Текст книги "Царева vs серый волк (СИ)"

Автор книги: Марьяна Максимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 22 страниц)

Глава 43

– Вот молодильное яблоко, – я протянула зелёный дичок Каролусу.

– Благодарю.

Каролус, улыбаясь одной, полноценной головой, вытащил из недр своего сюртука небольшой золотой ларец и аккуратно поместил в него яблоко.

– Все таки вы смелые люди, – с приглушённым смешком сказал он мне, – положить молодильное яблоко на какую-то крышу… Эти яблоки вызревают раз в сто лет, вы это знали? И их никогда не бывает много. В этом веке вообще вызрело всего одно.

– У меня не было выбора, извините.

– Главное, что вы его мне вернули.

Каролус заметно переменился. Можно сказать, что Каролус с яблоком и Каролус без оного – это были два разных человека… Или четыре?. Он теперь говорил мне «вы», а не тыкал как какой-нибудь час назад. Что ж, я ведь теперь на него работала, а у него хватало ума не портить отношения со своими наёмными работниками.

– Итак, молодильное яблоко вы вернули, контракты мы подписали. Соловей уже перевёл нам первый взнос, – Каролус адресовал Царевичу вежливую улыбку, – мы ожидаем долгого и плодотворного сотрудничества.

Царевич кивнул, как бы подтверждая слова Каролуса.

– С Волком мы позже обсудим цели и задачи… Уважаемая Жар-птица, вы пока свободны, мы свяжемся с вами позже. Пока отдыхайте.

– Спасибо.

– Но вам, Кощей придётся поторопиться. Мы ожидаем денег прямо сейчас.

Вася поднялся со стула.

– Я готов.

– Отлично.

– Но мне понадобятся мои друзья. Золото надо будет носить в руках. Это не быстро.

– Конечно, конечно, – закивала здоровая голова Каролуса, – не беспокойтесь. Берите кого сочтёте нужным. И, кстати, вам необязательно носить ваше золото прямо до Москвы. Наша машина будет ждать вас у дома Яги.

– Хорошо. Царевич, Глеб – вы с нами?

– Конечно, – сказал Царевич.

– Да.

– Ладно.

Вася покопался в кармане и вытащил ключи – те самые, которые я видела у него на вокзале, когда мы с ним уезжали в наше свадебное путешествие. Те самые – один большой, как от старинного амбарного замка, и маленький, изящный, украшенный красным камешком.

– Сможешь взять след? – Вася протянул Глебу ключи.

Глеб оборотился, быстро нюхнул ключ и дёрнул головой.

– Я взял след. Садитесь.

Вася сел на волка первым – и посадил меня перед собой, а Царевич как обычно примостился позади.

– Вы не вернули мне меч, – рявкнул Глеб Каролусу.

– О нет, меч останется с нами.

– А если мы встретим какого-нибудь монстра по пути?

– Вам придется обойтись без меча.

Волк рыкнул – и выскочил через пролом в стене.

На этот раз наш путь был неблизким. Нас шарахало из локации в локацию – мы то мчались по городским улицам, то неслись по степям и горам. Один раз даже нас застал дождь и минут пять наш волк скакал по лужам, вздымая целые тучи брызг.

– Отдохнём, – волк сел, и мы все повалились на землю(Вася успел меня подхватить,) – полдень прошёл, можно не боятся наших монстров. Мне надо отдохнуть.

И Глеб, не превращаясь обратно в человека, вытянул на траве свои мощные волчьи конечности.

– Где мы? – я с тревогой огляделась.

Место было идиллическим – лесная поляна, со всех сторон окружённая елями. Но в Чащобе любое незаселенное место могло таить в себе монстров…

– Не бойтесь, – Глеб положил голову на лапы и прикрыл глаза, – Царевич знает это место. Здесь безопасно.

– Да, – Царевич слегка откашлялся, – здесь действительно безопасно. Я здесь жил.

– Это что твой дом? – я с интересом огляделась, – вы что, жили прямо на деревьях?

Глеб фыркнул сквозь сон.

– Он может…

– Нет, здесь недалеко мой дом… – я заметила что Царевич нервничает, – Обязательно было ехать именно через это место? – Царевич недовольно посмотрелв затылок Глебу, но тот уже спал.

Я тоже прилегла на мягкую траву, подстелив под голову рюкзак. Вася сел рядом.

– Я бы взглянул на твой дом, – сказал он Царевичу, – мне интересно узнать, где ты вырос.

– Нет, – отрезал Царевич, – я не люблю гостей. И это ничего вам не даст.

Я задремала, а когда проснулась было уже темно и только два ярких огонька блестели неподалёку – глаза волка, отражающие луну.

– Выспалась? – спросил Вася, все так же сидевший рядом.

– Да… А ты не спал?

– Нет. Нам пора ехать.

Мы сели на волка и снова помчали. Мчали всю ночь. И остановились только на рассвете.

– Это здесь.

Волк покрутился на одном месте и замер.

– Здесь.

Мы стояли у подножия горы, её почти отвесные скалы уступами шли вверх, а вершина терялась где-то под облаками. Каменистая степь подходила к этой горе ровным полотном и казалось что круча эта торчит из земли как гигантских размеров столб.

– Твой дом на этой горе. На самой вершине, ведь так, Кощей? – волк устало дышал.

– Да.

– Какого ляда было забираться так далеко и так высоко? Ты как сюда пешком ходишь?

– Я знаю тропу. У меня путь обычно занимает неделю. Но это опасная дорога. На пути много монстров. С тобой путешествие гораздо безопаснее…

– Да, и к тому же вы все сидя едете, а я лапами машу. Ладно, наверх так наверх!

И волк, присев, легко прыгнул на почти отвесную скалу. Ещё несколько прыжков вознесли нас под самые облака, превратившиеся для нас в густой туман. Прыжок – и облака уже клубятся где-то далеко внизу.

– Здесь воздух слишком разреженный, – волк закашлялся, – даже в Чащобе это сказывается, тяжело бежать…

– Зато никто из людей не ходит, – ответил Вася.

– И никто не умрёт ненароком, да?

– О чем это ты? – я не удержалась и легонько дернула волка за шерсть.

– Ай! Что неприятно слышать такое про мужа? Он ведь наверняка не просто так дом в такой глуши построил. Он что-то ото всех прячет – и скоро мы все узнаем что.

– Увиденное тебя поразит, – сухо сказал Вася.

Волк сделал ещё несколько прыжком. В один момент из под лап его посыпалась куча щебня и он опасно заскользил вниз – со всеми нами на своей спине. Но испугаться я не успела, волк тут же извернулся и прыгнул на отвесную, но безопасно твёрдую скалу. А вскоре мы очутились так высоко, что даже я стала чувствовать недостаток кислорода. Стало холодно. И я инстинктивно прижалась к широкой груди Васи.

– Блин, что это? – вдруг воскликнул Царевич.

Волк так резко остановился, что мой затылок влетел Васе в подбородок.

– Где? – волк принялся крутится, пытаясь выглядеть опасность.

– Да нет, ты на Васю глянь!

Волк опять нас ссадил и мы опять все повалились друг на друга. А когда я встала – Вася подал мне руку, – я поняла, что имеет в виду Царевич.

Вася преобразился. Не так, как волк или я, другим существом он не стал, он не оброс перьями и волчьи клыки не стали пробиваться из его рта. Но он выглядел иначе, он стал выше, хотя и так не был низким. На нем сменилась одежда – его дорожные брюки с карманами, куртка и рюкзак за спиной обернулись богатой чёрной тканью с меховой опушкой, которая стелилась у него по плечам и спине – свисала до самой земли. Под этой распашной одеждой была другая – тоже шелковая и тоже тёмная, с серебристым галуном, который шёл по груди строчками. Одеяние дополнялось с широкими, в сборку, рукавами, широким шелковым поясом, повязанным на талии, высоким воротником. На голове у Васи была шапка с высоким меховым околышем, тоже шитая серебром. На ногах сапоги – наверняка сафьяновые, я в этом не разбиралась, но это слово так и просилось подо все это боярское великолепие.

Выглядел он, безусловно потрясающе. Величественно. И немного пугающе, одновременно. Почему все такое чёрное? И зачем Васе сабля на боку. Сабля с навершием в виде человеческого черепа.

– Ничего себе, – только и смогла сказать я.

– Хотел порази-у-и-у-ить… И поразил… – пробормотал волк.

– Я просто вернулся домой. И, кстати, моя жена должна быть мне под стать.

Вася легко коснулся моей головы, и я тут же закачалась под весом тяжёлой одежды.

Я теперь тоже была боярыня. В меховой шапке и платье с длинными, до земли рукавами. Мой костюм тоже был расшит серебром – судя по весу, настоящим. И тоже был чёрным.

– Рая, тебе идёт! – воскликнул Царевич, – круто выглядишь! Надо вас сфотографировать… – Царевич достал из кармана телефон, – встаньте вон у той скалы. Нет лучше у той. Слишком темно! Одежда у вас тёмная и сливается по цвету со скалами!

– Ладно, сфотографируемся как-нибудь в другой раз, – Вася не улыбался, – идём.

Он достал ключи и большим, старинным, коснулся скалы. Она разверзлась, обернувшись широким двустворчатым входом. А за входом было что-то вроде царских палат – высокие, похожие на соты, своды, мощные стены, стрельчатые арки окон. Окна, с разноцветными стёклами – единственное яркое пятно во всем этом мрачном великолепии, потому что в этих палатах было мрачно – почти все было чёрного цвета. Иногда серебристого, изредка сероватого. Но большей частью чёрного.

– На свой вкус все сделал, да? – Глеб уже стал человеком, – напрасно, иногда лучше слушать специалистов. У самой захолустной ремонт-бригады и то как то поживее бы получилось. Ламинат под орех не хочешь положить? Если что я могу помочь. А то совсем склеп у тебя получился. Просто мороз пробирает.

– Мороз не просто так пробирает, здесь очень холодно, холоднее чем на улице – сказал Царевич, поёжившись. – Хоть предупредили бы, я бы у себя дома хоть фуфайку взял…

– А так ты, Васек, поэтому весь в меха разоделся? – фыркнул Глеб, – надо было не на горе дом строить, а под горой, газ тебе протянули бы, глядишь и не пришлось бы дома в шубы кутаться…

– Хватит, – оборвал его Вася, – потом будете шутки шутить.

– А чего ты так напрягся?

– Мы за золотом пришли. Стойте здесь. Ждите. Никуда не уходите.

И Вася, оставив нас, пошёл вглубь этого мрачноватого помещения. Он уходил и разноцветные блики из окон пробегали по его чёрному одеянию.

– А уйти то отсюда хочется! – крикнул ему вдогонку Глеб, – Этот чёрный очень давит на психику!

Васи уже не было в этой зале – все было таким тёмным, что я не успела заметить, когда и куда он вышел.

– Как тебе родовое гнездо твоего мужа? – с ехидцей сказал мне Глеб, – что будешь сюда приезжать в отпуск?

– Глеб, действительно, хватит упражняться в остроумии – начала было говорить я…

… Но слова мои прервал громкий, протяжный, утробный рык.

Рычало что-то внизу. Или наверху? Рык, казалось, шёл со всех сторон, он отражался от потолка-сот и эхом расходился во все стороны.

– Это же не Вася так рычит, да? – Царевич ухватился за мою руку.

– Нет… Наверное нет… Да вот же он! – я с облегчением увидела чёткий, величественный силуэт своего мужа, только что отделившийся от дальней стены, – он идёт к нам!

Вася действительно был уже рядом. Лицо его ничего не выражало, по его лицу ничего нельзя было понять, и я тут же вспомнила самые первые дни нашего знакомства, когда он только таким и ходил.

– Что случилось? – спросила я у него.

– Ничего. Вот.

И выпростав руку из под своих роскошных чёрных одежд Вася протянул нам мешочек.

Небольшой мешочек, в таком хозяйки, бывает, хранят крупу. Глеб взял этот мешочек – и его рука ухнула вниз.

– Тяжёлый! Что там, золото?

– Да.

Глеб распустил завязки мешочка – и я увидела россыпь золотых монет.

– Хорошо. Тащи еще. И не носи по одному мешку, а то мы так вечность здесь стоять будем, даже я уже продрог, а Царевич может и пневмонию здесь подхватить…

– Это все.

– В смысле? – ахнул Царевич, – это что, все что у тебя есть?

– Это все что я могу дать.

– Но как же… А моя сестра? Гамаюн? Ты что, её не выкупишь?

– Я хотел бы, но я не могу.

– Врёшь! – Царевич выхватил мешок с золотом у Глеба и с размаху брякнул его оземь, – Врёшь! Тебе просто денег жалко, падла!

– Я не могу!

– Стой, стой… – Глеб отвёл рукой Царевича, уже готового бросится на Васю, – стой…

К этому моменту я уже достаточно пришла в себя, чтобы посмотреть на Васю, и даже начать что-то ему говорить.

– Почему ты не можешь дать больше денег? Гамаюн мне сестра! Ее надо спасти! Ее жизнь мне дороже всяких денег! Если надо, я от всего откажусь, хочешь я на заочку переведусь, работать пойду…

– Стой… – Глеб слегка толкнул меня, – стой. Ты что-то не то говоришь. Дело явно не в том, будешь ты работать или нет.

– А в чем тогда?

– Держите Васю! – вдруг крикнул Глеб и резво побежал вглубь залы, на бегу превращаясь в волка.

– Нет! – крикнул Вася, кидаясь за Глебом, но Царевич успел его схватить.

Не слишком правда, удачно – они упали оба, и Вася вскочил быстрее, а вскочив, побежал – но долго бежать ему не пришлось.

Глеб нырнул в какой-то небольшой тёмный проход, который я только-только разглядела на абсолютно черны стенах – нырнул – и тут же вывалился обратно. И резво побежал – только уже к нам. Добежав до Васи он неловко перекувыркнулся через голову и стал человеком.

– Какого… Ты зачем нас сюда притащил! – Глеб сидел на полу и тяжело дышал.

– Я же сказал – за золотом! Я думал что смогу все отдать! Но не смог!

– Ты знала, что там у него? – Глеб поднял ко мне своё лицо и я увидела на нем безграничное потрясение.

– Нет, а что там?

Глеб перевел взгляд на Васю.

– Покажи ей, или я ей расскажу.

Вася думал недолго.

– Идем, – он взял меня за руку и, буквально, потащил вперед.

– Нет, не надо, я не хочу… – признаюсь, мне был просто страшно, – если не хочешь ничего показывать…

Но мы уже были у прохода.

– Здесь низкая притолока. Пригнись.

Я пригнулась, прошла вслед за Васей под аркой – и оказалась в ещё одной зале. Только никаких архитектурных красот там не было.

Зато был монстр. Огромный, настолько большой, что я не сразу смогла его целиком обозреть. Гигантские, как у динозавра кости, кости, дряблая кожа… Я сделала шаг назад, задрала голову и увидела, наконец, что передо мной костистый монстр, который на корточках сидит на полу. Его макушка упиралась в потолок. Он походил на скелет – очень большой скелет, скелет, согнутый в невообразимо неудобную позу. Глаза у него были мутные, мёртвые, на голове была зубчатая корона – золотая. Монстр этот никак не реагировал на нас.

– Это что… Твой?

– Да.

– Но он же огромный!

– Ему больше тысячи лет. Да, он огромный. Долго рос.

Я посмотрела на стены, и заметила, что они не однородные. Внизу они были сложены из огромных булыжников – дальше шла каменная кладка помельче, а потом кирпич. Кирпич тоже был разный, где-то жёлтый, где-то красный. Самый верх этого странного помещения был деревянный. Перекрытия были хлипкими – в них то и дело зияли дыры, пропускавшие достаточно света, чтобы разглядеть и эту залу и монстра, страдавшего в ней.

– Он мирный. Ну, почти… – Вася протянул руку и погладил костистую лодыжку монстра, – ему надо только дом побольше. Я каждый отпуск приезжаю сюда, и надстраиваю его дом. Думаю, в этом году купить профлист, а то крыша течёт… Но так тяжело все это сюда таскать.

– Он не бросается на тебя?

– Нет. Никогда.

– А на других?

– Он слепой и глухой. Надо сильно постараться, чтобы он кого-то заметил.

– Мне кажется, ему здесь плохо!

– Но выпускать его нельзя. И если его отпустить, он будет есть всех подряд.

– А ты это откуда знаешь?

– Просто знаю и все.

– Ты его отпускал?

– Я не помню, Рая. Я же говорю тебе – я многого не помню. Я ем молодильные яблоки, а они даруют вечную молодость. Молодость не может помнить тысячелетия прожитой жизни, вот я и не помню. Я не помню, выпускал ли я его. Но у меня чёткое чувство, что он съест любого, если на него наткнётся.

– Я думала, молодильные яблоки тебе нужны только для долгой жизни.

– Молодильные яблоки дают мне молодость и здоровье. Без них я был бы дряхлым старцем на последнем издыхании. Я бы мог даже умереть – я и сейчас могу, – но только если что-то случится. А сам по себе, от старости – нет. Был бы я дряхлым, древним… И никогда бы сам по себе не умер. Тысячелетия дряхлой старости. Представляешь?

– Но мы же отдали молодильное яблоко…

– У меня еще есть время. Следующее начнёт вызревать через пятьдесят лет. А я ещё не старый.

– Но ты не умрешь?

– Моя долгая жизнь заключена в игле. Игла – в яйце. Яйцо в утке. Утка в зайце. А заяц – в ларце. И этот ларец сторожит он, мой монстр. Так же как и моё золото. Золото растёт, пока лежит у него. Поэтому я так богат.

– Получается, что твой монстр – он даже полезный?

– Я просто смог с ним ужиться. Но когда дать золото, а когда не дать – решает он.

Монстр вдруг вытянул голову и принюхался. Его узкие ноздри шевелились, слепые безумные глаза вращались, словно пытаясь разглядеть окружающую тьму…

– Идем! – Вася, подхватил меня на руки, – скорее идем! Он тебя учуял! Ты ему не нравишься!

Он вынес меня назад, в чёрную залу.

– Ну как? – спросил Глеб, по волчьи сидевший на полу.

Я посмотрела на Царевича – на лице его была надежда. И как же больно было его огорчать.

– Золота не будет, – сказала я ему, – Там огромный монстр, размером с девятиэтажный дом. И чтобы добыть золото нам надо будет его убить. Но скорее всего это не получится.

– А как тогда быть? Как мы освободим Гамаюн?

– Силой, – сказал Вася, – надо как-то сделать это силой.

– Силой? Чьей, интересно? Опять моей? Но у нас больше нет меча! – Глеб тздал мрачный смешок, – нет, сражаться я всегда готов, хоть голыми руками. Но нас всех просто сожгут. Может, проще убить твоего монстра? Он, хотя бы, огнём не дышит.

– Если ты считаешь, что это просто, пожалуйста, дерзай.

– Я попробую.

– Скорее всего он тебя убьёт.

– Вася говорил, – сказала я, тщательно подбирая слова, – что монстр этот, на самом деле, очень опасный. Он слепой и глухой, и готов сидеть в своей тюрьме, но если он вырвется на волю, то будет убивать всех подряд…

– А он уже вырывался на волю, да?

– Я все делаю, чтобы этого не повторилось! – воскликнул Вася, – я стараюсь! Я постоянно надстраиваю ему его дом! Я забочусь о нем! На моей памяти он ещё никого не убил!

– Но память у тебя, короткая, – на лице Царевича было написано отчаяние, – почему ты все время темнишь… Почему ничего никогда не говоришь напрямую…

– А что ты будешь делать, Вася, когда твой монстр вырастет настолько, что просто не сможет помещаться в этих хоромах? – вдруг сказал Глеб, – Ведь рано или поздно такой момент придёт.

– Я выстрою ему новый дом, выше.

– Сам? Один? Своими руками? Ты сможешь?

– У меня всегда получалось.

– Но монстр растёт. В какой-то момент ты можешь просто не успеть. Придёшь сюда в свой отпуск, обрядишься в меха – а монстра здесь нет. Он гуляет на свободе… Тебя ищет… Говорю это как человек, у которого тоже есть монстры. Поверь мне – ощущения не сахар.

– Хватит! – Царевич, бессильно рубанул рукой воздух, – вы совершенно не о том говорите! Надо спасать Гамаюн!

– Так я ведь дело предлагаю, – повернулся к нему Глеб, – я предлагаю убить Васиного монстра, забрать все золото и выкупить Гамаюн.

– Ты сам пойдёшь его убивать? – спросил Вася.

– Да. Только мне нужен мой меч.

Вася прошёл к окну, открыл стоявший под ним сундук и вытащил – нет, не новый меч кладенец. Он вытащил спутниковый телефон. Глеб аж рассмеялся.

– Без техники нынче никуда.

– Каролус дал мне номер. Я сейчас ему позвоню, а ты попросишь меч-кладенец. Объяснишь ему ситуацию.

И я тайком пожала руку мужа. Я усомнилась в нем, когда увидела монстра – все таки такие вещи лучше знать до свадьбы. Но это все ещё был тот же самый человек, за которого я когда то вышла – решительный, уверенный, быстрый.

Вася набрал номер и протянул телефон Глебу.

– Только вежливо говори, – прошептал он, под долгие гудки, – пожалуйста! Не ерничай, не показывай характер…

– Да? – спросили в трубке.

– Каролус? – севшим голосом сказал Глеб, – Это ваш волк… Извините, что беспокою… Но у нас такое дело… Нам нужен меч. Очень. Без него мы не можем достать золото, его сторожит монстр… Так вы в курсе? Тогда должны понимать…

И Глеб вдруг вернул телефон Васе.

– Он положил трубку. Сказал, что бы справлялись сами.

– Меч-кладенец это очень редкий артефакт… – возвращая спутниковый телефон на место, сказал Вася, – никто разбрасываться им не будет. Я очень удивился тому, как легко он тебе достался. Им можно убить любого монстра.

– А ты, все время зарился на мой меч… Ты, случаем, не хотел сам своего монстра убить? – Глеб сощурился на Васю, – Если так – то чего молчал? Если бы я знал – я бы тебе его отдал. Сказал бы!

– Слушайте! – вдруг вскричал Царевич, – я придумал! У нас нет меча, но у меня дома есть живая и мёртвая вода! От матери досталась!

– И что?

– А то, что мы можем сражаться и не умирать!

– И что с того? Убить мы тоже никого не сумеем, – сказал Глеб.

– А мне кажется, мысль стоящая, – закивал головой Вася, – надо просто как следует её обдумать.

– Ладно, умереть мы сразу не умрём, но как вы предполагаете убить огромного монстра размером с девятиэтажный дом? Я подозреваю, что его шкуру даже автомат калашникова не пробьёт…

– Автомат точно не пробьёт, – мотнул головой Вася, – даже гранатомет…

– Уже пробовал, да? – усмехнулся Глеб.

– Не я, – уклончиво ответил Вася, – Но были, кто пробовал.

– Ладно, – сказал Царевич, – сосредоточимся на Каролусе. Он ведь размером не с девятиэтажный дом?

– У него целый выводок змей в монстрах и он ими управляет, – сказал Глеб.

– Они исчезнут, как только он умрёт.

– А это мысль! – вдруг расхохотался Глеб, – давайте прибьем нашего Василия и все его золото – наше! Сможешь выкупить свою сестру – Глеб повернулся к Царевичу, – а ты Рая, станешь богатой вдовой.

Я понимала, что это у Глеба такой неудобный юмор, но все равно автоматически придвинулась к Васе ближе.

– Мы попытаемся убить Каролуса, – сказал Царевич.

– К вам снова прилетит тот, другой, трехголовый, который изрыгает огонь, – напомнила я ему.

– Пусть летит. На его огне мы сожжём все наши договоры. И договор Гамаюн тоже. А Рая тем временем полетит и освободит Гамаюн. Рая, ты согласна?

– Да! Конечно!

– Я готов, – сказал Вася.

– Я всегда готов, – кивнул Глеб, – это оружие – он кивнул на изогнутую саблю, притороченную к поясу Васи, – оно у тебя как, наточено?