Текст книги "Плач демона вне закона (ЛП)"

Автор книги: Ким Харрисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 34 страниц)

– Спасибо за кофе. Я дам знать Серене и Колли, что тебе понравилась их идея.

– Эээ, Дэвид, – начала я и увидела, как он нахмурился, услышав звуки из комнаты Айви, – как ты думаешь, они не будут против, если я пойду с ними, когда они будут делать свои татуировки?

На его загорелом лице появилась улыбка, мелкие морщинки вокруг глаз четче проявились от радости.

– Я думаю, им это понравится, я спрошу их.

– Спасибо, – сказала я, а он подпрыгнул при звуке глухого удара из комнаты Айви, – тебе лучше идти, если ты не хочешь быть здесь, когда она проснется.

Он промолчал и залился румянцем.

– Я заскочу на работу попозже и проверю недавние иски об ущербе, причиненном демоном. Сейчас, за два дня до Хэллоуина, там никого не будет, и мне не придется ничего объяснять.

– Это ведь законно, не так ли? – вдруг спросила я, – я уже втянула тебя в достаточное количество неприятностей.

Его улыбка была легкой и немного дьявольской.

– Да, – сказал он, пожимая плечами, – но зачем привлекать к себе внимание? Не волнуйся об этом. Если кто-нибудь в Цинциннати вызывает демонов, то иски будут достаточно странными, чтобы их отложили для расследования. В конце концов, ты узнаешь, если это кто-то их местных. Это поможет тебе сузить круг подозреваемых.

Я подтянула кофе поближе и опустилась на жесткий стул.

– Спасибо, Дэвид. Я ценю это. Если я сумею запереть за решетку парня, который вызывает Ала, тогда мне не придется принимать предложение Миниаса.

Я не хотела имя для вызова демона, особенно Ала. Действующее или нет.

Я ощутила смутную тревогу и заставила себя легко улыбнуться, но Дэвид заметил ее. Подойдя ближе, он положил свою маленькую, но сильную руку мне на плечо.

– Мы найдем его. Не заключай сделки с этим демоном. Обещаешь?

Я вздрогнула, и Дэвид вздохнул, когда я ничего не ответила. Послышался легкий скрип открываемой двери. Дэвид подскочил, как олень.

– Я, хмм, принесу вещи Дженкса позднее, ладно? – пробормотал он, затем взял свою шляпу и практически побежал к задней двери, с пунцовым лицом, так как я засмеялась.

Все еще улыбаясь, я потянулась к телефону и подвинула поближе записку Дженкса с номером о потенциальной работе. Я не собиралась работать до Хэллоуина, но было бы здорово иметь какое-нибудь занятие на начало месяца. Кроме того, мне нечего было делать днем, кроме как искать в сети местные демонские сборища и надоедать Гленну, поторапливая его поиски.

«А это его только затормозит», – думала я, подходя к телефону.

Глава 6.

Приглушенные хлопки резинового уплотнителя на вращающейся двери перекрывали уличный шум, а снаружи доносились лишь отзвуки чьих-то голосов, когда я вошла в Кэрью-Тауэр.

На улице потеплело, и я оставила свое пальто в машине, посчитав, что джинсов и свитера будет вполне достаточно – по крайней мере, до заката, а к тому времени я вернусь в свою церковь.

Надеясь, что сигнал внутри не пропадет, я прижимала телефон к уху и пыталась расслышать то, что говорил Маршал; глаза медленно привыкали к более тусклому свету.

– Я действительно сожалею, Рэйчел, – смущенно бормотал он. – Они попросили, чтобы я пришел пораньше вместо какой-то отменившейся встречи. Я не мог отказаться.

– Нет, все в порядке, – ответила я, радуясь, что я сама себе начальник, даже если этот начальник иногда бывает идиотом. Я сошла с пешеходной дорожки и сняла темные очки.

– У меня появилась одна работа, ее сейчас надо как-нибудь выполнить. Ты не хочешь хряпнуть по чашечке кофе у Площади Фонтанов? – Три – это хорошее время. Не завтрак и не ленч. Приятный и безопасный час, когда можно не ждать всяких пакостей. – Единственное, я должна вернуться на освященную землю до заката, – добавила я, вспомнив. – Есть некий демон, который будет держать меня на мушке до тех пор, пока я не выясню, кто его вызывает, чтобы убить меня, и не объясню ему или ей, что это нехорошо. – Договорив все это, я задалась вопросом, а не пытаюсь ли я таким образом избавиться от Маршала. Но колдун захохотал, впрочем, быстро успокоился, когда понял, что я серьезна. – Ммм, а как идут твои интервью? – спросила я, чтобы нарушить напряженную тишину.

– Спроси меня через несколько часов, – тихо простонал он. – Мне надо встретиться еще с двумя людьми. Я не целовал так много задниц с того момента, когда случайно столкнул в доке клиента в воду.

Я захихикала, ища взглядом в переполненном вестибюле указатели, ведущие к лифтам. Моя улыбка оборвалась вспышкой вины, из-за которой я разозлилась на себя. Проклятье, я смеюсь! Но смех ведь не означает, что я переживаю об утрате Кистена меньше? Он любил меня смешить…

– Может быть, лучше попробовать встретиться завтра? – мягко предложил Маршал, будто поняв, из-за чего я так внезапно затихла.

Старательно запихивая своих призраков в сумку, я дошла до специальных лифтов. У меня была встреча с мистером Доэмо на смотровой площадке. Некоторые люди просто обожают поиграть в шпионов.

– У Площади Фонтанов есть лоток с кофе, – произнесла я с горькой решимостью. Проклятье, я смогу это сделать. Лоток с кофе находился рядом с лотком, торговавшим хот-догами. Кистен любил хот-доги.

Меня захлестнули воспоминания – Кистен в своем деловом костюме в тонкую полоску под огромными деревьями Площади Фонтанов, небрежно стирающий горчицу со своих улыбающихся губ. Он щурится на солнце, а ветер теребит его волосы. Сердце ухнуло внутрь живота. Боже, я не смогу этого сделать.

Голос Маршала привел меня в чувство.

– Великолепно звучит. Купим там по кофе. Я возьму grande. Три ложечки сахара и немного сливок.

– Просто черный, – сказала я, почти в оцепенении. Скрываться в церкви из-за душевной боли еще хуже, чем из-за демона. Я не хочу становиться затворницей.

– Значит, Площадь Фонтанов, – подытожил Маршал. – Увидимся!

– Конечно, – отозвалась я, минуя пост охраны. – И удачи тебе! – добавила я, помня о его делах.

– Спасибо, Рэйчел. Пока.

Я подождала, пока он отключится, и прошептала «Пока», прежде чем закрыть телефон и убрать его. Все было гораздо сложнее, чем я ожидала.

Моя меланхолия тянулась позади меня подобно тени, пока я шла через небольшой холл и пыталась собраться с мыслями перед предстоящей встречей с клиентом. Это максимум, думала я, закатывая глаза. Честно говоря, когда я звонила договариваться о встрече, мистер Доэмо показался мне похожим на мышь. Он отказался приехать в церковь, и я не могла понять из телефонного разговора, был ли он испуган, потому что был человеком, обращающимся за помощью к ведьме, или же он волновался, потому что кто-то его преследовал. В любом случае, на моей работе это никак не отразится. Я сказала Дженксу оставаться дома, поскольку это было просто интервью. Помимо выполнения заказа, мне требовалось заехать на почту и в ФВБ, и для Дженкса было бы пустой тратой времени наматывать круги вокруг меня.

Поездка в ФВБ оказалась продуктивной, и теперь у меня была вся информация о тех трех колдунах плюс дополнительно еще об одном, некролог на которого вышел сегодня утром. Очевидно, двое из недавно погибших колдунов были знакомы друг с другом, поскольку ранее их вместе задержали за серьезное ограбление. И мне показалось интересным, что арестовал их ни кто иной, как Том Бэнсен, тот самый противный маленький зануда, который вчера попытался арестовать меня.

В общем, ситуация постепенно прояснялась. У Тома был мотив натравить на меня Ала, поскольку в прошлом году я доступно объяснила ему, куда он может запихать свой небольшой клуб, вызывающий демонов. К тому же, он обладал нужными для этого знаниями, поскольку занимал высокое положение в Тайном Подразделении ОВ. Это само по себе усложняло обнаружение его демоно-вызывательского хобби и облегчало вербовку, поскольку он контактировал со всеми видами черных магов, которые никогда не против заключить сделку.

Дэвид все еще проверял для меня недавние иски, и если хоть один из них будет касаться Тома, офицеру ОВ придется немного пообщаться со мной. Впрочем, пообщаться со мной ему, возможно, придется в любом случае.

Я действительно не думала, что это Ник послал Ала за мной. Я, конечно, ужасно ошиблась в нем, но посылать демона убивать меня? Я попыталась сосредоточиться на нашей последней беседе, и, повернув за угол, увидела закрывающиеся двери лифта.

Возможно, мне не стоило так наезжать на Ника. Кажется, он был в отчаянии.

Я побежала вперед и окликнула того, кто был в лифте, чтобы он придержал его. Накаченная крепкая рука схватила автоматическую дверь в последний момент перед тем, как она едва не захлопнулась. Я забежала в лифт и повернулась к человеку, чтобы сквозь сбившееся дыхание прошептать ему «спасибо». Но слова застряли у меня в горле и я застыла.

– Квен! – вырвалось у меня при виде стоявшего в углу эльфа с траченым оспинами лицом.

Он улыбнулся, не показывая зубы; при намеке на веселье в его глазах все стало на свои места.

– О, нет, черт возьми, – сказала я, ища панель управления лифта, чтобы нажать кнопку, но ее загораживал эльф. – Ты и есть мистер Доэмо? Забудьте. Я не работаю на Трента.

Пожилой мужчина нажал самую высокую кнопку, прислонился к стенке лифта и сложил руки на животе.

– Я хотел с тобой поговорить. Это был самый простой способ.

– Ты хочешь сказать, что это – единственный способ, поскольку ты знаешь, что Тренту бы я объяснила, в какое отверстие он может запихать свою проблему.

– Профессионально, как всегда, мисс Морган.

Его скрипучий голос поддразнивал, и зная, что я нахожусь в ловушке, пока мы не доедем до верхнего этажа, я прошла в угол и прислонилась к стенкам, не заботясь, как это выглядит для камер. Я была зла. Я не собиралась прикасаться к линии. Вы не достаете оружие, если не планируете использовать его, – и вы не ищете линию на глазах противника, владеющего лей-линейной магией, если не хотите, чтобы вас размазали по стенке.

Улыбка Квена исчезла. В рубашке с длинными рукавами, соответствующей черным брюкам, отдаленно напоминающим униформу, он казался совершенно безвредным. Да, он был безвреден. Как безвредна черная мамба.

В ботинках с мягким подошвами он был лишь на несколько дюймов выше меня, но двигался с текучей грацией, наводящей на мысль, что он отреагирует на любое мое движение раньше, чем я на самом деле его совершу. Я находилась в ловушке в крошечной металлической коробке с эльфом, отлично владеющим боевыми искусствами и черной лей-линейной магией. Возможно, стоит вести себя хорошо. Хотя бы, пока двери не откроются.

Кожа на лице Квена была испорчена шрамами, которые появились у некоторых внутриземельцев после Поворота, однако оспины на смуглой коже только прибавляли ему внушительности. Его шею отмечал шрам от вампирского укуса – бесформенное пятно белой рубцовой ткани, скрытое высоким воротничком его черной рубашки. Этот шрам оставил разозлившийся Пискари, и я задавалась вопросом, как Квен справляется с проблемой непривязанного укуса теперь, когда вампир действительно мертв. У меня тоже такой был, но Айви убьет любого вампира, покусившегося на мою шею, и весь Цинци об этом знает. У Квена не было такой защиты. Возможно, он хочет поговорить со мной об укусе, – если не о предвыборной кампании Трента, конечно.

Квен был начальником охраны Трента Каламака – в высшей степени квалифицированным и на сто процентов ему преданным, хотя я бы доверила свою жизнь этому эльфу, если бы он пообещал охранять мою спину. Трент был опасен, и я ему не доверяла, но он наносил урон словами, а не действиями, – вонючий политикан в лучших своих проявлениях и убийца в худших. Материально успешный, привлекательный, харизматичный плейбой эффективно управлял большей частью преступного мира Цинциннати и незаконной торговлей бримстоном по всему северному полушарию. Но единственным, за что он мог попасть в тюрьму – кроме обвинения в убийстве, по которому я взяла его под стражу на целых три часа несколько месяцев назад – была торговля бионаркотиками. И это было для меня как кость в горле, ведь я выжила только благодаря им.

Я родилась с достаточно распространенным среди колдунов генетическим заболеванием – синдромом Розвуда, из-за которого в моей митохондрии фермент, обеспечивающий иммунитет, был подменен чужеродным; я должна была умереть, не дожив до двух лет. Поскольку мой папа тайно работал вместе с отцом Трента, трудившимся в то время над спасением своей расы, тот подправил генетический макияж моей митохондрии, изменив кое-что так, что организм оказался способен игнорировать чужой фермент. Я думаю, он действительно не знал, что этот фермент позволит моей крови активировать демонскую магию. И я благодарила бога, что единственные люди, которым об этом известно, это я и мои друзья. И Трент. И несколько демонов. И кто угодно, кому демоны об этом расскажут. И кому расскажет Трент. И, конечно же, Ли, единственный другой колдун, которого вылечил отец Трента.

Окей, возможно, мой секрет еще не стал известен всему свету.

В настоящее время наши отношения с Трентом зашли в тупик: я пыталась отправить его в тюрьму, он пытался то нанять меня, то убить – в зависимости от своего настроения. И если я сорву банк, придав огласке его незаконные операции с бионаркотиками, то, вероятно, закончу свою жизнь в психушке где-нибудь в Сибири, – или, хуже того, окруженная соленой водой, например, в Алькатрасе (тюрьма для особо опасных преступников на острове, штат Калифорния), – а он выйдет на свободу и продолжит свою избирательную кампанию быстрее, чем пикси чихнуть успеет. Это просто вид личной власти, которой обладает человек.

И вот это действительно раздражает, думала я, переступая на другую ногу, поскольку двери лифта открывались.

Я немедленно выскочила из лифта и нажала кнопку вызова. У меня не было шанса пробежать мимо Квена через зал к другим лифтам. Я импульсивна, но не глупа.

Эльф тенью метнулся от стены к дверям лифта и встал перед ними, словно телохранитель, пока они не закрылись снова.

Я нашла глазами в углу камеру, дружелюбно подмигивающую красным огоньком. Надо стоять здесь, пока не приедет другой лифт.

– Не трогай меня, – пробормотала я. – Во всем мире нет столько денег, чтобы я снова согласилась работать на Трента. Он капризный, властолюбивый, испорченный ребенок, который думает, что он выше закона. И он убивает людей, как бомж открывает стручок бобов.

Квен пожал плечами.

– Зато он предан людям, заслужившим его доверие, умен и щедр по отношению к тем, о ком заботится.

– А те, о ком он не заботится, не имеют для него никакого значения, – готовая сорваться в любой миг, я тихо ждала, раздражаясь еще больше. Из какого ада поднимается этот лифт?

– Я хотел бы, чтобы ты посмотрела, – сказал Квен, и я отпрянула, когда он вытянул из своего рукава амулет. Эльф глянул на меня, подняв брови, и слегка повернулся, привлекая внимание к диску из красного дерева, слабо светящемуся зеленым. Это был, вероятно, какой-то вид амулета-детектора. У меня был такой, реагировавший, если поблизости от меня оказывались смертельные чары, но я перестала его носить после того, как он запустил противоугонные защитные заклинания на стоянке молла.

По всей видимости, удовлетворенный, Квен спрятал амулет.

– Ты мне нужна, чтобы войти в Безвременье и забрать оттуда эльфийский образец.

Я засмеялась, и пожилой мужчина засветился гневом.

– Трент только что получил образец Кери, – ответила я, поправляя на плече слишком тяжелую для меня сумку. – Я думала, на его обработку Тренту понадобится достаточно много времени. Кроме того, вы все равно не сможете заплатить мне достаточно, чтобы я отправилась в Безвременье. Тем более, за куском дохлой эльфятины двухтысячелетнего возраста.

Один из лифтов позади меня зазвенел, и я попятилась, готовая спасаться бегством.

– Мы знаем, где образец ткани. Нам нужно только его забрать, – сказал Квен, глядя мне за спину, потому что двери открылись.

Я подошла к лифту и встала в дверях таким образом, что эльф не смог бы последовать за мной.

– Как? – спросила я, чувствуя себя в безопасности.

– Кери, – просто сказал он, и на дне его глаз вспыхнул страх.

Двери начали закрываться, и я нажала кнопку вызова.

– Кери? – переспросила я, задаваясь вопросом, не по этой ли причине я почти не видела ее в последнее время. Она знала, что я ненавижу Трента, но она эльфийка, а он – эльф, тем более она родилась в королевской семье, а он – мультимиллионер, – в общем, было бы глупо думать, что они не общались в последние месяцы, нравились они друг другу или нет.

Заметив мой интерес, Квен занял более уверенную позицию.

– Она каждый четверг пила чай с Трентом, – тихо сказал он, виновато опуская глаза. – Вы должны сказать ей спасибо. Он абсолютно поглощен ею, даже демонская грязь не пугает его. Я считаю, что это – часть ее привлекательности, фактически. Но он начинает верить, что демонская копоть не означает, что человек – плохой. Кери спасла мои отношения с Трентом. Она очень мудрая женщина.

Кери просто обязана быть мудрой, учитывая, что она более тысячи лет провела в рабстве у демона. Двери начали закрываться снова, и я прижала кнопку на несколько секунд.

– Все пошло к чертям, когда Трент узнал, что ты используешь для его защиты черную магию, да?

Квен не пошевелился, даже его ровное дыхание не изменилось, но сама его неподвижность сказала мне, что я права.

– Так ведь? – с вызовом спросила я.

– И поэтому он начинает подумывать, что и тебе, возможно, стоит доверять. Ты, по крайней мере, подумаешь об этом? Нам нужен образец.

Напоминание о том, что моя собственная душа запятнана демонской копотью, неприятно кольнуло, я отступила внутрь лифта и нажала на кнопку «закрыть». Да ни за какие коврижки.

– Заходи позже, Квен. Лет через сто.

– У нас нет ста лет! – сказал эльф, в его голосе слышалось отчаяние. – У нас только восемь месяцев.

О, черт.

Я вылетела из лифта, сумка на длинном ремне застряла в дверях. Квен попятился. Его губы были туго сжаты, будто он сильно жалел, что сказал об этом, чтобы заставить меня слушать.

– Что это значит, восемь месяцев? На один меньше, чем девять?

Квен молчал. Даже не смотрел на меня. И я не посмела его трогать.

– Она беременна? – воскликнула я, не волнуясь, что меня могут услышать. – Сукин сын! Вонючий сукин сын!

Я была так безумно зла, что почти смеялась. Квен настолько плотно сжал челюсти, что оспины на его лице стали совершенно белыми.

– Ты это сделаешь? – сухо спросил он.

– Я хочу поговорить с Трентом, – ответила я. Неудивительно, что Кери избегала меня. Женщина приходит в себя после тысячи лет рабства у демона, а Трент берет и делает ей ребенка!

– Где он?

– Ходит по магазинам.

Мои глаза сузились.

– Где?

– На той стороне улицы.

Он гуляет по магазинам.

Сто к одному, это не пеленки для ребенка и не автокресло. Помня про Маршала и нашу встречу за кофе, я поглядела в окно на затянутое облаками небо, чтобы определить время. Это не займет больше часа. Времени хватит. Если, конечно, это не уловка, и Трент не собирается попытаться меня убить – но в этом случае бежать уже немножко поздно.

Я сильно вжала кнопку вызова, и двери лифта немедленно открылись.

Ходит по магазинам? Он ходит по магазинам?

– После тебя, – сказала я и вошла в лифт следом за Квеном.

Глава 7.

Жар, исходящий от асфальта, спал, когда мы свернули за угол в тень высоких зданий.

– Где он? – спросила я, убирая волосы с лица и глядя на Квена. Он шел немного позади меня, и это нервировало. Спокойный сильный мужчина показал глазами через дорогу. Я проследила за его взглядом, и меня охватило некое предчувствие: «Корпорация Особых Костюмеров». Черт возьми, Трент выбирает себе наряд на Хэллоуин? Я заставила себя двинуться в сторону магазина с эксклюзивными костюмами. Что ж, почему бы и нет? Трент ходит на вечеринки, как и все остальные. Возможно, даже на большую часть проводимых вечеринок. Но «Особые Костюмеры»? Требуется предварительная запись, только для того, чтобы просто попасть внутрь, тем более в октябре.

Я замедлила шаг, чувствуя, как Квен скользит позади.

– Ты прекратишь конвоировать меня? – проворчала я, и Квен слегка вздрогнул.

– Извини, – сказал он и поспешил догнать меня, когда я уже пересекала середину улицы. Я успела заметить, как он посмотрел на пешеходный переход и усмехнулся. Да, я плохая девчонка.

Немного помедлив у вывески с надписью «только по записи», я подошла к двери, которую мог открыть только кто-то изнутри. Я вошла, швейцар казался безнадежно глупым, но прежде чем я успела сказать что-либо, немолодая женщина в юбке и пиджаке бодрящего персикового цвета процокала к нам. Звук ее каблуков стал глуше, когда она ступила на толстый белый ковер.

– Извините, мы закрыты для посетителей, – сказала женщина, ее лицо выражало смесь невозмутимого профессионализма и вежливого презрения к моим джинсам и свитеру.

– Не хотите ли записаться на следующий год?

Сердце застучало быстрее, и я сжала кулаки в ответ на ее невысказанную мысль о том, что скорее Ад замерзнет, чем я смогу позволить себе купить у них хотя бы чары для цвета лица. Я перевела дух, приготовившись потребовать, чтобы мне показали чары для выпрямления волос, прекрасно понимая, что их утверждение, якобы они могут выпрямить любые волосы, в моем случае не оправдается; и тут Квен встал за моей спиной, слишком близко, чтобы я чувствовала себя в своей тарелке.

– О, так вы с мистером Каламаком? – воскликнула она, и только легчайший румянец испортил белизну ее лица.

Я посмотрела на Квена.

– Не совсем. Я Рэйчел Морган, мне надо кое-что сказать мистеру Каламаку. Я так понимаю, он здесь?

У женщины отвисла челюсть, она двинулась вперед, чтобы пожать мне руку.

– Так Вы дочь Элис? – напрягшись, спросила она. – О, мне следовало бы догадаться. Вы выглядите прямо как она, ну или так, как если бы Элис постоянно на себе не экспериментировала. Я очень рада, что встретилась с вами.

Прошу прощенья? Она с большим энтузиазмом трясла мою руку, я обернулась на Квена, но он выглядел таким же озадаченным, как и я.

– К сожалению, сегодня у нас нет открытого доступа посетителям, дорогая, – сказала она, и я поразилась ее фамильярности. – Но я могу поговорить с Ренфолдом. Он специально задержится допоздна ради тебя. Выпрямляющие чары твоей матери не раз спасали нашу репутацию.

– Выпрямляющие волосы чары, сделанные моей матерью? – догадалась я, хватая женщину за запястье и высвобождая свою руку из ее хватки. Так, я собираюсь серьезно поговорить с мамой. Это не предвещало ничего хорошего. С каких это пор она готовит чары на продажу?

Женщина, Сильвия, это имя было написано на ее бейджике, украшенном зелеными жемчужинами, улыбнулась и подмигнула мне, как будто мы лучшие друзья.

– Ты же не думаешь, что только у тебя проблемы с чарами, выпрямляющими волосы? – произнесла Сильвия, затем коснулась моей шевелюры с таким видом, как если бы она была чем-то прекрасным, а не предметом моего вечного беспокойства.

– Никогда не понимала, почему люди не довольствуются тем, что дано им от природы. Я думаю, это чудесно, что ты ценишь свои волосы.

– Ценю, – это было не так, но мне не хотелось стоять здесь и обсуждать волосы. – Мне надо поговорить с Трентом. Он ведь все еще здесь, не так ли?

Лицо женщины вспыхнуло от удивления, что я называю холостяка, занимающего такое значительное положение, по первому имени. Она взглянула на Квена (он кивнул), и мягко произнеся: «Сюда, пожалуйста», повела нас внутрь магазина.

Теперь, когда мы двигались, я чувствовала себя гораздо лучше, не смотря на то, что персонал шептался за нашими спинами, пока Сильвия вела нас извилистым путем мимо вешалок с великолепной одеждой. В магазине потрясающе пахло дорогой тканью и экзотическими духами, к тому же в воздухе ощущался привкус озона от того, что здесь активизировали лей-линейные чары. Магазин «Особые Костюмеры» был таким местом, где можно было купить все: одежду, необходимые принадлежности и чары, чтобы превратить одного человека в другого. Эти товары нельзя заказать по интернету, единственная возможность купить их продукцию – это записаться к ним, и по записи попасть в магазин. Я не могла не полюбопытствовать, в кого же собирался вырядиться Трент.

Квен снова шел позади меня, а Сильвия провела нас за кассовый прилавок в небольшой коридор с четырьмя дверьми. Они выглядели, как двери на входе в дорогой отель, и за последней из них я смогла расслышать голос Трента. Мягкий тихий звук его голоса проник мне в самое сердце и повернул там какой-то рычажок. Боже, у него очень красивый голос: низкий, мелодично поднимающийся и опускающийся, богатый неизвестными интонациями, чем-то похожий на мох в тени освещенных солнцем деревьев. Я была уверена, что он так сильно продвинулся среди городского электората, не только благодаря щедрым пожертвованиям сиротским приютам и больницам, но в том числе, из-за своего голоса.

Явно не услышав в интонациях Трента ничего, кроме слов, Сильвия быстро постучалась и, не дожидаясь приглашения, вошла в комнату. Я отступила назад, давая возможность Квену войти первому. Мне не хотелось без спросу врываться в комнату из-за грубых продавцов, ведь они же продают здесь одежду. И хотя вид Трента без одежды осчастливил бы меня на целое десятилетие, я обнаружила, что не могу злиться на мужчин, на которых не одето ничего, кроме нижнего белья. Они выглядят такими чарующе ранимыми.

Насыщенный аромат дерева и кожи усилился, как только я вошла. Тусклый свет освещал пространство успокаивающе теплой комнаты с низкими потолками, помогая скрыть открытые шкафы, наполненные одеждой, шляпами, перьями, крыльями и даже хвостами – тем, что не так просто создать с помощью лей-линейных чар.

Справа от меня стоял низкий стол с сыром и вином, а слева – высокая ширма. В середине комнаты был установлен круглый помост высотой до лодыжки, окруженный тремя зеркалами. Вокруг располагались низкие стеллажи с амулетами. По мягкости и цвету структуры дерева видно было, что это столетняя рябина. А в центре всего этого находился Трент.

Он не подозревал о том, что я была в комнате. Он пытался отвязаться от слишком назойливого внимания ведьмы, помогающей ему с лей-линейными амулетами. Рядом с ним стоял Джон, его необычайно высокий лакей, и я вся внутренне ощетинилась, вспомнив, как он мучил меня, когда я была лаской, пойманной в офисе Трента.

Трент нахмурился, глядя на свое отражение в зеркале, и вернул продавцу амулет. Его волосы вернулись к своему обычному прозрачно-белому цвету, какой бывает только у некоторых детей, а ведьма начала неразборчиво лепетать, понимая, что ему не понравилось. Трент был чисто выбрит, у него был легкий загар, плавно очерченные брови, зеленые глаза, этот роскошный голос и отрепетированный смех. Политик до кончиков ногтей. Он был не намного выше меня на каблуках и отлично смотрелся в своем тысячедолларовом костюме изо льна и шелка, который так и говорил «голосуйте за Каламака». Одежда подчеркивала его ладную фигуру, заставляя меня задуматься о том, что он наверняка запрягает свою скаковую лошадь чаще, чем раз в полнолуние, когда играет в охотника в собственном хорошо огороженном лесу.

Эльф профессионально улыбнулся ведьме и отказался от следующего амулета плавным жестом холеной руки. На его руках не было колец с тех пор, как я избавила его от обручального, остановив свадьбу. И, думаю, пока он не захочет сделать Кери честной женщиной, в чем я сомневаюсь, кольца не появится. Трент жил, соблюдая условности, и его публичное появление в свете с бывшим демонским фамилиаром, чья аура покрыта чернотой от демонских заклятий (а это может увидеть любая ведьма своим внутренним зрением), не поможет ему воплотить свои политические амбиции. Хотя, видимо, у него не возникло проблем с тем, чтобы соблазнить Кери.

Трент провел рукой по тщательно уложенным волосам, приглаживая несколько выбившихся прядей, когда к нему приблизилась Сильвия. Передвинув свою заплечную сумку вперед, я громко сказала:

– Этот костюм будет лучше смотреться с пукательной подушкой.

Трент напрягся. Его глаза вглядывались в зеркало, в поисках моего отражения. Рядом с ним сразу сосредоточился Джон, этот отвратительный тип, и приставил руку к глазам, чтобы лучше видеть сквозь блеск зеркал. Стоявшая рядом с ним ведьма подалась назад, а Сильвия начала суетливо бормотать извинения, в то время как ее самый ценный клиент и дочь одного из ее поставщиков уставились друг на друга.

– Квен, – наконец сказал Трент, теперь его голос был жестким и совсем не красивым, – я не сомневаюсь, у тебя есть этому объяснение.

Квен сделал вздох, прежде чем ответить.

– Ты не слушал, Са’ан, я должен был найти иной способ довести это до твоего сведения.

Трент отослал продавца, а Джон пересек комнату, чтобы сделать ярче основной свет. Я зажмурилась, когда вспыхнули лампы, затем хитро посмотрела на Трента. Он вернул самообладание удивительно быстро, только слегка натянувшаяся кожа у глаз выдавала его раздражение.

– Я слушал, – сказал он, поворачиваясь, – и предпочел выбрать другой способ.

Мультимиллионер сошел с помоста и опустил рукава, встряхнув руками. Это была нервная реакция, от которой он себя еще не отучил. Ну а может быть, просто пиджак был ему тесноват.

– Мисс Морган, – произнес он негромко, не встречаясь со мной взглядом, – ваши услуги не требуются. Примите мои извинения за то, что мой охранник потратил ваше время. Скажите мне, сколько я вам должен, и Джон выпишет вам чек.

Это было своего рода оскорбление, и я не могла сдержаться, чтобы не фыркнуть.

– Я не беру денег, если я не на задании, – сказала я, – в отличие от некоторых людей.

Я скрестила руки на груди, в то время как на лице Трента мелькнула и тут же исчезла легкая тень раздражения.

– И я пришла сюда не для того, чтобы работать на вас, – добавила я. – Я пришла, потому что хотела сказать тебе прямо в лицо, какой ты жалкий ублюдочный интриган. Я говорила тебе, что разозлюсь, если ты обидишь Кери. Считай, что я тебя предупредила, – злость – это хорошо. Боль от потери Кистена исчезала, когда я злилась, и прямо сейчас я была очень зла.

Ведьма, которая помогала ему, разинула рот от удивления, а Сильвия опять начала что-то бормотать, но Трент жестом остановил ее. Боже, меня взбесило это, как будто он дал мне разрешение обзывать его. Злясь, я наклонила голову, ожидая ответной реакции.

– Это угроза? – вежливо уточнил Трент.

Я перевела взгляд на Джона, он усмехался, как будто то, что я сказала, чрезвычайно его порадовало. Квен помрачнел. Он разозлился, ну а чего же он, на самом деле, ожидал от меня? Правда, я все еще хотела выйти отсюда самостоятельно, а не на цепи у ОВ, арестованная за домогательства, ну или что там Трент придумает. Сейчас, после смерти Пискари, он, должно быть, владеет ОВ.