Текст книги "Славянорусские древности в «Слове о полке Игореве» и «небесное» государство Платона"

Автор книги: Леонид Гурченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 27 страниц)

«Керченский пролив замерзает на короткий срок, на дватри дня, в декабреянваре примерно раз в три года. Если считать 6576 (1068) г. обычным для Руси мартовским годом, то по нашему современному счету нужно было бы датировать камень декабрем 1068 – январем 1069. Однако пребывание в Тмутаракани князя Глеба Святославича в это время сомнительно, так как великим князем киевским был Всеслав Брячеславич Полоцкий (с 15 сентября 6576(1068) по 15 апреля 6577 (1069), не оставивший вне своего внимания далекую Тмутаракань.

По всей вероятности, дата тмутараканского камня поставлена не по мартовскому, а по сентябрьскому, византийскому счету лет и должна соответствовать сентябрю 1067 – августу 1068 г. Таким образом, время измерения князем Глебом ширины Керченского пролива передвигается на декабрь 1067 – январь 1068» (Рыбаков, 1964. С. 16, 17).

Обладают ли эти утверждения необходимым информационным содержанием? Вопервых, относительно замерзания Керченского пролива и вообще мелководной и наиболее опресненной части Черного моря, а также Азовского моря, известно следующее.

1. Мелководное Азовское море ежегодно замерзает.

2. Замерзает, но не каждую зиму, сравнительно мелководная северозападная часть Черного моря, где лед появляется только в суровые зимы и в наиболее опресненной части между Одессой и устьем Днепра, редко захватывая более значительные пространства. В случае замерзания эти части моря покрываются льдом в январе или только в феврале, реже в декабре. Лед держится в течение нескольких дней, редко в течение месяца.

Аналогичная картина наблюдается в Керченском проливе, минимальная глубина которого 5,8 м. Течение в нем меняется, меняется при этом и его соленость.

Так, когда течение идет здесь из Азовского моря в Черное, это тотчас же сказывается в уменьшении солености в проливе, где она с 15,5 % падает до 10,6 %. Минимальная температура воды у поверхности наблюдается всюду в Черном море в феврале. В Керченском проливе она в это время 2 °C (самая низкая по сравнению с другими частями моря) (Танфильев, 1931. С. 74, 75).

Средняя соленость поверхностного слоя воды Керченского пролива – 13,1 %. Температура точки замерзания морской воды при этой солености ниже 0, но менее 1 °C (Энцикл. ОкеанАтмосфера,1983. С. 242, рис. 1). Средняя температура воздуха в районе Азовского моря на юге в январе и феврале – 1 °C (БСЭ. Т. I. М., 1970. Стлб. 860). Морской лед – плохой проводник тепла, и поэтому скорость образования льда заметно падает после образования первых 10-15 см. Толщина сплошного льда растет в соответствии с суммой градусодней (Энцикл. ОкеанАтмосфера, 1983. С. 242). Таким образом, в очень суровую зиму на юге Азовского моря при средних суточных температурах в феврале от 15 до 25 °C даже в течение 10 дней на Керченском проливе может образоваться сплошной лед толщиной более 20 см, притом, что сумма средних суточных отрицательных температур воздуха составит 200 (Энцикл. ОкеанАтмосфера, 1983. С. 242, рис. 2). Поэтому Азовское море (на севере А. м. средняя температура воздуха в январе и феврале 6 °C) и северозападная часть Черного моря (наиболее опресненная часть Ч. м. благодаря речному стоку) зимой покрыты льдом (Энцикл. океанографич., 1974. С. 586).

Вовторых, история знает исключительно суровые зимы, когда Керченский пролив (в древности Боспор Киммерийский) замерзал на долгое время. Страбон (I в. н. э.) сообщает о событиях I в. до н. э.: ледяной покров в устье Меотийского озера (Азовского моря, т. е. в Керченском проливе) столь крепок, что в этом проливе Неоптолем, полководец Митридата (Евпатора), зимой одержал победу над варварами, сражаясь на льду (Страбон. VII, 3, 18; 11, 1, 1б).

В исключительно суровые зимы пролив замерзал до декабря. Патриарх Никифор так описывает холода зимы с 762 на 763 г.: «Уже в начале осени наступили необычные морозы. Льдом покрылись не только все пресные воды, но и соленая морская вода и даже Черное море верст на 150 от берегов». Другой автор, Кодрен, говорит даже, что «между Зихией, нынешней Абхазией на восточном берегу моря, и Мезамбрией, теперь Мисавра в Болгарии, установилось прямое сообщение по льду» (Танфильев, 1931. С. 77).

В середине XVII в. крымский хан Гирей III, как уже было сказано нами ранее, совершил поход на черкесов и в горы по льду Керченского пролива 7 декабря. При этом в хронике специально обращено внимание на то, что зима была очень суровая (Hadzy, 1971. С. 94, польск. пер.).

Вывод . В исключительно суровые зимы Керченский пролив замерзает в период до декабря. В других зимних условиях, в случае замерзания, пролив покрывается льдом «в январе или только в феврале». «Лед может держаться в течение месяца».

Таким образом, сведения Б. А. Рыбакова о замерзании Керченского пролива являются реальными только для современных климатических условий с учетом того факта, что в 70х годах XIX в. фарватер пролива был углублен землечерпальными машинами (Брокгауз, Ефрон. Т. XV. СПб., 1895. С. 10).

Теперь перейдем к практическому овладению языком хронологических преобразований Б. А. Рыбакова, с помощью которого он устанавливает дату тмутороканского камня. При этом специально оговорено, что точные данные о дате этого камня могут быть получены при исключении неблагоприятных действий Всеслава Полоцкого на судьбу князя Глеба в качестве князя тмутороканского. Эти действия следует учитывать с 15 сентября 6576 (1068) г. по апрель 6577 (1069)г. мартовского счета лет. Фактор этот был на самом деле нереальным. Исследователь междукняжеских отношений 60х годов XI в. В. А. Кучкин предложил реалистическую концепцию положения дел в отношениях великого князя киевского Всеслава Полоцкого и тмутороканского князя Глеба Святославича. Эти отношения исключали вражду и насильственное изгнание Глеба из Тмутаракани. Наоборот, Всеслав предложил Глебу более «престижное» княжение – Новгород в обмен на признание его великим князем киевским. Глеб согласился и вскоре отправился княжить в Новгород. Об этом событии в «Слове о полку Игореве» сказано так:

Всеслав князь людям судяще,

Князем грады радяще,

А сам в ночь влъком рыскаще;

Из Киева дорискаще до кур Тмутороканя

(Кучкин, 1985. С. 21; 32-35).

Однако этот нереальный фактор обеспечил выбор даты по сентябрьскому, византийскому счету лет, а не по обычному для Руси мартовскому. В результате мы имеем две взаимоисключающие картины. С одной стороны, дата тмутороканского камня «должна соответствовать сентябрю 1067 – августу 1068» по сентябрьскому счету лет (предложен двух годичный цикл: с сентября по август включительно – один год, 1067; далее, с сентября по август включительно – второй год, 1068). С другой стороны, дата не могла появиться в период с 15 сентября 1068 по апрель 1069 г., но это уже по мартовскому счету лет, в период пребывания Всеслава Полоцкого на киевском престоле. В этом случае возникает противоречие: Всеслав правил в Киеве 7 месяцев, а если принять для установления даты камня сентябрьский счет лет, тогда получится, что он правил 1 год и 7 месяцев. Следовательно, эти две взаимоисключающие картины не дополняют, а просто исключают друг друга. Обоснованность такой интерпретации мыслей академика Б. А. Рыбакова подтверждается, на мой взгляд, следующими аргументами.

1. Индикты – 15летние циклы – были введены церковью, они сменяются 1 сентября. Поэтому новолетие по церковному календарю наступает 1 сентября.

2. Индикт, по нашим сведениям, имел непосредственное отношение к хронологии. При обозначении года, но при отсутствии числа и месяца индикт превращался в датирующий признак. Мы здесь можем опереться на источники.

В Студийском церковном и монастырском уставе конца XII или начала XIII в. читаем: «В лето 6694 (1186) индикта 4 преставися Илия архиепископ новгородский» (Словарь, Т. IV, 1991. С. 155).

Объект нашего поиска в данном случае – месяц, в котором скончался архиепископ Илия. Месяц этот присутствует в индикте, так как другие датирующие признаки не указаны. Мы знаем, что индикты сменяются в сентябре, следовательно, здесь указан сентябрь, тот месяц года, в котором сменяется порядковый номер года. И мы находим разрешение предложения устава в сведениях Новгородской первой летописи: «6694 преставися Илия архиепископ Новъгородьскый, месяца сентября в 7 день» (НПЛ, 1950. С. 38, 228, 473).

В Новгородской летописи старшего извода Синодального списка читаем: «В лето 6845 (1337). Индикта 5 навожением диаволим сташа простая чадь на архимандрита Есифа» (НЛСИ, 1950. С. 100). В Новгородской первой летописи Комиссионного списка под тем же годом имеется дополнительное сообщение о поездке князя Александра в Орду: «Того же лета поеха князь Олександр из Плескова в Орду». Однако искомый месяц, который присутствует в индикте, мы обнаруживаем в Патриаршей или Никоновской летописи, материалом для которой послужила, в том числе и Новгородская летопись: «Той же осени князь Александр Михайлович Тверской изо Пскова поеха в Орду» (ПЛ, 1965. С. 207). Таким образом, можно с уверенностью сказать, что события с архимандритом Иосифом произошли в начале сентября.

Наше утверждение о датирующем признаке индикта полностью подтверждается в следующем летописном сообщении: «Том же лете, наставшю индикта 15 (1 сентября) оубиша Гюргя Жирославиця» (Словарь, 1991. Т. IV. С. 155).

Таким образом, наша теория датирующего признака индикта должна дать ответ о содержании даты измерения князем Глебом ширины Керченского пролива в 6576 (1068) г., индикта 6 – в каком месяце произошло это событие. Рассмотренный смысл индикта относится к сентябрю, но князь Глеб не мог «мерять море по леду» в сентябре месяце. Здесь наша теория приводит к тому, что индикт был датирующим признаком не только при смене индиктов в сентябре, но также при смене лет в марте.

Это становится особенно ясным тогда, когда мы принимаем во внимание положение об индиктах в двух календарных стилях – мартовском и сентябрьском. Исследователь русской хронологии Л. В. Черепнин пишет: «одна и та же дата приведенная по двум календарным стилям, будет иметь общий индикт только в случае для месяцев, совпадающих в обоих календарях, именно с марта по август включительно. Для периода с января по февраль и с сентября по декабрь включительно индикт мартовского года будет на единицу больше сентябрьского» (Черепнин, 1944. С. 35, табл. V). Очевидный ответ заключается в том, что датирующий признак индикта был связан как с началом года в мартовском стиле, так и с началом года в сентябрьском стиле, так как, начиная с марта (с Нового года) по август включительно оба календаря имели общий индикт. Иначе говоря, событие, датируемое только годом и индиктом года, без числа и месяца, произошло в марте или в сентябре, в зависимости от сезонных признаков. Но это лишь в мартовском календарном стиле. В то время как в сентябрьском стиле индикт будет обозначать месяц смены индиктов – сентябрь. Следовательно, при выборе сентябрьского счета лет получится, что князь Глеб «мерил море по леду» в сентябре.

Исследователь календаря и хронологии И. А. Климишин, не называя летописи, в которой содержатся сообщения о походе Дмитрия Донского, ни цели похода, пишет, что иногда летописец указывает лишь индикт года. Таким, например, было сообщение о походе Дмитрия Донского «в году индикта 14». Индикт 14 соответствует годам 1361 и 1376. Но в первом из них князю было всего 11 лет. Следовательно, упомянутое событие имело место в 1376 году (Климишин,1985 С. 288).

Но так ли это? 16 марта 1376 года войска великого князя Московского вернулись из похода на Казань, на волжских болгар. Однако сам он не участвовал в походе, а посылал воеводу своего князя Дмитрия Михайловича Волынского. Сам Дмитрий Иванович совершил поход на Тверь, но в предшествующем, 1375 году в августе месяце. А в сентябре был заключен мирный договор с тверским князем Михаилом (Летописец, 1984. 204, 205). Индикт этого года с марта по август табличный – 13, но с сентября по февраль индикт больше на 1 и поэтому сентябрю 1375 года будет соответствовать индикт 14.

Таким образом, если подразумевается поход на Казань князя Дмитрия Волынского, то индикт 14 будет соответствовать марту месяцу 1376 года, а если поход на Тверь великого князя Московского Дмитрия Донского, тогда индикт 14 будет соответствовать сентябрю месяцу 1375 года.

В соответствии с таким положением дел мы вынуждены признать, что предшествующий году 6576 (1068) год 5675 (1067) в марте имел табличный 5й индикт, а в сентябре индикт стал больше табличного на 1 (5 + 1 = 6). Таким образом, придерживаясь этих фактов, мы должны опятьтаки признать, что при смене лет в марте индикт 6, как порядковый номер года, должен перейти на 6576 (1068) год и стать для него индиктом табличным до августа месяца включительно. Поэтому, располагая сведениями о том, что князь Глеб мерил ширину Керченского пролива в тот период, когда он был покрыт льдом, мы вынуждены принять датирующий признак индикта не только для месяца смены индиктов – для сентября, но и для месяца смены лет – для марта. В связи с этим мы должны сказать, что указанная ситуация сложилась в том месяце, в котором сменялись года – в марте. Однако рассмотренный нами ранее период замерзания Керченского пролива дает возможность говорить с полным основанием о том, что князь Глеб мог мерить его ширину только в январефеврале, но не в марте.

Данное противоречие мы можем снять в том случае, если учтем объективные условия счета времени на Руси по «небесным» (лунным) месяцам, в отличие от «книжных» (солнечных) месяцев юлианского календаря. Новый год начинался с появлением новой луны в первые весенние дни, близкие к весеннему равноденствию в марте. Поэтому начало Нового года не могло приходиться на одну и ту же дату юлианского календаря, а скользило по числам марта, падая в некоторые годы на февраль или на апрель, в связи с тем, что по древнему лунносолнечному календарю регулярно вставлялся дополнительный 13й месяц. Такой мартовский календарный год с переменным началом называют циркомартовским (лат. circa «вокруг») (Черепнин, 1944. С. 32). Чтобы сделать изложение более полным, следует, на наш взгляд, привести указание на этот счет в «Учении о числе всех лет» Кирика, диакона доместика (регента) Новгородского Антониева монастыря, написанное в 1136 г., где он в частности пишет: «Вестно да есть, яко в едином лете книжных месяцев 12, а небесных лун исходит 12, а некоеждо лето оставасть 11 дней и в тех днех на 4е лето приходит луна 13я». Исследователь астрономических основ календаря и проблем хронологии И. А. Климишин замечает по этому поводу, что на самом деле вставка 13го месяца производилась не «на 4е лето включительного счета», а чаще, в соответствии с требованиями 19летнего, метонова цикла (Климишин, 1985. С. 257).

Годов из 13 месяцев в этом цикле 7, следовательно, 13й месяц вставлялся через 2,7 года. С учетом этого указания устанавливаем, что последним годом в 19летнем лунном цикле в интересующий нас период был 1066 г. Порядковое место этого года в 19летнем лунном цикле или круг Луны для этого года L = 19. На этот порядковый номер года падала вставка 13го месяца (Климишин, 1985. С. 74-79; 80, Табл.10). Что это значит? Все это помогает нам разрешить затруднение теории датировки тмутороканского камня. Год 6574 (1066) содержал 13 месяцев, поэтому следующий за ним год 6575 (1067) наступил позже – в апреле, а не в марте. А вот наступление 6576 (1068) года, обусловленное указанным фактом, произошло раньше марта, в феврале, который в древности назывался лютый, месяц наибольших метелей и морозов. Новый, 6576 (1068) год начался с появлением новой Луны. Расчет показывает, что февральское новолуние в 6575 (1067) г. имело место 5,3 февраля, следовательно, новую Луну можно было заметить 7,6 февраля, а на самом деле в субботу вечером 8 февраля. Новолуние на Руси называлось «межи» (Климишин, 1985. С. 255). Лишь после этого момента началось очередное «лето 6576» (1068) надписи на тмутороканском камне (Климишин, 1985. С. 314, 315, Приложение III; С. 310, Приложение I). Таким образом, Новый 6576 (1068) год наступил в новолуние с 8 на 9 февраля, с субботы на воскресенье. А во вторник в том году, 11 февраля, день памяти священномученика Власия, епископа Севастийского (ок.316 г.).

В данном случае важно, что между новолунием – «межами», древними новогодними обрядовыми действиями: сжиганием соломенного чучела, старого года, зимы, «конскими уристаниями», которые представляли собой конные скачки (Тульцова, 1982. С. 164, 165; Горбунов, 1994. С. 110), а также обычаем празновать Власия, явно связанного с почитанием Волоса, и между «межеванием» Керченского пролива князем Глебом, можно, на наш взгляд, представить сакральную связь. Межевание имеет социальный аспект человеческой деятельности, оно упорядочивает, организует землю и жизнь на ней. «Рече Господь Иовови сквозе бурю и облакы… кто положи меры ей (земле) аще веси, ли кто положи вьрьвь на ней». – Говорит Господь Иову сквозь бурю и облака… кто положил меры ли ей (земле), веси, или кто положил межи на ней? (Успен. сб., 1971. 85 г 23-24, 31-32; 86а 1-5).

«Каин же, ратаи сыи, по осужении зле поживе, наипервее числа и уставы и меже земныя замысли». – Каин же, земледелец сущий, после осуждения (Богом) тяжело жил, и вначале числа и уставы и межи земные замыслил (Словарь, Т. IV., 1991. С. 518).

Простейшим способом доказывания указанной сакральной связи будет раскрытие значения межи, межевания, верви (веревки) и сажени. Достаточные представления об этих предметах дают литературные, летописные, а также законодательные тексты Древней Руси, берестяные грамоты и данные этнографии.

Следует заметить, что смысл у слова «вервь» многозначный: мерная веревка, измерительный шнур, веревка, вымеренная саженями, а также административная единица; одновременно вервь связана с пряжей и родом: др. – русск. ужик «родственник» и «веревка» (Словарь, Вып. 2, 1975. С. 82-83; Даль, 1998. Т. I. С. 179; Успенский, 1982. С. 181).

Кроме того, межа имела договорное назначение, связанное с универсальным законом, с правдой, межа определяла некую моральнонравственную границу. Поэтому на меже заключали мир враждующие стороны.

«И слыша полочане (что на них идут новгородцы и смоляне. – Л. Г.), и сдумаша рекуше: «Не можем мы противу новгородцем стати, и смоляном… Пойдем к ним на сумежие». И собрашася все и идоша к ним, и сретошася на межах с поклоны и со честию, и даша дары многи, и уладишася, и разидошася в страны своя кождо их восвояси» (РЛ, 1994. – В лето 6711, с. 249).

«От григории ко дмитру… а ты ходи не бойся миро взяле на старой меже юрия князя». – От Григория к Дмитру… а ты ходи, не бойся, мир заключили на старой меже князя Юрия (Новг. грты на бересте, 1963. Грамота № 286).

Межа являлась местом принесения присяги (в поздних русских источниках – при земельных спорах). В ст. 19 Новгородской судной грамоты (XV) читаем: «А ответчику с послухом (свидетелем) на учане (на учине – границе, меже) крест целовать» (Новг. судная, Т. I., 1984. С. 306; 314, Примечание № 25).

В ст.78 Псковской судной грамоты (XIV-XV в.) сходный текст: «А которому княжему человеку ездить на межу с сотьскими, ино ему также целовати крест» (Псковск. судная, 1984. Т. I. С. 339).

По поводу сажени я уже упоминал вскользь, когда писал о веревке (верве), вымеренной саженями, а сейчас хочу особо подчеркнуть тот факт, что в древности была связь между саженью и нитью или пряжей: «Левой рукой (пряха) вытягивает волокно (кудели на прялке) до тех пор, пока правая рука, вращая веретено на полу, не протянется так далеко, что более уже не может его вращать (образуется размах рук, обозначающий сажень. – Л. Г.) Тогда пряха наматывает спряденную нить, так называемую сажень, на среднюю часть веретена…» (Зеленин, 1991. С. 185). Таким образом, количество пряжи на веретене определялось саженями.

Одним из наиболее частых воплощений пряжи в мифологии выступает образ нити или верви (веревки). Прядется не только нить, вервь и жизнь, но также составляется человеческий коллектив, община, в которой все спрядено одной нитью. Русская вервь как обозначение веревки, то есть чегото спряденного и ссученного, и общины реализуют именно этот образ. Вместе с тем, нить, вервь является и мерой длины (МНМ, 1988. Т.2. С. 344).

Таким образом, межа, межевание, веревка, вымеренная саженями и пряжа, измеряемая саженями, а также связанное с ними понятие рода, верви, приводят нас к правильному выводу о том, что измерение князем Глебом ширины Керченского пролива по льду саженями имело сакральное назначение, и что количество саженей, 14000, не было переведено в версты, в мили или стадии по этой причине. Однако могла быть и другая, не менее актуальная причина, с помощью которой также можно объяснить измерение пролива саженями. Дело в том, что «в новозаветное время в текстах Священного Писания упоминается линейная мера – оргия, представляющая собой морскую меру, переведенную на соответствующую русскую меру как сажень» (Елкина, 2000. С. 126). «И вымерив глубину, нашли двадцать сажен; потом на некотором расстоянии, вымерив опять, нашли пятнадцать сажен» (Деян.27, 28). В связи с этим у нас есть разумные основания утверждать, что центральным понятием в сообщении о 14000 саженей ширины Керченского пролива, является не число, а слово «сажени». Сравним, например библейское: «иже есть измерил воду морьскую гръстию и пядью небо?» Кто измерил воду морскую горстью и пядью небо? (Nahtigal, 1941-42. 55б 20-21; Ис. 40, 12). Так выражена ничтожность человека, которой противопоставлено могущество Создателя, Творца. А в нашем случае сакральное значение князя.

В наступившем с 8 на 9 февраля новом 6576 (1068) году, новогодние обрядовые действия соотносились 11 февраля с обычаем праздновать Власия, праздновали его в течение 3 дней. Уже в XI в. в Новгороде, Киеве и Ярославле на месте языческого поклонения Волосу («скотьему богу») была поставлена церковь св. Власия. На некоторых иконах Власий изображался на коне в окружении лошадей, коров и овец, существовал обычай в день Власия объезжать молодых лошадей. Волос и его заместитель Власий был связан с прядением и тканьем (Успенский, 1982. С. 127, 128; 44, Примечание № 29). Следовательно, как Волос, так и Власий, исходя из значения их роли, были связаны с нитью, вервью, а также с мерной веревкой, вымеренной саженями.

Отметим, что по Житию Власия, когда ему угрожали утоплением во время Ликиниева гонения на христиан, он прошел по озеру, как по суху (Энцикл. полн. правосл слрь, 1992. Т. I. Стлб. 533).

Данное положение является также одним из преимуществ нашего подхода к датировке тмутороканского камня: когда же лучше было реализовать замысел «измерения моря», как по суху, если не в день Власия, – когда значение отрицательной температуры воздуха приближается к минимальной, а толщина сплошного льда растет в соответствии с суммой градусодней?

Полагаю, что ясно высказаны идеи, на основании которых сделан вывод о том, что князь Глеб измерил ширину Керченского пролива по льду в период с 9 по 11 февраля 6576 (1068) г. индикта 6.

2. Цель измерения князем Глебом мерной веревкой ширины Керченского пролива

Вся эта дополнительная информация, которая потребовалась, чтобы определить дату тмутороканского камня, дает возможность перейти к самой цели измерения князем Глебом ширины Керченского пролива. Князь – это страж и охранитель своего мира, своего княжества, он должен «наипервее числа, и уставы и межи земные замыслить», которые гарантируют устойчивость и согласие между людьми, охраняют страну от раздора и несчастья – «приводят в порядок людей», когда, наступает русское «мир да Бог».

Вслед за исследователем надписи на тмутороканском камне А. А. Медынцевой мы должны выделить два момента при переходе от датировки камня к цели измерения ширины пролива. Первый момент – это историческая обстановка в Причерноморье середины XI в., и второй – «заклинательный, благожелательный для упоминаемого в ней лица, смысл надписи» (Медынцева, 1979. С. 15, 30).

На тмутороканском престоле князь Глеб, сын черниговского князя Святослава, находился до 6572 (1064) г. Пришел Ростислав из Новгорода, двоюродный брат Глеба, и выгнал его из Тмуторокани.

В 6573 (1065) г. Святослав, придя в Тмуторокань, вновь посадил Глеба и вернулся назад. Ростислав же, придя, опять выгнал Глеба, который ушел к отцу в Чернигов. В конце 6574 (1066) г. (по мартовскому стилю) греки, испугавшись власти Ростислава над окрестными народами, отравили его. Умер Ростислав 3го февраля 6575 (1066) г. (Повесть временных лет).

В начале 6575 (1067) г. жители Тмуторокани «умолили великого Никона», монаха КиевоПечерского монастыря, который к тому времени построил Богородичный монастырь в Тмуторокани и находился там, отправиться к князю Святославу и просить его, чтобы он отпустил Глеба к ним и тот бы занял княжеский стол. Никон так и сделал: привез князя Глеба в Тмуторокань (Житие, 1978. С. 343). Там он княжил до 2й половины 6576 (1068) г. или начала 6577 (1069) г., затем ушел княжить в Новгород, после того как Всеслав Полоцкий, которого восставшие киевляне 15 сентября 6576 (1068) г. посадили на киевский престол, предложил ему Новгород (Кучкин, 1985. С. 21, 32-35).

Таким образом, учитывая раздоры между князьями и связанные с ними проблемы неустойчивости тмутороканского княжения, можно сделать достаточно крепкие выводы о том, что измерение Керченского пролива носило ритуальный характер, связанный с новогодними весенними магическими действиями, а также с обычаем праздновать Власия. Это «межевание» расстояния от Тмуторокани до Керчи обусловлено было стремлением князя Глеба следовать универсальному закону, правде и гарантировать устойчивость и согласие между людьми, «привести в порядок людей», когда наступает русское «мир да Бог». Керчь в XI в. входила в состав Тмутороканского русского княжества, поэтому действия князя Глеба «могли преследовать и политические цели: письменно утвердить его права на тмутороканский стол, на западную и восточную часть Тмутороканского княжества». Надпись начинается с изображения креста. Тем самым она, «помимо того, что сообщала об определенном событии, имела и заклинательный, благожелательный для упоминаемого в ней лица, смысл» (Медынцева, 1979. С. 28, 30).

Надо отметить, что в этом случае князь Глеб выступил в роли «устроителя обряда», в конечном счете – «божественного порядка». Поэтому, помимо сказанного, мы придаем метафизическое содержание представлению о цели измерения Керченского пролива.

Известный палеограф, лингвист и историк письменности А. И. Соболевский по поводу распознания существовавшей цели измерения Керченского пролива выдвинул реалистическое положение: «Если мы не видим цели, это не значит, что ее не было на самом деле… Надпись изготовлена для потомков: к чему было записывать то, в смысл чего мы никак не можем проникнуть? Жизнь прошлого не так сложна; язык и понятия были просты и ясны» (Медынцева, 1979. С. 15). Оставалось добавить, что сознание прошлого включало в себя мистические понятия: признавало сверхъестественные сущности явлений природы и общества.

2000– 2002 гг.

Литература

Горбунов Б. А. Традиционные состязания за обладание снежной крепостью – городком как элемент народной культуры русских. // «Этнографическое обозрение», № 5,1994. С. 110.

Даль В. И. Т.1., 1998. С. 179.

Елкина Н. М. Библейские меры длины и их отражение в русском языке. // «Древняя Русь», № 1, 2000. С. 126.

Житие Феодосия Печерского // Памятники литературы Древней Руси XI-XII вв. М., 1978. С. 343.

Зеленин Д. К. Восточнославянская этнография. М., 1991. С. 183.

Климишин И. А. Календарь и хронология. М., 1985. С. 74-79; 80, Табл. 10; 228; 255, 257; 310, Приложение I; 314, 315, Приложение III.

Кучкин В. А. «Слово о полку Игореве и междукняжеские отношения 60х годов XI в. // Вопросы истории. 1985. № 11. С. 21; 32-35.

Летописец XVI – начала XVII в. // Летописи, хроники сборник статей. М., 1984. С. 204, 205.

Медынцева А. А. Тмутараканский камень. М., 1979. С. 15; 30; 45.

Новгородская первая летопись. М., Л., 1950. С. 38; 228; 473.

Новгородская летопись старшего извода. Синодальный список. М. – Л., 1950. С. 100.

Новгородская судная грамота // Законодательство Древней Руси. Т. 1. М., 1984. С. 306; 314, Примечание: Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1956-1957 гг.). М., 1963. Грамота № 286.

Патриаршая или Никоновская летопись. М., 1965. С. 207.

Полный православный богословский энциклопедический словарь. Т. I., М., 1992. – Стлб. 533.

Псковская судная грамота // Законодательство Древней Руси. М., 1984. Т. 1. С. 339.

Радзивиловская летопись. СПб.: Глаголъ; М.: Искусство, 1994. С. 249. В лето 6711.

Рыбаков Б. А. Русские датированные надписи XI-XIV вв. Вып. Е 1-44.М., 1964. С. 16, 17.

Словарь русского языка. XI-XVII вв. Вып. 2. М., 1975. С. 82-83.

Словарь древнерусского языка XI-XIV вв. Т. IV.M., 1991. С. 155.

Танфильев Г. И. Моря – Каспийское, Черное, Балтийское, Ледовитое, Сибирское и Восточный океан. М. – Л., 1931. С. 74, 75.

Успенский сборник XII – ХШ вв. М., 1971. 85 г 23-24, 31-32; 86а 1-5.

Успенский Б. А. Филологические разыскания в области славянских древностей. Моск. унт, 1982. С. 44, Примеч. № 29; 127, 128; 181.

Черепнин Л. В. Русская хронология. М., 1944. С. 32, 35, Табл. V.

Энциклопедия. ОкеанАтмосфера. Л., Гидрометиоиздат, 1983. – C. 242, Рис. 1, 2.

Энциклопедия Большая Советская. Т. 1. М., 1970. Стлб. 286.

Энциклопедия океанографическая. Пер. с англ. Л., Гидрометиоиздат, 1974. С. 586.

Энциклопедический словарь Брокгауза, Ефрона. Т. XV. СПб., 1895. С. 10.

Энциклопедия «Мифы народов мира». М., 1988. Т. 2. С. 334.

Энциклопедический полный православный словарь. Т. I. 1992. Стлб. 533.

Nahtigal R. Euchologium Sinaiticum. I. Fotografski posnetek, II. Tekst s komentarijem, Ljubljana, 1941-42. 55б 20-21.

Hadїy Mehmet. Senai z Krymu. Historia chana Jslam Gereja III / пер. с польск. Warszawa, 1971. С. 94.

III. УСНУВШИЕ БОГИ

Геракл – праотец славян

В эллинской легенде о происхождения скифов события представлены Геродотом таким образом. Геракл, гоня быков Гериона, прибыл в страну скифов, тогда еще необитаемую. Причем, прибыл в повозке, запряженной конями – это скифский признак, в греческом мифе о Геракле он “через многие степи Европы прошел”, но не “проехал”. Там его застала непогода и холод, он выпряг коней, завернулся в свиную шкуру и заснул (свиная шкура – также местная деталь, у греков Геракл носил шкуру убитого им немейского льва). Пока он спал, его упряжные кони исчезли. В поисках коней он прибыл в землю по имени Гилея, область в устье современного Днестра. На север от этой области жили скифыземлепашцы, по современным данным – славяне. Там в пещере он нашел существо смешанной породы – полудеву, полузмею. Змеедева сказала, что кони у нее, но отдаст их после того как Геракл вступит с ней в любовную связь. Однако коней она отдала после того, как у нее родились три сына. Когда они выросли, Змеедева дала им имена – Агафирс, Гелон и Скиф. Затем по совету, оставленному Гераклом, она подвергла их испытанию: дала им натянуть его лук и опоясаться его поясом. С задачей справился только младший сын Скиф. Агафирса и Гелона она изгнала из страны. От Скифа, сына Геракла, произошли все скифские цари (Herod. IV. 8-10).