Текст книги "Плач демона вне закона (ЛП)"

Автор книги: Ким Харрисон

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 34 страниц)

Улыбаясь тому, что вижу ее в таком состоянии, я вернулась к своему чаю. У меня было еще немного времени, прежде чем я должна буду уйти. Маршал может подождать.

– У тебя не было мысли переехать к нему поближе? – спросила я. – Трент предлагал тебе устроиться у него… за забором.

– Я здесь в безопасности, – ответила она, и ее опущенный взгляд сказал мне, что она обдумывала это.

– Я не думала о безопасности, – сказала я, смеясь. – Я просто не хочу, чтобы Квен постоянно приезжал сюда. Парковал свой толстожопый лимо у тротуара. Гонял туда-сюда в любое время дня и ночи. Будил меня на рассвете, бибикая своим клаксоном, чтобы ты выходила.

Она мило покраснела.

– Я собираюсь остаться с Кизли.

Моя улыбка увяла, и хотя я не хотела, чтобы она уезжала, я сказала:

– Вы могли бы переехать оба.

– Джи и ее новый муж… – стала протестовать она, но я видела, как она мечтает быть ближе к Квену.

– Готова поспорить, что Трент позволит пикси поселиться в его саду, если ты попросишь, – сказала я с самодовольной ухмылкой, представив мужчину, зарывающегося в них. – Квен попробует убедить Трента, что добрые пикси – отличный индикатор на незваных гостей. – Оставим в стороне свежеприбывшую горгулью на нашем карнизе. – И Трент попытается произвести на тебя впечатление, даже если он невоспитан, как индюк. Ее брови поднялись в размышлении, и я добавила. – Он утверждает, что собирается в Безвременье за образцом ткани.

– Он может сделать и получше в своей лаборатории, – сказала она едко.

– Где он чувствует себя, как дома, – согласилась я, сделав глоточек чая. – Мелкая противная мышиная отбивная.

Брови Кери поднялись, и она изменила свою прямую, официальную позу.

– Я здесь в безопасности, – вновь подтвердила она. – Я и Кизли никак не пострадаем. У меня есть защита, которую я могу активировать в мгновение ока.

Я не сомневалась в этом, но демоны были способны выскочить откуда угодно, даже на освященной земле.

– Речь идет об Але, – добавила я. – Он выбрался из тюрьмы. Айви говорила тебе?

Она кивнула, глядя на вьющиеся вдали лианы, и я почувствовала, как недовольство возвращается ко мне.

– Кто-то вызывает его из заточения и отпускает три ночи подряд, – произнесла я с кислой физиономией. – Дэвид пытается проверить поступающие иски, чтобы определить, хочет ли меня убить кто-то из местных, или просто какой-то безымянный идиот жаждет отпускать его по ночам. – Мои губы сжались, и я подумала о Нике. Все внутри меня говорило «нет», но я собиралась поверить в это.

– Вчера вечером он пытался меня убить, – сказала я. – Пока мы с мамой ходили по магазинам.

– Уб-бить?

Мое внимание привлекло ее легкое заикание.

– Он говорил, что ему нечего терять, и он не собирается держать свое слово оставить в покое меня и моих родных, – я задумалась. – Значит ли это, что я могу обучить кого-нибудь накапливать энергию лей-линий?

Сделка заключалась в том, что демон не трогает нас, а мы держим рот на замке.

– Он сказал, что не станет причинять тебе боль, – произнесла она откровенно испуганно. – Полагаю, они не позволят ему безнаказанно нарушить свое слово. Ты вызвала Миниаса?

Я выдохнула воздух, искренне не желая, чтобы счет из магазина магических принадлежностей рухнул на мой стол.

– В этом не было необходимости. Он появился сам и прогнал Ала, – сказала я, задумавшись, что, может, если я ее попрошу, она изменит мнение и будет спать в святилище, пока мы не найдем способ остановить Ала. – Миниаса абсолютно не интересовало, что Ал нарушил свое слово. Он был просто расстроен, что тот сбежал из их клетки. Они сняли Миниаса с должности няньки при Тритон и бросили в отряд по захвату демонов.

Я подняла глаза и увидела почти панический ужас на ее лице.

– Это не из-за того, что факт нарушения слова Алом не доставляет им беспокойства, – продолжила я. – Это из-за того, что он сбежал. Миниас предложил мне обменяться с Алом именами вызова, чтобы его не могли вызвать из заключения.

– Рэйчел, нет! – крикнула Кери, встряхнув меня, потянувшись через стол. – Ты не можешь!

Я удивилась.

– Я не планировала это делать, но если я не смогу найти тех, кто вызывает Ала и позволяет ему уйти, то это будет единственный способ вернуть мне нормальную жизнь по ночам.

Она отодвинулась, переплела руки на коленях и села очень прямо.

– Почему, во имя Поворота, я должна брать имя Ала, когда все, что я должна сделать – надрать задницу тем, кто его вызывает? – пробормотала я, и узкие плечи Кери расслабились.

– Боже, – сказала она, кажется, смущенная своей мощной вспышкой. – Ты не должна делать этого для них. Я помогу тебе, если будет нужно. Не иди к демонам, даже если тебе будет нужно поменяться именами с Алом. Я найду для тебя проклятье.

Проклятье. Ну, конечно, это должно быть Проклятье, чтобы я опять сохранила свою шею. Я всерьез была намерена предпринять усилия, чтобы забрать у Ала контрамарку на свободный выход из тюрьмы.

– Я не могу поверить, что они посадили его в тюрьму только за то, что он позволил тебе жить и знать, как накапливать энергию линий, – задумалась я, делая очередной глоточек чая и поражаясь тому, что это был не кофе. – Лишили его всех накопленных чар. Всех. Не удивительно, что хочет меня убить.

– Если это станет известно, это может ограничить их ресурс фамилиаров, – пробормотала она, явно желая прикрыть эту тему.

– О, да, кстати, он нашел кого-то, кто сварил ему зелье. Он был в своем обычном мято-зелено-бархатном обличии. Клянусь, если это Ник, то я собираюсь врезать ему под зад за то, что он свалил с Макинакского моста. Если Ал, конечно, не порвет его к этому времени. Этот демон убьет меня, если я не буду осторожна.

– Нет, – возразила Кери. – Он не сделал бы этого. Это был блеф. Он сказал…

Она смолкла на полуслове, и мое внимание сосредоточилось на ее неожиданно горьком, почти испуганном выражении лица. Мой рефлекс бегуна сработал, и я почувствовала, как сердце забилось в бешеном ритме.

– Он сказал, – Кери говорила с ним? С Алом? – Т-ты? – заикаясь, проговорила я и поднялась на ноги. – Это ты его вызываешь?

– Нет! – запротестовала она, и ее лицо еще сильнее побледнело. – Я просто сделала ему чары личины. Пожалуйста. Не злись.

В ужасе я попыталась подобрать слова.

– Он на свободе уже три ночи подряд, а ты даже не предупредила меня?

– Он сказал, что не будет нападать на тебя – сказала она, вставая. – Я думала, что ты в безопасности. Он обещал.

– А он напал на меня! – заорала я, не беспокоясь о том, что соседи нас услышат. – Он собирается убить меня особо извращенным образом, потому что ему нечего терять. И ты делаешь для него чары?

– Это была хорошая сделка! – выпалила она в ответ. – За каждую чертову дюжину он снимает с меня дневную цену копоти. Я уже осветлила свою душу на год.

Я уставилась на нее. Она добровольно сделала чары Алу?

– Да уж, просто безумно офигительная польза для тебя, – ляпнула я.

Ее лицо запылало от гнева.

– Это единственный способ этично избавиться от копоти, – сказала она, и ее выбившаяся прядка затрепетала на ветру. – Он обещал, что не будет преследовать тебя. – Она прижала руку к груди. Ее настроение меняло направление, подобно воздушному змею. – Они просят тебя помочь его схватить. Не говори «да». Не важно, что они будут предлагать. Если он сбежал, то будет скользким и вертким, как электрический скат. Ты не можешь ему теперь доверять.

А раньше могла?

– Я не могу ему теперь доверять? – воскликнула я. – Что это за игра, где правила постоянно меняются.

Кери изобразила обиду и оглядела меня сверху донизу.

– И что, он действительно причинил тебе вред?

– Он схватил меня за шею и встряхнул! – выпалила я. Она его защищает. Она защищает Ала!

– Если это все, что он сделал, то вряд ли он нарушил свое слово в широкой его интерпретации, – сказала она резко. – Он блефовал.

Я не могла в это поверить. Ходи оно конем, я просто поверить в это не могла!

– Ты с ним заодно!

– Это не так! – воскликнула она, и ее щеки покрылись красными пятнами. – Я рассказывала тебе, как работает их правовая система. Если где-то есть лазейка, они разрешат ему ею воспользоваться. Чары изменения внешности – это все, что я сделала. Я бы никогда не сделала ничего, что могло бы причинить тебе вред.

– Ты работала на Ала и даже не сказала мне!

– Я не сказала, потому что знала, что ты рассердишься.

– Ну, здесь ты была права! – крикнула я, мое сердце рвалось из груди. – Я освободила тебя от него, а теперь ты просто вернула все как было. Еще один потенциальный фамилиар, который думает, что он хитрее демона.

Красное лицо Кери стало пепельно-бледным.

– Пошла вон!

– С удовольствием!

Я абсолютно не помню, как шла через дом. Кажется, пролетела по коридору ураганом, потому что я дернулась, когда за мной захлопнулась сетчатая дверь. Кизли сидел на ступеньках с тремя пикси на руке. Они взвились вверх, когда хлопнула дверь, и он повернулся ко мне.

– Ну, как у вас все прошло… дамы? – спросил он, когда я протопала мимо него, а с заднего двора донесся вопль разочарования, отражаясь от соседних домов. Оттуда послышался хлопок, и пикси взвизгнули от перепада давления. Кери срывала гнев.

– Мои поздравления, Джи, – сказала я, резко затормозив ход. – Я буду рада как следует познакомиться с твоим мужем, но я не думаю, что по-прежнему буду здесь желанным гостем. – Я повернулась к Кизли. – Если я буду тебе нужна, ты знаешь, где меня найти.

Не сказав больше ни слова, я удалилась.

Мой пульс скакал, а дыхание было как у загнанной лошади. Я почувствовала, что выражение моего лица было устрашающим, когда Дженкс догнал меня, паря на уровне глаз.

– Ну, Рэйчел? Что случилось? Кери в порядке?

– Кери в по-о-о-о-олном порядке! – пробормотала я, дернув вниз щеколду плетеной ограды и сломав ноготь. – Она всегда в порядке. Она работает на Ала.

– Она вызывает его из заключения! – пискнул Дженкс.

– Нет, она сделала ему чары личины за то, что он забрал копоть с ее души.

Я летела по улице, и подняла взгляд на его затянувшееся молчание. Его крохотное лицо выражало, что он разрывается.

– Ты не видишь в этом никаких проблем? – спросила я недоверчиво.

– Так ведь… – он колебался.

Не могу поверить.

– Вот так это и начинается, Дженкс, – сказала я, припоминая те дни в ОВ, когда я преследовала и арестовывала ведьм, которые сошли с пути истинного. – Сначала это одно черное заклинаньице, он обещает использовать его на благие цели и предлагает так много взамен, что ты не можешь отказать. Потом другое. И еще. И еще. И вот ты уже его полноценный фамилиар. Что ж, если она хочет опять кинуть свою жизнь коту под хвост – это не мои проблемы.

Дженкс молча летел рядом, а потом сказал:

– Кери знает, что делает.

Мои ноги уткнулись в широкие, сбитые ступени церкви, и я остановилась. Бесконтрольно отдаться гневу означало напрашиваться на неприятности. Жажда крови Айви от сильных эмоций срывается с поводка, я это отлично знала. Повернувшись, я взглянула на дом Кизли. Алое марево охватило дуб, словно он был в огне. Народ выходил из домов поглазеть на иллюзию пламени, пока Кери злилась, но я знала, что она не причинит вреда дереву.

– Надеюсь что так, Дженкс. Очень надеюсь, что так.

Глава 9.

– Тссс, тише, – громким шепотом произнесла одна из дочерей Дженкса, – ты ее пугаешь.

Ответом был протестующий хор голосов. Я улыбнулась энергичной маленькой фее, стоящий на моем колене, ее крылышки быстро мелькали в воздухе, поддерживая равновесие, а бледно– зеленое шелковое платье колыхалось вокруг лодыжек. Я сидела, скрестив ноги, на полу возле дивана в нашем святилище, окруженная детьми пикси. Яркая ткань колыхалась от легкого ветерка, вызванного их стрекозиными крылышками, и в этот поздний сумеречный час я вся сияла от их пыльцы. Рекс была под пианино Айви, и она вовсе не выглядела испуганной. Она выглядела хищницей.

Маленькая рыжая кошка вытянулась рядом с полированной ножки, навострив уши, кончик хвоста подрагивал, а ее черные глаза были классическими глазами преследователя. Маталина смягчилась в своем к ней отношении, когда осознала, что даже самый младший из их детей с легкостью уворачивается от ее прыжков. И после того как Дженкс заметил, что если кошка будет зимовать дома, то их часовые не обленятся и, таким образом, кошке было разрешено оставаться в помещении.

А вот последнее предположение было таким: если дети пикси, которых Рекс любила, смогут заставить ее подойти к ним, когда они со мной, то Рекс потихоньку начнет симпатизировать и мне. Хорошая идея, но она не работала. Рекс не любила меня с тех пор, как я использовала демонское заклятие, чтобы превратиться в волка. Когда я превратилась обратно в себя, то моя кожа была девственно чистой, и не осталось не одной пломбы в зубах, но я бы все-таки предпочла иметь веснушки, чем копоть на ауре от демонского заклятия, которая появилась вместе с неожиданным улучшением внешности. И кроме того, Рекс позволила бы мне себя погладить. Я думаю, она ждет, что я снова превращусь в волка.

– Это не действует, – сказала я, поворачиваясь к Дженксу и Маталине, которые сидели на моем столе, греясь под светом лампы, и наблюдали за нашими действиями. Солнце уже село, и я была удивлена, что Дженкс еще не прогнал всех к их пню, хотя, возможно, сегодня было слишком холодно. Или так, или он просто не хотел, чтобы его детишки были снаружи, пока где-то там притаилась эта горгулья. Не знаю, почему это Дженкс так переживал из-за нее. Ведь в этой пакости был всего лишь фут росту. Мне казалось, что, вися на краю крыши, он выглядит довольно мило, и если бы я могла выйти, то постаралась бы убедить ее спуститься, ведь она наверняка сейчас не спит.

– Я говорил тебе, что это не сработает, – едко заметил Дженкс, – ты бы лучше не тратила свое время зря, а залезла на колокольню и поговорила с этим каменным поленом.

Не тратила время зря? Это была горгулья.

– Я не собираюсь высовываться из окна колокольни и кричать на нее, – пробормотала я, в это время пикси заверещали. – Я поговорю с ней, когда она спустится. Ты просто псих#ешь, потому что не можешь заставить ее уйти.

– Она идет! Рекс идет! – завопил один из пиксинят так громко, что я вздрогнула. А кошка всего лишь потягивалась, устраиваясь таким образом, чтобы она могла бы смотреть на меня. Это все, что она делала – пристально на меня смотрела.

– Сюда, кис, кис, глупая киса, как сегодня поживает моя маленькая глупышка? Как моя дела у моей цыпочки? – сюсюкала я, протягивая руку, сидя на полу. Одна из дочек Дженкса прошлась по моей руке и тоже протянула к ней руку.

– Я не обижу тебя, моя маленькая любимая упрямица с оранжевой шерстью, просто игрушка для вервольфа, а не кошка.

Ладно, возможно, это было грубовато, но она же меня не понимала, а я устала стараться завоевать ее симпатию.

Дженкс рассмеялся. Я могла бы смутиться из-за своих слов, но его детки слышали словечки от своего папы и похуже. На самом деле, они кружили вокруг меня и, подхватив мое мурлыканье, повторяли эту вульгарную шутку.

Расстроившись, я опустила руку и перевела взгляд с развешанных бумажных летучих мышей на окно с витражом, в такой поздний час все цвета на нем померкли. Маршал позвонил и сказал, что он все еще на собеседовании и не сможет освободиться, чтобы выпить со мной кофе. Это было несколько часов назад. Сейчас солнце уже село, и я не могла покидать церковь из соображений безопасности, чтобы не вводить демона во искушение.

Я сжала челюсти. Может кто-то просто пытается мне сказать, что еще слишком рано. Прости меня, Кистен, мне бы очень хотелось, чтобы ты был здесь, но тебя нет.

Сквозь болтовню пикси я услышала жужжание моего вибрирующего телефона. Дети взметнулись вверх и улетели, когда я потянулась за своей сумкой, лежавшей рядом на диване. Когда я практически легла, мои пальцы ухватились за сумку, и я стащила ее вниз. Вздохнув, я села, отбросила волосы назад и вытащила свой телефон. Номер был незнакомый. Может, это Маршал звонит по городскому телефону?

– Привет, – просто сказала я, понимая, что раз звонят на сотовый, то это не деловой звонок. Осознав, что я вся покрыта пыльцой пикси, в провела рукой по джинсам, чтобы стереть ее.

– Рейчел, – сказал Маршал извинительным тоном, а пикси, сидящие на столе, замолчали, чтобы услышать, о чем мы говорим. Рекс потянулась и бесшумно подошла к ним, раз пикси больше не сидели на мне. Я бросила на нее хмурый взгляд. Глупая кошка.

– Послушай, мне жаль, – продолжил Маршал, чтобы заполнить тишину, – я не знаю, почему они так долго, но, кажется, я не вырвусь отсюда еще несколько часов.

– Ты все еще там? – спросила я, посмотрев на темное витражное окно и подумав, что во сколько бы ни закончилось его собеседование, это уже не имеет значения.

– Теперь на место претендую только я и еще один парень, – поспешил сказать Маршал, – они хотят принять решение прямо сегодня, поэтому я застрял здесь, стараясь впечатлить их сильнее, чем спагетти и газировка.

Смирившись, я приготовилась к одинокому вечеру в обществе одних лишь пикси. Я обнаружила, что у меня сломался кончик ногтя, и задумалась, есть или у меня в сумочке пилка. Рекс лежала на спине, а пикси кружили над ней, уворачиваясь от ее игривых, но смертельно опасных лапок.

– Без проблем. Мы можем встретиться как-нибудь в другой день, – сказала я, роясь в сумке в поисках пилки, и хотя я была разочарована, в какой-то мере я даже испытала облегчение.

– Я, должно быть, уже встретился с шестерыми интервьюерами, – жаловался он, – честно, когда я туда пришел, они сказали мне, что это не займет больше двух часов.

Кончиками пальцев я нащупала шершавую поверхность пилки и вытащила ее. Три раза провела пилкой по ногтю, и он выровнялся. Если бы все остальное было бы также просто.

– Должно быть к полуночи все закончится, – продолжил он в ответ на мою тишину, – не хочешь сходить в «Верхауз» и выпить по кружке пива? Парень, который проводит собеседование, говорит, что на этой неделе вход бесплатный, если ты будешь в костюме.

Я посмотрела на темноту за окном, убирая пилку.

– Маршал, я не могу.

– Почему… – начал он, а потом замолчал. – О, – продолжил он, и я могла слышать, как он стукнул себя. – Я забыл. Ээ, мне жаль, Рэйчел.

– Не переживай по этому поводу, – сказала я. Чувствуя себя виноватой за нахлынувшее облегчение, я решила перебороть себя и глубоко вздохнула, чтобы добавить себе твердости.

– Не хочешь заглянуть к нам, когда закончишь? Я должна посмотреть несколько отчетов, но мы можем поиграть в бильярд или во что-нибудь другое, – я помедлила, а затем добавила, – это, конечно не «Верхауз», но… – Боже, я чувствовала себя трусихой, которая прячется в церкви.

– Да, – сказал он, и благодаря его дружескому тону я почувствовала себя немного лучше, – да, с удовольствием. Я принесу ужин. Тебе нравится китайская еда?

– Мммм, да, – ответила я, почувствовав первые признаки радости, – без лука?

– Без лука, – подтвердил он, на заднем фоне я услышала, как кто-то произносит его имя начальственным тоном, – меня уже просто бесит это говорить, но я позвоню тебе, когда освобожусь.

– Маршал, я же сказала, не переживай по этому поводу, это не то, чтобы свидание, – сказала я, вспоминая, как Кистен спокойно принимал новости об отмене наших встреч, потому что в последнюю минуту у меня появлялись дела. Он никогда не расстраивался, будучи уверенным, что когда ему придется поступить подобным образом, я восприму это также. Это сработало, и теперь я могу выслушать много таких отказов в последнюю минуту, прежде чем это как-то на меня подействует. А Маршал позвонил. У него не было возможности. Вопрос исчерпан. Кроме того, это ведь не то, чтобы мы были… кем-то.

– Спасибо Рэйчел, – Маршал сказал с облегчением, – ты нечто особенное.

Я закрыла глаза, вспомнив, как Кистен говорил то же самое.

– Хорошо, мм, тогда увидимся позже. Пока, Маршал, – сказала я, удостоверяясь, что мой голос меня не выдал. Разжав пальцы и отпустив свой рукав, я нажала на кнопку «отбой» и закрыла телефон, разрываясь между радостью от последних слов Маршала и унынием от воспоминаний о Кистене.

– Выбрось это из головы Рэйчел, – подумала я, глубоко вздыхая и встряхивая волосами.

– Покааааа, Маршал, – передразнил Дженкс, сидя на моем столе на безопасном расстоянии, я повернулась как раз вовремя, чтобы увидеть, как Маталина положила руку ему на плечо.

– Дженкс, – устало сказала я, наклоняясь, чтобы встать, – заткнись.

Маталина поднялась, ее крылышки переливались бледно-розовым.

– Дженкс, дорогой, – сказала она строго, – могу я поговорить с тобой на минутку в нашем ящике стола?

– Что… – заныл он, и взвизгнул от того, что она прищемила его крылья и толкнула его так, что он с треском ударился об стол. Дети развеселились, их старшая дочь схватила за руки двух младшеньких, и они полетели подальше от стола за новыми развлечениями.

Улыбаясь от мысли, что наш закаленный воин пал от рук своей не менее смертоносной супруги, я выпрямила ноги, которые болели от того, что долго лежали неподвижно на твердом деревянном полу. Мне действительно нужно поразмяться, и я задумалась, любит ли Маршал бегать. Я была бы рада взять его на пробежку по зоопарку ранним утром, просто так, за компанию. Без всяких ожиданий, без тайных планов, просто колдун, с которым что-то можно делать вместе. Кистен никогда не бегал со мной. Может быть, это помогло бы, если бы я занималась разными вещами… по разным причинам.

Я сгребла свою сумку и направилась на кухню к своим отчетам, мое настроение изменилось, превратившись в приятное ожидание, когда я начала планировать, как проведу время этой ночью.

Маршал мог бы рассказать мне, как прошло его собеседование, а я могла бы поведать ему о своей демонской метке. Должно быть, это будет интересная беседа за поеданием риса. И если это не напугает его до чертиков и он не сбежит, то значит, он стоит всего этого.

Занимаясь таким невеселым прогнозом, я снова стряхнула с себя пыльцу пикси и вошла в холл.

От резких движений пыльца заструилась в воздухе, и, сверкая, осветила темные углы. Я прошла мимо бывшего общественного туалета, теперь превратившегося в традиционную ванную комнату, которой пользовалась Айви, а затем мимо моей ванной, одновременно – прачечной. Когда-то наши спальни были кельями, где обитали священнослужители, а те помещения, где сейчас расположена кухня и гостиная, достроили дополнительно, чтобы у прихожан было место для приготовления церковных обедов и трапезы.

Я зашла в свою комнату, чтобы бросить сумку на кровать, когда мой сотовый опять зазвонил. Снова выкапывая его из сумки, я села на кровать, чтобы снять ботинки, и щелкнула крышкой телефона.

– Уже вернулся? – спросила я, позволив намеку на нетерпение прозвучать в моем голосе. Может быть, Маршал уже закончил.

– Конечно, мне ведь надо было проверить записи только за три дня, – прозвучал голос Дэвида, удивив меня.

– О, Дэвид! – сказала я, развязывая один шнурок и сбрасывая ботинок с ноги, – я думала, это Маршал.

– Эээ, нет, – медленно проговорил он, в его голосе явно звучал вопрос.

Я зажала телефон между ухом и плечом, поднимая вторую ногу.

– Просто парень, которого я встретила в Макино, – ответила я, – он переезжает в Цинциннати и собирается прийти на ужин, просто чтобы каждому из нас не пришлось есть в одиночестве.

– Хорошо. Давно пора, – сказал он, усмехнувшись, а когда я протестующее прочистила горло, он продолжил. – Я просматривал недавние дела. Там оказался внезапный наплыв любопытных жалоб, поступивших от небольших кладбищ.

Я развязывала шнурки одной рукой, и мои пальцы замерли. Практически все, что требуется для черного заклятия, можно достать в магазине волшебных принадлежностей, но подобные ингредиенты находятся под строгим контролем, поэтому те, кто часто их использует, предпочитают добывать их самостоятельно. – Расхитители могил?

– На самом деле… – послышался шелест бумаги, – я не знаю. Для этого тебе стоит пойти в ФВБ или ОВ, но судя по статистике, количество исков о повреждении небольших кладбищ резко возросло, поэтому может тебе захочется узнать об этом побольше. У меня только иски о серьезном ущербе. Повреждения памятников, сломанные ворота, разрезанные замки, раскопанная земля. Это могут быть просто дети, но кто-то украл технику для подъема мертвых. Могу предположить, что кто-то подготавливается к длительной работе, либо чтобы снабжать тех, кто занимается черной магией и вызовом демонов, либо для себя. Тебе стоит проверить это с помощью твоего знакомого в ФВБ. Ведь я не узнаю о разграблении могил до тех пор, пока что-то не будет повреждено или украдено, так как на неживых мертвецов мы не работаем.

– Спасибо Дэвид, – сказала я, – я уже разговаривала с Гленном. Мой взгляд скользнул по четырем отчетам на моем туалетном столике, зажатым между флакончиками с духами. – Я спрошу его, были ли какие-либо тела вытащены из могил. Я ценю, что ты проверил, – я помедлила, сбрасывая с ноги свой второй ботинок, – у тебя ведь не будет из-за этого неприятностей?

– За то, что работаю перед Хэллоуином? – сказал он, хохотнув, – маловероятно. Мне надо решить еще один вопрос, прежде чем дать отбой. В меню есть иск на второстепенные повреждения от женщины, которая живет прямо на границе Низин. Этот район вне моих полномочий, но если я поменяюсь, не хочешь пойти со мной и проверить? Вся подвальная стена целиком выгнулась наружу от повреждения водой. Это может быть простым делом, но ведь обычно от воды стены гнуться внутрь, а не наружу, и тем более в течение последних месяцев выпадало не так много дождей.

Я нагнулась и потянулась к туалетному столику, чтобы взять отчеты из ФВБ.

– Где это?

Послышался тихий шелест бумаги.

– О, вот оно, – другая пауза, – Палладиум Драйв, 9–31.

Я почувствовала дрожь в животе, когда схватила отчеты и взглянула на адреса. Бинго.

– Дэвид, принимай этот иск. Я смотрю отчет об умершем парне, которому принадлежал дом. В колледже у него был привод за разорение могилы.

Дэвид тихо жизнерадостно рассмеялся.

– Рэйчел, моему боссу следует платить тебе за все те деньги, что ты нам экономишь. Повреждение – это работа демона?

– Возможно, – черт возьми, но все так сходится. Я заслужила ночь отдыха. И если я останусь в своей церкви, я переживу ее. Пожалуйста, лишь бы это был не Ник.

– Хорошоооо, – протянул Дэвид, его голос звучал глухо и нетерпеливо, – пообещай мне, что ты никуда не выйдешь сегодня ночью. А я попробую получить этот иск, отсюда мы и начнем. Тебе что-нибудь нужно? Мороженное? Попкорн? Я хочу, чтобы ты оставалась в своей церкви.

Я кивнула, хотя он и не мог этого видеть.

– Я в порядке. Дай мне знать, когда у тебя все будет готово, и мы сможем идти. Чем скорее, тем лучше.

Он уже думал о другом и прорычал в ответ «до свидания». Я была не лучше, что-то пробормотала, прежде чем повесить трубку, и направилась в кухню. Я люблю надирать задницы, и также очень люблю готовить заклинания, благодаря которым надирать задницы становится легче.

Я уже переполнялась ожиданием, когда вышла в коридор, мой ум был занят просчитвыванием того, что надо взять с собой, чтобы одолеть опытного колдуна, вызывающего демонов и специализирующего в лей-линейных заклятьях.

Чары, определяющие черную магию… может быть, амулет для маскировки, тогда, благодаря этому отвлекающему маневру, хоть первое время мы будем стоять на ногах, а не падать ничком… пара наручников, что я выменяла у Гленна за кетчуп, которые не давали колдунам касаться линии и использовать лей-линейную магию. Кажется, у меня будет, чем заняться этой ночью.

В коридоре было темно, я резко затормозила, миновав дверь своей комнаты, и нахмурилась. Айви подвесила плакат на веревочках к потолку – очевидно, Дженкс ей в этом помог. О боже, она использовала трафарет, я ухватилась за край желтого плаката, чтобы прочитать надпись – ЗА ЭТОЙ ЧЕРТОЙ УЖЕ МОГУТ БЫТЬ ДЕМОНЫ, написанную яркими красными буквами. Твою ж мать, я совсем об этом забыла.

Когда Дженкс выкупил церковь у Пискари, он настоял на том, чтобы я заплатила за ее повторное освящение, и хотя я была против, в конце концов, согласилась, правда, оставив заднюю часть неосвященной, как и было прежде. Не все из наших клиентов были живыми, и Айви сказала, что беседовать с клиентами на крыльце – это не профессионально. В результате кухня и дальняя гостиная не были освящены. В прошлом Ал, кажется, всегда точно знал, когда я выходила за пределы безопасной территории, и когда он нарисовался, чтобы разгромить магазин чар Патриции, после того как мое запястье горело огнем, я, кажется, поняла, как он это делал. Мне необходимо избавиться от этой штуки, думала я, поглаживая выпуклость шрама. Я медлила в темноте, оценивая риск, когда зазвонил дверной колокольчик.

Я сразу же развернулась на каблуках.

– Я открою, – крикнула я прежде, чем Дженкс успел бы вылететь из стола. У него и Маталины было очень мало драгоценного времени, что они проводили наедине. Может, они и отправились в стол, споря друг с другом, но я-то знала, что закончат они по-другому. У этого мужчины пятьдесят четыре ребенка.

Рекс проводила меня взглядом, когда я легкой трусцой направилась в святилище. – Пушистый комок шерсти, подумала я, проходя мимо нее. Для Маршала было еще слишком рано; если это ранние шутники, то я собиралась сказать им пару ласковых. Я ведь даже еще не приготовила свои помидоры.

Я сорвала плакат Айви и положила на пианино, чтобы она его там нашла, затем, тихо ступая в одних носках, прошла в фойе. Я помедлила, чтобы мои глаза привыкли к полной темноте, что царила между святилищем и парадной дверью. В ближайшее время я собираюсь потратиться на дрель и дверной глазок.

Готовая устроить неприятности любому, кому вздумалось прийти попрошайничать, я отворила тяжелую деревянную дверь, сквозь нее тут же пролился желтый неоновый свет от нашей вывески над дверью. Тихое шарканье туфлей привлекло мое внимание, и я скрестила руки на груди, когда увидела, кто это был, кто решил пошутить.

– Так, так, так, – протянула я, разглядывая Трента в его костюме, – немного рановато для розыгрышей, но, может, у меня и найдется для тебя несколько пенсов.

– Прошу прошенья? – спросил он. Находясь под чарами, эльф выглядел очень впечатляюще. Его карие, благодаря амулету, зрачки расширились, и он повернулся к своей машине, шелестя шелком и льном. Он снял свой модную шляпу, показывая темные волосы средней длинны, подражая последней фотографии Ринна Кормеля. Поверьте, он отлично выглядел, немного постарше, выше, и как-то более искушенным. Как будто обратная сторона самого себя, темная там, где он был светлым, и наоборот. Такого же телосложения, только более ладный и стройный – мило. Мне нравятся высокие.