Текст книги "Гоблин Дуся. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Матвей Курилкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 37 страниц)

Глава 9
Базар

Базар был похож на один здоровенный рынок. Удивительно точное название – я‑то думал, это будет городок вроде того же Грасс‑Вэлли, но тут даже близко похожего не было. Один бесконечный рынок с минимумом постоянного жилья и капитальных строений. Не, в центре что‑то такое просматривалось. Наверное, даже жилые, издалека мне было не видно толком. Ещё наблюдалась крепостица небольшая, но вроде бы зубастая. Я на свету вижу хуже, чем ночью, но там, похоже, даже пушки есть! Любопытно было бы разглядеть поближе, но нам туда не надо. Соваться в администрцию, учитывая, что я могу быть в розыске, было бы неразумно, а я под грузом ответственности стал до отвращения рассудительным типом. Самому тошно!

Но все монументальные строения – это в центре, а по краям раскинулось сплошное море палаток, навесов, лотков, загонов для скота на продажу и сотен продавцов. Покупателей, кстати, было куда меньше, чем предполагалось при таком количестве торговцев. Впрочем, я быстро сообразил, что здесь это немного по‑другому работает. Большинство торговцев и есть покупатели. Сюда приходят, чтобы обменять какие‑то излишки на что‑то, чего не хватает.

Публика собралась разношёрстная. Орки, эльфы, люди, которых здесь было меньшинство. Ещё – гоблины! Я впервые встретил здесь своих живых соплеменников, и у меня прямо язык чесался поскорее свести знакомство. Интересно же! Но пока нельзя. Надо держать марку и повышать свою известность, раз уж так сложилось. Чем больше народу нас увидит, тем проще потом будет эти самые знакомства сводить, я так решил!

На нас прям смотрели. Сшитые из кусков скакуны – многоножки произвели настоящий фурор. Я‑то думал, для этих мест такое нормально, или, как минимум, не слишком удивительно. Но куда там! Я чувствовал себя как какая‑нибудь звезда. Как какой‑нибудь маньяк из ужастика, типа Джейсона Вурхиза или Фредди, который вдруг явился в реальность во плоти, и никого вроде бы резать‑убивать не собирается, но всё равно – страшно.

– Сдаётся мне, у нас будут проблемы, – напряжённо сказал Витя. Они с Митей сейчас сделались опять невидимыми – на случай, если понадобится за кем‑то проследить, – Как‑то они на нас слишком испуганно смотрят. Может, тут того, некромантия запрещена?

Я повторил вопрос для Кигана.

– Здесь ничего не запрещено, – ответил уманьяр. – Всё покупается и всё продаётся. Но так ярко демонстрировать тьму, некромантию и прочее зло, не принято.

– Ну и нормально тогда. Что не запрещено – то разрешено! Давайте располагаться!

Я как раз приметил подходящее местечко. Компания из десятка человек сурового и одновременно весёлого вида уже сворачивалась, так что среди лотков и прилавков освободился свободный пятачок. Нам как раз подойдёт такой, чтобы разложиться. Тем более, у нас не так много товара. Это ж больше так, для антуража и чтобы не выделяться из общей массы… слишком сильно. Всё‑таки уже и так выделились.

– Привет, братаны. Вы уже уходите? Не против, если мы тут расположимся? – Спросил я у почтенных торговцев. Так‑то, если встретил их в другом месте, за торговцев бы точно не принял – видок у мужиков был суровый. Во всяких приключенческих книжках, кои я поглощал в своё время в диких количествах, так описывали либо наёмников, либо разбойников. Лица покрыты щетиной, глаза – как у сытых алабаев, движения ленивые, но точные. Пояса оттягивают пистолеты, за спинами винтовки, в общем, полный фарш и сплошная романтика большой дороги.

– Давай, щегол, место свободно. Раскладывайся, – махнул рукой бородатый тип с голубыми глазами. Вылитый Клинт Иствуд, только тот бритый был. – Что привёз? А то, может, это и нам надо?

– Всего понемногу, но всё исключительно полезное и нужное! – Обрадовался я их интересу. – Оружия немного, патроны, холодняк. Это для самозащиты, значит. Ещё удобная одежда, неповреждённая, хотя и бывшая в употреблении. Для любителей экзотики – балахоны самых разных расцветок. Крепкая хорошая обувь разных размеров – в дороге не подведёт. Есть и поинтереснее вещички, для ценителей. Вот, скажем, набор серебряных рюмок с какими‑то камешками. Бирюза, что ли? Типа для дома, для семьи, для уюта. Или вот целая связка отлично выделанной кожи. Короче, товар на любой вкус.

– Слушай, а откуда всё это?

– Эхо войны. В смысле, трофеи. Мы так‑то закупаться приехали, а не торговать, но раз уж случай представился – отчего бы и не заработать дополнительно?

Я специально говорил громко, чтобы не только собеседник слышал, но и окружающие. Не только для рекламы. Точнее, не для рекламы товаров, а для себя, таких замечательных и крутых.

– Вот как, – задумчиво покивал Клинт Иствуд. – Трофеи, значит. Это где ж такие трофеи находятся?

– Да так, места надо знать, – уклончиво ответил я.

– Патронов, может, и прикупил бы, если в цене договоримся, – задумчиво пробормотал бородатый. – А вот мясо ты лучше спрячь, гоблин. Здесь такое не принято. Администрация может не понять.

Я даже не понял, сначала, что имеется ввиду. Потом сообразил:

– А! Это не мясо. И не на продажу. Это типа спутников… или как их назвать, даже не знаю. Спасённые, короче. Не бросать же, они пока живы. Может, отойдут ещё. Кстати, уважаемый, я тут в первый раз. Не подскажешь, кабак какой‑нибудь есть приличный? Есть хочется – сил нет!

– Этого добра навалом, – покивал собеседник. После того, как я объяснил, что никого на мясо продавать не собираюсь, и вообще те чуваки – не товар, в глазах у него прибавилось теплоты. Видно, всё‑таки не совсем тут дикий капитализм, какие‑то правила есть. И это – хорошо!

Мы познакомились. Вопреки ожиданиям мужика завали не Клинт, а Билли. Тоже, в общем, знаковое имя, мне сразу вспомнился знаменитый Билли Кид. Мы немного поболтали, потом Билли прикупил патронов – расплачивался, кстати, золотым песком. Местные бумажные доллары тут вообще, особой популярностью не пользуются, как я понял. Обидно, хотя и ожидаемо. А ещё он меня пригласил потусить в кабаке ближе к вечеру. Компания Билли пока никуда не уходила – им ещё предстояло закупаться, так что как минимум до утра они планировали оставаться на Базаре.

– Расскажешь, где вы так разжились трофеями. Интересные штуки, особенно лошадки… не продаёшь, кстати?

– Отчего ж не продать, – пожал я плечами. – Продам, и даже дёшево. Только сразу предупрежу – как управлять такими я не знаю, мы сами их только в поводу можем вести. И как заряжать – тоже понятия не имею. Так что есть приличный шанс, что они через какое‑то время просто встанут. А то и вовсе развалятся.

Ну, Билли, судя по всему, и так не слишком интересовался, поэтому только покивал задумчиво и ушёл. А мы с уманьяр остались торговать. И, кстати, неплохо получалось. Я прошвырнулся по соседям – посмотреть, что сколько стоит. Вышло так, что Билли за патроны вполне нормально заплатил. Дисконт получился где‑то процентов десять – ерунда, в общем‑то. Я думал, он меня, как новичка, куда сильнее нагреет. Но это патроны и оружие легко оценить, а вот с остальным можно было лишь примерно порядок цен понять, а дальше всё упиралось в мастерство торговли. Как торгуются уманьяр, я себе примерно представлял, поэтому пришлось срочно возвращаться к нашей торговой точке. И в данном случае не из‑за того, что мне жаль упущенной выгоды, а просто чтобы не прослыть лохами. Их, лохов, никто не уважает, а нам это надо? Разлетится по всему рынку слух, что мы – удачливые, но наивные новички, кому от этого хорошо будет?

Торговля, правда, шла ни шатко, ни валко. Ну, за исключением оружия. Патроны и стволы у нас забрали быстро. Мы на продажу немного выделили, это добро самим надо. Так что все лишние стволы и патроны разобрали ещё до того, как я вернулся, а вот остальные ценности особым спросом не пользовались. Так, подходили иногда, интересовались, но без большого интереса. Разве что обувь покупали более‑менее. Обувь – она всем нужна.

– Дуся, ты не забыл, что мы здесь не для торговли? – Спросила меня Илве по завершении очередного ожесточенного торга. Ещё дна пара ботинок ушла, а вместо неё мы получили пару унций золотого песка. Пришлось, кстати, набор весов прикупить, тут была поблизости точка, на которой торговали всяким таким. Для продаванов.

– Терпение, дорогая Илве, я и сам не слишком радуюсь. Но нам надо примелькаться.

– А выглядит так, что тебе это занятие очень нравится, – хмыкнул Киган. – Кстати, нам можно будет купить здесь скот на мясо. Хоть обеспечим племя едой на зиму, не придётся много охотиться.

– Тоже дело, – кивнул я. – Вот видишь, Илве, даже Киган понимает, что без торговли не обойтись.

Мне, кстати, очень польстило, что спутники не сообразили, как мне скучно. А мне было! Нет, поначалу торговаться было интересно. Я ж никогда раньше таким не занимался! Но это первые пару раз всего, а потом стало слишком однообразно. Ой, а тут вот царапина на пятке, ой, да вы же не на бал в этом пойдёте… Скучно! Но надо. Так что я, получается, хороший актёр, раз уж мне удалось создать впечатление, что мне это нравится. Но всё равно я долго не продержался. Себя показали, и хорошо. Я отправился посмотреть на других.

Прежде всего, мне были интересны соплеменники – должен же я, наконец, хоть с кем‑то из них познакомиться⁈ И, конечно, Митя с Витей давно нашли, где они тусуются. Но сначала хотелось с чувством, с толком, с расстановкой рассмотреть это интересное местечко. Потому что оно и правда было интересное! Это было похоже на гибрид ярмарки и блошиного рынка в самых лучших, самых интересных проявлениях. Ну и птичьего ещё, конечно же. Маленьких домашних собачек и котят тут не продавали, а вот всяких кур, овец и коз с коровами – более чем достаточно. Я даже пожалел, что мы трофейных оставили, надо было тоже на продажу увести. Но всё это ерунда. А вот экзотика всякая – это было в самом деле интересно. Я когда в поисках соплеменников набрёл на лавку с вывеской «Магические товары, алхимические ингредиенты и амулеты», просто не смог пройти мимо. Там было ух… Например, бубны. Шаманские, да. Я с раскрытым ртом любовался этим великолепием. Они ж прямо на стене висели, штук десять. С яркими, красочными рисунками. Солярные, лунарные символы, что‑то совсем незнакомое. А уж какие прекрасные, увлекательные были под ними подписи! Чего только стоил бубен из драконьей кожи, который по описанию должен повелевать духами драконов! Я аж залип. Тут и драконы, получается, есть?

– Ну и чего ты смотришь на эту фигню, Дуся? Неужто не ясно, что это пустышки?

– Красивое, – пояснил я свой интерес. Но вообще, да, тутошний продавец явно покупателей надуривает. Я своим шаманским чутьём чётко ощущал – это просто музыкальные инструменты. Не чувствовалось от него чего‑то такого, что чувствуется от моего бубна. Какого‑то едва заметного флёра… дымки… нет, не могу объяснить и описать. Слов просто нет, чтобы конвертировать в них свои ощущения от моего трофейного бубна.

– Интересуетесь, юноша? – Вкрадчиво спросили у меня. Я оглянулся, и ещё больше обрадовался. И продавец – гоблин. Удачно я в эту лавку зашёл! – У меня отличные, очень сильные бубны. Вот с этим вам будут подвластны все духи земли и огня, а этот поможет повелевать воздушными сущностями. Но, может быть, вы предпочтёте водных? В наших засушливых краях их не так уж много, но я уверяю вас, противник, встретив такого необычного соперника, будет обескуражен! Я вижу, ваш старый бубен слегка поизносился… Конечно, это ведь трофей, я правильно понимаю? Уже наслышан о вас, храбрый юноша. Так я могу принять его и выдать новый, гораздо больше и сильнее со всего лишь небольшой доплатой! Вот, дайте‑ка мне прикинуть… Пожалуй, вот этот я смогу продать вам со скидкой. Всего сорок унций золотого песка!

Короче, мой носатый знакомец на ходу подмётки режет! Куда мне с моими неуклюжими попытками торговли!

– Дуся, это наглость! – Возмущённо орал мне на ухо Митя, помахивая крыльями. – Ты вообще представляешь, сколько может стоить твой бубен⁈ Да он дороже всей этой лавки! Да, понятно, что ты понятия не имеешь, как им пользоваться, и у тебя там враждебные сущности, но это – настоящий шаманский бубен, который носили хрен знает сколько сотен лет! А это – новодел голимый! Дуся, нас держат за идиотов! Сорок унций доплаты! Да мы втрое меньше за оружие выручили, а тут… заготовка, максимум! Дуся, это наглый грабёж! Дай я ему всеку, Дуся! Или сам всеки!

Короче, сбивал меня с мысли изо всех сил, зараза такая, фиг сосредоточишься под его бубнёж!

– Но я к нему уже как‑то привык, – светло и глупо улыбнулся я. – А скажите, почтенный, вы здесь живёте?

– Да уже практически живу, – покивал гоблин. – Торговый представитель на постоянной основе! – Он зачем‑то поднял вверх узловатый указательный палец. Видно, подчеркнуть хотел, какая это уважаемая и нужная должность. – И всё‑таки, юноша, я бы не рекомендовал вам носить с собой такую вещь. Скажу вам по секрету, храбрый юноша, она может быть для вас опасна. Кто знает, дух прежнего владельца может по‑прежнему оставаться здесь, рядом с ним. И он может быть враждебен! Очень, очень рекомендую вам избавиться от этой вещи! Доверьте её профессионалам, мы знаем, как с такими обращаться!

Учитывая, что в лавке даже ловцов снов банальных не было, я что‑то очень сомневался, что этот гоблин знаком хоть с одним профессионалом.

– Вы так думаете, уважаемый торговец? – С придыханием спросил я. – А откуда вам это известно? Вы и сами не чужды шаманского искусства?

– Что? Нет‑нет, я далёк от столь высоких материй. Но среди моих товарищей есть разумные которые в этом неплохо разбираются! И поверьте, я не шучу, когда утверждаю, что эта вещь может быть опасна!

Само смешное – не врал ведь, скотина! Так оно и есть, действительно, опасная штуковина у меня на поясе. Я ж толком поспать не могу с тех пор, как она у меня появилась – каждый раз проваливаюсь незнамо куда, и там меня все не любят. Того и гляди тело украдут! Вот, кстати, интересно, а что они потом делать‑то с ним будут, с телом?

Дядька никак не хотел меня отпускать. Чёрные блестящие глазки так и горели от восторга – он уже был практически уверен, что бубен у него в руках! Видно, глаз у торговца намётан, понимает, что ценный инструмент и заранее подсчитывает прибыль…

А я особо и не сопротивлялся. Во‑первых, интересно пообщаться с соплеменником – в кои‑то веки его встретил! Ну и торговец, заглотив наживку, охотно отвечал на мои вопросы и щедро делился местными раскладами. Правда, всё время переводил тему на вожделенный бубен, но мне это не мешало. Всё‑таки как хорошо иногда выглядеть безобидным юным придурком! Мы быстро перешли на ты. Точнее, он перешёл:

– Ты, парень, здесь явно новичок. Да ещё один! Зачем‑то с Рысями связался. Это ты зря, нужно со своими держаться. Вот, кстати, у нас всегда рады соплеменникам! Даже если они из какой‑то задницы прибыли, – приобняв меня за плечи рассказывал продавец. – Хочешь – пошли к нам! Ты паренишка ловкий, не простой, раз такую добычу где‑то взял! Значит, полезен будешь! У нас и девки есть, и сыт всегда будешь. Дело тебе по силам найдём! Да вот хоть ко мне пойдёшь помощником… Бубен этот пойдёт как вступительный взнос. Что тебе с этих уманьяр, они малахольные все. И всё одно нас не любят. У нас своя компания, тут продаём, там покупаем. Мирные, понимаешь, занятия. Но и по зубам можем дать, если вдруг что! Мы за своих – горой! Нас тут уважают и боятся, даже орки не трогают! Старый Пупок тебе и протекцию окажет!

Пупок – это он так представился, если что.

– Нет, уважаемый Пупок, я ещё свои обязательства не выполнил. Я могу рассчитывать на конфиденциальность нашего разговора?

– О, конечно можешь, парень! Я – могила!

– Дело в том, что там, за горами, томятся в плену мои соотечественники. Трудятся на шахте за миску дрянной похлёбки. Я рассчитываю их освободить!

– Шахта в Грасс–Вэлли? – Тут же сообразил гоблин. И даже серьёзен стал. – Бестолковое дело. Освободить, может, и можно. Уйти потом будет сложно. Авалонцы над золотом трясутся, как драконы над… золотом. Они не позволят нарушить поставки. А уж с тех пор, как у них нового губернатора поставили, этого Морьо, стало совсем паршиво. Он наладил систему охраны. А система, парень, это главное. Система будет работать не зависимо от исполнителей, всегда. Нет, я бы на твоём месте в это не лез. У нас иногда появляются желающие… но тут ведь как, все между собой собачатся. Каждый на себя одеяло тянет. Это ведь деньги нужны юноша, а вкладываться в такое сомнительное дело никто не захочет. Наши туда тоже попадали, чтоб ты знал… Может, и сейчас ещё живы. Так мы тоже об этом думали. Налететь‑освободить, как положено. Но тут нет, глухо. Никто не подпишется. Так что, считай, они мёртвые уже. Давай, кстати, выпьем за помин души… сейчас‑сейчас, я клюкаловку принесу. – И скрылся где‑то в подсобке. Напоить клиента – это ж первое дело!

– Всё, – печально вздохнул Митя. – Раз до клюкаловки дело дошло, он на тебя серьёзно глаз положил! Теперь так просто не отцепишься.

А мне вдруг пришёл в голову отличный прикол.

– Митя! – Говорю шёпотом. – Слушай сюда!

Дух поначалу не вкурил, но потом до него дошло. Эх, жаль, подробно объяснить, что от него требуется, не получится. Остаётся только надеяться на его актёрские способности.

Торговец вернулся, торжественно неся на подносе пыльную бутыль. Не такую, как во всяких сверхдорогих винных подвалах. Это просто была бутыль светло‑зелёного стекла, слегка извалянная в песке. Внутри до половины плескалась жидкость неопределённого цвета. Такая себе элитарность, надо сказать, но торговец не смущался, и нёс бутылку как величайшую драгоценность.

– Наш, секретный рецепт! – Гордо возвестил он. – Никому чужакам не предлагаю! Какой букет! А какой эффект!

Он разлил жидкость по прозрачным стопочкам. Мы выпили. Дрянь оказалась – редкостная, на вкус, по крайней мере. И горло продрало – я еле‑еле сглотнул, а хотелось вообще обратно выплюнуть. Зато сам торговец опрокинул свою порцию легко, не без изящества даже. Благостно, с хитринкой взглянул на меня. И вытаращил глаза в ужасе.

Я глянулся. За спиной у меня стоял давешний шаман. Один в один – высохшая кожа, провалившиеся глаза и нос, в глазницах – тьма. Стоял и смотрел на меня пронизывающим пустым взглядом. Настоящая жуть! Всё как я люблю.

– Что такое, уважаемый? Не в то горло пошло? – Говорю.

– Да, давненько я не пил хорошей клюкаловки, – кивнул торговец нервно, и уставился на бутылку. Видно, проверял, не перепутал ли.

Митя скорчил ещё более страшную рожу… блин, переигрывает. Хотя нет, судя по реакции владельца лавки – в самый раз. Мне в той ещё жизни в сети попадались анимешные гоблины – вот один в один!

– Знаете, Дуся, я совсем забыл. У меня, оказывается, переучёт! – Сказал торговец, и начал меня аккуратно выпихивать из лавки. – Такая досада… ну ничего, в следующий раз. Переучёт – серьёзное дело…

– Митя! – возмущаюсь картинно, – Опять ты балуешься! Ты зачем посторонним показываешься, паршивец⁈ Ну‑ка давай, принимай нормальный вид!

– Прости, Дуся. Просто заскучал, – неискренне повинился дух, и вернулся к своему нормальному виду. Ну, как нормальному – с крылышками, хвостом вырвиглазным и рожками. Торговец икнул.

– Тьфуй… так ты шаман, что ли⁈ – Возмутился он. – В смысле – всамделишный? А сразу сказать нельзя было? Я тут столько времени распинаюсь…

– Извините, уважаемый. Как‑то к слову не пришлось.

– Ай‑ай‑ай таким быть! – погрозил мне пальцем хитрый соплеменник. – Стыдно должно быть так поступать с пожилым гоблином! Так что ты там говорил про Грасс‑Вэлли?

Я довольно кивнул сам себе. Всё‑таки заинтересовался! Главное же поставить себя правильно!

Глава 10
Логоваз

Я раньше как думал? Человек, если он живой, никогда не бывает счастлив и доволен жизнью. Типа бывают какие‑то вспышки, когда ему девушка дала, или там, Нобелевскую премию получил (а для меня прежнего это были события примерно одного порядка). Или, скажем, тяжело больной родственник в коме вдруг моргнул левым глазом, как в бразильском сериале. Так вот, в такие моменты – да, счастье есть, но эти моменты короткие и проходят за мгновения. А дальше опять начинаются проблемы и сложности, с которыми можно справляться или игнорировать с разной степенью эффективности, но никогда не забывать окончательно. Продолжительное, протяжённое счастье доступно только для животных, и это справедливо. Таким вот способом мы расплачиваемся за наличие в мозгу такой надстройки как разум. Так и получается, думал я, что человек всё время гонится за счастьем, как ослик за морковкой, привязанной перед ним на удочке. И никогда его толком не достигает. Ну, или перестаёт гнаться, и тогда в значительной степени возвращается к своим корням, то бишь, к животному состоянию.

Честно говоря, сейчас я как никогда был близок к тому, чтобы пойти по этому пути. Наплевать на планы, наплевать на обязательства. Которые, к тому же, и не обязательства, в общем‑то. Ну, серьёзно, кому я должен? Рабам на руднике в Грасс‑Вэлли? Рысям? Тут вообще не ко мне. Я им и без того уже помогал дофига, просто так, по доброте душевной. А они в ответ? Да ничего хорошего они мне не сделали, если уж скрупулёзными подсчётами заниматься. Ну, разве что сиськи показывали – это да, это серьёзный плюс, но им он ничего не стоил. Там же девицы всегда так ходят, и ничего странного в такой прекрасной форме одежды не видят.

Короче, мне очень сильно хотелось всё бросить, и куда‑нибудь свалить. В хтонь, например. Про неё тут говорили опасливо – дескать, нечего кликать. Всякое оттуда может прийти, особенно, если трепаться об этом направо‑налево, потому что до неё тут меньше дневного перехода на лошади. Или можно в большое путешествие отправиться, через весь материк, на север – в леса уманьяр, которые возле Йелоустоунского вулкана раскинулись. Ну, это в моём мире он Йелоустоун, а в этих местах – Малондо. Правда, означает один фиг то же самое – жёлтый камень, только не на английском, а на уманьярском. И само государство у них так же называется. Чем не отличная цель для путешествия? Уж у них там остроухих девиц в жилетках – распашонках, наверное, в разы больше, чем здесь! Хороших и разных. Короче, передо мной – весь мир, а я застрял тут на Базаре, и совершенно не понимаю, что делать, потому что вокруг сплошные тупицы и предатели. Серьёзно! Такое ощущение, что я один считаю необходимым вызволять своих! И это притом, что мне‑то они, как раз, не совсем свои по факту. Я ж попаданец! Для меня тут все чужие.

Особенно обидно, что в какой‑то момент мне уже показалось, что всё на мази. Товарищ Пупок, узнав, что я – не случайный и очень юный перец, а настоящий шаман, проникся некоторым уважением. Тут вообще, как я понимаю, всякие сверхъестественные чуваки – большая редкость. Они здесь встречаются куда реже, чем в остальном мире. В том же государстве Российском, например. Так что здесь я, даже просто по факту наличия способностей, могу считаться чувком авторитетным, к чьим словам прислушиваются. К тому же – большой плюс! – Ещё не успел ни с кем ни скорешиться, ни начать враждовать. Гоблин новый, ни в каких местных раскладах не участвую, мозолей никаких не отдавил и врагов не нажил. Чистый лист, при этом с определённым кредитом доверия. Вот только этого доверия оказалось недостаточно, чтобы ко мне всерьёз прислушаться.

Пупок, выслушав мои планы, так и сказал:

– Меня можешь на это дело подписать, Дуся. Считай, что я участвую. Но только при одном условии – участвую бойцами. Финансирование – это не ко мне. Мы гоблины маленькие, бедные. Нам золотом разбрасываться не след на всякие сомнительные мероприятия. Ну и, само собой, в одно рыло наш коллектив в этом участвовать не будет. Так в движухе поучаствовать – тема здравая, особенно, если прибыль намечается. Последний конвой с золотом ушёл почти квартал назад… можно будет неплохой приварок получить, помимо доброго дела. Тем более, своих‑то пленных у нас там и нет вроде… кто был, уж помер наверно.

Я был воодушевлён. Ну, круто же – с одной группой уже, считай, договорился. Осталось ещё пару‑тройку собрать единомышленников, и будет крутяк вообще. Кворум. Знаете, такое чувство, когда ты вот‑вот добьёшься цели? Вот это я и чувствовал, выходя из «Магических товаров, алхимических ингредиентов и амулетов». Кум королю, что называется. Мы с Митей здорово сыграли, и отлично себя показали, сначала выбив из колеи, а потом договорившись с почтенным Пупком. Ну, думаю, сейчас и с остальными быстренько порешаем.

Ага, как же. Началась такая тягомотина, которую я терпеть ненавижу. Не, найти‑то нужных разумных мне было не сложно. У меня ж весточки есть, с подробным описанием кого спрашивать, и какой пароль говорить. Я сначала направился к оркам. В отличие от лихого Дройна Разрывателя Жоп, группа Жабоеда считалась здесь, можно сказать, мирными тружениками. Они в основном промышляли добычей золота в местных ручьях, а так же визитами в Долину Смерти за ценными ингредиентами. В основном каких‑то песчаных жаб таскали. Я понятия не имею, что за жабы такие, но довольно ценные. Тут, кстати, они продавались на Базаре. Вот я туда, где они продаются, и направился.

Главное, встретили‑то меня вполне прилично. Особенно, когда приветы передал – там даже с почтением. И вот, я весь такой героический, как Зорро, агитирую народ на свершения, и вижу – вообще не затрагиваю сердечных струн. Но Дуся – он упорный, если не сказать – упоротый. Если не получается в дверь, мы в окно полезем. Я стал напирать на то, что там золото есть. Много! И вот тут, конечно, алчный огонёк в глазах зажёгся… и погас тут же. Осторожность перевесила. Особенно, когда я упомянул, что надо бы и другие крупные объединения к этому делу подтянуть, забыть на время о конфликтах и вражде.

Нет, мне не отказали прямо, просто любому дураку было бы очевидно: «Подумаем – обкшляем, а там видно будет» – это нифига не согласие. Это такой относительно вежливый способ послать нафиг. Сдаётся мне, если бы не полупрозрачная фигура Мити у меня за спиной, могли и невежливо послать.

Я неудачи не испугался. Ну, обломался с одной группой, так я с другими договорюсь. А потом, может, и эти подтянутся, когда поймут, что движуху упускают и возможность малость обогатиться.

Как же, жди. Ни одна! Ни одна местная компания не разбежалась участвовать в моём эпическом предприятии! Одни мне так прямо и сказали, что не собираются участвовать в каком‑то мутном движняке с сомнительным шансом обогатиться и неиллюзорным – просрать всё, включая жизнь.

– Щербатый – сам виноват, что попался, – объяснил мне дедок с умудрённым взглядом. Между прочим, представитель смешанного «племени» скотоводов, ну и немножко грабителей, конечно. Тут все немножко грабители, когда никто не видит. – Нам за него рисковать не резон. Сам подставился, сам пусть и выкручивается… или сдохнет, если на то воля Илюватор будет. А мы в это лезть не собираемся. Тем более… вот ты, гоблин, шаман. Авторитетный разумный, силён, значит. Но молод. Вот представь, подломим мы золотой завод, наберём золотишко. Поделим честно, по справедливости. Куда мы его сбывать‑то будем, друг другу? Или обратно авалонцам пойдём продавать? Так они на такое обидятся, шаман. Аволонцы – зло известное, но они нам нужны. Они везут из‑за океана оружие, одежду и другие вещи. Которых здесь – нет. Если авалонцы обидятся – кто станет всё это возить? В дикость скатимся, как эти уманьяр, с которыми ты пришёл. Станем из луков пулять, и жить натуральным хозяйством. Мы сюда, шаман, не для того приехали, чтобы с голой жопой по прериям бегать, и перья себе в башку втыкать.

– А зачем? – Переспросил я. – Зачем прибыли‑то?

– Не зачем, а почему. Большинству из тех, кого ты видел или можешь встретить на этом базаре, возвращаться некуда. Либо потому что бежали от кого‑то, либо потому, что здесь и родились. Тут – свобода. Но свобода без вкусного виски, хороших, качественных джинс, и патронов в револьвере никому не нужна. Да даже бабы… кому везёт здесь таковых найти, тоже комфорт любят. Вату там, косметику… никто не обменяет всё это на простое золото. Или на возможность освободить товарищей. Здесь каждый сам за себя, шаман.

Короче, это было действительно мудро, только меня от этого тошнило ужасно. Я, можно сказать, пережил экзистенциальный кризис с его извечным вопросом, который звучит просто: а мне что, больше всех надо?

Даже в кабак не пошёл, с народом общаться. Чего с ними, с козлами общаться, только бисер метать. Вернулся уже к ночи к своим уманьяр, и очень рад был, что они оба уже дрыхнут под присмотром заскучавшего Вити. Решил – побуду в одиночестве, намечу планы на свою дальнейшую жизнь. И только собрался предаться размышлениям, как упёрся взглядом в большие, как плошки, глаза уманьяр. Не Илве с Киганом, а того, которого мы приволокли из укромной долинки некроманта в горах. Незнакомого.

– Привет, чувак! – Помахал я ему ручкой. – Как спалось? Как в целом настроение?

– Приподнятое! – Бодро ответил мне уманьяр. – Кто ты и где я нахожусь?

– Я – Дуся, очень приятно. Ты – на Базаре, – объяснил я ему. – Если тебе знакомо такое название.

– Я в плену?

– Не, свободен, как птичка.

Эльф немного расслабился и принялся оглядываться по сторонам. Я дал ему такую возможность. Чего уж, я бы тоже малость ошалел на его месте. Пусть в себя приходит.

Спустя минуту уманьяр торжественно сообщил:

– Ничего не помню. Я хотел бы узнать… как можно больше о том, что со мной произошло. И есть хочу.

– Ваще не вопрос, – хмыкнул я. Нет, хорошо всё же, когда что‑то такое происходит. В смысле, ты только что собирался долго и нудно делать какой‑то сложный жизненный выбор, и тут вдруг этот выбор отложился по независимым от тебя причинам. Вроде, и сам ни в чём не виноват, и неприятным делом заниматься не нужно. Разве не клёво?

Поесть у нас нашлось – какие‑то сомнительные пирожки, происхождением начинки которых не интересовались даже уманьяр. Чтобы не расстраиваться, наверное. Мясо – и ладно. Сытно, вкусно, много соли, перца и лука – нормально, короче. Я‑то успел постоловаться аж в четырёх объединениях, причём куда разнообразнее, так что пирожки меня ничуть не заинтересовали, я на них даже не посмотрел, когда пришёл. А вот тип обрадовался.

– А что с тобой произошло, я точно не знаю. Мы тебя у одного некроманта нашли, ты был консервой. Ну, знаешь, лежал под капельницей в холодной комнате, не дышал почти, сердце не билось, и в целом был похож на труп. Ты, и два твоих товарища по несчастью, только они снага, если что. Да вон, можешь посмотреть.

Уманьяр сначала посмотрел на руку, нащупал ранку от капельницы, потом глянул на соседей, которые лежали тут же, на подстилках, заботливо укрытые простынями. Простыни мы, если что, их же прихватили, которыми они были укрыты у некроманта. Судя по лицу, знакомых среди двух снага он не нашёл.