они еще успеют поймать Теона до начала службы, если они уже не в храме.

Принуждая себя идти медленнее, они направились обратно к главным коридорам. Он отпустил ее руку перед поворотом за угол. Появляться на публике в такой близости с фейри было недопустимо. Но в тот момент, когда он перестал ее касаться, вся тревога этого дня нахлынула с новой силой. Она была настолько сильной, что у него скрутило желудок. Он почти ничего не ел сегодня, и внезапно обрадовался этому.

Она шла рядом с ним, но на шаг позади. Всегда в поле зрения. Ожидалось, что ее будут охранять, но он все равно ненавидел все это. Он по-прежнему желал, чтобы все было иначе. Как и мечтал каждый день с тех пор, как они говорили об этом несколько недель назад.

Войдя в притвор храма, Аксель заметил Теона и Луку. К счастью, его родители пока не присоединились к ним. Лэнг и Корбин стояли в стороне. Их присутствие было ожидаемо, поскольку их признали рано.

– Теон, нам нужно поговорить, – сказал Аксель, когда им наконец удалось пробраться через переполненный вестибюль. – Я пытался связаться с тобой последние два часа.

– Все в порядке? – спросил Теон.

– Нет. То есть, ничего не случилось, но у нас есть информация, которая может изменить…

– Тессалин, моя дорогая, – раздался глубокий голос позади них.

Обернувшись, Аксель немедленно поклонился, а фейри опустилась на колено. Перед ними стоял лорд Джоув. С ним были Дагиан и их Источники. На лице Дагиана, как всегда, застыло едва заметное презрительное выражение.

– Мой Лорд, – поприветствовала Тесса. – Рада снова вас видеть. С праздником Солнцестояния.

– И вас с праздником, – ответил он. – Кстати о празднике. У меня есть для тебя подарок.

– В этом нет необходимости, – быстро сказала она, покусывая нижнюю губу.

– Конечно, нет, но тем не менее я его принес, – усмехнулся лорд Джоув.

Вспышка света заставила всех зажмуриться и отвернуться. Когда Аксель снова посмотрел вперед, Лорд Джоув держал в руке просто упакованный сверток. Он протянул его Тессе, которая мельком взглянула на Теона. Тот резко кивнул. Все знали, что отказываться от дара Лорда или Леди нельзя. Тесса нерешительно шагнула вперед и взяла подарок.

– Благодарю вас, мой Лорд, – тихо произнесла она.

– Откройте его после заката, как того требует обычай, – сказал Лорд Джоув.

– Разумеется, мой Лорд.

Он улыбнулся ей, а затем его золотистый взгляд переместился на Теона:

– После дальнейшего обсуждения с другими правящими Лордами и Леди мы пришли к выводу, что никто из нас не желает омрачить праздник Солнцестояния слушаниями, решениями или иными менее приятными мероприятиями Трибунала. Поэтому вы предстанете перед нами через два дня.

– Понял, мой Лорд, – отозвался Теон.

– А третья метка? – спросила Тесса, и глаза ее расширились, когда она осознала, что заговорила не вовремя. – Прошу прощения.

– Ну-ну. Мы это уже обсуждали, Тессалин. Не нужно извинений. Третья метка будет нанесена, как и планировалось. В конце концов, мы не хотим нарушать традиции, – произнес он.

– Понимаю, – ответила она, опустив взгляд. – Еще раз благодарю за подарок.

– Наслаждайтесь службой, – сказал он и направился в храм вместе со своей семьей.

– Что это? – спросил Теон, как только Лорд Ахаза скрылся из виду.

Тесса бросила на него прямой взгляд:

– Он завернут, Теон. Откуда мне знать, что там?

– У тебя нет догадок?

– Почему бы нам просто не подождать до заката, а потом я его открою, – ответила она.

– Скорее всего, к тому времени ты будешь не в лучшей форме, – возразил он.

– Я не стану открывать его сейчас, когда Лорд прямо велел мне подождать, – прошипела она.

– Он не твой… – Теон осекся, с досадой выдохнув.

Лука шагнул вперед, протягивая руку:

– Дай его мне, Тесса. Я помещу его в карманное измерение, а позже решим, что делать.

– Уверен, так и будет, – пробормотал Теон.

Аксель не совсем понимал, в чем дело. Между Лукой и Теоном вчера вечером ощущалось напряжение. Но Аксель думал, что это связано с очередным нападением Авгуров и очередной опасностью, угрожавшей Тессе.

– Вероятно, на него наложены чары или заклятье, – сказал Лука, и подарок исчез во вспышке черного пламени. – Если его откроет кто-то, кроме Тессы, Лорд Джоув об этом узнает.

– Он может так сделать? – потрясенно спросила Тесса.

– Это всего лишь чары, Тесса, – ответил Теон. – Человек может сделать почти все, если готов заплатить цену.

– Нам пора идти внутрь, – сказал Лука, выходя вперед группы.

Все последовали за ним. Четверо заняли места в ряду королевства Ариуса, в то время как Кэт, Лэнг и Корбин были вынуждены стоять у стены. Наследие займут все свободные места, а других фейри здесь будет немного.

Тесса повернулась на своем месте между Акселем и Теоном, глядя на друзей:

– Не могу поверить, что ты заставил Кэт надеть туфли на высоких каблуках, Аксель, – прошептала она. – И сколько по времени все это мероприятие продлится?

– Разве в поместье не проводили службы Солнцестояния? – прошептал он в ответ.

– Да, и они длились почти два часа.

– Здесь то же самое, куколка.

– Если бы мы не были в храме, я бы тебе врезала, – резко прошептала она. – К концу вечера ее ноги просто отвалятся.

– Тесса, если бы мой отец увидел ее в чем-то другом, кроме такой обуви, он счел бы это проявлением глубокого неуважения, – сказал Аксель.

– Жрицы даже не носят туфли на каблуках, – возразила она.

– Я не говорил, что это неуважение к ним, к службе или даже к Раю, – ответил он, назвав бога сезонов. – Он воспринял бы это как личное оскорбление и заявил бы, что она проявляет неуважение к Королевству Ариуса, не одевшись должным образом. Думаешь, почему Теон подобрал для тебя именно такой наряд?

Она скрестила руки и откинулась на спинку скамьи:

– Я знаю, почему мне подобрали именно эту одежду, но она не Источник.

– И никогда не станет им, – отрезал Аксель.

Что-то в поведении Тессы изменилось после этих слов. Она опустила руки, сложив их на коленях. Ее кожа казалась бледнее на фоне черного платья. Все представители королевства носили свои цвета, и, разумеется, королевство Ариуса было в черном в сочетании с серебром. На ее запястье мерцал слабый свет. Не такой яркий, как прошлой ночью, но достаточно заметный, чтобы Аксель его увидел.

Как у нее получается так постоянно использовать магию вот так?

Внезапно он задумался, как именно она восполняет свои магические запасы. Насколько он знал, она не пила кровь. Возможно, это отдых и еда, как у фейри, которые подражают смертным в этом отношении.

Эти мысли быстро развеялись с появлением его родителей, и вскоре служба началась. Она продлилась почти два часа, как он и говорил. Теона и других Наследников отпустили первыми, чтобы они могли подготовиться к ритуалу нанесения третьей метки. Когда все они вышли, за ними последовали правящие семьи.

По крайней мере, его отец дождался, пока они окажутся в притворе храма, прежде чем обратиться к Акселю. Но когда он заговорил, Аксель поймал себя на мысли, что предпочел бы, чтобы служба длилась еще пять часов:

– Будь в загородном поместье к завтраку, Аксель, – сказал Вальтер. – И приведи фейри огня.