Текст книги "Звезда дураков (СИ)"

Автор книги: Марек Гот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

– С чего вы взяли, что я с Альфом буду беседовать на эту тему?

– Вы к нему собираетесь еще, или у вас появились какие-то иные планы?

– Пока не знаю. Может и появятся к концу вашего рассказа. Пока что – рассказывайте. Только факты, без догадок.

– Ясмин стоит позвать?

– Не стоит. Альфа она не знает, Алису не знает, так что и особо волновать ее эти события не должны. Потом расскажете.

***

Хоть фактов было крайне мало, но зато они были настолько расплывчатыми, мутными и приблизительными, что даже из имеющегося можно было состряпать большую газетную статью или сводку с места боевых действий. Учитывая, что все факты очень походили на откровенное вранье, могла получиться даже клятва колдуна, предвыборная речь президента или годовой план работы бургомистра.

Крестьяне вызвали Альфа в ближайшую деревню. Что-то там у них с овцами случилось. Когда Альф уже возвращался на ферму, на него напали. Вроде бы. Из придорожных кустов выскочил человек и ткнул в него саблей. Альф извернулся и получил колотую рану чуть ниже левой ключицы. В левой руке он нес саквояж с лекарствами, а в правой – инструменты, которые в саквояж не поместились. Среди инструментов был нож. Не обычный нож, а какой-то там специальный, ветеринарский. Может, это и не нож был вовсе. Не суть. Острая и довольно большая штука. Альф швырнул его в человека. А когда подошел к упавшему телу, то в него начали стрелять. Всего он поймал три стрелы, хотя одну можно и не считать – так, чуть чиркнула. Альф был уверен, что его бы убили, но помогли крестьяне из деревни, которые то ли забыли у него что-то узнать, то ли забыли отблагодарить, то ли у них снова что-то случилось... Короче, они шумною толпой поехали за ним и вырулили из-за поворота как раз в тот момент, когда Альф готовился к посещению покойницкой. В кустах, естественно никого не нашли, да и не искали они сразу. Младшего Квинта и тело нападавшего отвезли на ферму, где по мере своих сил постарались отложить его визит на небеса. Не думаю, что ребята разбирались в медицине, но Альф все-таки был полукровкой. Они очень живучи. Да и его ран я не видел. Может, там и не было ничего такого страшного.

А вот Алиса пропала. Вначале до этого никому не было дела. Алиса гостила на ферме неделю, но она всегда приезжала, когда хотела и уезжала, когда заблагорассудится. С работниками на ферме приятельских отношений не заводила, да и они ее не особо жаловали. Узнаю всю общительность и дружелюбие сестрицы Квинт. Первые несколько дней Альф о ней не спрашивал – он сдавал неиспользованный билет на тот свет и был слишком занят. А когда немного оклемался и спросил, то выяснилось, что Алисы на ферме нет. И это было очень странно, потому что Альфу она всегда... ВСЕГДА... сообщала и о намерении приехать и об отъезде. Вещи остались на месте. Пропала только небольшая дорожная сумка.

– Альф считает, что ее похитили.

– Подумайте сами – два месяца прошло. Альфу что, требования какие-то предъявляли? Денег просили? Зачем ее похищать? Кому она нужна?

– Не так давно Стерну понадобилась. И бургомистру Фаро. Дэвиду Буковски. Помните такого?

– Чересчур хорошо помню. Но тогда ситуация другая была. Все искали эти энергоячейки и очень много глупостей натворили. Хотя... Я, конечно, надеюсь, что вампиры разобрали Стерна на мелкие составляющие, но его тела я не видел. Значит, стоит учитывать возможность того, что старикашка выжил. Но даже в этом случае Алиса ему никоим образом не нужна. Равно как не нужна она и Буковски, который точно уж жив.

– А его сына вы убили.

– На то были причины. Буковски тоже надо было убить. Просто сразу не добрался, а потом не до того стало. Но счет неоплаченный остался.

– Не думаете, что теперь у него к вам тоже счетец есть?

– Не думаю, а знаю. Потому и надо было сразу заканчивать с ним. Нельзя таких людей за спиной оставлять.

– Не думаете, что уши растут с той стороны?

– Да с чего бы?

– Хотя бы с того, что у вас и по ту сторону гор и по эту не очень много приятелей... даже не приятелей, а просто людей, с которыми вы общаетесь. Всех этих людей я по пальцам одной руки могу пересчитать. Душой компании вас не назовешь. Так что может это вас хотят прищучить как-то через Алису?

– Пока нет серьезных оснований так думать. Потому я и думать так не буду. Но если вы правы... Виктор, вы хотя бы представляете приблизительное количество влиятельных людей, которые на меня зуб имеют? И, заметьте, о существовании многих из них я просто не знаю. Вот чтобы их пересчитать вам пальцев на руках и ногах не хватит. Даже если Эрлика привлечете. К нему, кстати, не заезжали?

– Нет. К вам торопился. Что будете делать?

– А почему это я должен что-то делать?

– Ну, как... это ж вроде ваша забота. Или нет?

– Да с какого счастья это моя забота?

Карелла промолчал.

– Да Алиса могла просто уехать куда-нибудь, позабыв сообщить об этом брату. С нее станется.

Карелла промолчал.

– Даже если там что-то и произошло, то, вряд ли это как-то с моей персоной связано.

Карелла снова промолчал.

– И вообще я – самый последний человек, от которого она помощь примет.

И тишина была мне ответом.

Дальнейшее наше общение продолжалось в том же ключе – я высказывал все свои возражения, Карелла помалкивал. Он распряг, стреножил нашу лошадь и собирал хворост. Появилась Ясмин и присела возле повозки. Поглядывала на нас и помалкивала.

Подводя итог всему вышесказанному, я, наконец, заявил:

– И вообще... Валите к черту. Я устал и пойду спать.

Очень логичное завершение логичной, взвешенной и продуманной речи. Да. Вот так как-то.

А заснуть мне не удалось. Вообще. Вопрос один мешал.

Что я буду делать-то?

***

Когда солнце только задумало вставать, и тьма стала не такой кромешной, я высыпал содержимое своего мешка, отобрал все нужное и упаковал заново. В повозке взял половину маленькой головки сыра, ковригу хлеба и кусок сала. В Коннемаре мы купили достаточно провизии, но рыться по всем тюкам в полутьме желания не было. Потом пошел к жеребцу Карелла.

А Виктор был уже там.

– К Альфу собрались?

– Да.

– Можете взять моего коня.

– А вы полагаете, что я сюда подошел, чтоб сказать ему "до свидания"?

– Нет, не полагаю. Но будем считать, что вы попросили, а я – дал.

– Будем. Только я не просил.

– Я знаю. Конь, кстати, из конюшен Альфа. Не загоните его. Хорошее животное. Тут пока спокойно, но возле Альбы вас могут встретить какие-нибудь неприятные личности.

Я это знал, потому промолчал.

– Вы вообще-то нам собирались сказать о своем отбытии?

– Да.

– Может вместе? Коней тут достанем.

– Нет. Пока вас не было, я понемногу Ясмин учил держаться в седле, но пока всадник из нее никакой. Мой темп она не выдержит.

Я не стал говорить, что и насчет Виктора у меня были большие сомнения. Если уж на то пошло – насчет жеребца тоже. Это ведь ему придется меня везти, а не наоборот.

– Дождетесь нас у Альфа?

– Не знаю. Наверное.

– Какие-нибудь конкретные планы?

– Да какие к псам собачьим планы!? Я и знаю-то только то, что рассказали мне вы, а вам

это рассказал Альф. Поживем – посмотрим. Все – я поехал. С Ясмин за меня попрощайтесь.

***

Первый день я гнал, будто от проклятия убегал. Жеребца звали Баньши. Это имя ему дал не я. И не Виктор. Так вот, Баньши вначале посматривал на меня с неприязнью, а потом – с откровенной ненавистью. Но под вечер я одумался. Потому дальше мы ехали хоть и быстро, но без ненужного фанатизма – с остановками и отдыхом. Так что свою персону в глазах коня я реабилитировал. Чем ближе подъезжали к Альбе, тем чаще стали встречаться одинокие повозки и группки из пяти-шести возков. Я пролетал мимо них раньше, чем селяне успевали схватить свои вилы. Возле Альбы меня хотели пару раз остановить. В первый раз это была небольшая группка – человек пять. Я просто промчался мимо них, и у ребят хватило ума (или не хватило сил) не увязываться за мной. Даже вслед не стреляли. Вторая группа была куда как многочисленнее – десятка полтора. И это только те, кого я успел заметить. Они перегородили дорогу стволом упавшего дерева и поджидали путников. Баньши, ни на секунду не замедлив хода, перемахнул ствол, сбил какого-то героя, бросившегося наперерез и понес дальше, едва касаясь копытами земли. Вслед нам вроде бы стреляли... кричали во всяком случае. Но все обошлось.

***

Влетев на двор фермы, я соскочил с Баньши еще до того, как он успел полностью остановиться. Во дворе работало человек пять. Занимались кто чем, но, увидев меня, оставили работу и уставились с любопытством. Ближе всех ко мне находилась женщина лет сорока. Если бы она была сантиметров на двадцать ниже, то ее можно было бы назвать толстой. А так, при своем росте, она была просто большой. Крупной. Лицо у нее было веселое и я мимоходом озаботился. Непривычно как-то когда твое появление вызывает радость у людей.

– Альф где?

– Мистер Альф? В доме. Может сказать ему чего?

– Сам скажу. О коне позаботьтесь. Он вроде бы с ваших конюшен.

– Знаю. Это Баньши.

– А это знаю я. Позаботьтесь...

– Да уж конечно.

Я пошел в дом.

Альфа я нашел в гостинной. Он тихо сидел у камина и смотрел на кучку золы. Из-за высокой спинки кресла торчала нога в высоком ботинке. Ногу-то я и увидел.

– Альф!

Из-за спинки высунулась лохматая рыжая голова.

– Питер!

Альф резво вскочил с кресла. Он никогда не был упитанным парнем. На первый взгляд его собрали из каких-то веточек и палочек, скрутив их проволокой. В последующем это впечатление только усиливалось. Довольно высокий, как для полуэльфа, худой, он двигался быстро и плавно, но именно из-за роста и худобы все движения казались неловкими и угловатыми. Сейчас Альф был не в лучшем состоянии. За то время, что я его не видел, он успел расстаться с какой-то частью своего скромного веса, хотя это и казалось в принципе невыполнимым. На голове творился еще больший беспорядок, чем обычно. Глаза запали. В таком виде он больше походил на персонажа комикса или ярмарочного актера, исполняющего роль бестолкового злодея. Но я знал Альфа достаточно хорошо. Он был в отчаянии.

– Вы приехали!

– Я приехал. Остальные пока в пути. Виктор рассказал мне то, что знает. Теперь я хочу послушать тебя. Ты обедал?

– Нет. Я просто...

– Значит попроси накрыть стол. Я в последний раз ел вчера утром.

– Да. Сейчас. Конечно. Нина!

В дверях появилась женщина со двора. Появилась она настолько быстро, что я сразу подумал, что она или шла за мной, или подслушивала у двери. Альф отдал распоряжения, в гостиной появился стол и куча людей, которые мгновенно наставили на него несколько ярусов снеди. Я уселся и стал закидывать в себя различную жратву, не особо разбираясь в тонкостях вкуса и особенностях приготовления. Альф, сидя напротив меня, рассказывал историю пропажи Алисы и отщипывал кусочки от разных блюд. Под конец он настолько увлекся, что слопал какую-то рыбину внушительных размеров.

История была точь-в-точь такая же, какую рассказал Виктор. Ни прибавить, ни отнять. Но в конце проскочило что-то новенькое.

– ... вначале мы тело в леднике хранили, но когда стало понятно, что тебя я сразу не найду, то похоронили. А все его вещи в кладовке.

Я вытер руки о штаны.

– Пошли посмотрим.

Вещи были обычными. Чего там такого в карманах у залетного душегуба может быть? Нож, кучка медных монет с серебряным полуталером во главе, засаленная колода карт, огниво, моток тонкой бечевки... Куча ерунды, короче...

– А это он тоже в карманах носил? – я рассматривал стрелу и то, что я видел, мне совсем не нравилось.

– Нет. Это та стрела, которая в меня воткнулась. Одну обломали там еще, а третья просто царапнула и куда-то в кусты ушла.

– Искали?

– Что? Нет. А надо было?

– А где та, которую обломали?

– Вот.

– Нет, я имею в виду оперение.

– Ну-у... там и осталась. Наверное. Что, надо найти его?

– Это через два месяца-то?

– Если кто-то подобрал, то скажут мне. Точно – скажут.

– Не скажут. Те, кто ее подобрал, точно не скажут. По той простой причине, что их здесь уже нет. А если я не ошибаюсь, то подобрать ее должны были сразу же после того, как вся ваша компания на ферму отправилась.

– Почему? Что это вообще такое было?

– Кабы знал. Помолчи, Альф, дай подумать.

Я повертел в пальцах стрелу, надеясь найти какое-то другое объяснение. В голову ничего не приходило. Да и это было не объяснением, а так... догадкой. Условным предчувствием.

– Ты можешь хоть что-нибудь растолковать?

– Нет, потому что пока я и сам ничего не понимаю.

– А... Алиса? Как думаешь, она... жива?

– Не знаю. Но, думаю, – да. Если бы дело обстояло иначе, то ты бы уже нашел ее тело. Это уж будь уверен.

– И что ты собираешься делать?

Они что, с Карелла сговорились, что ли?

– Пойдем, покажешь место, где на тебя напали и комнату Алисы.

***

– Нашли там что-нибудь? – Виктор вытянул ноги к огню и отхлебнул вина.

– Что я там мог найти? Два месяца прошло. А если мои догадки имеют под собой хоть какое-то основание, то я бы и в тот день ничего не нашел. Даже листьев примятых. Но посмотреть все равно надо было.

– Может, все же поделитесь с нами догадками? А то как-то смысл беседы от меня ускользает.

– Да нечем делиться. Это именно догадки, рассказки, байки... Есть только один факт, но он ничего не объясняет, а только путает и без того запутанную картину.

– Вот с него и начните.

Карелла и Ясмин прибыли часов шесть назад. Я вернулся из местного кабака полтора часа как. Виктор успел познакомить Альфа и Ясмин, и когда я пришел, вся компания сидела в гостиной у горящего камина и весело о чем-то болтала. За прошедшие дни Альф приободрился и, к радости своей прислуги, стал нормально питаться. "Вы на него хорошо влияете" – сказала мне Нина. Ага. Жаль, что я не мог сказать, что Альф на меня тоже хорошо влияет. Я его воспринимал, исключительно, как живой укор.

– Я видел такие стрелы.

– Когда и где?

– Пятый или шестой год войны. С той стороны гор, на равнинах.

– Уверены, что такие?

– Уверен. Я их близко видел. Они во мне торчали.

Карелла вопросительно посмотрел на меня.

– Мы из рейда возвращались. Мне показалось, что за нами кто-nbsp; – Наверняка. Потому и искал, чтобы вы помогли как-то прояснить ситуацию. Разыскали Алису, или наказали виновных.

то увязался. Ребят предупредил и отстал, чтоб просмотреть. Тут они и прилетели. Уже сумерки были, так что я и не опасался особо, думал – уйду. Зря не опасался, и уйти не получилось. Очень точно стреляли, хоть в темноте и в непролазной чаще.

– Но уцелели ведь?

– Только потому, что ребята шум услышали и вернулисьnbsp;nbsp;. Очень вовремя. Еще чуть – и мне каюк пришел бы. Две стрелы я поймал и они были плохими.

– А кто стрелял?

– А вот отсюда байки и рассказки начинаются. Вроде бы... подчеркиваю – вроде бы. Так вот – вроде бы это были эльфы. Вроде бы – с Вороньей равнины... Виктор, да вы все эти сказки не хуже меня знаете. Если мне память не изменяет, то когда вы себя якобы на тот свет отправили, то на них же всю ответственность и спихнули. Или нет?

– Да. Но... я и сам в них не особо верил. Просто на эльфов из тех мест, как правило, вешают всех собак, и никому до этого особого дела нет. Целая куча таких историй есть. Все знают, что это враки, но мне нужно было как можно больше туману напустить. Вот мы с Эрликом такую шляпу на эту историю и нахлобучили.

– Теперь, я надеюсь, вам тумана хватает? Достаточно туманно или еще нет? А то у меня по карманам еще много таких баек рассовано. Внятно я это не передам, но расскажу только то, что слышал неоднократно. Это были эльфы. Не знаю уж – с Вороньей равнины или нет. Но эльфы. Только... Какие-то это не такие эльфы были. Не знаю, как лучше объяснить. Никто их известных мне людей воочию их не видел. Вроде бы все они принадлежали к какой-то организации или движению... Непримиримые... или как-то вроде этого. Они не воевали ни за Федерацию, ни за королевства, хотя контакты наверняка имели. Со стороны королевств, опять-таки наверняка, связаны были с инквизицией или тайным церковным советом. С нашей стороны – не знаю. У нас подобных секретных шаек, как грибов после дождя. Выбирайте любую – преторианцы, тайная полиция, контрразведка...

– Чушь редкостная, – Виктор поскреб подбородок. – Организация эльфов? Такого просто не может быть. Да они через пару часов разругались бы в хлам. В тряпки. Это ж эльфы. Для каждого из них существует только одно правильное мнение – его собственное.

– Если вы заметили, то я и не обещал вам шибко складных рассказов. Так что кушайте, что есть, и не капризничайте.

– А почему они ввязались в войну?

–Они не ввязывались – я говорил. Они не воевали ни на чьей стороне. Они просто убивали людей. Нравилось им это занятие, потому как люди не нравились. И я все-таки уверен, что с кем-то из командования они были связаны. Не знаю уж, как их оформили – разведчики, диверсанты... но как-то оформить должны были. Иначе народ, не особо разбираясь, просто начал бы эльфов убивать. Всех подряд. А так... война, потери... печально, конечно, но мы отомстим. И еще – мне сдается, что эти парни состояли на довольствии и у нас и у них. Одновременно. Просто им было действительно все равно, кого убивать.

– А с чего вы решили, что это эльфы?

Я наклонился и передал стрелу, которую до сих пор держал в руках, Виктору.

– Гляньте – слишком маленькая, слишком легкая. Ни для одного нормального лука не подходит, а для эльфского – вполне. Оперение, наконечник... Я такие видел только на тех стрелах, которые из меня достали.

– Вы же говорили, что они многих убивали.

– Да. Но стрел не оставляли. Вырезали из тел. Такие штуки, конечно, могли проделывать не только они, но и другие – те, кто хотел следы запутать, на эльфов ответственность свалить. Но таких отлавливали при случае. Они следы оставляли. А вот эти парни не оставляли ничего. Никогда и ничего. Ни веточки сломанной, ни травинки примятой. Кто так может по лесу ходить? Если знаете – скажите, потому что у меня идей нет. Ну, наверное, богли или бин сидхе могут. Но, во-первых, их никто не видел, а, во-вторых, не думаю, что они пользуются луками и мечами.

– Не особо эта информация ситуацию проясняет.

– Я предупреждал.

– Что делать собираетесь.

– Надоел как-то мне этот вопрос. Даже Нина уже спрашивала.

– И что вы ей ответили?

Я посмотрел на Карелла долгим взглядом, и он заткнулся. Помолчали все. Наконец я сказал:

– Не знаю. Наверное, съезжу в Фаро.

– Зачем?

– Попробую поговорить с Норди. Может, что и подскажет. Все местные злачные заведения я уже обошел, все окрестности облазил. Никто ничего не знает. Надо спросить у кого-нибудь из Народца. Альф, человек, которого ты убил, точно был человеком?

– Не эльфом – точно. Может быть – полуэльфом, но без явных примет.

– Альф, а как вам удалось победить?

Я знал, что вопрос для Альфа был неприятен, так что ответил вместо него:

– Он полукровка. Вам, Виктор, надо учиться очень долго и упорно, прежде чем вы сможете двигаться так же. Кроме того, он – граф. Их, знаете ли, в детстве фехтовать учат.

– Ладно-ладно, – примиряюще сказал Карелла. – Вы точно собрались в Фаро?

– Да.

– Погодите. Мне только сейчас это в голову пришло. Вспомнилось просто. Может это важно, а может – не значит ровным счетом ничего.

– Начало мне уже не нравится.

– Как знать. Когда я был совсем пацаном, то жил на похожей ферме. Та, конечно, была побогаче и пороскошнее...

– Вот давайте только хвастать сейчас не будем. Я выше вас на забор могу написать, но не сообщаю об этом всем и каждому.

Виктор даже не обратил внимания на меня.

– Там была... Тогда я воспринимал ее, как пожилую женщину. Сейчас понимаю, что она была не совсем женщина и была не просто пожилой, а очень старой.

– Полукровка?

– Может. Но не с эльфской кровью. Не в том суть. Она не была управляющим, но пользовалась безоговорочным уважением всех местных жителей. Возможно была ведьмой или шаманкой, но тогда я в этом не разбирался, так что сказать точнее не могу. Меня она почему-то выделяла из всех мальчишек... может потому, что остальные ее опасались, и я частенько ошивался у нее во дворе. А она рассказывала мне разные сказки. Самые интересные касались... Она называла их дроу. Сказки были не только самыми интересными, но и самыми жестокими, кровавыми и страшными. Эти дроу были порядочными ублюдкми. Вначале я думал, что дроу – это название эльфов на каком-нибудь диалекте, но потом выяснилось, что эльфы, как лесные, так и горние, враждовали с дроу. Но, тем не менее, они все как-то были связаны.

Карелла замолк. Я подождал немного и спросил:

– И что?

– И – ничего. – Виктор пожал плечами. – Это все. Поймите, Питер, это очень давно было и я никогда не вспоминал об этих рассказах. И нигде больше ничего подобного не слышал. Сейчас просто вспомнилось, когда вы рассказывали, что они проходят даже не касаясь травы и вырезают стрелы из тел убитых врагов.

– Я вообще ничего от вашей истории не ждал, так что не жалуюсь... Но не густо как-то информации.

– Сколько есть. Вы еще собираетесь в Фаро?

– Естественно.

– Подумайте.

– Уже подумал.

– Тогда подумайте дважды.

– Дважды подумал.

– Тогда трижды подумайте, пес вас дери!

– Эй, что происходит?

– Помолчи, Альф!

– Питер вам, видно не успел рассказать, что он по дороге сюда эльфа спас.

– Серьезно? А как? И... зачем?

– Помолчи, Альф! И вы, Карелла, заткнитесь. Вы всерьез полагаете, что уцелевший эльф из чувства благодарности расскажет мне... черт его знает, что он должен рассказать. Вы сами говорили, что это сказки.

– Я воспринимал это, как сказки. Но это могла быть и история Народца. Я знаю Основную Речь и несколько ходовых диалектов, так что я достаточно читал и гномских и цвеггских и эльфских книг. Даже оркские пробовал читать. Нигде нет ни единого упоминания о дроу. Я, конечно, специально не искал, но если бы встретил, то обязательно бы вспомнил. Мне те сказки все-таки глубоко в память врезались.

– А эльф, значит, мне все это выложит?

– Не знаю. Но может хоть что-нибудь намекнет. А вот Норди вам точно ничего не скажет, даже если ему что-либо известно.

– Почему?

– Дроу связаны с эльфами и никто другой о них говорить не станет.

Я уже почти согласился с Виктором.

– Об этом эльфе я подумал в первую очередь. Но найти лесного эльфа... да еще такого, который, по всей видимости, на одном месте не живет... Это просто нереально.

– Не так много эльфов, у которых на каждой руке осталось по два пальца.

Все эти доводы я прокручивал в голове не один десяток раз. Где искать Дэна – известно. С эльфами он общается. Но если бы кто только представить мог, как мне неохота связываться с эльфами. Даже если и расскажут чего, то как узнать – правда это или нет? А сособов извлечь из них правду... Есть, конечно такие способы, но после их применения правда уже будет не нужна. На фига она мертвому? Да и не страдали никогда эльфы недержанием благодарности. Может эта спасенная жизнь что-то значит, а может меня там же и прибьют по каким-то непонятным и секретным причинам? Так что пока я еще пытался сопротивляться.

– А кроме вашего убеждения, есть еще какие-нибудь доказательства, что эти дроу связаны с эльфами?

– Нет. Скажите, а вот вы можете отличить гнома от цверга или дварфа?

– Естественно. Это ж сразу видно.

– Кому как. Ясмин, скажем, их не различает.

– Она здесь без году неделя. Если будет их почаще видеть, то научится.

– Конечно. Но я не о том. Недалеко от Каме Валь и Аль Хокка живут испы и бцента.

– И что?

– Вы их видели?

– Нет. Я в тех местах бывал нечасто, быстро и, так сказать, инкогнито.

– Но вы знаете, что они существуют?

– Слышал.

– Они похожи и на гномов и на цвергов гораздо больше, чем Ясмин на Нину. Или вы на Фрая.. Тем не менее, они – не гномы и не цверги. Так от кого вы должны услышать, что кроме горних и лесных существуют еще какие-то эльфы? Понятно, что не от меня, но от кого?

– А кто еще мне может это сообщить? Вы что, знаете еще кого-нибудь, у кого мозги настолько наизнанку вывернуты? Тогда держите его подальше от меня, в закрытом и охраняемом помещении. Дуэт затейливых фантазеров для одного Питера Фламма – чересчур.

Виктор засмеялся, а, отсмеявшись, серьезно сказал:

– Я не верю, что цверги что-нибудь скажут. Они, конечно, недолюбливают эльфов. Воевали с ними когда-то. Но все равно – остроухие им гораздо ближе, чем люди. А старый, надежный и испытанный враг, в определенном смысле слова лучше, чем едва знакомый попутчик. Зато вот эльфы что-то и могут сказать. Если я правильно помню, то с дроу у них не просто вражда, а вражда кровная и непримиримая. Так ненавидеть можно только бывших очень близких друзей или бывших любимых женщин... Людей, с которыми у тебя было общее прошлое, и которым ты верил больше, чем самому себе...

А вот тут мне показалось, что Карелла не совсем про эльфов говорит. Даже совсем не про эльфов.

– ...хотя это ведь не люди. Может у них как-то по-другому все устроено.

Я почесал в затылке.

– Все, Карелла. Захлопните свою варежку. Завтра отправлюсь. Альф, мне конь нужен будет.

– Я с вами, Питер.

Это сказал Виктор.

– Я с тобой.

Это Альф.

Ясмин перевела взгляд с меня на Карелла, потом – на Альфа, и заявила:

– Тогда и меня уж прихватите.

Я покачал головой:

– Нет. Я поеду один.

– Почему?

– Один я доберусь быстрее. Кроме того, вы вообще в своем уме или просто мыла испорченного поели? Хотите заявиться к эльфам всей этой разномастной шайкой? Как я помню – они не очень любят с людьми общаться, а с полукровками вообще не общаются, насколько я знаю. Или опять перепутал чего-то? Ко всему прочему... не уверен я, что получится дружественная встреча. Очень сильно не уверен. Боюсь, как бы не пришлось вам горевать о потере меня, любимого.

– Бросьте, Питер. Вы в рубашке родились... хоть и сомневаюсь, что судьба даст вам малейшую поблажку.

– Вы, Карелла, всегда могли успокоить и поддержать человека в трудную минуту. И гореть вам за это в аду. Ярко-оранжевым пламенем. Я вам точно когда-нибудь язык отрежу. В знак глубочайшей признательности и искренней благодарности. А еще – из сострадания к вашим собеседникам. Альф, что насчет коня?

– Конечно. Баньши возьмешь?

– Пожалуй. С ним мы уже знакомы. Отправлюсь завтра утром – предупреди на конюшне. И не стоит просыпаться пораньше, чтоб со мной попрощаться. Я прощаний вообще не люблю.

***

Тем не менее, наутро у конюшни я встретил Виктора.

– Не спится, погляжу? Или решили, что я по вашей избыточной жизнедеятельности соскучился?

– Слушайте, Питер, может я все-таки с вами отправлюсь? Ночью подумал – я ведь переговоры лучше вас вести могу. Всю жизнь этим занимался.

Вот что за человек такой!? На каком языке с ним разговаривать? Наша песня хороша...

– Тяжело вам, Карелла, на свете жить.

– Почему? – подозрительно спросил Виктор, чувствуя подвох.

– Ну как же – такую тяжесть на себе таскать. Вон – аж ноги в землю вдавливает.

Карелла машинально посмотрел на ботинки, будто ожидая, что они действительно погружаются в почву.

– Какую тяжесть?

– Тяжесть собственной значимости. Вы настолько уверены в собственной неповторимости и уникальности, что... Короче – отстаньте от меня срочно и немедленно. Нет у меня желания вести с вами этот долгий и бессмысленный разговор. Езжайте лучше за Эрликом.

И я выехал со двора бодрой рысью.

***

Через пять недель я въезжал в этот же двор совсем не рысью. И совсем не бодрой. Мы с Баньши еле вползли. Баньши больше походил на конский скелет, обтянутый кожей. Я, наверное, немногим от него отставал. Точнее сказать не могу – зеркала не было. Но одежда, которая раньше сидела хорошо, сейчас свисала рваными лохмотьями. А еще она увеличилась в размерах настолько, что мне стало одиноко внутри.

Я слез с жеребца, надеясь, что колени не дрожат и не подгибаются.

– Молодец, старик. Ты – хороший конь. Если бы я был конем, то изо всех сил старался бы походить на тебя. Ты б моим кумиром был.

Баньши безропотно снес похлопывание по шее, скосил на меня глаз и поднял верхнюю губу, показав свои желтые зубы. Не знаю, что он этим хотел сказать. Надеюсь, что не обещал со мной поквитаться после.

– Что вы хотели?

Сзади стояла Нина. Она вгляделась в меня, и выражение лица изменилось.

– Питер? Это вы? Откуда? Что с вами произошло?

– О Баньши позаботьтесь.

– Это Баньши? Да что вы с ним сделали?

– Все потом. Позаботьтесь...

– А где его седло?

– Выбросил. Больно много весило.

– Подбежало несколько рабочих с конюшни, и увели Баньши. После этого я понял, что даже просто стоять, не опираясь ни на что, мне сложно. Видимо, Нина это тоже поняла.

– Обопритесь об меня, я в дом отведу.

Ковыляя вместе с ней к крыльцу, я прохрипел:

– Спасибо тебе, добрая женщина. Дай тебе бог мужика хорошего.

– Мужу...

– Ага. И мужу тоже.

Нина засмеялась. Смеялась она соответственно своему росту и весу – очень громко, весело и заразительно. Я тоже мимо воли улыбнулся. Отсмеявшись, она закончила фразу:

– Мужу моему это не очень понравится.

На крыльцо дома высыпало полтора десятка людей, среди которых был Альф и Ясмин.

– Питер, что с вами произошло?

– Много всего, сразу и не упомнишь. Но на данный момент основным является то, что у меня дыра в боку и, похоже, что мы меня теряем. Понятно? Мы теряем меня. Дайте что-нибудь, чтобы снять боль – ваше, медицинское, или магическое. И дайте поспать немного – хоть пару часов, но подряд, а не частями и обрывками.

***

Когда я проснулся, то первым увидел какого-то крестьянина, который дремал на табурете. Я лежал на постели поверх покрывала. На мне были сапоги с засохшей грязью на подошвах, грязные и драные штаны, грязная и драная куртка, грязная и драная рубаха. Меч и арбалет лежали на столике рядом. Все мое имущество на месте. Правда, рубаху и куртку разрезали почти до плеча. Я посмотрел на рану. Видать, я крепко спал, потому что меня успели немного заштопать. Все равно выглядело это паскудно, но я порадовался – в прошлый раз выглядело гораздо хуже.

– Эй, трудящийся!

Крестьянин открыл глаза и вскочил.

– Мистер Питер! Вы проснулись?

– Да. Позови кого-нибудь. Лучше – Карелла, если он тут.

Мой сиделка убежал. Через пару минут в поле зрения появилась вся троица. Альф сразу начал осматривать рану.

– Ты как? Я накачал тебя, чтоб не проснулся и немного...

– Я уже видел. Чуть получше. Хотя чуть получше, чем очень паршиво... все равно плохо, короче.

– Вы куда влезли, Питер? – подал голос Карелла. – Кому это понадобилось нападать на вас с магическим оружием? Сабля была, да?

– Сабля. Магическим, значит... тогда понятно.

– Что вам понятно? Может нас просветите? Это эльфы были?

– Да... или нет. Не знаю. Нападали не эльфы, но без эльфов, похоже, не обошлось... как мне сейчас кажется.

– Нормально себя чувствуете?

– Хреново себя чувствую. Как еще может быть? Но не переживайте – последние три дня я себя чувствовал гораздо хуже. Альф, сваргань какую-нибудь настойку из своих целебных корешков, чтоб я в сознании оставался, пока до конца не расскажу.