Текст книги "Академия Эвейл. Мой шаг к мечте (СИ)"

Автор книги: Мария Устюженко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 21 страниц)

Глава 29. Невеста в постели лучшего друга

Глава 29. Невеста в постели лучшего друга

Утро того же дня

МонтКлер произвёл на меня приятное впечатление. Старомодная красота, газовые и керосиновые фонари, далёкие, скрытые предрассветной мглой горы, утренняя туманная прохлада, гармонично дополняющая атмосферу подгорного городка – всё это завораживало. Даже ранний ненавистный подъём и неровная дорога забылись тут же, стоило мне выйти из омнибуса.

– Как хорошо, – прошептала я, вдыхая немного обжигающий воздух и пряча руки без перчаток в рукава манто.

Зое оглянулась. Казалось, ей совсем не холодно в не до конца застёгнутом пальто на пуговицах и небрежно обёрнутом шерстяном шарфе на голове. Она ничего не ответила, но остановилась рядом. Я восприняла это, как поощрительный знак продолжить.

– Словно я выбралась из клетки на волю, – продолжила я, наблюдая за уносящими лестницы фонарщиками. – И я говорю не об Эвейле, а о доме. Аристократы живут неплохо, Зое, здесь ты права, но и нам бывает непросто. Или это я одного такая… неправильная.

Интересно, как подруга отреагировала бы, признайся я в своей некогда смешанной магии? Я не ждала осуждения и могла бы рассказать и сейчас, но не желала разрушить момент.

– В темноте могу признаться, что догадываюсь – и аристократом бывает туго. Но если скажешь кому-то ещё, я буду всё отрицать и всё-таки натравлю на тебя обезумевших духов.

Я тихо рассмеялась. Не хотелось даже громким смехом портить магию утра, которая возникла вовсе без волшебства, а лишь с помощью красоты природы, жизни вокруг.

– Здесь всё такое живое, но неспешное, – поделилась я. – После столицы и Эвейла даже как-то странно. В нашем загородном доме я себя чувствовала почти так же.

– Загородный дом! Ну, конечно! – не увидела, а услышала, как Зое закатила глаза, и я снова рассмеялась. Она продолжила задумчиво и неторопливо. – Удивительно приятно вот так встать и посмотреть вокруг. Иногда мне кажется, что я как одна из своих призраков, привязанных к склепу. Четыре стены, выученное до идеала расписание, никаких движений верх или вниз. Твой приезд несколько оживил мой распорядок. И что-то мне подсказывает, что не только мой, – поделилась Зое, смотря при этом не на меня, а в сторону.

– А я боялась показаться назойливой или утомительной, – призналась я, глядя в другую сторону.

Намек на Деламорта я проигнорировала, не желая сейчас вдаваться в детали.

– Это так, – фыркнула подруга. – Но в этом есть и жизнь, и удовольствие. Чего стоит только твоё желание попасть на аномалии!

– Да уж, – протянула я, почему-то смутившись.

– Пойдём уже, а то мы так скоро околеем, – уверенно взяла меня под локоть подруга и повела знакомиться с городом.

Лавки открывались довольно рано, и стоило мне попасть в первую, как я порадовалась, что предусмотрительно взяла с собой объёмную сумку-мешок. К манто она совершенно не подходила, но её практичность и вместительность были выше всяких похвал. Ожерелья ручной работы, лекарство от простуды, головной боли и недомоганий, крупные серьги, засахаренные фрукты, финики, цукаты… Вскоре я перестала вести счёт покупкам. Как ни странно, Зое тоже втянулась и с удовольствием стала кидать мне в сумку понравившиеся безделушки. Я честно пыталась найти себе перчатки, но все время отвлекалась или не могла найти что-то не колючее. Поэтому когда мы добрались до таверны, пальцы у меня уже шевелились плохо.

Известная в МонтКлере таверна «Вье Реле» радовала глаз все той же хмурой старомодной красотой, деревянной обшивкой, резными перилами и красочной вывеской. Из конюшни слышалось ржание коней, и я вспомнила, что Зое говорила, что в этой таверне еще и проживают.

Я представила, как вечерами здесь загораются масляные лампы, разливаются глиняные кувшины, витает запах конца рабочего дня и вкусного мяса, и сразу захотела испытать все это лично. Такие картины я видела только в книжке, читала о них, и все это мне казалось немного нереальным, но очень живописным. В столице все было более идеальное и выверенное.

Встреча с Деламортом и его приятелем показалась мне такой же сценой из книг. Несмотря на первоначальную неловкость, мне очень уж захотелось увидеть боевика не в привычной обстановке, да еще и с кем-то, кто не обитает в академии, поэтому я сделала вид, что не заметила нежелания Деламорта и Зое.

– Планирую остаться здесь на некоторое время, – поделился Реджинальд, пока мы ждали, когда нам найдут свободный стол и перенесут закуски.

– Боюсь, местная перина покажется тебе не слишком удобный, – любезно вставил Деламорт.

– За то время, что мы не виделись, я еще больше прикипел к походным условиям, мой дорогой друг.

Мужчины улыбнулись друг друга с разным настроением, а я едва удержалась от того, чтобы не расхохотаться. Зое же не стала сдерживаться и громко усмехнулась.

После того как нас пересадили за круглый стол побольше, нас стал обслуживать старый Луи – кажется, управляющий заведения. Краснощёкий, добродушный и весёлый. От Деламорта я уже знала, что незачем ждать заносчивости, а вот от его светского друга готовилась то ли обороняться, то ли оборонять кого-нибудь еще. Но тот не оправдал мои ожидания, и я даже устыдилась своей предубеждённости.

Реджинальд, который почти сразу попросил отбросить церемонии, сидел спокойно, вставлял осторожные замечания, с аппетитом ел, порой выстреливал странными шутками, вызывающие у боевика смесь раздражения и едва сдерживаемого веселья. От сквозившего между мужчинами напряжения и недоговорённости можно было бы с ума сойти при желании, но, как говорила моя мама: «Там, где напряжение, там не безразличие. Особенно в самом начале».

В общем, я не могла не заинтересоваться.

– А как вы познакомились?

Между ними чувствовались близость, хорошее знание друг друга, оттого неприязнь со стороны Деламорта казалась странной. Я бы могла подумать, что он вообще никого не любит, но искреннее раскаяние в каждом жесте Реджинальда подсказывало мне, что не все так просто. Ответ на заданный мной вопрос заинтересовал даже Зое, которая уже минут десять не отрывалась от своей глиняной кружке.

От внимания моей подруги Реджинальд выпрямил спину, вызвав иронию у нас троих, которую он либо решил игнорировать, либо и вправду не заметил.

И заговорил, конечно же, он:

– Вейлр старше меня на год, поэтому на учёбе мы не пересекались. Разные компания, интересы, но о друг друге мы, конечно, слышали. По крайней мере, я уж точно. Вейлр уже тогда успешно побеждал в дуэлях даже старшекурсников. Я в ту пору ими вовсе не интересовался. А познакомились мы тривиально… – Реджинальд сделал драматичную позу, заставив меня податься вперед. Самодовольная улыбка мелькнула у него на губах, но та, кому предназначался этот спектакль, даже бровью не повела, оставаясь невозмутимой. Приятель боевика решительно отказывался расстраиваться и продолжил как можно выразительно. – Однажды он спас меня…

– Не прибедняйся. Из той драки тебя и не особо нужно было спасать, – вставил… Вейлр. Я уставилась на него, сидящего напротив меня, рядом с Реджинальдом.

Мне было так странно слышать от кого-то имя боевика! Поэтому я и решила примерить. Ему подходило – столь же зубодробительное, как его характер.

– Отбитые рёбра, синяки и сломанный палец с тобой не согласятся!

– Как ты мог забыть о вырванном клоке волос!

– Раз всё так хорошо знаешь, может, тогда сам расскажешь?

Деламорт усмехнулся и расслабился.

– У тебя лучше получится.

– Наконец-то ты признал мой талант! – ликующе вскричал Реджинальд, затем повернулся к нам и склонил голову. – Дамы, извините нас.

– Не стоит. Это была лучшая часть твоего рассказа, – улыбнулась краешком губ Зое.

Я кашлянула в кулак, чтобы заглушить звук чьего-то разбитого сердца. Но Реджинальд был не из тех, кто долго страдает.

– Постараюсь впредь не давать вам заскучать, – пообещал он. Если честно, меня это испугало, а вот Зое, наоборот, заинтересовалась.

Я отвела взгляд и нашла поддержку там, где не ждала. Боевик выглядел также странно, как я себя чувствовала, наблюдая за этими двумя. Он слегка улыбнулся: я ответила взаимностью.

– В общем, мы как-то быстро сдружились! – продолжил как ни в чём не бывало Реджинальд. – Вейлр ненароком обмолвился, что из меня вышел неплохой бы дуэлянт, и я решил попытать счастье. Так и оказался с ним в связке, а потом и в аномальных зонах.

– И до сих пор? – полюбопытствовала я.

То ли уже бывшие, то ли еще нынешние приятели как-то разом помрачнели.

– Нет, – медленно отозвался Реджинальд, взглянув на Деламорта. – Прошло два года с тех пор, как мы стояли на площадке. Даже тогда мы стояли не плечом к плечу, а напротив друг друга. Тогда же и говорили в последний раз.

– Смени тему, – затрещал горящими поленьями в камине голос Деламорта.

Обстановка мгновенно изменилась. Расслабленная атмосфера выгорела, оставив после себя затхлость и духоту.

– Она спросила, я ответил, – поразительно спокойно откликнулся Реджинальд, твёрдо встречая взгляд боевика.

– Очень галантно с твоей стороны, но заканчивай.

– Извините, кажется, там произошло что-то личное. Не хотела лезть не в своё дело, – поскорее встряла я, но меня не слышали.

Заволновавшись, что всё закончится дракой, я рискнула позвать:

– Вейлр…

Внимание Деламорта переместилось на меня. Его глаза все еще отливали багряным, но чувство в них словно изменилось. Он выглядел ошеломлённы. Захватил мои глаза и пытался отыскать там какой-то ответ. По спине у меня побежали мурашки, казалось, что он вот-вот коснётся чего-то внутри меня.

Но заговорил Реджинальд, и волшебство момента рассыпалось звенящими осколками. Я заморгала, отведя взгляд и пытаясь прийти в себя.

– Личное произошло вовсе не тогда, а за несколько часов до этого, – резко и как-то зло произнёс Реджинальд. – Мало приятного, когда находишь свою невесту в постели лучшего друга, а потом слышишь, что он влюбился в неё.

Глава 30. Принятие правды

Глава 30. Принятие правды

На один короткий вздох я замерла, в голове хороводом закрутились мысли, а по внутренней стороне рук пробежала горячая свирепая дрожь.

– В твоей постели? – воскликнула я, обвиняюще уставившись на боевика.

– Она не была моей невестой, как и ты моим лучшим другом, – одновременно со мной ответил Деламорт Реджинальду.

От резкости его слов зашипели свечи, поставленные на нашем столике. На мой же окрик обернулись не только гости таверны, но и боевик. Хорошо, что нас хотя бы посадили за угловой столик, где рядом было не так много народа. Я спрятала заледеневшие от неловкости пальцы в складки юбки и приподняла подбородок.

– Ты неправильно поняла, дорогая, – негромко заметила Зое, нашла мою ладонь и сжала, приводя в чувство.

– Извините, – пробормотала я, роняя взгляд на пол, не желая замечать пристальное, обжигающее внимание Деламорта.

– Вейлр, ты причиняешь мне боль, – хмыкнул Реджинальд. – Конечно же, я был твоим лучшим другом! Элуиза, да, не была твоей невестой, но отец пророчил ее тебе в жены.

– Это его проблемы, – куда спокойнее и холоднее заговорил Деламорт, затем поднялся на ноги. – Прошу прощения, я должен вас покинуть. Продолжайте отдыхать, а я пойду оплачу счёт.

– Ты правда хочешь оставить меня одного с ними? Не хочешь проконтролировать мою речь на тему, что камень преткновения в наших отношениях – это женщина? – столь же холодно поинтересовался Реджинальд, и я впервые заметила в нём что-то сложное, опасное.

– Ты не посмеешь.

– Ты прав, – легко согласился Реджинальд, улыбнулся, и возникшее только что ощущение пропало. – Но Вейлр, если Эстель спросит – я не смогу смолчать, ведь это невежливо.

Деламорт помедлил, но все же сел на место.

– Для тебя она мадемуазель Ламбер.

– Как скажешь.

Повисла хрупкая тишина.

– А когда можно будет заказать десерт? – деланно несчастно поинтересовалась я, перетягивая к себе внимание.

– В благодарность за ваше влияние на моего друга, мадемуазель Ламбер, я буду рад купить вам любой десерт, – подмигнул Реджинальд.

– Нет нужды, я сам в состоянии это сделать, – небрежно кинул боевик.

– Мне очень приятен ваш порыв, джентльмены, но спешу заверить, что я тоже в состоянии купить себе десерт, – широко улыбнулась я.

– Вы совсем нам не даёте вас побаловать, – пожурил Реджинальд, сделал большой глоток из своей кружки и предложил. – Давайте Вейлр купит десерт вам, а я прекрасной Зое.

– Мадемуазель Торез, – поправила его подруга.

– Вы разбиваете мне сердце! – сокрушённо покачал головой Реджинальд.

– То месье Деламорт, то я... Какое, однако, слабое у вас сердце, – протянула Зое, и это было вовсе не беззлобно. – А до этого, наверное, еще пара десятков девушек, среди которых была и невеста вашего друга... Хотя, наверное, не стоило так удивляться этой новости – чего еще ждать от аристократа. Надеюсь, не следует пояснять, почему теперь я считаю ниже своего достоинства принимать что-либо от такого человека, как вы.

Только-только вернувшаяся легкость атмосферы исчезла, выражение лица Реджинальда изменилось. Исчезло шутовство и доброжелательность, заострились черты лица и вспыхнул тяжёлый взгляд. Чай в его стакане затрещал, покрываясь тонким слоем льда. Не при таких обстоятельствах я хотела узнать, что Реджинальд маг воды.

Хоть Зое говорила негромко, ее речь звучала настолько проникновенно, что каждая фраза больно ударяла даже по мне.

– А теперь, чтобы не выглядеть пустословной, я думаю, мне пора удалиться.

Подруга откинула свою вечную косу за спину, поправила манжеты шелковой рубашки и неспешно поднялась. Я встала следом, не зная, что сказать. Реджинальд смотрел на деревянные настенные панели, игнорируя нас обеих.

– Спасибо за компанию, – как можно более вежливо и ровно поблагодарила я, чтобы не было похоже на издевку.

Такого ужина у меня не бывало со времен шумных семейных посиделок.

Внезапно путь Зое перегородил Деламорт. Подруга лишь слегка приподняла голову и без страха встретилась с ним взглядом.

– Месье Деламорт, отойдите, – велела я, оказываясь рядом и пытаясь задвинуть подругу, превышающую меня по росту, себе за спину.

– Я прошу прощения, – опомнился он, склоняя голову и отходя, но ненамного. Его тон звучал вежливо, но непреклонно. – Мадемуазель Торез, вы сейчас были несправедливы, и это нормально, учитывая, что вы не знаете всей ситуации. Прошу вас выслушать меня, раз уж всё равно этот разговор имел несчастье начаться.

– Защищаете его? – искренне удивилась Зое.

– Не терплю ложные обвинения.

Зое оглянулась на стол, где все еще сидел Реджинальд и стояла недоеденная еда. Я говорить ничего не стала, хотя с удовольствием бы послушала. Зое постучала носком сапога по полу и вздохнула.

– Будь по-вашему, – согласилась она. – Эстель, ты все еще хочешь десерт?

– Конечно, – легко солгала я.

– Пока ты ешь, значит, и послушаем.

– Надеюсь, потом вы будете столь любезны принести перед Реджинальдом извинения, – ненавязчиво заметил Деламорт.

Зое грубовато хохотнула и уселась обратно, вытянув ноги.

– Это вряд ли.

– И будете в своем праве, – подал голос Реджинальд.

– Но… – нахмурился Деламорт.

– Успокойся, Вейлр, все в порядке. Мадемуазель Торез, в сущности, ведь права. Женщины не раз разбивали мне сердце. Эта традиция существует еще с тех времен, как я стал главным материнским разочарованием, – хмыкнул он.

– Или вы им, – как бы невзначай бросила подруга.

– Зое, ты ведь хотела выслушать месье Деламорта, – напомнила я с нажимом.

Та пожала плечами, но потом всем видом выразила готовность слушать. Сперва я подозвала официантку и заказала первый попавшийся десерт, который и вовсе уже не хотела. Только после этого боевик заговорил.

– Особенно нечего рассказывать. Редж не знал, что Элуиза – моя невеста, я сам с ней виделся лишь раз, а договорной брак, устроенный отцом, не имел для меня особого значения. По законам чести я был обязан вызвать Реджа на дуэль. Потом уже он признался, что она ему понравилась… Дуэль прошла более шумно, чем планировалось, меня попросили удалиться, вот я и уехал.

– Тебя попросили спокойно пересидеть где-нибудь в загородном доме пару месяцев, а не убегать на другой конец страны!

Деламорт продолжил так, как будто его приятель ничего не говорил:

– Чтобы до меня добраться и вернуть в столицу, Реджинальд даже выдвинул обвинение в нечестном проведении дуэли. На суд меня вызывали трижды, потом обычно король выдвигает приговор, но я все еще здесь.

Реджинальд тяжело вздохнул, перестал буравить недовольным взглядом друга и ответил на его вопросительный взгляд:

– Пришлось лично к королю идти на поклон и умолять не садить тебя, упрямца. Приехать сюда я не мог – не хватало еще одной дуэли, вот и пытался как-то иначе добраться. По-дурацки получилось. После твоего уезда все изменилось, но я и вправду думал, что влюблен. Как всегда… Но оказалось, что нет. Вот и вся история – простая и глупая, как я сам. Моя мать на том свете, наверное, счастлива узнать, как часто и со вкусом я допускаю оплошности, – невесело усмехнулся он, поправляя волосы.

– Мне жаль, что вам обоим пришлось так нелегко, – произнесла я, затем повернула голову к боевику. – Но не могу умолчать о восторге, вызванном вашей драматичностью, месье Деламорт.

Он поморщился. Реджинальд хохотнул и сказал:

– Он такой! А ведь на первый взгляд и не скажешь, правда?

Я заговорщически склонилась к нему поближе.

– Больше скажу – в первую встречу я была убеждена, что нам ни за что не поладить. Он искреннее ненавидел меня, – весело поделилась я.

– Это была не ненависть, – медленно и задумчиво проговорил Деламорт, словно сам пытался понять. – Может, недопонимание?

– А мы его преодолели? – с ноткой игривости полюбопытствовала я. Наткнулась на пристальный взгляд и искренне рассмеялась.

– Вы бесстрашная, мадемуазель Ламбер, – восхитился Реджинальд. – От такого взгляда другая бы стушевалась.

– У меня есть старший брат – опыта таких взглядов предостаточно, – легко отмахнулась я.

На этом моменте боевик резко выпрямился и с превосходством уставился на приятеля.

– А ты знаешь, кто ее брат? – как бы между прочим уточнил он, а затем с удовольствием ответил на недоуменный взгляд Реджинальда. – Теодор Ламбер.

– Да ты шутишь! – не поверил тот, затем оглядел меня оценивающим взглядом. – А ведь и вправду! Даже сразу не сопоставил, не мог представить, что в этой дыре будет делать младшая дочь Ламберов. Но этот их фирменный лисий прищур! А подбородок и улыбка точь-в-точь мадам Ламбер.

– Ты знаком с ней? – удивился Деламорт.

Я тоже заинтересованно замерла в ожидании ответа.

– Постольку-поскольку. В детстве пару раз видел и на балу, – отмахнулся тот. – Но такую женщину, если увидишь – не забудешь. В детстве я даже был в неё влюблён, – мечтательно добавил он.

Сначала я самодовольно заулыбалась, потом на словах о влюблённости нахмурилась. Еще не хватало влюбленных молодых мужчин – мама обязательно будет хвастаться перед отцом. А тот сделает вид, что ему все равно, а потом отправится на дуэль. Уже бывали случаи и повторения не хотелось бы!

Реджинальд и Деламорт взглянули на меня и одновременно рассмеялись.

– Ты в порядке? – шепнула я внезапно замолчавшей Зое.

– Разумеется, – ответила она, но при этом неопределённо повела плечами.

– Хочешь, уйдём?

– Нет уж, теперь мне интересно, – натянуто улыбнулась она.

В этот момент наше внимание привлёк закашлявший в кулак Реджинальд.

– Я вам очень признателен, дамы, – серьёзно сказал он. – Вейлр вряд ли стал бы меня слушать, будь я один. И если бы не вы, мадемуазель Ламбер, он уже сбежал бы, а если бы не вы, мадемуазель Торез и ваше обвинение, то не стал защищать.

– Не стоит, это пустое, – сказала я за нас обеих.

– А теперь ты мне дашь то, что велел передать отец? – спросил Деламорт, не реагируя на вышесказанное, что мне показалось хорошим знаком.

– В следующую нашу встречу, – широко улыбнулся Реджинальд, залихватски закидывая ногу на ногу.

Боевик закатил глаза, но мне была видна еле заметная улыбка на краешки губ.

Вкус десерта я даже не прочувствовала, больше думая о неожиданных откровениях. Возникло страстное желание написать Теодору, чтобы узнать подробности, но не хотелось быть сильно навязчивой. Решила, что в следующий раз деликатно поспрашиваю самого Деламорта, еще не ведая, что он начнет меня игнорировать.

А пока обед протекал в порой неловкой, но забавной атмосфере. Единственное, меня беспокоила задумчивая Зои. Казалась, она временами порывалась что-то сказать Реджинальду, но так и не решилась. Ушли мы через четверть часа, оставив друзей наедине. Им было о чем поговорить и без нас.

А мы с удовольствием отправились до академии пешком. Возле высоких кованых ворот нас в своем духе поприветствовал Эви. Он стряхнул с ближайших исполинских деревьев комки снега, а сам полупрозрачной мерцающей дымкой заплясал вокруг.

– Эви, что ты такое делаешь! – ласково пожурила Зое. – Холодно же!

– А нечего была так наряжаться, – подразнила я.

– Я думала, что мы дождёмся вечернего омнибуса, а не потащимся через лес. Хорошо, что идти было недолго, – проворчала подруга, подходя ближе к воротам. Те, узнав ее, приглашающе и торжественно распахнулись. Мне же при первом посещении пришлось дожидаться, когда кто-то из персонала дозволит войти.

– Так и скажи, что просто уходить не хотела, – лукаво протянула я, а, получив раздражённый взгляд, рассмеялась.

– Не говори чушь! У аристократов слишком высокое самомнение, – фыркнула она, ступая по дорожке через двор.

Кто-то из студентов отдыхал, прогуливаясь возле подёрнутого льдом озера, кто-то спешил на занятие в оранжерею. Зое устремила свой взгляд туда же.

– Напомни потом кое-что показать тебе в оранжерее.

– А в зверинце и вправду есть виверна? – с плохом скрываемым восторгом и любопытством спросила я, вспомнив, как слышала недавно обсуждение проходящих мимо студентов.

Зое бросила на меня снисходительный взгляд.

– Той, что ты так любишь ругаться? Есть, и не одна, но о твоей любви мы им не скажем. Сходим туда только после того, как переоденусь. – Подруга не удержалась и передёрнула плечами.

– С удовольствием, – ответила я, наблюдая за кипучей жизнью вокруг.

На душе было хорошо.