Текст книги "Со второй попытки (СИ)"

Автор книги: Макс Мах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 22 страниц)

– Стыд… – повторила за ним Лили. – Если я умру, мне будет все равно. Если выживу, то это не слишком большая плата за жизнь.

– Хорошо. – Сириус встал. – Тогда, за работу. Я займусь созданием защиты, о которой будем знать только мы с тобой, а ты сцеди пока три унции своей крови и, хотя бы, унцию крови Гарри. И еще интимный вопрос…

– Тебе нужна моя месячная кровь? – ухмыльнулась Лили.

Сириус знал, что многие ведьмы хранят кое-что для полузапрещенных ритуалов, заклинаний и чар.

– Уж, извини!

– Бог с тобой! – Поморщилась женщина. – Раз надо, значит, надо.

Вот в чем было ее отличие от Джеймса. Она была прагматиком, а он непонятно кем. Романтиком? Фанатиком? Дураком?

***

Ему потребовалось почти три часа на настройку всей системы.

– Ты хорошо запомнила? – спросил он, завершив работу.

– Да, папочка! – вздохнула она. – Когда ты успел стать таким взрослым?

– Вчера я убил двух пожирателей, – невесело усмехнулся он в ответ. – Авадой, если что.

– Ты? Авадой? – не поверила она.

– Джей тебе не рассказал?

– Нет.

– Был бой, – решил Сириус объясниться. – Они убили одного нашего. Меня огрели камнем по голове, ну я и озверел. Осуждаешь?

– С чего бы? – удивилась Лили. – Ты не пришел к ним в дом, это был бой. И ты убил не беззащитную женщину или ребенка, ты убил взрослых вооруженных мужчин, которые хотели убить тебя. По-моему, все очевидно.

– Не всем.

– Ладно, уговорил, – улыбнулась она. – Я ношу эти артефакты все время с собой.

– Палочку тоже! – напомнил Сириус.

– Да, – кивнула она, соглашаясь, – палочку тоже.

– Дальше!

– Если не успею убежать, трансгрессирую сразу.

– Гарри прижимай плотнее, – напомнил Сириус. – Это боевой образец. Без удобств, лишь бы прорваться. И ты кое-что забыла.

– Точно, – не стала спорить Лили. – Если увижу, что не успеваю, бросаю «Василиска» им под ноги и тогда трансгрессирую.

– Без колебаний! – жестко остановил ее Сириус. – Артефакт настроен на бросающего, то есть на тебя и на Гарри. Вас не заденет, но, если Джеймс будет находиться в том же помещении…

– Я понимаю. – Мотнула она головой. – Если успею добежать до детской, у меня будет порядка пятидесяти секунд. Схватить Гарри и сумку и вперед. После прыжка окажемся в сквере. Поставить антимагловские чары и ждать тебя. Ты придешь в течение четверти часа. Если не придешь, побегу к Лонгботтомам. Только ты приходи, пожалуйста. Я не могу потерять вас обоих.

«Боже, какой я был дурак! – в очередной раз констатировал Сириус. – Зачем отдал ее этому оленю?»

Странно, но с тех пор, как их стало двое в одном, многие вещи, словно бы, изменили свой вид. Его дружба с Джеем и так трещала по швам, и началось это, когда Лилс вышла за Поттера замуж. Ревность плохой советчик, и сожаления о потерянном счастье не облегчают жизнь.

«Но я, как минимум, спасу их от смерти…»

О том, что Джеймс переживет атаку на свой дом, Сириус даже не мечтал. Не переживет, вот в чем дело. Впрочем, если его не будет дома…

«А вот тогда я просто набью ему морду!»

– Что ж, осталась самая неприятна часть, – сказал он, отвлекаясь от мыслей о Джеймсе.

– Откуда ты взял эти ритуалы? – вдруг спросила Лили. – Мне просто интересно.

Вопрос непраздный. Откуда у «паладина света» взялась эта ересь и как он, вообще, решился использовать то, что явно относится ко тьме?

– Когда я уходил из дома к Поттерам, – решился он рассказать все, как есть, – я был в страшном раздрае. Так зол, что, желая нагадить, покидал в свой сундук два десятка книг из библиотеки. Просто, чтобы у них их не осталось…

– Это были неслучайные книги, – догадалась женщина.

– Да, – усмехнулся Сириус, вспоминая тот день. – Это были книги с зачарованных полок. И никто не знал, что я уже разобрался в этих чарах, как и в тех чарах, что стояли на сейфе отца. Вот только возраст! Мне не хватило ума взять из сейфа достаточно денег, а потом мне перекрыли кислород. Но книги я взял, и уже в Хогвартсе стал их просматривать. Темная магия, магия крови, древняя магия кельтов… Позже мне пришлось вернуть эти книги, поскольку отец угрожал обратиться к Дамблдору. Но к тому времени я уже многое узнал, но, главное, запомнил. У меня, знаешь ли, очень хорошая память. Вот откуда все это взялось.

Он не стал уточнять, что еще накануне ему бы и в голову не пришло провести хотя бы один из этих отвратительных ритуалов. А сегодня… Сегодня он действовал, исходя из принципа «Цель оправдывает средства». Чистая прагматика и никакой крамолы.

Следующие два часа он проводил запрещенные Министерством ритуалы. Глупость, конечно, но эти умники запретили все ритуалы, в которых участвуют человеческие жидкости: кровь, пот, слюна и моча, сперма и женские выделения. Но именно с ними он и колдовал, так что теперь любая проверка подтвердит, что он имел с Лили многолетние «сексуальные контакты», был ее первым мужчиной и зачал с ней ребенка. И напротив, все следы Поттера были «подтерты», словно бы его и не было. И как только завершился последний ритуал, у Гарри поднялась температура. Не на много и неопасно, но мальчик захандрил, потому что медленно и верно превращался из Поттера в Блэка. Правда, чтобы завершить превращение, нужен был еще один – последний, – штрих. Необходимо было провести еще один завершающий ритуал, и, поскольку в алтарный зала Блэк-хауса Сириус попасть сейчас не мог, пришлось тащиться в Крепость. Крепостью называли старый манор Блэков на реке Северн – Темный Утес. Там давно никто уже не жил, но алтарный камень Крепости был даже сильнее того, что находился в доме на Гримо 12. Он был древнее, и серьезно намолен многими поколениями Блэков, для которых служил еще и жертвенником. Вот там Блэк и провел «Замыкающий» ритуал. Длинный, тяжелый и выматывающий, но необходимый для его плана. Как добрался до дома, не запомнил, но утром проснулся в своей постели на своей съемной квартире…

1.3 Суббота, 30.10.1981

Прежде всего, он послал матери сову с короткой запиской. Это была вежливая просьба принять его и выслушать. С припиской, что речь идет о крайне важном деле для всей семьи Блэк, для всех ее членов, сколько их ни осталось в живых на данный момент. На самом деле, он знал, что кроме Вальбурги и него в живых остаются несколько переставших «выходить на связь стариков» и три замужние кузины Беллатрикс Лестрейдж, Нарцисса Малфой и Андромеда Тонкс. Однако все они, так или иначе, оставались его семьей. Только раньше он этого не понимал, и сейчас боялся, не стало ли слишком поздно для того, чтобы вернуться. Но не попробуешь, не узнаешь. Вот он и попробовал, и, к его радости, мать ответила. Не сразу. Не тотчас, а, выждав долгие четыре часа, она пригласила его на пятичасовую чашку чая.

– Матушка, – поклонился он, поднявшись к ней в гостиную.

– Сириус. – Она явно была удивлена.

Он не называл ее «матушкой» с одиннадцатилетнего возраста. Только «мадам» или «леди Вальбурга».

– Что привело тебя в отчий дом? – Звучало почти равнодушно, но подтекст был, и Сириус его услышал.

– Вина. – Это слово Сириус постарался произнести, как можно более искренно. – Забота… Вернее, отчаяние и необходимость.

– Расшифруешь свои намеки? – подняла женщина бровь.

– Затем и пришел. – С этими словами Сириус опустился на колени и склонил голову.

«Мизансцена – возвращение блудного сына…» – подумал он мимолетно, но вслух произнес совсем другие слова.

– Простите меня, матушка, – сказал он, не поднимая головы. – Я так виноват! Простите, если сможете!

– Вот как… – Похоже, ему удалось ее удивить.

– Означают ли твои слова, сын мой, что ты готов вернуться домой?

«Она назвала меня сыном. Это прогресс».

– Да, – ответил он вслух. – Я хочу вернуться домой.

– Готов принять на себя обязанности старшего в роду? – Было очевидно, она ему не доверяет.

– Да, – подтвердил Сириус свое желание вернуться в семью. – Но с условием, что ты мне поможешь. Я многого не знаю. Прости.

– Кольцо лорда? – решила все-таки уточнить мать.

– Надену, если позволишь. – Его ответ был очевиден.

– Женишься?

– Да, но…

– Но?

– Мы будем обсуждать кандидатуры вместе.

– Это приемлемо, – согласилась Вальбурга.

– Объяснишь причину таких перемен?

– Сама можешь узнать, – поднял наконец голову Сириус. – Давно не смотрела на родовой гобелен?

Это был тонкий момент, и ему оставалось лишь надеяться, что после смерти младшего брата она перестала ходить в гобеленную комнату.

– Почти два года, – тяжело вздохнула женщина. – Слишком печальное зрелище.

– Посмотри, – предложил Сириус. – Возможно, кое-что тебя порадует.

– Мальчик или девочка? – сразу же подалась к нему мать.

– Мальчик.

– Бастард?

– К сожалению.

– Ерунда! – отмахнулась от него женщина. – Женишься, признаешь.

– С этим могут быть сложности, – поморщился Сириус, вставая с колен. – Она замужем. За другим, естественно.

– Но мальчик Блэк?

– По крови.

– Включим в род, – пожала плечами женщина. – Или мать против.

– Мать не против, – поморщился Сириус. – Но тут такое дело, за мальчиком охотится твой Темный Лорд.

– С чего это ему охотится за ребенком? – не поняла Вальбурга.

– Давай, я расскажу тебе эту историю полностью, – предложил Сириус. – И ты сразу все поймешь.

Разумеется, Сириус многого не знал. Прежний Сириус ничем особо не интересовался и, как ни странно, вовсе не обращал внимания на некоторые нестыковки во всей этой истории, но вот нынешний Блэк ясно видел, что история эта мутная, и вполне возможно Поттеры в этом деле являются «сопутствующим ущербом». Вопрос лишь в том, что такого навоображал себе Волан-де-Морт, узнав о некоем пророчестве. К сожалению, в Ордене Феникса у Сириуса был слишком низкий уровень допуска, и он не знал текста самого пророчества, как не знал и того, что именно узнал Волан-де-Морт: весь текст, его часть или общую идею. Его же неспроста потянуло вдруг искать именно Поттеров, а Дамблдор отчего-то спрятал их так, что любому охотнику сразу захочется добыть эту «дичь» любой ценой. Зачем? Бог весть, но по факту их можно было спрятать, не привлекая к этому излишнего внимания и при том, спрятать так, что хрен найдешь, а найдя, фиг возьмешь. Резиденция Блэков на площади Гримо тому живой пример, но фениксовцы словно бы хотели не столько спрятать Поттеров, сколько раззадорить Темного Лорда. И опять-таки, зачем? В чем смысл интриги? Вопросов и недоумений было много, и Сириус рассказал матери буквально все, что знал, включая свои сомнения, и, как ни странно, произвел этим на нее сильное впечатление.

– Ты действительно повзрослел, – констатировала она. – Ладно, Сириус. Я приму эту девочку в своем доме и, наверное, буду не против вашего брака. В конце концов, после развода она останется леди Поттер…

«Или станет вдовой Поттер, если все обстоит так, как я думаю».

– Давай все-таки взглянем на гобелен, – предложил он.

– Что ж, – улыбнулась женщина, – пойдем посмотрим.

То, что Гарри появился на гобелене рода Блэк, Сириуса не удивило. Поразило другое. Алтарь в Темном Утесе весьма своеобразно воспринял ритуал, проведенный Сириусом, потому что Магия Рода Блэк не только приняла Гарри, она еще и поженила их с Лили, потому что сейчас Гарри Поттера звали Ригель[8] Блэк-Поттер.

– Что ж, – сказала на это леди Вальбурга, с интересом посмотрев на своего не такого уж непутевого, как выяснилось, сына, – дело, как я вижу, сделано. Я передам Темному Лорду, что Гарри мой внук, а Лилиан – невестка. Думаю, он от вас отстанет. Ну, не безумец же он?

И тут Блэк кое-что вспомнил. Этот вопрос обсуждала молодежь в окружении старшего Сириуса.

– Боюсь, что он именно безумец, матушка, – возразил он матери. – Он наделал себе кучу крестражей.

– Ты уверен? – насторожилась Вальбурга.

– Это разведданные, – пожал он плечами.

– Сколько? – побледнела его мать.

– Не знаю, – честно признался Сириус, пытаясь вспомнить детали. – Но, кажется, больше трех. Наверное, пять или семь.

– Это плохо.

– Я тоже так думаю, – осторожно согласился с ней Сириус.

– Ладно, – кивнула леди Вальбурга, – для начала спрячем их, а после посмотрим, что еще можно сделать. У нас есть Чрезвычайный Портал в наш замок Castillo Negro[9]. Это западнее Барселоны, и там нас искать точно никто не станет. О нем и не помнит уже никто, а защиту там ставили еще в те времена, когда маги были не чета нынешним…

«Дело сделано!» – с облегчением вздохнул Сириус. – Теперь главное, чтобы у Лилс все получилось».

Он не знал, как и когда ударит Волан-де-Морт. Однако где-то в глубинах памяти уже не в первый раз появлялось уточнение: «в ночь Хэллоуина».

«Но, если действительно Хэллоуин, значит, нападения надо ожидать завтра».

Вечером он заскочил к Поттерам, предполагая тихо предупредить Лилс о 31 октября. Однако шептаться не пришлось. Джеймса снова не было дома…

1.4 Воскресенье, 31.10.1981

Этот день Сириус провел в доме у матери. Из Аврората, куда он было сунулся, его шуганули. Гавейн Хавкинг накатал рапорт, и, хотя Скримджер не дал делу ход, на пару дней, чтобы не ссориться с группой Гестии Найтгейлл, которая негласно входила в руководство Ордена Феникса, отстранил Блэка от службы на неделю. Называлось, «отпуск без содержания». То есть, и с дежурств убрали, и денег не заплатят. Вот Сириус и подался в Блэк-хаус. Там у него, как выяснилось, все еще была своя комната, в винном погребе прозябали в небрежении редчайшие сорта огневиски и эльфийского вина, и, что немаловажно, в доме на Гримо 12 по-прежнему хорошо кормили.

На душе было неспокойно. И дела какого-нибудь, чтобы отвлечься, к сожалению, не нашлось. Так что, Сириус сидел в библиотеке, бесцельно перелистывал то одну книгу, то другую и пытался разобраться со своим «внутренним миром». Выходило, что он все еще Сириус Блэк, но Сириус, проживший долгую и трудную жизнь в другое время и в другом мире. Этот Блэк тоже помнил 70-е годы, но, как мальчишка магл, а не как юноша волшебник. Три войны и три академические степени, жизненный опыт и обширные знания – все это нечувствительно перешло в личное пользование Сириуса, вытеснив из него всякую дребедень типа «дела света» и протестного поведения. А вот кем он был где-то там в будущем, в какой стране жил и в каких учился университетах, осталось за кадром. И то, где служил, с кем и когда, как и то, где затем делал академическую карьеру, все это было, словно бы, нарочно вымарано из его памяти. Поэтому, с одной стороны, он оставался тем самым двадцатилетним парнем, каким был до «удара по голове», но одновременно это был уже и не он. Другой человек, иначе воспринимающий окружающую его действительность, и поступки его отражали это новое мировоззрение, мало похожее на его прежние взгляды и убеждения.

Пил он мало, читал рассеянно, а потом время вышло. В начале одиннадцатого сработали сигнальные чары, и Сириус ринулся из библиотеки вниз. Крикнул, пробегая через холл, – «Матушка, будьте готовы!» – и, выскочив за дверь, сразу же трансгрессировал в тот сквер, на который был настроен эвакуационный портал. На все про все ушло не более пяти минут, но Лили и Гарри уже были там. Женщина сидела на траве, прижимая к себе мальчика и ее трясло мелкой дрожью, а из горла вырывались звуки рыданий.

– Ну, все, все! – попытался успокоить ее Сириус. – Все позади!

Однако успокоить рыдающую женщину оказалось непросто, тем более что вместе с ней рыдал теперь и ребенок. Пришлось вливать успокоительное в обоих, а время, между тем уходило, и, даже не зная о том, что именно случилось в доме Поттеров, Сириус чувствовал, им стоит поспешить. Но и торопить Лили он не мог. Судя по всему, его прогноз оказался верен, случилась атака, и она явно успела унести ноги в самый последний момент. Тем не менее, Успокоительное зелье сделало свое дело. Гарри уснул, оказавшись на руках у Сириуса, а там и Лили пришла наконец в себя.

– Там… – хрипло выдохнула она.

– Расскажешь дома! – остановил ее Сириус. – Нам лучше уйти с улиц. Ты меня понимаешь?

– Д-да, – кивнула Лили.

– Парную аппарацию вытянешь?

– Да, – уже более уверенно ответила женщина.

– Отлично! Тогда держи меня за плечо, а Гарри останется у меня на руках.

– Хорошо, – положила она руку ему на плечо.

– На счет три! Раз…

К счастью, Лили действительно справилась с истерикой, и прыжок на площадь Гримо прошел штатно.

– Не отставай и не убирай руку! – скомандовал Сириус, выходя к крыльцу дома номер 12.

– Это не Фиделиус, – удивилась Лили, когда увидела фасад дома, крыльцо и дверь.

– В том-то и дело, – покачал головой Сириус. – Фиделиус не панацея, и он не безупречен. А это Старая Магия…

– Темная? – спросила женщина, проходя вслед за ним в дом.

– Зато надежная, – пожал плечами Сириус.

– Привыкай, – бросил через мгновение. – Теперь ты будешь часто с ней встречаться…

– Добро пожаловать домой, милая! – Такого приветствия, если честно, Сириус от матери не ожидал, но она смогла его удивить.

– Проходите в гостиную, – предложила она. – Времени у нас мало, но на чашку чая хватит.

Знакомились уже в гостиной, куда Кричер подал чай и сладости. Там же, но уже прихлебывая горячий чай, Лили рассказала, что произошло в Годриковой впадине. Впрочем, все, кроме одного момента, оказалось в точности таким, как предсказал Сириус. Он думал, что Поттера не будет дома, но Джеймс как раз заскочил, чтобы переодеться. Его куда-то посылал Орден Феникса. Еще пять-десять минут, и они с Волан-де-Мортом наверняка разминулись бы, но Поттеру не повезло, и, когда раздался стук в дверь, он пошел открывать, даже не захватив с собой палочку. Лили хотела его остановить, но не успела, ночной посетитель оказался человеком нетерпеливым, и попросту вышиб дверь Взрывным заклинанием. Одновременно «закричала» поставленная Сириусом сигнализация. Включился щит, который задержал самого нападавшего, но не луч Авады, ударивший Джеймса в грудь. С этого мгновения, вышедшая из ступора Лили действовала так быстро, что даже не поняла, как оказалась в детской. Вторая сигналка «заверещала», когда агрессор вступил на первую ступень лестницы. Но Лили в этот момент уже запихивала Гарри в слинг[10]. Она активировала «Взгляд Василиска», когда шипевший по-змеиному Волан-де-Морт находился на середине подъема, и открыла портал, раньше, чем он добрался до двери в детскую.

Когда все немного успокоились, Сириус взял сонного Гарри на руки и отнес его в алтарный зал. Он должен был провести тот ритуал, который обычно проводится в чистокровных семьях, и который по дурости не стал проводить Джеймс. Что ж, это оказалось весьма кстати. Он объявил перед магией рода Блэк, что Ригель Блэк-Поттер его сын и наследник, и магия приняла его представление…

1.5 Понедельник, 1.11.1981

Вальбурга, Лили и Гарри, – называть его Ригелем язык не поворачивался, – отбыли порталом в Магическую Иберию в три часа ночи, и Сириус с чистым сердцем лег спать. Но нормально отдохнуть не удалось. Одна за другой к нему прилетели три совы. Первым в 6:35 утра был сыч Лонгботтома. Второй с отставанием в три минуты прилетела сова от Грюма. И, наконец, еще через пять минут до Блэка добрался министерский филин, принесший официальный запрос от начальника оперативного отдела Аврората Пигмалиона Девилпорта. Все трое сообщали, впрочем, без подробностей о том, что ночью произошло нападение на дом Поттеров, и спрашивали, что было совсем уже странно, не знает ли мистер Блэк, что там произошло. Содержание записок настораживало. То есть, прежний Сириус подвоха даже не заметил бы и с его-то импульсивностью тут же рванул в Годрикову впадину. Однако нынешний Блэк удивился тому, что ни один из его корреспондентов «не озвучил» детали происшествия, словно ожидали подробностей именно от него. Почему? Знали, что он там был? Но в момент нападения его там не было. Думали, что он как-то причастен, но тогда, вопрос, причастен к чему? К исчезновению Лили и Гарри, к гибели Джеймса или к самому нападению? Судя по всему, никто из его корреспондентов не знал, что он не является настоящим хранителем тайны дома Поттеров. Напротив, они были уверены в обратном, а о том, что он всего лишь «зицпредседатель»[11], знали только сами Поттеры, Питер Петегрю и Дамблдор, устанавливавший Фиделиус на дом Джеймса и Лили. Впрочем, министерские, вообще, не знали, что он как-то связан с Фиделиусом, зато им было известно, что он самый близкий друг Джеймса и часто навещает Поттеров, зная, по-видимому, где они скрываются. Однако, кроме всего этого, они знали, за что его отстранили от дежурства в Аврорате. Убийство при «отягчающих», – а Пиг Девилпорт был из истинно верующих светлых, – и знаковая фамилия Блэк, ведь никто даже представить себе не мог, что он разругался с собственной матерью, и вот вам портрет «опасного темного мага», чьи политические предпочтения отнюдь не очевидны.

Ознакомившись с письмами, Сириус порадовался, что еще накануне догадался попросить у Лили официальное письменное заявление о том, что Блэк не является гарантом Фиделиуса Поттеров. Был у него на руках и другой документ. Свидетельство леди Вальбурги Блэк, что весь день 31.11.1981 ее сын провел дома, так как у него обострились симптомы темного проклятия, полученного им в бою год назад. Это заявление, сделанное для нужд Аврората, так как ее сын не смог выйти на службу, а об отстранении от патрулирования она якобы не знала, было подтверждено компетентным мнением одного немолодого целителя, которого, якобы, вызывали к Сириусу. В частном порядке доктор Адонис Плобб сообщил компетентным органам, но позже, что у Сириуса был нервный срыв и он едва не ушел в запой. В любом случае, Блэк не покидал дом своей матери, и значит, даже теоретически никак не был связан с событиями в коттедже Поттеров.

Сейчас же, ознакомившись с пришедшими к нему письмами, Сириус написал Лонгботтому и Грюму, что, вообще, не знает, о чем идет речь, и попросил сообщить ему подробности, но, главное, написать, что с Поттерами! Живы ли? Здоровы? Не пострадали ли? И все в том же духе. А сам он, дескать, прибудет в Министерство, как только немного придет в себя. Затем, он вызвал домой семейного адвоката Блэков, вручил ему документы, включая сделанное Лили описание событий в доме Поттеров, и пришедшие с утра письма, и попросил наведаться в Аврорат где-нибудь часикам к двум-трем пополудни, чтобы выяснить, не засадили ли его часом в кутузку по какому-нибудь высосанному из пальца обвинению. Сам же Сириус отправился в Аврорат только ближе к полудню. Душ не принимал, одежду не сменил, а рот прополоскал виски, не забыв заодно накапать благородным напитком на несвежую рубашку и мятые брюки. И шел он, надо сказать, с тяжелой душой.

Дело в том, что с опозданием на два часа вышел чрезвычайный выпуск «Ежедневного Пророка», сообщавший, – это была центральная новость номера, – о нападении на дом Поттеров. Выглядело это более, чем странно, поскольку Поттеры были отнюдь не первой семьей волшебников, на которую напали пожиратели, и на сенсацию это никак не тянуло. Но дальше больше. Во-первых, сообщалось, что нападение осуществил никто иной, как лично Тот-кого-Нельзя-Называть. И откуда бы журналистам знать об этом факте? Однако и это были всего лишь цветочки, ягодки последовали далее по тексту. Оказывается, в доме разыгралась настоящая трагедия. Аврор Поттер отчаянно защищал свою семью, но сберечь их все-таки не сумел. Погибли оба, и его жена, и его сын, а вслед за ними ушел на перерождение и сам лорд Поттер, забрав с собой жизни трех пожирателей, но главное, уничтожив Сами-Знаете-Кого. Вот это была уже настоящая песня. Мало того, что откровенное вранье, так еще и оскорбительное вдобавок. Ни Лили, ни Гарри в статье не были названы по именам, и, вообще, упомянуты лишь вскользь. Статья была, собственно, о Джеймсе, который, к слову сказать, лордом не являлся. Лордом Поттером по завещанию отца Джеймса должен был со временем стать как раз Гарри, так что, в отличие от отца, его-то можно было назвать лордом-наследником на совершенно законных основаниях. Однако целью статьи, насколько можно было понять, являлось создание образа Безупречного Героя. Зачем это было нужно и кому, Сириус догадывался, но даже такого циника, как он возмутило, как это было сделано. Тем более, что он-то как раз знал, – и знал со слов очевидца и активного участника событий, – что и как на самом деле произошло в доме Поттеров. Поэтому и в Министерство он шел в отвратительном настроении. Ему очень не хотелось убедиться, что и он сам, и Поттеры действительно стали пешками в какой-то грязной игре политиков. И кто именно затеял эту игру, ему знать тоже не хотелось.

К сожалению, его опасения подтвердились сразу, едва он успел переступить порог дежурки Аврората. Его там, оказывается, ждали и сразу же арестовали, изъяв палочку и надев на него антимагические кандалы.

«Мило…»

Разочарование в людях было, разумеется, велико, но нынешний Сириус умел держать удар. Так что он не впал ни в истерику, ни в депрессию, а просто принял к сведению, что «все суки» и «верить никому нельзя».

Допрашивали его, что характерно старший аврор Фрэнк Лонгботтом и специальный агент Аластор Грюм. Их интересовало, когда и при каких обстоятельствах Сириус Блэк стал пожирателем и прочая чушь в том же роде.

– Вообще-то, я все еще действующий аврор, – напомнил Сириус, едва прозвучали первые вопросы.

– Это ненадолго, – криво усмехнулся Грюм.

– Ну, да, – кивнул Сириус. – Тебе же, Грюм, мозги давно отбили. Прокалываешься на пустяках.

А вот Фрэнк Лонгботтом все понял правильно и даже поморщился от досады. Хотя и его понять несложно, от Сириуса никто такой подлянки не ожидал, а он возьми и объяви тревогу по Аврорату. Для этого не нужна палочка. Действующий аврор может включить оповещение одним лишь сильным желанием. Желание у Блэка было, и сигнализация сработала, как следует, так что через минуту допросная наполнилась спешащими на помощь аврорами, и Сириус попросил их вызвать кого-нибудь из ДМП, и хорошо бы, если это будет Амелия Боунс. Это тоже являлось прерогативой действующих авроров. Их нельзя допрашивать без присутствия представителя ДМП.

И вот они уже сидят вчетвером, а время 13:10.

«Будем тянуть», – и он тянул сколько мог, тем более что Грюм с его паранойей и взрывным характером ему не столько мешал, сколько помогал.

– Все! – сказал он, когда внутренние часы «пробили» 14:00. – Хватит маяться херней. Вот, как было дело. Во-первых, Фиделиус на дом Поттеров ставил Альбус Дамблдор. Так что самое простое – это спросить Альбуса, кто являлся хранителем тайны.

– Мы спрашивали, – отмахнулся Лонгботтом. – Оттого ты и сидишь здесь, Сири, что Дамблдор указал на тебя!

«Вот же сукин сын! – практически восхитился Сириус. – А я, дурак, все еще надеялся, что ошибаюсь!»

Получалось, что кто-то, и скорее всего, это был Дамблдор, крутит не одну, а две операции. И, если первая напрямую связана с Поттерами, то целью второй, увы, является именно Сириус или, вернее, род Блэк.

«Нас решено уничтожить… Любопытно!»

– Великолепно! – сказал он вслух. – Но тут неувязочка вышла. Во-первых, имея в виду обвинение в измене и соучастии в убийстве аврора Поттера...

– Лорда Поттера! – поправил его Лонгботтом.

– Мистера Поттера, – покачал головой Сириус. – По завещанию Карлуса Поттера Джеймс лишен права наследования титула. Лордом-наследником является сын Джеймса и Лили Гарри.

– Минуту! – остановила их Амелия Боунс. – Лорд Блэк, вы это точно знаете?

– Лорд? – не понял Грюм. – Мать же выжгла его с родового гобелена!

– Никто меня ниоткуда не выжигал, – усмехнулся Сириус. – Эту историю я рассказывал девушкам в Хогвартсе. А на самом деле, я принял главенство над родом еще три дня назад.

– В нашем Кодексе Сириус Блэк фигурирует, как лорд Блэк, – внесла уточнение представитель ДМП. – Я как раз сверилась с данными, когда меня вызвали сюда.

– А теперь придется вызывать еще и представителя Визенгамота, – добавил Сириус. – Как лорд Блэк, я являюсь членом Визенгамота, а значит, допрашивать меня можно только с разрешения ДМП и в присутствии кого-то из заместителей Председателя Визенгамота.

– Пригласим Дамблдора, – предложил Лонгботтом. – Председатель всяко лучше, чем заместитель.

При этом выражение лица у Фрэнка было такое, что в его присутствии наверняка скисло бы молоко. Впрочем, Грюма ломало не меньше. И Сириус вдруг отчетливо понял, что своими действиями он обеспечил себе не жизнь, а свободу. Он сможет повернуть дело так, что всем станет понятно, что он невиновен. Обвинить, осудить и посадить его в Азкабан, заговорщики уже не смогут, но и оставлять его в живых после этого им незачем.

«Подстроят несчастный случай…»

Ждали недолго. Как видно, Дамблдор ошивался где-то поблизости. Возможно, дурил голову министру, или просто ждал «исхода допроса». В любом случае, он появился буквально через десять минут, а еще через пять минут в допросную вошли адвокат Блэков – мэтр Гослинг и член Визенгамота лорд Пойнинггс. Выгнать их было нельзя, и Дамблдор согласился на их присутствие, хотя даже не подумал скрывать свое недовольство.

– Итак, продолжим! – предложила Боунс, взяв слово на правах «старшей по званию». – Мы обсуждали вопрос виновности лорда Блэка в смерти членов семьи Поттер. И первый наш вопрос, кто являлся гарантом Фиделиуса, установленного на дом Поттеров.

«Хороший вопрос», – кивнул мысленно Сириус и не стал мешать Дамблдору закопаться с головой.

– Я не знаю, кто устанавливал Фиделиус на дом Поттеров, – ожидаемо, хотя и неожиданно, заявил Великий Светлый Волшебник, – но со слов покойного лорда Поттера, знаю, что гарантом выступал Сириус Блэк.

– Внесите эти слова в протокол, – потребовал лорд Пойнинггс, являвшийся другом и собеседником всех старших Блэков. Его присутствие, как догадался Сириус, было обеспечено просьбой Вальбурги.

– Зачем это вам, коллега? – «удивился» Дамблдор.

– Для порядка, – ответил старичок.

– Это заявление в связи с его содержанием в любом случае должно быть запротоколировано, – внесла ясность Амелия Боунс.

– Тогда, с вашего позволения я хотел бы прокомментировать заявление господина председателя, – снова заговорил лорд Пойнинггс. – Во-первых, покойный мистер Поттер не лорд, не был им и не мог являться, поскольку по завещанию его отца лорда Карлуса лордом-наследником является сын Джеймса Гарри. Во-вторых, присутствующий здесь лорд Блэк действительно является лордом в связи с тем, что уже три дня, как принял главенство над родом. И в-третьих, адвокат рода Блэк мэтр Гослинг располагает документом, собственноручно написанном и, разумеется, подписанном миссис Поттер. В этом документе миссис Поттер утверждает, что Фиделиус на их дом ставил лично Альбус Дамблдор и что хранителем тайны является мистер Петегрю. Питер Петегрю, если быть точным.

– Это подлинный документ? – опередила Боунс готового вступить в разговор Дамблдора.