Текст книги "Полное собрание сочинений. Том 83"
Автор книги: Лев Толстой
Жанр:
Классическая проза
сообщить о нарушении
Текущая страница: 21 (всего у книги 62 страниц)
1871 г. Июля 16—17. Каралык.
Давно я тебѣ не писалъ, милый другъ. Виноватъ немного я, но больше судьба. Я пропустилъ одинъ случай писать, и съ тѣхъ поръ каждый день мнѣ обѣщаютъ: «вотъ поѣдетъ, вотъ поѣдетъ», и я все откладывалъ, 5 дней, но теперь ужъ не могу болѣе терпѣть и посылаю нарочнаго. Послѣднее письмо я писалъ тебѣ, кажется, 10-го или 9-го передъ отъѣздомъ. Мы действительно поѣхали; т[акъ] н[азываемый] Костинька,1 Баронъ Бистромъ, юноша, нѣмчикъ, только что кончившій курсъ въ лицеѣ съ медалью, Степа и я, на парѣ лошадей, въ корзинкѣ плетеной (здѣсь всѣ такъ ѣздятъ), безъ проводника и кучера. Мы сами не знали, куда мы ѣдемъ, и по дорогѣ у встрѣчныхъ спрашивали: не знаютъ ли они, куда мы ѣдемъ? Мы ѣхали собственно кататься по тѣмъ мѣстамъ, гдѣ есть кумысъ, и стрѣлять, имѣя только смутное понятіе о какомъ-то Иргизѣ,2 Камеликѣ.3 Поѣздка наша продолжалась 4 дня и удалась прекрасно. Дичи пропасть, дѣвать некуда – утокъ и ѣсть не кому, и Башкиры, и мѣста, гдѣ мы были, и товарищи наши были прекрасные.
Меня, благодаря моему графскому титулу и прежнему моему знакомству съ Сталыпинымъ,4 здѣсь всѣ Башкиры знаютъ и очень уважаютъ. Принимали насъ вездѣ съ гостепріимствомъ, которое трудно описать. Куда пріѣзжаешь, хозяинъ закалываетъ жирнаго курдюцкаго барана, становитъ огромную кадку кумысу, стелитъ ковры и подушки на полу, сажаетъ на нихъ гостей и не выпускаетъ, пока не съѣдятъ его барана и не выпьютъ его кумысъ. Изъ рукъ поитъ гостей и руками (безъ вилки) въ ротъ кладетъ гостямъ баранину и жиръ, и нельзя его обидѣть. —
Много было смѣшнаго. Мы съ Костинькой пили и ѣли съ удовольствіемъ, и это намъ очевидно было въ пользу, но Степа и Баронъ были смѣшны и жалки, особенно Баронъ. Ему хотѣлось не отставать, и онъ пилъ, но подъ конецъ его вырвало на ковры, и потомъ, когда мы на обратномъ пути намекнули, не заѣхать ли опять къ гостепріимному Башкиру, такъ онъ чуть не со слезами сталъ просить, чтобы не ѣздить. Изъ этаго ты можешь видѣть, что здоровье мое хорошо. Немножко болѣлъ бокъ это время; но слабо, и теперь совсѣмъ прошелъ. Главное то, что тоски помину нѣтъ, и что я теперь впился въ кумысъ и вошелъ въ настоящее кумысное состояніе, т. е. съ утра до вечера немного пьянъ кумысомъ, и иногда цѣлые дни ничего не ѣмъ или чуть-чуть. Погода здѣсь чудная. Во время поѣздки былъ дождь; но теперь три дня жара ужасная, но мнѣ пріятная. Степа теперь ужъ не скучаетъ, и, кажется, потолстѣлъ и возмужалъ. Многихъ бы я привезъ сюда. Тебя, Сережу, Ганну. Какъ меня мучаетъ ея болѣзнь.5 Избави Богъ, какъ она разболится, какъ лѣтось. Съ тѣхъ поръ, какъ ты мнѣ написала о Бибиковѣ,6 я каждый день смотрю по дорогѣ и жду его. Если бы онъ пріѣхалъ, я бы былъ очень счастливъ и угостилъ бы его всѣмъ тѣмъ, что онъ любитъ, и навѣрно предпринялъ бы поѣздку въ Уфу (все по Башкирамъ), 400 верстъ, и оттуда уже прямо бы вернулся на пароходѣ по рѣкѣ Бѣлой въ Каму и изъ Камы въ Волгу. Теперь я этой поѣздки, хотя и мечтаю о ней, почти навѣрно не сдѣлаю. Боюсь, что она задержитъ меня хоть на день пріѣздомъ домой. Съ каждымъ днемъ, что я врозь отъ тебя, я все сильнѣе, и тревожнѣе, и страстнѣе думаю о тебѣ, и все тяжеле мнѣ. Про это нельзя говорить. Теперь остается 16 дней. Поѣздка же въ Уфу интересна мнѣ потому, что дорога туда идетъ по одному изъ самыхъ глухихъ и благодатнѣйшихъ краевъ Россіи. Можешь себѣ представить, что тамъ земля, въ которой лѣса, степи, рѣки, вездѣ ключи, и земля нетронутый ковыль съ сотворенія міра, родящая лучшую пшеницу, и земля только въ 100 верстахъ отъ пароходнаго пути продается Башкирцами по 3 р[убля] за дес[ятину]. Ежели не купить, то мнѣ хотѣлось очень посмотрѣть эту землю. Дѣло о покупкѣ здѣшней земли не подвигается. Я написалъ Сашѣ7 въ Петербургъ, чтобъ онъ торговалъ у Тучкова, и здѣшнему повѣренному Тучкова въ Самару, но ни отъ того, ни отъ другаго не получалъ отвѣта. Стороной до меня дошли слухи, что хотятъ теперь просить дороже 7 р[ублей]. Если такъ, то я не куплю. Ты знаешь, я во всемъ предоставляю рѣшеніе судьбѣ. Такъ и въ этомъ.
Послѣ моего послѣдняго письма, я получилъ еще два письма отъ тебя.8 Хотѣлъ написать, душенька, пиши чаще и больше; но на это мое письмо едва ли ты успѣешь отвѣтить мнѣ иначе, какъ въ Нижній. Письма твои, однако, мнѣ ужъ вѣроятно вреднѣе всѣхъ Грековъ тѣмъ волненіемъ, к[оторое] они во мнѣ дѣлаютъ. Тѣмъ болѣе, что я ихъ получаю вдругъ. Я не могу ихъ читать безъ слезъ, и весь дрожу, и сердце бьется. И ты пишешь, что придетъ въ голову; a мнѣ каждое слово значительно, и всѣ ихъ перечитываю. Два извѣстія твои очень грустны: это то, что я не увижу мама,9 если не поѣду къ Лизѣ и не увезу ее опять къ намъ, что я намѣренъ сдѣлать, и главное, что милый другъ Таня угрожаетъ уѣхать до меня.10 Это было бы очень грустно. Что ты не пишешь о Тет[енькѣ] Тат[ьянѣ] Ал[ександровне]. Получилъ я еще по письму отъ Урусова и Фета и буду имъ отвѣчать.11 На письмо Офенберга12 я все не рѣшилъ, что отвѣчать; но и торопиться не къ чему, такъ какъ адресъ его въ Варшаву только до 18. Я хочу однако отвѣчать ему слѣдующее: предложить ему 90 000, к[оторыя] онъ проситъ, но съ разсрочкой, безъ процентовъ, на 21/2, три года, по 30 тысячъ.
Поцѣлуй очень Лизу13 милую и за тебя, и за меня, и чтобъ она не сердилась, если я не успѣю въ этомъ жару и хмѣлю постоянномъ отвѣчать на ея письмо, кот[орое] доставило мнѣ огромное удовольствіе. – Цѣлуй всѣхъ, даже Дмитр[ія] Алекс[ѣевича],14 если онъ у васъ съ своими, и несмотря на то, что онъ тебя и Таню дразнитъ. Таню успокой. Если мужъ хорошій, а ея мужъ хорошій, то отъ разлуки необходимой, – ничего не будетъ, кромѣ того, что больше оцѣнитъ и сильнѣе полюбитъ, и найдетъ маленькая влюбленная грусть, к[оторая] женѣ должна быть пріятна. Отъ невѣрности же въ разлукѣ дальше гораздо, чѣмъ когда вмѣстѣ; потому что въ разлукѣ есть въ душѣ идеалъ своей, съ кот[орымъ] ничто не можетъ сравниться. Это все и къ тебѣ относится. Чтобы Варя15 написала. Мы зато съ Степой разсказывать много будемъ. Радуюсь, что pas-de-géants16 стоятъ, но самъ живо представить себѣ не могу, какъ это у васъ идетъ. Представляю только, какъ Илья падаетъ.
Ахъ, только дай Богъ, чтобы безъ меня все также хорошо было до конца, какъ по послѣднимъ письмамъ. Прощай, милый голубчикъ, обнимаю тебя. И все нервы разстроены. Сейчасъ плакать хочется, такъ тебя люблю.
16 Іюля.
17 Іюля вечеромъ. Приписываю. Здоровъ совершенно. Считаю дни. Писемъ отъ тебя не привезъ Башкиръ. Ему не дали, потому что Jean17 слишкомъ усерденъ и написалъ дурацкую записку на почту. Надѣюсь завтра.
Печатается по автографу, хранящемуся в АТБ. Впервые отрывок из письма опубликован в Б, II, 1908, стр. 176; полностью по копии, сделанной С. А. Толстой, в ПЖ, стр. 92—95, причем приписка напечатана как отдельное письмо.
1 Муромский помещик.
2 Большой Иргиз – река, впадающая в Волгу; притоком ее является Каралык.
3 Камелик – левый приток Б. Иргиза, южнее Каралыка.
4 Аркадий Дмитриевич Столыпин (1821—1899), генерал; занимался литературой и музыкой. Отец премьера Столыпина. Давнишний приятель Толстого, который был с ним на «ты»; были вместе участниками Севастопольской кампании. Толстой встретился с ним во время своего пребывания на кумысе в 1862 г., когда Столыпин служил атаманом в Уральске.
5 С. А. Толстая писала в своем письме от 30 июня: «У нас Ханна всё хворает, из комнаты не выходит, всё зубы и лихорадочное состояние. Нынче не было лихорадки, и ей лучше, но она всё-таки плоха» (стр. 107).
6 1 июля С. А. Толстая писала: «К тебе собирается на кумыс Александр Николаевич Бибиков».
7 Александру Андреевичу Берсу.
8 Письма от 30 июня и 1 июля 1871 г.
9 См. прим. 8 к письму № 96.
10 Т. А. Кузминская собиралась ехать к мужу в Кутаис.
11 Фет писал Толстому в Самарскую губернию. «.....Пустите в жизнь офицерского (самый скверный) – обломовского, помещичьего, дружеского, какого хотите соку. Но пустите его непременно...... А вот писать до трепету свечей в глазах и выучиться в полгода по Гречески и так всю жизнь —это несколько вредно» (не датировано; хранится письмо в АТБ). Урусов писал 27 июня: «Убедительнейше прошу вас бросить на время греческий язык, ни к чему не ведущий. Читайте вы святых отцов и в особенности великие творения Оригена и Златоуста, – я бы ничего не сказал; это могло бы вас успокоить и вознести на небо. Но ведь переноситесь не на небо, а так сказать в преисподнюю землю, в тот развратный век, когда мальчики и мущины делались женщинами.... Вам испортило это чтение физическое здоровье, но, бог даст, кумыс вас исправит: как исправите вы душевные болезни?» (хранится письмо в АТБ). Толстой ответил Фету 18 июля. См. т. 61 и Фет, «Мои воспоминания», т. II, стр. 236. Писем Толстого к Урусову за 1871 г. не сохранилось.
12 В письме от 1 июля С. А. Толстая писала: «Прилагаю письмо Оффенберга. Ты ему напиши сам». Письмо Оффенберга Толстому не сохранилось.
13 Е. В. Оболенская; она жила в то время в Ясной поляне. В АТБ сохранилось ее письмо Толстому на кумыс от 24 июня 1871 г. Письмо подробное, на двух почтовых листах; начинается со слов: «Соня просила меня, милый Левочка, написать тебе, и я с величайшим удовольствием исполняю это. Она говорит, что чем больше ты будешь получать писем, тем долее ты пробудешь в Самаре, а я так рада содействовать ей в этом».
14 Д. А. Дьяков. В письме от 28 июня С. А. Толстая писала: «В пятницу к обеду приехал к нам Дьяков с Машей. Он всё проповедывал о принципах супружества и упрекал мне и Тане, что мы расстались с мужьями на два месяца. Меня он не смутил: для меня это слишком серьезный вопрос, и слишком больно мне было решиться на это, чтоб вопрос этот слегка обсуживать с Дьяковым. Если мы оба решились, то, стало быть, это так надо было. Но всё-таки Дьяков меня немного расстроил, и мне было неприятно.... Дмитрий Алексеевич обещал и Машу с Софеш привезть к нам». (ПСТ, стр. 104.)
15 В. В. Толстая.
16 В письме от 30 июня С. А. Толстая писала: «Вчера в первый раз все и большие, и маленькие бегали с азартом на pas-de-géant. Поставили хорошо, только дурно, что очень столб качается. Лиза, я, Таня и Леонид, мы бегали все вместе до того, что потом никто двинуться не мог. Я после телеграммы [от Толстого из Бузулука] не только на pas-de-géant, а кажется, на небеса бы взлетела». (ПСТ, стр. 107.)
17 Иван Васильевич Суворов, слуга.
98.1871 г. Июля 20. Каралык.
20 Іюля.
Вчера опять ѣздилъ къ Тимроту и опять получилъ твои письма, – три, – отъ 4, 7 и 10-го.1 Какъ и всегда, пробѣжалъ послѣднее, убѣдился, что все хорошо, и оставилъ остальныя для дома. Читалъ ихъ до 12 часовъ ночи и долго не могъ заснуть. У тебя слишком все хорошо безъ меня по твоимъ письмам, такъ что страхъ меня беретъ. Особенно страшно мнѣ за то время, что ты осталась одна съ дѣтьми и тетиньками.2
Здоровье мое хорошо. Боюсь сказать; но кажется мнѣ, что я поправился и потолстѣлъ. Нервы мои окрѣпли навѣрное. Одно, что бокъ болитъ изрѣдка, хотя и очень слабо. Въ кумысъ я только что впился. Пью его съ бòльшимъ3 удовольствіемъ, чѣмъ прежде. Да и притомъ у насъ съ нынѣшняго дня захолодало. Ясное солнце и сильный холодный вѣтеръ. И кумысъ до того вкусенъ, что нельзя себѣ представить. Степа и тотъ говоритъ, что это чудо.
Нынче ѣдутъ професоръ4 и попъ. Завтра уѣзжаетъ Костинька.5 Намъ остается недѣля. Я строго выдержу 6 недѣль и выѣду утромъ 28 (замѣть).6 Вчера узналъ, что отъ Саратова до Аткарска7 открыта дорога. И вѣроятно я поѣду на Саратовъ. Этимъ путемъ я выгадаю день и миную толпу ярмарки, ко[торая] теперь во всемъ разгарѣ. Я тебѣ, вѣроятно, телеграфирую, когда буду ѣхать съ пути.
Покупка здѣсь Тучковской земли все не подвигается. Нѣтъ отвѣта. Притомъ письмо Офенберга, к[оторому] я отвѣчалъ, что даю 90,000 (купчую пополамъ), разсрочивъ по 30,000 на два года, и твое мнѣніе, враждебное къ этой покупке,8 меня очень охладили. Все будетъ, какъ Богъ дастъ. Только понятіе твое о степи ложное. Жить безъ дерева за 100 верстъ въ Тулѣ ужасно; но здѣсь другое дѣло: и воздухъ, и травы, и сухость, и тепло дѣлаютъ то, что полюбишь степь. Ты представъ себѣ, что въ 5 недѣль мы не видали грязи, не чувствовали сырости и холоду. Выгода же покупки здѣсь баснословна, но немного рискована. Можно получить въ одинъ годъ назадъ всю цѣну покупки, а при неурожаѣ, какъ нынѣшній годъ, получить убытокъ рублей въ 1000. —
Ну, да все это буду тебѣ разсказывать, а ты будешь думать о другомъ, а я буду сердиться. Ты мною должна быть довольна. Я строго исполняю 6 недѣль и не позволяю себѣ уклоненій отъ леченія.9 Въ Стерлебашѣ10 Оренбургской губернии за 320 верстъ отсюда, гдѣ прелестная земля съ лѣсомъ, степями и видами продается по 3 р[убля] и гдѣ все населено Башкирами, куда меня очень подмывало ѣхать, я не поѣду, боясь, что это разстроитъ леченье. Нынче окончательно рішилъ, что не ѣду. Дня же лишняго тебя не видать я ни за что не просрочу. Такъ-то мнѣ тяжела семейная жизнь и крики дѣтей, как ты предполагаешь. Жду не дождусь, когда услышу дуэты Лели и Маши. Радуюсь, что она поправилась.
Илюшу поздравляю11 и цѣлую. Для Сережи, Тани и Илюши привезу что нибудь татарское, если поѣду черезъ Нижній. А нынче вспомнилъ и просилъ Степу12 собрать здѣшнихъ травъ, чтобы и тебѣ дать понятіе о степи. Всѣ-то ѣздятъ; одна ты, бѣдная, милая, сидишь. Мы выдумаемъ съ тобой что-нибудь. – Я затѣялъ рисовать здѣсь. Читать, особенно греческое, не читается (порадуйся) и нарисовалъ двухъ Башкировъ: отца и сына. Отецъ Михаилъ Иванычъ уморительный Башкиръ, к[оторый] обыгриваетъ насъ въ шашки и дѣлаетъ намъ нужники. У него было 14 братьевъ; у самаго его теперь 11 сыновей, ему 55 лѣтъ, и 2 жены молодыя, и онъ не отказывается съ нами бѣгать на перегонки. Вчера мы съ нимъ купались, и его три сына. Одинъ 6-лѣтній сынъ, Костюкъ, схватится за шею старшему 15 лѣтнему сыну, и тотъ съ нимъ по страшной глубинѣ плаваетъ и ныряетъ саженя на три. Кумысъ удивительный напитокъ. Здѣсь было человекъ 10 больныхъ самыхъ разнородныхъ, и положительно всѣ поправились, кромѣ однаго священника, к[оторый] нынче ѣдетъ и едвали проживетъ до зимы. Онъ пріѣхалъ умирающій.
Прощай, душенька. Недолго. Завтра напишу послѣднее письмо съ Каралыка. Цѣлую тетиньку, дѣтей и племянницъ,13 и свояченицу,14 если она съ тобой.
Печатается по автографу, хранящемуся в АТБ. Впервые опубликовано по копии, сделанной С. А. Толстой, в ПЖ, стр. 96—97.
1 В архиве Толстого имеются письма С. А. Толстой от 4 июля с припиской от 6 июля, а также письмо от 10 июля.
2 В письме от 4 июля С. А. Толстая писала: «Мама мне ужасно жаль, что она уеэжает, я в ней чувствую опору, защиту, утешение. После тебя только с ней и возможна была бы жизнь».
3 Ударение Толстого.
4 Профессор греческого языка в семинарии.
5 Муромский помещик.
6 С. А. Толстая писала 27 июля: «Нынче я рассчитывала по «Паровозу» весь твой путь, и если ты выехал 2-го из Самары, то можешь быть 5-го дома» (стр. 125).
7 Саратовской губернии.
8 «Враждебное, потому что я очень боялась долгов, и сумма в 90 000 р. меня очень пугала (за землю Оффенберга)» (н. п. С. А.).
9 C. A. Толстая писала в письме от 4 июля: «ради бога выдерживай шесть недель, как обещал; леченье тогда будет полное, и я буду покойна».
10 Стерлибаш – башкирская деревня при р. Стерле, в 50 верстах от Стерлитамака Уфимской губернии. Центр духовно-учебных заведений Оренбургского края.
11 С. А. Толстая писала в письме от 20 июля: «Нынче именины Илюши, и мы все его дарили, он был очень весел, а вечером затеяли мы пикник, который очень удался» (стр. 119).
12В подлиннике: Степа.
13 Варвара Валерьяновна Толстая и Еливавета Валерьяновна Оболенская.
14 Татьяна Андреевна Кузминская.
99.1871 г. Августа 6. Москва.
Не успѣлъ вчера написать, милый другъ, но доѣхалъ хорошо. Одно было очень даже грустно – это то, что Степа, котораго я отъ всей души жалѣлъ и хотѣлъ проводить, все время зa что-то на меня дулся. Думалъ, что нынче кончится, но затянулось еще на день. Скучно, глупо, безплодно, нездорово, но почему-то надо. Чтото вы? Пойду на почту, не получу-ли отъ тебя вѣсточку. – Завтра, т. е. 7-го навѣрно выѣду.
Твой Л. Т.
Печатается по автографу, хранящемуся в АТБ. Впервые опубликовано по копии, сделанной С. А. Толстой, в ПЖ, стр. 590. Датируется на основании содержания письма: 1) Толстой – вместе с С. А. Берсом, как во время путешествия на кумыс летом 1871 г., 2) седьмого Толстой предполагает выехать в Ясную поляну, из письма же С. А. Толстой от 28 июля мы знаем, что он намеревался приехать 5 августа, 3) в настоящей записке Толстой пишет, что хочет зайти на почту зa письмом С. А. Толстой, в письме от 8 июля он в соответствии с этим просил С. А. Толстую написать 27, 28-го [июля] в Москву до востребования. Из всего явствует, что настоящая записка написана Толстым 6 августа в Москве, по возвращении со С. А. Берсом из Самары.
1872
100.1872 г. Июля 9. Пароход на Волге. 9 Іюля.
Продолжаю тебѣ свой дневникъ. Спалъ нехорошо. Все спина болитъ. Утромъ всталъ и, старательно избѣгая знакомыхъ, поѣхалъ по дѣламъ: въ банкъ, опять къ Рису1 и по англичанкамъ.2 Все устроилось прекрасно, благодаря Степѣ.3 Когда нужна степенность, я прихожу въ акуратность; когда нужна рѣшительность, я дѣлаю: 
Танѣ я писалъ о нянькѣ. Она мнѣ очень понравилась. Простая и работящая должна быть. – Одно нехорошо, что часто переменяла мѣста. —
Бумагу я такъ радъ, что выручилъ,4 что велѣлъ послать въ Петербургъ. – Соловьева5 обругалъ и учелъ; но денегъ съ него больше не слѣдуетъ. Купилъ, что нужно, и книгъ. И вернулся домой въ 4. Нашелъ Тимофея,6 чему былъ очень радъ, и поѣхалъ съ Леонидомъ7 обѣдать на выставку.8 Обѣжалъ выставку и немного опоздалъ. Я подъѣзжалъ къ дебаркадеру, былъ 2-й звонокъ, и билетовъ не выдаютъ. —
Первое лицо я встрѣчаю растрепаннаго барина съ барынею, которые мнѣ кричатъ: «Хотите взять билетъ, я взялъ, но вещи мои не пріѣхали, и билетъ пропадаетъ». Я говорю: Мнѣ до Нижняго. Онъ говоритъ: и я до Нижняго. Я говорю: Мнѣ нельзя одинъ билетъ, – мнѣ два. Онъ говоритъ: у меня два. Я заплатилъ барину 18 рублей, вскочилъ въ вагонъ, 3 звонокъ, и поѣхали. Къ чему это? не знаю, – но необыкновенно.
На дорогѣ перешелъ въ 1-й классъ, но почти всю ночь не спалъ.
Съ машины прямо на пароходъ «Кавказъ и Меркурій»,9 и теперь пишу съ парохода. Просторно, всего два мущины – помѣщикъ и Самарскій прокуроръ,10 и семейство съ дѣтьми Датчане, кажется. Удобно, красиво, и погода прелестная. Отъ чего мы не всѣ ѣдемъ вмѣстѣ?
Такъ легко и просто, и покойно, а какое бы веселье! А ужъ Петя11 гдѣ бы усталъ, я не знаю. Ну, да только дай Богъ ему въ Ясной поправиться.
Когда ты дѣлала планы поѣздки въ Ходынино,12 безъ меня, я очень легко смотрѣлъ на это; а теперь боюсь. Но это не значитъ, что не ѣзди. Поѣзжай, я знаю, что тебѣ пріятно будетъ, но я боюсь. – Не скучай моимъ отъѣздомъ. Я теперь чувствую, что я прокладываю дорогу для нашихъ будущихъ поѣздокъ,13 которыя будутъ наслажденье. И такъ все время буду смотрѣть и прилаживать на Тананыкѣ.14 Прощай, милая душенька, пиши какъ можно чаще, всѣ мелочи, все мнѣ дорого знать. —
Какъ всегда, кто похвалитъ кого изъ моихъ дѣтей, на того я больше обращаю вниманія. Урусовъ15 похвалилъ Илюшу,16 и я все его вспоминаю. – Спроси ихъ,17 что они велятъ себѣ привезти. —
До Самары плыть не трое сутокъ, какъ я думалъ, а двое. —
На конверте: Ея Сіятельству Графинѣ Софьѣ Андревнѣ Толстой. Въ Тулу.
Печатается по автографу, хранящемуся в АТБ. Впервые отрывок письма опубликован в Б, И, 1908, стр. 171—172; полностью письмо напечатано по копии, сделанной С. А. Толстой, в ПЖ, стр. 77—78. Год дополняется на основании содержания письма: 1) слова о вырученной бумаге у Риса и посылке ее в Петербург указывают на перенесение печатания «Азбуки» от Риса в Петербургскую типографию, что произошло в 1872 г., 2) указание на посещение выставки относится к открывшейся 30 мая 1872 г. Политехнической выставке в Москве; 3) упоминание Тимофея соответствует фразе о нем в письме с хутора от 13 июля 1872 г.; 4) дата («9 июля», можно прочесть «июня»), проставленная рукой Толстого, позволяет приурочить к этому письму сохранившийся отдельно конверт с почтовыми штемпелями: «Нижний Новгород. 10 июля 1872 г.; Москва. 11 июля, 1872; Тула. 12 июля 1872». В Б, II и ПЖ письмо отнесено к 1871 г. Предшествующее письмо утрачено.
1 Рис с декабря 1871 г. стал печатать Толстому «Азбуку»; будучи недоволен типографией Риса, Толстой летом 1872 г. перевел печатание «Азбуки» в Петербург.
2 Осенью 1872 г. англичанка Ханна Тарсей вследствие слабого здоровья покидала Толстых, чтобы уехать в Кутаис с Кузминскими.
3 Степан Андреевич Берс.
4 Толстой писал тогда же H. Н. Страхову (ему Толстой поручил наблюдение за изданием в Петербурге «Азбуки»): «Бумага моя 150 стоп оказалась цела у Риса..... Рис мне клялся и божился, что вышлет бумагу, и я сам видел ее».
5 Книгопродавец, на складе которого находились издания Толстого.
6 Тимофей Михайлович Фоканов (1822—1891), яснополянский крестьянин, староста, был взят Толстым в Самарское имение в качестве приказчика.
7 Леонид Дмитриевич Оболенский.
8 Политехническая выставка, организованная Обществом любителей естествознания, была устроена в память двухсотлетия со дня рождения Петра I; помещалась в Александровском саду.
9 Самое большое пароходство на Волге.
10 Валериан Николаевич Бестужев-Рюмин, прокурор окружного Самарского суда.
11 Петр Андреевич Берс. «Мой брат, болевший и изнуренный тифом» (п. С. А.).
12 Имение Рязанской губернии, в котором жила сестра С. А. Толстой Е. А. Павленкова, на р. Воже, в 15 верстах от Рязани.
13 Во вновь купленное имение Бузулукского уезда, Самарской губернии, приобретенное в сентябре 1871 г. у Н. П. Тучкова (2500 десятин).
14 «Речка-ручей в степях, где жили башкирцы и куда ехал Л. Н.» (н. п. С. А.). Тананык – пересыхавший приток Бобровки, впадающей в реку Бузулук.
15 Кн. Сергей Семенович Урусов.
16 Илья Львович Толстой был крестным сыном кн. С. С. Урусова.
17 Детей.
