Текст книги "Гоблин Дуся. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Матвей Курилкин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 37 страниц)

– Вот, кстати, интересно, – задумался я. Мы с Логовазом уже снова были одни. Табун лошадей и фуры разместились неподалёку, в удобном для стоянки месте, причём, оборудованном. Как раз одно из тех мест, где совершаются под покровом ночи тёмные дела. Такое, знаете ли, не слишком на виду. Мы его, понятно, не сами нашли, воспользовались советом Вокхинна, которому доводилось в этих местах бывать. Непростой старичок, видно, и у самого рыльце в пуху, иначе откуда ему об этом тайном месте –знать? – А что здесь вообще незаконное? Ну, в смысле – оружием торговать не запрещено. Рабов скупают сами авалонцы, больше никому этого тут не надо. Причём, вроде как, вполне официально. Наркота, что ли, какая? Да ну, бред. Кажись я днём какие‑то подозрительные травки тут видел, продавали, вполне открыто. Так что здесь запрещено‑то?

– То, что не одобряется большинством, – умудрёно сообщил мне Логоваз. – Вот что здесь не одобряют?

– Некромантию и тёмную магию, – хмыкнул рядом Митя. – Это дело никто и нигде не одобряют, но все пользуются вовсю. Так что всякие, знаешь, трупешники или вот то мертвящее зелье, которое мы недавно зарыли, можно было сбыть только втихаря, из‑под полы, и кому‑нибудь знакомому. Детей, опять же, считается неправильным продавать. Живых, в смысле. Вот их, наверное, тоже если кто продаёт‑покупает, то в тайне…

– Короче, всегда найдётся что‑то, что нельзя, и кто‑то, кому это захочется. – Подытожил я. – Мить, ты чем филосовствовать, лучше бы наших нашёл. А то я что‑то не наблюдаю, тут поменялось, что ли, всё?

Ну да, за время нашего отсутствия кто‑то уехал, кто‑то приехал, разложил новые товары, оставил новый транспорт не в тех местах, где раньше, и поставил палатки не такие… Короче, немудрено потеряться!

– Да вон они, – махнул рукой Митя куда‑то в сторону. – Витю вижу. Соскучился, наверное, братан. Ничего с ними не сделалось, в общем, как мы и предполагали.

Митя оказался не совсем прав. Ничего критически плохого с уманьяр не случилось, но страху те за время моего отсутствия пережили изрядно. Так что встречали нас с большим облегчением. Сначала, конечно, выяснили, что с племенем всё в порядке, а потом так сразу и заявили:

– В таком случае предлагаю отправляться сейчас же, – сказал Киган. – Мы уже готовы отправляться. Оружие, как ты и сказал, мы скупили всё доступное – его было не слишком много. Но мы даже небольшую пушку купили. Очень устаревшую, в городе, в котором мы учились, такие в музее были. Но здесь и такая – редкость. Ты, кстати, так и не объяснил, зачем оно нам нужно, оружие. Так, что вы стоите? Помогайте грузить! Лошадей запрячь нужно. Слишком на нас косо смотрят.

– Вот ты сейчас глупость сказал, друг мой Киган, – благодушно кивнул я парню. – Но я тебя не обвиняю, ты же не знаешь всех обстоятельств. Мы пока что тут остаёмся. У нас, во‑первых, ещё не всё куплено, во‑вторых, нужно ещё со всеми пообщаться, пожелать всякого наилучшего, попрощаться хорошенько…

– Это ты не знаешь всех обстоятельств, – перебил меня эльф. – Слухи о том, что нас ищут, уже ходят по Базару. Твой дух мне всё рассказал. На нас смотрят с плотоядным интересом. Кому‑то просто любопытно, как мы поступим, как поступят Рыси. Кто‑то хочет нас захватить и передать авалонцам.

– На самом деле, большинство, – добавил Витя. А потом вдруг слегка истаял, сделавшись невидимым для всех окружающих, кроме меня и Мити, и добавил: – Я им не говорил, но особенно сильно ищут именно тебя, Дусь. За твою голову, причём не отдельно, а вместе с тушкой, какую‑то дикую даже по местным меркам сумму предлагают! Золота по твоему весу, между прочим! Я всё понять не могу, с чего тебе такая честь?

– Да я тоже не в курсе, – озадачился я, и с подозрением покосился на спутников. Точно ли они не знают, что за меня такая большая награда назначена? Нет, я, конечно, не верил, что Киган и Илве решат меня поймать, тем более что они тоже среди разыскиваемых. За деньги – точно нет. А вот попытаться моей великолепной персоной выкупить спокойствие для племени… да ну, нет. Они нормальные, на самом деле, чуваки, эти уманьяр. Вождь, может, и мог бы, но не Илве с Киганом. Эти так точно делать не станут. Но всё‑таки Витя прав, пусть они пока не знают.

– Короче, дорогие мои торговые представители, – вздохнул я. – Я собираюсь здесь потусоваться ещё как минимум день. Нужно объяснить всем интересующимся, какие у нас ближайшие планы. Так что на день ещё задержимся. К тому же мне нужна шляпа, я в прошлый раз забыл купить. И зеркало. Ну и так по‑мелочи. Так что остаёмся здесь, ничего не боимся, а главное, делаем спокойный и уверенный вид. Самое главное – ничего не подозревающий, понятно? Вам же никто не сообщил, что нас тут ищут, правильно?

– Нет. Ни одна сволочь не рассказала, хотя весь Базар уже знает, – процедил Киган. – Если бы не твой дух, мы бы и не знали ничего. Никто даже не предложила это знание купить! В том‑то и дело, Дуся. Они нас уже списали.

– Ерунда, – беспечно отмахнулся я. – Как списали, так и обратно запишут. А кто против – того мы сами спишем. Сейчас главное – вид делать лопоушистый, но бдительный. И – не разделяться. Сегодня шопингом все вместе будем заниматься.

Глава 14
Подсвинки в волчьей стае

* * *

Охота за головами – это невероятно скучное и унылое занятие. Карнистир Морьо знал это раньше по описаниям и рассказам, и теперь получил возможность убедиться на личном опыте. А ещё – очень некомфортное. Личный автомобиль, любимый и комфортный, пришлось оставить в Йерба‑Буэно. За горами дорог нет, потому придётся поступиться комфортом. Ох, как же он это ненавидел! Ехать в тесной кабине, бок о бок с вонючим человеком… Карнистир признавал полезность этой расы, относился к ним с должным снисхождением, но терпеть их мерзкий запах, отвратительные привычки, шумность, глуховатость и простоту в непосредственной близости было просто невыносимо.

Карнистир даже не надеялся на везение. Этот гоблин уже доказал, что может быть проблемой. Совершенно неугомонное существо! Вместо того чтобы дать себя поймать, он носится туда‑сюда, грабит банки, заводит в ловушки охотников… Морьо таких искренне презирал. Слишком непоследовательная, неорганизованная тварь. И как же неприятно, что эта тварь ему нужна! В какой‑то момент, когда всё уже было готово, и машины, и люди, Карнистир чуть не передумал. Он тогда всерьёз задался вопросом – не проще ли будет заказать где‑нибудь нужного разумного? Не обязательно гоблина, достаточно будет тёмного мага любой расы. Да, дороже, но разве деньгами можно измерить его спокойствие?

Нет, нельзя. Покой деньгами не измеришь, но и пойти по лёгкому пути нельзя. За ним по‑прежнему присматривают. Время от времени то один, то дугой его «покровитель» осведомляется, как идут его дела, не взялся ли Карнистир Морьо за старое. Морьо ненавидел этих лицемерных тварей. О, если ему удастся найти и реализовать задуманное, они первые будут валяться у него в ногах. Они готовы будут дать ему всё, лишь бы он поделился секретом и продлил жизнь, и всем, всем им будет совершенно наплевать на жизни каких‑то разумных. И в то же время сейчас, когда результата он ещё не достиг, эти ханжи воротят носы и кривят свои рожи всего лишь из‑за нескольких экспериментов!

Приходится делать вид, что забросил прежние занятия. Приходится улыбаться и быть вежливым с этими лицемерами. Приходится таиться – если он наймёт контрабандистов, это будет слишком заметно. И приходится искать мерзкого, неугомонного гоблина.

Люди, когда узнали, что он тоже отправляется в экспедицию, были ошеломлены и поражены. А ещё, некоторые из них – например, управляющий банком в Грасс‑Вэлли, мэр горда и несколько высокопоставленных господ из Йерба‑Буэно впали в тихую панику. О, как только его ни пытались отговаривать!

«Это дело не стоит внимания губернатора колонии!»

«Это слишком опасно, господин Морьо!»

«Что, если с вами что‑то случится, господин Морьо⁈ Как же колония без вас?»

Неуклюжая ложь и такая же лесть. Впрочем, ничего удивительного – слишком неожиданный каприз. За столько лет он ни разу не покидал надолго своего поместья, и лишь несколько раз появлялся в Йербе‑Буэно. Люди быстро ко всему привыкают, вот и к тому, что он домосед, они тоже привыкли. Идиоты. Не хватает мозгов сообразить, что у них разная продолжительность жизней. И то, что для них – продолжительное время, для него лишь краткая передышка. Теперь они боятся, что он узнает слишком многое, и им придётся каким‑то образом объяснить, куда делось уже давно поделенное «украденное» золото. Смешно. Как будто ему есть до этого дело!

Карнистир, конечно же, не стал их успокаивать. Пусть постараются и продумают всё, как следует. И напрасно! Вместо того чтобы придумать подходящее объяснение, или просто «найти» потерянное где‑то в другом месте, негодяи начали тихо саботировать поиски. Племен и банд, о которых знал следопыт, не оказывалось на месте обычного обитания, причём они ухитрялись скрыться буквально за несколько часов до того, как туда добирался отряд. Если бы это случилось один раз, Карнистир ещё мог поверить в случайность, но такие неудачи преследовали их на протяжении трёх дней! Целых три дня они кружили по всем предгорьям в бесплодных поисках хоть кого‑нибудь, кто мог указать, где обитают Рыси. Три дня! Если бы не шериф, который, единственный, проявлял рвение в поисках, Карнистиру пришлось бы лично, – подумать только! – искать свидетелей.

Шериф был бледен от страха и ярости почти всё время. Его пульс зашкаливал даже в спокойные минуты, а по лицу непрерывно стекал вонючий пот. Смотреть на этого человека было неприятно, но страх и ярость делали своё дело. Он всё‑таки поймал каких‑то доходяг. Причём Карнистир опять не мог не отметить ловкость, с какой человек провёл допрос. У него самого так ловко не получилось бы, вполне вероятно, возьмись за дело Карнистир, он не только не достиг бы успеха, но и убил ценные источники сведений. Просто не привык общаться с дикарями, не привык добиваться результата от этих диких, неграмотных народов. Этот человек догадался назначить награду за гоблина – отличная идея! Остается только найти тех, кто эту награду захочет получить.

Морьо даже проникся некоторым уважением по отношению к шерифу. Этот седой, очень нервный человек, будучи должным образом мотивирован, отлично справлялся с работой. Им всё‑таки указали на место, где живут эти Рыси. Карнистир уже предвкушал финал путешествия. Они ворвались в заповедную рощу, он одним движением смёл неумелые, давно не подновлявшиеся чары сокрытия, обезвредил несколько очень старых ловушек… только для того, чтобы обнаружить – убежище покинуто. Здесь никого нет, причём эти уманьяр, жалкие пародии на эльдар, сбежали! Как раз около трёх дней назад, если верить их следопыту. И теперь их снова требовалось искать! Причём Карнистир снова не был уверен, что поиски увенчаются успехом – кто знает, вдруг гоблин и от них давно ушёл? По крайней мере, следопыт не нашёл его следов в жилище Рысей. Это ни о чём не говорило, но настораживало. Карнистиру становилось всё более тоскливо. Ему надоела эта мерзкая местность, этот лес, эти люди вокруг, эта жалкая, высохшая степь вокруг. А скука всегда пораждала у него злость. Карнистир считал себя очень сдержанной личностью, но пережить спокойно такие испытания было выше его сил.

– Мне срочно нужно отвлечься. Необходимо сделать хоть что‑то полезное, что‑то нужное, чтобы не казалось, что я бесцельно прожигаю своё драгоценное время. Иначе я не выдержу, – констатировал мужчина вслух. Ему было совершенно наплевать, что его слышат спутники, как наплевать на то, что они сильно побледнели после его слов. Он держался из последних сил.

* * *

Киган был мрачен. Я бы даже сказал – в депрессии. Он сходил на колодец, набрать воды для лошадей, да и помыться требовалось. Всем, кроме меня – я себя грязным вообще не ощущал. Но судя по тому, как демонстративно сморщила нос Илве, когда я сказал, что и так чистый, мне тоже придётся совершить обряд омовения. Эх, и почему это требуется делать так часто? Недавно же мылся, когда мы через какой‑то ручей перебирались. Но Илве морщиться перестала, как только увидела брата с коромыслом. Напугало её не коромысло, а выражение лица водоноса – очень уж оно было встревоженное. Я бы даже сказал – напуганное. Я‑то не сразу обратил внимание – пялился на коромысло. Кто бы мог подумать, что в далёкой Америке, в другом мире, в индейцы посреди калифорнийских степей тоже знают этот замечательный инструмент?

– Что случилось? – Спросила девушка.

– Бежать уже поздно. Весь Базар гудит. На меня смотрели, так, как смотрят на мертвеца. Чужого мертвеца – совсем чуть‑чуть жалости и много удовольствия, что это не ты умер. И раньше так смотрели, а теперь и вовсе… я не понимаю, что произошло! И они следили за каждым моим шагом. Да вы посмотрите! Они и сейчас смотрят! Так смотрят охотники на дичь! Уже подстреленную дичь, остаётся только дождаться, когда она истечёт кровью!

– Фух, ну, напугал. Не парься, – Дуся всегда заботится о душевном покое товарищей! Не люблю, когда кто‑то зря переживает. Я‑то отлично понимаю, чего они все так возбудились – узнали о моём появлении. Главный приз прибыл и продемонстрировал себя всем соискателям. Как тут не обрадоваться? Азарт, удовольствие, предвкушение. Я даже на расстоянии чувствовал эмоции обитателей базара и купался в них. А уж когда мы отправились на прогулку…

В кои‑то веки я почувствовал себя настоящей звездой! Да, моё появление на Базаре вызвало настоящий ажиотаж! Витя с Митей весь остаток ночи мониторили ситуацию, и уже доложили результаты. Новость о моём появлении распространилась по рынку как пожар, и даже опасение, что их подслушают духи, никого особо не смущало. Тем более, об их возможностях никто особо не знает, я ж не показывал никому, кроме торговца по имени Пупок. А он, видно, делиться наблюдениями ни с кем не стал. А может, просто не понял, как лихо мои прозрачные парни умеют подслушивать и подглядывать.

– Что значит, не парься? – Вечно флегматичный Киган еле сдерживался, чтобы начать орать. – Я не понимаю, что ты задумал, и что за дезу ты собираешься тут кому‑то внушать, Дуся. Мне сейчас на это наплевать. Я пытаюсь понять, как нам отсюда уйти, и не вижу ни одной возможности! Мы не сможем убежать от целого Базара!

– Да не преувеличивай, ничего не от целого. На самом деле, где‑то трети местных на нас вообще пофиг. Кроме того, многие вовсе не хотят иметь с авалонцами никаких дел. Вам же Витя рассказывал – тут у всех разные обстоятельства. Так что охотиться за нами будет от силы треть. Остальные так, наблюдать будут с попкорном. Кстати, вы не знаете, тут попкорн продаётся?

– Треть⁈ – Киган всё никак не мог успокоиться. – Да ты представляешь, сколько это народа! Я себя чувствую, как подсвинок, оказавшийся в стае волков!

– Да ладно тебе. Ничуть ты не похож на поросёнка, ты себя принижаешь. Вполне приличная внешность. Короче, хватит психовать. Пойдёмте уже за покупками. Вам надо расслабиться, ребята!

Как по мне, можно было ещё немного подождать и нагнать интереса, но я боялся, что Киган или Илве, которая заразилась от него паникой, совершат какую‑нибудь глупость. Так что пришлось немного поторопиться. В конце концов, нужно ведь было купить подарки для Айсы! Мы отправились на променад…

Меня все приглашали пожрать. Прям вот все! Даже те, кто едой не торговал.

– Эй, шаман! Пошли, перекусим! Что ты тощий какой, посмотреть страшно! – Вопил смутно знакомый орк, которому я давеча продал партию обувки со скидкой. – Гля, у меня тут рагу какое!

Я пожрать‑то никогда не против. Соглашался с большим удовольствием, на каждое предложение.

– Чего на них нашло на всех? – Удивлялся Логоваз. – Тут всех так кормят? Вроде, нет…

– Просто меня здесь любят, – успокаивал я своего неосведомлённого товарища. – Смотри, какие скидки! Да что скидки – смотри, какая шляпа! И за бесценок практически. Ты, кстати, тоже угощайся, не стесняйся. А то обидятся!

Хотя спутников моих, конечно, кормили не так охотно. Скорее, за компанию, ибо это было бы странно, если бы мне предлагали, а моим спутникам – нет. Илве с Киганом тоже угощались и тоже недоумевали, отчего их кормят. Ну, правильно, они же не в курсе про золото по весу. Народ дружно решил меня подкормить заранее, чтобы не продешевить потом. Про уманьяр такого уговора, конечно, не было, но будущий возможный куш покрывал все расходы. Местные иуды вообще особо не скупились, а я этим во всю пользовался. Обожаю халяву!

Митя веселился вовсю:

– Вот видно же, что они совсем дурачьё! Рядом гоблины живут, значит, самые очевидные вещи они про гоблинов должны знать⁈

– Какие очевидные вещи? – уточнил я.

– Ну хотя бы те, что гоблины – не толстеют. Не бывает толстых гоблинов! Даже эльф при желании разожраться может, но только не мы! Сколько не сожри, всё равно наша констатанция всегда будет идеальной! Не, исхудать‑то можем, конечно, если голодно. А вот растолстеть… толстый гоблин – это ж невидаль! Не бывает такого!

В общем, я старательно жрал. Я и так‑то растолстеть не боялся, а теперь, когда узнал, что это и не получится… класс! Нельзя отказывать хлебосольным хозяевам! Лопал так, что за ушами трещало, ловил на себе взгляды, какими бабушки награждают хорошо кушающих внуков, ну и запоминал тех, кто особенно старается. Хотя мог и не запоминать, Витя с Митей носились по всему рынку, и тоже запоминали.

– Дуся, нас сливают просто полностью! Столько желающих тобой торгануть! Одни только гоблины тебя не обсуждают. И то, потому что Пупок велел не трогать. Он твоим шаманством впечатлился. Тебя до сих пор не пытались изловить только потому что опасаются конкурентов, прикинь? Боятся из‑за тебя передраться!

Я весело загыгыкал и ещё приналёг, у очередных хлебосольных торговцев с восторженными глазами. Мой аппетит их очень радует, а я люблю радовать разумных. Это, можно сказать, моё кредо – приносить людям веселье и радость.

– Я не понимаю, – Киган, как и Логоваз, тоже недоумевал. И аппетита у них с Илве тоже не было. Да и в меня тоже лезло уже с трудом, если честно, так что приходилось стараться через силу. Впрок, получается.

– Дуся что‑то знает, а нам не говорит! – Догадался Логоваз. – Слушай, шаман, так вообще несправедливо по отношению к товарищам!

Мы как раз закончили обходить рынок, и я решил всё‑таки приоткрыть завесу тайны.

– Фуф. Да просто за мою тушку авалонцы награду назначили. По весу в золоте, – я с трудом отпыхивался после десятого по счёту обеда. А у Кигана уже глаз дёргался. Того и гляди – психанёт. Всё равно рано или поздно узнают, так уж лучше сам расскажу, пока кто‑то глупостей не наделал на нервах. – Вот они и откармливают меня изо всех сил – каждый надеется сорвать куш.

Троица уманьяр уставилась на меня одинаково круглыми глазами. Глаза у них и так большие, а тут совсем анимешные. Я прям остро пожалел, что у меня фотоаппарата нет – запечатлеть эту чудесную картину.

– И ты так спокойно об этом говоришь⁈ – Поразилась Илве. Киган тоже недоумевал, а вот Логоваз быстро оценил иронию ситуации.

– Да он просто радуется возможности пожрать за чужой счёт, на халяву! Ещё и накупил всякой ерунды, с такой‑то бешеной скидкой! Вообще, мог бы и раньше рассказать, я бы тоже старался сильнее! Эх, надо было у тех охотников на хтонических тварей добавки попросить! Такая вкусная запеченная крыса, пальчики оближешь! И у них много ещё оставалось!

Теперь удивлённо смотрели на Логоваза. Видна, всё‑таки разница в менталитетах. Что‑то мне подсказывает, что Логоваз – не местный. Слишком серьёзные культурные отличия.

– Объясни, как наш променад поможет нам сбежать? Они в любой момент могут сорваться! – Киган начал оглядываться по сторонам с видом загнанного зверя. То есть, делал как раз то, что не надо бы – местность тут открытая, на нас слишком много народа пялится. Ну да, мы временно вернулись на свою стоянку, потому что бедному Дусе требуется слегка переварить сожранное. Но всё равно – всё открыто, на нас то и дело поглядывают соседи. Бродят вокруг, как стая волков вокруг одинокой овечки. Того и гляди передерутся. Говорю же – я прямо звездой себя чувствую.

– Не станут они сейчас срываться. Я ж со всеми поболтал, всех успокоил. Со всеми встречу ночером назначил. Так что отдыхаем спокойно, до вечера нас тут точно никто не тронет.

Бесхитростные они тут, как детишки. Каждый из горе охотников, умаслив меня угощением, догадался отозвать меня в сторонку и сообщить о том, что они всё‑таки решили ответить положительно на моё предложение. Это то, где я предлагал вызволить несчастных узников золотого рудника. Надо только детали обговорить, и непременно – ночью, подальше от Базара. Чтобы враги не подслушали.

Спутники мои действительно малость успокоились. А что, нормальный план – дождаться, когда все самые активные охотники отправятся меня ловить, и свалить по‑английски, не прощаясь. Или по‑авалонски? Как тут принято говорить? Я прямо видел, как Киган с Илве выдохнули – очень уж им тяжко пришлось в последние дни, особенно, с тех пор, как я оставил их тут в одиночку. Я им даже сочувствовал, бедолагам. Одно дело пробираться в стан противника, скрываясь от него по лесам, и совсем другое – вот так вот, сидеть посреди, считай, вражеского лагеря, с неясными перспективами. Сам я не переживал совершенно, даже наоборот, кайфовал, предвкушая настоящий цирк. Потому что я‑то никуда сваливать не собирался, а готовился насладиться представлением из первых рядов. А как же? Столько усилий, такое прекрасное стечение обстоятельств, и всё это спустить на какое‑то унылое, банальное бегство? Ну уж нет. Я твёрдо намеревался получить от этой ситуации максимум удовольствия. Логоваз кстати, поглядывал на меня испытующе. Вот ведь хитрый чувак, а? Догадался, похоже.