Текст книги "Академия Эвейл. Мой шаг к мечте (СИ)"

Автор книги: Мария Устюженко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Глава 19. Иногда нужно просто попросить

Глава 19. Иногда нужно просто попросить

С помощью магии воздуха я могла добраться до класса Деламорта довольно быстро. Потоки ветра ускорили мой шаг настолько, что со стороны могло показаться, будто я периодически иду по воздуху. Такое заклинание было энергозатратным, но я усвоила его почти в совершенстве за время учёбы – нередко просыпала. Главное, чтобы в этот раз никто меня не увидел. Преподаватель академии подгоняет себя магией, чтобы успеть проследить за другим преподавателем. Какой стыд.

Благодаря бетонным стенам академии я и заклинание создавали небольшой сквозняк. Возникала сомнительная какофония звуков – стук моих каблуков и завывания ветра.

Еще издалека я увидела хромающего человека, в котором через мгновение признала почтальона в старомодном костюме и тогда же начала приостанавливать магию воздуха. С ней необходимо было вести себя, как с характерной кобылой – терпеливо, мягко, любовно. Жаль, что я это поняла не сразу, а только после того, как несколько раз чуть не свалилась с лестницы, неспособная остановить разгулявшуюся стихию.

– Доброе утро, месье Бассет, – улыбнулась я. – Что-то случилось?

Вид он имел сосредоточенный. Я немного удивилась его присутствию в такое время на этаже, где проводятся занятия, но виду не подала.

– Доброе утро, мадемуазель Ламбер. Да я так… Ищу кое-кого.

– Вам помочь? – участливо спросила я.

– Один из студентов никак не забирает письмо. Я знаю, что он посещает занятия Деламорта, поэтому решил принести сам.

Только теперь я увидела в его руке запечатанное письмо. Интересно. Месье Бассет казался гордым человеком, чье достоинство не опустится до того, чтобы разносить чью-то почту.

– А вы часто это делаете?

– Подрабатываю разносчиком? – сухо хохотнул бывший боевой маг, затем скривился и потер бедро больной ноги. – Конечно, нет, но на письмо написано «срочно», а оно лежит уже два дня…

– С вашей стороны это очень любезно, – кивнула я и помедлила, прежде чем предложить свою кандидатуру на помощь.

На мгновение я устыдилась своей неуверенности. Конечно, я должна была взять письмо и облегчить жизнь месье Бассета, но так как действовала нечестно, скрытно, то сначала задумалась. Впрочем, я ведь могла отдать письмо студенту после занятий. Но если и вправду там что-то срочное? В груди вспыхнуло те же стыд и неловкость, что в квартире Зое, но теперь не только перед Деламортом, а еще и перед месье Бассетом и тем парнем, кому предназначалось письмо. Сколько проблем из-за этого дурацкого решения последить за боевиком!

– Любезность здесь ни при чём, – отрезал почтальон. Кажется, вынужденная ходьба по лестницам делала его ворчливым. – Будь я на его месте, то хотел бы, чтобы поступили также. Не говоря уж о том, что всегда надо прислушиваться к голосу совести, даже если это идет наперекор твоему характеру. Юности это не всегда просто понять, но служба вбила в меня это крепко-накрепко. Если не можешь поступать согласно чести и совести, то и человек из тебя неважный.

Я остолбенела, прикусила губу и уставилась на тщательно натёртые пуговицы на пиджаке месье Бассета. Сердце почему-то наполнилось теплом. Спустя короткую паузу я коротко, но искренне улыбнулась и протянула руку.

– Мне по пути. Давайте я отнесу письмо?

Месье Бассет хоть и удивился, но отказываться не стал. Я же попрощалась и поторопилась на уже начавшийся факультатив.

Всё было просто. Не поступай с людьми так, как не хотела бы, чтобы поступили с тобой. И не делай того, чего не хотела бы сама. Столь простые истины, но мне внезапно они открылись под другим углом. Казалось бы, живёшь, зная такие вещи, но в какой-то момент на них кто-то указывает, и ты видишь их под новым углом и совсем иначе – они словно озарены светом и по-настоящему понятны. И ведь ничего предосудительного я не планировала, но действия за спиной были не в моём духе. Более того – мне это претило, но из-за импульсивности и упрямства не отступать от задуманного чуть не пошла против себя. Разумеется, я и сейчас из мыши создала целую виверну, но теперь хотя бы понятно, отчего я так мучилась угрызениями совести.

Я решила ускорить потоки ветра, в душе молясь о безопасности – не хотелось не врезаться в стену. Мне не хотелось врываться посреди занятия, но выбора особо не было – вдруг у студента и вправду что-то случилось. Но стоило мне приблизиться, с трудом остановив потоки ветра, я поняла, что мне сегодня удивительно везёт.

На встречу торопливо, но всё ещё величественно шёл боевик, рассекая воздух без всякой магии. Он удивлённо вскинул бровь, заметив меня.

– Ещё раз здравствуйте, – с лёгким подозрением поздоровался он. – Как часто мы видимся.

– На этот раз это моё осознанное решение, – нервно улыбнулась я, затем показала письмо. – Я случайно встретилась с месье Бассетом, он хотел передать письмо одному из студентов… – замялась, но потом, набрав в грудь побольше воздуха, на выдохе решительно сказала. – А так вышло, что я шла в этом направлении, так как хотела попросить вас позволить мне присутствовать на факультативе.

Деламорт немного удивился. Было видно, что ему не терпится оказаться в классе, но в этот момент он сосредоточил всё внимание на мне. Пристально и быстро пробежался взглядом с головы до ног.

– Зачем?

– Было бы интересно посмотреть…

Боевик задумался лишь на миг.

– Без проблем, – пожал он плечами. – На самом деле, наверное, это даже честно, учитывая, что я сам буду присутствовать у вас на занятии. Проходите.

Так просто? Мне казалось, что он будет морщиться, недовольно кривиться и устало вздыхать, а он воспринял это как само собой разумеющееся. Жил по тому же принципу, что и месье Бассет? Или он, в отличие от меня, уверен в себе, как преподаватель и не боится опозориться? Наверное, всё сразу. И это ввергло меня в некоторую прострацию. Я так измотала себе нервы, а нужно было всего лишь попросить.

Глава 20. Слабость

Глава 20. Слабость

Сначала я отдала письмо студенту, который, увидев адресата, тут же вышел из аудитории с разрешения боевика. Судя по имени, он не был одним из моих второкурсников, но я все равно заволновалась.

Деламорт любезно усадил меня на стул за его преподавательским столом, а сам остался стоять. В мою сторону устремилось около двух десятка любопытных глаз.

– Сегодня на занятии будет присутствовать мадемуазель Ламбер – она новый куратор смешанного факультета. Её присутствие не должно вас отвлекать, она всего лишь понаблюдает.

Второкурсники обо мне наверняка слышали, но ещё не видели. Я улыбнулась дружелюбно, но не слишком. Почему-то теперь при улыбке у меня всплывал в сознании неприязненный и даже несколько брезгливый взгляд боевика при первой встрече. Интересно, было ли это связано с его нелюбовью к женщинам? Во что мне, кстати, с трудом верилось несмотря на заверения Зои. Он не походил на глупца, который судит людей по полу, поэтому я была убеждена, что в этом кроется нечто очень личное.

Меня не удивила несколько бурная реакция, возникшая после слов Деламорта. Наоборот, я ждала её, чтобы отследить тех, с кем мне предстоит встретиться через полтора часа. Сегодня никого из первокурсников не было и мне оставалось гадать – Арий, чьё упрямство в непринятии водной стихии ещё обязательно мне аукнется, не пришёл, потому что проспал или по каким-то другим причинам. А то, что он ходит на занятия Деламорта, я не сомневалась. Кроме него я никого и не ожидала увидеть, хотя и не сильно удивилась бы обратному. Как и тому, что среди парней нашлись две девушки. Отчего-то я ощутила гордость и за них, и за Деламорта. Осознав это, я постаралась отвлечься от этого чувства, фокусируя внимание на студентов. Даже если бы второкурсники не вцепились в меня взглядами пираний, я не смогла бы их не признать. Слишком уж характерными повадками отличались.

Я почувствовала себя неуютно от всеобщего внимания, но постаралась подавить это ощущение – следовало привыкать – и уступила место интересу и лёгкому азарту. Мне очень хотелось посмотреть, что представляет собой боевик, как преподаватель.

– Сегодня я не ограничусь общими правилами безопасности, а постараюсь как можно подробнее рассказать вам о важности дисциплины и сосредоточенности, как на магической практике, так и в жизни, – сухо и безапелляционно заявил Деламорт, заложив руки за спину.

Студенты, несмотря на общую бледность, вызванную недосыпом – наверняка многие вчера допоздна делали домашнее задания – выглядели решительными и предвкушающими. Казалось, что они с удовольствием готовы внимать каждому его слову. Но вот один из парней, коренастый и улыбчивый, решился поднять руку и после кивка полюбопытствовать:

– Мы ведь в прошлый раз разбирали нападающие заклинания, а сегодня должны были защитные. Я надеялся услышать от вас о наиболее эффективных заклинаниях среднего уровня, а ещё спросить об общей работе дуэлянтов… Вы говорили, что между ними важна согласованность, но что делать, когда дуэль не тренировочная, а реальная? Как действовать, если вы только познакомились?

Большинство студентов не сдержали предвкушающего блеска в глазах. Даже одна из двух девушек поддалась вперёд, а вторая, со сложёнными руками на груди, наоборот, выглядела скучающей.

– Как я уже говорил в начале занятий – наш факультатив проходит исключительно в рамках теоретических знаний, которые помогут вам во время учебы. Насчет остального вы узнаете на третьем курсе или если решите попасть на боевой факультет. Но на ваш вопрос я отвечу – именно для того, чтобы не возникло подобных проблем, боевые маги обучаются до тех пор, пока не освоят в совершенстве и защитные, и атакующие приемы. Во время военных действий вы будете стоять плечом к плечу с теми, с кем проходили обучения. Там же вас научат тому, что есть между вами симпатия или понимание – это не важно. Вы должны будете биться за своих товарищей и их жизнь так же, как и за свою, потому что они будут делать для вас то же самое. А на магических аномалиях в командах один боевой маг – для защиты исказителей этого обычно достаточно. Так что согласованность в дуэли с товарищем вам нужна будет только на тренировках и соревнованиях, если, конечно, не решите отправиться на боевой факультет.

После ответа корпусы некоторых студентов устремились вперёд – до того жадно они слушали. Я догадалась, что они хотели стать боевыми магами.

– А что если… – попытался кудрявый шатен с ямочками, но боевик выставил ладонь.

– Достаточно. Сегодняшний факультатив не об этом.

Лицо кудрявого шатена покрылось небольшими розовыми пятнами, он поспешно кивнул. Спорить никто не решился, хотя было видно, что некоторых так и подмывало. Со смешанными чувствами я про себя отметила, что авторитет Деламорта был неоспорим.

Особенно хотелось высказаться моим второкурсникам, среди которых был и кудрявый шатен. Их можно было отличить по сжатым позам или чересчур раскованным, по бегающим глазам и бледноватому цвету кожи. Я отметила про себя коротко стриженного темноволосого парня с умным взглядом, который сидел впереди, но при этом ссутулился так, словно пытался стать как можно меньше. Кудрявый шатен с ямочками был тем, кто делал вид, что смешанность его не волнует – выражение лица его было расслабленным, а поза вальяжной, но украдкой брошенные в мою сторону взгляды выдавали его. Высокий юноша с напряжённой челюстью и затравленным взглядом вызвал у меня беспокойство – кажется, он был на грани срыва. Он не выглядел совсем лишённым рассудка, и это давало надежду. Еще отличался низкий и рыжий парень с бойким нравом – он часто тянул руку, чтобы уточнить что-то ему непонятное. И он единственный, кто напрямик смотрел мне в глаза. Остальные ничем не выделялись.

А другие студенты предсказуемо были мне незнакомы. Пока Деламорт хорошо поставленным голосом напоминал правила безопасности, никто даже не смел посмотреть в сторону смешанных как-то недовольно, но неприязнь всё равно ощущалась. Не ото всех, что радовало, а от пары человек с огненного факультета и земляного. Я понимала, почему боевик не замечает напряжения – чтобы увидеть и понять, нужно хоть раз испытать подобное на себе, а я сильно сомневалась, что в его жизни бывали моменты, когда приходилось оказываться мишенью для насмешек. Хотя его ведь сослали в эту глушь. Может, это было и не совсем правдой, но опыта у него всё равно было поменьше, чем у тех, кто учился или учится на смешанном факультете.

– Когда вы творите заклинания, необходимо быть сосредоточенными. Уверенность в том, что вы справитесь – важна, потому что сложности были и всегда будут, как в магии, так и в жизни. Нужно концентрироваться на том, что у вас всё получится. Повторять это до тех пор, пока не только поверите, но и это не окажется правдой.

Парни со смешанного слушали с надеждой, а я еле сдержалась от того, чтобы не скривиться. В его словах была истина, которая очевидна и помогла второкурсникам не отчаяться до сих пор, но ведь она не работала. А когда не работает один способ – необходимо пробовать другие. Очевидно, боевик так не считал, но слушать его все равно было невероятно увлекательно.

У него было то, чего никогда не было и вряд ли будет у меня – дисциплина и контроль. Я ожидала, что он, как и в начале, не позволит отойти от темы, но когда дело не касалось дуэлей, Деламорт спокойно отвечал на вопросы. Он точно знал, когда сказать и что сказать, чтобы скупо, по-мужски подбодрить студента или подвести к нужной мысли, которая не даже могла быть не связана с темой занятия. Он делал это настолько ненавязчиво, что возникало ощущение, будто студент сам до этого дошёл.

В какой-то момент стало ясно, что дуэльный факультатив ещё и просто… клуб. Если бы боевик соединил парты и с улыбкой начал раздавать сладости, то это было бы очень похоже на то, что сделала бы я. Но хоть у него был другой стиль и метод взаимодействия, было кристально ясно, что боевик получает удовольствие от этого времяпрепровождения и процесса обучения. Я сразу не осознала, насколько ему все это нравится, и что он действительно заботится о безопасности студентов. Дело действительно было не во мне. А в них.

Мне не удалось подавить лёгкую зависть. Ощущение собственной несостоятельности, как преподавателя, навалилось на меня, подобно гигантской лавине, спущенной с местных гор. Во мне зрело понимание, что не быть нам с ним понимающими коллегами, несмотря на общую цель. Но дело было не только в его идеальности. Деламорт проявил и другие, спорные для меня качества, но это я заметила не сразу. Неуверенность затопила меня раньше, чем я отметила, как он категоричен и в каких-то вопросах и где-то даже мыслит однобоко. Это не стало для меня сюрпризом, ведь стоило только вспомнить нашу первую «беседу», как всё вставало на свои места.

И если девушки, слушая его, морщились, как, например, на моменте:

– Никогда не следует бить в спину. Честная битва и честный проигрыш – вот что достойно, а не грязная победа.

Парни же внимали с открытым ртом. Я сперва тоже попалась в его сети, очарованная и заворожённая менторским тоном и словами о чести, но потом успокоилась. Конечно, он был прав, я сама пришла к тому же выводу, но, судя по всему, Деламорт оказался здесь именно из-за своих убеждений.

– Наверное, главное для дуэлянта – правила хорошего тона и честь. Потому что после смерти у вас останется только она.

И снова – не то чтобы я была не согласна, но заранее готовиться к смерти? Вот уж спасибо, не стоит. Таким аристократам, как Деламорт, вызывающим восхищение своей позицией, не приходилось проигрывать. А когда это всё-таки происходило – потому что проигрыш – это обычное условие игры под названием «жизнь» – они ломались. Деламорт, пожалуй, сломлен не был, но помяли его изрядно.

Мне же казалось, что после проигрыша необходимо понять, почему это случилось, и не допускать впредь тех же ошибок. Не повторяться, а боевик именно это и просил. Он сам наступил на ржавые гвозди, но продолжал считать, что это правильно и достойно.

Наверное, я была бы такой же, не откройся во мне смешанный дар. Когда в мире аристократических магов у тебя обнаруживается двойственная магия – ты проиграл, даже не успев вступить в битву. А снизу есть только один путь – к вершине. Преодоление проблем, а главное, их признание – единственный способ чего-то достичь и если не победить, то хотя бы отыграться. Например, добиться прорыва там, где этого никто не ждет.

– Подведя итоги… Сила и дисциплина, помноженная на интуицию – ваши друзья на пути к цели. Нельзя поддаваться слабости и кормить её голодную пасть. Следует сопротивляться и идти вперёд, несмотря ни на что.

Я покачала головой. Слабость – та же сила, если правильно ее использовать.

Глава 21. Компромисс

Глава 21. Компромисс

После дуэльного факультатива практическое занятие парадоксально не вызывало внутренней дрожи и липкого, неприятного ощущения ужаса. Сухость во рту присутствовала, но это скорее от того, что я смотрела на Деламорта и студентов с приоткрытым ртом. Я продолжала впитывать то, что он говорит, но с большей жадностью наблюдала за теми, кого встречу меньше чем через час.

К концу факультатива я пришла к очевидному выводу.

Студенты боготворили Деламорта. И если от тех пары девушек это было ожидаемо – в конце концов, я не могла отрицать, что боевик привлекателен, то видеть это от парней, особенно от второкурсников моего факультета, было… странно. Меня радовало, что они не всем безразличны, но пугало то, что придётся бороться со взглядами, которые вложил боевик. Но ещё это будило азарт. Я любила вызовы – этого не отнять. Поэтому дрожь, пробежавшая по лопаткам горячей волной, отражала предвкушение и даже восторг. На факультативе я отметила ребят, которые были мне особо интересы. Теперь следовало убедить их во взаимности.

На практику они предсказуемо опаздывали. Видимо, задержались у боевика. Я почувствовала мимолётную ревность, и сама от себя позабавилась. Кто бы мог подумать, что мне будет настолько небезразлично мнение студентов. Но чтобы заслужить их внимание, ещё следовало доказать свою полезность.

– Доброе утро. Не стесняйтесь, заходите, – поторопила я, когда заметила неуверенность первого студента. Это был тот самый коротко стриженный парень с умным взглядом. В этот раз я воздержалась от улыбок – слишком разительная была бы разница после Деламорта.

– Здравствуйте, – негромко поздоровался он, не глядя на меня и усаживаясь во втором ряду.

Постепенно зал наполнялся не только студентами, но и гулкими разговорами. Предсказуемо обсуждали дуэльный факультатив. Я приветствовала входящих и продолжала покорно стоять, ожидая остальных. На практике у первокурсников мне было некогда оценивать окружающую обстановку, а сейчас я поглубже вдохнула характерный для этого места запах кожи, необработанного дерева и ожиданий. Надежда заполонила тренировочный зал, как вода в графине, и отдавала кислинкой, словно кто-то прыснул лимонного сока.

Когда прошло двадцать минут от начала занятий, я поняла, что все, кто хотел, уже пришёл. Двоих я не заметила, и это вынудило меня недовольно поджать губы. Оставалась надежда, что Деламорт приведёт их, но ждать дольше не хотелось.

– Все вы слышали на факультативе – я ваш новый куратор. Напомню, моё имя Эстель Ламбер. Буду рада вас учить. Надеюсь, что на следующее занятие опаздывать больше никто себе не позволит и присутствовать будут все. А сейчас, может, есть желающие, которые готовы поторопить своих однокурсников?

Парни переглянулись, но никто не вызвался. В этот раз я улыбнулась с пониманием.

– Тогда… Вот вы. Да-да, вы. Как вас зовут?

Кудрявый шатен с ямочками поднялся со своего места. Его я выбрала не случайно – на факультативе он казался наиболее восхищённым Деламортом. Начинать следовало с того, кто наверняка рано или поздно будет проявлять неудовольствие.

– Килиан дю Фернандес.

Я немного удивилась помпезности имени, но никак этого не показала. Хотя судя по прищуру и вызову в глазах, от меня именно этого и ждали.

– Хорошо, месье Фернандес, не могли бы вы сходить к месье Деламорту и поторопить тех, кто решил сегодня прогулять? Передайте им, что наказания в этот раз не будет, если они, конечно, почтят нас своим присутствием.

– Это обязательно? – немного беспомощно спросил он.

– Обязательно, – твёрдо сказала я.

Внешне спокойно, но внутренне напрягшись, я стояла, ожидая сопротивление. Заявить о своём авторитете перед молодыми мужчинами, среди которых каждый был выше меня чуть ли не на пол головы – это испытание, к которому, казалось, жизнь меня готовилась всю юность и взросление. Килиан встретился со мной взглядом, но почти сразу нехотя кивнул, уступая. Я выдохнула и незаметно вытерла немного влажные ладони о бёдра. Первый этап пройден, осталось еще пол сотни наиболее сложных.

– Пока ждем ваших однокурсников, давайте немного познакомимся, – предложила я. – Начну с себя. Я маг воздуха, окончила факультет магпроявлений. Люблю искусно сделанные украшения. В академии Эвейл мне нравятся десерты, – подумала и ладонью указала на «умника». – Теперь вы.

– Нужно говорить, что нравится в академии? – растерялся он.

Я подбодрила его жестом, чтобы он поднялся.

– Да, верно. Или просто, что считаете нужным рассказать о себе.

Он встал, немного ссутился и недоуменно заморгал.

– А надо говорить, какие борются стихии? – поинтересовался рыжий парень на первом ряду. Он сидел один за партой и единственный выглядел искренне заинтересованным.

– Если сочтете нужным, – отозвалась я, затем улыбнулась как можно более подбадривающе и кивнула «умнику».

– Саша Руссо. Стихия – земля и вода. Вообще-то, я мечтаю поступить на магпроявления… Хочу помогать уничтожать аномалии. Мне кажется неправильным, что к факультету так неблагодарно относятся. Мой дед был одним из исказителей, участвовавших в катастрофе столетней давности. Если бы не он и его коллеги, то та аномалия уничтожила бы не только пустошь, но и людей… Для меня он с самого детства герой.

Кто-то выпустил смешок, и я обвела студентов строгим взглядом. В глубине души сама поразилась такой откровенности, а потом сообразила.

– Если будут вопросы по поводу дополнительной литературы – можете смело ко мне обращаться, – доброжелательно произнесла я.

Жестом посадила его и указала на одного из весельчаков. Злым он не выглядел, скорее очень уязвленным внутри, но страстно пытающемся этого не показывать.

– Меня зовут Жорж…

В этот момент зашел Деламорт с тремя студентами, и Жорж с облегчением прервался.

– Прошу прощения за вторжение, – извинился Деламорт, пропуская двух недовольных прогульщиков и Килиана. – Я тоже сегодня планирую присутствовать на занятии мадемуазель Ламбер. Это будет очень незаметно.

Только сейчас я поняла, что ему некуда присесть. Сохраняя внешнюю невозмутимость, я махнула рукой, чтобы воздушным потоком перенести скамейку для Деламорта, но он остановил меня жестом.

– Не стоит, я сам, – сказал он и просто поднял скамью, чтобы поставить за партами студентов.

Те вслед за ним поворачивали головы и одобрительно посмеивались. Я покашляла в кулак, привлекая внимание.

– Отлично. Раз все собрались, то можем начинать. К сожалению, полчаса нашей практики улетели в никуда, и нам придется поторопиться. Месье Деламорт поведал вам правила безопасности. Надеюсь, все их усвоили?

– Да, мадемуазель Ламбер, – ответил за всех Саша.

– Отлично. В таком случае мы начнем с немного нетипичного. Я знаю, что месье Дюльван предпочитал устный подход, но я не разделяю его наклонности. Попрошу сразу вас всех подняться и… перенести парты к стене.

Зазвучало удивленное бормотание, но все же студенты поднялись со своих мест и перетащили мебель. Пусть это занимало лишнее время – я справилась бы быстрее с помощью магии, следовало поощрять их в том, что им нравилось. А они равнялись на Деламорта, особенно в его присутствие.

Еще на факультативе я поняла, что опробовать способ, придуманный мной тогда же, когда вспыхнуло желание проследить за боевиком, мы не успеем. И это была даже к лучшему – прежде следовало посетить библиотеку, чтобы изучить этот раздел обучения смешанных и закрепить скроенный наспех план.

А пока следовало сосредоточиться на том, чего они так жаждали. На том, что им не хотел предоставить Деламорт.