Текст книги "То, что мы оставили позади (ЛП)"
Автор книги: Люси Скор
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 34 страниц)
Ярость сжигала меня изнутри. Я не успокоюсь, пока не узнаю, кто виноват в этих синяках, и не заставлю его или её заплатить за это.
Её красота была такой изысканно хрупкой, что у меня перехватило дыхание.
Я чуть не потерял её. Причем по-настоящему. Не оттолкнул, а потерял. Наша прошлая встреча могла оказаться последней, а я и не знал бы об этом. Эта мысль пришла мне в голову в момент острой, как бритва, ясности.
Сегодня вечером я мог бы находиться в морге, а не в ванной Слоан, потому что я был глупым, эгоистичным трусом. Раньше я не верил, что смогу защитить её. Но теперь у меня не было другого выбора.
Я приподнял её подбородок, пока её зелёные глаза не встретились с моими, и я понял. Я больше никогда не оставлю её. Наши пути разошлись в последний раз. Просто Слоан ещё не знала об этом.
– Готова? – спросил я её.
Она ничего не сказала, просто смотрела на меня пустым взглядом. У меня всё сжалось в груди. Её боль была моей болью. И впервые в своей жизни я понял, что она, должно быть, чувствовала в шестнадцать лет, когда её окно было открыто, а шепот моей собственной боли доносился до неё с ночным ветерком.
Бл*дь.
Я выключил воду и усадил её на кафель рядом с ванной. Когда я убедился, что она сидит устойчиво, я снял с себя рубашку и брюки.
– Ч-что ты делаешь? – спросила Слоан, и каждое слово произносилось неуверенно, как будто она забыла, как его говорить.
– Мы принимаем ванну, – сказал я, снимая нижнее бельё и носки и добавляя их к куче одежды, которую собирался выбросить при первой же возможности. Я не хотел больше видеть её испорченный розовый свитер. Я куплю ей новый. Дюжину новых свитеров. Я отстрою её библиотеку кирпичик за кирпичиком, книгу за книгой. И я никогда больше не позволю ей столкнуться с опасностью в одиночку.
Что-то дрогнуло у меня в груди. Что-то старое и ржавое. Как будто древний замок наконец-то открыли. Свежий воздух ворвался внутрь, сдувая паутину, разжигая огонь в камине. Слоан всегда была моей. Я только сейчас осознал этот факт. Как только что-то становилось моим, я никогда от этого не отказывался.
Чувствуя себя легче, чем когда-либо за последние годы, я опустил в ванну одну ногу, затем другую.
– Давай, Пикси. Я держу тебя, – я подхватил её под мышки и опустил в воду. Затем опустил нас обоих и вытянул ноги вперёд, после чего усадил её перед собой, прижав её спину к моей груди, а её голову – к моему подбородку. Обхватив её руками, я откинулся назад.
Я впервые в жизни принимал ванну с женщиной. Не просто с какой-то женщиной. Со Слоан.
У меня потеплело в груди. У меня будет ещё много первых разов с этой женщиной.
В течение нескольких долгих минут мы так и лежали, в парах и мерцающем свете свечей, пока вода согревала нас. Когда Слоан тихонько, прерывисто вздохнула, я взял губку и флакон с гелем для душа и принялся аккуратно смывать сажу и грязь с её кожи. Моя прекрасная сломленная девочка не помогала мне и не сопротивлялась. Но она расслабилась, прильнув ко мне. Она уткнулась своим влажным лицом в мою шею. И впервые в своей жизни я почувствовал себя героем, а не злодеем.
Я был твёрдым. Было биологически невозможно не возбудиться рядом с ней, особенно когда Слоан была мокрой и обнажённой рядом со мной. Но то, что происходило между нами, было настолько глубже, чем секс, что я едва ли задумывался о своём возбуждении.
– Сюда, детка, – сказал я, опуская руки под воду и обхватывая её бёдра. Я подтолкнул её вперёд и согнул колени, после чего усадил её спиной к своим голеням. – Давай я помою тебе волосы.
Слоан ничего не сказала, пока я снимал её резинку. Её волосы рассыпались густым шелковистым занавесом по моим бёдрам, касаясь кончиками воды.
Я схватил пустой бокал из-под вина, стоявший рядом с ванной, и наполнил его водой.
– Откинься назад, – попросил я, собрав её волосы в свободную руку и осторожно потянув, пока её голова не легла мне на колени. – Хорошая девочка.
Я полил водой её белокурые локоны и снова наполнил бокал, повторяя процесс до тех пор, пока не убедился, что её волосы полностью намокли. Затем я принялся за работу, втирая шампунь в корни и шелковистую длину волос. Я работал медленно, лёгкими круговыми движениями поглаживая пальцами её кожу головы.
Слоан снова вздохнула, и её тело расслабилось, словно таяло в моих объятиях. Я не торопясь намылил и ополоснул её волосы, затем повторил то же самое с её кондиционером, пока не смыл всю грязь.
Когда мы оба наконец-то вымылись, я вытащил её из холодной воды, завернул во множество полотенец и отвёл в спальню.
– Сиди здесь, – приказал я, подталкивая её к диванчику у окна.
– Что ты делаешь? – сонно спросила Слоан.
– Поменяю простыни. Не двигайся.
Я нашёл свежее постельное бельё в её шкафу и сделал ещё одну мысленную пометку связаться с моим организатором завтра утром. Я освобожу здесь место для себя и у себя дома место для неё.
Я быстро перестелил постельное бельё, бросая нервные взгляды в сторону Слоан. Она не смотрела на меня. Она тупо уставилась на свои ноги, стоящие на ковре.
Укладывая множество подушек в нужном порядке, я поклялся, что тот, кто за это в ответе, заплатит. Я позабочусь об этом.
Когда постель была готова, я вернулся к Слоан и рывком поднял её на ноги.
– Пора в постель, – сказал я.
Она послушно последовала за мной, заставив меня мечтать о том, чтобы она затеяла ссору. Показала мне настоящую Слоан Уолтон.
Она помедлила, уставившись на гору подушек, которые я сложил в виде буквы U.
– Ты помнишь, – тихо сказала она.
– Я помню каждую нашу совместную секунду.
Глава 39. У кого тут травма головы
Люсьен
Я проснулся от ощущения тёплой, вибрирующей тяжести на моей груди. Ощущение было успокаивающим. Пока тяжесть не сместилась, и что-то острое не ткнуло меня в лицо.
Я открыл глаза и увидел, что на меня сердито смотрят жёлтые глаза. Кошка, видимо, имела своё мнение о том, что я делю кровать со Слоан. Вышеупомянутая женщина крепко спала, прижавшись спиной к моему боку, а её голова покоилась на сгибе моей руки.
Момент казался таким чертовски правильным. Как то, когда я заработал свой первый миллион. Только это намного лучше. Деньги можно заработать и потерять. Их можно заменить. Слоан – никогда.
Я наслаждался моментом… пока его не испортил ещё один укол когтей. Я молча и сердито уставился на кошку с идиотским именем. Она ответила мне таким же взглядом, ударяя хвостом по моей обнажённой груди. Затем, бросив взгляд в сторону Слоан, она открыла рот и издала истошный вопль.
– Заткнись. Заткнись, – зашипел я на кошку.
Слоан заворчала во сне и прижалась ко мне.
Я заметил блеск в глазах кошки, смещение её веса, и поймал её как раз перед тем, как она набросилась бы на спящую Слоан.
– Ни в коем случае, ты, демонический меховой шарик из ада.
Я опустил кошку на пол и осторожно высвободил руку из-под моей измученной библиотекарши. Мяу-Мяу, должно быть, посчитала, что я слишком долго перекладывал подушки за спиной Слоан, потому что я получил ещё одну колотую рану. На этот раз в икру.
– Господи, кошка. Накормлю я тебя. Просто дай мне минутку, чтобы найти одежду.
Я был голым, и вчерашний костюм – не вариант. Благодаря лазанью по деревьям и баюканью перепачканной сажей Слоан мой костюм отправился к праотцам.
Пока кошка упрямо путалась у меня между ног, я порылся в шкафу Слоан и нашёл пару бледно-розовых спортивных штанов, которыми мне придётся довольствоваться. Я натянул их на бёдра, так что швы чуть ли не трещали, а затем вытащил толстовку, которую она предложила мне, когда я пришёл к ней домой.
Толстовка бывшего парня. Я собирался взять её с собой и удобненько выбросить в мусорное ведро.
– Бл*дь, – пробормотал я, глядя на своё отражение в зеркале в полный рост.
Сзади брюки едва прикрывали верхнюю часть моих ягодиц. Спереди тонкая, обтягивающая ткань сделала всё возможное, чтобы подчеркнуть очертания моего члена.
– Мяу, – сказала кошка, и в её голосе послышалось самодовольство.
– Давай больше никогда не будем говорить об этом.
Мы вместе тихо спустились вниз, где кошка впала в настоящую истерику, завывая на меня, как будто она была избалованной наследницей, а я – некомпетентным официантом.
– Я хочу приготовить завтрак для Слоан, а не для тебя.
На Мяу-Мяу это не произвело впечатления, и она прищурила свои жёлтые глаза, глядя на меня.
– Ладно. Я тебя покормлю. А потом ты не будешь путаться под ногами у меня, а я не буду путаться под ногами у тебя. Договорились?
Я воспринял медленное моргание как обязывающий контракт и отправился на поиски кошачьего корма. Я насыпал среднего размера горку сухого корма в миску в форме кошачьей мордочки, стоявшую на полу, и направился к кофеварке.
Запустив варку кофе, я уже на десять минут продвинулся в рецепте блинчиков и отправлял Петуле список вещей, которые мне понадобятся, поскольку в обозримом будущем я останусь здесь, и тут в дверь позвонили.
Чертыхаясь, я снял сковороду с плиты и, стараясь ступать как можно тише и быстрее, побежал к входной двери. Я чуть не влетел в дверь головой, когда кошка появилась из ниоткуда и на полном скаку проскочила передо мной.
– Ах ты, мелкая мохнатая мудила, – прорычал я, распахивая дверь.
Нэш и Лина стояли на пороге, вытаращив глаза.
– Если вы её разбудили, я надеру тебе задницу, – предупредил я Нэша.
– Эээ, – рот Лины был открыт, а глаза широко распахнуты и прикованы к месту пониже моего пояса.
Нэш прикрыл глаза своей невесте и подавил смешок.
– Что, чёрт возьми, на тебе надето?
– Единственное, что подошло, бл*дь.
– Нет, не подошло, – вклинилась Лина с истеричными нотками в голосе.
– Оставим в стороне мнения о гардеробе, какого хрена вы здесь делаете? – спросил я.
Нэш тут же посерьёзнел.
– Это по поводу пожара.
У меня внутри всё похолодело.
– Ты знаешь причину?
– Мы можем поговорить об этом внутри? – уклонился он.
– Ладно. Но если кто-то из вас разбудит её, тебя уволю, а тебе надеру задницу, – сказал я, указывая сначала на Лину, а затем на Нэша.
– Справедливо, – согласился Нэш.
Они последовали за мной в дом и на кухню.
– Сзади всё выглядит не лучше, – прошептала Лина.
Я попытался подтянуть штаны повыше, но преуспел только в том, что чуть не организовал себе растяжение яичек.
Она сдавленно рассмеялась.
– Господи, чувак. Имей хоть немного достоинства, – сказал Нэш, бросая в меня кухонным полотенцем.
– Мне пришлют одежду, – раздражённо сказал я. – Расскажи мне о пожаре.
– Подожди секунду. Почему ты открываешь дверь дома Слоан в таком виде? – спросила Лина, приходя в себя от веселья.
– Я провёл здесь ночь.
Она бросила на Нэша долгий многозначительный взгляд. Он закатил глаза.
– Чувак, сколько ещё раз ты собираешься всё портить? – спросил он меня. – Разве в прошлый раз мы не вбили в тебя немного здравого смысла?
Я скрестил руки на груди.
– По-видимому, нет. Говори.
– Буду честен. Мне нужно поговорить со Слоан. Ты можешь присутствовать здесь, если она разрешит, но я не буду говорить с тобой об этом напрямую.
– Это был поджог, не так ли? – спросил я. Эта мысль не давала мне уснуть всю ночь. Это единственное, что имело смысл.
– Поджог? – мы все обернулись и увидели Слоан, стоящую у подножия лестницы. На ней были гольфы и рубашка с длинными рукавами – жаль, я не заметил её, когда рылся в её гардеробе. Её волосы были собраны в узел на макушке. Сегодня синяк на лбу выглядел ещё более зловеще. Она выглядела такой хрупкой и красивой, что я забыл, как дышать.
– Привет, Слоани, – мягко сказал Нэш. – Как ты себя сегодня чувствуешь?
– Всё болит. Ты сказал, поджог, – повторила она.
– Это сказал мистер Стиляга, – сказал он, указывая на меня большим пальцем. – Но да. Следователи нашли доказательства того, что кто-то устроил пожар в задней части первого этажа, рядом с детским отделом.
Лицо Слоан оставалось бесстрастным, когда она пересекла кухню и направилась прямо к кофеварке.
– Вы, ребята, хотите кофе? Я хочу кофе.
Лина, Нэш и я обменялись взглядами.
– Конечно, дорогая. Я выпью кофе, – сказала Лина и пошла к ней.
Пока женщины пили кофе, я ударил Нэша по руке, а затем втолкнул его в столовую.
– Да. Какого. Хера? – потребовал я.
– Что какого хера? – спросил он, потирая бицепс.
– Прошлой ночью она чуть не умерла. Ты не думаешь, что мог бы сообщить эту новость чуть более мягко, придурок?
Его брови поползли вверх.
– Это ты, мудак, сказал «поджог», а не я.
– Кто это сделал? Мне нужны имена.
– На данный момент у нас нет подозреваемых, – чопорно сообщил Нэш.
– Чушь собачья.
– У меня есть.
Я повернулся и увидел Слоан, стоящую в дверях с кружкой кофе в руках. Лина стояла у неё за спиной.
– Кто? – потребовал я.
Она покачала головой, отчего пучок на её голове опасно покачнулся.
– Не-а. Сначала скажите мне, насколько серьёзны повреждения и сколько времени пройдёт, прежде чем мы сможем снова открыться.
Я оскалил зубы, и Нэш толкнул меня локтем.
– Пойди ей навстречу, – прошипел он себе под нос.
– Почему бы нам не поговорить за блинчиками, которые Люсьен готовил, когда мы его прервали? – предложила Лина.
Я раздражённо втянул вдох.
– Ладно, – проворчал я.
– Пожалуй, не стоит так сильно напрягать мышцы задницы, Люси. Возможно, ты задолжаешь Слоан новые брюки, – сказал Нэш, хлопнув меня по спине.
Она моргнула, затем её глаза за стеклами очков расширились, как будто она впервые заметила, что на мне надето.
– Это мои брюки.
– Я не уверена, что ты захочешь их вернуть. Под ними явно нет трусов, – весело предупредила Лина, когда мы всё гурьбой направились на кухню.
Я схватил Слоан за руку и развернул лицом к себе. Она уставилась на мою промежность, поэтому я приподнял её подбородок.
– Как ты себя чувствуешь?
– Устала. Тело ноет. И я очень, очень зла.
Зла – это хорошо. Злость лучше разбитости.
– Я найду того, кто это сделал, и заставлю его заплатить, – поклялся я.
– Нет, если я найду их первой, – ответила Слоан.
Она не поняла. Ещё нет. Но скоро поймёт. Я позабочусь об этом. Я протянул руку и заправил выбившуюся прядь волос ей за ухо. Она выглядела уязвимой и в то же время такой свирепой. Пикси, готовая к битве.
Я наклонился, намереваясь коснуться губами её губ, но она отстранилась.
– Почему ты не пошёл в соседний дом переодеться? – спросила она.
– Потому что я не оставлю тебя.
Ни сейчас, ни когда-либо ещё.
Она закатила свои зелёные глаза, глядя на меня.
– Ты такой странный. И не думай, что если мы приняли ванну и ты испёк мне блинчики, то мы снова вернулись к прежнему положению дел, ковбой.
– Ковбой? – повторил я, изо всех сил стараясь не улыбнуться. Слоан Уолтон вернулась, и она была готова надрать кому-нибудь задницу.
– О, нет, здоровяк. Тебе лучше поскорее выбросить эту мысль из своей тупой башки. Между нами всё кончено, насколько это вообще возможно. Прошлая ночь ничего не значила.
– Ты ошибаешься, Пикс. Она имела колоссальное значение. И я собираюсь это доказать.
Она сердито посмотрела на меня.
– Уходи.
– Вы хотите, чтобы мы съели эти блинчики одни, пока вы будете ругаться, или мы можем поговорить как взрослые люди? – спросил Нэш, взмахнув лопаткой.
– Давайте поговорим побыстрее. Мне нужно в библиотеку. Посмотреть, что ещё можно спасти, и начать разговор со страховой компанией, – сказала Слоан, когда мы все уселись за обеденный стол с тарелками блинчиков.
Кошка примостилась в конце стола, царственно вылизывая свою задницу.
– Так, Слоан, это активно расследуемое место преступления. Я не могу допустить, чтобы ты как Нэнси Дрю рыскала повсюду. Особенно до тех пор, пока мы не получим разрешение от инженеров-строителей, – настаивал Нэш.
Слоан сжала челюсти.
– Ты сказала, что знаешь, кто это сделал, – произнёс я, привлекая её внимание. – Давай начнём с этого.
– Очевидно, что это был либо тот парень, который напал на меня на парковке, либо тот, кто отдал приказ избить Мэри Луизу, – сказала она, выливая большую часть сиропа из бутылки на стопку блинчиков.
Мои нож и вилка со стуком упали на тарелку, напугав кошку, которая грохнулась на пол, как шар для боулинга, и выбежала из комнаты.
– Что ты сказала?
– Ой-ёй. Он говорит своим пугающим голосом, – отметила Лина.
– Это не твоё дело, – решительно заявила Слоан.
– Я бы хотел поговорить с тобой на улице, Морган, – сказал я Нэшу, игнорируя её.
Мой друг покачал головой.
– Не-а. Ты не можешь бить меня по лицу до окончания завтрака.
– Тогда поговорим. Сейчас, – приказал я.
– Я возвращалась со свидания, и какой-то парень в лыжной маске открыл дверцу моей машины, прижал меня к сиденью и сказал, чтобы я оставила Мэри Луизу в покое. Кто-нибудь ещё хочет ещё кофе? – спросила Слоан.
– Что? – взревел я. Всё это время я думал, что это я подверг её опасности. Но на самом деле всё совсем по-другому, и я мог бы быть там, чтобы остановить это. Я должен был быть там, чтобы остановить это.
– На нём сейчас штаны лопнут как на Халке, – предупредила Лина.
– Я тебя умоляю, – фыркнула Слоан. – Сделай нам всем одолжение и перестань изображать чрезмерную заботу.
– На тебя напали? – спросил я, глядя на неё.
– Это было всего лишь небольшое нападение, – сказала она, пожав плечами. – Скорее предупреждение, чем что-либо ещё.
– И ты мне ничего не сказал? – спросил я, указывая на Нэша.
– По-прежнему никаких ударов по лицу до завтрака, – напомнил он мне.
– Оставь его в покое, – сказала Слоан. – Я просила его не говорить тебе.
– Формально она шантажировала меня. Она сказала, что если я расскажу тебе, она сунет свой нос в расследование и станет ещё большей мишенью, – сообщил Нэш.
– Давай не будем забывать, что это не твоё дело, – раздражённо заметила Слоан.
– Ты всегда моё дело. Всегда была им и всегда будешь. Единственная разница в том, что теперь ты это знаешь, – ледяным тоном произнёс я.
Слоан фыркнула и посмотрела на Лину.
– Это я получаю травму головы в горящем здании, а галлюцинации у него.
– Мы обсудим это позже, – заверил я Нэша.
– О, я не сомневаюсь.
– Давайте вернёмся к поджогу, – предложила Лина с притворной бодростью.
– Точно. Задняя дверь была взломана, и инспектор обнаружил две канистры с бензином под тем, что раньше было крепостью из подушек в детском отделе. Грейв подтвердил, что на первом этаже пахло бензином, когда он вошёл внутрь в поисках тебя. Сигнализация, система пожаротушения и телефонные линии были отключены.
– Он знал, что она внутри? – потребовал я ответа.
Нэш смерил меня взглядом.
– Мы пока этого не знаем. Но её джип был на стоянке.
Я найду виновного и лично уничтожу его.
– Мы пока не выявили потенциальных подозреваемых, но расследование только начинается, – продолжил он, отрезая ещё кусочек от блинчиков на своей тарелке.
В дверь снова позвонили.
– Оставайся здесь, – приказал я, когда Слоан попыталась встать.
Я прошествовал из столовой в гостиную и рывком распахнул дверь. Нокс и Наоми стояли на крыльце, держа в руках поднос со стаканами на вынос и упаковку бубликов.
– Какого хера на тебе надето, чувак? – спросил Нокс, уставившись на мои штаны.
Наоми толкнула его локтем.
– Привет. Мы подумали, что Слоан, возможно, захочет позавтракать.
– С таким же успехом можете присоединиться к вечеринке, – сказал я, указав большим пальцем в сторону столовой.
Последовали объятия, банальности и немало скептических взглядов, брошенных в мою сторону.
– Мы можем вернуться к текущей теме? – потребовал я.
Нокс ухмыльнулся.
– Ну и кто теперь нытик в трико?
– Сколько времени займёт восстановление? – спросила Слоан.
– Леви из «Строителей Бендерсон» уже заходил сегодня утром, – объяснил Нэш.
– Я тоже поговорил с ним. Леви считает, что сможет завершить работу за три-четыре месяца. Он готов начать прямо сейчас, чтобы тебе не пришлось ждать окончания неизбежных разборок со страховой компанией, – сказал Нокс.
– Ты говорил с ним? – повторил Нэш.
Нокс пожал плечами.
– На здании написано моё грёбаное имя. Я инвестировал.
– Три или четыре месяца? – Слоан побледнела. Я потянулся и сжал её руку в своей. Её зелёные глаза устремились в мою сторону. – Что мне теперь делать?
– Детка, мы что-нибудь придумаем, – заверил я её. – Мы найдём временное пристанище. Мы сохраним то, что можно спасти, и купим новые версии всего, что было потеряно.
– Детка? – пробормотал Нокс.
– Тут было ужасно много «мы», – отметила Лина.
– Вы будете слышать много и того, и другого, так что я бы посоветовал вам привыкнуть к этому, – предупредил я их.
– Не обращайте внимания на Люсьена. Он пережил своего рода разрыв с реальностью, – сказала Слоан, намазывая бублик сливочным сыром.
– Ну всё, – сказал я, отодвинув свой стул, и встал. – Если вы все извините нас, я отойду на минутку, мне нужно переговорить со Слоан.
– Я никуда не пойду, – фыркнула она, отправляя в рот кусочек бублика.
Я отодвинул её стул и перекинул её через плечо.
– Добром это не кончится, – предсказал Нокс, пока я выносил визжащую Слоан из комнаты, через кухню и заднюю дверь.
Снаружи, на крыльце, нас встретило прекрасное весеннее утро. Тёплое солнце, щебечущие птицы и тысячи новых цветов оживили её задний двор.
Весна. Новое начало. Новый старт.
Как раз то, что нам обоим нужно.
– Отпусти меня, ты, гигантская задница! – закричала Слоан.
Я поставил её на ноги, отметив, что ей удалось удержать свой бублик.
– Ты должна кое-что понять, – спокойно сказал я ей. – Я никуда не уйду, и ты – моё дело, потому что мы вместе.
Она возмущённо ахнула.
– Ты не можешь просто сказать мне, что у нас отношения, – её задор вернулся в полную силу. Я приписал заслугу за это себе.
– Я просто констатирую факт.
Она яростно замотала головой из стороны в сторону.
– Нет. Ты явно получил какую-то травму головы и попал в альтернативную реальность.
– Слоан, мы вместе. Конец истории. Чем скорее ты поймёшь, что…
– Ты ожидаешь, что я просто скажу «оки-доки!», когда ты уже дважды меня бросил?
– Я пытался защитить тебя. Я думал, Энтони Хьюго связал тебя со мной и собирался причинить тебе боль! Когда ты появилась в моём офисе, я был чертовски напуган, что он увидит тебя там.
– И вместо того, чтобы сказать мне об этом и вместе найти решение, ты выгнал меня из своего дома, выпроводил из своего офиса, а затем начал встречаться с целой армией самых красивых и талантливых женщин в округе Колумбия?
– Я не хотел, чтобы Хьюго мог связать тебя со мной. Если бы ты была просто одной из многих, он бы оставил тебя в покое. Но кто-то другой хотел причинить тебе боль, и я не позволю этому случиться.
Слоан всё ещё качала головой.
– Я хочу детей, Люсьен. Настоящих детей. Я хочу большую, шумную, беспорядочную семью.
– Тогда у нас будет семья, – я не шутил. Всё, чего хотела Слоан, теперь было моей заботой и моей работой.
Она часто заморгала.
– Прошу прощения. Ты сказал… – она поднесла руку к своей голове и начала ощупывать синяк на лбу. – Может, я и вправду заработала себе сотрясение мозга. Я могла бы поклясться, что ты сказал…
– Если ты хочешь детей, мы начнём сегодня, – сказал я, прислонившись к косяку крыльца.
Она снова покачала головой.
– Ты не понимаешь. Я хочу жить здесь. Я хочу создать здесь семью.
– Нет, Пикси, ты не понимаешь. Прошлой ночью я мог потерять тебя. Я не позволю этому случиться снова. Когда бы то ни было. Если ты хочешь десять детей, мы их заведём. Если тебе нужна шестиэтажная библиотека, полная первых средневековых изданий, я куплю для тебя всё до последней книги. Если ты захочешь завести здесь семью, я перееду обратно и буду каждое утро кормить твою придурковатую кошку. Если ты решишь, что хочешь всё это бросить и переехать в изысканную хижину на тропическом пляже, я построю эту бл*дскую хижину.
– Ты, чёрт возьми, сошёл с ума. Мы несовместимы. У нас нет ничего общего. Мы делаем друг друга несчастными. Мы не можем перестать оскорблять друг друга, ты, сумасшедший воришка спортивных штанов, – добавила она.
– Мы будем работать над этим. Так уж получилось, что я знаю отличного психотерапевта.
– Всё это работает не так. Мне жаль, что ты так перепугался из-за пожара. Но я не собираюсь снова вступать с тобой в отношения. Я уже несколько раз выучила этот урок.
– Слоан, я думаю, ты не понимаешь, о чём я говорю. Тут нечего обсуждать. У нас серьёзные отношения. Ты много значишь для меня, и я больше не позволю тебе уйти. Ни сейчас, ни когда-либо ещё. Всё остальное – просто детали.
– Семья – это не просто детали. Мне нужен муж и партнёр, а не тот, кто будет нанимать целую армию нянь.
– Я не думаю, что это правильный термин. И если тебе не нужна целая армия нянь, я найму небольшую пехоту из них.
Слоан кинула в меня бубликом, и я поймал его одной рукой.
– Ладно. Никаких нянек. Ты просто скажи мне, чего ты хочешь, и я это сделаю.
– Я хочу, чтобы ты ушёл. Немедленно и навсегда.
– Нет, ты этого не хочешь, – самодовольно сказал я, вспомнив, как она теснее прижималась ко мне в постели.
Слоан раздражённо застонала.
– Этого не может быть, – решила она и снова покачала головой. – Я, наверное, сейчас лежу на больничной койке, одурев от дыма.
Я сократил расстояние между нами и взял её за запястья.
– Если бы это было так, я был бы рядом с тобой.
– Это звучит как угроза.
– Угроза, обещание, как тебе больше нравится, – я чувствовал, как учащённо бьётся её пульс под моими пальцами.
– Почему ты улыбаешься? Ты никогда не улыбаешься. Ты сердишься. Ты хмуришься. Ты… вскипаешь! – заявила она.
– Я никогда не вскипал, – возразил я.
– О, заткнись.
Я нежно взял её за плечи.
– Слоан, послушай меня. Больше не нужно прятаться. Больше не нужно притворяться, что мы терпеть не можем друг друга.
– Кажется, меня сейчас стошнит, – пробормотала она.
– Ты моя, а я твой. К лучшему это или к худшему.
На мгновение она прижалась ко мне.
– Только Люсьен Мать Его Роллинс мог подумать, что он может приказать женщине вступить в серьёзные отношения.
– Я просто пресекаю ненужную ерунду.
Слоан оттолкнула меня и принялась расхаживать туда-сюда, продолжая кричать о причинах, по которым у нас ничего не получится. Я находил это восхитительным. Никогда в жизни я не чувствовал себя лучше после принятия решения.
Глава 40. Лицо, полное шардоне
Слоан
– Благодарю за уделённое время, – сказала я и повесила трубку, завершая разговор с дамой из страховой компании, чей голос походил на наждачную бумагу. – Хотя это было абсолютно бесполезно, ты, перекладывающая бумажки заноза в заднице. Как будто я сожгла бы собственную библиотеку.
Наоми улыбнулась мне из-за стола моего отца. Мы сидели в кабинете, который превратился в центр управления библиотекой. Прошло два дня после пожара, и я по уши погрязла в бюрократической волоките.
– Судя по всему, страховая компания не хочет выплачивать компенсацию, пока не убедится, что пожар устроила не я, – пожаловалась я достаточно громко, чтобы меня было слышно за визгом дрелей снаружи.
Наоми бросила на меня сочувственный взгляд, быстро набирая электронное письмо на своем ноутбуке.
– Так уж получилось, что у меня есть связи с шефом полиции. Я уверена, мы сможем попросить Нэша убедить страховую компанию, что ты не имеешь никакого отношения к пожару, – сказала она.
Я вскочила со стула и подошла к окну, выходящему на парадное крыльцо. Если не считать команды экспертов по безопасности на лестницах, всё выглядело как распродажа в книжном магазине. Пожарные прочесали здание и принесли все книги, которые, казалось, можно было спасти, в единственное место, которое пришло мне в голову – ко мне домой.
Теперь у меня на веранде лежало несколько тысяч книг, проветриваемых весенним ветерком.
Благодаря резервным серверам наша коллекция электронных и аудиокниг по-прежнему была доступна для скачивания посетителями. Но, как общественная библиотека, мы были гораздо большим, чем просто книги, которые мы предоставляли.
Люди зависели от нас. Мы были частью повседневной жизни в Нокемауте. Я не собиралась позволять небольшому поджогу изменить это.
Сверление началось снова, и я сердито посмотрела на команду, устанавливающую снаружи систему безопасности, достойную Джеймса Бонда. Моя тень ростом 194 см по имени Люсьен счёл мои Wi-Fi-камеры «несоответствующими» и упрямо настаивал на обновлении технологии. Я всё ещё не знала, как именно мне удалось проиграть этот спор. Я также не была уверена, как этот мужчина до сих пор оставался здесь. Или как ему удалось провести мимо меня организатора гардероба по имени Мигель.
Джамал просунул голову в дверной проём, размахивая телефоном.
– Хорошие новости. Сбор GoFundMe на замену детских книг только что собрал 30 000 долларов.
– Серьёзно? – спросила я, на мгновение забыв о своём раздражении. – Это хорошая новость.
– Ещё одна хорошая новость – синагога и унитарианская церковь вызвались объединить усилия и оплатить все июньские бесплатные завтраки для детей. Они готовы покрыть и июль, если к тому времени мы не откроемся, – бодро сказала Наоми.
– Я обожаю этот город, – пропел Джамал, возвращаясь на своё рабочее место в моей столовой.
Сверху доносились стук и скрежет сдвигаемых стульев.
– Они всё ещё там, наверху? – спросила Наоми.
– Да, – мрачно ответила я. «Они» – это Люсьен и несколько его сотрудников. Этот мужчина не отходил от меня ни на шаг с тех пор, как в ночь пожара влез в окно моей спальни. Он также не отказался от притворства, что хочет завязать со мной отношения. Моё терпение было на исходе.
Раздался звонок в дверь, и я проигнорировала отдалённое «Я открою» от Люсьена.
Я открыла входную дверь и обнаружила водителя Люсьена, держащего в каждой руке по несколько пакетов из химчистки.
– Доброе утро, мисс Слоан. Куда мне это положить? – спросил Хэнк.
– Если бы ты был своим работодателем, я бы с радостью сказала, куда ты можешь их засунуть, Хэнк. Но я на тебя не сержусь.
– Можешь положить их наверху, в последней спальне справа, – сказал Люсьен, появляясь у меня за спиной. Я повернулась, чтобы посмотреть на него. Он выглядел, как всегда, неоправданно великолепно. Здесь он предпочитал носить «повседневную» одежду, выбирая сшитые на заказ брюки и хорошо сидящие рубашки на пуговицах, а не костюм целиком. Тем временем на мне до сих пор была пижама с котиками.
– У меня в спальне для тебя нет места, – настаивала я, скрестив руки на груди, когда Хэнк переступил порог.
– Вот поэтому я нанял Мигеля. А, вот и продукты, – заметил Люсьен, когда ещё один автомобиль подъехал к моей подъездной дорожке.
– Продукты?
– Я пригласил твою семью на ужин сегодня вечером. Мы готовим.
– Ты что, совсем рехнулся? – потребовала я ответа.
– Напротив, я наконец-то пришёл в себя, – сказал Люсьен, прежде чем поцеловать меня в макушку.
– Может, это у меня крыша едет, – пробормотала я себе под нос, когда он встретил на дорожке доставщика продуктов.
– Или, может быть, он просто впервые показывает тебе, что чувствует на самом деле, – сказала Наоми, присоединяясь ко мне в дверях. – Кстати, он пригласил Нокса, Уэйлей и меня на ужин на следующей неделе.
