Текст книги "Допустимый брак (СИ)"
Автор книги: Лина Инарина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 6 (всего у книги 19 страниц)
Глава 21
Наутро – ну как «наутро», на ее утро, то есть где-то после обеда – доставили корзину красных роз и огромную коробку конфет ручной работы «Michel cluizil box of assorted treats». Вероника аж присвистнула, такие стоят не меньше пятисот баксов.
«Ничего себе!»
Среди цветов она обнаружила записку с одной-единственной фразой «Прости меня».
«Как мило».
Доставкой заинтересовался папочка, который засиделся за столом с Леной. Они пили чай и сплетничали, Вероника слышала их, потому что столовую отделял от холла только ряд ионических колонн. Вот и они услышали. А все эта дура восторженная! Охи и ахи новой домработницы разнеслись по всему дому. Она, видите ли, никогда не видела такого роскошного букета!
– Можешь взять себе.
– А твой жених, оказывается, романтик, – отец лучезарно улыбался. – Кто бы мог подумать?
Вероника бросила на него ненавидящий взгляд и побежала вверх по лестнице, прижимая к себе коробку конфет. Они съедят ее с Эллой в следующую среду. Вместо спасибо она написала в смс: «Видеть тебя не хочу».
Не прошло и пяти минут, как Саша перезвонил, чем сильно удивил – как-никак сейчас самый разгар рабочего дня. Очень не хотелось с ним говорить, но он же не отстанет. Вероника в домашнем платье упала на постель среди подушек и обреченно произнесла в трубку:
– Алло.
– Прости меня, – сказал он сразу, не отвлекаясь на приветствие.
– А?!
– Я навел справки. Ты каждую среду навещаешь подругу. Я не знал. Извини.
Вероника молчала, глядя в потолок.
– Давно она так?
– Больше года. Ее пару раз отпускали домой, – она почувствовала, что голос вот-вот дрогнет. – Но там ей становилось хуже.
Корин цокнул языком.
– Бедная девочка.
– Угу.
Снова молчание. Вероника теребила рукой подушку – боковой шов на наволочке слегка разошелся, туда вполне можно было просунуть мизинчик. Чем она и занималась: надо было что-то говорить, но в голове звенела пустота.
– Послушай, солнышко, – наконец сказал Саша, – так больше нельзя.
– Да уж!
– Надо встретиться.
Она расхохоталась.
– Нет-нет, не бойся. Предлагаю встретиться в хорошем ресторане, где ты будешь чувствовать себя в безопасности. Кажется, хороший друг твоего отца держит неплохое заведение. Вот там можно поговорить. Как тебе?
Вероника села на постели, пытаясь собраться. Получилось так себе.
– Я не представляю, о чем мы будем говорить.
– Я пока тоже, – со смехом признался он. – Но это ничего. Мы с тобой посидим в хорошем месте, выпьем и решим, как нам жить дальше. Что скажешь?
– Не вижу смысла.
– Ну что ты, солнышко.
Корин мурлыкал мартовским котом, уговаривая встретиться с ним вечером.
«И как только у него энергии на все хватает?» – удивлялась Вероника.
Она сама либо тусовалась, либо работала – на два дела сил никогда не хватало, а этот тусил до часу в клубе, с утра поехал на работу, сейчас давит так, что фиг откажешь, не отстанет ведь.
«Еще и домой приедет».
Н-да, папе, конечно, не пожалуется, тут на него можно положиться, но дома отказать ему точно не получится. Значит, придется ехать с ним в машине. У нее прав нет, а водитель вдруг окажется очень сильно занят.
«Нет уж».
Пришлось согласиться, но с условием. Если они ни о чем не договорятся, Корин отпустит ее домой.
– О чем речь?! Я сам отвезу тебя!
– Нет. Я поеду на такси.
Возникла короткая пауза, потом он спросил:
– Даже так?
– Да.
– Хорошо, – вздохнул Корин. – На такси так на такси. Все будет как ты хочешь, обещаю.
Вот и договорились. Никогда еще день до вечера не бежал так быстро: не успела прийти в себя, как пора было одеваться.
Для ресторана Вероника выбрала первое попавшееся платье. Досталось черное с открытыми плечами, обтянутое кружевом сверху до низу, спереди юбка не доходила до коленок, сзади подол спускался аж до щиколотки. Наряжаться не хотелось, но и в спортивном костюме туда не поедешь.
«А может быть, именно так стоило поступить?»
А что? Вполне себе вариант – одеться не по дресс-коду, устроить скандал на входе, хлопнуть дверью и уехать домой. Извини, дорогой женишок, меня к тебе не пустили. Все претензии к администрации ресторана. Мысль появилась слишком поздно. Не было ни времени, ни желания переодеваться в любимый спортивный костюм.
«Брось, Вероника. Тебя все равно пустят. Будешь сидеть как дура среди разряженной публики в пафосных интерьерах позапрошлого века».
Перспектива не вдохновляла. Ника последний раз оглядела себя в зеркало, вытащила из шкатулки платиновые часы с круглым зеленым циферблатом и поспешила к машине.
Глава 22
Разумеется, Вереника опоздала – провела в треклятой пробке полтора часа. Милая девушка в сарафане, расшитом стразами, сообщила, что сударь уже приехал.
«И дожидаться изволят-с».
«Кто бы сомневался. Этот доберется, даже если начнется апокалипсис».
Пришлось топать вверх по антикварной лестнице из мореного дуба. Не самый любимый стиль, она всегда была равнодушна к лепнине и резным деревянным панелям, считала, что книжным шкафам со старыми фолиантами место в библиотеке, а микроскопам и глобусам с астролябиями девятнадцатого века – в музее. Помнится, Слава рассказывал о древних дольменах, назначение которых неизвестно науке.
– Зато древние царьки нашли применение – сделали себе гробницу.
«И мы нашли применение останкам исчезнувшей культуры. Мы едим и танцуем на ее руинах».
Корин ждал за небольшим круглым столиком возле окна. На зеленой скатерти стояло ассорти дим-самов и бутылка белого вина.
– Привет, – с натянутой улыбкой поздоровалась она.
Они посидели, немного выпили, прежде чем приступить к разговору:
– Не знаю, что с тобой делать, – развел руками Саша. – Пытаюсь по-хорошему – ты меня избегаешь, начинаю давить, – он нервно кашлянул, – все вроде как получается… Тебя это заводит, не отрицай.
Вероника почувствовала, как кровь приливает к щекам.
– И все вроде бы хорошо. Секс такой, что стены дрожат, а потом, – он покачал головой, глубоко вздохнул, потом с видимым усилием продолжил, – потом ты выглядишь так, будто вот-вот заплачешь.
– Ни разу не плакала, – прошипела Вероника.
– Умничка моя.
Саша вдруг перегнулся через стол и чмокнул ее в носик. Получилось мило, Вероника невольно улыбнулась.
– И что прикажешь с тобой делать?
Она только головой покачала.
«Что тут скажешь?»
Какое-то время они молчали, тихо играла музыка, лед медленно таял в бокале.
– Давай введем стоп-слово, – предложил он, – Если я делаю что-то неприемлемое, ты говоришь, – он развел руками. – И я останавливаюсь. Как тебе?
– Как в БДСМ?
– Наверное, – рассмеялся Саша. – Сам я не увлекаюсь, но метод неплох. Как думаешь?
– Можно попробовать, – задумчиво протянула Вероника. – А ты точно остановишься? – дрогнувшим голосом спросила она.
– Обещаю, – он наклонился через стол и тихо добавил: – Даже если уже буду внутри.
«Посмотрим, как это у тебя получится», – подумала она и ехидно улыбнулась.
Дальнейший вечер прошел куда более приятно. С Кориным можно разговаривать. Он рассказывает интересные истории и, что самое невероятное, умеет слушать. Он оказался единственным человеком, с которым можно поговорить об Элле. Общие друзья предпочитали переводить разговор на другую тему, будто хотели вовсе забыть о ее существовании. От друзей они перешли к тусовкам, клубам и путешествиям.
– Ты говорила, что твоя подруга уехала в Италию.
– Да. А что?
– Как насчет того, чтобы тоже отправиться туда на выходные?
– Я даже не знаю, – Ника отпила глоток. – Лиза с мужчиной уехала.
– Так и ты со мной поедешь, – резонно заметил Саша, поднося к губам бокал с вином.
– Даже не знаю.
– И не узнаешь, если не спросишь. Позвони ей.
– Прямо сейчас?
– А что тебя смущает?
Вероника пожала плечами, в два глотка допила остатки вина и подумала: «Почему бы нет?»
Вдвоем с ним она ни за что бы не поехала, другое дело – провести время в дружеской компании.
– Поеду, если жить будем в отдельных номерах.
Саша не был в восторге, но спорить не стал. Вероника написала подруге и практически сразу получила ответ. Лиза обрадовалась, обещала прямо сейчас сбегать на ресепшен. Минут через пятнадцать скинула фото интерьеров.
– Вот и чудненько, – подвел итог Саша.
Из ресторана они разъехались собирать вещи. Самолет улетал в семь утра.
Глава 23
Вероника дремала в белом салоне бизнес-класса, положив голову на плечо жениха. Любой вылет, запланированный ранее, чем на четыре-пять часов, она считала издевательством. Но чего только не сделаешь, чтобы сменить пасмурную слякоть родного города на синее небо, ясное солнце и компанию друзей.
«Остаться бы до мая».
Увы, нельзя. Корин улетает в понедельник рано утром, она же остается до среды. Не хочется пропускать день посещения Эллы. За год она ни разу не пропускала визит, не предупредив подругу. Нельзя, чтобы подруга подумала, что Вероника тоже ее бросила.
«Как все остальные».
Лиза шумно сочувствовала, передавала приветы, но ни разу не навестила подругу в клинике, хотя обещала. Странно, к Андрею после ДТП ходила чуть ли не каждый день, а в психушку ни ногой.
«Почему так?»
Ей и прежде приходилось слышать о стигматизации душевных болезней. Ника считала этот предрассудок делом далекого прошлого. «Однако и теперь шарахаются от психических. Бред какой-то! Это же Элла… Наша Элла!» – думала Вероника сквозь сонное марево. Она то просыпалась и, лежа в объятиях Корина, думала о друзьях, то вновь проваливалась в беспокойные видения, в которых они с Эллчиком тайком сбежали с пары и гоняли по улицам на большом красном джипе.
Разбудила стюардесса, сказала, что они скоро прилетают, и предложила напитки. Они с Сашей выбрали черный кофе. Вероника сонно вращала ложечкой темную жидкость. Она не любила горячие напитки, поэтому крутила в чашке ложечкой, надеясь остудить кофе быстрее. Однообразные движения и круги в чашке создавали эффект транса, слишком мягкое белое кожаное кресло манило откинуться назад и еще немного подремать. Вероника изо всех сил боролась с соблазном, когда Саша закинул руку на спинку и спросил:
– Как дела, солнышко? Ты проснулась?
– Почти, – вяло ответила она, глядя на гипнотические круги. – Настолько, чтобы спросить: почему мы летим во Флоренцию, если мои друзья остановились в Милане?
– Хочу показать тебе Каррарский карьер.
– Чего?!
Ника аж проснулась и во все глаза вытаращилась на жениха, пытаясь осмыслить, что она только что услышала.
– Там добывают мрамор. Твоя гостиная им украшена.
– И что? – Вероника от возмущения чуть не опрокинула чашку с кофе. – С какой стати я должна смотреть на дыру в земле?
– Нет, – рассмеялся Корин, – не в земле. Мрамор откалывают прямо от горы. Очень красивой горы.
Она пожала плечами.
– Тебе понравится.
– Не хочу, – сказала Ника, поднося чашку к губам.
Кофе остыл как раз до нужной температуры – м-м-м, пара глотков освежающе горького напитка вернула бодрость, а тут еще Саша сделал заманчивое предложение.
– А порулить хочешь?
– А?!
– Все просто, – он развел руками. – Я беру машину напрокат. И за городом пускаю тебя за руль. Идет?
– Штрафы с тебя.
– О чем речь, солнце ты мое ясное, – широко улыбнулся Саша.
– Я согласна, – быстро сказала Вероника.
Горы так горы, лишь бы еще раз сесть за руль. Умеют же некоторые соблазнять.
Они с Кориным ехали на большом мощном внедорожнике, за окном проплывали пейзажи, похожие на ожившие рекламные буклеты. Допивая третий кофе за утро, Вероника вдруг осознала, что весна, которую все так любят, – это не грязные сугробы под хмурым небом, а то, что она сейчас видит. Вероника приоткрыла окно, чтобы почувствовать запах цветов и молодой травы. Ветер ворвался внутрь, заметался по салону, растрепал волосы – пришлось приподнять стекло. Поправляя выбившиеся пряди, она посмотрела на Сашу. Он дышал полной грудью и улыбался, переведя взгляд на зеркало. Ника увидела, что тоже улыбается.
– Вот это я понимаю.
Не нужно было уточнять, о чем речь, в тот момент они были на одной волне.
– Когда ты пустишь меня за руль? – спросила Вероника, желая развеять магию момента.
Она испугалась, внезапно осознав, что чувствует себя легко и спокойно, как в компании друзей.
«А он вовсе не друг».
Пообещал пустить за руль, когда выедем из города. Вот они выехали – по обеим сторонам дороги тянутся цветущие поля, а Корин по-прежнему за рулем.
– Скоро, солнышко, совсем скоро.
Он принялся объяснять, где меньше шансов наткнуться на полицию. По его прикидкам минут через двадцать они вполне могли бы поменяться местами.
Вероника демонстративно вытащила телефон, посмотрела на время и ничего не сказала. Ругаться категорически не хотелось, слишком прекрасное утро, слишком вкусный капучино, слишком хорош вид за окном, поэтому она просто сказала:
– Включи музыку.
Довольно быстро удалось подобрать мелодию, которая нравилась обоим. Кажется, их музыкальные вкусы были похожими, а дальше случилось то, во что Вероника не до конца верила. От дороги отошли две развилки, Саша выбрал ту, что поуже, и почти сразу свернул на обочину.
– Вот здесь можно и поменяться местами.
Веронику не нужно просить дважды.
Быстренько усевшись за руль, она вдарила по газам.
– Ихо! – воскликнул Корин, которого тоже вдавило в мягкое кожаное сидение.
– Ты тоже любитель погонять?
– А кто нет? – хохотнул он. – Приятное чувство, если только не думать о том, что конечной точкой может оказаться лучший мир.
Радость от скорости померкла.
– Нет, – сказала Вероника, – мы с тобой получим сотрясение мозга и сломаем пару ребер, – она полуосознанно сбросила скорость. – На тот свет отправится бедолага, у которого нет денег на тачку с нормальной системой безопасности.
– У тебя так было?
Она покачала головой и еще больше сбросила скорость.
– Не у меня, у Андрея. Ты его видел. Я приезжала с ним на нашу помолвку.
– Точно! – Саша хлопнул ладонью по подлокотнику, – Я еще думал, где я видел одного из тех парней. Его пресса несколько месяцев полоскала.
– Меня тоже, – криво усмехнулась Вероника.
– Тебя-то за что? Ты вызвала скорую и осталась на месте ДТП. Что ты еще могла сделать?
– Ничего. Их спасатели автогеном вырезали.
Корин присвистнул. За окном проплыл знак ограничителя скорости. Именно так они и ехали – внутренний бесенок толкнул было под руку, подначивал снова разогнаться, но Вероника легко отбросила искушение. В последнее время многие выходки больше не казались таким забавными как прежде.
«Я не ребенок, чтобы кидаться кашей в няню, потому что папа сказал, что так делать нехорошо».
«Глупо все это».
И бессмысленно. О каком риске речь, если умирают другие?
– Может быть, заедем в ресторанчик?
– Ты же завтракал.
– А ты нет. И бокальчик-другой вина тебе не помешает.
Вероника улыбнулась.
«Нет, не надо мне вина. Я думала, что прощаюсь с детством, в пьяном угаре выпускного. Ничего не получилось, попробую насухо».
– Ты такая загадочная.
– Я не хочу есть. Но если ты проголодался, можно заехать. Только я не знаю, где тут рестораны.
– Ты не любишь Италию?
– Кто же ее не любит? – рассмеялась Ника, глядя на дорогу. – Я без навигатора хожу по Милану. Довольно хорошо знаю Рим.
– А я покажу тебе Тоскану.
Вероника не возражала – давно хотелось сменить обстановку, желательно на совершенно незнакомую. Здешние пасторальные пейзажи вполне устраивали.
Глава 24
Карьер каррарского мрамора превзошел все ожидания. Верхушки гор скрывались в тумане, отчего казалось, что здешние кручи уходят в само небо. Дорога, серпантином вьющаяся вокруг каменного гиганта, виток за витком поднималась наверх, открывая обалденные виды.
– Ну как тебе?
– Вау! – только и смогла ответить Вероника.
Местами добытчики камня стесали склон до вертикальной гладкости, эти участки действительно выглядели как стены холла в ее доме.
«Только лучше».
Туристический сезон еще не начался, поэтому Саше не составило труда забронировать время только для них. Они припарковались, потом долго бродили по склонам, кричали и аукали, слушая эхо своих голосов. Два часа пролетели незаметно.
– Теперь в ресторан? – спросил Саша, усаживаясь за руль.
Вероника не возражала: хотелось напоследок полюбоваться горным пейзажем, не отвлекаясь на дорогу. Против ресторана она тоже ничего не имела.
– Я знаю одно неплохое местечко. Оно как раз по дороге в Милан.
– Далеко отсюда?
До местечка оказалось недалеко, а вот до друзей ехать часа четыре.
– Как раз к ужину попадем.
Итак, весь день пройдет в дороге. В принципе, не так плохо, можно и за руль попроситься, и для Инстаграма пофоткаться. Ника представила себя в окружении цветов и холмов. Хороший контент получится, да и Сашу можно будет узнать поближе. В грохоте клуба особенно не поговоришь, а шопингом они с Лизой займутся в понедельник, подруга уже пообещала не ходить в магазины без Вероники. Она улыбнулась, предвкушая хороший отдых.
– Рад видеть твою улыбку.
Она послала ему воздушный поцелуй, о чем тут же пожалела – женишок пришел в игривое настроение и принялся уговаривать свернуть в душистые травы и отдаться безумству весны. Ника отнекивалась, хотя мысль завела ее не на шутку.
– Ты боишься, что нас застукают местные фермеры?
Это было последней каплей.
– А давай!
Джип резко свернул с дороги и мягко заколыхался на неровной поверхности дикого поля. К ресторану они подъехали усталыми и очень голодными.
«Ума не приложу, как он так быстро нашел их заведение?»
От дороги отходила развилка, по обеим сторонам обсаженная острыми кипарисами, Корин свернул, и через минут пятнадцать показался двухэтажный каменный домик, построенный во времена седой древности, деревянные столики окружили его подобно вражескому войску. Жених посигналил и сказал:
– Выбирай столик с самым живописным видом.
«Тоже мне задачка – тут со всех сторон отличнейшие виды, осталось подобрать освещение». Вероника выбрала столик, свешенный с правой стороны, поля расстилались слева, дом с кучей крестьянской утвари не лез в кадр.
Едва они устроились, как вышли хозяева – упитанные пожилые люди простецкого вида, мужчина носил пышные усы, как герой старого фильма. Увидев гостей, они быстро эмоционально затараторили. Как выяснилось, они были знакомы с Сашей, называли его «сеньор Алехандро» и выражали радость словами и жестами. Самое удивительное, что Корин говорил с ними на итальянском. Вероника так удивилась, что даже не заглянула в меню, поэтому вопрос:
– Что будешь? – застал врасплох.
– Все равно. Только чтобы быстро и сытно.
– Пицца?
Она кивнула. Где еще попробовать аутентичную пиццу, как не в итальянской деревне?
– Да, только выбери сам.
Саша с хозяевами кафе обменялись несколькими фразами, хозяева ушли.
– Откуда ты знаешь язык?
Корин смутился.
– Ты будешь смеяться, но лет в десять я увидел фильм про итальянскую мафию и…
Вероника прыснула, прикрыв рот ладошкой.
– Самому смешно. Но тогда я просто фанател. Настолько, что сказал маме, что хочу выучить итальянский.
Вероника только головой покачала. Ее увлечения заканчивались какой-нибудь дичью на камеру, а человек язык выучил.
– Мама общалась с девушкой из банка. Та вышла замуж за итальянца, десять лет прожила в Италии, потом у них что-то не срослось, – он развел руками, – и она вернулась домой. Мы занимались с ней пять лет.
Вероника смотрела на цветущие поля, не зная, что сказать, в мыслях крутились грязные сугробы, которые, дай Бог, растают к концу месяца. Уезжать не хотелось.
«Остановись, мгновенье».
Саша наклонился и прошептал:
– Я с ней невинности лишился.
Вероника прыснула.
– Ей лет сколько было?
Он пожал плечами.
– Значит, ты жертва педофилки.
– Ну, – кашлянул он, – почему сразу жертва?
– Первая любовь? – округлила глаза Вероника, откидываясь на жесткую спинку деревянного стула.
– Нет, влюбился я в одноклассницу. У нее были черные волосы до попы и дерзкий язычок, – он несколько театрально вздохнул. – Послала она меня ко всем чертям и укатила с каким-то быком на черном бумере. Такая вот история.
– И что с ней было?
– Понятия не имею.
Принесли бутылку с черным петухом на этикетке, разлили по бокалам. Вероника поболтала вино под запись и разместила в сторис с надписью «Привет из Тосканы».
– Теперь твоя очередь.
– А?
– Твоя очередь рассказать о первой любви.
– Да у меня тоже лажа. Мы с подругой влюбились в одноклассника. Он был весь такой большой, смуглый, а глаза синие-пресиние. Выбрал он подругу. У нее большие голубые глазищи и покладистый характер. Не то что у меня.
– Н-да.
– Ага. К счастью, дело было в одиннадцатом классе, потом мы поступили в разные ВУЗы. Что там у них дальше было, не знаю и знать не хочу.
Корин взял свой бокал, звякнул о ее и поднес к губам, Вероника сделала то же самое. Не успели они отпить и пары глотков, как зазвонил телефон.
– Алло.
– Дорогая, ты сбрендила? – спросил голос Лизы.
– А?
– Какая, мать твою, Тоскана?! Мы ждем тебя в Милане! Тебе по слогам повторить?! В Ми-ла-не! Вкуриваешь?! – Блин, да не кричи ты! Знаю я, что в Милане. Мне Саша устроил экскурсию по любимым местам. Часа через четыре приедем.
– Смотри у меня! Чтобы к девяти успели. Не представляешь, чего мне стоило забронировать столик на пятерых.
– Эм? А пятый кто?
Выяснилось, что Лиза уехала с двумя любовниками сразу. Они живут в одном номере, и никто никого не ревнует.
– Здорово, да?
Вероника только головой покачала. К счастью, принесли пиццу, появился предлог закончить разговор.
– Пиццу? Фи, как банально.
– Не банальность, а классика. Все, пока.
Пицца показалась умопомрачительно вкусной. Не зря говорят, голод – лучшая приправа. К тому моменту, как был съеден последний кусочек, она рассказала жениху про Лизиных двух любовников, с которыми сегодня придется ужинать. Корин хохотал как ненормальный.
– Куда я попал! Стритрейсеры! Психические! Полиаморы! Наркоманов только не хватает!
– Кого нет, того нет, – сказала Вероника и развела руками, копируя любимый жест Саши, едва не задела бокал, а потом осторожно сказала: – Мне кажется, тебе это нравится.
Он кивнул.
– Видишь ли, солнышко, пока вы отжигали, я пахал. Учился и строил бизнес. Хотел стать богаче папы. И могу похвастаться, мне удалось. До дяди, конечно, далеко, – он хохотнул. – Но папу я уделал.
– И теперь хочешь наверстать упущенное?
– Наверное.
– А я уже устаю от всего этого. Хочу пожить спокойно.
– Посмотрим, насколько тебя хватит.
– И тебя.
Они посмотрели друг на друга и расхохотались. Захватив с собой состатки вина, покатили в Милан. В четыре часа, разумеется, не уложились. Вероника то и дело просила остановиться, чтобы пофоткаться среди полей, кипарисов, среди цветов на фоне далеких холмов. Она позировала, переодевалась, спрятавшись за внедорожником, и снова фотографировалась, снимала сторис, пока солнце не скрылось за холмами.
