Текст книги "Буря тайн и печали (ЛП)"

Автор книги: Мелисса Рёрих

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 42 страниц)

– Еще раз попробуешь угрожать ему, и он станет не единственной твоей проблемой, – вмешался Лука, и его глаза изменились.

Скарлетт оскалилась на него:

– Уверяю, дракон, мой укус больнее.

Сорин встал между женой и Теоном, в его голосе прозвучали одновременно умиротворяющие и властные нотки:

– Я понимаю, здесь много всего происходит: связи, магия, родословные… и агрессивные личности. – он взглянул на Скарлетт, которая смотрела на Луку так, словно ей не терпелось показать, насколько серьезна ее угроза. – Мы уже сказали, что пришли из другого мира. Это непросто принять. Естественно, у вас есть вопросы.

– Но она на них не отвечает, – сказал Теон, а Тесса издала еще один насмешливый смешок, допивая вино из бокала.

Теон обернулся, вопросительно приподняв бровь. Она бы могла сказать, что вино толкнуло ее на эти поступки, но это было бы неправдой. После дня с матерью Корделией она была в дурном настроении, а в таком состоянии становилась особенно импульсивной.

– Это раздражает, не правда ли? – задумчиво произнесла Тесса, разглядывая пустой бокал.

– Что именно? – спросил Теон.

– Задавать вопросы и не получать ответов.

Его глаза сузились, но Аксель опередил его:

– Он просто злится, что не владеет всей информацией. Он привык все всегда знать.

– Нет, дело не в этом, – сказала Тесса, склонив голову и глядя Теону в глаза. – Ему не нравится, что он не самый могущественный в этой комнате.

– Я Наследник Ариуса. Я один из сильнейших в этом мире, – рявкнул Теон, но улыбка Тессы лишь стала шире.

– А она только что сказала, что она не из этого мира. – Она поставила пустой бокал на столик и подперла подбородок рукой. – Ты не заметил, что у нее та же магия, что и у тебя? Похоже, ты не единственный потомок Ариуса в этой комнате, Хозяин.

Скарлетт издала возмущенный смешок, и все повернулись к ней; на ее лице читалось явное отвращение:

– Прости. Хозяин?

– Она мой Источник, – процедил Теон. – Так положено обращаться к тому, кому служишь.

На секунду воцарилась тишина, а затем Скарлетт расхохоталась, повернувшись к Сорину, но он уже сжимал переносицу.

– Я не буду называть тебя Хозяйкой, Госпожой или как-либо еще в этом роде.

– Погодите, – вмешался Аксель. – Я правильно понимаю, что он твой Источник?

– Среди прочего, – согласилась Скарлетт.

– Как? – спросила Тесса, подавшись вперед, чтобы разглядеть ее за спиной Теона. – Где его метки Источника?

– На предплечье.

– Все?

– Все… – Скарлетт нахмурилась. – Есть только одна метка Источника.

Когда в комнате повисла тишина, она спросила:

– Сколько, вы считаете, их должно быть?

Тишина длилась, пока наконец Теон не произнес:

– Четыре. Есть четыре метки Истока.

– Уверяю вас, их нет, – сказала Скарлетт, качая головой.

Тесса была слишком…

Она не знала, что чувствует, когда встала и шагнула в сторону от Теона. Он потянулся к ней, пальцы сомкнулись на ее руке, удерживая от приближения.

– Как может быть только одна? – спросила Тесса с дрожью в голосе, которую не знала, как скрыть.

Что-то мрачное проступило на лице женщины, когда она спросила:

– Сколько их сейчас у тебя, которые ты считаешь метками Источника?

– Две, – ответила Тесса. – Мне еще предстоит получить последние две.

– Не понимаю, почему вы думаете, что их четыре, – сказала Скарлетт, покачивая головой. – Можно мне их увидеть?

– Нет, – сказал Теон, когда Тесса начала поднимать руку. Он дернул ее назад, снова загородив собой. – Не раньше, чем ты дашь нам хоть какой-то повод доверять тебе. Ты появляешься здесь, говоришь, что из другого мира, задаешь вопросы, но не даешь ответов. Я могу лишь предположить, что ты здесь из-за нее.

– Я здесь из-за нее, – просто сказала Скарлетт.

Теон замер.

Так же, как Лука и Аксель.

Тесса ощутила через связь ярость, гнев и странную ожесточенность. Но прежде чем она успела разобраться в этом, Скарлетт заговорила снова, вытеснив все прочие мысли. Серебряные глаза остановились на Тессе, которая выглядывала из-за спины Теона, и она сказала:

– Меня послал твой отец.

– Мой отец? – выдохнула Тесса, не зная, что делать с обрушившимся на нее потоком эмоций.

Недоверие. Возможно ли это?

Гнев. За то, что ее бросили здесь.

Чувство предательства. Отец даже не потрудился прийти за ней сам.

Отрицание. Сама мысль, что эта незнакомая женщина знала ее отца.

И под всем этим росток надежды, что все это правда. Что она наконец найдет ответы на вопросы, мучившие ее годами.

– Ты ждешь, что мы в это поверим? – потребовал Теон. Он сделал шаг вперед, тьма вокруг него сгустилась. – Как ты, потомок из совершенно другого мира, можешь знать, кто ее отец?

– Потому что он мой дядя, – ответила Скарлетт. Затем добавила: – Он также сын Ариуса.

– Да иди ты, – фыркнул Аксель. – Ты ждешь, что мы поверим… Это сделало бы Тессу внучкой самого Ариуса.

– Именно поэтому я и спросила, насколько далеко ты далеко стоишь в линии родословной потомков Ариуса, – ответила Скарлетт.

– Сотни поколений, – пробормотала Тесса, вспоминая слова Теона. – Тристин говорил, что семья Сент-Оркас настолько далеко от Ариуса, что смешно называть их так.

– Ну, это облегчение во многих смыслах, – сказала Скарлетт, играя белым пламенем на кончиках пальцев.

Тесса вынуждена была согласиться. Она даже не хотела думать об… этом.

– Нет, – сказал Теон, качая головой в неверии. – Это невозможно.

– Почему нет? – спросила Скарлетт, с любопытством склонив голову.

– Для начала, у нее нет даров Ариуса, – резко ответил Теон.

Это был весомый аргумент, но Тесса все еще не могла отойти от мысли, что она внучка Ариуса.

– Насколько тебе известно, – парировала женщина. – Признаюсь, я не слишком хорошо знаю дядю, потому что он живет в другом мире.

– Нет, он прав, – вмешалась Тесса, стараясь сосредоточиться на разговоре. Позже, в одиночестве, она разберет всю эту информацию. – Моя магия не похожа на магию Ариуса.

Скарлетт мягко улыбнулась:

– Магия Ариуса – это не только тени и тьма, кузина.

Кузина.

Тесса с трудом сглотнула, думая о кровных родственниках. И хрупкий росток надежды, что все это правда, стал чуть больше.

– Тени и тьма – одно и то же, – сказал Аксель.

Скарлетт снова покачала головой:

– Похоже, да, но в то же время кардинально различаются. У моего брата есть тьма. Она хаотична, постоянно пытается взять верх. Он использует ее иначе, чем я, и может ощущать уровень силы других. Мои же тени… – она замолчала, и ее сила возникла, обвиваясь вокруг, лаская, любя ее.

– А белое пламя? – спросил Лука, и Тесса ощутила раздражение Теона. Его Хранитель, похоже, поощрял этот разговор.

– От моей матери. Вернее, от бабушки, Серафины, – ответила Скарлетт.

– Теперь я точно знаю, что ты лжешь, – нетерпеливо перебил Теон. – Серафина должна была быть связана браком с Ахазом.

– Я не знаю, что это значит, – сказала Скарлетт. – Но я знаю, что Ариус и Серафина начали войну из-за своей любви. Вернее, они стали причиной продолжения войны.

– Ты говоришь о Вечной войне, – впервые заговорила Кэт, и легкий румянец залил ее щеки, когда все взгляды устремились на нее. – Прошу прощения, – тихо добавила она. – Мне не следовало говорить.

– Почему? – спросила Скарлетт.

– Она же фейри, – пояснила Тесса, поскольку никто не ответил. – В комнате, полной потомков богов, она должна молчать.

Снова на лице Скарлетт появилось темное, пугающее выражение, и Тесса невольно придвинулась ближе к Теону.

– Вот почему я видела, как здесь к фейри относятся так… иначе? – спросила Скарлетт слишком спокойным голосом.

– Иначе, чем как? – уточнил Аксель.

– Скарлетт, – снова предостерег Сорин, положив руку ей на спину.

Она явно успокоилась от его прикосновения, слегка расправив плечи.

– Помни о договоренности с Джульеттой.

– Кто такая Джульетта? – спросил Теон.

– Моя сестра, – пробормотала Скарлетт, начав ходить по комнате. Тесса готова была поклясться, что температура в комнате снова упала.

– Та сестра, которая не пыталась тебя убить? – с сомнением спросил Теон.

– Нет, другая.

– Две сестры, брат… Сколько у тебя братьев и сестер? – спросил Лука.

Скарлетт остановилась, встретив его взгляд:

– А сколько у тебя?

– Суть в том, – снова вмешался Сорин, – Мы можем рассказать лишь часть. Мы заключили договор с Джульеттой. И знаем, что раскрытие слишком многого может изменить Судьбу, а ведьмы очень осторожны, когда дело касается Судьбы.

– Договор, – повторил Теон. – Вроде Сделки?

– Да, – вздохнула Скарлетт, потянув за воротник костюма, чтобы показать метку Сделки на ключице.

– Твоя сестра – ведьма? Разве это не делает ведьмой и тебя? – спросил Аксель.

– Это не имело бы смысла, если бы у нее была магия Ариуса, – возразил Теон.

– Но у нее также есть дары Серафины, – парировал Аксель.

– Что невозможно. Потомки получают дары только по одной линии крови, – сказал Теон, проводя рукой по волосам.

Тессе почти стало его жалко.

Почти.

Он переживал то же, что и она за последние несколько месяцев. Все, что он считал истиной, переворачивалось с ног на голову. Этого достаточно, чтобы свести с ума. Впрочем, Скарлетт, вероятно, сводила его с ума просто манерой подачи информации. Она всегда отвечала на вопросы Тессы без проволочек, но с Теоном была уклончивой и язвительной.

– Я не ведьма, – сказала Скарлетт, словно ее раздражали постоянные вопросы. – И если бы я была полноценным потомком, у меня, вероятно, был бы только один набор даров. Мой отец – потомок Анахиты, но мать – богиня, и это меняет многое.

– Твоя мать – богиня? То есть дочь Ариуса и Серафины? – спросил Теон.

– Да. Сайла – богиня теней и ночи, – ответила Скарлетт с раздражением, словно он был тупым, не понимая всю значимость информации, которую она выдавала за столь короткое время.

Тесса симпатизировала ей все больше и больше.

– Значит, мой отец – бог? – сказала Тесса, внезапно усомнившись.

Ее отец не мог быть богом.

Бог не оставил бы свою дочь в забытом мире. Бог не позволил бы относиться к ней как к обузе, просто за то, что она существует. Бог не бросил бы ее.

– Твой отец Темураль, бог дикой и необузданной природы и существ, – смягчив тон, сказала Скарлетт. – Я знаю, это тяжело принять, потому что я сама узнала о своем наследии только в двадцать лет. Все, что ты чувствуешь… Это нормально, Тесса. Любой, кто скажет обратное – ошибается.

Тесса промолчала, обхватив себя руками. Теон крепче сжал ее, но даже связь не могла сейчас ее утешить. Она не знала, чему верить, и не могла сосредоточиться в этой обстановке.

– Насколько нам известно, Ариус и Серафина нарушили некий договор, решив быть вместе, – сказал Сорин. – Если то, что ты сказала, правда, и Серафина в какой-то момент должна была быть с Ахазом, то это бы сходилось. Темураль и Сайла11 держались в тайне от других богов веками. Когда их обнаружили, это лишь обострило уже напряженную ситуацию.

– Все это должно было произойти после создания Деврама, – сказал Теон. Тесса была уверена, что он перебирал в голове все исторические тексты, которые читал. – Боги договорились никогда не вмешиваться в дела этого мира, поэтому мы ничего не знали об этом.

– Боги также договорились не иметь больше полубогов детей, что привело бы к появлению новых потомков, – сухо добавил Лука. – Очевидно, они не соблюдали и эти договоры.

– Вы обнаружите, что боги хранят больше тайн, чем Судьбы, – мрачно сказала Скарлетт. – Они играют в игры, и если вы позволите, будут использовать вас для достижения своих целей.

Тесса сдержала усмешку. Ее уже использовали для чужих целей.

Чем это будет отличаться?

Отец уже бросил ее. Бог, желающий использовать ее, вполне вписывался в ту жизнь, которую уготовила ей Судьба.

– Тебе не нравятся боги? – спросил Аксель. – Несмотря на то, что твоя мать одна из них?

– У нас с Сайлой… своего рода соглашение, – сказала Скарлетт, пристально глядя на Тессу серебристыми глазами. – Но, испытав тот же спектр эмоций, что сейчас чувствует Тесса, она заслужила знать. Она заслуживает знать, что боги не пренебрегают использовать собственную кровь для достижения целей. Я отказалась помогать Темуралю, пока он не согласился позволить мне встретиться с ней.

– Зачем богу нужна твоя помощь? – спросил Теон.

Зловещая улыбка вернулась. Та самая, от которой Теон прижал Тессу ближе, а Лука напрягся еще сильнее.

– Я многое из себя представляю, и одно из этих много – Странница между Мирами.

– Они – миф, – выпалила Кэт.

Она снова покраснела от своей вспыльчивости, но Тесса заметила возбужденный блеск в ее янтарных глазах. Это было то же выражение, которое она наблюдала утром, глядя на Теона. Лихорадочная энергия, вибрирующая вокруг него, когда он натыкался на что-то интересное или перспективное в своих исследованиях.

– Уверяю, это не миф, – сказала Скарлетт. – Редкое явление, но не миф. И я единственная, кто может переправлять других через звезды в другие миры.

– Если Темураль мой отец, то где он? – спросила Тесса, не в силах оставить это.

Печальное, понимающее выражение появилось на лице Скарлетт:

– Он – бог. Насколько я понимаю, боги не могут войти в Деврам.

– Тогда зачем говорить мне все это? Ты можешь доставить меня к нему?

Она покачала головой:

– Это подвергнет опасности не только тебя.

– Тогда в чем смысл? – повторила Тесса.

– Ты неправильно понимаешь, – сказала Скарлетт. – Боги не могут прийти сюда, но они нашли способы влиять на события происходящие здесь.

– Боги не могут вмешиваться в дела Деврама, – возразил Теон.

– Но всегда найдутся лазейки, – ответила Скарлетт. – Советую начать искать свои собственные, если собираешься играть в их игры.

– Если боги не могут сюда прийти, вряд ли мне стоит беспокоиться об их играх, – сухо отозвался Теон.

– Глупый маленький лордёнок, – с горькой усмешкой произнесла Скарлетт. – Ты еще не понял? Ты уже в самом их эпицентре.

ГЛАВА 21

АКСЕЛЬ

Аксель видел, как напряженно работает ум его брата, переваривая все, что говорили ему Скарлетт и Сорин. Он знал, что Теон будет одержим этим еще много дней. Впрочем, любой бы был, но не так, как Теон. Тот переберет все возможные варианты, придумает, как обернуть информацию в свою пользу, свяжет ее со всем, что уже знает. И непременно родит очередную безумную теорию. Хотя теперь-то некоторые из этих теорий уже не казались такими безумными. Ярчайшее тому доказательство – это серебристо волосая женщина напротив. Второе доказательство пророчество общества Авгуров.

После очередного напряженного обмена репликами между Скарлетт и Теоном Сорин предложил всем перевести дух. Аксель предложил напитки. Теперь пара сидела напротив него и Кэт на другом диване. Тесса заняла кресло, в котором сидела с самого начала. Теон застыл в соседнем кресле, напряженный как струна. Лука, разумеется, по-прежнему стоял.

– А что насчет моей матери? – устало спросила Тесса. – Что вам о ней известно?

– Я пыталась, но Темураль отказался говорить о ней, – ответила Скарлетт, отставляя бокал вина. – Мне ничего не известно о твоей материнской линии.

– Как удобно, – процедил Теон, и его пальцы, сжимавшие стакан с крепким напитком, побелели. Еще немного и он раздавил бы стекло.

– Пусть я и могущественная, но даже мне приходится играть по правилам, и стратегически, – парировала Скарлетт. – Темураль куда непредсказуемее моей матери. Немного… непостоянный. Если бы мне пришлось угадывать, я бы сказала, что он дикий и необузданный. Я пока недостаточно хорошо его знаю, чтобы вести с ним переговоры.

В комнате снова повисла тишина, и все, кто был из мира Деврама погрузились в свои мысли. Скарлетт склонила голову набок. Она часто так делала, словно слышала что-то, недоступное остальным. За этим было интересно наблюдать. Аксель предположил, что это связано с их связью Источника, и это вернуло его к…

– Так он твой Источник? – спросил Аксель, кивнув в сторону Сорина.

– Да, – подтвердил Сорин.

– Вы оба прошли Испытания?

Скарлетт фыркнула и ткнула пальцем в Сорина:

– Да он старше любого мудреца. И мудрее, пожалуй.

– Острый у тебя язычок, – поддел ее Сорин, щелкнув по носу, прежде чем она отбила его руку.

– А ты? – спросила Тесса, глядя на кузину.

– Я прошла Испытания несколько лет назад. Они были весьма увлекательные, – ответила Скарлетт.

– Несколько лет назад? – удивился Аксель. – Сколько тебе лет?

– Сколько тебе? – парировала она.

– Двадцать четыре. Твоя очередь.

– Двадцать шесть.

– Когда Сорин стал твоим Источником?

– В день моего двадцатилетия.

– Двадцать лет? – вырвалось у Акселя. – Как?

Скарлетт недоуменно наморщила нос:

– Что значит как? Я нанесла ему метку Источника.

Она указала на мужа, и тот закатал рукав туники, обнажил метку, которую Аксель прежде не видел на его предплечье. Впрочем, не совсем так. Он был похож на один из их метки Источника, но были и отличия.

– Только одна метка? – спросила Тесса.

– Мне кажется, мы уже это обсуждали, а время у меня ограничено, глупо возвращаться к этому, – отрезала Скарлетт. – Но мне любопытно насчет этих ваших четырех меток Источника. Почему их четыре?

– Один для физической связи, один для эмоциональной, один для ментальной, а последний для обмена силой, – словно повторяя урок, ответила Тесса.

– И не только, – добавил Теон.

– Ах да, – с явным сарказмом протянула Тесса. – Забыла про принести свою жизнь в жертву за твою.

Скарлетт и Сорин уставились на них, явно не зная, что сказать. Скарлетт медленно поставила бокал, и в воздухе замерцали едва заметные тени.

– Могу я взглянуть на имеющиеся у тебя метки?

Ее голос звучал ровно и напряженно, и в следующее мгновение Теон вскочил на ноги:

– Зачем?

– Назовем это любопытством. – Когда Теон не сдвинулся с места, Скарлетт закатила глаза. – Я не причиню ей вреда. Она моя семья.

– Ты сама говорила, что не ладишь с матерью.

Скарлетт щелкнула языком:

– Это другое.

– Она не причинит ей вреда, – вмешался Сорин, поднимаясь. – Скарлетт хорошо разбирается в метках. Идея о существовании более одной метки Источника ее заинтриговала.

– Если ты что-то задумала… – предупредил Теон, и вокруг него заклубилась тьма.

– Мило, – фыркнула Скарлетт, покровительственно похлопав его по руке, когда проходила мимо. Белые языки пламени на ее пальцах оставили едва заметные подпалины на его рубашке.

Аксель подавил рвущийся смех, но Тесса не сдержалась.

Остановившись в нескольких шагах от девушки, Скарлетт произнесла:

– Покажи мне.

Тесса подняла правую руку, демонстрируя первую метку – три перевернутых треугольника.

Брови Скарлетт взлетели вверх:

– Это символ Ариуса. Не метка.

– Должно быть, это больше, чем символ, – возразила Тесса. – В тот момент, когда он появился, я ощутила его силу, а он мою.

Скарлетт нахмурилась, взяла Тессу за руку:

– Можно?

Она долго изучала метку, затем перевернула ладонь девушки и провела пальцем по отметкам на внутренней стороне запястья.

– А это?

– Идентификационные знаки, – ответила Тесса, кратко объяснив каждый.

– Ты сказала, у тебя две так называемых метки Источника? – уточнила Скарлетт, а ее голос стал еще напряженнее.

Тесса потянулась к воротнику рубашки и приоткрыла метку, вьющийся над сердцем.

– Что он делает? – спросила Скарлетт.

– Мы чувствуем эмоции друг друга, – ровно ответила Тесса.

Повернувшись к Теону, Скарлетт приказала:

– Покажи твои последние две метки.

Глаза Теона сузились:

– Зачем?

– Мы не можем вмешиваться, Скарлетт, – тихо произнес Сорин.

Он подошел к жене, пока она осматривала Тессу, и Аксель готов был поклясться: в его голосе звучала нотка печали.

– Не вмешиваться? Ты серьезно? – возмутилась Скарлетт, резко повернувшись к мужу. – Разве ты не видишь, что я вижу? Что они сделали? – она подчеркнула слова, подняв левую руку, на которой была метка, совпадающая с той, что красовалась на тыльной стороне ладони ее мужа.

– Я вижу, любовь моя, – мягко сказал Сорин. – Это может изменить… слишком многое.

– Когда это меня останавливало?

– И какую цену ты заплатила, не взвесив все последствия?

Губы женщины сжались. Наконец она произнесла:

– Я не могу остаться в стороне, Сорин.

– Кто-нибудь, объясните уже, блядь! – рявкнул Лука. – Ради всего святого, я как будто в комнате с Сиенной нахожусь.

Скарлетт и Сорин снова словно вели безмолвный спор, доступный лишь им двоим, но прикосновение локтя Кэт вырвало Акселя из наблюдений. Тепло, прокатившееся по коже, невольно заставило его наклониться к ней, но она была полностью поглощена парой.

Все это время она молчала. Лишь пару раз задала вопросы, за которые тут же тихо извинилась, хотя вовсе не обязана была. Но она впитывала каждое слово точно так же, как Теон. Кэт полностью захватила мысль о том, что существа из иных миров пришли сюда.

После долгой, напряженной паузы Скарлетт вздохнула и уперла руки в бока.

– Ладно, – резко бросила она мужу. Повернувшись к остальным, сдержанно спросила: – Кто здесь наносит метки?

Теон и Лука обменялись взглядами, после чего Теон ответил:

– В основном это делают жрицы.

– А метки Источника?

– Некоторых жриц специально обучают для этого.

Скарлетт прищурилась:

– Кто их обучает?

– Они из Наследия Зинты, так что…

– Наследия Зинты? – перебила Скарлетт. – А Наследие Тайки?

– Кто такие Наследие Тайки? – спросила Тесса.

Когда Скарлетт, похоже, задумалась, что ответить, Тесса перевела взгляд на своего связанного:

– Теон?

Теон провел пальцами по переносице:

– Эти знания, которым не обучают фейри. Есть две богини колдовства и чародейства, – сказал он. – Они сестры. Зинта и Тайка.

– Сестры-богини? – повторила Тесса. – Здесь есть представители Наследия Тайки?

– Да, но их мало. Многие были убиты, когда истребили немногих из Наследия Саргона, – ответил Теон.

Тесса повернулась к Луке:

– Твои родители?

Лука пожал плечами:

– Насколько я понимаю, это случилось задолго до моего рождения. Мои родители каким-то образом избежали расправы.

Тесса тяжело сглотнула и вновь посмотрела на Скарлетт:

– Почему важно, что здесь есть оба этих Наследия?

– Потому что одна богиня верна Ахазу, а другая Ариусу, – ответила Скарлетт. – Во всем требуется равновесие, а Деврам, похоже… нарушил баланс, – добавила она, опустив серебристые глаза на метку на руке Тессы.

Вдруг в воздухе вспыхнул вихрь серо-голубого тумана. Скарлетт достала из кармана костюма цепочку с подвеской, оттуда и исходил туман.

– Что это? – спросил Теон, настороженно разглядывая вещь.

Скарлетт нахмурилась и снова спрятала подвеску:

– Напоминание, что мое время здесь почти истекло.

– Ты уходишь? – Тесса подалась вперед в кресле.

Скарлетт искренне вздохнула:

– Мне придется, Тесса.

– То есть ты просто пришла, сказала, что я дочь бога и внучка Первородного, а потом… что? Оставишь меня разбираться с этим самой? – резко спросила Тесса.

– Я не могу сделать больше, – сказала Скарлетт. – Я связана клятвой на крови, закрепленной клятвой сделки. Все, что я могу сделать, это дать тебе информацию.

– Тогда зачем вообще приходить? Если ты не можешь помочь…

– Я не говорила, что не могу помочь, – резко оборвала ее Скарлетт. – Просто не так, как ты хочешь.

Тесса замолчала, а Аксель задался вопросом: откуда Скарлетт знает, чего именно ждет от нее Тесса?

– Мы опоздаем, если не отправимся сейчас, – мягко напомнил Сорин.

– Да-да, – вздохнула она, отмахнувшись. – Наследный принц будет очень недоволен, если мы пропустим его день рождения.

Сорин усмехнулся:

– Принцу Финну исполняется три года. Думаю, он не запомнит и не обратит внимания. А вот ты расстроишься, если пропустишь объявление Каллана12 и Тавы13 о второй беременности. Ты обещала Каллану быть там, а Тулу14 заверила, что мы не опоздаем.

– Знаю, – снова вздохнула она. – Только не дай Судьбы мне столкнуться с Всадником Пепла15 из-за того, что я нарушила обещание, данное Туле.

– Как ты покинешь королевство? – спросила Кэт. – Я знаю, ты Странница между Мирами, – быстро добавила она. – Но… как это работает?

Скарлетт мягко улыбнулась ей, но Аксель все равно напрягся, готовый ко всему.

– Ты тихая и наблюдательная, – сказала Скарлетт. – Готова поспорить, ты еще и очень сообразительная.

Аксель ожидал, что Кэт склонит голову, но она выдержала взгляд Скарлетт, хотя ее кожа снова залилась румянцем.

– Я могу путешествовать между мирами по воле мысли, – объяснила Скарлетт. – Но чтобы взять с собой других, проще использовать зеркальные врата. Это меньше истощает мои резервы.

– Зеркальные врата? – переспросил Аксель. – Ты ведь говоришь не в переносном смысле?

Улыбка Скарлетт превратилась в лукавую усмешку, и она подняла руку. Белые языки пламени и тени закружились, будто усеянные яркими искрами, но это было нечто большее.

– Это Хаос, – просто сказала она. – У меня больше, чем у обычного Наследия.

– Она на редкость скромничает, – ровно заметил Сорин. – Она столь же могущественна, как любой Первородный бог или богиня.

– Невозможно, – фыркнул Теон.

– И все же я стою здесь, лордёнок, – протянула Скарлетт. – Хаос у меня на кончиках пальцев, дары четырех богов и богинь, две стихии фейри.

– Ты хочешь сказать, что зеркало в Подземелье – это врата в иные миры? – перебил Аксель, прежде чем Теон и Скарлетт снова начали пререкаться.

– Очевидно, это зеркала в иные миры, – ответила Скарлетт. – Твой брат видел меня в одном из них много лет назад. Почему бы им не быть вратами?

– Но… как? – повторил Аксель.

– Сейчас я управляю ими с помощью Хаоса, – ответила она, и сила вновь вспыхнула в ее ладони. – Но прежде, чем я получила эту власть, не могу сказать.

– Прежде… Ты говоришь, что кто-то еще мог использовать зеркало? – вмешался Теон.

Скарлетт указала на Тессу:

– Как ты думаешь, как она сюда попала? Врата были… сломаны, можно сказать. Пока я не нашла способ их контролировать. Но это не значит, что другие не пользовались ими в это время. Любой, готовый заплатить цену, мог найти этот путь.

– Цену? – спросила Тесса.

– Любая сила требует цену. Чем больше сила, тем выше плата, – мрачно ответила Скарлетт.

– И какова была цена этой силы? – съязвил Теон, кивнув на Хаос, клубящийся в ладони Скарлетт.

– Больше, чем ты можешь представить. Но если ты думаешь, что я взяла эту силу по своей воле, ты ошибаешься, – ответила Скарлетт. – Миры требуют баланса, и когда возникает потребность, у тебя мало времени, чтобы решить, как его восстановить, прежде чем вмешается Судьба. Иногда приходится выбирать между двумя нежелательными исходами. Но в конце концов, думаю, ты обнаружишь, что твоя собственная цена окажется не менее высокой.

– Мне нужно показать тебе кое-что.

– Гребанные Судьбы, – прокричал Аксель, прижав руку к бешено колотящемуся сердцу, когда Кэт почти бегом пересекла комнату к кофейному столику, где лежали несколько книг и бумаг.

Он только что вышел из ванной после событий этого дня и едва открыл дверь, как увидел ее перед собой. Она напугала его до чертиков. Или, по крайней мере, его тени, которые теперь кружились вокруг. Он позволил им задержаться, пока шел к Кэт, и пульс постепенно вернулся к норме.

Она стояла на коленях, переводя взгляд с двух книг на рисунок на листе бумаги. Она тоже переоделась: мягкие брюки облегали фигуру, а свободная кофта задралась, когда она потянулась за другой книгой. Ее кудри были небрежно собраны наверх, несколько выбились из прически.

Скарлетт и Сорин ушли. Скарлетт обняла Тессу и прошептала что-то на ухо, чего никто не расслышал. Затем они исчезли в воздухе, оставив им только несколько ответов и с еще больше хаоса, в котором предстояло разобраться.

Путешествие – так назвала это Скарлетт. Способность перемещаться из одного места в другое в пределах одного и того же мира. Способность, о которой Теон много раз упоминал вскользь. Предполагалось, что этого дара боги лишили Наследия, когда создали Деврам. Или по крайней мере тех, кто оказался здесь взаперти.

Но как Скарлетт могла перемещаться внутри Деврама?

Вот что теперь наверняка будет занимать мысли Теона наряду с прочей полученной информацией.

Но не только Теон был поглощен размышлениями.

– Что все это, котенок? – спросил Аксель, плюхнувшись на диван.

Он был измотан. Следующая порция запасов крови прибудет только через день, а он уже был на взводе. Ему стоило принять предложение Луки.

Заглянув Кэт через плечо, он пригляделся к ее рисунку. Это была какая-то метка и от этого Аксель невольно выпрямился. С метками не шутят. Лишь малейший изъян способен полностью изменить их смысл и назначение. Когда Кэт снова потянулась за карандашом, Аксель резко схватил ее за запястье.

Встревоженные янтарные глаза встретились с его взглядом.

– Что ты делаешь?

– Что я делаю? – переспросил Аксель. – Это ты что делаешь? Ты ведь понимаешь, что с метками экспериментировать нельзя.

– Я не использую, – возразила Кэт. – Это просто справочный материал.

– Для чего?

– Скарлетт была твердо убеждена, что существует только одна метка Источника, – пояснила Кэт, постучав пальцем по эскизу. – А это грубый набросок метки Источника Сорина.

– Метки Сорина? Мы едва успели его разглядеть, – нахмурился Аксель.

Она отмахнулась:

– Дело не в этом. А в другом, – сказала она, подтягивая к себе книгу. Аксель сразу распознал базовое учебное пособие с изображение четырех меток Источника на странице. Указывая на четвертую, последнюю метку, она добавила: – Посмотри, насколько они похожи.

Он наклонился ближе, и его обнаженная грудь коснулась ее плеча. Это прикосновение всколыхнуло в нем то, что он пытался забыть об этом с тех пор, как поцеловал ее в Подземелье.

Аксель слегка прокашлялся:

– Повторяю, мы плохо разглядели метку Сорина, но полагаю, они должны быть отчасти схожими, если выполняют одну и ту же функцию.

Кэт издала раздраженный вздох, Аксель сдержал улыбку и спросил:

– Чего я не понимаю, котенок?

Она повернулась к нему:

– Они не могут выполнять одну и ту же функцию, иначе зачем их изменять? Если для получения силы нужна лишь одна метка, зачем требовать еще три?

Аксель провел рукой по лицу. Это напоминало разговоры с Теоном, когда тот увлекался своими теориями.

– Не знаю, Кэт, – вздохнул он. – Она упоминала, что наш мир более развит и продвинут в сфере как технологий, так и магии. Возможно, мы нашли способ сделать метки эффективнее.

– Эффективнее? – она недоверчиво моргнула. – Как четыре метки могут быть эффективнее одного?

Он нахмурился:

– Хороший вопрос.

– Я знаю.

– Кто-нибудь говорил тебе, что ты невероятно скромна? – поддразнил он.

– Нет ничего зазорного в том, чтобы признать свою правоту, – фыркнула она.

– Конечно, нет.

Она развернулась, сверкнув на него взглядом:

– Тебе совсем не интересно, почему метки в нашем мире отличаются?

– Кто сказал, что они отличаются? – парировал Аксель. – Может, они отличаются в том мире, откуда пришла Скарлетт, а наши метки такие же, как везде.

– Это не имеет смысла.

– Почему?

– Вероятнее потому, что Скарлетт лучше разбираться в этом вопросе. Она Странница между Мирами. Настоящая Странница, – подчеркнула Катя.