Текст книги "Звезда дураков (СИ)"

Автор книги: Марек Гот

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 25 страниц)

– С Эрликом похуже. Я его не видел, но, по словам Виктора, Эрлик ранен и довольно тяжело. Сейчас он, вроде как, в Вейонесе.

– Виктор точно цел?

– Я, знаешь ли, не доктор. Да и медицинский осмотр Виктора не производил. Не те у нас отношения. Поскольку он снова под завязку забит безумными идеями, то думаю, что с ним все в полном порядке.

Полина, не прекращая плакать, улыбнулась. Впрочем, она ведь и не плакала. Просто из нее текли слезы.

– Где он был все это время?

Разговор начинал принимать нежелательный оборот. Я был не уверен, что о фоморской эпопее Карелла стоит и можно хоть кому-нибудь рассказывать. Государство, как правило, не одобряет конкуренцию в грабеже своих поданных. Но... это же была Полина... и она плакала. Ладно. Моя душа и так была черным-черна от грехов. Одним больше – одним меньше.

– Хорошо. Полина я расскажу тебе все, что знаю сам. Все, что мне рассказал Виктор. Но ты должна пообещать мне одну вещь.

– Ни одна живая душа об этом не узнает.

– Это только часть того, что я собирался у тебя просить.

– Я обещаю. Безоговорочно.

– Не спрашивай меня о том, что собирается делать Карелла и где он сейчас.

Полина снова улыбнулась сквозь слезы.

– Он снова втравил тебя в одну из своих авантюр?

– Не спрашивай.

– Хорошо-хорошо. Я уже пообещала.

Я пересказал Полине все, что узнал от Виктора. От себя тоже добавил пару ехидных замечаний. Сообщение о капитанстве Карелла очень развеселило чародейку. Она хохотала так, что все слезы высохли. Когда я закончил, вопрос о наших дальнейших действиях не просто висел на кончике языка Полины – он парил в воздухе комнаты и рвался в окна. Будь у меня чуть больше фантазии, я бы просто смог его увидеть. Казалось, что чародейка не удержится, несмотря на обещание, но Полина только вздохнула и сказала:

– Я все помню и ни о чем не спрашиваю. От меня никто эту историю не узнает. Просто... Питер, война закончилась, и я сейчас постоянно нахожусь в Лиа Фаль. Безвылазно. Если у вас вдруг возникнут какие-то проблемы, в решении которых я могу помочь, то ты знаешь, куда обратиться.

– Полина, может...

– Нет, – голос чародейки был твердым и жестким.

– Я просто хотел...

– Я знаю, что ты хотел. Я не буду разговаривать с Карелла. Да, я знаю, я поступила далеко не самым лучшим образом. Сомневаюсь, что ты до конца понимаешь, почему я сделала то, что сделала. Но объяснять я ничего не буду. Скажу лишь одно – Виктор очень сильно меня обидел.

Она немного помолчала и, тяжело вздохнув, добавила уже совсем другим тоном, гораздо тише:

– А я его люблю.

Я имел несколько замечаний по этому поводу, но оставил их при себе.

– Хорошо, Полина. Я буду помнить, куда можно обратиться. На всякий случай учти, что Карелла не знает, что я отправился к тебе, и про первый мой визит сюда, я тоже ему не сообщал, – чародейка только мягко улыбнулась в ответ. – Мне, пожалуй, пора. Скажи только, ты ничего не слышала о Фрае? Случайно, может?

– Нет. Ничего. Но, если честно, то я и не вслушивалась. Квинтов видел?

– Да. К Альфу на ферму ездил. Зачем – ума не приложу.

– И как?

– Может когда-нибудь станет хреново, а пока – очень хреново. Как еще может быть?

Полина только головой покачала. Она была слишком умна, чтобы рассказывать мне, что все образуется, время лечит, и тому подобную чушь. Время, конечно лечит, но чтоб такое вылечить, надо очень много времени. Раньше мы все передохнем.

– Ладно, Полина... Поеду я. Этот город на меня плохо действует. Надеюсь, что не в последний раз виделись.

– Пока, Питер. Надеюсь, что не в последний. Спасибо, что сообщил.

***

Вообще-то мне нужно было дождаться Виктора. Но сама атмосфера Лиа Фаль меня раздражала. Поэтому я решил наведаться в Альбу и навестить Ашуна. Может, он ничего не знает и тащиться туда вместе с Карелла попросту не стоит. Альба находилась вблизи столицы. Туда тоже уже запустили поезд, но поезд ушел этим утром, а на этой линии был пока только один паровоз. Так что придется ждать, пока он дойдет до Альбы, потом вернется сюда, а еще не исключено, что он сломается где-нибудь в пути. Неизвестно, на сколько все это растянется. Так что я оставил записку в Пиковом Тузе, с указанием ждать меня здесь, а сам отправился в Альбу верхом.

***

Вывеска была богатой. Из металла. Тонкую и искусную ковку немного портила серебряная краска, которой был выкрашен лист клевера. Надо было или не красить вообще – называлось бы заведение не Серебряный, а Железный Клевер. Тоже вполне себе. Если выковать лепесток из серебра, то смотрелось бы не в пример лучше, но такую вывеску сперли бы через пять минут после появления, несмотря на то, что это Альба и уже почти Центр. Да и в Центре тоже сперли бы.

Посетители не толкались локтями, не выстраивались в длинную очередь с номерами на руках... Их вообще не было. С одной стороны – отсутствие посетителей настораживало – я себя уже успел накрутить, хоть прекрасно понимал, что слухи и реальность обычно имеют мало общего. С другой стороны – было раннее утро, и хорошо, что отсутствовали толпы посетителей. Альба – это все-таки не Ванборо. Тут меня могли и узнать случайно. Незачем посторонним знать, что я сюда заходил. Даже если ничего не выгорит, то лишние неприятности Ашуну ни к чему. Если кто-нибудь узнает, что он родом из пустыни Семи миражей, то и без моего визита неприятностей у него будет с избытком.

Когда я толкнул входную дверь, в глубине помещения звякнул колокольчик. Окна были занавешены тяжелыми шторами, и в комнате царила полутьма. Сама комната напоминала что-то среднее между баром и борделем. Стойка (не импровизированная, самодельная, а настоящая барная стойка) заставленная стаканами, бокалами, рюмками, горками чистых тарелок и блюд. Но вот вместо столов и стульев – какие-то диваны, кушетки, кресла... Несколько низких столиков и огромные напольные часы. Комната была относительно небольшой. Во всяком случае, глядя на помещение со стороны улицы, создавалось впечатление, что оно гораздо больше. Я для себя решил, что это – бывший бар, который затем перегородили изнутри стенами.

– Здравствуйте.

Внешне Ашун почти не изменился, но между парнишкой с всклокоченными волосами, в одежде, напоминающей изодранный кусок холста и человеком, который стоял передо мной, было мало общего. Встреть я его на улице – не узнал бы. Он был аккуратно подстрижен, отрастил эспаньолку, приоделся в костюм с жилетом. Не особо дорогой костюм, но и явно не из дешевых. Преуспевающий житель Среднего города. Самой что ни на есть середины Среднего города. Я мысленно поаплодировал. Из парня мог бы получиться классный разведчик. Но появился я тут не для того, чтобы предлагать ему военную карьеру.

– Здравствуй, Ашун.

Он подошел ближе, чтобы разглядеть меня. Узнал сразу же и сказал:

– Здравствуйте, Питер.

Тон неуловимо изменился. Из посетителя я превратился в человека, который может принести неприятности. И появился, вероятнее всего, для того, чтобы их принести.

– Не переживай, Ашун. У меня есть одна просьба к тебе. Может быть, ты сможешь помочь, а может – нет. Если нет, то я просто уйду и забуду о нашей встрече. О твоем существовании я никому не говорил и еще неделю назад я не представлял, где ты обитаешь и жив ли вообще.

Во время этой речи я на всякий случай повел плечами, чтобы перевязь чуть сползла и меч было удобнее выхватывать. Да. Я пережил эту войну и вообще дотянул до своего возраста не потому что верил каждому хорошему человеку. "Хороший человек" – это вообще весьма относительное понятие. Ашун, вон, тоже не особо обрадовался моему появлению. А если учесть, что я – единственный из всех известных мне людей знаю о том, что он родом из пустыни... Не исключено, что мой знакомец сейчас прикидывает, как сделать так, чтобы я остался в Серебряном Клевере навсегда. Я бы прикидывал. Не обязательно попытался бы убрать единственного свидетеля, но такой вариант просчитал бы. На всякий случай.

К счастью, Ашун не был разведчиком. И не был Питером Фламмом. Он широко улыбнулся:

– Я очень рад вас видеть, Питер...

Офонареть! Каким популярным парнем я стал. Все меня рады видеть. Это вообще я, или какой-нибудь Санта Клаус? Добрый дядюшка Питер... Сдохнуть можно.

–...если я смогу помочь вам, то с удовольствием помогу. Я многим вам обязан. Но вначале мне хотелось бы узнать суть вопроса.

Мы присели на диван.

– Ашун, ты единственный, известный мне человек, который родился в племенах Дан-Моо. Может быть таких, как ты, на просторах Федерации очень много. Этого я не знаю, и знать не хочу. Не в этом дело. У вас, в пустыне, есть такие штуки... Не знаю, как они называются. На наши корабли похожи. Под парусами.

– Они и называются кораблями.

– Кораблями?

– Ну да. Корабли пустыни.

Я немного посмеялся. Да уж... Два умника. Я и Карелла... На всякого мудреца достаточно простоты.

– Что смешного?

– Да ничего, в общем-то. Я думал, что корабли пустыни это верблюды.

– И верблюды тоже. Так в чем дело?

– Дело в том, что мне надо построить такой корабль. Там ведь наверняка есть какие-нибудь тонкости, ухищрения, секреты сборки... Ты можешь что-нибудь подсказать на эту тему?

– Да. Я могу построить такой корабль. Мой отец их строит, а я помогал ему с пяти лет.

– Стоп. Ты же говорил, что твой отец – жрец.

– Да. Но у нас жрец – почетная обязанность. За это не платят. А вот за постройку кораблей платят. Мой отец – хороший кораблестроитель. К нему обращаются даже из других племен.

– Похоже, мне повезло. Послушай, Ашун, мне... вернее, нам – мне и еще одному парню нужно построить такой корабль. Использовать его мы будем не в пустыне Семи миражей. Если честно, то в тех местах я не был, но Виктор – тот, второй парень, был. Так что он сможет объяснить. Я хочу, чтобы ты помог ему построить такой корабль. Скорее всего, команда будет состоять из меня и Виктора. Возможно, добавится еще один человек. Проблем с материалом не будет. Все, что угодно в неограниченных количествах. Железо, сталь, медь, алюминий, бронза... Можешь, хоть золотые гвозди заказывать. Я не разбираюсь в построении кораблей, но Виктор – специалист. Все это – не дружеское одолжение, а услуга, которая оплачивается. Полагаю, что оплачивается очень хорошо. Мой приятель носит фамилию Карелла. Слыхал о таком?

Ашун молча кивнул.

–Тогда ты должен понимать, что он заплатит столько, сколько ты попросишь. Теперь о том, что требуется от тебя. Просто расскажи Виктору все, что знаешь о постройке этих ваших кораблей. Все тонкости и нюансы. Было бы, конечно, неплохо, если бы ты занялся постройкой вместе с ним, но для этого надо будет перебраться в Марракеш или Вейонес. Я не знаю, чем ты тут занимаешься, но сомневаюсь, что такой вариант тебя устроит. Впрочем, может быть, финансы Виктора убедят. Вот вроде бы и все. Принуждать, заставлять, угрожать я не буду. Но если не согласишься, то прошу, чтоб ты хотя бы рассказал Виктору все, что знаешь. Ему неизвестно, кто ты такой и откуда родом. На твоем месте я бы не особо распространялся об этом. Впрочем, Виктор никому и ничего не расскажет, так что решай сам. Сколько тебе нужно времени, чтобы все обдумать и решить?

– Нисколько. Я уже решил, – Ашун спокойно взглянул на меня. – Я согласен. Я помогу построить корабль.

– Что, так просто? Я вообще-то приготовился долго тебя уговаривать.

– Не стоит. Я даже не стану несусветную цену заламывать. Мне нравится строить корабли.

– Тогда вы с Виктором быстро найдете общий язык. Ну-у... спасибо, что ли.

– Не за что. Вы помогли мне куда как больше. Но я не смогу заняться этим прямо сегодня. Мне нужна как минимум неделя, чтобы утрясти здесь все дела.

– Да без проблем. Виктора все равно нет в Альбе. Съезжу за ним в Лиа Фаль и вернусь.

– Хорошо. Я буду ждать, но если через месяц вы не появитесь, то я снова займусь своими делами. Так устроит?

– Вполне. Думаю, что я успею обернуться туда и обратно раньше.

– Да, и... расскажите Виктору, откуда я родом. Так будет проще. Мне не нужно будет объяснять, откуда я все это знаю, и не надо будет следить за каждым своим словом. Он ведь никому не расскажет?

– Ни единой живой душе. Если хочешь, я ему язык отрежу.

Ашун улыбнулся.

– Не надо.

– Слушай, а чем ты вообще тут занимаешься? Я расспрашивал по кабакам, но смысл как-то не особо понял.

– Я даю советы.

– Ага. Считаешь, что после этой фразы на меня снизошло озарение, я понял замысел богов, смысл движения планет и суть твоей работы?

– А я не знаю, как по-другому сказать. Я даю советы.

– И за это платят?

– Я даю хорошие советы.

– Ты что, член какой-то тайной Гильдии мудрецов?

– Нет. Просто я могу слушать и слышать.

Это уж точно. Ребята из племен Дан-Моо слушать могли. Вопрос застольных бесед и полезных советов был, конечно, спорным, но вот слушать они могли очень даже весьма. Долго и терпеливо.

– И что?

– И ничего. В большинстве случаев человеку не нужны советы. Где-то там, в глубине души, он уже все решил, и ему просто нужно подтверждение своего решения. Нужен незаинтересованный человек, который скажет:"Да, все правильно. Делай так." Я слушаю человека, слышу его, а потом говорю то, что он хочет услышать.

– И это работает?

– Почти всегда. Когда не срабатывает, я возвращаю деньги.

– И сколько платят за это надувательство?

– Это не надувательство, а необходимая прививка уверенности в себе. Вроде того, как дереву прививают новую ветку с другим сортом плодов. Посмотрите, Питер, в любой магической лавке продается целая куча амулетов на все случаи жизни. Я делаю то же самое, но без магии. И платят за это неплохо. Не всегда, но обычно неплохо.

– Ну, что тебе сказать? Молодец.

– Вначале было интересно, но сейчас стало надоедать. Все как-то очень... одинаково. Я и согласился на ваше предложение в основном потому, что мне нравится строить корабли, и, может быть, удастся устроиться на верфи. Это, наверное, интересно.

– Если хочешь моего совета – поговори с Виктором по этому поводу. У него куча связей, да и не удивлюсь, если у него есть собственные верфи. Ладно, Ашун, если мы договорились, то я отправлюсь в гостиницу, а завтра – в Лиа Фаль. До встречи.

–До свидания.

***

Карелла валялся на кровати в ботинках и маялся от скуки и безделья. Увидев меня, он откровенно обрадовался.

– Питер! Ну наконец-то! Я уже извелся весь. Все дела утрясли?

– Вроде как.

– Слушайте, пока вас не было, я таскался по различным злачным заведениям и нашел-таки одного человека, который двадцать лет торчал в пустыне. Водил караваны Федерации. Он частенько видел... Знаете, как они называются?

– Корабли пустыни. Забудьте о своем человеке. Дайте ему пару монет и извинитесь за беспокойство. Я нашел для вас парня, который родился в пустыне. Он родом из племен Дан-Моо. По-моему его племя называется Лонга, но не уверен – мог и подзабыть. Не столь важно. Его отец строил такие корабли, а парнишка помогал ему с пяти лет. Я полагаю, что он знает о них больше вашего человека.

Карелла ошалело поглядел на меня.

– Знаете, Питер, когда я увидел вас в первый раз, то был уверен, что знаю о вас все. И даже больше. Я знал имена мальчишек, с которыми вы дрались в пять лет, знал, что в Академии вы воровали баранину из офицерской кухни, что вы наполовину разграбили королевский обоз, который захватили еще служа в пехоте... Конечно, когда вас послали в разведку, то информация значительно оскудела, но... Короче. С тех пор, как я вас узнал, вы удивляете меня... ну, не каждый день, но раз в месяц – это точно. Где вы откопали такого парня?

– Да так... Долго рассказывать. Хотя... Вы – тоже часть этого, поэтому, наверное, вам стоит узнать все.

Я вкратце изложил историю своего знакомства с Ашуном. Карелла усмехнулся:

– А ведь вы были правы, Питер.

– В смысле?

– Вы сказали, что Барбаракар родом из племен Дан-Моо. Все операции придумывал за него этот Ашун. Так что вы были правы. Вы – единственный из всех догадались, откуда растут ноги у этой истории. Грамотный парень. Чем он занимается?

– Я еще не закончил, Виктор. На вашем месте я бы никому не рассказывал о его происхождении.

– Я же не полностью из ума выжил?

– А вот в этом я не уверен. Имейте в виду, что я пообещал Ашуну язык вам отрезать.

– Я стану первым человеком, которого колдуны пришибут, если информация об этом просочится куда-нибудь.

– А вот это убеждает.

– Так все же чем он занимается?

– Советы дает. За деньги. Ему, кстати, нравится строить корабли. Полагаю, вы с ним поладите. И еще. Давать советы ему надоело. Вроде как хотел устроиться работать на верфи. Посмотрите на него, может, что посоветуете, или чем поможете. Как вы съездили? Что с Эрликом?

Карелла ответил не сразу. Он немного помолчал, размышляя о чем-то своем, а потом нехотя ответил:

– Эрлик в порядке. Он очень быстро отходит. Иногда я думаю, что он при желании мог бы отрастить себе третью руку. Не хочет, наверное. Стесняется. Много вы видели существ с тремя руками?

– Он с нами?

– Нет. У него дела дома. В его доме, в смысле. В семье.

– Какие дела?

– Не знаю. Разговорчивость никогда не была его сильной стороной. Но, насколько я понял, в ближайшие полгода он будет весьма занят. Жаль. Придется обходиться без него.

– А как насчет подождать немного? Вам такой вариант в голову приходил?

– Не поверите – приходил. Я назвал срок в полгода, но, полагаю, что он, скорее всего, растянется на неопределенное время. И как-то отложить или перенести это нельзя. Эрлик – старший сын в семье и его присутствие необходимо.

– Ладно. Иногда обстоятельства складываются хорошо, а иногда – не очень. Завтра отправляемся в Альбу, а потом куда? В Марракеш?

– Нет. В Вейонес. Во-первых, я уже договорился, и поставки материалов будут осуществляться туда, а во-вторых, в Вейонесе очень много гномских кузен, а гномы могут изготовить все, что угодно, из любого металла. Может быть стоит изготовить этот корабль из стали или бронзы? Я не знаю. Вначале надо поговорить с этим Ашуном.

– Вейонес, так Вейонес.

***

Следующие три месяца для меня были наполнены скукой. Ашун и Виктор спелись очень быстро и сутками напролет торчали в верфях. Причем, руководил строительством, по всей видимости, Ашун. Такое впечатление у меня сложилось. В их дела я не лез – в кораблях я не особо разбираюсь. Так что вначале я таскался по различным притонам и старался что-нибудь узнать об эльфке, которая была женой Альфреда Квинта, возможно, матерью Альфа и Алисы и имя которой начиналось на "А". Попутно пытался добыть какую-нибудь новую информацию о Вороньей равнине. Об эльфке никто и ничего не знал. О Вороньей равнине все знали все. Хочешь слушать – только успевай уши подставлять. Только все равно это были враки и подавляющее большинство из них я уже слышал. Когда в этих трактирах, барах, кабаках и ночлежках меня стали узнавать и здороваться, я завязал с подобными визитами. Начал ходить на стрельбище и в фехтовальный зал, но это времяпровождение надоело практически мгновенно. Хотел наведаться к Альфу на ферму, но вспомнил беседу с Карелла, и решил пока повременить с визитом.

Уже не помню, с чего начался разговор, но Виктор между делом сообщил мне, что во время встречи в Лиа Фаль, рассказал Альфу, как погиб его отец. Как я его убил.

– На хрена вы это сделали? – бесцветно спросил я. У меня даже злиться на Карелла не было ни сил, ни желания. Это все равно, что злиться на погоду.

– Я не знал, что это тайна. Простите, Питер, но вы его убили. С этим уже ничего не поделаешь. Если вас это утешит, то я не ставлю вам это в вину.

– Меня это не утешит.

– Я так и думал. Но Альф все-таки имеет право знать, как это произошло.

– Зачем ему это знать? Объясните, Виктор, зачем? Как ему от этого может полегчать? Он что, выслушал вас, хлопнул себя по лбу и сказал:"Ах, мой папа убил отца Питера Фламма, похитил ценный ключ, и за это Питер его убил! Браво! Какой геройский поступок! Теперь-то я все понимаю. Спасибо вам, глубокоуважаемый Карелла, что вы просветили меня, балбеса!" Ответьте, он что-нибудь подобное вам говорил?

Карелла пожал плечами:

– Нет. Но не начинайте заводиться, Питер. Он все равно знал большую часть этой истории. Не знаю уж откуда. А про ключ мне и самому было неизвестно. Так что неприглядная роль его отца в этой истории, ему известна. И Альф понимает, что вас убили бы. Возможно, убили бы и меня с Эрликом, но вас убили бы точно.

– Меня убил бы Донар Барбаракар. У Квинта не было причин желать моей смерти. Я швырнул в него меч до того, как успел о чем-либо подумать. В том-то все и дело, Виктор. Его вовсе не обязательно было убивать.

– Я с вами не согласен, Питер, но сейчас вы все равно этого не поймете. Поэтому давайте просто отложим разговор до лучших времен. Скажу только, что смерть Альфреда Квинта вы воспринимаете гораздо острее, чем его сын.

Может быть и так, конечно. Но меня, признаться, не особо волновало, как Альф воспринимает смерть своего отца... Нет. Неправильно сказал. Волновало и даже очень, но все-таки Альф был фактором вторым по значимости. А вот для первого фактора смерть старшего Квинта значила очень много. Но все уже произошло, и изменить ситуацию не получится.

Так что к Альфу на ферму я не поехал.

***

– ... ... ... ..., – Виктор уже битый час носился по этому сараю, хватал руками, что ни попадя, и ругался. Вначале это было любопытно – я никогда не видел такого Карелла. Он вообще никогда не ругался. При мне такое произошло только единожды, но в то время Виктор был порядочно пьян.

– Заканчивайте, Карелла. Вы повторяться начали. Если хотите, я потом вам пару десятков выражений на бумажке запишу – выучите на досуге. Вдруг когда еще понадобятся.

Виктор присел рядом со мной и достал сигарету из пачки.

– ... ...!

– Хорошо. Я уже это понял.

Я назвал это помещение сараем, но сараем это ни в коей мере не было. Больше это напоминало ангар, в котором Карелла и Ашун строили наш корабль, только тот ангар был раз в двадцать меньше и раз в двести грязнее. Здесь чистота была просто идеальной. У Юла в баре даже после генеральной уборки так чисто никогда не было. Здесь были очень странные стены. Судя по тому, что весь этот ангар был вроде как вырублен в скале, стены должны были быть из камня, но они были не из камня. Я смог бы понять, если б они были из металла или дерева – ну, обшили для каких-то целей. Непонятно, зачем столько времени, сил и материала тратить, но, по крайней мере, сам принцип понятен. Но эта обшивка не была ни камнем, ни металлом, ни деревом. Не знаю, чем она была, но нож ее поцарапать не смог. Еще тут находилась масса каких-то штук, назначение которых было мне неизвестно. Потому я их и не трогал руками. У входа, на стене висели инструменты, видимо садовые, потому что три лопаты там уж точно были, и была еще одна штука, похожая на мотыгу. Что из себя представляет остальное, я не знал.

Но Карелла орал не потому, что обнаружил лопаты. Вся площадь этого ангара была заставлена... Понятия не имею, как это называется и на хрена оно вообще нужно. Это и описать-то сложно. Ну, вроде как положить одну шлюпку на другую, приделать к этой конструкции по бокам рыбьи плавники, а сзади – рыбий хвост. Потом обрезать ножницами все лишнее, чтоб остались не роскошные плавники, а только суровый намек на них. Установить все это безумие на толстые бревна. Вот тогда и получится что-то, отдаленно похожее на эту несусветную конструкцию.

– Вы знаете, что это такое? – Карелла наконец-то вспомнил, что кроме ругательств существуют и обычные слова, несущие какой-то смысл.

– Нет.

– Это... Не помню. Сложное у них название. Но эти штуки летают. Это средство передвижения.

– И вы можете на этом средстве передвигаться?

– Ну-у... Нет. В тех книгах, которые я читал, подобных инструкций не было. Но подобные инструкции либо должны быть, либо управление настолько просто, что я и так с ним разберусь. У меня все-таки несколько образований есть. Я в состоянии корабль спроектировать.

Эту фразу я Виктору припоминал потом о-очень долго и часто. А пока, еще раз осмотрев эту хреновину, я сказал:

– Не думаю, что они из металла, но, похоже, что весят порядочно. Сомневаюсь, что они могут куда-то полететь. Сомневаюсь, что они и от земли оторваться-то могут. Драконы тоже тяжелые, но эта штуковина гораздо тяжелее. И у дракона есть хотя бы крылья. Да и летает он не ахти как высоко и далеко. Тем не менее, я тоже слышал все эти россказни о летающих кораблях, где пассажиров было, как на приличном пароходе. Это сказки, Виктор, а в сказки я не верю. Но я могу и ошибаться. А если так и вы правы, то поздравляю вас с этим. А я вот лопаты нашел.

– Какие лопаты?

– Которыми землю копают. Вон – на стене висят.

Виктор непонимающе уставился на висевшие на стене инструменты.

– А зачем нам лопаты?

– Понятия не имею. Просто вы начали хвастаться, что нашли эти штуки со сложным названием, и я решил похвастаться, что нашел лопаты.

– Угу... угу... Знаете, Питер, я не то, чтобы жалуюсь, но я ожидал немного другого.

– Чего к примеру? Скатерти-самобранки? Я бы не отказался. Жрать охота.

– Ну, я думал, что это что-то вроде военного лагеря, форта... Не знаю... Палатки, там, или казармы... Гамаки, койки, кухонная утварь, оружие. Главное – книги и карты. А это больше похоже на конюшню.

– Тогда поищите свои книги и карты во-он за той дверью.

– Там еще дверь? Где? – Виктор вскочил и понесся к стене.

Я, не спеша, подошел как раз в тот момент, когда Виктор пытался всунуть лезвие ножа в чуть заметный стык между двумя пластинами.

– Даже не пробуйте. Я уже пытался. Не знаю, что это за материал, но, полагаю, что если вам и удастся просунуть туда нож, то потом вы сломаете лезвие. Металл на нем и даже царапин не оставляет.

– А вы уверены, что это вообще дверь?

– Нет. Как я могу быть уверенным, если мы ее не открыли? Но на других стенах таких стыков нет. Швы есть и они видны, а подобных стыков нет. Если посмотреть немного издали, то контур и напоминает большую дверь. В замках такие делают. Высокие, широкие, с двойными створками. Тут эти створки тоже видны. Кроме того – вся площадь этого сарая заставлена этими вашими воздушными кораблями, а проход сюда свободен и если соединить точку от этой типа двери с точкой ворот, через которые мы вошли, то получится ровнехонькая линия. Справа и слева все заставлено, а тут на дилижансе проехать можно. Кроме того, я видел подобные двери. Они, как правило, ведут в тайные ходы или комнаты. Но не думаю, что это – тайная комната. Иначе проход не оставляли бы открытым, а максимально загромоздили бы.

– Н-да-а... – задумчиво протянул Виктор. – Похоже, вы правы. А как же она отрывается?

– Сие мне неизвестно. И разбираться в этом до тех пор, пока я не поем, не собираюсь. А вы делайте, как знаете.

И я пошел на выход, к нашему барахлу, где лежала провизия.

***

Барахла было не то, чтобы очень много, просто оно лежало огромной бесформенной кучей. Мы очень торопились, протаскивая все это в открывшийся проход. По словам Виктора, через некоторое время, раздастся звук военной трубы, ворота закроются и остров уйдет под воду. Вынырнет он снова только через сутки уже возле мыса Белой чайки. Проверять, насколько Карелла прав, мне не хотелось. Он ведь мог и правым оказаться, а отсюда до мыса Белой чайки или просто до ближайшего берега я точно не доплыву. Потому и пахали мы как каторжники, пока не перетащили сюда весь груз. Причем, энтузиазма у нас было гораздо больше, чем у каторжников. От избытка энтузиазма у Виктора даже кровь носом пошла.

С "Каймана" на остров-призрак груз доставляло пять шлюпов. Карелла курсировал туда и обратно, чтобы ничего из наших вещей не осталось на корабле. Солнце только восходило, людей было много, поэтому управились довольно быстро. А вот когда все сгрузили, оттащили к единственной на острове скале и "Кайман" ушел, то началось самое тяжелое. Открылся проход и мы начали затаскивать вещи внутрь. Не то, чтобы вещи были какие-то исключительно тяжелые, просто их было много, а времени – мало. Кроме того, многие вещицы были весьма громоздкими и увесистыми. Особенно это касалось "Отчаянного" – корабля, который собрали Виктор с Ашуном. Тогда, еще в Вейонесе, я, помнится, высказал Карелла, что и кораблик маловат, и вещей очень мало. Он промолчал. Теперь я понял. С этой точки зрения Виктор видел дальше меня. "Отчаянный" перед транспортировкой разобрали на составляющие. И все эти составляющие, как одна, были громоздкими, неудобными и тяжелыми. Хорошо, что я не настоял, чтобы бочонки наполнили водой (Виктор сказал, что недалеко от базы есть ручей). Все ж легче тащить. Больше всего хлопот доставила небольшая лодка, которую Карелла прихватил, чтобы было на чем возвращаться с острова в Федерацию. По всем параметрам лодка была крохотной, но для двух человек все-таки тяжеловатой. И разбирать ее было не то, чтобы совсем нельзя, но нежелательно. Хотя под конец, мы были готовы наплевать на это. Просто уже ни плевать, ни разбирать, не было времени. Так что при помощи всего пантеона богов и всего моего запаса крепких выражений, мы, под палящим солнцем, таки затолкали ее в грот, где склизкие валуны, покрытые мелкими ракушками и спутанными водорослями, начали подрагивать, намереваясь начать сползаться. Успели.

***

Только-только я распалил костер, как появился Карелла. Я лишь сейчас заметил, что он устал гораздо больше меня. Еле ноги волочил.

– Открыл, – коротко сказал он. – Там кнопка есть. Справа. Большая и вровень со стеной. Сразу в глаза не бросается.

– И что там?

– Не знаю. Я не заходил. Решил вас подождать.

– Правильно. Там все что угодно может быть.

– Заткнулись бы вы, Питер. Не думаю, что там какая-то опасность. А если даже и так, то даже вы навряд ли сможете ее обнаружить. Наши предки понимали в технике куда как больше нас. И мозги у них, похоже, были устроены совсем по-другому. Просто мы добрались сюда вместе, и я подумал, что вы имеете столько же права... Короче, так будет честнее, на мой взгляд. Ясно?

В голосе Виктора сквозило явственное раздражение.

– Успокойтесь, Виктор, – миролюбиво сказал я. – Вы правы. Просто у меня мозги хорошо работают только в одном направлении. Сейчас поедим и пойдем посмотрим, что там такое. Тут есть какие-нибудь звери? Внутрь не забегут?

– Нет. – Карелла сидел на камне, и его болтало из стороны в сторону. – Я закрыл. Она закрывается той же кнопкой. Все очень просто. Я, Питер, есть не буду, но, наверное, посплю немного. Я уже третьи сутки... Никогда до самого конца не верил...

Бормотанье становилось все тише и бессвязнее, пока не затихло совсем. Обернувшись, я увидел, как Виктор уже с закрытыми глазами сполз с камня на кучу мха и сухой травы, которую я сгреб, расчищая место для костра. А заснул он, по-моему, еще сидя на камне.