Текст книги "Допустимый брак (СИ)"
Автор книги: Лина Инарина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 19 страниц)
Глава 17
На следующий день она навестила Эллу. После той истории в клубе подруга проводила месяц дома, три – в уютной частной клинике. Там не так уж плохо, во всяком случае в доступном для посетителей пространстве. В больничке стены нежно-зеленого цвета, в тонких рамках висят акварельные пейзажи, мягкая мебель накрыта кудрявыми флисовыми покрывалами, на столиках расставлены сухие букетики полевых цветов в пластиковых вазах. Хрусталь в подобных заведениях под запретом.
Комната свиданий была светла и просторна. Никаких решеток, панорамные окна выходили на сосновый лес, говорили, что стекла у них пуленепробиваемые. Вероника боком уселась на мягкий диванчик возле столика возле окна и приготовилась ждать. «Эллчик… Солнце наше рыжее».
Минут через десять явилась полная блондинка в ярко-синем халате, за ней шла подруга. В последнее время она коротко стриглась, носила мягкие спортивные штаны ноунейм с коричневой футболкой. Кажется, она обрадовалась – улыбнулась, раскрыла руки для объятий и сказала:
– Привет!
После обнимашек Вероника достала коробочку виктории в белом шоколаде. К сожалению, врачи не разрешали приносить ни чая, ни кофе. Пришлось есть десерт, запивая водой. Убедившись, что ничего запрещенного нет, санитарка вышла. Началась самая тяжелая часть посещения – Элла молчала, Вероника старательно пыталась завязать разговор:
– Как дела?
– Никак, – глядя на сосны за окном, ответила подруга.
– А чего новенького?
– Ничего.
«Н-да… Могла бы и не спрашивать».
– Тебе от Лизы привет.
– Спасибо, ей тоже привет, – старательно, как отличница, у доски проговорила Элла.
Ника почувствовала усталую безнадегу. Она приходила сюда по пятницам после йоги, раз за разом надеясь разглядеть в этом вежливом биороботе хотя бы тень подруги. Неужели ее больше нет?
Элла медленно и методично поедала ягодку за ягодкой. Санитарка не пропускала больше трехсот грамм передачи, потому что пациентка съедала все, до чего могла дотянуться. Ела до тех пор, пока ее не начинало рвать.
Глядя на эти механические движения, Вероника решилась.
– Эллчик, – негромко позвала она.
– Что?
– Я знаю, кто сделал это с тобой.
Подруга резко выпрямилась, надкушенная ягода упала на деревянную столешницу.
– Говори.
– Это Боря.
– Кто?!
– Наш одногруппник… Он постоянно сидел позади Андрея, – в глазах подруги не было тени узнавания, – Ну, вспомни, он еще травку парням доставал.
– Этот, – прищурилась подруга, – этот крыс поганый?! Он?!
– Да.
Элла вцепилась пальцами в столешницу.
– Откуда знаешь?
Вероника замялась. Очень не хотелось рассказать о той видеозаписи и о том, что случилось потом. О таком и вспоминать-то не хотелось, не то что говорить.
– Он хотел сделать то же самое со мной.
– И?
– Нарвался на службу безопасности.
– Дальше.
– Его так же, как тебя, – Вероника усмехнулась и повторила фразу Корина, – только без наркоза.
Зеленые глаза Эллчика сверкнули.
– Правда?!
Ника подняла два скрещенных пальчика
– Клянусь!
– И-и-и-и!
Элла вскочила из-за стола, задев столешницу так, что цветы в вазе закачались. Подруга прыгала на одной ноге, крутилась, кружилась, то и дело спотыкаясь и натыкаясь на мебель. Она будто зажглась изнутри, даже волосы стали рыжее.
– И-и-и-и!
Заглянула санитарка, удивилась, глядя на прыжки обычно вялой подопечной. Вероника тоже растерялась – тупо сидела и пялилась на дикие пляски подруги, гадая, помогла ее новость или навредила.
– Телефон давай, – запыхавшись, выпалила Элла.
– А?
– Хочу высказать этой мразине все.
– Конечно.
Ника достала из сумочки айфон. Как ни странно, номер Бориса сохранился. Подруга плюхнулась на диванчик и нажала кнопку вызова. В ожидании ответа она поливала гада отборным матом, вертелась, ерзала и подпрыгивала, так что диван скрипел. В трубке раздавались длинные гудки.
– Наверное, номер поменял… Сколько лет прошло.
– Пошли вконтактик.
Найти Борю оказалось несложно, у них нашлось восемь общих друзей. Страничку заполнили траурные посты – цветы, свечи, соболезнования. В комментариях люди ломали голову, с чего вдруг тихий приветливый парнишка покончил с собой. Что заставило его сунуть голову в петлю.
– Слабак, – сплюнула Элла.
– Так ему и надо, – эхом повторила Вероника, откидываясь на спинку дивана, на душе вдруг стало гадко-прегадко, с лютого перепоя легче бывает.
– Как ты узнала, что это он?
– Служба безопасности поймала…. Он подсыпал наркотик в мой коктейль.
– Он не успел…
– Нет.
– Везет тебе. Всегда везло, а вот я….
– Элла, родная, что ты?
Вероника крепко обняла вздрагивающую от рыданий подругу. Она плакала впервые с того вечера, разошлась так, что пришлось колоть успокоительное. Нику попросили на выход.
Сидя в машине, она обнаружила пять пропущенных вызовов от Саши.
«Вот только тебя мне не хватало».
После разговора с Эллой она чувствовала себя опустошенной. Сил на разговоры с женихом не осталось, поэтому она отключила телефон и попросила водителя отвезти домой. Это была очень большая ошибка.
Глава 18
На следующий день Корин приехал, не утруждая себя звонком. Уселся на диванчик в холле, положил ноутбук на коленки и сказал, что будет ждать, сколько потребуется. К этому времени Вероника проснулась и успела поплавать, выпить стакан домашнего йогурта и слегка прочистить перышки. Понятное дело, визиту жениха не обрадовалась, но спросить, какого черта явился без звонка, было неудобно. Как-никак Ника пропустила кучу вызовов и не перезвонила.
«Хотя собиралась».
Честно собиралась, вот только не сейчас, а чуть позже, но непременно в течение дня. Кстати, день по ее понятиям заканчивался в пять часов утра. Вероника всегда была совой, раньше четырех дня не вставала.
– Как насчет вечера в клубе?
– В каком?
Саша пожал плечами.
– Можно начать в «Stars», а там видно будет.
Вероника изо всех сил пыталась придумать отговорку. Ничего не получалось, у нее не было планов на вечер. Лиза улетела с любовником в Италию, Андрей с Гошей снова звали на гонку – чуть не послала на три веселые буквы.
«Чего бы такого придумать?»
А не было ничего – Эллу навестила вчера, видеть ее такой каждый день – выше сил человеческих. Что еще? В тренажерном зале была тогда же, в салон красоты записана на завтра. Да и жениха обижать не хотелось. Как ни крути, он избавил их с Лизой от маньяка-насильника.
«После чего ты не можешь заснуть до рассвета».
Да, после того видео начались проблемы со сном – то не могла заснуть до утра, то всю ночь ворочалась с боку на бок, по нескольку раз просыпаясь с криком. К счастью, тихим, охрана ни разу не прибежала.
Ника жутко стыдилась своей слабости. Не она ли говорила, что насильников надо убивать? А сама места себе не находит.
«Это потому что я была с ним знакома».
Так себе аргумент. Давно известно, что большинство жертв знакомы со своими насильниками. Что бы он сделал, если Элла вдруг проснулась и узнала его? Не придушил бы, опасаясь возмездия? Что, если ему понравилось бы убивать?
Вероника раз за разом прокручивала эти аргументы, пока не появлялась злость на одногруппника.
«За что, козлина?! Я ни разу в жизни слова плохого тебе не сказала! И практику по матану всегда давала списать!»
Тогда становилось совсем тошно. И поделиться не с кем – Элла сама нуждалась в поддержке, и вообще друзьям ни к чему такое знать. Они деньги на помощь семье собирали. Вероника тоже скинула, легче не стало.
«Нет ничего хуже, чем, будучи сорокой, родиться в орлиной семье».
За что ей вся эта жесть?! Она просто хочет жить легко и весело, никому не причиняя зла, порхать с места на место и таскать блестящие побрякушки.
«Неужели я много хочу?!»
При взгляде на жениха ответ напрашивался сам собой.
«Ты просишь невозможного».
– Ну так как? – спросил Саша. – Пойдешь?
– Мне нужно переодеться.
– Не вопрос, – Корин откинулся на спинку дивана и похлопал ладонью по ноутбуку. – Я готов тебя подождать.
– Я крашусь не меньше часа.
Жених театрально вздохнул.
– Чего только не сделаешь ради красивой девушки.
Больше возражений не нашлось. Вероника покорно поплелась в свою комнату переодеваться в красное котельное платье.
Преображение в клубную красотку заняло около двух часов. Когда она спустилась в холл, рядом с диванчиком стоял журнальный столик с недопитой чашкой кофе, сам Александр что-то бурно обсуждал по телефону, тыча пальцем в экран ноута. Пришлось ждать, правда, не так чтоб слишком долго.
Глава 19
Вечер получился отвратительным. Не зря Вероничка не хотела ехать, впрочем, в последнее время ей вообще ничего не хотелось. Она согласилась поехать в клуб, надеясь немного развеяться.
«Не тут-то было!»
Неприятности начались уже в машине. Едва уселись на заднее сидение, стоило Корину задернуть кожаную перегородку между ними и водителем, женишок тут же устроил допрос с пристрастием.
– Почему ты не отвечала на мои звонки?
– Была занята.
– Вот как? Ты устроилась на работу или, – он сделал небрежный жест рукой, – или, может быть, ты решила получить еще одно высшее образование?
– Что?! – вскинулась Вероника, кожаное сидение скрипнуло.
– Я спрашиваю, где ты вчера была?
– Это сцена ревности?
Он пожал плечами.
– Мы еще не поженились, а ты уже пытаешься меня контролировать?!
– Кажется, мы с тобой договорились насчет измен. Или ты чего-то не поняла?
– Это ты кое-чего не понял! Я тебе не студенточка из маленького городка! Не смей разговаривать в таком тоне!
– Хорошо, – он развел руками. – Поговорим в клубе. В другом тоне.
Ухмылка показалась зловещей, но Вероника была слишком зла, чтобы испугаться. Громко фыркнув, она демонстративно отвернулась к окну.
«Подсунул мне папочка подарок», – думала она, глядя на проплывающие огни родного города. Машина неслась по ночной столице. Сидение было комфортным, музыка – красивой, женишок заткнулся, то ли играя в молчанку, то ли решив не затевать ссору в машине.
«Умен бес».
Вероника подумывала, не вызвать ли такси до дома, как только они приедут в клуб, но быстрая езда привела ее в благодушное настроение. Практически успокоившись, она решила дать шанс провести хороший вечер.
«Впрочем».
Впрочем, если повезет встретить знакомую компашку, можно свалить по-тихому в другой клуб, а ревнивец пусть бесится в одиночестве.
«Чтоб впредь неповадно было!»
Ника улыбнулась отражению в стекле. Настроение окончательно улучшилось, мысль о предстоящей выходке вернула задор. Едва они зашли в клуб, Вероника всучила жениху сумочку и отправилась на танцпол. Саша предлагал сначала пройти в вип-ложу и немного выпить.
– Не хочу.
– Боишься пить в клубах?
Вероника почувствовала, как ее перекосило. Вот нашел человек время, чтобы напомнить! Только-только настроение начало подниматься, и на тебе.
– Надеюсь, ты присмотрись за моим коктейлем?
– О да! Об этом можешь не беспокоиться, – рассмеялся Корин.
– Прекрасно.
Она ослепительно улыбнулась и зацокала каблучками по светящейся лестнице, ведущей на танцпол, чувствуя спиной взгляд жениха.
Глава 20
Блестящий план провалился. На танцполе тусовались с десяток студентов обоих полов, как Ника ни приглядывалась, не удалось найти ни одного знакомого лица. Вероника минут сорок извивалась под музыку, надеясь дождаться знакомую компашку. Увы, танцующих не прибавлялось.
«Тухляк».
Вообще-то заведение довольно симпатичное – футуристическая мебель неоновых цветов, лазерное шоу меняют каждую неделю, под потолком кувыркаются гимнасты в прозрачных шарах. «Жаль, надоело».
Мысль обдала ледяным холодом, аж мурашки по спине побежали. «Ничуть не надоело!»
Да, раньше здесь было не протолкнуться, однако в последнее время в клубах стало просторнее, а будние дни практически пусто. Нытики гундят, что тусы умирают, но это полная чушь! Да, по будням клубы полупустые, она сама не ходила, когда работала, к тому же время года преунылейшее, многие улетели в теплые края.
«И мне надо было».
Заиграла медленная музыка, Вероника собралась было подняться и выпить, но к ней подошел молодой парень и пригласил потанцевать. Одевался он просто, зато вышел фигурой и ростом, к тому же казался веселым и беззаботным. Чем-то он напоминал Славку Летова.
«Почему бы нет?»
Они кружились на танцполе, покачиваясь в такт музыке. Парень действительно оказался студентом, веселым и общительным. Вероника сказала лишь свое имя и предупредила, что не одна.
– Он ревнивый?
– Боюсь, что так.
Парень рассмеялся и сказал, что-то вроде «сам виноват», она не улыбнулась. Неподалеку нарисовался Корин, стоял, подпирая стенку. Вид у жениха был весьма мрачным, Ника нервничала. Однако ничего не случилось – едва окончилась песня, вновь заиграл медляк. Саша подошел, бесцеремонно отодвинул студентика и сгреб ее в охапку.
– Что-то случилось?
– Да так, – буркнул он в самое ухо, – обычные неприятности. Может быть, пойдем выпьем?
– Пошли.
Продолжая обнимать Веронику за талию, повел в ложу. Ложа располагалась на верхнем уровне, от общего зала ее отделяло тонированное стекло – изнутри видно все, снаружи – только отблески лазерного шоу.
Общение складывалось так себе – у Корина то и дело звонил телефон. Тогда он разговаривал по телефону, лаская ее лицо указательным пальцем. Вероника немного расслабилась от алкоголя и умелых прикосновений. До знакомства с Сашей она и не догадалась, что внешняя сторона щеки такая чувствительная.
Вдруг ей вспомнилась брюнетка с надутыми гиалуроном губами, Корин сидел напротив нее в другом клубе. Он так же разговаривал по телефону, лаская ее личико, а она улыбалась и строила глазки. Алкогольную истому смыло как ледяной водой. Ника отодвинулась так, чтобы он не мог до нее дотянуться.
– В чем дело, солнышко? – поинтересовался Корин, закончив разговор.
– Саш, скажи, зачем тебе я?
– В смысле?
– С чего вдруг надумал жениться? Тусил бы дальше с клубными девочками! Зачем тебе брак?!
– Сам не знаю, – чуть более хрипло, чем обычно, ответил он, пересаживаясь ближе.
Вероника попыталась было отодвинуться, но Корин обнял ее за плечи. Мягко, но крепко – почувствовав, что не может освободиться, она обернулась к нему и столкнулась с голодным взглядом хищника, сердечко застучало чаше. Ее пугал такой напор, но одним страхом дело не ограничивалось.
– Не знаю, – хрипло шептал он, лаская тело сквозь легкую ткань шелкового платья. – Есть в тебе что-то такое… Что сводит меня с ума… Заставляет терять контроль над собой.
– Не надо, – прошептала Ника.
– Не надо? – хрипло рассмеялся он, опрокидывая ее на спинку диванчика. – Брось, солнышко, нам будет хорошо вместе. Очень хорошо, – со смаком повторил Корин, устраиваясь рядом на груде подушек, опытная рука нагло хозяйничала под юбкой, доводя Веронику до грани помешательства от дикого страха вперемешку с наслаждением.
– Сладкая моя, – шептал он, – Ты ведь не боишься меня? Нет?
Вероника охнула, всем телом предчувствуя предстоящее наслаждение.
– Или ты хочешь… Хочешь узнать, каково это… Что значит оказаться в полной власти мужчины, а?
Она вздрогнула, чувство было как перед гонкой: страх пополам с предвкушением, «вот сейчас меня… Сейчас». Черная бездна разверзлась у ног, манила, искушала.
– Да, – неожиданно для себя простонала она. – Хочу… Хочу узнать тебя полностью…
Его не нужно просить дважды. Он вошел так резко, что Вероника вскрикнула от боли, но мужчина не остановился. Это было жестко, грубо, безжалостно. От оргазма потемнело в глазах, кажется, она отключилась.
Вечер распался на осколки: она помнила, как Корин обнимал ее за плечи и поил сладкими коктейлями, как гладил по щеке и просил прощения. Кажется, просил. Он говорил что-то про тяжелый день, про страсть, про то, что заигрался, только все это неправда. Она знала, чего он хотел: так доламывают прошедшую трещинами стену. Есть в человеке страсть к завершению – если наклейка чуть отошла, ее непременно отдерут, если человек согнулся – его доломают. Ника не сомневалась – жених хотел ее сломать, уничтожить ее упрямство, раздавить бунтарский дух. И пора признаться, честно признаться себе – у него получилось. Причем не факт, что сегодня. Нет, она сломалась раньше, когда сказала «да» перед толпой гостей и разрешила себя поцеловать. «Game over».
– Мне понравилось, – спокойным как у Эллы голосом ответила она и одернула юбку.
«Бежать отсюда… Бежать без оглядки».
Ника поднялась, но Корин мягко перехватил ее.
– Останься со мной, – проговорил он, – пожалуйста.
Что-то в его голосе заставило девушку обернуться и посмотреть ему в глаза. Он сожалел, определенно сожалел. Наверное, поэтому Вероника позволила усадить себя рядышком, а может быть, просто поддалась напору. Дальше творилось что-то странное. Ника словно плыла по теплым волнам, слушая признания Корина. Он рассказывал, как впервые увидел ее в клубе, как наблюдал, не решаясь подойти, как ездил за ней по клубам, как был послан, когда пытался познакомиться. «Надо же!»
Она совсем его не помнила. Мало ли кто хочет познакомиться в клубе. Нормальные люди именно за этим туда ездят, а она… Вероника тогда и думать о парнях не хотела. Всего за пару месяцев до их столкновения Вероничка рассталась со своим парнем после весьма неприятной истории. В ЦУМе на нее налетела злая девушка с пылающим лицом.
– Где ты была в четверг?!
Ника обалдела. Но еще больше удивило, когда незнакомка вытащила телефон и показала фотку:
– Почему ты ужинала с ним?!
– Потому что это мой парень, – обреченно сказала она, уже понимая, в чем дело.
– Это мой парень!
Она показала фото. Эта самая блондинка и он, селфи на фоне барной стойки. Вероничка узнала место: они были там на прошлой неделе.
– Когда?
– В среду.
Все сошлось. В среду он оказался очень занятым, на звонок ответил замученным тоном, хотя, судя по звуку, ехал в машине.
– Пойдем, – сказала Ника сопернице, – поговорим нормально.
Они пошли в первую попавшую кафешку, заказали чая. Злости не было. Они сидели рядышком с включенными телефонами. Сомнений не осталось, сверили переписку – одни и те же фразочки, ласковые слова, одни и те же клубы.
– Как робот, – сказала блондинка.
– Что?
Папа соперницы владел долей IT-компанией, которая занималась разработкой искусственного интеллекта. Девушка занималась обучением нейросети, сравнив переписки, она выдала ассоциацию.
– Будто не человек с нами так обошелся. Он как программа.
Ника чувствовала примерно то же. Очарование мигом спало, будто морок развеялся. Она ведь все понимала про мужчин, насмотрелась на папочку. Как можно было поверить, что этот экземпляр окажется другим?!
– Моя подруга Элла как-то сказала, что мужчины ведут себя как люди, когда дело не касается женщин.
Блондинку аж передернуло.
– Скорми переписку своей сети. Хоть какой-то толк будет.
Вероника скинула свою историю сообщений сопернице, прежде чем удалить переписку. От обращения «единственная моя» ее мутило. С тех пор Ника ходила в клубы только для того, чтобы танцевать, а Саша познакомиться хотел.
Ника вынырнула из воспоминаний: парень все еще говорил:
– Я решил – все. Нет так нет, – он развел руками, – Но ты все не шла из моей головы. Я даже Инстаграм завел.
Вероника фыркнула. Закрытый аккаунт Корина не содержал ни одной записи, на аватарке светилась звезда в ночном небе – «Тоже мне завел Инстаграм».
– Общих знакомых не было, поэтому я решил пойти, так сказать, официальным путем, – развел руками Саша.
Действительно, что еще оставалось. Честно говоря, он удивил. Вероника думала, что может вызвать только хейт – ан нет, нашелся человек, который откровенно любовался не только телом, но и выходками, был в курсе всех скандалов…
«И не осуждал».
Разве так бывает? Следующие полчаса она тянула «Маргариту» маленькими глоточками, слушая Корина. Она совсем успокоилась, но еще не решила, как быть дальше. Саша сменил тактику. Это оказалось забавно. Ника с трудом сдерживала улыбку, наблюдая, как он пытается купить себе прощение. Варианты попадались заманчивые, например, ожерелье от Диор.
– У тебя часто такие срывы?
Он будто окаменел, лицо застыло, мышцы тела напряглись, но он ответил ровным голосом:
– Нечасто, нет.
– Тогда ладно, – она обняла его за талию и положила голову на плечо. – Но ожерелье ты мне купишь.
Он расхохотался с видимым облегчением.
– Будет тебе ожерелье, самое красивое.
Расслабился он не сразу. Вероника обнимала жениха и сама себе удивлялась. Почему она все время бежит? С чего вдруг такие острые реакции? Хорошие девочки, как Элла, в такой ситуации могут сломаться, но она же Осинина. Она прекрасно знает, в каком мире живет, знает, что дерьмо порой случается с нормальными людьми.
«Что уж говорить о таких, как я».
Это ведь даже насилием не назовешь. Она ведь сама попросила. Интересно почему? Захотела встретиться с собственным страхом? А зачем? Надо будет спросить у Эллиного психиатра. Ника ведь не по этой части, правда? Она – экстремал, влипает в другие истории, не любовного плана. Жених внимательно наблюдал за ней, ласково поглаживая лицо, шею, плечи.
– Тебе полегчало? – спросила Ника, продолжая прижиматься к нему всем телом.
– Дорогая, – он словно растаял, стал мягким и податливым, – ты за меня беспокоишься?
Она кивнула и улыбнулась чуть смущенной улыбкой. Зря она так: он человек, а не демон, который решил сожрать ее душу.
– Только не проси меня рассказать, ок? – взгляд снова стал настороженным, резким.
– Как хочешь. Я готова тебя выслушать, и, не беспокойся, имена и детали ваших игр меня не интересуют.
– Хорошо, договорились, – взгляд стал мягким и ласковым. – Я умею ценить такие вещи, спасибо, любимая.
И потом, когда они уже совсем помирились, сидели в обнимку порядком пьяными, наблюдая шоу, Корин вдруг спросил:
– А все-таки, куколка, почему ты так долго не брала трубку?
Вероника подняла расслабленный алкоголем взгляд и наткнулась на острое внимание. Опьянение исчезло сразу, будто она выбежала с танцпола в зимний лес.
– Так ты поэтому?
– Что поэтому? – резко спросил он.
– Ничего! – огрызнулась Ника. – Возьми и выясни, раз интересно.
– Хорошо, – он развел ладони и оттопырил нижнюю губу. – Если ты этого хочешь…
Она резко встала.
– Да делай что хочешь! Я пошла.
– Что такое? – засуетился Корин. – Я ведь просто спросил.
Ника не глядя взяла первую попавшуюся подушку и от души огрела ей жениха. Попала по выставленным вперед рукам, с реакцией у него проблем не было.
– Но дорогая…
Вероника с удивлением увидела, что он смеется. Конечно, подушка в девичьих руках – так себе оружие, сделать больно ей вряд ли получится, но «Лена никогда бы не решилась стукнуть отца…. Даже в шутку, тем более на публике». Ничего подобного в ее семье даже представить нельзя, а этому хоть бы что – сидит тут и смеется. «Он и правда не такой, как мой папа, он другой».
Она кинула в него подушкой, Саша поймал ее одной рукой.
– Я была в больнице у подруги. Проверь, там записывают посетителей.
Она повернулась и пошла, не слушая его уговоров.
