Текст книги "Допустимый брак (СИ)"
Автор книги: Лина Инарина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)
Глава 44
К спрятанному среди сосен просторному деревянному дому Вероника подъехала часа через два. Саша встретил ее в свежей футболке и синих джинсах, он только что принял душ, волосы еще оставались влажными. Он галантно помог снять серебристую куртку и тут же принялся стаскивать платье.
– Но я купила его специально для нашей встречи, – запротестовала она.
– Я уже оценил. Сейчас покажу, как сильно.
Вероника хихикнула, помогая освободить себя от платья. Заслужил, сегодня она приехала мириться и была согласна отмечать по его правилам.
Потом они долго целовались на мягкой шкуре перед камином, на столике в ведерке со льдом стояло шампанское, но они так его и не открыли, зато приготовленные на закуску мандарины пришлись кстати, они снимали с фруктов мягкие сочные шкурки и кормили друг друга сладкими дольками. Нашлась одна косточка, Саша вовремя не заметил и не раскусил.
– Мальчик или девочка? – спросил он, рассматривая ее в свете огня.
– Конечно, мальчик. Девочку я рожать не буду.
– А я хотел бы дочку.
Вероника покачала головой.
– Девочкам жить трудно.
– Думаешь, мы не сможем ее защитить?
– Я не знаю.
– А я уверен, – он легко поднялся со шкуры. – Положу в стакан с водой, а завтра отдам садовнику. Давно мечтал устроить зимний сад. Будет наше первое дерево.
Вероника с улыбкой наблюдала за ним. Действительно положил. Смешной, ей-богу, нет, она, конечно, в курсе, что новые мандариновые деревья растут из семечек, что семечки находятся внутри плодов. Но неужели он думает, что из мандарина, который сначала трясся в самолетах, потом сутками валялся в холодильниках, может появиться новое дерево?
«А вдруг и правда вырастет?»
Она потрясла головой, отгоняя наваждение. Хватит с нее чудес. Достаточно, что она рискнула сама позвонить и признаться.
«И ничего страшного не случилось?»
– Какие планы на завтра?
Вероника перевернулась набок, соображая, что завтра. Оказалось, пятница, значит, можно посмотреть, где какая вечеринка, и выбрать. Особых планов пока не было.
– Ты не могла бы сводить Рому с девушкой в свой сквот?
– Зачем?!
– Ты не поверишь, – хохотнул он. – Они оба любят современное искусство.
– Ты серьезно?
Оказалось – вполне. Они хотели создать новое дизайнерское бюро, присматривали себе художников.
– В сотрудники или в партнеры?
– Как получится, – пожал плечами Саша. – Ты поможешь? Я бы сам свозил, но у меня завтрашний день расписан по минутам.
– Позвоню Диме.
– С меня причитается.
Вероника залезла в пакет с покупками, достала красную шелковую ночнушку, оторвала ценник и надела на себя. Саша одеваться не собирался, впрочем, ее это не смущало. Забравшись в одно из двух кресел, что стояли по обе стороны столика перед окном, набрала номер Димы.
– Привет, не отвлекаю?
Нет, она не отвлекала, и выставка не закончилась.
– Что значит «ваша выставка»? Там и твои работы висят.
– Ой, не смеши! За мной полсквота дорисовывало! Скажи лучше, ты завтра там будешь?
Разумеется, будет, он всю неделю там. Он с удовольствием покажет выставку питерским ребятам. Особенно он заинтересовался девушкой-дизайнером.
– Как ее зовут?
Вероника сказала. Выяснилось, что они знакомы, не просто знакомы, а дружат в Инстаграме, активно лайкают работы друг друга.
– Буду рад познакомиться вживую.
– Значит, договорились!
Саша ждал, развалившись на шкуре. Вероника назвала время работы выставки и попросила передать привет от ДимДимыча.
– Это ник в Инстаграм.
– Да я понял. Сам в сети живу. Четвертое, блин, измерение.
Он взял телефон и принялся звонить Роме, чтобы договориться о встрече.
– А вечерком рванем в клуб. Вы во сколько послезавтра улетаете? Вот и славненько! Успеете отоспаться!
– С тебя причитается, – лукаво улыбнулась Вероника, когда он закончил разговор.
– О чем речь, солнышко! Придумай, что тебе хочется, хорошо?
– Я придумаю. Можешь не сомневаться.
Остаток вечера они провели в разговорах возле камина, до шампанского так и не дошли.
Глава 45
Утром Вероника проснулась от жужжания айфона. Она осталась одна в просторной комнате с каменными стенами. Саша уехал на работу, закрыв стеклянную стену шторами блэкаут. Телефон зажужжал снова. Ника, сощурившись от яркого экрана, пришлось несколько раз моргнуть, перенастраивая зрение:
«Подруга, брось, ну сколько можно?!»
Писала Элла. Сон как рукой сняло.
«Как ты могла?! – написала Вероника. – Тебе парней мало? Почему полезла именно к моему?»
«Ну прости. Не знаю, что на меня нашло».
«Нашло на тебя! Как же! Понимаю, Лиза, но ты!»
Несколько секунд сообщения не приходили, потом раздался звонок. На экране показалась фотография Эллы. Не раздумывая, Ника ответила:
– Что скажешь?!
– Извини, подруга. Я неудачно пошутила.
– Ах ты пошутила! – Вероника села на кровати, прижимая трубку к уху. – Прикольная версия! Еще сказала бы, что проверяла моего жениха!
– Я бы сказала, но ты не поверишь.
– Конечно, нет! Нашла дуру!
– Ну не злись. Я скучаю по тебе.
Вероника молчала, глядя на шторы, представляя вековые сосны в раскисших сугробах.
– Мы ведь можем общаться, когда его нет.
«Вариант!»
– Да не молчи ты уже! – взорвалась трубка.
– Я не знаю, что сказать, – честно призналась Вероника.
– Да что тут говорить! Ты хотела слить жениха, я попыталась воспользоваться моментом. Чего беситься?!
– Я передумала, – сказала Ника, спуская ноги с кровати, пол оказался удивительно теплым. – Не хочу его сливать.
– Ладно. Буду знать, теперь ни-ни.
– Так я тебе и поверила!
– Можно общаться, пока его нет.
Вероника – как была, в красной шелковой ночнушке – дошла до окна в пол, раздвинула шторы. Снаружи было пасмурно и тихо.
– Можно, – наконец согласилась она.
– Ура! Не представляешь, как мне осточертело таскаться одной по клубам!
– Хочешь на выставку современного искусства?
– Еще как! Где это?
Вероника коротко рассказала про «Сквот», Оксану, выставку молодых художников, обещание выгулять друзей жениха, а потом сказала то, что можно сказать только Элле:
– Я в этом мало что понимаю. Расскажи мне о том, что положено знать культурному человеку.
Подруга не подвела – за каких-то полчаса назвала самые важные имена, снабдив их сочными характеристиками. Такими, что не перепутаешь.
– Ребята из сквота еще зеленые, их можно не знать. Главное – не говорить им это в глаза.
– Еще бы! – фыркнула Вероника, делая заметки на салфетке косметическим карандашом, ни бумаги, ни ручки в спальне не нашлось.
– И не пытаться найти смысл в абстрактном искусстве.
– Почему? Я слышала, что в квадрате Малевича находят бездны смыслов.
– Ну и лохи. Фигуры Малевича – чистая живопись, освобожденная от всего лишнего, – сюжета, смысла и прочего.
– Мля!
– Вот!
Они расхохотались. Вероника вскочила с кровати и закружилась по комнате. Как же ей не хватало таких разговоров! Какое счастье, что можно снова чудить вместе с Эллой.
Она была бы рада воссоединению, если бы не одно «но». У этого «но» было отстраненное лицо психиатра из районной психбольницы. Именно туда доставили Эллу после того, как она подожгла собственную квартиру.
«Держись от нее подальше. Она психопатка».
Ника громко послала его на три буквы. Доктор не обиделся, тем же ровным отстраненным голосом объяснил, что у людей с данным диагнозом отсутствуют некоторые базовые человеческие эмоции.
– Она украдет, покалечит, убьет и не сможет испытать сожаления.
– Элла не такая! Ей просто досталось! Вам этого не понять! Какого черта мужчина работает с жертвой изнасилования?!
– Не в изнасиловании дело. Жертвы много чего творят, но здесь другой паттерн. Я спросил ее, а как же соседи? Как же родители? Они ведь были в соседней комнате. Знаете, что она ответила?
– Послала!
Вероника не задумывалась над ответом. Она к средней школе усвоила, что раскаяние и сожаления не освобождают от наказания. Так зачем комедию ломать?
– Махнула рукой, понимаете? Ей нет до них дела.
– Ее родители и в огне не сгорят, и в воде не потонут. И вы точно такой же.
Она вышла, хлопнув дверью, сожалея только о том, что врач успел спрятать в карман мятого серого халата сто баксов, которые Вероника заплатила за разговор. Она схватила бы их и убежала.
«Моральный урод!»
Диагноз, кстати, не подтвердился. Выяснилось, что недопсихопатку отругала мать, довела до истерики. Вместо того чтобы напиться или позвонить подругам, Элла зачем-то полезла в интернет читать про себя любимую. Один добрый тролль посоветовал ей сжечь себя. Совет что-то затронул в исковерканной душе, и она поднесла зажигалку к диванной обивке.
– Я хотела сбить пламя, но все вдруг запылало.
Сожаления в голосе действительно не было. Как не было его и в телефонном разговоре, когда Элла извинилась за флирт с женихом. В чем-то тот психиатр был прав. Он, конечно, равнодушная сволочь, деформированная тяжелой низкооплачиваемой работой, но кое-что он в Элле заметил.
«Позвонить ему, что ли? Извиниться?»
Мысль оказалось неприятной, и Вероника ее отмела, тем более пора было собираться. Она повторяла имена художников и скульпторов нового времени. Кое о ком успел рассказать Дима, когда вез ее в сквот, кое о ком она слушала в новостях или даже попадала на выставку, случайно или за компанию с Эллой. Тогда она совсем не интересовалась искусством, поэтому имена и работы вылетали из головы, стоило покинуть галерею.
Глава 46
Вечер удался. Питерским понравилась выставка, они обменялись визитками с тремя художниками, оценили ее работу.
– Ха! Узнаю прищур Саши. Он частенько так смотрит, – сказал Рома, остановившись перед портретом друга на кирпичной стене.
Только Элла была не в восторге от «Истории одной тянки». Она несколько секунд смотрела на мангу на стене, переступая с ноги на ногу, потом тихо спросила:
– Ну зачем ты так?
– Я художник. Я так вижу.
Подруга укоризненно покачала головой, Сашины друзья сделали вид, что ничего не заметили. Элла им понравилась. Они оживленно обменивались впечатлениями, смеялись над одним и тем же, Веронике оставалось лишь изредка вставлять фразы. Она больше слушала и старалась запоминать, так, на всякий случай, а беседой рулили Элла с Димой.
Он устроил мини-экскурсию – водил по полупустому выставочному залу, знакомил с коллегами, рассказывал забавные случаи из жизни художников. С девушкой Ромы они встретились как старые знакомые.
– Куда пропала?
Оксана тихо подошла сзади и громко спросила в самое ухо. Вероника вздрогнула, но тут же расхохоталась. Они обнялись.
– Моя учительница рисования, – представила она художницу.
Они немного поболтали, и, когда компания двинулась к следующим экспонатам, Ника задержалась у стены с их общим проектом – мангой «Вечный сквот». Над головой Оксаны висел рисунок коридора, исчерченный изогнутыми психоделическими стрелками.
– Как у тебя со временем? – спросила Ника художницу.
– Выставка будет еще неделю, там стану посвободнее. А что?
– Я курсы запускаю по финансовой грамотности. Мне нужны дизайн и раскрутка. Поможешь?
На лице Оксаны отразились сомнения.
– Не то чтобы я специалист…
– А нет у нас специалистов. Не завелись еще. А свою страницу ты здорово раскрутила, у тебя подписчиков в разы больше, чем у коллег. И выставку хорошо рекламируешь.
Оксана смотрела то на Нику, то на свои работы, словно прикидывая, хватит ли ее на учебу, рисование и помощь новой подруге.
– Пожалуй.
– Ты мне поможешь? Не за спасибо, разумеется.
– Давай созвонимся вечером?
– Договорились!
Они расцеловались, и Вероника побежала всех догонять, удивляясь, как хорошо все складывается. Друзья Саши довольны – вон как чирикают. После выставки спустились в бар «Сквот» выпить легендарного пива. К тому времени освободился Саша, предложил на выбор два клуба. Элла собралась было с ними, но Вероника шепнула на ухо:
– Ты обещала.
И подруга быстро вспомнила, что хотела обсудить с Димой его скульптуру, когда народ немного схлынет. Вероника вздохнула с облегчением.
Клуб выбрали все вместе по громкой связи.
Глава 47
После клуба Ника с Сашей поехали к нему. Оба были слегка пьяны то ли от коктейлей, то ли от радости жизни. Они раздевали друг друга по дороге в спальню и занимались сексом прямо на лестнице, так и не добравшись до кровати.
А следующим днем оба отсыпались, пока не зазвонил телефон. Вероника спросонок взяла трубку с прикроватной тумбочки:
– Алло.
– Ты где? – с явным раздражением спросил отец.
– У жениха.
В трубке раздалось шипение.
– Стоило перестать настаивать на браке, ты сама к нему побежала?
– Полетела, – нежно пропела Вероника, постепенно просыпаясь. – На крыльях любви.
– Ладно, – небольшая пауза. – Ты надолго?
– Не знаю, – больше всего хотелось повернуться на другой бок и снова заснуть. – Наверное, останусь на выходные.
– Предупреждать надо. Я думал, ты опять сбежала.
– Нет, – рассмеялась она, принимая сидячее положение, сон окончательно выветрился.
– Ладно, пока.
И отключился. Вероника встала босыми ногами на теплый пол.
– Кто это был? – раздался голос из постели.
– Отец.
– Заботливый у тебя папочка, – фыркнул Саша, не открывая глаз. – На третьи сутки спохватился.
Ника раскрыла шторы.
– А что такого? Я уехала с двумя бутылками вина, значит, до утра точно не вернусь. Потом поеду в барокамеру и салон красоты. Фитнес и шопинг тоже никто не отменял.
– А потом клубы, – лениво закончил Саша, поднимаясь с постели.
– Ага, я в душ.
– Погоди, я с тобой.
– Если догонишь, – Вероника показала язык и бросилась к двери, Саша припустил за ней.
Успел, кто бы сомневался. Вообще было весело, она не помнила, когда последний раз шутила и дурачилась, Саша тоже включился в игру – ловил ее весьма азартно.
А потом были клубы, они объединили компании. Даже Эллу пригласили, не оставлять же ее одну, когда родители дома. С ее мамочкой матерого крокодила с каменным панцирем не оставишь, не то что девчонку с неустойчивой психикой. Правда, она и тут учудила – явилась с Димой. К счастью, все обошлось – Лиза приветливо поздоровалась с обоими, как со старыми друзьями.
Да, они классно повеселились, было хорошо как всем вместе, так и наедине с Сашей. Все было просто здорово, пока за завтраком он не сказал:
– Послушай, солнышко. Думаю, наши отношения перешли на новый уровень.
Вероника кивнула и взяла клубнику со стола, думая, что Саша прав, – они определенно сблизились за последнее время.
– Пора тебе познакомиться с моими родителями.
Тишина настала оглушительная. Они сидели в столовой перед огромным панорамным окном в пол, снег между соснами почти весь стаял, только местами остались серые мокрые комочки.
– Ну, чего молчишь?
Ника криво усмехнулась.
– Давно хотела тебя спросить – мама в курсе, что ты посватался к гонщице?
– Наверняка, – пожал плечами Корин. – О тебе писали все газеты. Да что там – ты даже в новости на ящике попала.
Она растянулась губы в улыбке и отправила в рот хорошо помятую ягоду, сок потек по губам, пришлось брать салфетку.
– Не волнуйся, солнышко. Мама давно смирилась с гонками.
Вероника сделала круглые глаза.
– Понимаешь, папа в молодости тоже гонял.
– И на чем же? На черной «Волге»?
– Не, – засмеялся Корин. – На мотоцикле «Jawa».
Вероника задумалась, вспоминая старые советские фильмы.
– Это такой… в кино видела… «Ява Морковка»?
Саша кивнул.
– О боже!
Корин развел руками. Вероника расхохоталась, представив гонки по раздолбанной деревенской дороге – рев и грохот, пыль столбом, испуганные коровы бегут прочь, не жалея копыт.
– Вот ты смеешься, а его на комсомольских собраниях регулярно отчитывали.
Вспомнился фильм «Стиляги» – толпа зомби в серых костюмчиках кричит в праведном негодовании. Смешного действительно мало, но раз отчитывали регулярно, значит, было вполне терпимо.
– Он бросил гонять только после моего рождения.
– Почему?
– Понимаешь, солнышко, в мотоцикле нет подушек безопасности, – проговорил Саша, поднося к губам чашку, глотнул кофе и продолжил: – Если ты разбился, сотрясением мозга не отделаешься. Папа сказал «подло оставлять жену вдовой с ребенком на руках».
– Он хороший человек, – сказала Вероника и тоже потянулась за кофе, аппетит пропал, закончился.
– Согласен. Ты зря нервничаешь.
«Ага, как же!»
Она взяла чашку и сделала большой глоток.
– А мама?
– Что мама? – спросил он, забирая очередной тост.
– Чем она увлекается? О чем мне с ней говорить?
– Современным искусством, – широко улыбнулся Корин, – она видела мой портрет в сквоте.
– Узнала?
– Сразу же, – Саша откусил большой кусок тоста и запил хорошим глотком кофе, они оба любили черный. – Сказала: «Нарисовано с большим чувством».
– Так и есть.
Вероника подлила себе кофе. Стараясь оттянуть время, в голове крутилась одна мысль:
«Рано или поздно надо знакомиться с его родителями. Почему не сейчас?». Предлога не находилось.
«И не найдется, хоть десять чашек выпей!»
– Ну так что? – деликатно поторопил Корин.
– Давай, пока она под впечатлением от моего творчества.
– Чудно! Как насчет следующей субботы?
– Почему нет?
Саша выразил восторг, сказал, что к ним в гости собрался дядя с женой.
– Сразу со всеми познакомишься.
Вероника заставила себя улыбнуться, он потянулся за телефоном, она тоже схватила свой и, накинув поверх ночнушки его рубашку, ушла на застекленную веранду. Там набрала номер Эллы.
– Привет, нужна помощь.
– Что у тебя?
– Через неделю знакомлюсь с родителями Саши, – медленно проговорила Вероничка, глядя на сосны за стеклом. – Его мама увлекается современным искусством.
– Оу! – рассмеялась подруга.
– Сейчас тебе не смешно станет. Тебе придется за неделю научить меня поддерживать культурную беседу. Ты можешь, я знаю.
– Правда?!
– Не прикидывайся, – Вероничка уселась на деревянный стул возле двери. – Я знаю, что ты за деньги рассказывала светским недольвицам, что нужно читать и какие имена произносить.
– И в каком контексте.
– Именно, – произнесла она, раскачиваясь на стуле. – Мне нужно то же самое.
– Это займет время, – ехидно сказал голос из трубки. – А ты живешь у своего. Пригласишь меня в ваше семейное гнездышко?
– И не мечтай! – рассмеялась Вероника. – Будем заниматься либо у меня дома, либо у тебя. Как в школе. Помнишь?
– Конечно! Ты пыталась научить меня решать задачки по математике. Ничего не вышло.
– А у тебя выйдет. Ты мне должна за выходку в клубе.
– Я постараюсь.
– То-то! – Вероничка плотнее запахнула его рубашку, на веранде оказалось довольно прохладно. – Сегодня мы провожаем друзей Саши, вечером встречаемся в ресторане, с утра начнем. Можешь прислать мне видео лекции?
– Ага, скину ссылку. Слушай, приезжай тогда сразу к Лизе.
– Зачем?
– Мы живем вместе.
– Кто?
– Я, Лиза и Димыч.
Вероника согнулась пополам от хохота, чуть не навернувшись вместе со стулом. Подруга обиделась, пришлось рассказать, что с Димой они познакомились в Милане, когда они с Лизой и сексуальным качком жили дружной шведской семьей. Элла тоже посмеялась, потом выдала:
– Зато никакой ревности, обманов и обид.
– Ой, все! Философия Лизы мне известна. Живите как хотите, будет круто, если Дима тоже мне поможет. Вкусняшки и выпивка с меня. Кстати, что он пьет?
– Виски.
– Привезу, – она промолчала, потом, не удержавшись, добавила: – Не понимаю я этого, Элла. У тебя то замуж любой ценой, то тройничок.
– У Лизы никто долго никто не задерживается, а я останусь.
– То есть это твой коварный план?
– Да!
Вероника прикрыла глаза и по памяти прочла отрывок из стихотворения Орлуши:
– Только Боже упаси вас влюбляться в тромбонистов, трубачей и поэтов.
– Думаешь, бизнесмены лучше?
Вероника вспомнила отца с той сукой из банка и тяжело вздохнула.
– То-то.
– Ладно, подготовь все. Приеду следующим утром с подарками.
– Ну давай, снегурочка ты наша.
Закончив разговор, Вероника откинулась на спинку стула и закрыла глаза. Так и сидела, чувствуя, как холод захватил ноги и пробирается под рубашку. Последний раз она чему-то училась пару лет назад. Причем специальность была смежной, так или иначе темы были знакомы, хоть и с другой точки зрения, а тут…
Завибрировал телефон. Вероника машинально разблокировала экран, пролистала сообщения от незнакомых людей, увидела аватарку Оксаны, открыла и прочла:
«Ничего не поняла. Можешь сформулировать доступнее?»
«Как?»
«Не знаю. Напиши историю клиентки. Она приехала из маленького унылого города, начала зарабатывать свою первую сотку. Что ты ей посоветуешь?»
Вероника взвыла, глядя пустым взглядом на сосны за окном. Она понятия не имела, как жить на сотку в месяц. Сотка – средняя цена ее платья, причем не вечернего. Но Оксана права – таким, как она, курс финансовой грамотности не нужен. Им его не продать. Клиентами могут молодые специалисты, которые недавно начали зарабатывать деньги, какие не снились в их родном городе.
«Я таких не знаю. Можешь найти таких и спросить о доходах и расходах? Я пришлю опросник».
«Ок».
Вероника ковырялась в интернете, забыв про холод. Она составляла список вопросов о жизни нормальных людей, когда зашел Саша.
– Вот ты где! Я тебя обыскался!
– А?
– Пора ехать в аэропорт.
– Точно.
Она с тоской заблокировала телефон, понимая, что ничегошеньки не успевает: «Даже согреться… Впрочем, ладно, стервы не простужаются». По дороге в душ Вероничка думала об Оксане – хорошо, что та работает быстро. Фантастическая девушка! О ней самой можно комиксы рисовать.
