Текст книги "Со второй попытки (СИ)"

Автор книги: Макс Мах

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 22 страниц)

– Тогда, ведите! – предложил он, подхватывая сумку и баул.

– Да, тут рядом, собственно, – пожала плечами Белла и вытащила из кармана короткую стальную цепочку. – Как раз на три руки.

Она оказалась права. Они взялись за цепочку все вместе, и Беллатрикс активировала портал. Вот тут его тряхнуло так тряхнуло, и вывернуло, и снова свернуло, но в конце пути он оказался в каминном зале замка.

– Бови! – тут же позвала Лили, и неподалеку от них материализовался домашний эльф, закутанный в чистое кухонное полотенце. – Ванну для лорда Блэка, – кивнула она на Сириуса, – и подбери ему что-нибудь из одежды. Боюсь его прежний гардероб будет милорду Блэку слегка маловат.

– Обед через час, Сири, – а это уже было сказано ему. – И… Ты на долго?

– На три месяца, – сообщил Сириус и тут же спохватился, что его могут неправильно понять. – А потом ты ко мне хотя бы на пару месяцев.

– Это-то понятно, – отмахнулась от него Лили. – Я о другом хотела спросить. Если на три месяца, то сбрей, пожалуйста, бороду, а то колешься!

На самом деле, он и так собирался сбрить бороду. Одно дело, когда ты Старк из Винтерфелла, и совсем другое, когда ты Блэк из Блэк-Хауса. Но ему понравился подтекст реплики. То есть, она не возражала против «начать там, где мы только что остановились», но уже без колючей бороды. И к нему в Винтерфелл она собиралась даже без дополнительных реверансов в ее сторону. Это была хорошая весть, потому что, увидев ее сейчас, он понял, что никогда, на самом деле, ее не забывал, и это означало, что продолжение следует. А пока, улыбнувшись, он кивнул Лили, что называется, «соглашаясь сразу на все», и позволил домовику перенести себя в приготовленные для него апартаменты.

Правду сказать, Сириус никогда не жил в Темном Утесе. Да и бывал в замке только по случаю очередных похорон, – поскольку семейное кладбище Блэков располагалось именно здесь, – и прекратил бывать много лет назад, когда по глупости разорвал навсегда, как тогда казалось, все семейные связи. Так что своей комнаты у него здесь не было. А эти апартаменты подготовили специально для лорда Блэка, и, увидев огромную кровать, занимавшую едва ли не треть весьма внушительных покоев, он мысленно усмехнулся, приняв предложение, как есть, то есть дословно. Настроение от этого поднялось еще выше, а ванна, похожая на маленький бассейн, и все эти давным-давно забытые волшебные бальзамы и декокты только усилили эффект. Что же касается одежды, дела с ней действительно обстояли хуже некуда. Размеры Сириуса, ставшего Эддардом, изменились весьма впечатляюще. Он и сам не думал, что настолько вырос, раздвинулся в плечах и оброс мощной мускулатурой. Все-таки тяжеловооруженный всадник – это не волшебник с палочкой в руке. Другие требования к физической силе, и, соответственно, к размерам. Тем не менее, кое-какую одежду ему сварганить смогли. Лили и Белла в четыре руки удлинили джинсы, немного расширив брючины, раздвинули в плечах футболку и рубашку, подогнали под размер ботинки.

– Завтра прошвырнемся по магловским магазинам в Эдинбурге, – проинформировала его Лили, – а потом, когда оденем тебя, как надо, и подстрижём, как следует, тогда можно будет сходить на Косую Аллею. Вот будет фурор!

– Как бы не обделались со страху, – хмыкнул Сириус, представив, как появляется в Гринготсе или в магазине Олливандера.

У него уже была волшебная палочка, но она всего лишь приспособилась к новому хозяину, так и не став Сириусу родной. Так что следовало купить новую, а значит засветиться в полный рост. Впрочем, это были дела завтрашнего дня, а день сегодняшний был отмечен обильным обедом, вручением подарков, – меха в ассортименте и крупные драгоценные камни, – и долгим разговором, в котором так же приняла участие леди Вальбурга, объявившаяся в Темном Утесе как раз к десерту. Она представила сыну Ригеля Блэк-Поттера, которого Сириус помнил годовалым младенцем. Сейчас же это был довольно высокий для своего возраста четырехлетний мальчик, который откровенно стеснялся, представ перед своим полумифическим отцом, но, судя по всему, испытал настоящий прилив счастья, осознав, что у него действительно есть отец, – а не одни только разговоры о нем, – и что отец у него более, чем представительный. Такого крупного и сильного мужчину Риг увидел впервые, поскольку в его кружении и, вообще, было мало мужчин, а уж таких, как Великий лорд Старк, не было вовсе.

Мальчик просидел с ними около часа, уплетая за обе щеки магловский шоколадный торт, клубнику со сливками и поданных специально для него шоколадных лягушек. В общем, мальчик был счастлив и не стал спорить, когда его отправили делать уроки и ложиться спать. Тогда, собственно, и состоялся главный разговор.

– Нет, матушка, – покачал головой Сириус, – извини, но нет. Я не могу бросить своих людей и, к слову сказать, детей, о которых я вам писал. У Старка есть семья, и за четырнадцать лет, что я провел в Вестеросе, я привык, что у меня есть младшие брат и сестра, у которых есть свои дети. Я там, в Вестеросе, Великий лорд, что по нашим меркам, практически правящий герцог. Только монету не чеканю, остальное все свое: и армия, и заграничная торговля и даже вера на Севере иная, чем в других королевствах. Я за этих людей в ответе и бросить их не могу. Во всяком случае, не сейчас. Но, учитывая, десинхронизацию временных потоков, я теперь смогу посещать вас часто и гостить подолгу. Лили тоже сможет меня навещать. Позже, когда подрастёт Риг, я буду рад показать ему настоящих рыцарей и устроить охоту с луками и стрелами на оленей и с копьем или рогатиной на кабана. Но полностью перебраться сюда я сейчас не могу. Извини!

Этот вопрос они уже обсуждали в письмах, но, учитывая ограничения, существующие у переписки, старались не перегибать палку ни в одну, ни в другую сторону. Сейчас же, сидя за одним столом, каждый мог высказаться, что называется, начистоту. И высказались. Даже Лили, настроенная не так агрессивно, как Вальбурга и Белла, высказала кое-какие завуалированные претензии по поводу его винтерфеллской семьи, жены и детей.

– Вообще-то, я вам об этом уже писал, но могу повторить. Я там не женился. Я получил семью и все прочее в наследство от своего двойника. И после этого восемь лет жил в полном неведении, что существует хотя бы теоретическая возможность вернуться назад. Мне продолжать или остальное сами поймете? Я, итак, уже сделал все, что в моих силах. С женой в разводе, окружен только проверенными людьми. Младшему ребенку, между прочим, как раз пять лет. Намек понятен?

Разумеется, то, что он перестал спать с Кейтилин не означает отсутствия в его жизни других женщин. Но те фемины не в счет, поскольку никаких отношений он с ними не заводил. Только секс для здоровья и ничего более. Но рассказывать об этом в узком семейном кругу, разумеется, не стоило, он и не стал. Однако еще полчаса ушло на обсуждение того, перед кем у него долг больше. Но слава богам, он смог довести до женщин свою точку зрения, и они ее, в конце концов, вынуждены были принять. Поэтому в спальню они с Лили пришли уже в хорошем расположении духа, а после первого же поцелуя все проблемы сразу же ушли прочь. Остались только они двое: он и она. И страшный голод. Сириус, если честно, никогда не думал, что его пробьет на такую бешеную страсть, но и от Лили он ничего подобного не ожидал. И, однако же, получил.

Первый заход, если можно так выразиться, характеризовался звериной страстью. Никаких игр, никаких прелюдий. Только его член и ее лоно, и жадное желание с обеих сторон как можно скорее «слиться и кончить». И, в принципе, будь Сириус снова юным аврором-практикантом, он бы наверняка излился в нее буквально после нескольких фрикций. Но он давно уже стал другим. Здоровый бугай, спокойный, как скала, на которой стоит Винтерфелл, и выдержка у него теперь была такая, что «смотрите и завидуйте». В общем, она кончила под ним, на нем, и еще как-то иначе то ли три, то ли четыре раза, и только тогда кончил в нее он, заполнив ее своим семенем так, что только что из ушей не текло.

Вот после этого пришла очередь нежности и «вычурности». Ее тело было бесподобно, и выглядела она так, что от одного лишь взгляда на все эти изгибы и выпуклости хотелось тут же овладеть ею и иметь затем долго и со вкусом. Все-таки правильные колдуньи стареют намного медленнее маглов, и Лили в свои двадцать четыре легко сошла бы за свежую семнадцатилетнюю фею из Вестероса, но была при этом зрелой женщиной, и это только добавляло ей сексапильности. Сириус своим желаниям, понятное дело, не противился, а Лили их явно одобряла, так что следующие полчаса они чего только не вытворяли, но делали это не торопясь, наслаждаясь каждым ощущением и каждым мгновением. И оба остались друг другом довольны, так что, когда выпали из этой своей нирваны, немного отдышались и выпили по бокалу хорошего испанского вина, смогли на время переключиться на серьезный лад и поговорить о том, что было важно именно для них.

– Так мы вместе? – поставила Лили вопрос ребром.

– А ты, что, сомневаешься? – удивился Сириус. – Конечно вместе.

– Просто хотелось определенности…

– А давай тогда закатим свадьбу! – предложил Сириус.

– Твоими стараниями мы уже давно женаты, – ухмыльнулась Лили, припомнив ему авантюру, провернутую им накануне атаки на дом Поттеров.

– Это магически мы женаты, – объяснил свою позицию Сириус, – а я предлагаю официально зарегистрироваться в Министерстве и закатить свадебный пир, ну или что захочешь.

– Звучит завлекательно, – вздохнула она, и от это вздоха колыхнулись тяжёлые, но ни разу не обвисшие груди. – Но ты же понимаешь, что разразится скандал. Ты считаешься погибшим.

– Думаешь, есть смысл прятаться?

– Да, нет, наверное, – пожала она своими роскошными плечами. – Но встает вопрос. Как ты собираешься поступить с Грюмом и остальными?

«Боги! Какая же она красивая! – думал между тем Сириус, любуясь нагой красавицей. – Идиот Поттер. Какой же он был идиот!»

– Что предлагаешь? – И в самом деле, он уже столько лет живет в Вестеросе, что ему легче придумать, что сделать с сукой Петиром Бейлишем, чем решить, как поступить с теми, кто совершил покушение.

– Сначала скажи, ты действительно не собираешься прятаться?

– Не собираюсь, – решил Сириус. – Завтра сходим в Гринготс, прошвырнемся по магазинам, поедим мороженное в кафе Фортескью… Я ничего не забыл?

– Забыл, – улыбнулась Лили. – Ты должен подать в офис Директора Аврората официальное прошение об отставке. Я узнавала. Тебе, как действующему лорду, отказать не вправе.

– Отлично, – кивнул Сириус, соглашаясь. – Что потом?

– Ну, – зло усмехнулась Лили, – если мы уже будем в Министерстве, самым правильным будет, если мы завтра же подадим в ДМП и в Следственный отдел Визенгамота официальное обвинение на двух авроров, Аластора Грюма и Нива Эггертона, и двух безымянных Невыразимцев из Отдела Тайн…

– Не безымянных, – зло усмехнулся Сириус. – Они знали о заговоре и не прятали лиц. Я знаю в лицо обоих. Роберт Примроуз и Томас Глабб.

– Что ж, – согласилась Лили, – значит обвинишь всех поименованных в покушении на убийство действующего аврора Сириуса Блэка. Но тогда с утра надо поставить тебе Блэковские Печати Молчания.

– А это, что за зверь такой? – удивился Сириус, с трудом удерживаясь от того, чтобы не заглянуть между ног сидевшей перед ним по-портновски жене.

– А это меня твоя матушка допустила до некоторых родовых тайн семьи Блэк, – подняла она бровь, перехватив его взгляд. – Раздвинуть шире?

– Непременно! – Сириус не стал сдерживаться, и через секунду был уже в ней.

– Ох! – сказала она, охватывая его поясницу своими длинными ногами.

– Именно! – ухмыльнулся он, склоняясь над ней и даря Лили нежный поцелуй.

Желание желанием, но куртуазность наше все!

7.5 Ноябрь 1984

Первым делом они, как и планировали, прошвырнулись по магловским магазинам на Оксфорд-стрит, Бонд-стрит, в Найтсбридж и Ковент-Гарден[9]. Лили, оказывается, заранее запаслась кучей наличных.

– Вальбурга сказала, сдачи не надо, – сообщила Лилс, продемонстрировав Сириусу толстые пачки фунтов, которыми была набита ее крошечная сумочка с внутренним объемом, приближающимся к двум кубическим футам[10].

Похоже, она была счастлива. Отправиться за покупками после такой ночи, да еще и с неограниченным бюджетом, что еще нужно женщине, даже если она является одной из наиболее могущественных ведьм волшебной Англии? А Лилс, и в самом деле, прыгнула выше планки. Ее талант, помноженный на знания семьи Блэк и на треннинг самой Беллатрикс-Бывшей-Лестрейндж дал ожидаемый результат, и это было прекрасно. Во всяком случае, Сириусу это нравилось. И да, он тоже провел великолепную ночь. Даже сам от себя не ожидал, что способен на такой марафон, но зато утром перед завтраком пришлось пить целую кучу зелий, чтобы «восполнить потраченное» и «восстановить попорченное».

Прогулка по магловскому Лондону прошла на ура, хотя Сириусу порой бывало по-настоящему тяжело. Он много лет прожил вдали от современной цивилизации. Лошади, а не машины, меч и броня вместо палочки и косухи. Обе цивилизации, магловская и волшебная, находились далеко от вестероского средневековья, и ему было непросто переключиться с одной жизни на другую. И тем не менее, гулять с любимой женщиной оказалось невероятно приятно. Заходить в магазины, что-то выбирать и что-то покупать, останавливаться, прерывая шопинг, чтобы выпить чашечку кофе, от которого он совершенно отвык, поднять и без того отличное настроение толикой эксклюзивного шотландского виски и прийти, наконец, в Дырявый Котел, то есть туда, где его никто не ждет, но многие все еще помнят.

В самом трактире все больше глазели на Лили, – высокая, фигуристая, рыжая и зеленоглазая, в облегающих джинсах и тонком свитерке, демонстрирующем недюжинные стати, – и на Сириуса никто даже внимания не обратил. Однако на Косой Аллее они сходу пересеклись с начальником Оперативного отдела Аврората Каруином Лэрдом и его женой Ивэнджелин. Не близкие друзья, но в прошлом встречались и не раз. Да и, вообще, по долгу своей службы Каруин знал их обоих в лицо и, встретив их сейчас у магазина Олливандера, форменным образом прифигел.

– Леди Блэк, – поклонился он Лили, – Сириус?

– Не волнуйтесь, мистер Лэрд, – усмехнулся Сириус, – я не привидение и не умертвие. Я, как видите, живой.

Раскланялись и разошлись, но Лили знала реалии современной волшебной Англии гораздо лучше прожившего много лет на чужбине Сириуса.

– Быстро к Олливандеру и бегом в Министерство! – скомандовала она. – Расслабились, что б нас! Вперед!

Сириус ее понял. Они в самом деле позволили себе расслабиться, а ведь Лэрд сотрудник Аврората, и совершенно неизвестно на чьей он стороне. Поэтому, немедля более ни минуты, они завернули в лавку Олливандера и умудрились порядком напугать старого мастера. Кого-кого, но Сириуса Блэка он у себя в лавке увидеть не ожидал, но раз уж так вышло, обслужил покупателя по первому разряду. Впрочем, сначала он отдышался, выпил стакан воды и покрутил головой, но, в конце концов, очухался и принялся за работу. К счастью, выбор палочки для взрослого состоявшегося волшебника – это не то же самое, что подбор первой палочки в условиях не до конца сформированного магического ядра. Поэтому уже через полчаса Сириус стал обладателем безукоризненно подошедшей ему палочки, – 13 дюймов[11] сибирская лиственница и сердечная жила гебридского черного дракона, – и они с Лили тут же отправились в Министерство, где произвели очередной «фужер и фураж», как пошутила Лилс. Лэрд ничего никому пока не сообщил, и этот экспромт Блэков оказался для «аппаратчиков» полным сюрпризом.

То, что происходило в коридорах Министерства, тот Сириус, который являлся Ответственным Взрослым, отчего-то ассоциировал с картиной какого-то русского художника, которая так и называлась, «Не ждали», и с так называемой «немой сценой» из какой-то пьесы опять же отчего-то именно русского драматурга[12]. В целом же это было весьма познавательно, и многое говорило о тех, кто работал в Магическом Правительстве Объединенного Королевства. Люди были ошеломлены, дезориентированы и растеряны. А Сириус наслаждался своим нежданным и негаданным триумфом.

– Всего-то и надо было, что умереть, а потом воскреснуть, – вынужден был признать Сириус, понаблюдав в течение часа, как сходит с ума магический истеблишмент.

Однако, как бы кто на них ни реагировал, они с Лилс подали свое Обвинение в ДМП и Визенгамот, и, кроме того, Сириус обновил сведения о себе в трех разных департаментах Министерства и в Секретариате Визенгамота. Поправка была краткой, но серьезной: Жив. Дееспособен. Женат на леди Лилиан Блэк. Имеет сына лорда-наследника Ригеля Блэк-Поттера. Вот только после этого, они смогли расслабиться и, посетив Гринготтс, где Сириусу пришлось кое-что подтвердить, а кое-что, напротив, отменить, они смогли, наконец, отправиться к Фортескью. Там их никто не доставал, но смотрели на них многие.

А в это время начинали уже раскручиваться тяжелые жернова магической системы правосудия, и с первыми результатами инициированного ими расследования, Сириус и его домашние смогли ознакомиться уже вечером, за ужином, когда совы принесли два письма. В первом, адресованном Лили, Алиса Лонгботтом просила о срочной встрече, а во втором – Дамблдор, – вот же бесстыдный сукин сын, – приглашал «мальчика моего Сириуса» навестить старика в Хогвартсе.

– Он что думает, я забыл? – искренно возмутился Сириус.

– Или так, или издевается, – пожала плечами Белла.

– Шел бы он! – возмутилась Лили.

– Думаю, ему стоит ответить, – невозмутимо возразила Вальбурга. – Что-нибудь вроде «Извините, но вынужден отказаться» и приложить выписку из протокола допроса, где он тебя топит.

– Да, – кивнул Сириус, наскоро обдумав поступившее предложение. – Так и сделаю. Посмотрим, каким будет его следующий ход.

– Хм, – нечленораздельно прокомментировала Белла.

– А с Алисой, что будем делать? – спросила Лили, как бы соглашаясь с решением Сириуса.

– Ты с ней с тех пор виделась? – вопросом на вопрос ответил Сириус.

– Не помню, – пожала плечами Лили. – Может быть, раз или два.

– Значит, она вспомнила о тебе только потому, что вы подали Меморандум об Обвинении, – подытожила Вальбурга. – Фрэнк, вроде бы, пошел на поправку, а тут ты объявился, и он из замученного врагами героя сразу превратится в сидельца Азкабана.

– Алиса крепкая, – хмыкнула, между тем, Белла. – Быстро отошла, ну или мы ее недостаточно потрошили.

– Не жалко? – из чистого любопытства поинтересовался Сириус.

– К таким нет жалости, – ответила ему мать. – Блэки всегда платят по своим долгам.

«Ну, прям, Ланнистеры!» – усмехнулся он мысленно, но уже в следующее мгновение сообразил, что в каком-нибудь двенадцатом или одиннадцатом веке именно такими они и были. Богатые и могущественные, жестокие и мстительные.

«Да, уж!»

В общем, письмо Алисы Лонгботтом решено было проигнорировать, а Дамблдору Сириус ответил именно так, как посоветовала Вальбурга. Но сам факт наличия этих писем и необходимость думать об ответах, порядком выбили их всех из колеи. Так что, позже вечером, когда Риг уже отправился спать, взрослые снова собрались в одной из гостиных замка, крепко выпили, и, придя наконец в относительную норму, начали прорабатывать планы буквально на все случаи жизни. А планирование, как известно, весьма увлекательное занятие, под которое хорошо пьется не только испанское, но и французское вино. Вино же не только источник истины, но и хорошее успокоительное, если конечно соблюдены хотя бы и расширенные нормы распития. Оно расслабляет и убаюкивает, и Сириус, который был покрепче и поопытнее своих дам, ничуть не удивился, когда Лили, извинившись, впала в сонное забытье. Удивился он позже, проснувшись среди ночи от того, как именно его жена пыталась загладить возникшую неловкость. Минет она, разумеется, делать не умела, так что все у них было еще впереди, но зато проявила, как понимание момента, так и похвальное рвение, и у них, что не удивительно, случился очередной зачетный секс.

– Чем ты там питаешься? – спросила Лили, немного отдышавшись и выпив залпом пол кубка легкого и сладкого вина.

– Мясом, в основном, – задумался Сириус. – Овсянкой грубого помола, бобами и рыбой. Еда плотная и несколько тяжелая для пищеварения, но при моем стиле жизни – это именно то, что надо. Не хватает, правда, витаминов, но я навострился варить витаминное зелье из сосновой хвои, кедровых орехов и из полутора десятков местных травок и корешков. Еще можно использовать кору и листья чардрев, но их лучше применять для производства Тонизирующих составов.

– Что, вот прямо только мясо или каша? – насторожилась Лили, собиравшаяся в Вестерос на экскурсию.

– Не волнуйся, Лилс! – расхохотался Сириус. – У нас в Винтерфелле вкусно готовят. Пекут пшеничный хлеб и разные пироги… А пироги у нас, Лилс, с чем только не делают: и с грибами, и с разными кашами, и с олениной, и с лесной ягодой… Что-то типа морошки и брусники, в южной части королевства клюква на болотах растет и, если лето теплое, то земляника неплохая вырастает. А рыба! Мы же, Лилс, на севере живем. По климату, вроде как в Сибири или в Северной Канаде. У нас там в реках и озерах, вообще, рыбы полно. Озерный лосось, например, а это мясо и икра, и в пироге он тоже хорош. Названия, конечно, другие, но по сути те же сёмга, нельма, сиг и омуль. А еще есть Закатное и Узкое моря, но оттуда только копченая и соленая рыба поступает. Селедку[13] еще маринуют…

– Звучит завлекательно! – улыбнулась Лили. – А что с десертами?

– Медовые коврижки и пряники, – начал вспоминать Сириус. – Лимонные пирожные… Ну, это когда торговцы привозят лимоны из Эссоса. Пироги с повидлом… Яблоки и сливы варят на Западе или в Речных Землях, но оттуда и клубничное варенье приходит, и малиновое. Мы же торгуем. Расстояния, правда, огромные, но если по морю, а потом по рекам, то получается не столько короче, сколько проще.

– Так у тебя в этом твоем Винтерфелле большие кухни? – поинтересовалась Лили. В письмах же всего не расскажешь, ну он и не писал.

– Лилс, Винтерфелл огромный замок, – объяснил он с улыбкой. – В мирное время вместе с гарнизоном, слугами, конюхами и псарями, вместе с кузницей и мастерской столяра, с оружейниками, библиотекой и архивом, с моими помощниками человек пятьсот набирается. А в военное время гарнизон увеличивается до тысячи мечей. Представляешь себе размер наших кухонь? Но для лорда и домочадцев выделена особая кухня, а остальные повара подключаются только если затевается большой пир.

– Вот бы посмотреть хоть одним глазком на то, как пируют средневековые лорды! – мечтательно пропела Лили, в очередной раз соблазняя Сириуса плавным движением своих тяжелых грудей.

– Все очень просто, – улыбнулся ей Сириус, успевший продумать этот вопрос от и до. – Ты приедешь ко мне сразу на несколько месяцев, и мы устроим настоящую северную свадьбу. Обручимся перед чардревом в нашей замковой богороще и будем пировать, как у нас принято три дня и три ночи.

– Прямо-таки! –отмахнулась от него Лили. – У вас там много рыжих?

– Есть такие, – еще шире улыбнулся Сириус. – Как раз во владениях моего племянника. Туда лет четыреста назад переселилась довольно большая группа застенщиков. Такое редко случается, но эти преклонили колена, и мой какой-то там пра-пра-пра разрешил им поселиться на западном берегу озера Долгое. Там лес и горы. Пахотной земли немного, но есть. Однако одичалые, – сами-то они кличут себя вольным народом, – землю пахать не стали, а занялись тем, что умеют лучше всего: охотиться, рыбачить, мыть золото и добывать руду. Там медь добывают и свинец. Но я о другом. Они давным-давно смешались с местными, но у них до сих пор рождаются рыжие и зеленоглазые дети. Не такие красивые, как ты, но ведь в каждом правиле есть исключение. Не правда ли?

– Сири, ну не будь идиотом! – возмутилась жена. – Я же, по-вашему, не говорю, порядков не знаю, в жизни не разбираюсь.

– Да, это проблема, – согласился с ней Сириус. – Придется идти на поклон к Белле.

– А что Белла? – удивилась Лили такому переходу.

– Да, понимаешь, Лилс, какое дело, – состроил Сириус невинное лицо, – у Лестрейнджей должен быть один артефакт… Я, скажем так, про него знаю совершенно случайно. У нас в библиотеке хранятся журналы лордов Блэк. И один из них, Септимус Блэк, сделал запись, что, мол, проиграл в карты Лестрейнджу артефакт, захваченный во время миссии в Бутан. Он записал, а я прочел и забыл. А потом, когда обдумывал, как бы мне тебя легализовать, вдруг вспомнил. В общем, это работает так: два человека надевают на руки парные браслеты, и один передает другому свои знания. Легче всего передаются структурированные знания и, прежде всего, языки и сопутствующие им культурные паттерны[14]. Моя сестра знает почти пять языков. Наш северный диалект общего языка и западно-дорнийский диалект, высокий валерийский с классическим произношением и браавосский диалект валирийского. Будем считать, что твои родители последовали за ней, как домочадцы, а не как слуги, и ты выросла в Дорне. Надо будет только сделать тебе соответствующий загар на лицо, шею и кисти рук.

– Фу! – сказала Лили. – То есть, у меня разные части тела будут разного цвета.

– Что поделать! – пожал он плечами в ответ. – Нет в мире совершенства. Я ездил за сестрой, познакомился с тобой и пригласил к себе. Ты, кстати, выполнила мою просьбу? Научилась ездить верхом?

– Второй год занимаюсь…

– Ну, вот и славно! А Белла, я надеюсь, нам не откажет!

Белла не отказала, но операция по изъятию артефакта из хранилища Лестрейнджей оказалась совсем непростым делом. Беллатрикс официально находилась в розыске, как полевой командир лорда Волан-де-Морта, так что провести ее инкогнито в Гринготтс и обратно требовало немалых усилий. Но нет худа без добра. Добравшись до хранилища, в котором была в последний раз пять лет назад, Белла вытащила из него сто тысяч галеонов, перемещенных вместе с приличного размера библиотекой в главный сейф семьи Блэк. А с собой прихватила не только тот китайский артефакт, о котором ее просил Сириус, но также два десятка других артефактов, не говоря уже об увесистой стопке древних инкунабул. Выносили все это добро в восемь рук, но все равно умаялись. Однако дело было сделано, и Белла, чрезвычайно довольная результатами вылазки, со спокойной душой вернулась в их замок на реке Северн. А вот Сириусу отдыхать было некогда. К концу того дня он получил уже полтора десятка писем, три четверти которых были написаны его бывшими друзьями, одноклассниками и совращенными им когда-то девушками. Все хотели с ним увидеться, и он даже встретился с парочкой из этих «писателей». Оба, он и она, хотели убедить «дружище Сириуса» и «милого пупсика Сири», что надо бы отозвать его меморандум из ДМП. Они, суки, даже не скрывали, что их попросил об этом Дамблдор. Остальные письма были написаны бывшими, – а может быть, и нынешними, – фениксовцами. Этих наверняка настропалила Алиса Лонгботтом. Однако Сириус ничего не забыл и никого не простил, и через три дня в окружении своих юристов оказался в следственном отделе Визенгамота «для дачи показаний и перекрестного допроса с обвиняемыми».

[1] Шлях в древней Руси XVI—XVII веков степная дорога около южных границ, также большая наезженная дорога, тракт.

[2] Вал предназначался исключительно для караульной службы.

[3] Примерно 100 килограммов.

[4] Примерно 227 килограммов.

[5] Матрилинейность (от лат. mater, род. падеж matris – «мать»), счёт происхождения и наследования по материнской линии.

[6] Напомню, что северяне крупные люди. Так, например, Эддард Старк имеет рост 6 футов 8 дюймов или 202 сантиметра, а Большой Джон Амбер – 8 футов и 7 дюймов или 233 см.

[7] 179 сантиметров.

[8] Одежда явно не соответствует не только раннему, но и позднему средневековью, но и Мартин такими глупостями не заморачивался.

[9] Оксфорд-стрит славится своими крупными универмагами и фешенебельными магазинами. Бонд-стрит и Найтсбридж известны своими бутиками люксовых брендов, таких как Armani, Prada, Dior, Ralph Lauren, Louis Vuitton. Ковент-Гарден предлагает широкий выбор обувных магазинов.

[10] 56.6 литра.

[11] 33.02 см.

[12] «Не ждали» – картина русского художника Ильи Репина (1844—1930), датируемая 1884—1888 годами.

«Немая сцена» – финальная сцена пьесы Н. В. Гоголя «Ревизор».

[13] Разумеется, Сириус употребляет английские названия этих рыб.

[14] Культурный паттерн (или образец) – это общие, устойчивые модели поведения, ценностей и верований, которые характеризуют определенную культуру и отличают ее от других. В более широком смысле культурный паттерн включает в себя информацию о мире, оценку этого мира и способы взаимодействия с ним.