Текст книги "Царева vs серый волк (СИ)"

Автор книги: Марьяна Максимова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

– Ты чей? – Вася моргал, пытаясь сфокусировать на мне взгляд.

Я волочил его по льду, наверное, уже часа два. Все это время он был безжизненный, как куль с песком. Но вот я остановился и он открыл глаза.

– Ты… Ты чей? – Вася протянул руку к моей морде.

– Я Глеб!

Вася мгновенно отдёрнул руку.

– Глеб?! Ты… ты волк?

– Сам в шоке.

И я потащил его дальше.

– Куда…

Я снова остановился.

– Не-у-а-… не зна… не знаю…

Говорить имея не человечью, а волчью пасть было очень неудобно. Иногда человеческая речь у меня выходила лучше, иногда хуже, иногда совсем никак.

– В теу-пло-уо… Теубе надо в теу-плоуо…

– Мне… Мне надо… В город. В любой дом.

– Знауау….

И я снова его потащил.

– В небе… твои мыши… Полночь… Ты же вернулся…

Я поднял голову и увидел некие тёмные пятна, которые собирались в небе на фоне белесых туч.

– Полночь…Твои монстры…

– Ты лежиу… Я сам.

Я встал над обездвиженным Васей, защищая его от полчищ рукокрылых.

– Поу… Поупроу… Попробуйте моих зубов, твари!

Глава 32

Нашим пристанищем на этот раз стала ни квартира и не дом, а газовая котельная за высоким забором. Я так умаялся осторожно тащить Васю, что сам не заметил, как прошёл под шлагбаумом. Возвращаться назад мне уже не хотелось, надо было искать пристанище где-то на этой огороженной территории. К счастью где-то невдалеке открылась дверь – открылась и замерла в полуоткрытом положении. Возможно, человек, который придерживал эту дверь, говорил по телефону. Или говорил с кем-то, кого я тоже не видел. В любом случае это был мой шанс. И я побежал к этой двери – не на пределе своей скорости, конечно, а то от Васи мало что осталось бы. Но быстро.

И мы оказались в газовой котельной. Там было душно, там был крашеный ровный пол, небольшой пульт управления и три одинаковых ярко раскрашенных газовых котла. Котлы мерно гудели. Было тепло. Я подтащил Васю к одному из котлов и сам сел рядом.

– Спасибо… – прошептал Вася.

Я не стал ему отвечать – мои челюсти слишком устали.

– Теперь ты спас мне жизнь… Значит мы квиты.

Ну квиты так квиты. Мне нечего было на это сказать. Обойдя газовый котёл, я улёгся по другую его сторону. Было тепло – но немного сквозило из-за открытой двери. Правда, дверь скоро закрылась – видимо, работник вернулся. И сквозить перестало.

Мои глаза закрылись и я погрузился в сон.

Мне казалось, что я не пролежал с закрытыми глазами и нескольких минут, однако, когда я проснулся по котельной ходил взад-вперед какой-то человек. Наверное сменщик того, невидимого. Собственно из-за шагов этого нового человека я и проснулся. Это был немолодой, сильно полный человек, и по счастью, сам он нас не видел – прийти вот так на смену и обнаружить в своём стерильном технологичном помещении какого-то изорванного бомжа и огромного дикого волка, это наверное, были бы воспоминания на всю жизнь.

И вот я услышал шаги этого нового работника, открыл глаза, увидел над собой его внушительное пузо и тройной подбородок. Работник прошел к котлу, поршел судя по всему прямо сковзь меня. Он постоял где-то у меня в ногах, посмотрел на табло и приборы – и ушёл. А я сел…

И сел человеком. Это длилось всего несколько секунд, потом меня снова скрутило в волка. Но несколько секунд сразу после того, как я проснулся, я был человек… Это ни с чем нельзя было спутать. Я видел, как человек, дышал как человек. Мои руки опирались о пол ладонями, а не когтистыми лапами.

Но это длилось всего несколько секунд.

– Вася! – я ткнул мордой ему в лицо, – Вася!

– Чего?

Он сонно щурил на меня свои белесые глазки. Он был живой и даже, наверное, почти здоровый – по крайней мере омертвевшей обмороженной плотью от него не пахло.

– Яу-у-уу… Я-у-у-у… – от волнения я не мог чётко выговаривать слова, – яу-у тоулько что был челове-у-е-у-е-к!

– Ну да, – Вася повернулся на другой бок, – да был… человек.

– Но сеуча-у-а-у-а-у-а-у-ас…

Вася вздохнул и нехотя ко мне повернулся.

– Сейчас ты волк.

– Блин! Вася-у-а-а!

Вася вздохнул и сел, опёршись спиной о тёплую стену. Он не выглядел ни бледным ни больным – все было с ним в порядке. А я был волк.

– Ты не настоящий волк, – позёвывая произнёс Вася, – Ты же говоришь, думаешь. Ты только притворяешься волком. А значит, можешь превращаться и в человека. Иногда, по крайней мере. Я не знаю, какая теперь у тебя основная форма – животная или человечья. Но хоть иногда человеком становиться ты должен.

– А как?

– Не знаю. Я волком никогда не был. Кстати, как ты им стал?

– Я был у Яги, она мне помогла найти меч-кладенец, я разрубил связь между собой и Мореной, но потом она щёлкнула меня по лбу и я стал волком.

Для меня это было просто будничное перечисление событий. За все эти дни в Чащобе со мной чего только не случилось. Я воевал с летучими монстрами, я целовался с Мореной, я путешествовал по заледеневшему заливу… Филоненко умер, в конце-концов. Я нашел на кровати гигансткую мертвую птицу. Я волком стал. И на этом фоне какой-то там меч-кладенец и то, что найти его мне помогла Яга… Это так мелко было.

Но, очевидно, не для Васи. У него аж челюсть отвисла.

– Ты…Ты нашёл меч-кладенец?

– Да.

– А где он?

Вася аж приподнялся. Обычно его лицо выражало не так много чувств. А сейчас он весь был олицетворённая жадность и жажда.

– Не знаю, – я автоматически отодвинулся от него, – Наверное лежит там, где я его оставил.

– А где ты его оставил? – Вася наклонился в мою сторону.

– Под сосной. На набережной.

– Дорогу покажешь? Ты же теперь волк. Талант волков – это скорость и поиск.

– И много таких как я волков?

– Живого я пока ни одного не встречал. Так что? Ты чувствуешь, где сейчас этот меч?

Я вслушался в мерной гудение котельной, принюхался к её пересушенному, душному, с оттенком газа и краски запаху. Принюхался к запаху выхлопов и снега – запаху улицы. К запаху города, к запаху зимних полей…

… И почувствовал леденистый, металлический запах меча. Далеко, очень далеко. Очень. Но я его чувствовал.

– Меч там, – я неопределённо кивнул вправо.

– Отвести туда сможешь?

– Смогу.

Вася медленно поднялся на ноги. Его пока ещё шатало. Он дошёл до двери котельной и открыл её – я вышел следом на покрытое снегом крыльцо.

– Так куда идти? Влево-вправо?

И он ведь пошёл бы. Ему так нужен был этот меч, что он пешком пошел бы за ним. Но я как представил себе долгий-долгий путь пешком через Чащобу с пешим Васей…

– Ладно, садись.

Я подставил ему свою спину.

Вася сел – и в следующую секунду я перестал чувствовать его вес. Его как будто больше не было. И я помчал. Бежать пришлось немного дольше – так быстро, молниеносно, как вчера, перенестись с одного места на другое у меня не получилось. Из города мы вылетели моментально, но по степи пришлось бежать чуть дольше. Ещё больше времени мы провели в лесу, там я даже, пару раз терял нить запаха меча. Приходилось останавливаться и принюхиваться. Но в конце концов я добежал до сосны на набережной – по ощущениям прошло пару часов. Я даже устал.

– Вон он меч – я кивнул на детский пластмассовый меч-игрушку, который все так же лежала под сосной.

Все было точно так же, как вчера. Все та е набережная, тот же черный океан – только волны сегодня были больше и ветер дул злей. Те же самые облачка – клочки ваты. И тот же самый детский игрушечный меч. На него никто за эти сутки не позарился. Только теперь он не был воткнут в сугроб, а лежал плашмя на сильно утоптанном снегу. Наверное, это мы с Мореной вчера здесь все утоптали.

– Посиди здесь, – приказал Вася, спрыгивая с моей спины.

Приказал как собаке.

И ведь только что он был больной, полуживой и слабый – а к мечу побежал очень даже резво. Но не быстрее меня. Потому что я вовсе не был собакой, я был теперь был волшебный волк и силы мои были безграничны. Мне хватило одного прыжка, чтобы опередить Васю.

И в тот момент, когда Вася протянул к мечу руку моя когтистая лапа легла на железную рукоять.

– Меч мой, – прохрипел я, лапой придвигая меч к себе под брюхо.

– Я знаю, что он твой, – закивал Вася, – но у тебя же просто пока нет рук чтобы его взять.

– Есть!

И на секунду руки у меня действительно появились. На краткий миг лапы мои сделались ладонями и я ощутил холод металла. Но то был только миг.

– Все равно-у-у-у… Меч – мой.

– Ладно, – кивнул Вася, – твой. Но на время я могу его взять?

– Нет!

– Я тебе заплачу! Сколько ты за него хочешь? Миллион? Сотню миллионов? Больше?

Я смог только рассмеяться и смех мой перешёл в лай.

– Кау-у-укие на фиг деньги-у-у-и. На фиг деньги!

– Ну ладно… А чего ты хочешь?

Я лег на меч брюхом.

– Хочу обратно себе свою жизнь.

– Это просто – Вася присел рядом со мной, – найди Ягу, она проведёт тебя в твой мир. Она всех проводит. Практически никому не отказывает.

– Но я волк!

– Постепенно ты научишься становиться человеком.

– А поначалу буду ходить по улицам волком?

– Да, но… Человеком ты тоже можешь стать. Ну как, по рукам? Ты идешь к Яге, а я забираю меч?

Вася глядел на меня бездумным пустым взглядом. Наверное, ему казалось, что у него сейчас очень честное выражение лица. Как он старался ради этого меча!

– Тебе же все равно в нормальном мире меч не нужен. А мне он нужен. Не забывай, что я тебя однажды спас…

– Я тебя тоже – ты сам сказал, мы квиты.

– Я спасал тебя бескорыстно.

– Как я могу стать человеком?

– Я не знаю. Никто этого не знает. Ты просто рождаешься человеком или не человеком.

– Я родился человеком.

– Ну да… Но… Короче раз можно перестать быть человеком, то и обратно тоже можно. Наверное.

– Наверное? Понятно – ты просто ничего про то не знаешь!

– У меня никогда не было с этим проблем.

– Ладно, я дам тебе меч. Но сначала ты должен выпустить из плена сестру Соловья, Гамаюн.

Вася очень удивился.

– С чего вдруг ты решил её спасать?

– Ну ты же спас меня «бескорыстно», – я постарался чтобы Вася почувствовал кавычки в моем голосе, – вот и я так же. Мне надо спасти кого-то, чтобы вернуть себе человеческий облик. Это же будет по человечески, да?

Вася задумался.

– Наверное да… Наверное это может как-то помочь. Хотя, я не уверен. Но Гамаюн не у меня в плену.

– А у кого?

– У хозяина молодильных яблок.

– Отлично! Тогда, может, мы отправимся вместе спасать Гамаюн? Я спасу её, а ты получишь свои яблоки. Идет?

– Ты не понимаешь, это будет нелегко.

– Почему? У меня есть меч кладенец. Я теперь волк – и все пути Чащобы передо мной как на ладони. Я неимоверно сильный. А ты… Ты ведь Кощей? Ты бессмертный…

И снова мне пришлось поразится. Для меня то, что Вася оказался Кощеем вообще ничего не меняло. Он и так был странный, он свободно бродил по Чащобе, он не тонул и имел сильно облегченный вес. Понятно же было, что он существо волшебное. Но для Васи, видимо, было очень важно блюсти свою тайну. Услышав от меня это «Кощей» он аж вздрогнул. Он покраснел. Его глаза расширились – лицо напряглось. Он был заметно выбит из колеи. Опять.

– Это Яга тебе сказала? – набросился он на меня.

– Не важно.

– Кто тебе это сказал?

– Да не важно!

– Д-да, я Кощей, – заикаясь начал частить он, – Но и ты ведь теперь волк! Я не человек, но и ты тоже не человек! И не факт, что станешь человеком обратно! Ты должен понимать, что это не всегда твой собственный выбор… Осознанный выбор… Я просто… Никогда не знаешь ты сам выбираешь или…

– Да хватит оправдываться! Мне дела нет до того человек ты или нет! Вон Соловей у нас птичка певчая и ничего, не комплексует. Успокойся.

Вася зло сощурился на меня.

– Я Кощей но вовсе не бессмертный. Я уже девяносто девять лет не ел молодильное яблоко. Моя жизненная сила иссякает.

– Мне все равно, что там у тебя с силами твоими. Тебе нужен меч? Значит, мы идём спасать Гамаюн.

– Пообещай мне отдать меч, как только мы её спасём.

– Отдам. Но только тогда, когда она будет свободная и живая. И в безопасности.

Вася усмехнулся – усмешка у него была горькой.

– А если мы не сможем её спасти?

– Не сможем – не видать тебе меча.

– Молодильные яблоки растут за рекою Смородиной, за Калиновым мостом. На железной горе, на медной скале, в серебряной башне, в золотой горнице. Ни ты ни я летать не умеем. Нам их никогда не достать. Даввй, спасай кого-то другого.

– Интересный адрес. Я уже чувствую запах этой медной скалы – не терпится добежать.

– Ты меня не услышал? Мы не достанем молодильные яблоки это может сделать только волшебная птица.

– Но у Гамаюн не получилось.

– Значит у другой получится!

– В любом случае мне нет дела до твоих проблем со здоровьем. Достанешь свои яблоки в другой раз. А сейчас пошли спасать Гамаюн. Она что, тоже на этой золотой скале?

– На медной скале! В серебряной башне! В золотой горнице!

– Она там?

– Да.

– Отлично. Садись мне на спину. Я чувствую запах медной скалы.

Вася скривился, но сел.

– Дай мне меч! – и он протянул руку к красному пластмассовому мечу.

– Ну уж нет.

– А как ты его понесёшь?

– В зубах.

– Ладно, а как ты им сражаться будешь?

– Как-нибудь. Не отвлекай.

Я взял зубами меч-кладенец. В глубине души я надеялся, что если меч держать не руками а зубами, то он снова станет мягким и пластмассовым, но нет конечно. Тащить мне пришлось настоящее тяжёлое железное оружие. И будь я настоящим… Настоящим волком? Наверное у меня ничего бы не вышло. У меня человека, прежнего, конечно тоже. А так я был волшебной тварью, и преспокойно удерживал острый меч в зубах, и даже не резался о его края.

– Ну что, мы поедем? Или с мечом тебе тяжело? – поинтересовался Вася.

И я припустил. Большой, продуваемый всеми ветрами город, промелькнул мимо нас, лес тоже, началась степь – долгая, бескрайняя, с низким серым небом, которое казалось соединялось со землей на горизонте. Я бежал по степи часа три, темнело и я уже стал боятся, что пространство опять схлопнется, как тогда, когда мы плыли с Соловьем. Но ничего такого не случилось. Вскоре стало светлеть. А потом и теплеть. Снега становилось все меньше, травы – больше. Потом снег пропал совсем и появилась зелёная трава – но не надолго. Очень скоро степь стала жухлой и жаркой. А потом под ногами моими заскрипел песок.

Солнце стало припекать, и мне было даже немного жарко в моей шубе. Меч-кладенец нагрелся, и держать его в зубах стало совсем неприятно. Ещё пара прыжков – и песок сменился бесприютной каменистой равниной.

– Как быстро! – восхищённо сказал Вася, – как быстро ты бежишь!

И он даже потрепал меня между ушей, как какого-нибудь коня.

– Ты уверен, что хочешь научится превращаться в человека? Это ведь скажется на твоей скорости. И на чутье.

– Тьфу! – я выплюнул меч, и так резко остановился, что Вася перегнулся через мою голову и чуть не упал, – заткнись Кощей!

Вася уже принял обычное положение.

– Просто обдумай, что ты теряешь. Я бы дорого дал за твои способности.

– Найди Морену и иди с ней целоваться. Рано или поздно она превратит тебя в волка. Если, раньше не убьёт, конечно. Но ты же вроде как у нас бессмертный…

– Нет, это так не работает. Даже если я полностью повторю твой путь, не факт, что Морена превратит меня именно в волка. Она тоже в чем-то живое существо, то есть была раньше живой. То есть, он не действует по какой-то программе от неё вообще никогда не знаешь, что ожидать. То что ты стал именно волком – это большая удача…

– А может дело не в этом? Может ты просто от природы не волк, а какая-нибудь белка? Хочешь быть волшебной белкой? Будешь грызть орешки и петь песенки. А орешки не простые, все скорлупки золотые, ядра чистый изумруд… Да ведь это все о тебе! У тебя ведь полным полно денег!

– Я не белка. Это вообще не от тебя зависит – в кого тебя превратили. Морена могла бы превратить тебя в кого угодно, хоть в мышь. Но ей захотелось в волка. И я не знаю, за что тебе это.

– О да, я тоже не знаю, за что мне все это.

– Я имел в виду, что тебе повезло. Могло бы быть и хуже…

– Да ладно, не оправдывайся. И не вздумай больше трепать меня за уши – я тебе не домашний питомец.

– Извини. Машинально вышло. У меня в детстве была собака. Так мы едем дальше или нет? Ты ведь хотел кого-то там спасти.

– Едем.

И я снова взял меч в зубы.

Пара прыжков – и в нос мне ударила трупная вонь. Ещё прыжок – и вот мои лапы коснулись вонючей, маслянистой воды. Она бежала широким потоком, зажатая в тесных, каменистых берегах. И напоминала мелкий и резвый горный ручей. Только гор никаких не было.

– Это река Смородина, – сообщил мне Вася, – наше первое препятствие.

– Выглядит не слишком опасно. Наверное, есть какой-то подвох, да?

– Есть.

Глава 33

Представим задачу. Ширина реки – три метра. Глубина – сантиметров пятьдесят и это в самом глубоком месте. Есть два человека, рост которых примерно метр восемьдесят – восемьдесят пять. За сколько минут эти двое перейдут реку?

Секунд десять – двадцать? Минута? Ну, вдруг кто-то поскользнётся.

На самом деле эту реку мы переходили два дня.

– Ты же говорил, что здесь должен быть Калинов мост.

– Зачем тебе мост, – сказал Вася, – Не стой так близко к воде!

– А что в воде?

– Не знаю. Когда я пытался сам добыть молодильные яблоки я ходил через мост. Не прошел.

– А в брод даже не пытался?

– Нет.

На вид в этой не очень чистой, но достаточно прозрачной воде не было ничего опасного. В ней вообще ничего и никого не было. Ни водорослей, ни рыб, ни какой-то прочей живности. Просто мутноватая вонючая вода с маслянистыми разводами и каменистым, будто отсыпанным щебнем дном.

– Я могу одним прыжком перемахнуть через эту речку. Рискнём?

– Сначала один прыгни.

– Меч я с собой возьму.

– Зачем? Сражаться ты им не можешь, у тебя рук нет. Прыгать с ним тяжело. А если ты умрёшь, а меч останется на том берегу или даже посреди реки, под водой?

– Что ж, значит не судьба тебе владеть мечом.

– Ты просто не хочешь чтобы этот меч был у меня. Даже после твоей смерти.

– Хватит обсуждать мою смерть.

Перепрыгнуть эту реку можно было прямо с того места где я стоял. Мой прыжок был гораздо длиннее трёх метров – да что там, судя по моей скорости, мои прыжки вообще не метрами, а километрами измерялись. Но я все же, на всякий случай, решил разбежаться. Я взял в зубы меч, и разбежался – очень далеко разбежался, настолько, что и речка и Вася перестали быть видны. Потом развернулся и побежал вперёд. Прыжок – и мои лапы легко оторвались от каменистой почвы, меч мне ничуть не мешал. Я прыгнул мощно, летел быстро, настолько, что все что было внизу слилось в одну черно-бордовую полосу…

И что-то шибануло меня по голове.

Что-то большое, жёсткое, мокрое, что то так садануло меня по лбу, что у меня в ушах зазвенело, а из глаз посыпались искры – и в следующую секунду я был уже весь в воде, весь мокрый, меч выпал из моей пасти и что-то жёсткое снова ударило меня, на этот раз по пояснице. А потом по лапам и по голове! Меня словно молотило с десяток цепов сразу, это было чудовищно больно, но как будто этого было мало – вода начала разъедать мою кожу, чем дальше чем больше. Я взвыл и бросился к берегу – не разбирая к какому.

И едва мои лапы коснулись сухой почвы как избиение прекратилось. Вода успокоилась и снова потекла мирно, мерно журча.

Однако кожу мою продолжало жечь.

– Я же говорил тебе, – наставительно произнес Вася, – эту реку так просто не перейдешь. Я ведь не сам это придумал, это все знают. А ты меня не послушал. Меч потерял.

Вася стоял рядом со мной распластанным и несчастным. И даже кроссовки его – все что я сейчас видел, – казалось, выражали равнодушное презрение.

– Набегался? – усмехаясь сказал Вася, – наигрался в героя? Теперь пошли обратно, тебе надо окунуться в нормальную воду. А то тебя сейчас всего разъест. Меча тебе не жалко? Он такой на всю Чащобу один. Один единственный. Так легко тебе достался. И так тупо ты его прогулял.

Я не могу ему ответить – у меня сейчас не было человеческих слов. Но и сдаваться так просто я был не намерен. Не здесь и не сейчас. Я встал. И пошёл к воде.

– Идиот, – сказал Вася, – эта река тебя убьёт.

Я не слушал его. Я видел меч – светлая блестящая полоска в воде. Воды над ним было сантиметров двадцать, не больше.

Шаг – и мои передние лапы коснулись вонючей воды – и немедленно кожу стало жечь в десять раз больше чем на берегу, её как будто что-то жевало и выкручивало. Вот если бы я был человек, у меня были бы ботинки, а в реке были бы отмели…

И я оттолкнувшись передними лапами попытался встать на задние. Это было неудобно, мои волчьи суставы были к такому не приспособлены. Вася позади меня издал мрачный смешок.

– Ты что в цирке? Это тебе не поможет!

Шаг – теперь уже задних лап в воду – другой – и из воды на меня понеслись прозрачные щупальца. Это было не животное вылезшее из воды – меня била сама вода. Удар – и я опрокинулся на спину, на землю, на берег. И вода мгновенно успокоилась. Но я снова встал.

– Хватит! – Вася вцепился в мою шерсть, – хватит, река тебя убьет! Блин, как жжётся!

Он выпустил из рук мою намокшую в Смородине шерсть – но тут же вцепился в меня снова.

– Хватит, вода убьет тебя я не шучу!

Он обхватил меня за шею и повалил. Сделать это было несложно сил у меня, избитого и облитого кислотой, было немного.

– Хватит! Уходим! Ты поптыался но не смог! Надо просто найти птицу – ты мне поможешь найти волшебную птицу! Ты мне живой для этого нужен!

Зря он это сказал. Меньше всего мне хотелось быть бессловесным винтиком в планах Кощея. Я снова поднялся на лапы.

– Не надо, Глеб! Не надо!

Я пошел к воде – Вася встал у меня на пути.

– Мы спасем Гамаюн! Обязательно, клянусь! С волшебной птицей это будет легко!

Я присел и прыгнул – прыгнул через голову Васи, прыгнул прямо в центр реки.

Туда, где был меч. Река тут же принялась бить меня, и, не желая совать морду в кислотную воду, я схватил меч лапой – и это была рука! Моя волчья лапа стала рукой – рукой с изогнутыми острыми когтями, рукой на которой росли длинные волчьи волосы – но это была все таки человеческая рука с пальцами, а не волчья лапа. И плотнее обхватив меч, я рубанул по ближайшему водяному щупальцу и оно распалось, пролившись вниз потоком воды. Но тут же рядом выросло второе – однако, я был волк, я был быстр, и я успел перерубить и это щупальце, но тут же что-то подхватило меня и просто вытолкнуло на берег.

На тот же самый берег, с которого я стартовал. К Васе.

– Видел бы ты себя, – сказал он, – у тебя морда волчья. Ты сейчас как волкодлак.

Я посмотрел на свои человеческие руки – они все были в кровавых язвах. Особенно там, где на коже не росла шерсть. Вода Смородины основательно меня разъела.

Руки Васи, которыми он пытался меня остановить были чуть лучше – язвы у него были меньше. Если на моей коже были прорехи размером в пять рублей, то на его – с бусину.

– Тебе не перейти эту реку, – Сказал Вася, – эта река никого не пропускает. Через эту реку не просто так построили мост…

– Пошли к мосту!

Вася мрачно усмехнулся.

– Калинов мост не для живых. Мы зря туда пойдем. Этот мост сделан из раскалённого железа.

– Я иду к мосту! Можешь оставаться здесь!

– Теперь я понимаю, почему Морена выбрала именно тебя, – устало сказал Вася.

– Я иду к мосту.

Стоило Васе сказать что Калинов мост сделан из раскалённого железа, как я тут же учуял запах плавленного металла. Мост был рядом – я чувствовал это. Достичь его можно было за пару секунд.

– Я иду! Ты со мной?

– Дашь мне меч – пойду с тобой.

– Оставайся.

– Ладно, деваться мне некуда, я иду с тобой.

Я напрягся – и руки мои стали лапами а спина согнулась в волчью.

– Давай, садись.

Вася забрался мне на спину, я прыгнул и почти сразу мы оказались у Калинова моста. Мост был большой, высокий, он идеальным полукругом стоял над мутной водой Смородины – и этот мост пылал. Он был весь желто-оранжевый, светящийся тусклым красным светом, с тёмной окалиной внизу опор, там, где раскалённый мост касался воды.

От этого моста шёл нестерпимый жар. Даже подойти к нему было нелегко.

– Пойдёшь прямо по мосту? – спросил Вася с издевкой, – с тебя станется.

По волчьи покружив влево в вправо я сел на землю. Ноги у меня опять были почти человеческие, но сел я как волк.

– Я могу попробовать перепрыгнуть над мостом.

– Мост тебя достанет, так же как и река, – сказал Вася, садясь поодаль, туда, где жар моста почти не доходил, – честно, когда мы сюда мчались, я думал, что у тебя может и получится. С твоей то скоростью… Я думал – вдруг ты пролетишь над Смородиной и даже её не заметишь. Но нет – она никого не пропускает. Морена, конечно, смогла бы пройти по Калинову мосту и ничего бы ей не было. Этот мост только для мёртвых.

– А ты сможешь пройти по этому мосту?

– Я пытался и не смог, я же говорил тебе. И я не мёртвый, я живой.

– Ты точно живой? Сколько тебе лет?

Вася недовольно насупился.

– Почему ты спрашиваешь?

– Просто спрашиваю и все.

– А тебе сколько?

– С моим возрастом все в порядке. Я обычный человек… По крайней мере был им пару недель назад.

– Я тоже человек.

– Ты Кощей.

– Да, но…

– Соловей на лицо совсем пацан, а ему больше трехсот на самом деле.

– Я знаю.

– А твой настоящий возраст какой?

– Какое тебе дело? Ты же хотел через мост идти. Ну так иди!

– И ты больше не боишься, что я умру? Кто найдёт тебе волшебную птицу, если я умру? У тебя самого нет ни волшебной скорости ни чутья! Ты даже уйти отсюда не сможешь без меня. Будешь годами плутать по Чащобе.

– Ты не умрешь. Я тебе не дам.

– И все таки – сколько тебе лет?

– Мне пара тысяч лет. Доволен?

– Сколько именно?

– Тысяча девятьсот восемьдесят три года.

– Ты не выглядишь древним стариком. Я не внешность имею в виду, а вообще. Ты не выглядишь даже на восемьдесят, у стариков взгляд совсем другой.

– И что?

– А вдруг ты мне врёшь?

– Я не вру. Просто я не старик и все.

– А твои родители – кто они?

– У меня нет родителей. Я сирота.

– Врёшь.

– Да что ты заладил! Врешь да врешь! Я не вру! Меня бабка воспитала, отца задрал медведь, мать надорвалась от работы… Они рано умерли!

– Вот сейчас я тебе верю. И ты, что, помнишь родителей даже спустя пару тысяч лет?

Вася утомлённо вздохнул.

– Конечно, я их помню!

– Ты помнишь все, что случилось с тобой за эти две тысячи лет?

– Нет. Большую часть я забыл. Я помню примерно лет сто назад – а дальше только обрывками. Но родителей я помню.

– А как ты стал Кощеем? Ты им родился?

– Этого я не стану тебе рассказывать.

– А я тебя брошу здесь, не бережочке. Одного.

– Я же тебе нужен чтобы Гамаюн спасти!

– Сейчас я вовсе не уверен, что хочу её спасти.

– Ну так пошли обратно! В любое другое нормальное место! В Петербург давай вернемся, хочешь в Петербург?

– Расскажи, как ты стал Кощеем.

– Пока мы тут разговариваем, тебя кислота разъедает, скоро на твоей коже ни одного живого места не останется.

– Ничего со мной не сделается. Я же теперь не человек.

– Ну да! – Вася издал саркастический смешок, – думаешь ты теперь бессмертный? Это не так!

– Если тебе так важно, чтобы я выжил, расскажи, как ты стал Кощеем.

– Ты достал, – в голосе Васи промелькнула брезгливость, – Ты сам знаешь, чего хочешь? Тебе вроде домой было надо и ведь пожалуйста, путь к Яге ты всегда найдёшь, иди к ней и возвращайся домой. Но нет. Тебе вдруг надо спасать Гамаюн. Поперлись ее спасать. Дошли до этого адского места. И тут выясняется, что ты её спасать уже не хочешь! Тебе нужно срочно знать, как я стал Кощеем. А я не скажу тебе! Хочешь меня тут оставить одного – оставляй.

Вася говорил решительно. Он смотрел на меня искоса – была у него такая манера, смотреть как бы в лицо собеседнику и как бы одновременно нет. В углу рта у него залегла неприятная усмешка.

– Ну как знаешь.

Я подхватил меч и убежал. Секунда – и вот уже ни Смородины, ни Калинова Моста ни Васи не было в обозримом пространстве. Только каменистая пустыня и свобода от всех и всего. Только кожу мою все еще жгло, и поэтому я бежал на запах чистой воды. Однако, до воды путь был неблизким бежать пришлось долго, но вот, наконец, каменистая пустыня сменилась чахлой заснеженной степью, потом тут же пошёл лес, в лесу было озеро – по его берегу кольцом росли чёрные ели. Озеро было сковано льдом. И я с разбегу выскочил на его скользкую, гладкую поверхность, поскользил до середины и с размаху угодил в полынью.

Озеро подо льдом было очень холодным. Кислота меня, правда тут же перестала жечь – потому что мою кожу ожгло ледяной водой. Руки-ноги у меня окоченели и еле шевелились, сердце бешено билось, готовое, кажется выскочить из груди, дыхание у меня перехватило. Меч тянул ко дну. Взвыв, я бросил себя на лёд – мокрая шерсть сразу примёрзла. Оставив пару клочков волос вмёрзшими я бросился бежать я вынюхивал тепло, любое тепло, ближайшее пахло овцами…

И с разбегу я ворвался в овчарню – блеяние, крики – вопли испуганных овец, которые надрываясь разметались про стенам сарая и в конвульсиях дикого страха стали кидаться на стены. Подавив в себе чёткое, звериное желание разорвать и убить, я метнулся к печке – сарай был отапливаемым.

– Тише! Тише! – в овчарню зашла женщина, – что с вами? Баря-баря!

Я напрягся – но женщина меня не увидела. Он прошла мимо, прямо к овцам, которые не обращали никакого внимания на её ласковый успокаивающий голос.

– Что с вами?

Овцы продолжали панически жаться к стенам. И видно было, что они бы выскочили на улицу, на мороз – но перед входом был я, залёгший возле тёплой печки.

– Баря!

Мне надоела суета овец и раздражающее недоумение женщины. Я устал бороться с желанием отведать свежего мяска.

– Прочь! – взвыл я, бросаясь в самую гущу овец.

И овцы сплошным потоком ринулись к дверям сарая, едва не сбив женщину с ног.

И на этот все кончилось, я лёг у печки и мгновенно уснул.

В этот раз я видел сны. Мне снилось озеро, воды которого смыкались над моей головой. Мне приснился дом – не знаю, почему. Мама, отец. Они не ругали меня и не гнобили, как обычно, а были ласковыми кроткими – такими, какими я их никогда не фиксировал в своей памяти.

Но когда я проснулся был все ещё день. Наверное даже тот же самый – женщина все ещё разговаривала со своими овцами. Печка все так же гудела – дрова в ней ещё не прогорели. Я поднялся с тёплой, пролежанной соломы, спать было не время, у меня были дела. Я поднялся на ноги и вышел из сарая – возле забившихся в угол карды овец уже вилось несколько человек – в том числе человек, набиравший кровь из одной овцы в большой шприц – видимо, ветеринар.

Мне не было дела до них – и разогнавшись, я покинул лес это селение в лесу у озера. Я побежал дальше.

Я бежал на запах смерти. Этот запах накладывался на запах старинного города, на запах улиц и дорог – но городской запах был второстепенным. Я остро чувствовал другой, нужный мне запах. Запах тлена.

Я летел через поля и леса, через степи и реки, по дрогам и по пустырям. И я прибежал к своей цели. Я был в старинном городе с красивыми домами. Я остановился у небольшой арки с каким-то гербом на фронтоне и тремя античными шлемами в качестве наверший крыши. И там стояла она, в красном платье, с золотистыми волосами, которые трепал ветер – и именно от неё несло смертью.