Текст книги "Погружаясь во тьму (СИ)"

Автор книги: Марк Кузьмин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 36 страниц)

Нужно лишь внести некоторые коррективы в сознание и в сам крестраж перед слиянием, и получится верный и надежный помощник. Точнее, слуга.

– Да, так и поступлю, – решила она. – С ним нужно будет поговорить и теперь… у меня есть способ его отследить…

Решив, наконец, достающий ее вопрос, она закрыла глаза и продолжила нежиться в ванной…

Глава 14. Неудачная проверка.

Новый день в Хогвартсе начался для меня как обычно. Утренняя пробежка, завтрак, затем первые уроки или окна, где можно пострадать фигней – все, как всегда. Ну, разве что сегодня всем особо недалеким гражданам нашего факультета было как-то плевать на меня. Раньше кто-то бы точно вспомнил о моем существовании и попытался бы задеть или посмеяться, но сегодня обо мне будто забыли.

Даже Шестой Уизли, что, казалось, давно точит на меня зуб и только ждет удобного момента отыграться, вообще не вспомнил обо мне и не смотрит в мою сторону.

Оно и понятно: завтра будет первый выпуск в Хогсмид, и можно будет как следует расслабиться вне школы. Там можно прогуляться, купить себе что-то и отдохнуть от учебы. Для места, где единственное веселье – это квиддич, такие походы реальное счастье.

Ну и, разумеется, вне стен школы можно будет спокойно собачиться, и учителя мешать не смогут.

Не понимаю я этого. Просто вижу со стороны, что оба факультета – одинаковые мудаки, и мне как-то плевать, кто из них окажется хуже. Эти ссоры мне лично кажутся бессмысленными.

Хотя, может, так и задумано.

Пока у факультета есть официальный враг, сами факультеты в себе будут едиными и дружными по большей части. Это отчасти несет в себе определенный плюс. Для начала преподавателей и Филча просто не хватает, чтобы толком следить за детьми, и если бы те не спускали пар в этой глупой войне, то нашли бы другие способы. Хотя бы травля парий, которой сейчас и нет как таковой. Изгои вроде меня – исключение. Да и после учебы выпускники одного факультета будут пытаться друг другу помочь и подсобить, но тут уже и минус есть: «врагов» они совместно могут начать давить. Школьная ненависть перерастает во взрослую вражду… А «факультетская взаимовыручка» – в откровенное кумовство, увы.

Ну, тут ничего не поделаешь.

Тут нужно вообще всю страну переделывать, чтобы от таких проблем избавляться, а не только школьную систему, а такое только десятилетиями меняется. Если что и начнет этот процесс, то результат только у будущего поколения может появиться, и то, не факт.

Ну и пофиг. У меня есть пропуск в Хогсмид давно уже, но как-то не тянет куда-то идти. Личных денег при себе нет, а я забыл у директора спросить про свой сейф, да и не с кем туда переть, потому лучше останусь в школе и попрактикуюсь в Выручай-комнате.

Так или иначе, меня все это мало волновало.

У меня после учебы сегодня отработка, которую мне назначил Снейп, вот и буду вечерком драить кубки, как обычно.

Драить кубки – это то еще веселое занятие. Я, конечно, ничего против уборки не имею, но столь монотонная и скучная работа вгоняет в уныние и сонливость. Сижу вот, полирую очередную металлическую кружку, на которой написано очередное имя какого-то почетного ученика. Я уже не обращаю внимание на такие вещи и, почти засыпая, все делаю.

Все же чертовски скучно этим заниматься, а я еще и плеер забыл у себя в комнате, так что «веселья» у меня сейчас навалом.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш… – послышалось откуда-то из-за угла.

Повернувшись, я увидел у противоположной от меня стены змею. Кобра неожиданно появилась в зале и неспешно ползла в мою сторону.

То ли я был слишком сонлив, то ли змея не впечатляла, но я почему-то никаких эмоций к этой рептилии не проявил. Ну, ползет и пусть себе ползет. Мне было пофиг. Что она там шипит, я не понимаю, потому как-то плевать.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш… – шипела кобра, подбираясь все ближе и ближе.

Обычно змеи так себя не ведут, но опасности я никакой от нее не ощущал. Да, она явно нацелилась на меня, но интуиция не реагировала, что вообще-то не показатель.

– Кыш, – махнул рукой. – Проваливай…

Но тварюшка меня не понимала и продолжила приближаться.

Достаю палочку и пытаюсь вспомнить, каким заклинанием можно от нее избавиться. Эта змея явно призванная, потому должно быть контрзаклятье. То есть бывают заклятья типа Авис, что создают птиц, точнее, создают что-то вроде «големов» или конструктов, которые выглядят так и ведут себя соответственно, но на деле ими не являются, да и пропадают быстро. По такому же принципу работает Летучемышиный сглаз Седьмой Уизли. А вот призыв Змеи – это именно призыв. Кто-то выдергивает змею откуда-то издалека или не очень, а та, появившись в новом месте, весьма напугана и агрессивна. Хотя их вроде можно контролировать.

Я все это в учебнике Принца-Полукровки прочитал. Точнее, там была краткая версия и название книги, где больше информации, вот там я уже и прочел больше. Сам вряд ли применю, но знать полезно.

– Випера Эванеска, – вспомнил я.

Его применял Снейп на втором курсе, когда Малфой призвал кобру в дуэли с Генни. Я тогда и спалил свое умение говорить на змеином языке. Да, было не очень приятно стать для всех Наследником Слизерина, но что было, то прошло.

Судя по всему, это подвид заклятия исчезновения, а значит, непризванную змею им тоже можно убрать, но уже с концами. В никуда. Впрочем, единственная непризванная змея в школе куда больше и гарантированно мертва. Брр, зря его вспомнил, до сих пор трясет.

Как ни странно, но чары у меня вышли, и кобра быстро исчезла в воздухе.

Я уже думал вернуться к своему обычному делу, как что-то ощутил… у стены, рядом со мной…

Встаю и подхожу к ней, а затем просто пялюсь на глухую стену. Стена как стена, но что-то я ощущаю странное… Странно знакомое…

Да… именно это необычное чувство я ощущаю последние дни… кто-то следит за мной, и сейчас он…

– Следишь за мной…

Слышу звуки распахивающейся двери – и тут же сам мчусь к выходу и вылетаю в коридор. Успеваю увидеть вдалеке, как кто-то заворачивает за угол.

– Уже не догнать, – нахмурился я.

Похоже, кто-то решил проверить, владею ли я парселтангом…

Это явно не директор, тот меня на это уже проверял, примерно таким же методом.

И вот кто-то другой тоже решил что-то узнать.

Явно не учитель, те могли бы более открыто действовать, ну или наверняка владели способами уйти незаметно. Плюс, бегущий по школе взрослый был бы слишком примечательной фигурой, так что это явно кто-то из студентов.

Но вот кто? Кому это нужно и зачем? Да и кто из учеников вообще мог знать об изменениях во мне?

– И самое неприятное, что он узнал все, что ему нужно…

***

Когда она пролетела несколько заворотов, то наконец-то остановилась и, привалившись к стене, постаралась отдышаться. Панси по утрам не бегает, да и вообще спортом не занимается, потому ничего удивительного, что ее выносливости надолго не хватило. Лишь страх быть разоблаченной придал ей ускорения.

Все же когда ты стоишь за стеной, которая прозрачна только с твоей стороны, а затем тебя безошибочно находят и чуть ли не впритык подходят, это несколько неприятно. Вот она и испугалась. И, что хуже, последующие действия, пусть и правильные, были продиктованы страхом, а не разумом. Пятьдесят лет почти без эмоций подточили навыки во владении собой, а у старой Панси вообще их никогда не было.

«Надо будет поработать над самоконтролем. Да и просто голову включать надо чаще… Можно было просто следящее заклятье в зале установить, а самой находиться как можно дальше, – поморщилась она, – Хотя тогда, если бы Эванс спровоцировал змею, вмешаться я бы не успела».

Даже приказ змееуста не заставил бы змею спокойно относиться к агрессии против нее. Все же она обычное животное и живет инстинктами.

Ну, что сделано, то сделано. Нужно было проверить, владеет ли Эванс змеиным языком, и ответ ее озадачил.

«Он больше не змееуст, но как такое возможно?»

Он владел парселтангом, точно владел. На втором курсе он его применял перед всей школой, когда Драко вызвал змею и та бесконтрольно начала носиться по платформе и чуть не напала на одного из студентов. И вот он резко лишился этого дара, что было очень странно и непонятно.

«При слиянии дар должен был быть у него. У меня все так. Так почему же у него этого нет?»

И нет, скрыть такое было невозможно.

Змеи не слышат, потому и парселтанг язык не голосовой, а скорее магический. Именно поэтому, если маг не имеет врожденного дара, он может научиться ему только у змееуста, но никак не у змей… И от другого змееуста активный дар скрыть невозможно. Его понимание речи змеи она бы ощутила или заметила, но тут ничего. Вообще.

«С Эвансом все не так, и это настораживает».

И самое неприятное, что он узнал о слежке и теперь будет начеку. Так что теперь войти с ним в контакт будет сложнее. Но ей нужно было все проверить, перед тем как заговорить, да и просто изучить цель перед разговором необходимо. Ведь нужно выработать тактику общения, чтобы случайно не спугнуть цель.

Вот только, оказывается, у Эванса есть другой дар, не менее интересный.

«Что-то вроде усиленной интуиции или умение предчувствовать намерения».

Редкий дар, весьма редкий и неприятный для нее. Она надеется, что это именно предчувствие, а не интуиция, так как тогда обманывать его будет сложнее. Но все же хорошо, что она сразу это узнала, теперь будет готова и пересмотрит свой план общения.

«Будет сложнее, но я что-нибудь придумаю».

Да, все не так уж и плохо.

Осталось выбрать время.

«У нас завтра поход в Хогсмид. Эванс вряд ли туда пойдет, да и мне там делать нечего. Учителя на выходной в основной своей массе уйдут. Идеальное время».

Все неплохо.

Сняв с головы неприметный серебряный обруч, она тут же убрала его в сумку. Пусть трасфигурированный вид Диадемы Рейвенкло никто не узнает, но лучше не рисковать и эту вещь не светить.

Все же хорошо, что она внушила Старой Панси спрятать этот артефакт, а не бежать его возвращать. Сейчас бывшее вместилище ее сознания ей очень помогает. Диадема Ровены Рейвенкло – это мощнейший ментальный артефакт, который усиливает работу мозга и ментальные заклятья. Но, самое главное, через него Панси может незаметно подключаться к поисковой системе Хогвартса и получать полную карту всего замка.

Очень полезно такое иметь, и теперь она всегда сможет найти любого, кто ей нужен в замке. Она еще узнала, что доступ к системе имеет не только директор, но и еще кто-то. У кого-то в замке тоже есть возможность смотреть на карту, но весьма ограниченно и контролируемо. Хотя Альбус разрешает этому пользователю все видеть, потому это, скорее всего, Поттер. Никто иной, кому могут позволить такую вольность, в голову не приходит.

Еще что хорошо, что саму Панси отследить директор не сможет. У нее ведь благодаря слиянию есть определенные права на Хогвартс, пусть в сумме они ничего ей и не дают, кроме определенных вольностей при взаимодействии с системой. Например, она вполне может сама настроить, что должно находиться в Выручай-Комнате, даже будучи внутри. Ну, или изолировать какой-то участок замка типа комнаты или части коридора, чтобы их никто не увидел и не услышал, что она при пробуждении и сделала.

Неплохой бонус. Жаль, пока их немного, но она над этим работает.

– Черт, все, займусь спортом, – поморщилась Панси, отлипая от стены. – Завтра точно ноги будут болеть…

С этими невеселыми мыслями она двинулась к себе.

Глава 15. Свет.

Поход в Хогсмид начался с давки у карет и очередных конфликтов между Гриффиндором и Слизерином. Народ ворчал и явно хотел подраться: все же давление уроков сказывается и многим просто нужна разрядка, вот и готовы в любой момент взорваться.

Я же смотрел на все это со стороны, при этом стараясь никому на глаза не попадаться.

К тому же у меня были свои причины держаться от всех подальше, потому я старательно ускользал, чтобы меня не поймали.

Почему я так делаю?

Ну, просто Гермиона решила, что я обязан пойти с ними, и пофиг, что меня туда никто не зовет и моя компания будет только всех раздражать. Не хочу я с этими типами идти. С одной Гермионой я бы пошел, но она же с Уизли и моей сестрицей, потому нафиг все это.

Вот Лохматик и ищет меня везде, благо, Карту Мародеров не использует, видать, не успела взять.

«Нужно подумать над способом стать незаметным для Карты, – подумал я. – Может, что-то в рунах поискать?»

Идея вообще-то неплохая. Стоит поискать в библиотеке, может, даже удастся в Запретную зону войти, все равно в замке осталось мало народа. Увы, мой пропуск, который я некогда получил от Локонса, уже недействителен, потому нужно придумывать иные способы. А мантии-невидимки у меня нет, да, даже если бы была, я бы не стал надевать ее. Прошлого раза хватило. Бррр!

«Жаль, мадам Пинс тоже никуда не ходит и будет зорко следить за книжками, но, может, мне удастся что-то придумать».

Посмотреть стоит, а там уже спланирую. Главное не попасть в лапки к Мионе.

Не угодить в ручки Гермионы оказалось легче, чем я думал. Она хотела зацапать меня и потащить с собой, но была слишком сильно занята со своими друзьями, потому, когда пришло время ловить меня, я уже прятался на кухне под прикрытием домовиков. Просто так они бы мне помогать не стали, ну в плане того, чтобы скрыть меня, но, когда узнали, от кого я прячусь, все же разрешили у них переждать. Они все-таки и так занятые, и я мог просто им помешать, но тут интересы совпадают.

Время в неплохой компании я провел весьма весело. Все же домовики – это единственные живые существа в школе, которые ко мне всегда хорошо относились. Разве что навязчивые попытки Добби поболтать несколько пугали, но рядом была госпожа Гагата, потому я не волновался.

– Значит, говоришь, за тобой кто-то следит? – нахмурилась домовиха. – Вряд ли это Альбус: он бы повторять свои трюки не стал.

– Я тоже так подумал, – киваю ей. Да, очевидно, что тогда со змеей летом, это была проверка. – Кто-то следит за мной. Надеюсь, это не очередной поехавший домовик.

– С Кикимером ты серьезно попал, – усмехнулась она. – Всегда знала, что он псих, но, похоже, соседство с темным артефактом его окончательно доломало.

– А что это могла быть за вещь? Какой темный артефакт может обладать такой силой, чтобы свести с ума домовика? Вы вроде как устойчивы к воздействиям.

– Ну, не стоит думать, что мы к нему неуязвимы, – покачала Гагата головой. – А вот что могло так сломать его, не ясно. Я не знаю, где директор хранит свои находки, да и знать не хочу. Опасная эта вещь, и очень надеюсь, что ее держат не в школе. Альбус же не настолько сошел с ума, чтобы подвергать детей…

– Философский камень, – напомнил я.

– Ладно, – вздохнула Глава Общины домовиков. – Может и так. Но точно должен был позаботиться о безопасности. Искать тебе эту вещь я не рекомендую, а то мне придется рассказать ему об этом. Я, знаешь ли, привязана к Хогвартсу и лгать директору не стану.

– Я понимаю.

– А насчет того, кто следил за тобой... Жди, что с тобой выйдут на связь. И будь осторожен: не верь всему, что скажут, а лучше спрашивай у меня, я помогу.

Поблагодарив старушку за чай и помощь, я покинул кухню и направился к библиотеке. Нужно посмотреть, есть ли что-то там мне полезное, а заодно подумать над своим планом по проникновению. Все же некоторых знаний приходится добиваться с большим трудом.

Да, ничего темного и особо запретного там нет, но полезное нарыть можно, а с книжкой Снейпа я даже примерно буду знать, что искать.

Как хорошо в Хогвартсе в такие дни.

Пустые коридоры, тишина, никого вокруг – красота.

Как говорится: «Встань в пять утра и посмотри на улицу. Как прекрасен мир. Без людей».

Вот и сейчас я ощущаю нечто такое.

Тихо, спокойно, никто не мешает, никто не пристает и косо не смотрит. Разве что портреты, но они не везде висят, потому можно спокойно побыть наедине с собой. Или просто расслабиться.

Конечно, продлится это все недолго. Всего несколько часов, но даже это неплохо.

Пойду лучше в Выручай-комнату и попрактикуюсь. Давно нужно.

Главное, что сейчас я могу…

Резко отпрыгиваю в сторону, повинуясь предчувствию!

Отскочив, я вижу зеленую краску, растекающуюся по полу.

– Ах! Промазал! – послышалось надо мной.

Поднимаю голову и вижу Пивза с шариками, наполненными краской, в руках.

– Ничего, сейчас попаду! Ха-ха-ха-ха-ха! Получай, неудачник! – кричит полтергейст и кидает в меня еще два.

Тут же ухожу с траектории их движения и, отскочив еще несколько раз, я достаю палочку.

– Сэко! – применяю я.

Заклятье выходит просто прекрасно, и я разрезаю несколько шариков в полете. Раздосадованный призрак кидает в меня весь остальной свой арсенал, а сам начинает отступать.

– Ступефай! – применяю я очень рассеянный. Точнее, тот, который у меня обычно и получался. Покрывает большую площадь, но так жалок, что только чуток толкнуть и может, зато против летящих шариков с краской сработал просто прекрасно, и те просто разлетелись в разные стороны. – Не уйдешь! – кричу я вслед удирающему призраку и срываюсь в погоню.

Я просто не мог позволить этому придурку и дальше издеваться надо мной. Хватит с меня этих шариков с краской, вылитых ведер с водой или скользкого пола. Я больше не буду игрушкой для издевательств этого урода и сегодня точно его проучу. Не знаю как, но как только догоню и схвачу, так сразу и сделаю.

Поняв, что я его преследую, Пивз лишь рассмеялся и ускорился. Ему явно доставляет удовольствие это все, и он уверен в том, что ему ничего не будет.

«Урою!» – рычу я и ускоряюсь, как могу. Бегаю я неплохо, а благодаря пробежкам по утрам у меня даже какая-никакая выносливость появилась, потому так просто от меня не оторваться.

Вот он скидывает на меня доспехи у стены, чтобы задержать.

Вправо, влево, прыжок!

Ловко уворачиваюсь от всего и мчусь вперед.

– Давай, давай, беги, малыш Эванс, поймай старика Пивза, ха-ха-ха-ха-ха! – смеется он, подлетая к потолку.

Зря он думает, что я там его не достану.

Я не сидел сложа руки эти недели, и кое-что в рукаве у меня есть.

– Аранепедес! – применяю я, а затем, прыгнув на стену, отталкиваюсь от нее, как будто она подходящий уступ. Я давно практиковал Чары Паучьих Ног, и пусть я не могу, как Генни, бегать по стенам или стоять на потолке, но на простое отталкивание у меня сил хватит.

Прыгнув, я подлетаю к удивленному призраку и хватаю его за руку, а затем с ним же падаю на пол.

– Ух, – вырвалось у меня от жесткого приземления, но полтергейста я не отпустил и продолжал крепко держать его. – Теперь не сбежишь!

– Ха-ха-ха-ха-ха! Глупый Эванс! Я же призрак! – с этими словами он стал прозрачным и начал отступать, но тут же замер, когда понял, что я все еще его держу.

Будь я не так взведен и на эмоциях, то сразу бы понял неладное. Человек не может схватить полтергейста, который вошел в бестелесность. Без магии никто не способен прикасаться к привидению, но я все еще крепко держал его за руку.

Пивз удивленно уставился на меня и попытался вырвать руку, но ему это не удавалось.

– Ч-ч-ч-что… это…? – он уставился на меня. – К-к-как?

Я сам не знал, что ему ответить, а затем произошло это…

От моих рук начал исходить сначала едва заметный, а затем все более яркий золотой свет. Тот самый, который я некогда ощущал от трещины, что я призвал вместо патронуса и чего так сильно испугались дементоры. Золотое сияние начало усиливаться и… впитываться в призрачное тело.

– А-а-а-а-а-а-а-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!! – завопил Пивз и начал истерично пытаться вырвать свою руку из моей хватки, но ничего у него не получалось. Он верещал, как будто его живьем резали, кричал и лил призрачные слезы, когда золотой свет проникал внутрь и распространялся по всему его телу.

Я уже и сам не понимал, что происходит, и не мог разжать пальцы, продолжая ощущать, как свет истекает из меня и вливается в полтергейста.

– Нет! Нет! Нет! Отпусти! Не надо меня изгонять! Не-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-ет! – вопил он.

Свет же уже прошелся по руке, захватил плечо и стал подбираться к шее и продолжал двигаться все дальше и дальше.

Я с ужасом глядел, как нечто… распространяется все сильнее в теле Пивза, отчего он кричал, словно ощущал безумную боль.

Мне казалось, это продолжалось целую вечность, но вскоре весь призрак был покрыт светом и замолчал, обмякнув и перестав двигаться.

Вот он стоит, уставившись куда-то вперед остекленевшими глазами…

Затем медленно переводит взгляд на меня… из его глаз стекают слезы, а затем он… улыбается… такой теплой, умиротворенной улыбкой…

– Спасибо… – шепчет полтергейст… и начинает распадаться на кусочки…

Словно мокрая бумага, попавшая в поток воды, он рвался на частицы и растворялся в пустоте. Его голова, тело, одежда, все его призрачное естество рассыпалось и исчезало из реальности.

Вот моя рука сжимает только воздух, и я падаю на пол, с шоком смотря перед собой, где только что… что-то случилось…

«Что случилось?»

Я просто схватил Пивза и… Что случилось? Я уничтожил его? Я убил его? Но ведь он уже мертв и вообще… Что происходит?!

– Нихрена себе! – послышалось со спины.

Я вздрагиваю и застываю в ужасе, ожидая неприятностей, а затем медленно оборачиваюсь…

За моей спиной стояла… Панси Паркинсон…

Слизеринка совсем не элегантно раскрыла рот и вытаращила глаза, глядя на меня.

Нетвердым шагом она подходит ко мне и, словно я какая-то неведомая зверушка, обходит меня, не отводя взгляд.

– Ты… изгнал его… – произносит она.

– Ч-что? – только и выдавил я из себя.

– Ты его изгнал, очистил и отправил в загробный мир, – отвечает Паркинсон. – Но экзорцизм – это светлая магия, куда сильнее того же Патронуса. А ты… ты даже палочку не использовал! Просто взял и выдал целый поток позитивной энергии. Как?

– Я… я… я… я не знаю…

– Офигеть…

Резко подскакиваю на ноги и пытаюсь взять себя в руки.

– Мне нужно к директору! Срочно! – говорю я – и тут же быстрым шагом иду вперед.

– Стой! Стой! Стой! Стой! – произносит слизеринка и хватает меня за руку. – Подожди!

– Осторожно! – выдергиваю я свою руку. – А то вдруг и тебя…

– Живых позитивная энергия просто бодрит и исцеляет, – сказал она и демонстративно прикоснулась к моей еще тускло светящейся ладони. – Видишь?

Вид того, как девушка меня держит, несколько смутил. Мне как-то никогда не приходилось за руки с кем-то держаться. Разве что Гермиону на себе нес, но тогда ситуация была другой.

– Ясно, – одернулся я. – Мне пора.

– Да стой ты! – пытается она меня остановить. – Тебе нельзя к нему. Ни в коем случае.

– Я только что сделал нечто такое, что не могу объяснить и явно могу влипнуть в огромные неприятности, потому я лучше пойду к нему.

Не став ее слушать, я обошел девушку и ускорил шаг, чтобы скорее добраться до кабинета директора.

– Если расскажешь ему все, то тебя снова изолируют! – кричит она мне в спину.

Эти слова заставили меня застыть на месте и перестать дышать…

– Как только директор узнает, что ты владеешь какой-то странной силой, он может посчитать, что ты слишком опасен для окружающих, и твое положение станет таким же, как раньше, если не хуже.

Мои руки задрожали, а по спине пробежал табун мурашек.

То, чего я боюсь теперь больше всего… вновь стать никому не нужным и всеми забытым… Я ведь только начал жить, а теперь…

Тут же беру себя в руки и оборачиваюсь.

– Откуда тебе известно это, Паркинсон? – нахмурился я, стараясь не выдать страха.

– Это поймет любой, у кого есть хоть немного мозгов и кто умеет наблюдать, – ответила она. – Мы с тобой похожи больше, чем тебе кажется.

– Сомневаюсь…

Я напрягся и приготовился к тому, что неприятности у меня будут прямо сейчас.

– Хасса Иш… – произносит она на змеином языке – и стены вокруг на миг покрываются рунами.

Десятки или даже сотни знаков вспыхивают вокруг нас и затем затухают так же быстро.

– С начала этого учебного года у меня неожиданно появился дар парселтанга, – ответила девушка. – Тогда же я увидела и у тебя какие-то странности и теперь вижу, что не ошиблась.

– Это ты следила за мной…

– Давай поговорим, – сказала слизеринка. – Просто выслушай меня, а затем уже решишь, бежать ли к директору или нет. Хорошо?

Где-то минуту я молча смотрел на нее, но та не шевелилась и спокойно ждала моего ответа.

Слишком много событий для пяти минут, слишком много…

– Ладно… идем.