Текст книги "Замуж за зверя. Попала! (СИ)"

Автор книги: Каролина Бром

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 22 страниц)

Глава 14. Видение

Я сосредоточенно смотрела на собравшихся селян. С напряжением заметила среди лиц недовольное, смотрящее голодным коршуном – Всеслава, но промолчала, прогонять не стала. Сейчас на счету каждый помощник.

А ещё меня хотели оттащить в сторонку две девушки – Сияна и Любава. Память Златы с радостью откликнулась, стоило заметить их приближение. Подружки, отлично. Подружки – это полезно.

Но мы же тут не посплетничать собрались, в самом деле! Чтобы не расстраивать их, я обещала поболтать обо всём что угодно после того, как найдём мальчишку.

Я вновь оглядела собственноручно собранный отряд, который в моём воображении представлялся чуть больше. Какая-то часть не восприняла всерьёз выряженную в мужские тряпки девку и не пошла следом, предпочитая сначала дождаться старосту. Я не винила их, некогда было.

Важнее, что большинство сейчас стояло прямо передо мной. Они успокаивали рыдающую Живду, обсуждали пропажу и… меня.

Некоторые не смогли не заметить во мне изменений. И от этого бросало в дрожь. Ну конечно! Прежняя Злата не побежала бы на всех порах собирать людей, а сначала дождалась бы Власия и делала бы так, как он скажет. А это… что-то новое, диковинное, как они говорили.

И всё же сейчас о собственной конспирации думать не получалось, ведь цена заминки – чей-то ребёнок. В суматохе я успела погреть уши, чтобы было понятнее, кого искать, ведь ориентировками в этом времени и не пахло.

По словам местных, потерялся десятилетний мальчишка, худощавый и длинный, с веснушками и небольшой шепелявостью. Что ж, негусто, но всё же приметы довольно яркие.

Ещё Живда рассказала, что жила недалеко от леса. Значит, в этом направлении и стоило начать поиски.

Я уж хотела было повести народ, но тут голос запыхавшегося отца прилетел в спину:

– Златка! А ну обожди! Иди ко мне, кулёма!

Я закатила глаза. Ну почему сейчас? И так уже много времени потеряли! Однако селяне, завидев своего вожатого, приободрились и приготовились внемлить ему. Стало понятно, что больше меня слушать не будут, ведь подоспел авторитет более весомый, значит, не оставалось ничего, кроме как подойти.

– Папа, послушай… – Начала я, но Власий меня перебил.

– Это ты послухай. Щаз же домой к мамке иди. Нечего по кустам в мужицких портах ходить, ты давеча в этом же лесу чуть не расшиблась! Я дале сам, это старостины заботы.

Я скрестила руки на груди и выставила вперёд ногу, чтобы было видно, что собиралась привести аргументы. Власий любил свою дочку, ругать у всех на глазах не стал бы. Надеюсь.

– Какой ты хитрый! Я, значит, всю общину подняла на уши, прошлась по домам, собрала людей, уже знаю, с чего начать поиск. А тут вдруг приходишь ты и говоришь всё бросить! Нечестно!

Отец нахмурился и поджал губы. По глазам его видела, что он понимал несправедливость ситуации, но не мог допустить, чтоб всё выглядело так, будто пошёл на поводу у девчонки.

– Чем докажешь, что достойна с нами идтить? – спросил он, прищурившись.

Я уж хотела изложить план, по какому маршруту собиралась двинуться и на какие детали надо обращать внимание при поиске, но вдруг раздался другой голос, женский, уже знакомый. Голос Ванды, на который все сразу обратили внимание.

– Мне видение было. Ежели пойдёт Злата, то пойдёт и лесник. А с ним больше надёжи, что отыщется мальчишка.

На Ванду все смотрели по-разному, кто напряжённо, кто со страхом, кто с брезгливостью. Я же была удивлена и немного рада её появлению. Точнее, словам, что она сказала.

Адамир! И как я во всей этой кутерьме не додумалась сразу? Он же в лесу как в воде рыба!

Народ настроился к этой идее явно скептически. Кто-то выкрикнул из толпы:

– Да чего эту ведьму слушать? Она небось в сговоре с сим бесом Адамиром! Хочут всех нас сгубить!

– Дуралей! – бросила Ванда ядовито. – Для какой мне нужды вас губить? А уж тем паче – путаться с бесом лесным! Он мне не меньше вашего немил!

– Ой ли? – подхватил внезапно Всеслав. – Бьюсь об заклад, вы спите с ним! Кувыркаетесь под деревьями аки звери! Ха-ха-ха!

Кто-то вторил ему смехом, а я вся побледнела и ощутила, что каждая мышца в камень застыла. Кулаки сами собой сжались. Клянусь, не знаю, почему, но я была готова броситься на него через толпу, словно медведица, защищающая берлогу.

Только в этом не оказалось надобности. Стоило Ванде задержать взгляд, что-то взять из кармана и бросить себе за плечо, как Всеслав закашлялся на всю улицу. Смех остальных подпевал резко затих.

А сама Ванда с мягкой улыбкой ответила:

– Погода хороша сегодня, благоволят духи природы моему настроению. А то ведь могла и прибить тебя, паршивец. Днесь дам совет – за языком следи.

Вдруг, видно уверовав в ведьмино могущество, из толпы выскочила Живда. И, обливаясь слезами, свалилась перед ней на колени.

– Молю-ю-ю-ю!!! Молю богами!!! Спаси моего сынка!!! Первака моего спаси-и! Душу за него могу тебе положить!!!

И женщина вцепилась за подол её юбки. Начала реветь ещё громче, что даже у меня глаза от увиденного стали влажными. А ведь где-то в другой жизни так же убивалась и моя мама, узнав о моей участи…

Но ведьму слёзы Живды совсем не разжалобили. Она резко вырвала свою юбку у той из рук и почти равнодушно обронила:

– Полно тебе, баба. Утри сопли. Я уже поведала, как сына твоего спасти. Бери дочь старосты и иди к избушке лесничего.

Больше Ванда не собиралась ничего говорить. Окинула всех присутствующих тяжёлым взором и остановилась на мне, но промолчала. Отвернувшись, побрела своей дорогой. Но долго провожать её взглядом не вышло.

Безутешная Живда подползла ко мне и принялась просить, как нищенка милостыню:

– Злата, девонька! На тебя всю уповаю! Поди до Адамира, проси за меня Первака моего найти! Буду вечной тебе должницей!!!

И она вновь разрыдалась, закричала гибнущей чайкой.

Разве я могла отказать убитой несчастьем матери? Тем более, Ванда права, с умением Адамира ориентироваться в лесу, поиск мальчика с большей вероятностью может увенчаться успехом.

Глянув на отца, я услышала его обречённый вздох, но было бы глупо запрещать мне, когда под угрозой чья-то жизнь.

Я помогла подняться Живде, и селяне расступились, освобождая путь. Однако одну отец меня всё же не пустил, и мы вместе с ним пошли нужным путём. К дому Адамира.

Глава 15. У дома Адамира

Хозяина дома не оказалось, когда мы с отцом пришли к лесному теремку. Входная дверь заперта, никто не откликался. Лишь птицы из кормушки разлетелись кто куда, пока мы пытались дозваться Адамира.

Власий ругался, что вечно того не сыщешь днём с огнём, когда надо. Да и я тоже нервничала. Если не помощь лесника, кто знает, получится ли найти того мальчика, Первака?

– Пошли, доча, – сказал мне отец, развернувшись. – Нету его тут. Не будем же мы дотемна стоять? Мужичонка искать надобно.

И я была абсолютно согласна. Вот только предчувствие не позволяло сдвинуться с места, внутренний голос настаивал, что надо подождать. Не знаю, с чего вдруг, но я просто была уверена, что Адамир где-то рядом и скоро вернётся.

– Ещё чуть-чуть, пап, – ответила я, высматривая мужской силуэт в деревьях. – Ты иди, успокой Живду, скажи, чтобы поиск рядом с её домом начинали. Я дождусь Адамира и с ним приду к вам.

– Ага, шиш! Оставить тебя тута одну одинёшеньку неведомо на скока? Ещё чего прикажете, сударыня?

Я закатила глаза, но промолчала. Отца можно понять, беспокоился. Но и мне надо было придумать, как с Адамиром наедине остаться, чтобы о своей проблеме с излишне настойчивым ухажёром поговорить.

В нескольких шагах от меня, в кустах за спиной, что-то зашумело. Я напряглась. От неожиданности пятки кольнуло от страха, который стал бы ещё сильнее, не окажись отца рядышком.

Спросила его, глядя в направлении затихшего шороха:

– Слышал, пап?

– Чего?

Ответ поразил. Округлила глаза и подумала – неужто показалось? Не может быть, я слышала тот звук так же явно, как слышала сейчас шелест листьев на ветру!

Но тут за спиной раздался твёрдый мужской голос, из-за которого я чуть не пустила в ход крепкие исконно русские ругательства. Хорошо, что сдержалась, перед отцом было бы как-то совестно грубо выражаться.

– Злата? Староста? С чем пожаловали?

Долгожданный лесник вышел к нам с лукошком, полным рыжих опят. Сначала выглядел удивлённым, а потом улыбнулся, рассмотрев меня. Я еле выдержала на себе его пронзительные, синие глазища. Почему-то стало неловко.

Но пока хлопала глазами и думала, как выгляжу со стороны в штанах брата, отец нашёлся первым и вышел вперёд, чтобы сказать:

– Выручай. Мальчонка из общины пропал. Ушёл вечор в лес по ягоды и доселе не воротился.

Предназначенная мне улыбка быстро ушла с лица Адамира. Тот стал серьёзным и внемлющим, стоило услышать о пропаже ребёнка. А меня от такой его стремительной перемены почему-то в жар бросило. В такой-то момент, вот я дурёха!

– Где искали уже? – спросил Адамир, и отец помрачнел, растерялся…

– Ну, мы…

– Неужто и не начинали? – Адамир нахмурился догадавшись. – Ты во мне, староста, дурака увидал? Кому это боле надобно быть должно? Вам или мне?

Власий набычился, приготовившись яростно спорить. Открыл было рот, но тут влезла я. Возможно, так нельзя, да. Но и допустить, чтобы они тут взялись пререкаться, я тоже не могла.

Во-первых, и так много времени потеряли. А во-вторых, рассорятся ещё не дай бог… точнее, языческие боги. Вдруг после этого Адамир не захочет помогать?

– Не сердись, Адамир, это я отца попросила. Думала, ты дома. Сразу сказала, что к тебе идти надо, что ты поможешь… – Встав на носочки, заглянула в его глаза и тише добавила: – Ты ведь поможешь, да? А я пойду с тобой! Буду тихо как мышка.

Взгляд Адамира утратил суровость, морщины на его лбу разгладились. Он смотрел на меня всего пару секунд, а потом уверенно кивнул.

– Хорошо, девица, будь по-твоему.

– С ним? Ага, как же! – Власий стукнул по земле своим посохом. – Домой воротайся, Адамир сам управится.

– Коль хочет, пусть идёт! – неожиданно вступился он за меня. – Гляди, как разоделась, приготовилась, небось, всю общину на уши подняла… Так чего этому пропадать?

– В лесу опасливо! Тебе ли не знать?

– Она будет со мной. А я лес как длань* свою знаю. Вот тебе моё слово, войт, не случится с ней ничего!

Отец скрипнул зубами и глянул на меня. Знал, что я уже всё решила, но всё равно спросил:

– Правда с ним пойдёшь? Не боязно? Гляди, какой он мужик здоровый, ратный. Вдруг зашибёт ненароком?

Глянула на Адамира и покраснела. За одними только его широкими плечами можно было укрыться от всего на свете! Да-а-а… Это точно! Здоровый! За таким как за каменной стеной!

Я еле сдержалась от глупой улыбки, ведь отец всё ещё ждал слов, пристально рассматривая моё лицо.

– Да, пойду, – ответила я смело и приблизилась к Адамиру на пару шагов. – Он спас меня всё-таки. С ним мне ничего не грозит. А ты иди, пап, успокой народ и Живду. Начните искать около её дому.

Отец покачал головой, но отпустил. Обнял на дорожку.

– Ох, доча, какая ты у меня уже взросленькая, рассудительная стала… Коль считаешь, что так лучше, пускай. Токмо будь аккуратнее, чуть что, и сразу домой!

– Ладно. Матушке передай, чтоб сильно не тревожилась.

– Адамир! – Голос отца зазвенел стальными нотками, стоило ему разомкнуть объятия со мной. – Смотри мне! Молись Перуну, чтоб со Златой ничего не стряслось, покамест она с тобою. Ежели до потёмок к дому не воротится, разыщу тебя и шкуру спущу, понял?

– Ну коль так, то я сам тебе свою шкуру принесть готов, войт.

– Надеюсь, проверять нужда не припрёт.

Власий поцеловал меня в лоб и пошёл по тропе к общине, опираясь на посох. Пока смотрела ему вслед, что-то внутри меня дрогнуло, глаза стали мокрыми. Так вот она какая, отцовская любовь. Строгая, но сильная…

Непонятно, кому хотелось плакать больше – Златиному телу или Аниной душе. Чтобы не думать об этом, я зажмурилась на секунду, затем обернулась к Адамиру. Тот всё стоял молча, грел мне спину взглядом и почему-то выглядел бледным.

Но тут опомнился и поспешил меня успокоить:

– Не кручинься, козочка. Ежели плутать по лесу не хочешь, я и сам могу найти мальчонку. Ты скажи токмо, кого искать и с чего начать.

– Нет, всё хорошо, я пойду с тобой. – Помотала головой. – Погоди… Ты опять меня так назвал?

– Как?

– Козочка! – Я фыркнула с усмешкой. – Почему козочка?

Адамир призадумался ненадолго и пожал своими сильными плечами. Видимо, для него это тоже был хороший вопрос.

– Не подумал, Злата… Не по нраву тебе? Не буду боле так звать.

– Нет, это… мило. Необычно, но мило

Адамир усмехнулся, взгляд его синих глаз наполнился теплом. Оставив лукошко грибов на крыльце, он произнёс:

– Ну тогда пойдём, милая козочка, найдём заплутавшего. Держись рядышком.

______

*Длань – ладонь.

Глава 16. Слово на языке

Как выглядел Первак, я в общих чертах рассказала уже на ходу. Боялась, что скудных описаний может не хватить, но Адамир успокоил тремя уверенными словами – «Найдём, краса, найдём».

Эти поиски разительно отличались ото всех волонтёрских рейдов, в которых мне доводилось принимать участие раньше. В другой жизни, разбившись на маленькие группы по трое-четверо мы бродили допоздна при полной экипировке, с фонариком в одной руке, с картой и ориентировкой – в другой.

Притом мы кричали так громко, что эхо голосов остальных членов поисково-спасательного отряда иногда долетало из других концов радиуса.

В одну из таких вылазок, помнится, я надорвала голосовые связки так сильно, что пришлось идти к врачу. Неделя удалённой учёбы, потом лекарства, ингаляции, общение с мамой только с помощью записок.

Голос полностью восстановился только месяц спустя, и я смогла на собственной шкуре прочувствовать, что это такое – хотеть столько всего сказать, столько эмоций пытаться выразить голосом… А никак!

И вскоре после того, как поправилась, я отправила добрую часть своих студенческих сбережений в фонд помощи глухонемым и слабослышащим.

Моя мама ещё головой покачала, мол, эх, Аня-Аня, купила бы что-нибудь для себя! Но я знала: в душе она всегда гордилась моим стремлением помогать всем кому не лень. И часто хвалилась перед соседками, какая я у неё сердобольная альтруистка.

Я вылезла из воспоминаний о прошлом, когда вдруг начала падать, запнувшись о ползущие по земле стебли дикого вьюна.

Раздался громкий голос Адамира, я вздрогнула, замерла… И это странным образом спасло меня от столкновения с землёй. Я ощутила на своих плечах грубоватые мужские ладони. До такой степени горячие, что будто братской рубахи на мне и не было, а часть этого жара ушла от плеч к щекам. На меня в упор смотрели синие и чистые, как два Байкала, глаза Адамира…

– Боги и предки! Как же испужала ты меня, Злата. В который раз житьё моё проносишь перед очами…

– В который? – спросила я, про себя подмечая, что его руки всё ещё на мне, а мои щёки стали всё румянее.

– Во второй.

– А первый когда был?

Адамир помолчал, спешно увёл взгляд от моего лица, будто застуканный за хулиганством. Но ответил. Тихо… И с каждым словом, сказанным с трудом, его руки на моих плечах сжимались всё сильнее, но не переступали грань боли.

– Да вот… Давеча… Егда на камне твою голову увидал…

– Ты правда испугался? – Продолжала расспрашивать я, не до конца понимая зачем.

Наверное, всё ещё не хотела, чтобы руки от меня убирал. И стало так стыдно… Мы мальчика искали, а я… хотела постоять ещё так подольше, лишь бы теплом его рук насытиться. Понимая, что это неправильно, моя совесть уговорила ноги отступить на шаг.

– Ладно, странный вопрос, извини. Кто угодно испугался бы, увидев на земле девушку с разбитой головой. Давай Первака искать.

Жилы на шее Адамира дёрнулись, будто собирался ещё что-то сказать, но передумал и лишь коротко кивнул.

Мы пошли дальше, но на сей раз он попросил идти аккуратнее. И я старалась. Шла по его следам, внимательно разглядывая на земле каждую травинку и опавший листик. Контролировала собственные шаги, зачем-то следила за дыханием.

Мы всё ещё продолжали молча идти, неизвестно как далеко уже были от дома. Адамир не спешил звать Первака, а я же не хотела ему мешать.

Умом понимала: леснику лучше знать, как вести себя в лесной чаще. Ни память Златы, ни уж тем более моя, ничего о здешних краях не знала. При этом, ни на секунду мою голову не посетила мысль, что мы можем потеряться следом за мальчиком.

Адамир шагал настолько уверенно, что я просто чувствовала себя защищённой от любой напасти, откуда бы та не нагрянула. Смотрела ему в спину и… любовалась. В какой-то момент опомнилась и спросила себя – может, всё же попробовать завести разговор? Не хотелось бы, чтобы он вдруг подумал, что мне с ним скучно.

– Адамир, – обратилась я полушёпотом. – А почему бы нам его не позвать? Например: «Ау-у! Отзовись, Первак!»

– Это будет рано и зря. Я пока не чую мальчонка, только зверьё встревожим.

– Не чуешь? Это как?

От Адамира послышался странный вздох пополам с обречённостью, будто проболтался о чём-то таком, о чём никому больше не следовало знать. Я уж успела решить, что всё, с темы соскочит, а мне потом неизвестно сколько придётся голову назойливыми мыслями забивать!

Однако он продолжал поражать меня сегодня своими ответами.

– Это знаешь чему подобно, Злата? Будто слово, что на языке осталось, а вымолвиться никак не могёт. Оно мается, в башке мечется, да мает тебя заодно, покамест не вылетит из устов. Было у тебя?

– Да. Предчувствие или что-то вроде.

– Вот.

– А как ты понимаешь, вылетит ли это слово или останется?

– Я и не ведаю. Иду, что старец, наощупь, в потёмках. По звуку, по троганью да по запаху.

Ого, вот оно что! Я даже радовалась, что Адамир всё ещё шёл впереди и не видел, как приоткрылся мой рот от удивления. Кто бы мог подумать, что у него столь хорошо развиты органы чувств! Уж не значило ли это, что он какой-нибудь удалой богатырь, местный супергерой? А шрамы его остались после многочисленных подвигов…

Это бы много чего объяснило!

Щёки расцвели дикими маками, когда до меня вдруг дошло – чисто теоретически, Адамир и меня мог видеть, слышать и чувствовать по-другому. Чуть более… глубоко.

– Притихла ты, девица, что-то, – заметил он, слегка повернув ко мне голову. – Испугал тебя рассказ мой?

– Нет-нет, всё нормально. Сказка про Машеньку и Медведя вспомнилась. «Высоко сижу, далеко гляжу. Не садись на пенёк, не ешь пирожок…»

Адамир усмехнулся.

– Про медведя, значится? Не слыхал такой.

– Если хочешь, расскажу как-нибудь потом.

– А чего мне вдруг не хотеть? Сказки и былины – это милое дело.

– Значит, договорились… Ой!

Я всё ещё глядела под ноги, чтобы не запнуться, и увлеклась болтовнёй. Поэтому не сразу заметила, что Адамир остановился, и врезалась носом в его рельефную спину. Как неловко…

– Тихо-тихо, козочка, не ускакивай далёко, – сказал он, успев развернуться и поймать за локоть, когда меня опять назад повело. – Тут, вона, дерево повалилось здоровое. А ещё… мальца я учуял неподалёку. Гля… Эго ж лукошко?

И правда! Неподалёку валялось, небольшое, сплетённое из гибких прутиков. Только ягод почему-то видно нигде не было.

Сердце забилось в ожидании триумфа. Захотелось сорваться со всех ног на радостях, да только я вовремя взяла себя в руки. Но улыбка на губах появилась сама собой. Держись, Первак, мы скоро!

Глава 17. В лесу

Кто бы мог подумать что когда-нибудь мне доведётся радоваться тому, что залезла в чужие штаны…. А сейчас смотрела на здоровенное препятствие впереди и понимала – перелезать в платье было бы проблематично.

Сомневаюсь, что настолько огромные деревья дожили до современности! Баобабы в Африке бы позавидовали!

Пока я разглядывала эту махину, Адамир успел ловко забраться на дерево, не прилагая усилий. Хотел тут же протянуть руку помощи, только я оказалась проворнее. Решила вспомнить тренировки в спортзале и на скалодроме.

Карабкаться получалось неплохо, почти хорошо, но всё же чувствовала, что новому телу не хватало выносливости и гибкости. Эх, наверстать бы!

Адамир, не ожидав от меня такой подвижности, сидел на дереве на корточках с чуть вытянутыми руками и не шевелился. Один раз бросив беглый взгляд, заметила, как приоткрылись его губы, приподнялись брови, глаза расширились…

Я точно его восхитила! И от этого испытала ещё больше радости.

– Вот елоза*… Обожди, не надорвись! – спохватившись, сказал Адамир. – Иди-ка сюды…

Он наклонился и крепко взял меня под мышки, плавно потянул вверх, точно пёрышко из подушки. Я напряглась, но даже не успела пискнуть, как уже стояла коленями на коре.

– О… Ух ты… – только и смогла протянуть я, оглянувшись назад и вернув внимание к Адамиру.

– Ну Злата… Ну и чудная ты… Неужто упасть нисколь не страшилась?

– Не страшилась. Рядом же ты.

Глаза Адамира стали ещё больше, и что-то как будто зажглось глубоко в них. Что-то яркое и… дикое?

Но сам он промолчал на несколько секунд, а после сказал об очевидном. К слову, совсем не о том, о чём мне очень хотелось поговорить. Не о нашем с ним будущем браке.

– Идём, малец уже близко. Шустрее управимся – шустрее назад воротимся.

Ага, и шустрее обсудим нашу дальнейшую жизнь. Он ведь так и не сказал, с чего вдруг загорелся идеей на мне жениться. Да ещё и в таком возрасте…

Нет! Я не считала его старым, просто ему около сорока на вид… Неужели за столько лет ни с кем никогда не жил? Никого не любил? Не знал женщины? Не поверю!

Весь из себя отстранённый, закрытый… Из чего же складывалось прошлое того, кто так пристально меня разглядывал?

Когда мы слезли с дерева, то стали внимательно изучать открывшуюся перед нами полянку. Всю землю застелили опавшие с деревьев зелёные и жёлтые листья. Высохшие семечки клёнов и растрепавшиеся серьги берёз…

Особенно неторопливо продвигался вперёд Адамир, а я с замиранием сердца наблюдала. Как часто останавливался, прикрывал веки, шумно втягивал травянистый воздух ноздрями.

Глядя на его движения, в голову мне почему-то лезли сравнения с хищным зверем, пытающимся напасть на след добычи. И от понимания, насколько сильно ему это подходило, у меня тихонько начинали трястись поджилки на ногах.

Ощущала себя травоядной зайкой перед волком. Нет, даже не волком, непонятно, перед кем именно, но точно перед кем-то очень опасным.

Я опустила взгляд в землю, чтобы не смотреть на Адамира и попытаться утихомирить странные мысли, но тут заметила ещё большую странность рядом с подошвой обуви. Крупную и спелую ягоду малины.

Подняла её с земли, осмотрелась. И, что интересно, нигде не заметила малиновых кустов поблизости. Значит, как-то иначе её сюда занесло.

– Адамир! Посмотри, Адамир! – радостно воскликнула я и подбежала к нему с этой ягодой, будто с крупной денежной купюрой, найденной на улице. – Кажется, мы очень близко!

Мой спутник кивнул.

– Да, Злата. Учуял я эти ягоды.

Ну вот… Надо мной пролетел обломинго. Гордость от собственной наблюдательности мигом испарилась, оставив горький осадок. Ах, вот, значит, как! Я в сердцах шлёпнула Адамира по плечу той же рукой, в которой держала малину. С влажным звуком размазала её по ткани мужской рубахи.

Судя по его стальным мышцам, боли он совсем не испытал, но очень удивился.

– Ты чего, Злата?

– Учуял… Учуял, значит… – шипела я с обидой, вытирая липкую руку о штаны брата. – А мне сказать? Эх ты, а я думала, мы напарники!

Адамир вздохнул и вдруг положил свою увесистую руку мне на плечо. Улыбнулся легонько. Погладил, так мягко, что моё сердце на радостях сорвалось и ускакало в живот. Или даже ещё чуть ниже.

Великий Стрибог, или как там его… И что мне делать? Краснеть? Бледнеть? Млеть? Злиться? Нет, злиться теперь уже не выходило. Нечестно!

– Не серчай, девица, извини старого дурачину. Мне и в ум не приходило тебя обидеть. Коль хочешь, буду о каждом услыханном звуке говорить.

– О каждом не надо… Но вот это вот – важная улика! – Я смягчила тон, понимая, что из-за жара его руки на себе, не могу продолжать сердиться. – Ладно, проехали.

– Куда? На чём проехали?

Захотелось рассмеяться от его умилительной реакции, от этого искреннего непонимания, но сдержалась. И поругала себя за то, что не думая бросила это инородное здесь выражение. Надо лучше фильтровать всё-таки.

Ещё какое-то время прошло для меня в прочёсывании местных лесов, нетронутых и живописных, прежде чем Адамир увидел что-то вдалеке. Побежал не на полную прыть, так, чтоб я успевала за ним.

И вот мы уже стояли наподалёку от глубокого оврага, заглянули, а там, на дне… Мальчишка! Очень похожий на того, о ком люди из общины говорили. Только почему-то не двигался. От пугающего предположения у меня похолодели руки.

Адамир, заметив реакцию, тут же поспешил успокоить:

– Живой. Видать, упал и не смог вылезть. Умаялся и спит.

– Ух, ну хорошо!

– Я за ним. А ты подсоби мне, ладно? Отсель его примешь.

– Ага.

– Эй, малой! – громче позвал Адамир. – Просыпайся, все тебя обыскались.

Первак слабо зашевелился, сонно раскрыл глазёнки… И вздрогнул, трепыхнулся.

Но всё же решил показаться смелым, взросленьким, поэтому спросил:

– Ты кто, дядь? Леший? Съесть меня пришёл? Не подходи!

Мальчик дотянулся до палки и воинственно вытянул как оружие. Меня же эта реакция поразила и ввергла в непонимание.

– Чего это с ним? – спросила я.

Адамир небрежным жестом показал на своё лицо.

– Небось забоялся мои отметины. Так просто не дастся, ишь. А силком не хочу тащить, токмо пуще стращать его… Орать будет.

Я новым взглядом посмотрела на Адамира. Белые и розовые рубцы разной длины, толщины и формы покрывали его загорелую на солнце кожу, огрубевшую от физического труда.

Стало как-то тоскливо за него, а про себя, между тем, подумала – надо же, я и не поняла сразу! Неужели успела привыкнуть?

И тут же ещё подумала… Если Адамир для Первака – страшный незнакомец, то надо показать ему кого-то доверенного. А я же, в конце концов, дочь самого старосты!

Подойдя ближе к оврагу, я обратилась к мальчишке:

– Перва-а-а-ак! Это я, Злата! Ты меня видишь?

– Златка?! Златка, и ты тут?

– Да! Мы с Адамиром пришли за тобой! Мы хотим тебя вытащить!

– Адамир? Этот, что ли?

– Да. Это хороший дядька, он хочет помочь, хочет тебя вытащить. Можно ему к тебе спуститься?

Первак какое-то время молчал, думал. Но кивнул всё-таки.

– Пусть идёт, только если чё выкинет, драться и кусаться буду! Понял, дядь?

Адамир рассмеялся, уже готовясь спускаться в овраг.

– Понял, малец, понял.

______

*Елоза – егоза, непоседа.

~

Литмобная книга: «Прекрасный адвокат ужасного лора» от соавтора этой книги – Няпушки. Окунитесь в атмосферу мистики!

Читать тут: https:// /shrt/wN94

ВНИМАНИЕ! Предназначено для читателей старше 18 лет!