Текст книги "Погружаясь во тьму (СИ)"

Автор книги: Марк Кузьмин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 36 страниц)

Глава 57. Где-то внутри.

– Итак, – она посмотрела на своего учителя. – Я предупредила всех, что задержусь, как ты мне и сказал.

– Отлично, – улыбнулся Озахар. – Сегодня мы займемся кое-чем новеньким.

– И что будем делать? – нахмурилась она.

Всю прошлую и текущую неделю ей приходилось только дышать. Дышать, сидеть и сдерживать огонь, лишь по команде выдыхая пламя. Дышать огнем было прикольно, но он пока не позволял ей практиковаться с этим в боевой обстановке. Сказал, что еще рано, и если начнет, то зафиксирует неправильные рефлексы.

– Сегодня, малявка, ты будешь отбирать у самой себя силу, – заявил дроу.

– А? Это как?

– Ты погрузишься внутрь собственной души и столкнешься со своей драконьей сущностью, – начал он объяснять. – Это специальный транс, который визуализирует для тебя все это. Все это время ты дышала, сущность дракона в тебе росла и формировалась. Сейчас она проснулась, но тебе нужно взять ее под контроль. Ты отправишься в собственное подсознание и подчинишь все это. Договаривайся или заставляй силой – дело твое.

– Ладно, – занервничала она. – А это не опасно?

– Разумеется, опасно, джа-ха-ха-ха-ха! – рассмеялся он. – Проиграешь – и вместо тебя управлять телом будут твои звериные инстинкты. Мне в принципе пофиг, кого обучать, просто у другой личности явно тормозов будет поменьше.

– Ха?! – глаза Генни стали больше очков. – А что, способа безопаснее нет?

– Есть, но зачем? – искренне удивился он.

Та чуть не упала от такой логики.

«Он случаем с Паркинсон не в родственниках? Уровень наглости у них очень похожий. Хотя нет, у этого эго явно превосходит все космические пределы».

– Джа-ха-ха-ха-ха! Да забей! – махнул он рукой. – Давай начинать!

– Эй, я еще не дала свое согласие!

– Уже поздно, – усмехнулся он и коснулся пальцами ее лба. – Спокойной ночи…

– Чт…

Договорить она не успела – и тьма поглотила ее сознание….

***

Девчонка упала на пол и уснула. Сейчас ее сознание начнет погружаться в самые глубины ее сущности. Теперь все зависит только от нее.

Разумеется, он не сказал ей правды, но если узнает, то не будет никакого смысла все это проводить. Пускай верит в эту наспех придуманную байку. Девчонка должна сама все понять и победить это, иначе все будет бессмысленно.

«Если проиграет, значит, доверчивая идиотка, – фыркнул он. – Лучше уж взяться за не такого способного кандидата, чем опять наступать на эти грабли…».

Но все же ее поражение нежелательно.

Запихивать знания в головы мелким недоумкам, конечно, не самое веселое занятие, но лучше, чем полная скука… Если относиться к ученикам совсем уж как к расходному материалу, они могут и кончиться, и что дальше? Столетия попыток обучения?

Даже звучит невыносимо скучно.

Некоторое время он смотрел на спящее тело девчонки.

– Ах, ладно, – закатил темный эльф глаза. – Подстрахую ее, а то этот нытик опять будет мне плешь проедать…

***

Она падала, погружалась и тонула в темноте. Тьма была такой густой, словно дым, но при этом каким-то непонятным образом она не прикасалась к ее телу, и себя девушка видела четко и ясно, но это было единственное, что она видела.

Вскоре она достигла того, что можно назвать дном этого места. Если раньше ощущение погружения то и дело преследовали ее, то сейчас оно прекратилась, и она просто лежала на спине и смотрела в никуда.

– Так… где я? – нахмурилась Генриетта.

Память возвращалась урывками и явно не собиралась нормально функционировать. Вот она пришла к Озахару на новый урок, который должен был быть каким-то особенным, и следом он ей что-то говорит, а после она засыпает…

– Вот урод! – подскочила она и заскрежетала зубами. – Нет, он не «безбашенный» и не «коварный», у него куда более емкое определение есть.

Когда она познакомилась с этим типом, то еще размышляла, кто он такой и как будет себя вести, ну и думала, что он может быть таким вот не добрым и не злым, а дикарем, что идет на поводу у своих желаний… Но теперь она точно осознала, кем является тот, кто называет себя Озахар.

– Он – мудак! Просто мудак!

Да, это самое точное определение, какое может быть. Просто урод, который делает все, чтобы подговнить другим. Некоторое время она лежала и материлась в пустоту, поливая одного ушастого урода всеми нехорошими словами, какие она только знала.

– Вот же козел ушастый! Выберусь, точно утоплю его дебильную книжку в сортире! Пусть Миртл обучает, будет у нас потом Призрачный Дракон Туалетного Потопа!

Через несколько минут ей это надоело, и она все же начала подниматься.

Пространство вокруг нее было абсолютно черным и пустым, словно она стоит в какой-то бездне, а под ногами ничего нет, хоть она и ощущала твердую поверхность. Казалось, стоит на мгновение перестать об этом думать – и пол исчезнет, и она вновь начнет падать.

Прошла пара минут, но ничего не произошло, и девушка начала осторожно двигаться вперед, так как тут вообще не понятно куда идти и что делать. Она просто шла в этой бесконечной тьме и…

Что-то послышалось за спиной!

Резко обернувшись, она пыталась всматриваться в темноту, но ничего не увидела.

Вновь что-то промелькнуло на периферии зрения!

Генни тут же приготовилась к бою, но палочки под рукой не оказалось, да и по какой-то причине ее магическая сила не откликалась на концентрацию.

Осознав, что она полностью беззащитна, ее руки на миг дрогнули, но она тут же сжала кулаки, подавив страх.

«Больше я не поддамся страху».

Она приготовилась к бою, даже если он будет для нее последним.

– Кто ты?! – крикнула она во тьму. – Покажись!

Некоторое время мертвая тишина вновь окутала ее, но затем что-то начало виднеться недалеко от нее.

– Ху-ху-ху-ху-ху… так не терпится начать… – послышался жутковатый женский смех. Голос слегка вибрировал, и в нем звучали неприятные стеклянные нотки, но при этом казался знакомым. – Какая ты нетерпеливая…

Во тьме показался чей-то силуэт, который постепенно начал обретать форму.

– Хочешь всего и сразу, не любишь ждать и не желаешь терпеть, – произносит голос. Широкая улыбка сияет на этом лице с широко распахнутыми глазами, придавая образу какую-то толику безумия. – Мне это нравится!

Перед Генриетой предстала ее точная копия!

Девушка с такими же черными растрепанными волосами, такими же большими зелеными глазами и в такой же одежде, но ее двойник казался совершенно другим. Не было ее обычной серьезности на лице, а эта девушка больше напоминала Озахара с его жутким оскалом и манерой дикаря.

– Ты… еще что такое?! – напряглась Генриетта.

– Ху-ху-ху-ху-ху! Я – сила! Я – власть! Я – страсть! Я – победа и поражение! – заявила двойник. – А еще я – это ты!

Ее копия рассмеялась демоническим смехом.

Генни стало как-то неприятно видеть такое, ведущую себя вот таким странным образом. Становиться подобной чудачкой как-то не хотелось.

– Можешь звать меня Каль, – наигранно поклонилась она.

– Каль? А с каких это пор внутренняя сущность дракона имеет свое имя? – нахмурилась Поттер.

– Какая тебе разница, как я сама себя называю? – фыркнула та. – Важно то, зачем ты пришла сюда.

– Мне нужна сила, – сказала Генриетта. – И мне нужно подчинить свою силу.

– Пф, нет ничего проще, – пожала плечами Каль. – Давай договариваться.

– А я думала, что будет битва.

– Я люблю битвы, но драка сама с собой ничем хорошим не кончится, – снова фыркнула Каль, сложив руки на груди со второго раза. – А вот если мы объединимся, то сможем наслаждаться битвами, победами и поражением наших врагов! – улыбнулась она, обнажив заостренные зубы. – Потому давай договариваться!

– Ладно, чего ты хочешь? – Генни тоже сложила руки на груди.

– Быть безупречной. Я хочу, чтобы мы, объединившись, стали идеальным драконом! Воплощением истинной силы! Никаких слабостей и жалких мешающих глупостей – только безупречность!

Генни нахмурилась.

В целом пока ничего странного она в этих словах не видела. Устранение собственных слабостей – это то, ради чего она сюда пришла. Слабость внутри нее просто невыносима и с каждым днем будто становится сильнее, а потому нужно поскорее от нее избавляться.

– Это-то понятно, а конкретику можно?

– Все просто, – развела она руки. – Тебе нужно пойти и убить собственную слабость. Избавься от нее, и я отдам тебе всю свою силу.

– Слабость?

– Ту самую, что постоянно мучает тебя, – усмехается Каль. – Та, из-за которой ты не можешь сосредоточиться и собраться. Та, что истязает твое сознание и тянет тебя к откровенным глупостям.

Генни напряглась и сжала кулаки.

Внутри начала подниматься волна гнева.

«Значит, «это» есть здесь».

Несколько секунд ей понадобилось, чтобы собраться и успокоиться. Гнев и раздражение закипели в ней, но она не дала эмоциям взять над собой вверх.

– Где это?

– Там, – указала Каль за спину.

Позади виднелся… лес… огромные черно-серые деревья стояли кривой стеной, что уходила высоко в черное небо своими изогнутыми ветками. Генни решительно подошла к деревьям? и те, что удивительно, сами расступились перед ней и открыли ей путь. Немного постояв на месте, она все же решилась двинуться вперед.

Пробираясь через овраги, колючие кусты и мешающие ветки, девушка шла мимо расходящихся деревьев и глазами в этой тьме искала хоть что-то, кроме кустов или веток. Бродя здесь уже полчаса, она начала чувствовать только раздражение, что ничего не может найти.

– Так, стоп! – резко остановилась она. – Это может продолжаться вечность.

Как найти то, что ты хочешь убить в себе?

Сложный вопрос, на который, как ни странно, есть весьма простой ответ.

Вот только делать это Генриетте очень не хотелось, но раз уж нужно для того, чтобы справиться с этим…

– Ладно, – вздохнула она. – Для дела можно и потерпеть немного.

Закрыв глаза, она сделала глубокий вдох, а затем выдох и начала концентрироваться, как обычно. Но концентрировалась она сейчас не на образе Хвостороги, а на совершенно другой вещи, точнее, чувстве.

В голове вспыхнули события Хэллоуина.

Тот страх, тот ужас, что разрушал волю и сознание, а затем… тепло… приятный жар в груди, который растекался по всему телу и придавал силу и уверенность. Она постаралась погрузиться в это нежное и приятное ощущение, что окружало ее безопасностью и дарило нечто большее.

Ей не хотелось вспоминать об этой слабости, не хотелось вновь переживать, ее и старалась не дать своему разуму утонуть в нем, чтобы не потерять рассудок. Она не знала, что будет, если она поддастся этому, а потому держала себя в руках.

Вот тепло вспыхнуло внизу живота и начало растекаться по всему телу.

Перед глазами появился образ широкой спины, что будто стена закрывала ее от всего мира, а внутри… в груди… где-то в сердце появился образ… чего-то… маленького и слабого…

Подняв руки, она осторожно потянулась к этому и…

Пальцы сомкнулись на чем-то маленьком и теплом.

Резко дернув на себя, она тут же вырвалась из этого чувства и пришла в себя!

– Попался! – крикнула она – и, ухватившись за свою цель, тут же швырнула ее на землю.

Что-то небольшое появилось из воздуха и грохнулось на пол с громким стуком.

– Теперь не уйдешь, – улыбнулась Генни, открывая глаза. – Сейчас ты…

Она резко прервалась, когда увидела, что именно ей удалось поймать.

– Кхы… Хнык… у-у-у-у… – послышались звуки от… маленького… детского тельца, что свернулось клубочком и закрыло черноволосую голову ручками. – Кхы-ы-ы-ы-ы… «шмыг»… Кха-ха-а-а-а-а-а…

Генриетта замерла, смотря на… маленькую девочку, что лежала у ее ног и тихо скулила от боли.

– Ой, – девушка тут же присела рядом с малышкой. – Прости, я…

Услышав ее голос, ребенок вздрогнул и затрясся от страха, став плакать сильнее.

– Прости, я не хотела тебя обидеть и… – заволновалась Поттер. Обижать ребенка она никак не хотела и несколько растерялась, видя перед собой плачущую девочку. А что еще хуже, она совершенно не представляла, как нужно детей успокаивать и что вообще делать в такой ситуации. Это напоминало ей те моменты, когда к ней приставала Панси, мозг просто не знал, как поступить и впадал в какой-то ступор.

Протянув руку, она прикоснулась к девочке и…

Прыжок!

Генни резко разорвала дистанцию, когда-то самое чувство пронзило ее тело настоящей волной жара. Это было оно, то самое чувство, но в разы мощнее и…

– Ага, это она! – послышался позади голос Каль.

Ее дерзкая копия появилась, будто из воздуха и довольно неаккуратно уселась на ближайший камень.

– Поздравляю с находкой.

Девочка убрала руки с головы и с трудом поднялась на ноги.

Генриетта увидела перед собой… саму себя… такой она была лет в шесть. Торчащие во все стороны волосы средней длины, которые постоянно и безуспешно пыталась уложить тетя Меда. Большие очки, почти на пол лица. Зрение у нее всегда было хорошим, семейное проклятье ее не коснулось, но ее с детства пытались сделать похожей на отца, а потому очки она носила всегда. Одета была в кофту с длинными рукавами и потрепанные шорты, а на ногах малышка носила обычные кеды.

Со стороны и не скажешь, что перед тобой маленькая девочка, больше похоже на какого-то мальчишку-сорванца, вот только на личике Генни почти всегда была самоуверенная ухмылка, а не слезы и сопли.

Генни-ребенок стояла перед ней и, шмыгая носиком, вытирала слезы рукавами.

Выглядела она довольно жалко и даже глупо, но сложно просить что-то большее от ребенка.

– Ну, а теперь, когда ты нашла ее, – продолжила говорить Каль. – Убей ее...

– А? – Поттер посмотрела на свою копию.

– Она – твоя слабость, она олицетворение того жалкого и ничтожного чувства, что мешает тебе быть собой и рушит твою гордость, – говорила Каль. – Если ты не избавишься от нее сейчас, то она начнет разрастаться и заполнит тебя всю. Ты окончательно сдашься и прогнешься под это и превратишься в жалкую, ничтожную версию самой себя… как та, на кого ты сейчас смотришь…

Малышка ничего не сказала, а лишь опустила голову.

Да…

Это чувство…

Генриетта сжала кулаки…

– Так это ты…

Она стояла перед тем, что так сильно ненавидела.

Слабость… жалкая и бесполезная слабость. Ребенок, который не может никого спасти, никому помочь и ничего сделать. Ребенок может лишь плакать и бежать, но ничего более. Именно такой она видела себя, поддавшейся этому бесполезному чувству.

Глупо отрицать, что ей понравилось тогда, что ей было приятно, и она хотела наслаждаться этим, но у нее есть долг, у нее есть груз ответственности и цель, что возложили на нее, а потому она просто не могла позволить себе остановиться.

«Я должна стать сильнее. Я должна всех спасти. Я сделаю для этого все! Все!»

Ребенок же так и продолжал молчать.

Девочка шмыгала носиком и лила слезы, ведь это все, что она могла.

«Бесполезная…»

Да. Все так.

Глубокий вдох.

«Если я хочу всех спасти, то обязана переступить через себя. Я не эгоист и никогда им не была, а потому обязана сделать все, чтобы исполнить возложенную на меня миссию».

Уняв кипящие эмоции, Генриетта сделала шаг вперед.

Девочка вздрогнула и зажмурила глаза от страха.

– Отлично! Отлично! – радуется Каль. – Избавься от нее и стань идеальной!

Пальцы сжимаются в кулак.

Глубокий вдох.

Выдох.

Она смотрит на маленькое тельце, что затряслось от страха.

Удар!

В следующий миг Каль отлетает в дерево с разбитым носом…

– У-а-а-а-агхлба-а-а-а-а! – кряхтит копия, отлетая на несколько метров.

Кувыркнувшись в воздухе, та падает на землю и пропахивает головой несколько метров, а после врезается в ствол кривого дерева.

Несколько секунд шокированная Каль лежит и с шоком смотрит перед собой, явно не понимая, что именно сейчас произошло. Затем осознание все же догоняет ее, и та попрыгивает на ноги.

– Какого хрена ты тво…

– МОЛЧАТЬ! – закричала Генриетта. – КАКОГО ХРЕНА ТЫ, КУСОК ДЕРЬМА, СМЕЕШЬ МЕНЯ ПОДБИВАТЬ НА УБИЙСТВО ДЕТЕЙ?!

Давненько ее так не выбешивали, даже Гарри, при всем своем старании, не действовал на ее нервы таким образом, как вот эта с*ка.

– Ты конченая дура! – взбесилась Каль. – Она лишь выглядит как ребенок, а на деле она…

– Заткнись!

Ударом ноги Генни отправляет эту тварь в очередной полет.

– Нахер мне не нужна такая сила, что побуждает меня убивать детей! – кричала девушка. – Я – Генриетта Поттер, Избранная, Девочка-Которая-Выжила, и я не опущусь до подобных мерзостей!

– Ты идиотка! – поднялась копия, зажимая разбитую рожу. – Из-за этой слабости ты никогда не исполнишь свой долг, никогда никого не спасешь и будешь хоронить всех близких себе людей!

– Ха?! – Генриетта посмотрела на нее сверху-вниз. – Лживый подселенец пытается учить меня жизни?

Каль застыла.

– Думаешь, я не догадаюсь, что ты на самом деле не я и никакого отношения к моей силе не имеешь? – фыркнула девушка. – Во всей книге ни единого упоминания, и Оз даже не удосужился соврать что-то вроде «это быстрый путь для тех, кто обучается напрямую у меня», – или еще какую-нибудь чушь. Не знаю, чего он добивался этим чертовым «уроком», но я не собираюсь идти у тебя на поводу!

Каль убрала руку с лица и холодно посмотрела на Генни.

Если вначале Поттер еще могла поверить, что эта тварь – часть неё, то чем дольше они общались, тем дольше выпирала ее чуждость. Она действовала по-другому, мыслила по-другому, говорила по другому… Даже если бы у Генриетты не было здоровой дозы недоверия, она бы все равно ни за что не признала ЭТО частью себя.

Пусть Слабость неприятна Генни, но ее она хотя бы чувствует, как часть себя, а эта будто что-то постороннее.

– Долго же до тебя доходило, – прозвучал глубокий мужской голос от ее копии. – Смертные все же могут пользоваться своим жалким мозгом, хотя бы иногда…

Облик Каль начал окутываться тьмой, и большие белые глаза вспыхнули в тенях.

– Я думал, что сумею подбить тебя на убийство куска собственной сущности, ведь тогда мне будет проще захватить твое тело…

Он начал расти и менять свою форму.

– Но это уже не имеет значения… В мире снов чувства и намерения имеют ужасающую силу, и, хотя бы на миг признав меня своей частью, ты открыла мне путь к своей душе.

Огромные крылья распахнулись за спиной.

– Я – Кальзарейнад, Бог Злонамеренной Магии! Я – Мощь, что искажает Законы Природы и сжигает цивилизации! – волна силы ударила во все стороны. – СКЛОНИСЬ ПРЕДО МНОЙ И СТАНЬ СТУПЕНЬКОЙ К МОЕМУ ВОЗРОЖДЕНИЮ!

Черный дракон предстал перед ней…

Глава 58. Вгрызаясь в жизнь.

– Я – БОГ! – взревел дракон. – Я БЕЗГРАНИЧНАЯ СИЛА, ЧТО ВЫЖИГАЕТ КОНТИНЕНТЫ!

Большой.

Он был больше Хвостороги и резко отличался от всех драконов, коих Генни хоть когда-либо видела, даже когда с Сириусом была в заповеднике. То, что предстало перед ней, сильно отличалось от всего, что ей доводилось видеть когда-то. Хвосторога, да и вообще любой другой дракон пусть и различались между собой, но ощущались всегда как животные. Да, магические, обладающие какой-то силой и способные на многое, но именно животные. Тут же было разумное, опасное и свирепое существо. Озахар вроде как говорил, что он и сам дракон, но никакого подтверждения этому не показывал, что как-то не вдохновляло, а потому увиденное только что поистине шокировало.

Тот, кто назвал себя Кальзарейнад, был угольно-черным драконом, с четырьмя лапами и двумя огромными рваными крыльями. Четыре длинных рога торчали из его головы, и высокий гребень-плавник шел по всей длине позвоночника.

Могучие лапы с длинными острыми когтями ударили по земле и, казалось, сотрясли весь мир.

– Я – истинный Бог Драконов! Я был предан и убит! – рев этого монстра, казалось, разрывает саму ткань реальности и заставляет мир дрожать от его голоса. – Но я выжил! Я всегда найду способ выжить! Всегда найду путь к возвращению, ибо МЕНЯ НЕ СЛОМИТЬ ДАЖЕ СМЕРТЬЮ!

Чудовище посмотрело на нее и оскалило свои зубы.

– И ты, ничтожество, станешь моим путем к возрождению!

Он раскрывает огромную пасть – и между бритвенно-острыми зубами заискрились алые молнии.

«БЕЖАТЬ!»

Инстинкты взревели, и Генни тут же рванула прочь, успев по пути подхватить застывшую в ужасе малышку.

Из пасти чудовища ударил багрово-черный луч, что начал рассекать саму ткань реальности и уничтожать все на своем пути.

Вот он мгновенно прошелся вперед, и девушке с дитем на руках едва удалось увернуться.

ВЗРЫВ!

Место, где прошел луч, рвануло, и ударная волна отшвыривает их тела в сторону и протаскивает через кривые деревья. Они в один миг вылетают за пределы леса, что начинает гореть и разрушаться от действий дракона.

Их протащило несколько десятков метров по земле, и Генриетта успела отбить себе почти все тело, но ребенка ей удалось защитить и не дать малышке пострадать. Пусть ей не хотелось спасать собственную слабость, но она ничего не могла поделать с собой. Здесь не только банальная логика играла свою роль, но и странное чувство внутри нее самой.

Инстинкт, необычный, чуждый, новый инстинкт настойчиво говорил ей: "Ребенок, связь есть, ЗАЩИТИТЬ!"

Она чувствовала, что должна ее защитить и ни за что не позволит никому ей навредить.

Из-за пылающей полосы пожара в черное небо взмывает дракон.

Вот снова показались рубиновые молнии, и новый луч сформировался почти мгновенно.

УДАР!

Генни закрылась руками – и вокруг нее тут же вспыхивает защитная сфера, что спасла их от неминуемой смерти. Вот только мощь атаки чудовища оказалась так велика, что даже эта неведомая защита начала трескаться.

– ДА! ПАДИ! – рассмеялся Кальзарейнад и приземлился перед ними, сотрясая землю своей чудовищной поступью. – СМЕРТНЫЕ – ЛИШЬ ЖАЛКИЕ НАСЕКОМЫЕ ПРЕД ВЕЛИЧИЕМ БОГА!

Он сделал шаг вперед, и вокруг его пасти вновь показались кроваво-красные молнии.

– Вернувшись в мир через твое тело, я спалю все и наслажусь муками целой планеты! Гра-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! – дико расхохотался черный дракон. – МИР – ТВОЙ БОГ СКОРО ВЕРНЕТСЯ!!!

Алый луч тут же выстреливает в них, но сейчас он в разы больше и насыщеннее тьмой, чем ранее. Безумная сила ударяет в защиту девушки и сносит ее вместе с защитной сферой, протаскивая их десятки метров над землей.

«Я – умру тут?»

Мысль промелькнула в ее голове. Страх начал заполонять ее сознание.

Вновь! Снова! Как тогда!

Ужас проникает в саму суть ее личности, страх перед неведомым, огромным и неудержимым чудовищем разрушает сознание и раскалывает рассудок на осколки. Вновь то дробящее волю чувство, когда она в любой момент готова бросить все и всех, лишь бы спасти собственную жизнь и плевать на гордость, на честь, на самоуважение, лишь голая жажда жить остается внутри.

Вот дракон нависает над ней, вот он что-то говорит и готовит свою атаку, а затем она будто в замедленном времени видит, как смерть медленно приближается к ней…

– Успокойся…

Промелькнуло в ее сознании.

Голос…

Такой теплый и знакомый…

Голос, что, словно поток горной реки смывает трусливые мысли и слабость внутри ее сознания.

В следующий миг страх пропадает, слабость пропадает, и просыпается… ЯРОСТЬ!

Осознание, что она едва снова не поддалась панике, понимание, что еще миг – и она снова почти проиграла и сдалась, и… мысль, что ЕГО ГОЛОС опять вывел ее из этого состояния… Это взбесило ее до такой степени, что она просто забыла обо всем вокруг.

– Гр-р-р-р-р-р-р-ра-а-а-а-а-а-а-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – взревела она с такой силой, что мир вокруг нее начал рушиться, и вся чернота покрылась тысячью белых трещин, что заставили все вокруг ходить ходуном.

Дракон, не ожидавший такого, пошатнулся и промазал своей атакой, которая, будто исчезла в никуда, но взбешенную девушку уже не волновали такие глупости.

Образ Хвостороги в ее сознании раскололся на части, сменившись образом опаснейшей черной твари, что противостояла ей!

«Бог Драконов, говоришь? Тогда отведай собственного лекарства!»

Она посмотрела на дракона и более не увидела в нем ничего опасного для себя.

– Ты лишь помеха! – зарычала она.

В следующий миг поток огня вырывается из ее рта целым морем пламени, что будто приливная волна сносит чудовище!

– РА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – дикий рев вырывается из ее рта, и огонь заполняет будто весь мир, окутав ее в безумном океане пламени.

Вскоре ярость утихла, пламя погасло, и все это оставило после себя только слабость и опустошение.

Генни упала на колени без сил и, заливаясь потом, тяжело задышала.

Она сидела и смотрела перед собой на потрескавшийся белым черный мир и опаленную тушу монстра, что едва не убил ее. Тот, кто так бахвалился и кричал, проиграл столь быстро и таким жалким образом.

– Ух… – послышалось за спиной.

Только сейчас она почувствовала, что ее со спины кто-то обнимает.

Маленькие ручки сомкнулись на ее торсе, и крошечное тельце прижалось к ней.

Ручки отцепились от нее, и Генни тут же осмотрела малышку. Вроде та была в порядке, но очки испачкались, а потому пришлось их протирать. Да и закоптилась слегка, и ничего не оставалось, как вытереть ей лицо. Поттер даже сама поражалась тому, что делает, но руки будто сами тянулись позаботиться о ребенке.

– Кто же… ты…? – спросила она, смотря на свою миниатюрную копию. – Что ты такое?

Девочка лишь склонила голову на бок, а затем тепло улыбнулась.

Маленький пальчик коснулся ее носа, и это был весь ответ, что ей дали…

А дальше… ее потянуло куда-то назад…

***

Открыв глаза, он некоторое время просто смотрел на лежащую перед ним девчонку. Вмешиваться не пришлось, она вполне себе сама со всем справилась, пусть и не без огрехов, но своей цели девчонка добилась. Образ теперь навсегда впечатался в ее сознание, и теперь проблем никаких не будет.

Она сумела дать отпор этому «воспоминанию» и победила его, а остальное вторично…

Вот ученица открывает глаза и со слегка затуманенным взглядом смотрит на него.

– Я… победила… Озахар… – со слабой улыбкой произнесла она. – Теперь… можно… переходить к следу…

Девчонка отключилась.

Не удивительно. Все ее физические и эмоциональные силы были потрачены на этот бой, так что она имеет полное право отдохнуть. Пару часов пусть поспит, а когда уже будет ближе к отбою, ее придется разбудить.

Пусть для Оза в любом состоянии Зовущий – это мусор на один укус, но маленькая ученица в таком состоянии ничего поделать не сможет, а свою силу она еще толком применять не научилась.

– Мастер Озахар, малявка, – вздохнул дроу. – Но в этот раз прощу, – он покачал головой и погладил торчащие во все стороны волосы. – Эх, и почему все мои ученики такие дураки?...

***

Он тихо рычал от боли и пробирающего душу холода, когда его тело медленно растворялось в потоке сознания этой жалкой смертной. Он исчезал, забывался, как мимолетный неприятный сон, коим по своей сути он и являлся. Он лишь воспоминание, остаточный образ, пустая мысль, в которой не должно было быть личности, но Бог Драконьей Магии Кальзарейнад не был бы величайшим созданием мироздания, если бы даже огрызок его мыслей не был бы так велик и могуч.

Даже в таком жалком положении он все равно стремился выжить и вернуться. Его ненависть и жажда мести были так велики, что, даже умерев, растворившись душой и телом и будучи уничтоженным на самом тонком плане, он еще стремился возродиться и отомстить. Даже его воспоминание могло попытаться выбраться, пусть даже через жалкую смертную, но он был готов на все, ради того, чтобы ЖИТЬ!

Даже сейчас, проиграв, будучи смертельно раненым и растворяясь, он вцепился зубами в твердь этой реальности и пытался удержаться, хоть частичкой себя, которая рано или поздно даст ростки его величия и позволит ему вернуться, а потому он пытался собрать хоть какие-то крупицы силы для последнего шага и…

– Поразительно, – прозвучало перед ним. – Даже в таком состоянии ты все еще стремишься выжить… Все же Ганнаев превзошел сам себя. Создать и привязать ко мне Сон, где даже воспоминание о Аватаре Бога может ожить… А ведь я лично тебя никогда не видел, можно даже считать тебя воспоминанием о воспоминании…

Он открыл свой единственный глаз и посмотрел на того, кто смеет насмехаться над ним.

– Иллитири… – прорычал дракон. – Нет… ты… тоже дракон… вижу… Какая мерзость…

Это всего лишь обращенный. Смертное существо, что сумело возвыситься и обрести силу, а не рожденное таким.

– В мое время… подобные тебе были второсортным мусором и не смели поднимать головы, – злился Бог. – А теперь вы размножаетесь и плодитесь, позоря величественный род драконов…

– А что, в твое время были такие, как я?! – рассмеялся незнакомец. – Я-то думал, я первый… Знаешь, меня всегда забавляло это высокомерие на пустом месте. Я родился как темный эльф, но сейчас я – дракон. А чего ты добился к шести сотням лет? Да что там к шестистам, все, чему ты научился за тысячи лет, не смогло обмануть одну смертную девчонку!

– Гр-р-р-р-р! Ублюдок… – бесился Каль. – Из-за тебя я прои…

– Как будто я вмешивался! – фыркнул дроу. – Ты проиграл из-за того, что посчитал себя умнее всех, – темный эльф присел перед ним. – Ну или потому, что от тебя осталось так мало, что мозг в комплект этого воплощения не входил… Зато вот высокомерие, не дающее признать свою ограниченность – в полной мере. Я рассчитывал, что ты явишься перед ней в форме безумного зверя, воплощения инстинктов, даже навешал ей лапши ради этого, а вместо этого ты решил поиграть в дохрена актера. В результате твои действия лишь дали ей кого-то, чтобы защищать, укрепив ее решимость… А в этом мире чувства – это всё!

– Я – Бог… – заскрежетал зубами Кальзарейнад. – Я… безграничная сила… что выжигает континенты…

– Ну, ты был таким, – с небольшой грустью признал Озахар. – Будь иначе, я бы не избрал тебя, чтобы оставить новый шрам на душе моей ученицы. Величайшую драконью метку из всех возможных. Но теперь ты – всего лишь Мертвая Сила, твоя сила принадлежит убившей тебя Кереске, а отголоски твоего разума настолько слабы, что не могут считаться угрозой даже для никогда не любившего интриги меня. Пора прекратить уже цепляться за это жалкое существования, не находишь?

То есть все это… Вся его надежда на возвращение… Даже уязвимость разума девчонки, позволившая ему притвориться ее частью… Все это было только для того, чтобы оставить чертову «метку»?

– Будь ты… проклят… Озахар… – произнес Бог Драконьей Магии.

– О, ты все же, став частью нее, получил доступ к частице ее памяти, – улыбается Дракон Клыков. – Ну, раз так, – он подошел вплотную к тающему богу. – Раз ты хоть на какой-то процент являешься ей, то… – он поднял ногу, – должен говорить – МАСТЕР ОЗАХАР!

Удар!

Черный сапог одним движением размозжил голову Богу Драконьей Магии!

Так он и растворился, исчез, и даже крупицы своей сущности он не успел оставить…