Текст книги "Академия Эвейл. Мой шаг к мечте (СИ)"

Автор книги: Мария Устюженко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 21 страниц)

Глава 22. Прогресс

Глава 22. Прогресс

– Я успела понять, что вы заинтересованы в дуэлях и хорошо в них разбираетесь, поэтому давайте пока сосредоточимся на этом, – предложила я, когда студенты выстроились напротив меня. Четверо из присутствующих имели кислый вид, но я радовалась уже тому, что они не позволяли себе ничего лишнего. – Встаньте, пожалуйста, друг напротив друга.

На этот раз парни заинтересованно переглянулись и послушно сделали, что велено. Глядя на это, я невольно задумалась, а как долго еще я буду поражаться тому, что взрослые люди слушаются меня и следуют указаниям? Если я этим пошла в маму, то властвовать мне очень скоро понравится. От этой мысли я повеселела внутри.

– Какой в этом смысл? – вдруг спросил Килиан, напрочь сметая мой вдохновленный настрой.

Надо же, какой популярный вопрос. Если бы курсов на смешанном факультете было больше и каждый спрашивал меня об этом, очень скоро я не смогла бы быть оригинальной в ответе.

– Вы о чем, месье Фернандес? – уточнила я.

– Толку от ваших занятий не будет, а мы устали. Хотелось бы заняться чем-то более полезным… Извините. Тем из нас, кому повезет определиться, ваши занятия скорее нанесут урон, чем реальную помощь.

– Почему вы так думаете? – непонимающе нахмурилась я.

– Вы когда-нибудь участвовали в дуэлях?

– Нет, но не вижу в этом препятствий к тому, чтобы вести занятие так, как, мне кажется, уместным.

– Конечно… – Килиан стал выглядеть решительно. – Но месье Деламорт гораздо опытнее в этом искусстве, и если бы вы позволили ему…

Я прикусила щеку изнутри. Он предлагал мне отдать право вести занятие Деламорту? Невольно мой взгляд метнулся к боевику, который сидел со скрещёнными на груди руками и пристально наблюдал за происходящим. На мгновение наши глаза встретились, и я поскорее вновь посмотрела на студента. Его однокурсники согласно кивали, очевидно, не возражая против такого развития событий. Лишь двое оставались безучастными – Саша и рыжий парень. Если первый просто не хотел портить со мной отношения из-за выбора факультета, то второй выглядел серьёзно и собранно. Заметив мое внимание, он внезапно сделал шаг вперед.

– Какой у нас выбор? Месье Деламорт, конечно, отлично проведет дуэль, но определиться нам это не поможет.

– Ноа, заткнись, – буркнул Килиан, теряя напускную вежливость. – А болтовня нам как-то поможет?

– Мы же еще не знаем, что она хочет предложить, – резонно подметил он.

– То же, что и остальные.

– Так, ладно, хватит, – прервала я перебранку. Ситуация стремительно выходила из-под контроля, да еще и на глазах Деламорта, поэтому мне срочно нужно было что-то предпринять. – Я понимаю ваше желание и даже поддерживаю его, посмотреть на хорошую дуэль – отличная возможность, но месье Деламорт, кажется, их не ведёт? В любом случае для этого есть специально отведённое время, и оно не моих занятиях. Надеюсь, с этим разобрались. А что касается того, что будет происходить на наших занятиях… – нарочно оставила многозначительную паузу и незаметно для остальных, повела ладонью за спиной.

В Килиана со свистом понеслась мерцающая, полупрозрачная длинная стрела. На мгновение он остолбенел, затем кувыркнулся в сторону и оттуда выругался. Я же широко улыбнулась. Деламорт резко поднялся на ноги, но заметив мое спокойствие, ничего не предпринял, лишь нахмурился и остался стоять. Я рисковала и сильно, но чтобы впечатлить тех, кто уже не верил ни во что, требовались серьёзные меры. А практика с первокурсниками определила наверняка, как следует действовать в таких случаях.

Студенты начали оглядываться в поисках источников опасности. Килиан поднялся на ноги и попытался спросить:

– Что это…

Но в этот момент с дребезжащим звуком на них с разных сторон нацелились воздушные стрелы. Я оценила их размер: небольшие, то есть легко лавирующие между препятствий и осталась довольна. Встретилась на миг с буравящим меня взглядом боевиком, слегка дёрнула уголками губ, в ответ получила удивлённый взгляд и ощутила внутреннюю приятную дрожь. В следующее мгновение стрелы сорвались с места. Кто-то замер, кто-то попытался вызвать магию, а кто-то принял боевую стойку, но кое-что их объединяло – они разбились на пары, как и подобает дуэлянтам. Более профессиональными выглядели Ноа и Килиан.

За несколько мгновений до встречи со студентами стрелы замерли, давая возможность оценить себя со стороны, а затем закружили по залу, словно в танце. Парни провожали их напряженными взглядами, а затем их внимание вернулось ко мне. Я же сложила руки на груди, чтобы скрыть дрожащие от волнения пальцы и как можно спокойнее встретила их недоумение.

– Я считаю, что для того, чтобы определиться, вам необходимо уметь испытывать себя, но при этом и успокаивать. Таков мой способ обучения. Об успокоении мы поговорим на следующей практике, а пока вам нужно воспользоваться своей неподготовленности в стрессовых ситуациях. Как известно, смешанные нередко выбирают стихию именно в такие моменты. Я точно знаю, что в вашей жизни переживаний и страха было много и не утверждаю, что это подойдет каждому, но я искренне убеждена в одном. Пробовать разные варианты – это то, что заставит вас приблизиться к цели, а не отдалит от неё. Топтание на месте ещё никому в истории не помогло. Но если вы считаете, что мой метод плох – я никого не держу. У вас действительно почти нет времени на бессмысленное прозябание, поэтому вы должны потратить его с умом. В связи с этим я могу вам обещать, что зачёт вы получите, даже если не станете посещать мои занятия. Но подумайте вот о чём: все известные способы вы уже попробовали, но ничего не вышло. Я же предлагаю вам новый метод. Непроверенный, сырой, основанный только на моих предположениях, но все, что я говорю и советую – скорее всего, я видела лично. Поэтому оставайтесь, если не боитесь парочку раз испугаться до икоты.

Всё это время продолжающие стоять в не очень правильной боевой стойке парни немного расслабились, но всё равно продолжали с подозрением косится на резвящиеся стрелы.

Первым стал рыжий:

– Моё имя Ноа Ренуар и я бы хотел, чтобы вы меня учили.

– И я, – присоединился Саша.

Второкурсникам, уверенным в том, что ничего уже не получится, было куда сложнее вытаскивать из себя первую реакцию стихий. Они пережили уже больше года в подвешенном состоянии, чаще всего сомневаясь в своих силах. В отличие от первокурсников, которые находились в эмоционально взвинченном состоянии и ярко пылали, эти ребята напоминали еле колышущееся пламя свечи. Сперва нужно было их расшевелить.

Остальные медлили. Они покосились на невозмутимого, всё так же стоящего на ногах Деламорта, но затем просто кивнули. В то же мгновение одна из стрел молниеносно отправилась в сторону Ноа, который пригнулся, а затем выпрямился с воздушным кнутом в руке. Он использовал его как лассо, отгоняя от себя заинтересовавшиеся им стрелы с филигранной точностью и изяществом. Я сначала даже не поняла, что случилось. Отправила в его сторону полдесятка уплотнённых шаров. Рыжий остановил их, выставив руки вперёд, выстраивая перед собой очень тонкий, неровный щит. Его руки от напряжения начали подрагивать, на лбу образовались бисеринки пота. Это был не интуитивный выброс стихии, а осознанная магия, ранее ему неподвластная, оттого она расходовала прорву сил. Но чтобы удостовериться в происходящем, мне нужно было нанести ещё один пробный удар.

Взмахам руки я подняла два стола, прижимающихся до этого к стене и не слишком стремительно, но неумолимо направила один в сторону Ноа, а второй в сторону стоящих неподалеку парней. Нечего им скучать.

Глава 23. Радость

Глава 23. Радость

Килиан не колеблясь встал впереди своих однокурсников. Сосредоточенно свёл брови на переносице и резко выбросил руки вперёд. Сильный направленный поток воздуха, подобно удару, сбил стрелы с траектории. Мощи в ударе было мало, но зато с избытком решительности и энтузиазма. Стрелы немного отлетели назад и ярко замерцали, будто вот-вот собирались погаснуть. Килиан воодушевился и возжелал закрепить эффект, но следующая попытка вызвать стихию не увенчалась успехом. Стрелы на миг затрещали, а затем пропали. Килиан поник. Я наблюдала за ним, но другое зрелище занимало все мои мысли. Ноа тяжело дышал и излишне активно, даже дёрганно рассекал ладонями воздух. В этом не было никакого смысла, но, наверное, он делал это от стресса. Ноа вызвал небольшую водяную волну и рёбрами ладоней пытался разбить её на несколько волн поменьше, чтобы каждой воздушной стреле досталось. У него не выходило, из-за чего он нервничал всё сильнее и тратил всё больше сил. Даже когда стрелы затормозили, он всё никак не мог успокоиться и в итоге со всей силы дёрнул волну на себя, которая с радостным плеском окатила его.

Ноа некоторое время молча стоял и лишь недоумённо и медленно моргал. Все вокруг затаили дыхание.

– Он определился, – пробормотала я, не до конца веря сказанное. Неужели получилось?

Деламорт уже стоял возле бледного, мокрого, но невероятно счастливого парня, наконец, осознавшего происходящее.

– Мадемуазель Ламбер, что в таких случаях нужно делать? – повернулся ко мне боевик.

У меня подкосились ноги, а перед глазами замелькали круги, сосредоточенность испарилась, а вслед за ней и оставшиеся магически созданные стрелы. Я смотрела на покрасневшее от напряжения, всё ещё в каплях воды лицо Ноа и не могла поверить.

– Мадемуазель Ламбер? Эстель!

– Что? – перевала я расфокусированный взгляд на Деламорта.

Он выглядел спокойно,преступно спокойно для того, кто стал свидетелем определившегося студента. Но достаточно спокойно для преподавателя. Наверное, именно это и привело меня в чувство.

– Вы уверены, что месье Ренуар определился? Не нужно проверить так ли это ещё каким-то способом или уже нужно отвести его к лекарю?

Взгляды присутствующих устремились на меня. Студенты смотрели с выжидательной надеждой, Ноа со счастливой улыбкой – он-то всё чувствовал, но, кажется, не мог найти в себе силы произнести хоть слово, а Деламорт глядел так серьёзно, словно готов был поверить каждому моему слову.

– Особой нужды в дополнительных проверках нет, достаточно слова месье Ренуара…

– Я еёчувствую! – благоговейно прошептал он, а затем прикрыл глаза с таким видом, словно сам не верил в то, что сказал.

Стоящие рядом парни принялись хлопать его по спине. Каждый удар наверняка приносил ему неприятные ощущения, но он даже не морщился, лишь широко улыбался. В этот момент – единый, общий, вдохновляющий – они все были заодно. Ноа питался искренней радостью однокурсников, казалось, что он может в любой момент воспарить. Это потом уже будет зависть, может даже злость, а пока… Пока у них было одно чувство на всех – удовольствие.

Я же чувствовала себя так, будто решилась моя судьба, а не Ноа. Я вспомнила, каково мне было после определения – тогда казалось, что самое страшное теперь позади и весь мир по плечу. В какой-то степени так и было, но после определения жизнь по большему счету осталась прежней, хоть я и пыталась до последнего это отрицать. Все смешанные стремились к одостийнихности и считали, что самое лучшее мгновение в их жизни наступит, когда вторая стихия исчезнет. Но после этого жизнь не превращалась в сказку, дальше требовалось принимать решения, которые, как и определение, зависели только от самого себя. Иногда я думала, что, несмотря на страх и ужас, смешанность была самой беззаботной частью моей жизни. Хоть я и не хотела вернуться, всё равно порой скучала по тому времени. Тогда многое зависело от веры в себя, а в юности у меня было достаточно амбиций для этого, в то время как с годами обретать, ее было все сложнее.

Но сейчас у Ноа был этот счастливый миг, и я не могла сдержать искреннюю улыбку. Я от всей души радовалась за него и никак не могла поверить, что приложила к этому руку.

– Но было бы неплохо убедиться. Бывали случаи, когда вторая стихия не сразу исчезала, но в этом нет ничего страшного – кому-то требуется просто больше времени, – сказала я, когда заметила, что парни уже немного успокоились. Незаметно для себя перескочила на более фамильярное обращение. – Ноа, ты не против? Потом, наверное, нужно будет пойти к ректору и сообщить ему об этой чудесной новости. Там вы обсудите твоё поступление в следующем полугодие на водный факультет.

Ноа судорожно вздохнул, поправил влажную рубашку, с которой отлетела одна верхняя пуговица, и кивнул.

– Я готов попробовать.

– Хорошо, – кивнула я.

Сперва создала небольшой вихрь, который немного подсушил одежду и волосы Ноа, заставив того от неожиданности покачнуться. Я прикусила губу. Может, не стоило его и дальше мучить? Он и так потратил много сил, а сейчас держался на одной голой браваде и энтузиазме. Почувствовала пристальное внимание и перевела взгляд на Деламорта, который еле заметно кивнул и одним краешком губ усмехнулся. Что же, ничего другого не оставалось.

– Тогда просто призови водную стихию.

– Может, лучше водяной кнут или стену? – слегка залихватски спросил он.

Я понимающе улыбнулась – он имел полное право лучиться самодовольством. Но покачала головой.

– Нет. Как ни странно, смешанным труднее всего даются простые заклинания. В состояние стресса вы реагируете молниеносно, интуитивно выбираете наиболее, как вам кажется, эффективные заклинания, расходуете очень много сил еще и потому, что раньше не практиковались и рассчитывать не научились. Даже после определения страх того, что ничего не получится, уходит не сразу. Из-за этого вы раз за разом возвращаетесь к тому, что «наверняка сработает». Поэтому самое простое заклинание иной раз дается с трудом. И у тебя сейчас, может, не получится – это нормально, но это самый быстрый способ убедиться. Причин паниковать нет. Если тебя это утешит, я уверена, что ты определился. Все, начинай.

Ноа стал выглядеть куда более обеспокоенно, но я подозревала о таком исходе и изначально даже стремилось к этому. Если ему сейчас удастся это заклинание, то его ждут упорные, но не такие тяжёлые тренировки, как если бы у него были проблемы с проявлением самой слабой магии.

Парень сморщил лоб, выставил ладонь и вздохнул.

– Думай о чём-то для себя приятном, отбрось лишние мысли из головы, – посоветовала я.

Ноа кивнул и прикрыл глаза. Вскоре на его ладони в разные стороны забрызгали волны. Он открыл глаза и довольно улыбнулся, затем посмотрел на меня, дождался кивка и убрал волны с ладони.

– Что же, тогда всё хорошо, – удовлетворённо протянула я. – Время потренироваться ещё осталось. Ноа, надеюсь, ты не будешь против немного подождать. Всё равно тебе стоит немного отдохнуть. Думаю, месье Деламорт с удовольствием составит тебе компанию… Или кто-то из присутствующих хочет закончить сегодня пораньше?

– Нет! – послышалось со всех сторон.

Впервые за долгое время я ощутила гордость за себя и с трудом подавила улыбку.

Глава 24. Первая настоящая победа

Глава 24. Первая настоящая победа

– До встречи, месье Фердинанд… К слову, ваши инстинкты на хорошем уровне. Полагаю, месье Деламорт согласится со мной в том, что вы прирождённый боевой маг.

Боевик кивнул в подтверждении моих слов. Килиан расплылся в смущённой улыбке, даже – честное слово – шаркнул ногой, потом поклонился, не переставая улыбаться, и, наконец, ушёл по своим делам, оставив нас возле приёмной. Я всеми силами старалась сохранить невозмутимый вид. Килиан не хотел уходить от Деламорта даже после того, как мы отправились к ректору, чтобы рассказать о Ноа. Так и шёл за нами, вызывая у меня лукавую улыбку. Я ничего не говорила, но боевик чувствовал мое настроение и выглядел смущенным и страдающим одновременно. Это привело меня в восторг.

– Он ваш поклонник, месье Деламорт, – сказал Ноа, насмешливо глядя вслед Килиану.

– Неужели? А я и не заметила, – хмыкнула я.

– Но, мадемуазель Ламбер, вы наверняка заметили, что на сегодняшнем занятии студенты наблюдали за вами с открытым ртом, – парировал он.

– Спасибо Ноа за то, что так вовремя решил определиться, – засмеялась я от ощущения лёгкости и свободы в груди. Мне хотелось петь и танцевать – ведь это была моя первая настоящая победа! – Надеюсь, что в следующий раз и реакция студентов, и итог занятия будет такой же.

– А вы тщеславны, – усмехнулся Деламорт.

– Ещё бы!

В этот момент секретарша ректора сказала, что тот готов нас принять, и мы преисполнились важности момента. По крайней мере, Ноа выглядел так, как будто в кабинете ему будут вручать медаль за героизм. Но со стороны, наверное, я выглядела идентично.

Ректор не удивился достигнутому результату, но казался даже задумчивее, чем обычно. С Деламортом они обменялись лишь парой скупых фраз, но я и без подсказок понимала, что прошла тестирование и прошла его блестяще. Что может доказать лучше эффективность практике, если не определившийся студент? Мне молчаливо дали добро продолжать вести занятия так, как заблагорассудится.

После того как я пересказала свои идеи касательно внезапных нападений на студентов, месье Монтеро только попросил поберечь первокурсников и сразу не прибегать к метательному оружию. Пока я и не планировала, решив ограничиться мешками и, возможно, воздушными фаерболами. Так как они выглядели менее пугающими, нежели стрелы, ректор, скрепя сердце, дал на них добро.

Ноа ректор оставил у себя, а нас с Деламортом вежливо выпроводил – им ещё необходимо было пройти проверку у лекаря, сообщить родителям, составить индивидуальное расписание скорой сессии для поступления на водный факультет.

– Мадемуазель Ламбер, вы невероятная! Я уже даже не надеялся! У меня всё получилось только благодаря вам! – с чувством произнёс Ноа, пожимая мою ладонь горячо и сильно. – Спасибо вам большое… Я никогда не забуду...

– Что ты, это же моя работа, – смутилась я. Деламорт смотрел на нас слишком пристально, поэтому я поскорее отняла ладонь, отчего-то чувствуя неловкость. – Обязательно забегай, как будет свободная минутка! Я буду рада послушать, как у тебя все устраивается.

– С удовольствием!

– Месье Ренуар, надеюсь, вы помните, что посещение преподавателей не порицается, но и не приветствуется. Полагаю, вам хватит такта не тревожить мадемуазель Ламбер из-за глупостей, ведь у неё и без того наверняка много дел, – вежливо вмешался боевик.

– Пока их не так уж и много, – возразила я.

Деламорт так резко повернул голову в мою сторону, что я испугалась, что она оторвётся.

– Я восхищен, Эстель, – с ледяным спокойствием отчеканил он.

– Что… То есть, о чём вы? – запнулась я, растерявшись от неожиданной фамильярности.

– Вы не боитесь жаловаться на недостаток загруженности в кабинете ректора. Это действительно заслуживает восхищение.

Невольно мой взгляд устремился на месье Монтеро, который выглядел удивительно довольным и позабавленным. Вернув внимание Деламорту, я закрутила кольцо на пальце, пытаясь подобрать слова.

– Я имела в виду, что сейчас, конечно, у меня не такая большая занятость, если сравнивать с вами, например... Но я уверена, что это ненадолго.

Деламорт кивнул, принимая такой ответ, подошёл к двери, открыл её и приглашающе повел рукой.

– У вас больше нет ко мне вопросов, месье Монтеро? Я могу идти? – уточнила я.

– Да, вы свободны, – со смешком отозвался ректор. – Мадемуазель Ламбер, помните, что безопасность студентов – это самое главное. И… спасибо вам.

Я просто кивнула и пошла по направлению руки боевика, который продолжал невозмутимо стоять возле двери. Опомнившись у порога, я обернулась и улыбнулась сбитому с толку студенту. Я очень хорошо понимала его состояние.

– Ноа, не забудь как-нибудь зайти ко мне в кабинет, – напутствовала я, не глядя на Деламорта.

Тот облегчённо вздохнул и расплылся в нервной улыбке.

– Спасибо ещё раз, мадемуазель Ламбер! До свидания!

– Удачи тебе, – искреннее пожелала я напоследок.

Как только вышла из приемной ректора, я не удержалась и спросила:

– Думаете, если преподаватель активно интересуется жизнью студента – это странно?

– Нет, – тут же ответил Деламорт.

– Тогда дело во мне?

– В этот раз – да, – с тяжелым вздохом и осуждением во взгляде признался он, но затем сменил тему. – Куда вы направляетесь сейчас?

Я решила не настаивать, но веселую улыбку скрывать не стала. Заложила руки за спину, подражая боевику, и ответила:

– За почтой, – улыбнулась шире и полюбопытствовала. – А фамильярность между преподавателями, надеюсь, не возбраняется? А то вы ведь к ней прибегли…

– Мне тоже нужно забрать несколько писем, – сделав вид, что не расслышал, произнёс Деламорт, затем очень тихо пробормотал. – Хорошо, что идти недалеко…

Я не смогла сдержаться и рассмеялась. Оказывается, дразнить его было куда приятнее, чем раздражать!

– Интересно, пишет ли нам один и тот же человек? – протянула я, вспомнив о брате.

– Вы о Теодоре? – ухватился за новую тему Деламорт. – Признаться, я не так давно писал ему и выражал некоторые… сомнения касательно нашего сотрудничества.

– Я тоже писала ему недавно и удивлялась, что он выбрал такого человека, как вы… В смысле такого занятого! Вы ведь наверняка очень заняты, особенно накануне сессии. Не хотелось бы тревожить вас своими глупостями.

Между нами повисла до безобразия неловкая и говорящая тишина. Мы оба понимали с кристальной ясностью, что не стеснялись в выражениях, когда писали возмущенные письма друг на друга Теодору. Но признаваться об этом вслух, конечно, никто из нас не собирался. Я чувствовала себя и неловко, и смешно. Почему я всегда попадаю в нелепые ситуации рядом с этим человеком?

– В следующем письме я расскажу Теодору о вашем успехе, – сообщил Деламорт.

– А я о том, как восхищаюсь вашей преданностью и заботой о студентах, – вернула я любезность.

Мы переглянулись. Я со всей силы сжимала губы, а Деламорт челюсть. Но стоило нашим смеющимся глазами встретиться, как мы тут же оба не выдержали и прыснули вслух.